учение о терпении

— То есть вы просто… приволокли его ко мне? — Так точно! Выражение лица короля сделалось нечитаемым, и пара охранников, переглянувшись, замерла на месте в предвкушении чего-то недоброго. Вэнь Жохань возвышался над Его Величеством и смотрел вниз самым пронизывающим взглядом из своего арсенала, из-за чего охранники и вовсе поежились, начиная обильно потеть. А Лань Чжань… А Лань Чжань стоял перед ними на коленях, низко опустив голову. Как привели, так и не двигался больше, полностью признавая свою вину. В его юной душе все перевернулось буквально несколько минут назад, когда он совершил просто вопиющий поступок! Ай-яй, где были его нечестивые руки? Что хотел спросить его грешный рот, если бы его не оттащили? Он ужасный человек! Он заслуживал того, чтобы его немедленно отослали домой с позором! Закрыли вход в страну и заклеймили извращенцем! — Разве так подобает обращаться с принцем дружественного королевства? — приняв из рук Жоханя услужливо преподнесенный веер, король поднялся с трона и, сделав несколько шагов к сжавшимся от страха мужчинам, шлепнул по очереди обоих. Когда охрана получила веером по башке, то тут же с облегчением выдохнула — наказание было донельзя ласковым. — Если и надумали кого-то спасать, то сначала подумайте, от кого! Лань Ванцзи — почетный гость в этом дворце. К тому же, он, кажись, сам себя наказывает… — король опустил на притихшего альфу многозначительный взгляд и вздохнул, потирая точку меж иссиня-черных бровей. — Свободны! Он решил, что с этими двумя разберется позже, а сейчас, очевидно, назревала проблема посерьезнее: Лань Ванцзи бледнел на глазах! Ать-два, и в обморок рухнет! — Отставить самобичевание! — приказным тоном сказал король, веером шлепая по плечу юноши, чтобы привлечь его внимание, да тот продолжал не реагировать. — Лань Ванцзи! Мальчик мой! — Может, ему чайку? — Ему бы чего покрепче… — задумчиво пробубнил король, складывая руки на груди. От наблюдений за этими двумя оболтусами, одним из которых был его любимый сын, у короля участились мигрени. — Лань Ванцзи, — уже мягче позвал король, тормоша чужое плечо теперь рукой. Наконец, тот проявил хоть какую-то осознанность и поднял загнанный взгляд на короля. — Что тебя тревожит? Расскажи этому скромному мастеру в любовных делах. Король, или самопровозглашенный мастер в любовных делах, одним легким движением расправил веер и направил поток ветра на свое довольное лицо. — Я прошу прощения, — опомнившись, прохрипел Лань Ванцзи. — Я повел себя ужасно неприлично. Можете меня наказать! — с этими словами юноша тут же склонился в поклоне, стукнувшись лбом об пол. Король и Жохань обменялись вымученными улыбками. — Мда, тяжелый случай… *** После того, как принц уложил своего буйного друга, размахивающего руками и завывающего, баиньки, обмотал его одеялом и напоследок ткнул пальцем в щеку, размазывая по ней соус, Вэй Ин ушел в свои покои и, не раздеваясь, улегся на заправленную постель. Затем, недолго думая, он притянул к лицу завоеванный на поле боя трофей и несмело принюхался. Одежда, которую не так давно носил Лань Чжань, была холодной, но все еще сохраняла запах альфы, который Вэй Ин с упоением втягивал носом. Об этом не должна была узнать ни одна живая душа! Если кто спросит, он задрых сразу по приходе в комнату! Хотя лучше бы никто не спрашивал, конечно. Вместе с запахом нахлынули и воспоминания: о том, как Лань Чжань прижимал его к земле всей тяжестью своего тела, как касался рукой его бедра через одежду, как заглядывал в глаза своими темными, в которых плавало нечто мутное, опасное, завораживающее… — Влюбился? — возмутился принц, но как-то вяло. — Еще чего! Я? Да я бы никогда! И в кого? В Лань Чжаня? Да он же!.. У него же!.. У него два имени! Осознав, насколько нелепой была отговорка, принц нахмурил брови и отбросил чужое