Выход Дракона

      "Толпа" на прослушивании получилась не слишком большой. На стульях расселись все прежние члены клуба: Джуно, ожидаемо назначенная ведущей актрисой, немного нервничающий Тао, Киби, который неожиданно для себя получил должность главы команды по костюмам, тоже не мог найти себе места. Еще, внезапно теперь уже для нового драматурга, на пробы заявились енот Мокичи и гиппопотам Дольф, о которых он совсем забыл. Естественно, они тоже были приняты, Мокичи теперь заведовал декорациями, а Дольф, как и раньше, помогал костюмерам.       Уж лучше бы на сцену пошел, подумал Луи. Как бы ни был плох тот козел Зоэ в роли Духа Воды, сейчас хватило бы даже его. Но Зоэ и Марк выпустились в прошлом году, а Кай, засранец, как-то умудрился закончить школу досрочно в этом. Перед Луи собрались от силы тридцать животных разных видов и размеров, из которых предстояло отсеять примерно половину – самых харизматичных в актеры, самых гибких и пластичных – в танцевальную команду, в которой сейчас состояло ровно ноль существ, а также определить кого-то в помощь Легоси.       И обязательно повесить замок на люк в чердачной комнате.       Некоторые оживленно переговаривались. Он постучал тростью, требуя тишины. С друзьями олень старался ходить без трости, демонстрируя непомерную гордость, однако здесь она, пожалуй, придавала солидность – изготовленная из темного лакированного дерева с рукоятью, опоясанной колечками меди, эта трость внушала уважение. Поставленный голос зазвенел над собравшимися:       – Итак... начнем. Я – Луи, совсем недавно актер этого замечательного клуба, а теперь театральный режиссер. Как вы, возможно, знаете, клуб с попеременным успехом ставил пьесу "Адлер, жнец смерти", поэтому вам для прослушивания будут предлагаться различные фрагменты из сценария, и вы будете их зачитывать. По мере того, как вы будете проходить прослушивание, я сделаю отметки для будущего распределения. Вопросы?       – Танцы? – послышался вопросительный голос откуда-то из-за спин. Луи кашлянул, затем сказал: – Да, танцы. Из меня, как видите, танцор плохой, поэтому временно главу танцевальной команды будет подменять Джуно... или Легоси, – со злорадной усмешкой добавил он еле слышно, – однако я жду от вас полной отдачи и демонстрации своих талантов. Мы приготовили музыку из спектакля, однако, если вы никогда не танцевали в подобном стиле, не стесняйтесь обращаться со своими заготовками, под музыку или без. Остальное... можно выучить.       – Луи-сан, а вы будете сами на сцене? – спросила небольшая хищница из переднего ряда. Кажется, хорек. Олень качнул рогами в отрицательном жесте:       – Боюсь, что мои дни на сцене завершены. Однако ваши, при должном старании, только начинаются, поэтому не относитесь к театру как к мимолетной прихоти. Я, со своей стороны, постараюсь вытащить то, что в вас скрыто, под свет прожекторов.       – Обнадеживающе, – шепнула Джуно пантере. – Как будто перед нами вообще не тот Луи, которого мы знали. Гордость та же, а вот терпимость... никогда за ним такого не замечала.       – Аг-га, – нервно кивнул Тао. – Даже жутко как-то.       – Пойдем по списку.       Луи взял планшет с именами подписавшихся учеников и медленно осмотрел толпу. Те явно нервничали – кто-то больше, кто-то меньше.       – Арияма Тсутому!       – Здесь, – прозвучал неимоверно усталый и изможденный голос сзади. Глубокий, хороший голос. Луи уже отметил про себя, что при сценической работе этот голос будет привлекать внимание. Из задних рядов протиснулся худощавый самец летучей лисицы с песчаного цвета шерстью, черными конечностями и характерными кругами под глазами. Ночным животным было очень тяжело сбить биоритмы под дневные школы, поэтому они либо посещали общие школы во вторую смену, либо поголовно сидели на медикаментах и энергетиках. Данное животное, очевидно, относилось к последним.       – Сразу проходи на подмостки, – олень достал из-под планшета лист с репликами, раскрашенный разными маркерами, и отдал лису. Тот молча поклонился и поднялся на сцену, ожидая дальнейших указаний.       – Читай реплики, подчеркнутые красным.       – "Зачем же..." – запнулся он на первом же предложении, – "зачем же мглою приданы мне тяжкие мольбы? Когда, о, когда закончится бессменная ночь, ведущая... к погибели!"       – Дыхания немного не хватает, – прошептал Тао. Он чувствовал себя не в своей тарелке, но в то же время ощущал некую привилегированность, будучи одним из старых актеров. Джуно согласилась, тоже вполголоса:       – Да, но в целом неплохо.       – Угу.       – Ниже! – скомандовал Луи.       – "Мои глаза не видят то, что ты могла бы мне показать – н-но я верю, нет у тебя злого умысла... нет... цели, подобно полумертвым, нашептывающим в уши низменные, исполненные похоти слова..."       – Пока достаточно. Думаешь, смог бы запомнить два листа такого текста за несколько дней?       – Наверное... я никогда раньше не играл в театре, – замялся Тсутому, не зная, куда деть руки-крылья.       Наставник кивнул:       – Хорошо. Изобрази выпад шпагой!       С движениями у летучего лиса было куда хуже, чувствовалась неловкость, даже деревянность, но в целом... его можно представить на сцене, подумал Луи. Приказал вслух:       – Достаточно. Можешь спускаться и садиться в задние ряды.       – Спасибо, Луи-сан, – вежливо поклонился тот и спрыгнул со сцены, взмахнув крыльями.       – Следующий... Баба Натсуми!       На сцену поднялась белая чайка, но, видимо, слишком стесняясь, так и не смогла выдавить из себя нужные реплики. Прослушивание Луи проводил в условиях, близких к "боевым" – аудитория, свет прожектора на сцене, тишина. Легоси где-то там, наверху, сидел на подстраховке освещения. Он вспомнил свои первые роли – в те моменты казалось, что он один против всего мира и бьющего в глаза света. Конечно, олень тоже боялся, однако покойный отец воспитал его слишком упрямым и гордым, чтобы это показывать.       – Ватанабэ Эри!       – Иду! – встрепенулась кошка и расправила платье. Она проигнорировала школьную форму, одевшись весьма близко к архетипу, но в раздельные юбку и блузку, отличие было в том, что свободная доходящая до колен юбка была куда удобнее в движении, а легкие белые кеды позволяли ей продемонстрировать всю грацию.       – Я в танцевальную команду, Луи-сан, – поклонилась она. Олень отложил лист и кивнул Дольфу, стоящему у стены:       – Включи музыку, пожалуйста.       Гиппопотам кивнул массивной головой и нажал на клавишу ноутбука. Оттуда полилась мелодия, достаточно тревожная, чтобы присутствовать на заднем плане трагической пьесы, но притом мягкая и оформляющая танец, который ранее ставила Шиила. Самка сервала на сцене тоже не была так уж плоха. Ее движениям недоставало отточенности, переходы были плавнее, чем следовало, однако она брала свое природной гибкостью и кошачьей пластикой. Джуно с завистью подумала, что Луи мог бы просто набрать несколько любых кошек и за неделю обучить их всему необходимому.       Ну и, конечно, Эри не знала их танца – она двигалась в своем ритме и по своей схеме.       – Что думаешь? – обратился Луи к волчице. Та хотела кивнуть, но сдержалась, сказав только:       – Пусть садится.       – Баба, вы можете идти. Простите, – обратился Луи к чайке. Та мрачно кивнула и медленно побрела к выходу. Киби с сочувствием посмотрел ей вслед:       – Не хотел бы я так... в первый же день. Джуно толкнула его локтем:       – Догони ее и спроси, может, она захочет в команду декораторов или костюмеров? – Ага, понял, сделаю, – кивнул муравьед и заспешил вслед за птицей.       – Курода Брайсон!       – Это я, – низко поклонился буйвол, выступив вперед. – На сцену?       – На сцену, – кивнул Луис. – Ты в актеры?       – Да.       – Тогда бери вот это и читай... зеленые строки.       Непослушные строчки запрыгали перед глазами Брайсона, он насупился и уставился в лист, как будто хотел взглядом его усмирить. Странно, но легкая злость перешибла хребет волнению, и буйвол начал:       – "Стой, потому что не видать тебе своих пальцев вместе с драгоценностями, что их уш... усеяли, если пересечешь черту этого леса! Последний раз молю – обернись на то, что бросаешь, не губи свой род, свою удачу... Возвращайся, Лиабель, и сохрани судьбу от проклятия".       – Пропустил одну, – поднял глаза на сцену олень. У него имелись копии всех текстов, хотя, признаться честно, он до сих пор помнил Адлера почти наизусть. Уж слишком много всего было связано именно с ним.       – Ой... простите... "...и тоску, что съедает глаза твои, принеси в жертву богам", – чуть быстрее прочитал Брайсон. Кажется, за короткую минуту на сцене он успел вспотеть, в глазах слегка двоилось.       – Хорошо. Стань на одно колено, как будто просишь руки героини.       Брайсон безмолвно опустился на колено и протянул руку вдоль сцены, туда, где его фантазия живо нарисовала образ молодой буйволицы. Хотя, конечно, в пару могли поставить кого угодно. А, вернее, только тех, кто был в наличии...       – Мгм, – с неясным звуком отметил что-то Луи, снова поднимая глаза на сцену. – С памятью все хорошо?       – Никогда не было проблем, – сглотнул буйвол. Небольшой олень, стоящий внизу, приводил его в ступор, подавлял одной своей личностью. Хотя Брайсон знал про Луи очень мало, годом ранее тот был легендой школы, будущим Выдающимся Зверем. И, само собой, это заставляло народ нервничать. Хотя в жизни он оказался немного мягче, чем твердили слухи.       – Сможешь по-настоящему поцеловаться на сцене?       – Что?! – не выдержала Джуно. Луи повернул голову на пару градусов в ее сторону и едва заметно ухмыльнулся:       – Шутка. От актеров обычно требуется убедительно изобразить поцелуй. Смог бы?       – Не знаю... наверное, – промямлил Брайсон, вспотев еще больше. Он возблагодарил судьбу за вечные подколки Чиро, благодаря которым сумел выдержать эту безобидную шпильку, кажется, направленную даже не на него.       – Садись. Дальше у нас пойдет... Кимура Кобаяси.       На сцену запрыгнул шакал в голубом черритонском поло, потирая щеки ладонями. Кажется, тоже немного волновался, но значительно меньше, чем прошлые кандидаты.       – Я в танцоры. У вас же есть места для парней, Луи-сан? – сходу спросил он.       – Найдем. Музыку включать или ты со своей пришел?       – Свою, если можно.       Хищник аккуратно опустил телефон на край сцены, и оттуда полилась незамысловатая мелодия в стиле фолк. Он сделал несколько круговых движений ногами, не шевеля торсом, затем поддержку, полный оборот. В пластике он уступал Эри, но явно превосходил ее техникой. Не дожидаясь завершения мелодии, Луи остановил танцора:       – Очень хорошо. Занимался где-то дополнительно?       – Мать профессионально занимается спортивными бальными танцами, – немного смутившись, ответил старшеклассник. Луи кивнул на сидения сзади:       – Садись.       Вернулся муравьед, на вопросительный взгляд Луи отрицательно покачав головой.       Еще десять животных один за другим прошли отбор. Олень скрепя сердце отсеял небольшого гримасничающего мангуста и девушку, красную панду, которая запиналась и путала слова, но в ней ощущался намек на чувственность, присущую лучшим из актеров. Кажется, я пытаюсь заменить ушедших их ближайшими аналогами, с иронией подумал он. Но, когда на сцене стоял барсук и отчаянно пытался выстроить монолог рыцаря Рико, произошло нечто непредвиденное. Дверь клуба с легким скрипом распахнулась, и вкрадчивый голос наполнил помещение:       – А я было думал – шутка. Не найдется ли у творческого костра местечка для немного изголодавшегося по действию, но все еще великолепного барана?       Тао резко вскочил и оперся коленями на стул, его глаза расширились от удивления, затем он восторженно сжал кулак и победно двинул локтем вниз, воскликнув:       – Йес-с-с! Пина, сволочь рогатая, я же тебе говорил про клуб! Но с тобой теперь все старички в сборе, о да-а!       – Если я вдруг недостаточно бурно реагирую на твое восхищение, Тао, прости. Я к этому привык, – с высокомерным и жеманным смешком сказал баран Далла, на ходу поправляя локоны длинной и ухоженной шерсти. – А это, видимо, сам легендарный Луи-сэнпай собственной персоной? Очень приятно, меня зовут Пина. Ты выглядишь старше, чем на фото, сэнпай...       – Это все трость, – сухо ответил Луи, делая очередную пометку. – Она добавляет мне возраста и возможностей для усмирения особенно наглых.       – Пина может быть редким засранцем, но он талантливый редкий засранец, – поджав губы, подтвердил Киби.       – О-о-о, Киби, разве я недостаточно хорош? Или, может, мало уделял внимания клубной жизни? Прошу меня простить в таком случае – я постараюсь ограничить мои встречи с пяти-шести в неделю до двух, – не остался без ответа Пина, царственно садясь на потертый стул постоянного члена клуба.       – Пина, помолчи. Дейв, продолжай.       – Не... неравный бой как знамение выс... ших.... сил... – выдавил барсук, потерялся в тексте и окончательно замолчал, перебирая пальцами бумагу.       – Может, хочешь попробовать себя где-то еще? – предложил Луи, сжалившись над парнем. Тот молча посмотрел на него, кажется, не понимая вопроса. Может, он вообще не хотел присоединяться к клубу и на него надавили родители либо учителя?       – Что ты еще умеешь делать?       – Рисовать, – односложно ответил он.       – Не хочешь помочь клубу с декорациями? Будешь под контролем Киби, но вообще он занимается костюмами, так что в целом ты сам по себе. А, нет, виноват, теперь декорациями заведует Мокичи.       Дейв молча кивнул и грузно слез со сцены. Что ж, бывали и такие.       