учение о терпении

На краю леса обочина проселочной дороги еще никогда не видала такого количества людей. Напротив густо растущих деревьев расположился целый лагерь: тут вам и палатки, и деревянные столики, и чайный сервиз. Периодически из леса выходили люди: то актеры, успешно отыгравшие свои роли разной нечисти, у которой макияж потек и одежда порвалась; то выбывшие из испытания бедолаги, большую часть которых выносили на носилках. Некоторые с травмами телесными, некоторые обзавелись душевными, не выдержав ужасных условий отбора. Король вместе со своим верным слугой чаевничали, обсуждали происходящее и делились впечатлениями. В эту светлую ночь, над которой главенствовали двое — принц и полная луна, никому не спалось, все были заняты. К столику, где восседал Его Величество, подошел рослый и мускулистый Минотавр со сломанным рогом и рваными брюками. — Еще двое наших осталось, — сказал актер, для приличия поклонившись королю, но обращаясь в основном к нанимателю — Жоханю. — Расплачиваться когда будете? Жохань, вынув из-за пазухи пухлый позвякивающий мешочек, вложил его в протянутую мозолистую ладонь. — Маловато, — цокнул мужчина, заглянув в кошель. — За такие унижения двойная плата. — Унижения? — Мы с моими ребятами этих детей раскидали бы на раз-два, — басовито заявил Минотавр. — А поддавки — это несерьезно. На актерстве за гроши не специализируемся. — А на чем специализируетесь? — влез король, заинтригованный, и поднял взгляд сверкающих глаз из-под веера. — На убийствах, — серьезная мина Минотавра плохо сочеталась с шутливым ответом. — Вы извините, Ваше Величество, но нанимать нас на роли привидений было крайне неосмотрительно. Еще и братца моего втянули — он чуть не убился, просто наблюдая. — Господин Не, не преувеличивайте, — фыркнул Жохань. — Лучше сядьте к нам, попейте чайку. Ну какие убийства? Вы все-таки командир батальона, а не душегуб какой-нибудь. — В мирное время живем, — поддакнул король, приветливо двигая пиалу по столу в направлении подсевшего Не Минцзюэ. — Вы пейте-пейте, остынет же. С предсмертным всхлипом с головы упал и второй сломанный рог. — Декораторов бы на кол… — задумчиво протянул Не Минцзюэ, глядя под ноги на упавшую часть костюма. — Колы устарели, — заявил Жохань, задумчиво вглядываясь в лесную чащу. — Давайте-ка поговорим о чем-нибудь кроме насилия, друзья мои, — вздохнул король и, отпив чайку, расплылся в улыбке. — Звезды сегодня — загляденье! Видели Большую медведицу? — Ага, — кивнул Минцзюэ. — На моего брата похожа — один в один. — Вы же сейчас не о созвездии? — мрачно поинтересовался король. — А при чем тут звезды? *** Последний поверженный демон вышел из леса почти в четыре часа утра. Тут же затрубили в рог, оповещая оставшихся участников о завершении испытания. Тех, к слову, осталось не так много: всего лишь десять человек. Первым показался принц, гордо вскинувший руку с двумя мешочками, набитыми плашками, в воздух. Как бы показывая, кто тут батя, и это при наличии настоящего бати в поле зрения. Вторым вышел Лань Ванцзи, и вид его был донельзя заебанным. Король при виде него хлопнул в ладоши и показал юноше большие пальцы вверх, когда их взгляды встретились. От внимательного взгляда Вэй Ина это не ускользнуло, и он презрительно скривил губы. Родной отец, а радуется за едва знакомца! Он ведь и обидеться может, а когда принц обижается, то это ничем хорошим никогда не заканчивалось. Жохань уже стоял у выхода с поля боя и принимал трофеи тех, кто прошел испытания. С бесстрастным лицом, ничего не выражающим, он стерпел ухмылку принца, забрал мешочки и пересчитал количество плашек. Восемнадцать штук ровно. Лань Ванцзи был следующим, и на этот раз в сердце у Жоханя чуть-чуть кольнуло. Король со своего места в нескольких метрах вскочил на ноги и сделал из ладони козырек, внимательно вглядываясь в лицо слуги. Он сразу