ханьфу на другую сторону кровати. Впрочем, он тут же вернул его себе под нос, быстро проиграв собственной гордости. — Пахнет он ничего… — поколебавшись, пробормотал Вэй Ин и сел. Халат упал ему на колени, а принц зарылся пальцами в свои волосы и расчесал непослушные пряди, издавая вымученный звук поражения. — И лицо у него красивое. А еще… Он умный. И добрый. И… красивый, я уже говорил? Сильный и богатый. А еще… Губы у него такие… такие… — Вэй Ин громко застонал, утопив лицо в ладонях. — Уф, я в жопе. — Угрх… — Блять! — испуганно воскликнул принц, подпрыгнув на месте. Мысль о том, что кто-то стал свидетелем его торгов с самим собой, напугала даже больше, чем неожиданный звук. Когда взгляд зацепился за движение возле кровати, с его губ слетел выдох облегчения. — А, это ты… Механический паук обиженно прогундел на своем железячьем и потеребил передними конечностями покрывало, как бы намекая, что если хозяин хочет, чтобы его утешили, он готов предоставить для этого свое твердое сыновье плечо. Даже несколько плеч. — Жух-жух-жух… — сказал он. Вэй Ин ничего не понял, но в знак благодарности погладил его по голове. — Труньк, — продолжал диалог паук и затарахтел, отчаянно копируя мурлыкающую кошку. — Ты же знаешь, что я тебя не понимаю? — хохотнул Вэй Ин, продолжая гладить свое личное чудовище. — Грх, — грустно выдал паук в ответ. *** На следующее утро Вэй Ин проснулся в объятиях тарахтящего паука, что храпел хуже старого деда с заложенным носом. Ханьфу Лань Чжаня встретило его, одиноко валяющееся на соседней подушке. Мысль о том, что когда-нибудь, возможно, вместо одежды там будет спать полноценный Лань Чжань, заставила его покраснеть и упасть с кровати под недовольное: «Жух-жух-жух». С каких пор подобные мысли вообще посещают его светлую голову, да еще и с самого утра? Дальше — хуже. Когда он, сытый после плотного завтрака, совершенно случайно одетый в один из своих лучших нарядов и улыбающийся от уха до уха, нашел Лань Чжаня у полок в библиотеке, тот, стоило их взглядам пересечься, побледнел и просто-напросто… сбежал? — А?.. — улыбка медленно, но верно тускнела по мере того, как спина альфы отдалялась. Вэй Ин потоптался на месте и опустил взгляд вниз, дабы проверить, что в его внешнем виде могло его так напугать. Может, у него что-то на лице? Зеркало, которое он отыскал в шкафу, говорить не умело, но если бы умело, то непременно сказало бы, что выглядит он просто замечательно, так что дело точно было не в этом. Тогда в чем? Следующая их встреча произошла в конюшне. Вэй Ин понятия не имел, что Лань Чжань там забыл, но его верный паук с навыками слежки лучше, чем у королевского шпиона, ошибиться не мог, когда тыкал железной лапой в нужное место на карте дворца. Когда Вэй Ин пришел в конюшню, Лань Чжань как раз ласково гладил по носу самую строптивую лошадь в королевстве. Чэньцин — гадина такая! — иногда даже Вэй Ина игнорировала, а ведь они знакомы лет семь уже! Вэй Ину очень хотелось выплеснуть свое негодование вслух, но что-то ему помешало. Внимание его зорких глаз перетекло с черных глаз горделивой лошади на мягкое выражение лица Лань Чжаня, что, поглаживая животное, выглядел… умиротворенно. Сердце Вэй Ина пропустило удар. Ему вдруг неожиданно захотелось поменяться с лошадью местами… Интересно, какое выражение лица было бы у Лань Чжаня, если бы он точно так же поглаживал Вэй Ина по голове? Ну, или еще где-нибудь. У него, между прочим, была довольно чувствительная шея, так что… Возможно, его сердце забилось чересчур громко, потому что Лань Чжань неожиданно прекратил движения, а его тело ощутимо напряглось, что было видно невооруженным глазом. Он медленно, будто отсчитывая секунды до смерти, обернулся, и их с Вэй Ином взгляды снова встретились. На этот раз, будучи готовым к подобному исходу, Вэй Ин не дал Лань Чжаню тут же