Прошел час, и прослушивание было практически завершено. Последней пробовалась лошадь, в танцевальную команду. Несмотря на хорошую фигуру, двигалась она отвратительно, и Луи переглянулся с Джуно, которая едва заметно мотнула головой. Ученица увидела жест и ее глаза заблестели.       – Все хотят на сцену, Юки. Может, ты умеешь шить или владеешь техникой раскройки? Или хороша с компьютерными программами?       – Только... с текстовыми редакторами, – чуть не плача, произнесла она. Сзади вдруг раздался голос Брайсона:       – Погоди... Юки? Луи-сан, я ее знаю. Не очень близко, но она в прошлом году работала в студенческой газете. Даже вела свою колонку.       – Именно в студенческой, не в школьной? – уточнил Луи. Если имелся в виду Южный университет, то владение текстом там должно быть на высоком уровне.       – Я... была на связи с редактором "Вестника" для университета Кансе. Не отдельная колонка, но я подбирала и переделывала материал для статей из нашего региона, – всхлипнула лошадь. – Но я хочу танцевать...       Луи повертел в пальцах карандаш, задумчиво хмыкнув:       – Хм. Пока садись. Мы с некоторыми членами клуба обсудим все в моем кабинете и через пять-десять минут объявим результаты. Джуно, Тао, ко мне. Легоси! Слазь оттуда и тоже ко мне.       – Хорошо, – послышалось сверху.       – Пина, сидеть.       – Я похож на собаку? – мило усмехнулся тот с огромной дозой яда в голосе. – К тому же, Луи-сэнпай, не сочтите за дерзость, но я мог бы что-то вам подсказать по поводу новых составов.       Луи посмотрел на барана, который достигал его роста и при этом выглядел отвратительно ухоженным, как будто тратил на салоны красоты по пятьсот тысяч йен в месяц минимум. Спросил:       – Почему у меня такое чувство, Пина, что ты станешь неизменной занозой в моем заду?       – Не знаю, Луи-сэнпай, возможно, это просто обманное предчувствие или спонтанное желание? – с улыбкой ответил голубоглазый баран, не оставаясь в долгу.       – Ладно... пошли, – проворчал олень. На удивление, в этот раз Пина промолчал, не пытаясь оставить последнее слово за собой.              – Что по Юки? – сразу спросила Джуно, как только закрылась дверь в кабинет. Раньше небольшое помещение с массивным столом, светло-зелеными стенами и книжными шкафами занимал пеликан Сану, но сейчас Луи, занимая его место, вынужден был признать – драматург, чтоб его Рекс побрал, умудрился отхватить одно из самых удобных кресел в мире. Ему вообще не хотелось покидать сиденье в ближайшее время, но результаты все равно надо будет объявить.       – По Юки ничего. Я бы хотел, чтобы вы с ней позанимались некоторое время, в то время как я попробую уговорить ее на позицию сценариста. Если эту девчонку так ценит редактор "Вестника Кансе", возможно, и сценарий сумеет переписать в спорных моментах.       – Хорошее решение, – кивнул Тао. Даже Пина совершенно серьезно качнул головой сверху вниз в качестве подтверждения.       – Заниматься всерьез или делать вид?       – Всерьез. Даже если она не будет писать нам сценарии, то, как минимум, научится хоть немного двигаться. Ты тоже не сразу все умела, – справедливо указал Луи. Затем продолжил:       – Так... что я решил по командам? Декорации – Киби, Мокичи, Мика, Дейв. Костюмеры – опять же Киби, будет у нас главным по оформлению, та девочка-тигр со взглядом голодного хищника, Беатрис, кажется, Аяко, Коджи. Танцоры... тут сложнее. Временно – Юки. На постоянную основу – однозначно Кобаяси и Эри, но двоих мало. Я думаю, туда может подойти тот молодой белый лев со шрамом, Горо, просто как сценический противовес Кобаяси – двигается он значительно хуже, но кошачья пластика выручает.       – Два рослых танцора... – покачал головой Пина.       – На краях сцены или в сильных одиночных сценах – почему нет? А вот тем, чтобы они не перетягивали на себя внимание с основных актеров, пусть займутся костюмеры.       – Я все равно против Горо. Уж лучше возьми его к нам в актерскую команду, они с буйволом вместе составляют два неплохих сценических маяка. Можно будет раскидывать – один к антагонистам, один к протагонистам, – явил неожиданно глубокое знание темы Пина. Луи несколько секунд смотрел на него, пытаясь понять настроение барана Далла, затем кивнул:       – Приму к сведению. Полезное замечание.       – У меня все замечания... – начал было Пина, но почувствовал на плече тяжелую руку Джуно:       – Пина, заткнись и не порти о себе впечатление, раз сказал что-то умное.       – Понял. "Приму к сведению", – иронично ответил он.       – Дальше. Тия?       – Да, Тия. Она маловата, но мне нравится, – закивала Джуно. – Очень живенькая для вьетнамской свинки. Еще я бы взяла Нору и Ратих.       – Она Ратих или Рати?       – По-моему, Ратих, – сказал молчавший до сих пор Легоси. Он всегда был внимателен к окружающим… и безжалостен к себе.       – Ретривер и носорог. Интересная композиция получится. Но, в любом случае, как танцоры они самые перспективные, – вздохнул Луи и отсек карандашом еще одну черту. – И десерт. На сладкое у нас актерский состав.       – Брайсон, – тут же выпалил Легоси, виляя хвостом. Олень усмехнулся:       – Он явно где-то практиковался, но я не против. Еще Тсутому и Рю, – на последнем имени Луи внезапно фыркнул, но закрыл рот ладонью. Джуно посмотрела в окно, сдерживая улыбку, Легоси ничего не понял. Что для него было неудивительно. Несмотря на то, что оно встречалось часто, вероятность того, что именно сейчас на прослушивании появится студент, чье имя буквально означает "дракон"... довольно низкая.       – Думаешь, Тсутому справится с дневным режимом? – обеспокоенно спросил Тао. Луи пожал плечами:       – Он второгодка. Если бы не смог держаться вровень с остальными, вылетел бы еще на первом.       Хм. И правда.       – Еще нужны трое-четверо. Даже если не учитывать, что вы все уйдете...       – Кроме меня, – поднял пальцы Пина.       – Не понял?       – Я тоже второгодка, Луи-сан.       – А я так надеялся, что это знакомство будет мимолетным, – с тонкой усмешкой произнес начинающий драматург. Отзеркалив улыбку, баран ответил:       – Ничто не вечно, сэнпай. Я думаю про журавля, гавиала и ту самочку скунса.       – Как про актеров или просто? – поддел его Тао.       – "Просто" я думаю только о тебе, сладкий. Но твое сердце уже принадлежит Киби...       – Я иногда поверить не могу, что этот манерный клок шерсти вообще встречается с самками, – заявила Джуно, изображая широкие озадаченные глаза. Луи обрубил инициативу, прекрасно видя, куда заведет подобный разговор:       – Стоп разговоры не по делу. Я тоже думал про Фумико, Пина, но два остальных... У Акихиро очень неприятный голос. Можно, конечно, давать ему роли с минимумом текста, но проще научить говорить шепотом и с придыханием. Тогда, возможно, дело пойдет. Но Изуму? Гавиал на сцене?       – Луи-сан, а вы видист, – протянул Тао в деланном почтении.       – Да не видист я. Просто... вот не втыкается у меня гавиал вообще никуда. Ни в Адлера, ни в другие пьесы, – произнес Луи, качаясь на кресле. – Возьмите еще мышь на роль Адлера.       – Видист, – сурово сказала Джуно. Стоящий у двери Легоси так же серьезно кивнул:       – Точно. А сам про кого думаешь, Луи?       – Кроме Изуми? Скажу честно, мне понравился Филипп.       – Бобер? Он же никакой. И с дефектом речи, – скривился Пина. Волк, страж двери, осадил его:       – Пина, у всех бобров небольшие особенности речи, напрямую связанные с их зубами, но не брать бобра из-за этого еще больший видизм, чем с Изуму,       – Ладно. Тогда беру обоих, – решил Луи, зачеркивая по одному все остальные имена. – Все равно понадобится резерв. Свободные от спектакля актеры будут, в свою очередь, помогать другим командам.       – Отлично. Во имя Рекса, я так рад! – не сдержал бурных чувств Тао и обнял Луи. Тот похлопал его между ушами и высвободился со словами:       – У нас еще много работы. Именно поэтому мне нужны вы все на ключевых позициях, без случайностей и форс-мажора. Не сломайте себе конечность, не простудитесь, не торчите под проливным дождем бесцельно. Поняли?       – Конечно, Луи-сэнпай, – с легким возмущением сказал Пина, поднимаясь на ноги. – Можете на меня положиться.       – На нас, – рыкнула Джуно.       – "На нас" – не знаю, не знаю... – задумчиво протянул баран. Как будто окружающим и так не хватало поводов его убить.       Луи покинул кабинет со списком в руках, заметив, что они просидели там почти двадцать минут. Ученики уже нервно топтались под дверью, ожидая вердикта.       – Так! Кого назову, делают шаг влево. Среди участников прослушивания пробежал легкий гомон.       – Мика и Дейв – команда декораторов. Ваши сэнпаи – Мокичи и Киби, – означенный муравьед приветливо махнул когда-то оторванной рукой, а енот просто кивнул. К ним подошли полярная лиса и барсук.       – Беатрис, Аяко, Коджи – костюмеры. Тигрица и два трубкозубых отошли к Киби.       – Танцоры! Эри, Кобаяси, Тия, Нора, Ратих. Юки... ты пока на испытательном сроке. Если не будешь заниматься с Джуно, то можешь уходить прямо сейчас. Потенциальные данные хорошие, текущие – отвратительные, и нас справедливо могут спросить, почему не взяли кого-нибудь получше.       – Я буду, – торопливо кивнула лошадь.       – Отлично. Теперь... актеры. Ах, да... чуть не забыл. Орис!       – Да, Луи-сан? – с места встал долговязый гиббон.       – Ты... пока не годишься в актеры, но, возможно, хочешь попробовать себя на другой высоте? Поработаешь с прожекторами под руководством Легоси, у нас не хватает осветителей.       – Я... да. Да, спасибо, Луи-сан. Я справлюсь, – стукнул он себя кулаком в грудь. Возможно, это был и видизм, однако обезьяны природой были задуманы так, чтобы карабкаться по деревьям. А проводные и осветительные балки техников от ветвистых крон не слишком отличались.       – Простите, что столь драматично затягиваю, но, в конце концов, мы же в клубе драмы, – усмехнулся Луи, разводя руками. – Итак, актеры: Тсутому, Брайсон, Рю, Фумико, Изуму, Филипп, Акихиро... Горо. На этом все. Те, кого не назвали – не отчаивайтесь, возможно, ваши таланты лежат в иных областях. Или же мы были недостаточно искусны, чтобы раскрыть их здесь, на прослушивании. Приятного дня! Тем, кто прошел отбор, объявляю, что клуб стартует завтра с шестнадцати-ноль-ноль. Ни у кого нет дополнительных классов? Нет? Отлично. Спасибо за приложенные усилия, увидимся завтра.       – Спасибо, Луи-сан, – раздался нестройный хор голосов через возгласы радости и отчаяния. И у нас по-прежнему нет ни одного звуковика, с раздражением подумал он. Подошел к гиппопотаму и вполголоса попросил:       – Дольф, можешь пока на время остаться на звуке? Когда найдется подходящий ученик, я тебя заменю.       – Без проблем, Луи-сэнпай, – пожал плечами он. – Но, если что, подсказывайте... я не очень силен по компьютерной части.       – Договорились, – с приклеенной улыбкой кивнул олень. Он повернулся и увидел перед собой белого льва, крупного, но худого. Горо пытливо смотрел на него:       – Луи-сан... я ведь ни одной реплики не сказал. Почему меня вдруг определили в команду актеров?       – Мы планировали дергать тебя туда-сюда между танцами и основной сценой. Есть пьесы, в которых танцы вообще не нужны, есть те, где нужен сильный плотоядный антагонист. Пока не могу ничего обещать, но у тебя неплохой типаж и приятный голос.       – Понятно, – вздохнул лев и отошел в сторону, едва заметно шевеля хвостом. Кажется, он недоволен, но не настолько, чтобы протестовать против решения режиссера.              Сису задумчиво смотрела в небольшое окно. После того как помещение вычистили, постелили пару ковров и диванных подушек, оно стало пригодным для проживания, но не более того. Утром Луи оставил несколько пакетов с фруктами и готовой едой из ближайшей лапшичной, и она почти все уплела, но долгий день никак не хотел заканчиваться, оставляя Сису наедине со своими мыслями. Ноутбук с фильмами, которые драконица научилась самостоятельно запускать, у нее на время прослушиваний отобрали, в книгах она не понимала текст и рассматривала только картинки – впрочем, книга с рисунками видов зверей и их внутренностей была странной, но занятной – а больше занятий, кроме как смотреть в окно и думать, она не нашла. Иногда мимо проходили ученики школы – группами, парами, большими компаниями, иногда сновали животные не в школьной форме, наверное, работники. Что казалось удивительным, так это взаимное сосуществование столь многих видов, больших и малых, в одном месте.       Да, со слов волков и оленя Сису знала, что далеко не все настолько мирно и гладко, как хотелось бы, однако предусмотрительность и взаимовыручка сообщества пусть даже детей поражала. Крупные животные смотрели под ноги, мелкие передвигались вдоль стен. Сильные плотоядные помогали травоядным, те тоже не оставались в долгу, выполняя какие-то мелкие действия, которые не могли сделать хищники. Хорошо, что они рыб сюда не засунули. Интересно, как бы это выглядело?       Честно говоря, любая предусмотрительность всегда удивляла Сису. Это та магия, которую она надеялась когда-нибудь, лет через сто, освоить, однако ввиду врожденной безалаберности срок мог легко увеличиться вдвое или даже вчетверо. Возможно, спустя несколько веков она станет мудрым драконом, способным не чихать на заклинание пространственного обмена, но сейчас... она издала глухой стон от стыда и досады. Мир вокруг очень приятный, и звери дружелюбные, но как бы поскорее оказаться снаружи…       Спустя несколько мгновений ее внимание привлекла небольшая сцена за углом ближайшего здания. Стоя ровно под белым предметом, предназначения которого она не знала, друг с другом разговаривали два животных, высокий тигр в очках и темно-синей одежде, похожей на ту, в которой ходил Луи, и черный с белой полосой на затылке коренастый зверь, чей вид Сису не смогла определить, в темной куртке. Кажется, тигр злился на что-то, второй держался спокойно... но воздух между ними почти полыхал огнем вражды – по движениям тигра можно было подумать, что он вот-вот набросится на собеседника. Тот только безразлично пожал плечами, совершенно не боясь массивного хищника. Затем сказал что-то, указав рукой на один из корпусов школы. Хвост тигра нервно задергался.       