поймет, на их стороне удача или нет. Если Жохань ответит на его взгляд своим жалостливым, то это провал. Но если… Вэнь Жохань, к своему стыду, обильно потел, пока открывал увесистый мешочек. В отличие от Вэй Ина, у Лань Ванцзи был всего один, и то не тот, который ему выдали перед началом, а свой — самодельный, сделанный из плотного белого платка и перевязанный лентой для волос. Раз, два, три, четыре, пять… Девятнадцать. Всего на один больше, чем у принца. Жохань вытер пот со лба ладонью и вскинул победный взгляд на короля, а тот, не веря, облегченно выдохнул. Это победа! Победа! — Кажется, ты меня уделал, — сказал выросший за спиной Вэй Ин, внимательно наблюдая за переглядками отца и Жоханя. — А ты не промах. — Это комплимент? — не шелохнувшийся Лань Чжань сам не заметил, как из его горла вырвался выдох облегчения. — Это факт, — пожал плечами омега, становясь напротив. Их взгляды встретились, и в серых глазах Лань Чжань увидел какой-то хитрый огонек. — Ты украл мои плашки, — с осуждением в голосе. — Это плата за твое спасение, — нисколько не уязвленный, ответил принц. — Как будешь расплачиваться за свое? В Лань Чжане больше говорила усталость, нежели желание поддеть и получить «плату». Он пытался помочь Вэй Ину безвозмездно, даже не за спасибо, но немного осадить принца и заставить его понервничать все же хотелось. Вэй Ин, развернувшись лицом к лагерю, на нервничающего человека был похож в последнюю очередь. Встав рядом, он сложил руки на груди и лениво протянул: — Лучшее, что я могу предложить и сделать, это не выходить за тебя замуж. Доля правды в его словах определенно была — Лань Чжань так-то сомневался, что его едва зарождающиеся чувства стоили пожизненных мучений, коими принц, он был почти уверен, не побрезгует его обеспечить. Однако он не привык отступать — раз взялся, то нужно идти до конца! Но желательно, конечно, по дороге к этому концу обдумать ходы отступления. На всякий случай. — Приму к сведению, — снисходительно кивнул Лань Чжань. — Как ты набрал столько очков? — как бы невзначай поинтересовался принц. — У меня была мотивация, — честно ответил альфа, бросая короткий взгляд в сторону хохотнувшего Вэй Ина. Тот, задумавшись, сказал: — Тебе просто повезло, что час назад я повредил ногу. Со здоровой я бы тебя уделал! — Повредил ногу? — серьезное лицо Лань Ванцзи сделалось еще серьезнее, а взгляд перекочевал вниз на ноги принца, с виду выглядящие обычно. Но приглядевшись, Лань Чжань увидел на черных штанах багровый след и нахмурился. — Тебе необходимо сходить к лекарю. — Позже, — отмахнулся Вэй Ин. — Сперва дождусь остальных. Лань Чжань спорить не стал, но часто бросал взгляды на ногу принца и его постепенно бледнеющее лицо, чтобы вовремя предотвратить возможный обморок. Наконец из леса начали показываться остальные: Вэнь Нин вышел первым, весь взъерошенный и помятый, но на его юном лице сияла робкая улыбка победителя. Жохань посчитал плашки: восемнадцать. Потом вышли и Цзян Чэн с Сюэ Яном — почему-то вместе, держась друг за друга, а за ними босыми ногами шлепал шмыгающий носом Хуайсан, умудрившись не только потерять обувь, но и простудиться. Их плашек хватило на то, чтобы пройти испытание, но не сказать, что двое альф были этому рады, особенно, если судить по их недовольным рожам и едким высказываниям по поводу охоты. Остальные вернувшиеся едва насобирали по пять плашек и прямо там были вычеркнуты из списка потенциальных женихов. Вэй Ин наконец потопал к лекарям, немного хромая на одну ногу, а Лань Чжань хвостиком топал за ним, как личная надежная подстраховка. *** Весь следующий день Вэй Ин окрестил выходным и позволил всем, наконец, выспаться, включая и себя: покалеченного и сонного. Его ногу искромсал капкан, но личный королевский лекарь залатал все своими волшебными руками и сказал, что до свадьбы заживет. Издевался, сволочь. После долгого