Выход Дракона

      Легоси: Луи, у тебя нет случайно номера телефона Билла?       Луи: Тигра? Нет, откуда он у меня?       Луи: А тебе зачем вообще?       Легоси: Нужен. Жаль, что нет. Ребята, может у кого-то есть номер?              Эри: кто такой Билл??       Джуно: знала бы – взяла...       Легоси: О, Джуно. Как ты себя чувствуешь?       Джуно: паршиво, но спасибо что спросил (:       Луи: Джу, проверь личные сообщения, пожалуйста.       Джуно: вижу       Пина: легос у меня есть       Луи: У тебя-то он откуда?       Пина: это называется социализация луи-сэнпай       Луи: Одно из двух – либо уважительное обращение, либо имя с маленькой буквы. Вместе – ну никак.       Пина: ладно рогатая няшка уговорил       Луи: Кто?!       Пина: ы       Эри: ауыыыы ))))       Тсу: :)       Тсу: блин не смешите, я проверочную работу пишу :)       Луи: Тогда кыш от телефона. И чат пока что добавь в беззвучный режим, чтобы не было соблазна.       Легоси: Пина, перешли номер Билла, пожалуйста...       Пина: о точно       Пина: щас       Луи: Объясните, будьте добры, что такое "няшка".       Пина: это ты       Эри: и кто такой Билл!       Луи: Эри, Билл – это тигр, наш бывший одноклубник. Актер и крайне общительный парень. Ума не приложу, зачем он понадобился Легоси.       Эри: нууу... няшка это нечто очень приятное, безобидное и умилительное       Пина: примерно как луи       Луи: Пина!       Луи: Вот любите вы этот свой сленг. Няшки, "лол", хорни...       Пина: лол       Пина: однажды ты спросишь меня кого я больше люблю       Пина: тебя или своих няшек       Пина: я скажу няшек       Пина: и ты уйдешб так и не узнав       Пина: что няшка – это ты       Эри: XDDD       Луи: ...       Сису: эту даже я поняла       Сису: :)       Легоси: Пина, НОМЕР!       Легоси: Пожалуйста...       Пина: выслал       Пина: сорь       Облегченно вздохнув, волк сохранил заветные цифры в контакт-лист. Рекс всемогущий, Пина иногда мог терять концентрацию буквально за секунду, а в чате его хаотичность проявлялась куда более выраженно.       Ни секунды ни колеблясь, он нажал на значок вызова.       Раньше ментальная подготовка к звонку заняла бы минут десять.       – Билл слушает.       – Привет.       – Кто это?       Ах, да, у него же нет моего телефона.       – Легоси. Извини. Как дела?       – Э-э-э... нормально. С чего вдруг решил позвонить? И откуда у тебя вообще мой номер? – настороженно спросил тигр. Легоси честно ответил:       – Пина дал.       – Чертов баран... так, и чем вдруг обязан?       – Помнишь, мы тогда сидели у Гоухина... ты рассказывал, что случилось с Элс.       Пауза. Затем потерявший краски голос ответил:       – Помню.       Волк прикрыл глаза и чуть тише добавил:       – Еще раз извини. Я просто хотел вместе с тобой ее навестить. Но, если сложно, просто скажи, где она находится.       – Психиатрическая больница Парсонса... погоди. Я... черт, как ты умеешь подпортить настроение.       – Мне жаль, Билл.       – Да ничего. Старик Гоухин говорил мне, что навестить Элс – часть моей терапии. Как бы переосознать, что ли. Но я собирался отложить этот визит еще на пару недель, – Билл замолчал. Волк уверил его:       – Все нормально, Билл. Я понимаю, если ты не можешь, то я поеду сам.       – Да, но…       – Что?       – Если я не соглашусь сейчас, то потом уже не смогу решиться.       – Это может быть по-настоящему тяжело.       – По-другому и не бывает... Слушай, Легоси, давай встретимся у станции Камогава. Я хочу еще кое-кого позвать.       – Да, конечно, – улыбнулся Легоси. – Тогда как насчет полудня?       – Идет. Я буду у журнального киоска там, где магазин с зеленой вывеской рядом. И паб.       – Ты неплохо знаешь тот район?       – Знал, когда учился в средней школе. Жила там одна... да, впрочем, кому я рассказываю, – послышался смешок, чуть более живой. – Все равно не оценишь. Правда, я не думал, что он тоже там живет…       – Он?       – Вы виделись.       Несколько секунд Легоси раздумывал над услышанным, наконец охнул:       – М-мелон?       – Да. Забавная компания будет, чувствуешь?       – Э-э-э…       – Все, бывай. Увидимся через пару часов.       Все еще не уверенный в том, что услышал, Легоси опустил телефон. Мелон? В психиатрической больнице? Нет, в качестве пациента он бы еще подошел, но как навещающий... лишь бы не натворил ничего страшного. Волк сжал кулак и посмотрел на него. Слабее он не стал, но гибрид был тем еще противником.       Затем расслабился. Уж Билл точно не даст Элс в обиду, они дружили все эти годы. И то, что тигр чуть не сошел с ума, когда с его подругой стряслось такое, только показывает, насколько глубока их дружба.       Или то, насколько глубока она была.       Он не интересовался медициной и уж точно не читал статьи по психологии, но то, что описывал Билл тогда, той ночью... звучало страшно. Именно поэтому, вспомнив об этом, Легоси решил ему позвонить. Однако старый знакомый и бывший соперник по одной-единственной краткой стычке на сцене сумел удивить волка.       День выдался пасмурный, хоть и не дождливый. С ветром повезло чуть меньше, он почти буквально сбивал с ног, пригибая тонкие, лишь недавно высаженные деревья. Ни одно мелкое животное не решалось показываться снаружи, ни одна птица не рисковала подняться в воздух. Порадовавшись, что надел ветровку, Легоси вышел из метро и, поискав глазами газетный стенд, направился к нему.       Тигр обнаружился рядом. С нервным видом он прихлебывал полуостывший кофе из картонного стакана, и, увидев Легоси, ничуть не успокоился, полосатый хвост даже несколько раз ударил по металлической ножке стула. Одет Билл был тоже не по погоде – крикливо-красная рубашка с полурасстегнутым воротником и светлые слаксы с сетчатыми мокасинами. На шее виднелся какой-то черный шнурок с безделушками – то ли из пластика, то ли из глины на нитках покачивались разного рода фигурки и миниатюрные таблички.       – Привет, Билл.       – Салют, – коротко выдохнул тот.       – Ты... стильно сегодня выглядишь.       – Это долго объяснять, – отрезал тигр и рывком встал с места. – Пошли.       Направившись вслед за быстро шагающим хищником, Легоси спросил:       – Мы куда-то торопимся?       – Да, разделаться с этим раз и навсегда. Элс уже не вернуть, – через плечо бросил Билл, едва ли не рыча.       – Не злись. Я просто... думал навестить ее. Все же не так давно мы с ней были в одном клубе. Если тебе настолько трудно... ну, я имею ввиду, морально трудно, мог бы отказаться.       – Нет. Мне тоже нужно ее увидеть. Может, она вспомнит... хотя зря надеюсь.       – Может и не зря.       Билл тяжело вздохнул, не поворачивая головы и еще ускоряя и без того быстрый шаг. Затем процедил сквозь зубы:       – Ты и твоя ублюдочная привычка надеяться на лучшее…       Волк промолчал, понимая, что дальнейший разговор только еще больше разозлит Билла. Поравнялся с ним, однако тот как будто нарочно не смотрел на Легоси. Они нырнули во дворы, обошли несколько многоквартирных домов, прошли арку, разрисованную невнятными граффити, и остановились перед внушающим тоскливое чувство разрухи серым домом с открытыми балконами, прутья которых кое-где совсем проржавели. Тигр сплюнул:       – Паршивое местечко.       – Скрытый Кондо выглядел почти так же... до ремонта. Я там живу. Главное, чтобы внутри было уютно.       – Спорим, внутри еще отвратнее?       Легоси пожал плечами. Спросил:       – Ты знаешь точный адрес?       – Да. Панда поделился…       – Удивительно. Гоухин-сан обычно свято соблюдает врачебную тайну.       – Похоже, он думает, что мы с Мелоном большие друзья, – хмыкнул Билл. Удивленно покосившись на него, волк решил уточнить:       – А вы…       – Не знаю, – отрубил тигр и кивнул на здание. – А его спрашивать тем более бесполезно…       – И все же он помог тебе.       – Ага. А я опять прихожу за помощью, как жалкий червяк.       Слова прозвучали злобно, будто Билл ненавидел сам себя. Легоси опустил ладонь на его плечо, но зверь только дернулся:       – Пусти. Нам нужен подъезд А, квартира 19 на четвертом этаже.       – Идем, – кивнул волк.       Подъезд выглядел запущенно, словно обитателям давным-давно стало безразлично, в каком состоянии находится их окружение. Честно говоря, Легоси видел дома получше даже в трущобах. Кроме того, искомая дверь со слабо различимым следом от номера и вырванным с мясом дверным звонком встретила их зловещей тишиной, как будто заранее решила прогнать любого посетителя. Билл постучал.       Тишина.       Подождал, постучал сильнее. Крикнул:       – Это Билл! Тигр!       Хотел было приложить ухо к двери, однако та внезапно распахнулась и едва не приложила тигра по морде, благо, кошачьи рефлексы не сплоховали, и он успел отпрыгнуть.       От следующего приветствия Билл вряд ли успел бы уклониться. На него уставилось черное дуло пистолета, поверх которого смотрели прищуренные глаза гибрида. Мелон стоял в одних трусах с меланхоличным выражением на морде, держа в вытянутой левой руке оружие, а правой почесывая живот. Спросил:       – И че те надо, тигр Билл?       – Мелон... это же я, – раскрыл ладони тот. Гибрид зевнул, не опуская оружия:       – Вижу. И дружка твоего узнаю, котенок. Вопрос остается тем же – что вам здесь понадобилось. Заметь, я пока не спрашиваю, как вы это "здесь" вообще отыскали.       Билл сглотнул:       – Я... я звонил тебе, но абонент…       – Абонент не абонент, – прервал его Мелон. – Терпеть не могу внезапные вызовы, телефон отключен. Только не говори, что тебе опять понадобилась жилетка, чтобы выплакаться, вон есть Легоси для этих целей. Ну?       – М-м-м... я... – замялся тигр.       Мелон наклонил голову, смотря исподлобья:       – Билл, у меня чертовски дерьмовое настроение. Хочешь новую дырку в шкуре? Круглую, красивую. Моментальный пирсинг. Пух – и насквозь.       – Не хочу…       – Ишь, какой привередливый. У меня и у волка уже есть. Последний писк моды!       – Мелон... пожалуйста, выслушай его, – беспомощно произнес Легоси. – Хоть я и не понимаю…       – ...на кой черт он приперся ко мне? Поверь, я пока тоже. И даже не заинтригован.       Билл наконец-то собрался с мыслями, кажется, вид пистолета, указывающего дулом в грудь, его не обрадовал. Сказал твердым голосом:       – Сходи со мной к Элс, пожалуйста.       – Это та твоя овечка?       – Да… но она ангорская коза.       – Забавно, – издал странный смешок гибрид и опустил пистолет. Поискав глазами, куда бы его положить, он по-идиотски засунул оружие за резинку трусов. – В психушку меня звали, но больше как пациента. А теперь ты, что, хочешь, чтобы я представился ее родней? Вряд ли прокатит. Найди какого-нибудь обаятельного барана или козла…       – Пина, – еле слышно прошептал Легоси, дергая Билла за одежду. Мелон был... в лучших своих традициях, нестабилен. Что, если он как-то навредит Элс?       Но тигр проявил завидное упрямство.       – Мелон. Пожалуйста. Просто сходи со мной... с нами. Буду обязан.       – Интересно, чем.       – Чем захочешь. Одно желание, которое... ну, не убить и не навредить.       – Звучит как заповедь церкви святого Рекса, – изобразил слабую пародию на усмешку гибрид. – Но мне нравится, что ты не начал мямлить про вечную дружбу, как будто я тебе чем-то обязан. Желание так желание. По рукам. Погодите, я что-нибудь накину, а то в трусах идти в психушку все равно что сдаваться с повинной.       