Сису решила, что с нее хватит, и нужно кого-то позвать, но, как назло, в приподнятую крышку люка все еще доносились голоса животных, пришедших на прослушивание. Она еще раз взглянула в окно – кажется, парочка не спешила убивать друг друга – шумно выдохнула и растянулась на импровизированной кровати тройной длины. Сюда бы Райю или кого-то, кто умел действовать скрытно... Ведь Черритон, по сути, просто толпа подростков. Да, некоторые из них обладают внушительными клыками и когтями, однако их опыт сражений вряд ли велик. Она еще раз попробовала взяться за колдовские знаки, начертила несколько в воздухе – идеально точно, Пенгу гордился бы непутевой сестрой – однако безуспешно.       Проклятая магия... Сису внезапно широко открыла глаза, догадка пронзила разум. Если она настолько легко провернула обмен, почему ее брат не может сделать так же, обменяв ее из этого мира на нечто равнозначного размера в Кумандре? Или... и в самом деле не может? Тревога закралась в нутро. Пока она здесь заводит знакомства и маленьких друзей, на родине могло случиться что-то действительно страшное. Сису медленно вдохнула воздух, затем так же медленно выдохнула. Паниковать пока нет причины. Возможно, чтобы вытащить ее отсюда, нужно точно знать мир, в котором сейчас находится объект... а хорошее знакомство сработает только в пределах одного мира.       Драконица, не в силах продолжать дыхательную гимнастику, поднялась, и беспокойно закрутилась из угла в угол.       Крышка люка скрипнула. Она, как ужаленная, обернулась, но это были всего лишь волки. Легоси приветливо кивнул, в то время как Джуно сразу заметила, что с мифическим животным что-то не так. Она подошла и безмолвно обняла ту за шею, зарывшись носом в мягкую гриву и вдыхая запах. Приглушенно проговорила:       – С ними все будет хорошо.       – Откуда ты знаешь, о чем я сейчас думаю? – спросила Сису, становясь за задние лапы, а передними обнимая волчицу и прижимаясь к ней головой.       – Сама бы думала о том же, – с грустью ответила Джуно. – Мы поможем тебе... чем сможем. И, хотя мы только школьники, но у Луи и Легоси есть полезные знакомства...       – А Джуно поможет эмоционально, – добавил серый волк, обхватывая лапами всю скульптурную группу. Сису с мимолетной улыбкой произнесла, чувствуя, как отступают зарождавшиеся было слезы:       – Спасибо, друзья.       Шорох двух виляющих хвостов прозвучал как неплохой ответ. Джуно отстранилась:       – Слушай... я только хотела сказать, что ноутбук уже свободен. Дольф отсоединит все подключения, и я его принесу. Но есть один вопрос. Может, тебе принести несколько базовых учебников по языку?       – Но я и так могу с вами говорить.       – А читать не умеешь.       – Да, это... неудобно, – неловко пожала плечами она, половиной тела ложась обратно на кровать.       – Я могу помочь с чтением, – вызвался Легоси. – У Луи полно дел, а Джуно не стоит забывать про учебу, особенно под конец года.       Та возразила:       – Вечера я все равно буду проводить в клубе!       – Как и наши новые одноклубники, – справедливо указал волк. Она только поджала губы, не желая признавать его правоту. – Сису, тебе нужен хотя бы телефон, чтобы в случае необходимости с нами связаться. Я поищу дешевые модели для старых животных.       – Почему для старых? – обиделась драконица, он издал легкий смешок:       – Не сердись. Просто у этих моделей есть удобные кнопки. Тебе даже слоновьи модели с сенсорными экранами будут малы. Кроме того, их делают надежными, а заряда батареи хватает надолго.       Его уже не слушали. Сису с жадностью смотрела на единственный выход из помещения. Она повернула голову к Джуно:       – Новые животные? А можно мне будет на них посмотреть?       – Как раз тот вопрос, которого мы боялись, – мрачно произнесла Джуно, виновато смотря в пол. – Сису-тян, будет лучше, если тебя вообще никто не увидит, кроме нас. Вообще-вообще. Абсолютно и совершенно никто.       Сису шумно вздохнула, на что ее маленькая подруга только скривилась в гримасе недовольства:       – Понимаю тебя. Давай мы завтра сделаем фото с клубного собрания и покажем тебе? Кроме того, послезавтра, в воскресенье, клуб закрыт, а это значит, что все здание будет в твоем распоряжении.       