сбежать, вовремя захватывая в тиски его рукав и разворачивая юношу лицом к себе. — Ты чего от меня бегаешь? — его голос определенно не звучал разочарованно, нет, конечно. Не докажете! — Я чем-то обидел тебя? Когда успел? — Нет, — буркнул Лань Чжань, глядя куда-то, но точно не на него. — Тогда что? — Ничего. — Так разговоры не разговариваются, — поучительным тоном сказал Вэй Ин, продолжая крепко держать Лань Чжаня за одежду. — Если ты чем-то недоволен, ты должен сказать мне. — Вэй Ин. — Что? О неужели! Лань Чжань наконец удосужился посмотреть ему в глаза. Но почему он такой неловкий? — Отпусти, пожалуйста. — Нет, — сказал Вэй Ин, а получив хмурый взгляд в ответ, пожал плечами. — Ты убежишь, а мне снова придется тебя искать. Нет, давай сейчас поговорим. — Как ты меня нашел? — Пока ты в этом дворце, я найду тебя где угодно. Не увиливай, — он несильно дернул Лань Чжаня за рукав, как бы призывая к ответственности. Тот сразу как-то сник и опустил взгляд, упрямо поджимая губы. Так он ничего не добьется, понял Вэй Ин. Они с Лань Чжанем, по всей видимости, могли бы спокойно посоревноваться в упрямстве, и неизвестно, кто бы победил. Нужна была другая стратегия. Если бы это была игра, в которую они играли с учителем, ситуацию решил бы доп. предмет. Но в жизни приходилось справляться без него — какая жалость. — Может, прокатимся? — предложил Вэй Ин, в чью голову пришла замечательная идея. Впрочем, как и всегда. Он вообще был кладезем замечательных идей. Когда-нибудь он напишет книгу о своей жизни, и она точно станет бестселлером. Люди, заходящие в тупик, будут спрашивать себя: «А как бы поступил великий принц Вэй Ин?», и все проблемы мигом разрешатся. Ай да он! — М? — это вопросительное мычание не звучало так уж заинтересованно, но Вэй Ин не сдавался. Не отводя взгляда от альфы, он махнул головой в сторону лошади и сказал: — Кажется, ты понравился Чэньцин. — Ее зовут Чэньцин? — когда голос Лань Чжаня приобрел заинтересованные нотки, Вэй Ин гордо расправил плечи. — Ага, — улыбка принца озарила конюшню и все, что к ней прилегало. — Она довольно упрямая, но вы поладили, так что, думаю, она тебя прокатит. Упомянутая выше Чэньцин в ответ топнула копытом и фыркнула, как бы опровергая слова хозяина, но Вэй Ин продолжал улыбаться и делать вид, что не заметил. Лань Чжань, поколебавшись, в итоге согласно кивнул, и тогда Вэй Ин все же нашел в себе смелость отпустить несчастный рукав. Увидев, что целых два принца возятся с лошадью, парнишка конюх прибежал на подмогу. Этот мальчишка был новеньким, подумал Вэй Ин, когда увидел незнакомое лицо, а еще, судя по сладковатому запаху, омегой. Запаху и тому, как при виде высокого и красивого альфы у парня заалели щеки. Внутри у Вэй Ина сжалось что-то… нехорошее. Когда рука Лань Чжаня коснулась мягкой гривы, Чэньцин прильнула к ней, как если бы Лань Чжань был ее самым близким существом. Вот же предательница! — Вы ей нравитесь, господин, — зардевшись, сказал конюх и бросил на Лань Чжаня смущенный взгляд. Зубы Вэй Ина заскрипели. В его книге обязательно появится целый абзац, где он запретит людям нанимать смазливых конюхов. Обязательно. — Давайте я закреплю седло! — воодушевленно отозвался парень, стоило только Лань Чжаню за этим седлом потянуться. Их пальцы соприкоснулись на какую-то долю секунды, и Вэй Ин всерьез запереживал за свои зубы. Недолго думая, он отобрал у конюха седло и ненавязчиво отодвинул того подальше от Лань Чжаня плечом, параллельно с этим многозначительно посмотрев в испуганные глаза юноши. — Все в порядке, — елейным голосом сказал он, пока глаза пылали гневным огнем. — Мы знаем, как это делается. — А… — Можешь быть свободен, — отрезал Вэй Ин, отворачиваясь от краснеющего конюха, что, поклонившись, отошел как можно дальше. Лицо Лань Чжаня выражало легкое недоумение. Впрочем, Вэй Ин