учение о терпении

— Я не буду это надевать! — зашипел Цзян Чэн, похожий на взъерошенного попугая. — Я принц, а не клоун! Я на такое не подписывался! Я отказываюсь! Я…! — Ты еще громче поори, а то не все услышали! — в ответ на него зашипел Хуайсан, с размаху шлепая по голове Цзян Чэна сложенным веером. — Вы не переживайте, он у нас просто головой ударился, — невинно улыбнулся Вэй Ин засомневавшемуся торговцу одежды, что смотрел на странную компанию с долей подозрительности. — Лепечет тут всякие глупости про принцев, мы уже привыкли. Так сколько стоит вот эта красота? — Вы уверены, что… — Мы уверены, что готовы заплатить вдвое больше, если вы не будете задавать ненужных вопросов, — Вэй Ин очаровательно захлопал ресницами и, приобняв пожилого мужчину за плечи, развернул его спиной к возмущающемуся Цзян Чэну и добавил: — Ну так что? — За все пять золотых, — не растерялся пожилой омега, резко теряя интерес к тому, кто там принц, а кто клоун. — Раздевалки вон там. — Замечательно, — покивал головой Вэй Ин, встречаясь со скептическим взглядом Лань Чжаня, что стоял чуть поодаль и наблюдал со стороны, не пожелав учавствовать в балагане. — Вот этот юноша вам заплатит. — Я? — альфа ткнул себе в грудь пальцем, просто чтобы убедиться, что нет, это не он из ума выжил, а просто Вэй Ин такой наглый жук. — Ты, — не поведя и бровью, ответил принц и увел торговца подальше от Цзян Чэна, который выглядел, как красный надувающийся шарик, что вот-вот лопнет и взорвется матерными высказываниями. Лань Чжань вздохнул и потопал следом, на ходу развязывая кошель, а позади него Сюэ Ян на пару с Вэнь Нином удерживали Цзян Чэна от убийства при свидетеле, пока Хуайсан ловко уворачивался от грозно дергающихся в его сторону конечностей и передразнивал его злющее лицо. — Убью! — шипел Цзян Чэн. — Оки, только сначала переоденься наконец, — фыркал Хуайсан, чувствуя себя слишком беспечно для человека, чье убийство за последние двадцать секунд продумали и мысленно претворили в жизнь неоднократно. Спустя какое-то время компания покинула место преступления и скрылась в подворотне, откуда намеревалась выдвигаться в следующий пункт назначения. — Сначала меня разбудили посреди ночи, потом увели из дворца втихую и потащили в гору, а затем одели в… да у меня язык не повернется назвать это одеждой! Что в этой жизни я делаю не так?! — Да прекратите же вы верещать, юная госпожа, — хмыкнул Сюэ Ян, а затем, бегло оглядев товарищей, в очередной раз от души рассмеялся. — Вы выходите из образа! — Я и не входил, мать твою! — взорвался Цзян Чэн, раздувая ноздри, словно разъяренный бык. Слегка оглушенный криками, Вэй Ин изящным движением поправил новенькое платье и, прокашлявшись, высоким голосом (вошел в образ) сказал: — Не строй из себя королеву драмы. Мы же не виноваты, что госпожа Судьба отказалась нас обслуживать, пока мы не выполним ее поручение. — Да шарлатанка она! — Заткнись уже, ради всего святого, и пойдем. *** Какое-то время назад. Когда уставшие после дня на ногах юноши притащили свои тяжелые и обессиленные тушки на гору, где стоял один единственный дом, окруженный забором из ржавой проволоки, на пороге показалась высокая женщина с красными заплаканными глазами. Вэй Ин тут же почувствовал прилив сил и первым делом спросил, действительно ли перед ними та самая госпожа Судьба, ради которой они стерли свои королевские ноги в мозоли и чуть не поубивались по дороге на особенно опасных участках горы. В ответ ему прилетело хриплое и заплаканное: — Она самая, чего вам?! Не видите, у меня траур?! Валите отсюда, тупые мужики, ненавижу вас всей душой, у-у-у! — под конец она зарыдала и, хлопнув по ноге, вдруг воскликнула: — Вишенка, прогони их! Вишенкой оказалась огромная псина, выбежавшая по зову хозяйки из сарая, и псина эта ростом доходила Вэй Ину, сжавшемуся от