Билл облегченно выдохнул. Волк за его плечом только покачал головой, не понимая, что за странная связь существует между ними. Он примерно знал, что натворил Билл, но совершенно не представлял себе, что в тигре могло заинтересовать безумного маньяка.       По крайней мере, таким Мелон был.       Но потом... Легоси подумал о Гоухине. Неужели у доктора получилось как-то помочь?       Гибрид пробыл за полуприкрытой дверью меньше минуты, после чего выметнулся, одетый в сандалии на босу ногу, джинсовые шорты и какую-то замызганную рубашку со сценами, похожими на картины эпохи Ренессанса. Приглядевшись, волк покраснел и отвернулся – там в различных позах буквально сплетались звери разных видов. Краем глаза заметив его смущение, Мелон ухмыльнулся:       – Хоть что-то в мире не меняется.       И пошел вдоль коридора. Билл, прижав уши, крикнул:       – Эй! Маска!       – Да пошла она, – с деланной беззаботностью ответил тот. – Не суетись, в машине есть одна.       Машине?       Билл не знал, что у гибрида были права. Или транспортное средство, если уж на то пошло. Но, когда они вышли, Мелон с залихватской небрежностью распахнул двери ядовито-зеленого масл-кара с толстой черной полосой вдоль капота и крыши, и забрался на водительское сиденье. Кивнул ожидающим, едва не задев крышу витыми рогами:       – Чего застыли? Музей восковых фигур, мать вашу... Билл, лезь на переднее. Легоси, твой партер.       – Это твоя? – с интересом спросил тигр, захлопывая за собой дверь.       – Теперь – да, – пожал плечами Мелон.       – Э-э-э... что значит "теперь"?       Он похлопал по рулю, обтянутому черным синтетическим материалом "под карбон":       – Трофейная. Уроды устроили разборку у меня под носом, а я смылся оттуда на их тачке. Все честно.       – Она краденая? – взволнованно переспросил волк, тщетно ища ремень безопасности. К сожалению, тот отсутствовал сзади как класс, да и вместо переднего в замке стояла дешевая пластиковая заглушка. Мелон хмыкнул, проворачивая ключ зажигания:       – Говорят, что украсть у вора – не кража. А эти ребятки мне еще и ресторан разнесли.       Машина взрыкнула не хуже крупного зверя, затем, правда, чихнула мотором и заворчала чуть потише, ритмично. Билл опешил:       – В смысле? Какой ресторан? "Кхуд Тедж"?       – Я думал, об этом из каждой розетки вещали! – хохотнул гибрид, выруливая с парковки. – Перестрелка случилась. Похоже, Негоро, хозяин "Теджа", сильно им задолжал, ну они и решили учинить погром. Самого Негоро в процессе грохнули, да и я отметился не лучшим образом…       – Это каким же?       – Вскрыл глотку одному из бандитов. А, перед этим еще отрубил руку, если это важно. Кстати, – повернул голову Мелон, – твой дружок со своими громилами там тоже засветился.       – Какой еще дружок? – нервно спросил волк, чувствуя, как машина набирает скорость.       – Рогатый.       Мелон выразительно показал ветвистые рога обеими руками, разумеется, убрав их от руля, но скорости не сбавляя. Издав непонятный возглас, Билл вцепился в руль, зашипев:       – Мелон! Следи за дорогой!       – А чего за ней следить, никуда не убежит.       – У тебя хотя бы права есть?       – Точно помню, что мне их когда-то зачитывали при задержании!       – Рекс всемогущий... какой же ты псих.       – Не один ты восхищаешься, – с безумной ухмылкой сообщил гибрид, с визгом шин поворачивая на более широкую трассу. Сзади, прижав уши и зажмурясь, вжался в кресло волк, проклиная себя за то, что вообще сел в передвижной гроб на колесах. Стиль вождения Мелона отличался крайней... экстравагантностью. Им очень повезло, что до самой больницы, дорогу к которой показывал Билл, не попалось ни единой полицейской машины.       