Легоси выглянул в небольшое окно, затягивая молчаливую паузу. Потом размеренно произнес:       – Я... не уверен, что у нас получится.       – Что именно?       – Скрывать Сису. Она слишком большая. Возможно, безопаснее будет перевезти ее в поместье Луи...       – Но тогда я не смогу с вами видеться! – с отчаянием в голосе возмутилась Сису, хлестнув хвостом по подушкам.       – Сможешь. Мы будем навещать тебя на выходных. Кроме того, в Хорнс-маноре, насколько я понимаю, вообще не бывает никого, кроме Луи и старой прислуги Огумы. Это почти как старинный замок, – хихикнула Джуно. – А драконы и замки хорошая пара.       – Но Сису – водный дракон, – приподнял бровь Легоси в легком недоумении.       – Уж прости, водного замка в комплекте не было, – язвительно отозвалась Джуно. – Я за ноутбуком и обратно.       Волк молча кивнул и посмотрел ей вслед. Сису задумчиво взглянула на него и шепнула, толкнув носом в плечо:       – Она тебе нравится?       – Да. То есть, нет... не в этом смысле. Джуно красивая, хорошая, яркая. Но у меня уже есть Хару.       Драконица проворчала:       – Хару, Хару, Хару... ты столько говоришь о ней, но я так ни разу ее и не видела.       – О... прости, – волк неловко полез пальцами в карман и выудил телефон. Некоторое время жал в разные места экрана, хмурился, наконец, повернул устройство экраном к Сису. – Вот. Это мы... когда нас чуть не арестовала полиция. Они подумали, что я на нее напал.       На фотографии красовалось улыбчивое лицо маленького кролика, стоящего на лавочке где-то в парке, и на заднем плане Легоси, хвост слегка размыт. Явно от виляния. Его странные глаза выглядели умиротворенно, а легкая улыбка, плясавшая на краю губ, очень явно выражала чувства волка... как и когтистая рука, обнимавшая Хару за талию.       – Вы... как две противоположности, – неверяще покачала головой Сису. – И что, это вот так можно? Волк и кролик? У нас в мире ты бы ее просто съел.       – Я... – сглотнул Легоси, явно задетый последней фразой Сису. – Испытывал трудности. Но больше нет. Теперь я вообще не чувствую голода, если вижу или чую мясо. Даже кровь.       – Извини, – поспешно выпалила она и обняла его за плечи. – У меня отвратительно с чувством такта.       – Ничего, – едва слышно произнес волк, поглаживая пальцами ее бело-голубой мех. Он сменил тему: – А знаешь, кто на самом деле строит водные замки? Точнее, воздушные замки в воде?       – Ну? – заинтересованно спросила она.       – Паук-серебрянка. Они забирают с поверхности пузырек воздуха на брюшке, а под водой объединяют его с другими, пока не получится большой "особняк" из воздуха. Я покажу видео потом... они очень грациозные.       Сису со смешком спросила:       – Ты про насекомых вообще все знаешь?       – Мне они нравятся, – смущенно ответил он. – Я, наверное, хотел бы работать в магазине питомцев, там, где продают именно жуков.       – А почему стал работать в школе?       – Не знаю. Почувствовал необходимость вернуться. Знаю только, что мы столкнулись с Луи на пороге у директора, не сговариваясь. Возможно, определенные события повлияли на нас обоих.       – Хорошие или плохие события?       – Зависит от того, кого ты спросишь, – пожал плечами Легоси, потирая глаза. Сису надулась:       – Еще одна тайна...       – Это был... не самый приятный опыт. И тайна не только моя, но и нашего благородного оленя. Но, наверное, не стоит скрывать это от тебя и от Джуно.       – Что скрывать? – послышался голос Луи. Легоси обернулся и увидел оленя в свободных карго-шортах и футболке на пару размеров больше, чем требовалось его худощавому телу. Он качнул головой, взглядом указывая на протез ноги:       – Вот это... вернее, все, что произошло потом.       – Я не хочу портить репутацию нашего мира перед гостьей, – ухмыльнулся Луи. И услышал женский голос над ухом, пославший вдоль спины мурашки:       – Тогда как насчет сделки – я не буду тебя кусать, а ты расскажешь, где пропадал и почему наш скромняга Легоси делит с тобой столько невысказанного?       – Осторожнее с шантажом, – резко обернулся он и, прищурившись, уставился в глаза Джуно. Кажется, невинная шутка и впрямь задела Луи, хотя он все еще прекрасно держал себя в руках. – Иногда получить то, чего хочешь – худший вариант из возможных.       – Давайте так, – устало проговорила Сису, – я не буду никого из вас есть, а взамен Луи и Легоси наконец расскажут о своих приключениях. Что там может быть такого, чего не показали бы в одном из ваших "фильмов"?