страха, до груди. Не узнавая себя, парень высоко и громко взвизгнул, срываясь со всех ног куда глаза глядят, а глаза в тот момент (чисто случайно) глядели на Лань Ванцзи, что, опешив, едва успел понять происходящее. Оказавшись спиной на земле, а также в объятиях принца, Лань Чжань словил дежавю и грозно зыркнул на прибежавшую к ним собаку-оборотня, что обиженно заскулила в ответ на это вопиющее неуважение к своей персоне и высунула наружу громадный язык, начиная наворачивать вокруг свалившихся на землю принцев круги. Вэй Ин же сильно зажмурился и вцепился бледными пальцами в первое попавшееся — задницу Лань Чжаня, то есть (чисто случайно). Не то чтобы тот был против, но как-то все происходило не своим чередом, так что он покраснел до кончиков волос и пугающе громко рявкнул: — Извращенец! Вэй Ин обиженно насупился, ткнувшись ему в шею носом, жамкнул упругую задницу напоследок и расцепил пальцы, тихо спрашивая: — Вишенка ушла? Вишенка в этот момент гавкнула ему в ухо, и задница Лань Чжаня почувствовала себя в заложниках снова (чисто неслучайно). — Бесполезная дворняга! — кричала госпожа Судьба с порога, топая ногой. — Никакой пользы от тебя! Вишенка совсем расстроилась и, опустив хвост, прибилась под бок к потерявшемуся в пространстве Вэнь Нину, так как тот был самым тихим и дружелюбным на вид. Тот, не растерявшись, опасливо протянул руку, и, когда Вишенка ткнулась в нее мокрым носом, погладил собаку по мохнатой голове. — Не ругайте ее, госпожа Судьба, — тихо попросил юноша, когда собака по приказу хозяйки подбежала к ней и уселась на задние лапы с вываленным наружу языком. — Тебя забыла спросить, ребенок, — недовольно пробурчала женщина, бросив изучающий взгляд на своих нежданных гостей. Цзян Чэн и Сюэ Ян сидели на земле, отогреваясь на солнышке, Вэнь Нин играл в гляделки с дружелюбной Вишенкой, а Хуайсан обмахивал себя веером и пихал замершего на Лань Ванцзи Вэй Ина в бок носком ботинка. — Ты там жив, Вэй-сюн? — Вишенка ушла? — прохрипел тот не своим голосом, невольно опаляя ухо Лань Чжаня горячим дыханием, отчего второй, наконец, пришел в себя и спихнул нерадивого принца со своего тела, тут же подрываясь на ноги. — Ты чего такой красный? — ухмыльнулся Не Хуайсан, подергивая бровями. — Солнце напекло? — Я не… — выдохнул Лань Чжань полувозмущенно-полурастерянно. — Я да… — Кажется, я знаю, на чьей свадьбе мы все будем гулять, — шепнул Сюэ Ян Цзян Чэну, что безразлично пялился на этих кретинов и чесал недавно приобретенный укус комара. — Слава богу, — закатил он глаза в ответ. — Земля ему пухом. — Ну, принц Вэй Ин не так уж плох, — откидываясь на руки, подметил Сюэ Ян. — Ага. Он ужасен! Вэй Ин этого не слышал, но почему-то все равно почувствовал обиду и поднялся на ноги, стряхивая с ладоней песок, на который упал после того, как был бессердечно на него сброшен. Лань Ванцзи — черствое чудовище с каменным сердцем, да как он только посмел?! Подумаешь, за задницу полапали? Он, может быть, так присматривается к жениху будущему! Но нет, ни за что теперь он за Лань Ванцзи не выйдет! Да он скорее Вишенку поцелует! — Вы чего приперлись, детишки? — вытерев слезы со своего лица, наконец задала справедливый вопрос госпожа Судьба и, сжалившись, приласкала обиженную Вишенку, что вмиг развеселилась и начала скакать вокруг хозяйки. — Судьбу свою узнать, — игнорируя буравящий взгляд Лань Ванцзи в свою сторону, что прожигал насквозь и, казалось, мысленно не оставлял от его тела даже праха, ответил Вэй Ин и настороженно уставился на Вишенку. Какое дурацкое, однако, имя — этим псина с Лань Ванцзи была похожа, только у второго и все остальное тоже было дурацкое. — Я в отпуске, ничем не могу помочь, — пожала плечами женщина. — Сделайте исключение, мы так долго сюда добирались! — просяще протянул Хуайсан и, быстро соображая, как всегда