действительно прекрасно знал и про то, как крепится седло, и про меры предосторожности, и про все остальное тоже знал, так что в услугах конюха не нуждался. Чэньцин вышла из загона довольная и слегка возбужденная. Все же Вэй Ин давно не ездил на ней, так что немудрено, что лошадь обрадовалась неожиданно сваливавшейся на голову прогулке. — Ну, забирайся, — отбросив мешающие волосы на спину, Вэй Ин встретил взгляд Лань Чжаня на себе и послал ему мягкую улыбку. Когда уголок прекрасных губ дернулся в ответ, он почувствовал, как внутри что-то перевернулось и громко стукнуло. Кажется, это было сердце. — Ты со мной не поедешь? — спросил Лань Чжань неуверенно. Вэй Ин огляделся и, зацепившись взглядом за стойло, пожал плечами. — Я мог бы взять кого-нибудь из них, раз уж моя лошадь у тебя под каблуком. Недовольная Чэньцин пнула его в плечо носом. А Лань Чжань, кажется, только сейчас понял, на чьей именно лошади собирался прокатиться. Не зря именно она зацепила его взгляд — все-таки она была очень красивой, умной и с характером. Прямо как Вэй Ин. Теперь понятно, чем они друг другу приглянулись. Заставлять Вэй Ина менять лошадь было как-то неправильно. Заприметив сомнения на хмуром лице альфы, Вэй Ин задумчиво улыбнулся и погладил Чэньцин по холке, проговаривая как бы невзначай: — Думаю, она сможет выдержать нас обоих. Лицо Лань Чжаня становилось сложным по мере того, как к нему медленно, но верно приходило осознание услышанного. — Что? — он почувствовал, как теплеет кожа в районе ушей, и невольно потянулся к одному рукой, пытаясь это скрыть. А Вэй Ин, продолжая гладить лошадь, которая выглядела донельзя довольной происходящим, снова пожал плечами. Их взгляды встретились, когда он сказал: — Если хочешь. И голос у Вэй Ина не был уверенным настолько, насколько он бы хотел, чтобы был. — Думаю, да, — увидев в отражении зрачков лошади свое нелепое лицо, тихо и смущенно сказал Лань Чжань. — О, — Вэй Ин заправил волосы за уши. — Хорошо. Да. — Мгм, — кивнул Лань Чжань. … — Они такие неловкие! — хохотнул король шепотом, передавая бинокль Жоханю. — Внуков дождусь где-то к шестидесяти. — Мой король и в шестьдесят будет прекрасно выглядеть, — поглядывая в бинокль, ответил Жохань. — Подхалим, — нежно сказал король, возвращая себе бинокль. Ветки кустов больно впивались в спину. — Учусь у лучших, — улыбнулся слуга в ответ и, заприметив неудобства короля, предложил: — Массаж? *** Поездка выдалась… неплохой. Поначалу Вэй Ин совсем осмелел и подумывал сесть позади Лань Чжаня, чтобы безнаказанно и на правах обнимать того со спины, а потом передумал и сел перед. Потому что в таком случае это он окажется в объятиях, и помимо неловкости это принесло ему массу приятных впечатлений. Когда руки Лань Чжаня оказались в поле зрения и схватили поводья, Вэй Ин почувствовал спиной крепкую грудь и твердый живот, а еще тепло. Даже жар. Хотя он не был уверен, от кого из них двоих этот жар исходил, потому что сам Вэй Ин тут же запекся, будто рыбный шашлычок на костре, стоило Лань Чжаню просто сесть на лошадь. Чэньцин знатно охренела от их совместной тяжести, но виду не подала, только фыркнула для приличия. У нее было слишком хорошее настроение, чтобы портить чужое свидание, так что. Да. Какое-то время они оба молчали, пытаясь дышать. Дышать — это важно, это полезно и все такое. Дыхание в массы, ха-ха. Блять. Было очень непривычно, когда кто-то находился настолько близко. Когда этот кто-то буквально вжимался в тебя собой! Хотя вчера, пока они лежали на земле после спарринга, происходило примерно то же самое. Однако на этот раз все было осознанно, по обоюдному согласию и без заполненного феромонами пространства. — Смотри, Лань Чжань, там пруд! — Вэй Ин завертел головой и ткнул пальцем в нужном направлении. — Там растут лотосы. Ты когда-нибудь пробовал их семена? — Мгм, — это