Вероятно, по дороге мысли в голове Легоси немного утряслись, но он все же вспомнил тот вопрос, который хотел задать. Вылезая из машины и немного покачиваясь, волк спросил:       – Луи? Он, что... напал на ресторан? Не верю.       – Что? Нет, он с бодигардами начал отстреливаться. Наделали почти десяток трупов, остальные поджали хвосты и рассосались. Вот, – похлопал Мелон по крыше, – взял компенсацию. В ресторан мне теперь вход запрещен.       – Из-за убитого мангуста? – уточнил Билл.       – И из-за того, что я до сих пор в розыске, котенок. Как только дерьмо попадет на вентилятор, полиция взвоет от возбуждения.       Тигр рыкнул:       – Не называй меня котенком!       – Ага, как скажешь. Негоро, впрочем, закрывал глаза на мое прошлое. Но теперь он труп, и, боюсь, вакансия свободна. А эту железяку я отгоню в соседний город и продам, с машиной слишком много мороки.       – Мне казалось , тебе она пришлась по душе…       – Да. Но мороки все равно много, – картинно зевнул гибрид, натягивая бесполезную маску – его руки и ноги, покрытые татуировками в виде листьев, а также хвост все равно оставались на виду. Легоси приподнял бровь, но промолчал. Кажется, Мелон пребывал в состоянии полнейшего безразличия к происходящему, хотя по нему всегда сложно было сказать. – И, кроме того, я вообще не люблю обременять себя вещами. Привязываться по-настоящему все равно не умею, так что... роскошью могу и пренебречь.       – А что делал Луи в ресторане?       – Откуда я знаю? – вопросом на вопрос ответил Мелон. – Ел. Я не обслуживал клиентов, а готовил.       – ...готовил клиентов, – слабо усмехнулся Билл.       – Хех. Вне черного рынка такое не слишком приветствуется. Пошли, на нас уже охранник недобро посматривает.       – Да и продувает еще хуже, чем у станции Камогава.       – А ты чего так вырядился? – поинтересовался Мелон, направляясь к будке и шлагбауму. Припарковались они далековато, но ближе мест для того чтобы оставить машину, просто не было – разве что заехать на газон или протаранить ограждение. Билл смущенно пробормотал:       – Я... в общем, Элс последний раз видела меня в этой одежде. Мы были в клубе…       – Судя по тому, что ты говорил, это не поможет, – скептически заметил рогатый. – Можешь еще попробовать поцеловать, как принцессу из сказок. Результативность обычно та же.       – А вдруг? – горячо возразил Билл, оставляя часть по принцессу без внимания. – Вдруг она увидит и вспомнит?       – Теперь я понимаю, зачем тут волк. Чтобы оттенять твою наивность... Слушай, Билли, а ты ее насаживал хоть раз?       – Заткнись. Элс просто мой хороший друг. Была... – угрюмо опустил голову тигр. Мелон помахал руками:       – Я так, чисто для проформы спросил. Может ты тайный фетишист – спец по травоядным.       Тут уже не выдержал Легоси:       – В любви к травоядным нет ничего плохого!       – Смотрите, кто заговорил, – аж приостановился гибрид. – Ты ведь сейчас не про своего друга-оленя?       – Н-нет! Я люблю Хару-чан!       – И кто такая у нас Хару?       – Крольчиха. Вот такого роста вместе с ушами, – опустил ладонь Билл на уровень пояса. Подтолкнул Легоси в спину:       – Пошли, чего застыл? Не то чтобы большой секрет, знаешь ли.       – Хм, весело придумал. И девушка, и закуска.       В горле волка заклокотал рык. Мелон переступил ту грань, куда никто, кроме него, даже не смел заглядывать. Услышав угрожающий звук, гибрид вальяжно и в то же время безумно ухмыльнулся:       – Что? Убить меня хочешь? Становись в очередь…       – Идем уже! – взмолился Билл, видя, что обстановка накаляется. Он очень плохо продумал идею "собрать их вместе".       К вящему удивлению, они почти моментально прекратили перепалку. Охранник в будке лишь лениво мазнул по странной компании взглядом, но махнул рукой, словно пропуская их. Странно, однако строгостью к посетителям психиатрическая больница Парсонса на первый взгляд не отличалась.       