и полезного сна нога совсем не болела, в отличие от желудка, так что принц решительно направился на кухню, едва натянув одежду. Там, отослав поваренка за Хуайсаном, отыскал себе харчей и уселся за столик для прислуги, обставив себя едой и кувшинами. Сонный Хуайсан, насильно разбуженный и приведенный к принцу маленьким поваренком, с порога сказал, что гореть ему в аду за такое обращение с лучшими друзьями. А потом сел напротив и налил себе чарку, как подобает любимому собутыльнику наследного принца. После того, как сонные юноши и один любопытный поваренок обсудили вчерашнюю охоту и вдоволь посплетничали, Не Хуайсан поднял важную тему: — Придумал, каким будет следующий этап? Вэй Ин, откинувшись на стул, лениво махнул рукой и положил ее на набитый едой живот. — Если я предложу бой на смерть, как думаешь, отец даст мне поучаствовать? Не Хуайсан, посмеявшись, предположил: — Хочешь всех попереубивать? — Хочу поддаться и умереть с честью! — воскликнул Вэй Ин, испугав сидящего сбоку поваренка. Тот, вздрогнув, округлил глаза, когда ни с того ни с сего принц придвинулся к нему и приобнял за плечи, как закадычного друга. Щеки поваренка зарумянились, ладони запотели, а тело превратилось в камень. Так и замер. — Решил! — пьяно моргнув, воскликнул принц. — За тебя замуж выйду! Сколько тебе лет? — Одиннадцать… — прошептал мальчишка, от страха зажмурившись. — Маловато… — задумался принц, расстроившись. — И-извините… — испугавшись, что он умудрился расстроить принца, поваренок захлопал большими глазищами, в которых заблестели слезы. Не Хуайсан тут же шлепнул Вэй Ина по рукам, заставив отпустить мальчишку, и притянул его голову к своей плоской отцовской груди. — Какой ему замуж, дите совсем! — Я не дите, — пробурчали в одежду. — А я и не про тебя, солнце, — ласково погладив ребенка по голове, засюсюкал Хуайсан. — Ты, Вэй-сюн, замуж не хочешь, но пойми: что бы ты ни затеял, король все равно своего добьется. Ты просто отсрочиваешь неизбежное. Времени, что они провели на этой крохотной кухоньке, одной из многих во дворце, прошло достаточно для того, чтобы упиться до состояния откровений, поэтому оба юноши видели друг друга в расфокусе и говорили предельно честно. — Я, может, по любви хочу! — подперев щеку ладонью, запротестовал принц. — Той, про которую нянечка мне рассказывала. Про бабочек всяких в животе и ух, чтоб! — Ну ты загнул, конечно, — Хуайсан почесал макушку. — Чтоб прям ух! — это где такое взять? — А я не знаю, — развел руками принц. — Вот бы знать наперед, что судьбой уготовано… — Мама мне рассказывала, что госпожа Судьба живет на высокой-высокой горе, и если ей принести подарок, то она расскажет будущее, — робко просипел ребенок, уткнувшийся Хуайсану в подмышку. Повисло недолгое молчание. Лицо принца задумчиво вытянулось, и Хуайсан в ужасе выкрикнул: — Вэй-сюн, нет! Даже не вздумай! — Почему это? — недоуменно захлопал ресницами Вэй Ин. — Высокая-высокая гора у нас в королевстве имеется? Имеется! Желание узнать судьбу имеется? Имеется! Не вижу ни одной причины останавливать меня. — Да мама ему просто сказки рассказывала! — А вот и нет! — всполошился поваренок, грозно зыркнув на Хуайсана из-под нахмуренных бровей. — Госпожа Судьба существует! Существует, говорю! — Ребенок врать не будет! — обрадовался Вэй Ин. — Кажется, я знаю, какое будет следующее испытание, ик! *** Никто, а в особенности сопящий в подушку Лань Чжань, не ожидал, что в его комнату прямо посреди ночи ворвется буря в черном и начнет трясти его за плечи. — Лань Ванцзи, эй! — громким шепотом кричал Вэй Ин, насилуя его сонный мозг своими, пусть и тихими, воплями. — Вставай, Лань Ванцзи, просыпайся же! Вэй Ин, конечно, успел по достоинству заценить позу трупа, в которой спал красивый мускулистый альфа, но важнее было этого альфу поднять, чтобы осуществить побег, пока алкоголь не выветрился