было отрицательное «мгм». — Очень зря, они вкусные, — сказал Вэй Ин, забывшись и откинувшись ему на грудь спиной. Спустя секунду он дернулся и вернулся в исходное положение, нервно хихикая. — Как-нибудь вместе поедим. — Мгм, — это было положительное «мгм». — Вообще, здесь довольно скучно, — продолжал Вэй Ин, потому что во время болтовни нервозность немного уходила. Но не все остальное, типа смущения и предвкушения, а еще трепета и… Тьфу. Какой же он жалкий, ей-богу. — Было бы здорово удрать и прокатиться по нормальному лесу, где нет надзирателей и все такое. — Мгм, — это было сомневающееся «мгм». — Вэй Ин часто ездит на лошади? — это было первое, что Лань Чжань сказал за последние двадцать минут. — Несколько лет назад я очень любил сбегать из дворца именно с Чэньцин, но потом это стало довольно проблематично, и мне пришлось ломать стены, так что нет. — Сколько стен ты сломал? — в голосе этого наглеца послышался смешок! Немыслимо! — Больше, чем известно отцу, — усмехнулся Вэй Ин, слегка поворачивая голову вбок, чтобы бросить на альфу ненавязчивый взгляд. В это время Лань Чжань скосил ответный взгляд на его лицо и, тут же отводя его, тихо сказал: — Не вертись. Вэй Ин подавил разочарованный вздох и надулся. — Если тебя зовут Лань Чжань, то кто какой Лань Ванцзи? — он вдруг вспомнил эту странную деталь. — Я, — без запинки ответили ему. — То есть… — Вэй Ин чуть наклонился, чтобы разглядеть мелькнувший впереди блеск. — У тебя два имени? — Мгм. Что там? — Не знаю, — в груди у Вэй Ина появилось что-то жгучее и неприятное. — У тебя случайно нет палки? — Палки? — опешил Лань Чжань, останавливая поводья. Пока он мешкал, Вэй Ин поднял руки и потянулся к ветке дерева над головой, чтобы оторвать часть, но переусердствовал и едва не рухнул с лошади. Рухнул бы, если бы Лань Чжань вовремя не схватил его поперек живота и не усадил обратно, сердито пыхтя. Оба, как по щелчку, вспыхнули и не сговариваясь сделали вид, что этого никогда не было. Вэй Ин осмотрел ветку в руке и разочарованно протянул: — Не подойдет, слишком легкая. Нужно что-то потяжелее. У тебя точно ничего с собой нет? Обратившись к Лань Чжаню, он немного развернулся к нему корпусом и умилился розовым мочкам его ушей. Через секунду ему в руки впихнули флягу с водой. — Есть только это. — Пойдет, — Вэй Ин издал короткий смешок, сел ровно и, прицелившись, запульнул флягой прямо в блестящее в кустах нечто. Нечто издало громкий вой, пока Вэй Ин с победным выражением лица складывал на груди руки, а Лань Чжань недоуменно моргал за его спиной. — Что ж ты за человек такой? — из кустов вывалился потрепанный жизнью и годами Жохань, а следом за ним, хотя скорее — прямо на него, и король. — Совсем старших не уважаешь! — Я буду уважать старших, когда старшие начнут уважать мою личную жизнь, — фыркнул Вэй Ин. — Отец, ты-то куда? — Я просто загорал, — спрятав лицо за веером и чихнув, оправдался король. — А мы с Лань Чжанем просто хотим побыть вдвоем. — Мгм? — это было вопросительное «мгм». Тем временем Жохань, потирая плечо, куда, видимо, и прилетела фляга, поднялся на ноги и с непроницаемым выражением лица подал королю руку. — Ваш сын — охламон, — припечатал он, хмуря брови. — Я все слышу. — Я на это рассчитывал, — не растерялся Жохань, помогая королю отряхнуть одежду. — Не будем вам мешать. — Вы уже, — глядя в спины двум удаляющимся фигурам, Вэй Ин снова фыркнул и легко спрыгнул с лошади, исчезая в кустах. Вернувшись с флягой, он принял крепкую и надежную, а также теплую руку Лань Чжаня и без проблем забрался на Чэньцин. — Поехали обратно. На пути к конюшням он совершенно не стыдясь прижимался к Лань Чжаню спиной, откинувшись головой на его плечо и чувствуя теплое дыхание на своей щеке. Лань Чжань же смущенно позволял ему это и чуть-чуть кричал внутри, внешне оставаясь невозмутимым.