понадеялся на стопроцентый аргумент в любых переговорах — деньги, то бишь. — Мы вам заплатим в два раза больше! — Нужны мне ваши деньги… — отфыркнулась госпожа Судьба, отбирая у аргумента звание стопроцентного. — Давайте лучше я вам заплачу, а вы уйдете. — А давайте! — почуяв выгодную сделку, воскликнул Сюэ Ян, но был прерван и пригвозжден к месту предупреждающим взглядом несостоявшегося жениха. — Нет-нет-нет! — замахал руками Вэй Ин. — Я никуда не уйду, пока вы не скажете мне, что меня ждет. — Если ты не уйдешь, тебя ждет только смерть в пасти Вишенки, дорогой. Вэй Ин встретился взглядом со слюнявым орудием своего потенциального убийства и сглотнул, но отступать пока все равно был не намерен. Даже если был до усрачки напуган. В итоге он все же смог убедить госпожу Судьбу дать ему время себя убедить, но перед этим попросил запереть Вишенку в сарае, чему последняя никак не обрадовалась. В этот момент, кажется, Вэй Ин потерял (пред)последнего жениха, который на что-то надеялся, так как Вэнь Нин посмотрел на него разочарованно, будто он самый настоящий живодер. Разбивать неокрепшее юношеское сердечко оказалось неприятно, но у него не было желания объясняться. Его фобия была его проблемой и никого не касалась. Некоторое время ушло на то, чтобы подлизаться к госпоже Зазнайке, дабы та перестала смотреть на них свысока и наконец помогла или хотя бы назначила за это цену. Госпожа Финтифлюшка оттаяла спустя двадцать минут и наконец ответила на заданный Вэй Ином вопрос: почему плакала в тот момент, когда они все дружно завалились на ее территорию? — Этот козел! — она прищурилась, зачем-то тыча пальцем в испугавшегося Сюэ Яна. — На тебя вот похож, такой же хитрый лис! Изменил мне, представляете? Да не с кем-то там, а с… с… с продажной девкой! Вэй Ин тогда преувеличенно громко поносил ее бывшего на чем свет стоит и в момент нужды пихал в бок Цзян Чэна, на что тот любезно подкидывал ему маты — вот у кого они никогда не заканчивались. — А я знаю! — наконец выговорившись, вдруг воскликнула госпожа Тупые-идеи-номер-один и, нахохлившись, распрямила плечи. — Расскажу вам про судьбу все, что захотите, если вы проучите этого негодяя и воздадите ему по заслугам. Вообще, идея была не так уж плоха, но казалось, что будто лишь на первый взгляд. Вэй Ин призадумался, и все взгляды обратились к нему, так как именно он все это затеял и именно ему было решать. Не то чтобы кто-то помимо него вообще хотел знать свою судьбу, но деваться было некуда. Сюэ Ян давно участвовал в этом исключительно ради веселья, Цзян Чэн с недавних пор тоже, Вэнь Нин был здесь только потому, что Вэй Ин до сих пор не хотел его обижать, а Лань Чжань вообще безбилетник, проскочивший благодаря влиянию короля, дай бог ему здоровья и долгих лет жизни, бляха-муха! Не Хуайсан не в счет, он к принцу прицепом, соединенный вином и обязательством быть хорошим другом в любых (даже вот этих вот) обстоятельствах. Вэй Ин задумчиво потер подбородок и обратился к госпоже Судьбе (остроумные эпитеты закончились): — А как нам понять, что вы действительно та, за кого себя выдаете, и не обманываете нас? Женщина, казалось, искренне оскорбилась от одного только предположения обмана и угрожающе ткнула в сторону принца пальцем. — Я так-то прошлое тоже вижу, мальчик, и твое говорит мне о том, что, будь ты моим сыном, я бы скормила тебя Вишенке еще до того, как ты создал своего Паука-Нервоеда. Никто, кроме Хуайсана, ничего не понял, но по восхищенному лицу принца, который даже не вздрогнул после слов о Вишенке, стало ясно, что женщина попала в точку. Только лишь принц вознамерился сказать, что согласен на сделку, разозленная госпожа продолжила, ткнув пальцем в Не Хуайсана: — Ты. Писатель пошлых романов про двух совокупляющихся альф. Лицо Хуайсана побагровело за секунду, и скрыть это не помог