из крови наследного принца. Лань Чжань, конечно, опешил и тут же подорвался, садясь на постели и начиная судорожно соображать. — Пожар? Где горит? Руки принца, крепко вцепившиеся в его плечи, обтянутые тонкой тканью спальной рубашки, показались Лань Чжаню чересчур горячими, так что если пожар где и был, то внутри него. Осознав, что принц нагло и без разрешения ворвался к нему в гостевые покои, Лань Чжань уже открыл рот, чтобы громко его отчитать: — В!.. — но этот рот тут же перекрыли теплой ладонью, как и доступ к кислороду. — Мхм-звх?! — ничего не понятно, но очень интересно. — Вставай и одевайся, — все так же шепотом говорил Вэй Ин, приветливо заглядывая в горящие гневом глаза. — Возьми с собой денег и сменную одежду. И никому не говори, куда идешь, — на этих словах омега заговорщически улыбнулся ничего не понимающему Лань Чжаню. — Встретимся через пятнадцать минут у входа в сад. Не опаздывай. Так же быстро, как появился, принц убрал руки от Лань Чжаня и упорхнул к двери, но громкий шепот альфы ненадолго его задержал. — Куда мы уходим? Обернувшись на пятках, Вэй Ин подмигнул сонному Лань Чжаню и просто ответил: — Секрет. А затем убежал. Лань Чжань тихо фыркнул, ложась обратно в постель и прикрывая глаза, намереваясь продолжить спать, что и положено делать в это время суток. Никуда он не пойдет посреди ночи с этим!.. этим!.. с ним! Пятнадцать минут спустя полностью собранный и бодрый Лань Чжань, глубоко в душе считая, что это неожиданное пробуждение впоследствии должно было обернуться свиданием (так глубоко, что он сам об этом не подозревал), недовольно зыркал в сторону собравшихся альф и недоумевал. Что они все здесь делали в три часа ночи? Это какое-то новое испытание? Или их собираются по-тихому убить и спрятать тела между садовыми гномами? — Все в сборе! — не слишком тихо, но и не слишком громко воскликнул прибывший последним принц. — Рад, что вы все здесь. Сразу видно взрослых и ответственных людей. За его спиной сонно плелся Хуайсан с таким обреченным на вид лицом, будто вели его как минимум на казнь через колесование, а как максимум — на работу. Слово-то какое страшное… — Ну и куда мы? — в своей манере буркнул Цзян Чэн, широко и совсем не прилично зевая. — Надеюсь, в лодку и до Юньмэна. — Мечтать не вредно, — улыбнулся ему Вэй Ин, панибратски хлопнув по плечу. — Итак, следующее испытание начинается прямо сейчас. — И какие правила? — поинтересовался Сюэ Ян, в отличие от остальных совсем не выглядя сонным. Ну, оно и понятно: Вэй Ин застал его за поеданием пирожных и просмотром развратных книжек, пока все остальные невинно похрапывали в простыню. — Об этом расскажу чуть позже, а сейчас нам надо сматываться, пока стража не обнаружила нашу пропажу, — выглянув из-за угла, как опытный воришка-домушник, Вэй Ин выбрался в широкий коридор и махнул рукой, призывая двигаться следом за ним. Хуайсан словил на себе кучу недоуменных взглядов и, зевнув, замахал руками. — На меня не смотрите, я ничего не знаю. Затем он пошел следом за принцем, попутно поправляя чуть мятые рукава и шагая так тихо, что едва слышно. Альфы, переглянувшись, пожали плечами и дружно потопали следом. Сказано топать, значит, надо топать. А зачем — это уже другой вопрос. *** С утра пораньше Вэнь Жохань поднялся в покои принца, чтобы разбудить, но не обнаружил того у себя. Поначалу не учуяв подвоха, королевский слуга проверил кухню и библиотеку, а затем и сад, но там принца тоже не было. Подвох, наконец, приобрел запашок, и Жохань решил проверить покои Хуайсана, но и того не обнаружилось у себя. Эти двое частенько сбегали в город, так что это стало первым предположением Жоханя. Мол, удрали выпивать в кабак, такое случалось не впервые. Однако и женихов принца не оказалось в гостевых покоях. Жохань шокированно выдохнул и побежал к королю с новостями. Принц снова удрал! Все принцы удрали!