даже веер, так не вовремя спрятавшийся в мешке с припасами. — Какая мерз… — О вкусах не спорят, — прервал речь Цзян Чэна Сюэ Ян, пока остальные медленно переваривали услышанное. Вэй Ин дернул бровью и усмехнулся. — Дашь потом почитать, — он ободряюще толкнул красного как рак друга плечом, а тот отстраненно кивнул в неуверенном согласии. Госпожа Судьба хмыкнула и начала искать глазами новую жертву, когда Цзян Чэн выкрикнул: — Не надо! — Как это не надо? — возмутился Хуайсан. — Позориться — так всем сразу! — Ты, — в этот момент женщина, наконец, определилась с жертвой и указала на сжавшегося у стены Вэнь Нина. — Собрал всех бездомных кошек на районе, из-за чего всех членов твоей семьи перекусали блохи. Настала очередь Вэнь Нину краснеть до кончиков волос. Все дружно рассмеялись, посмотрев на него, отчего он чуть не упал в обморок. — Ты, — палец указал на ухмыляющегося Сюэ Яна, который, в отличие от остальных, совсем не выглядел напряженным. — Бесстыдник, фу. Я лучше промолчу. — Эй, так нечестно! — тут же воскликнул Цзян Чэн и тем самым неосознанно переключил внимание госпожи Судьбы на себя. Он вздрогнул. — Ты, — задумчиво протянула женщина, внимательно вглядываясь в напряженное лицо принца. — М-м-м… — она промычала, закусила щеку и в итоге пожала плечами. — Не знаю. Скучный ты. Нечего тут рассказывать. — То есть как это — скучный?! — взревел Цзян Чэн, пока Сюэ Ян, согнувшись, гоготал, так и напрашиваясь на тумаки. — У меня насыщенная жизнь! Я лучший стрелок в королевстве! У меня идеальные оценки! Я, в конце концов, выдающаяся личность! — Ни одного романа за двадцать два года, ни одного интересного путешествия, ни одной выдающейся выходки, — лениво перечисляла госпожа Несправедливость (еще один мастер на эпитеты), разглядывая свой недавно обновленный маникюр. — Скуч-ный. — Я даже не знаю, плакать тут или смеяться… — Ты вообще заткнись, писатель гребаный! — Ты, — палец, наконец, указал на Лань Ванцзи, и Вэй Ин, только-только закончивший смеяться над бедным Цзян Чэном, весь превратился в слух. Сам же Лань Ванцзи ожидал, что слова госпожи Судьбы про Цзян Чэна повторятся — в конце концов, жизнь Лань Чжаня сложно было назвать веселой. Однако… — Ох, — выдохнула женщина, посмотрев на альфу как-то совершенно по-новому. — Вот это да. — Что? — вклинился Вэй Ин, порывисто делая шаг к госпоже Томительное Ожидание. — Говорите же! Лань Чжань тоже был заинтересован, а еще чуть-чуть напуган этой неожиданной реакцией на свою жизнь. Что такого женщина смогла увидеть в его прошлом, что так ее впечатлило? Как он объелся капустой в детстве и проплакал всю ночь, потому что дядя, решив его наказать, сказал, что теперь он превратится в морскую свинку? Учитывая то, что Лань Чжань тогда не знал, кто это, и подумал, что это свинья с плавниками, история действительно страшная. Госпожа Судьба после выкрика Вэй Ина перевела взгляд на него, и взгляд этот был не иначе, как оценивающим, что омегу привело в легкое недоумение, но он молчал, все еще надеясь получить ответ на свой вопрос. В итоге госпожа Обломщица только улыбнулась и произнесла: — Не скажу. Живи теперь с этим, мальчишка. Или лучше мне обращаться к тебе Ваше Высочество? — Да хоть бублик с рожками, только скажите! — возмутился Вэй Ин, гневно зыркая в сторону совсем ничего не понимающего Лань Ванцзи. — Я же от любопытства умру. — Земля тебе пухом. — Вы жестокая! — Мне сердце разбили, негодник! — ахнула женщина, ища взглядом что-нибудь под рукой, чем можно было бы в принца запульнуть. — Отомсти за меня — и я расскажу. — Обещаете? — Зуб даю. — Мне ваш зуб, как третья нога, вы по существу… — Да обещаю я, обещаю! И так они оказались в той подворотне, переодетыми в женские платья. — Ну если после этого еще хоть кто-нибудь назовет меня скучным, я переломаю всем вам ноги! — Юбку не потеряй.