Хотя, возможно, у него было задание не выпускать подозрительных личностей…       Внутренний ландшафт отличался свежестью и чистотой. Неподалеку, в стороне, под бдительным надзором медсестры-слонихи расположилась группа тихих больных. Издалека они бы выглядели обычной группой отдыхающих, если бы не больничная одежда. Однако, присмотревшись к лицам, можно было понять – что-то не так. Очень серьезно не так.       Легоси поймал себя на мысли, что, если бы не больные, парк казался бы вполне оживленным и симпатичным. Маленький, ухоженный фруктовый сад поодаль, аккуратно подстриженные, но не вогнанные насильно в кубические формы кусты, а небольшая еловая роща слева, землю под которой устилал игольчатый ковер, щедро делилась с его носом приятным хвойным запахом.       Главный корпус белого цвета встретил их бесстрастно, у входа на помпезном крыльце с колоннами не было ни охраны, ни посетителей. Тигр хмыкнул:       – Чем-то напоминает черритонскую Академию.       – Ты про учащихся? – ухмыльнулся гибрид.       – Очень смешно. И сними маску, она не спасает, когда ты в летней одежде.       – Я к ней привык, Билли.       – Не вижу логики…       – А по каким признакам ты вдруг заподозрил, что я логичное и рациональное животное?       Однако внутри их все же ждало препятствие. Несколько санитаров стояли у автомата с едой, оживленно что-то обсуждая, по бокам коридора со скучающим видом стояли охранники, бегемот и одноглазый белый тигр, а в центре за видавшей виды деревянной полированной стойкой раскинулась необъятная дежурная. Легоси крайне редко видел настолько толстых животных, и, в частности, настолько упитанных кошачьих. А львица за стойкой явно не отказывала себе в удовольствии поесть.       – Солидная мадам, – вполголоса произнес Мелон, хмыкнув. – Что, тигр, пойдешь на штурм?       – Я... договорюсь, – остановил его вытянутой рукой Билл, прервав возможные дикие идеи со стороны гибрида. – Подождите пока в стороне.       – Он еще и дипломат, – произнес Мелон, очутившись в кресле для посетителей. Сиденья были неудобные, но его, казалось, это мало заботило – позу гибрид сохранял все ту же, опираясь локтями о колени и буравя взглядом мраморный пол.       – И бывший актер, – улыбнулся Легоси. – Хотя, если в колледже ставят спектакли, Билл, скорее всего, там тоже участвует.       Мелон не обратил внимания на его слова. Вообще, было ощущение, что он несколько... отрешен. Насколько мог быть отрешен больной зверь-психопат.       Вспоминая прошлое, волк невольно посмотрел в сторону. Ну не мог психопат пытаться совершить самоубийство. Конечно, в исполнении Мелона это могло быть очередным хитрым трюком, однако, если бы они его тогда не остановили…       Гибрид смотрелся жалко.       Даже с показным безразличием к окружающему миру плечи его сейчас едва заметно опустились, а нежелание обсуждать Билла, дежурную медсестру, психбольницу – да вообще что угодно – выдавало внутренний разлад.       Мысли волка неожиданно переметнулись к Сису. Драконица, которая доверяла той, что убила ее... и не держала зла, когда ее воскресили. Существо, считающее, что каждый заслуживает второй шанс, даже будучи не в силах исправить деяния прошлого. О, она бы точно обняла Мелона. Никаких сомнений. Остатки здравого смысла в Легоси сомневались, что стоит их знакомить, но…       Гибрид вздрогнул, когда почувствовал что-то на плечах. Странную тяжесть. Он с недоверием повернул голову сначала налево, только для того, чтобы увидеть серые когтистые пальцы, свисающие с его плеча. Точнее, слабо держащиеся за плечо.       Что.       За.       Нахрен?!       Оглянувшись, резко, словно ужаленный, он уставился в глаза Легоси, спокойные, доброжелательные. Волк даже вильнул хвостом, стараясь показать... доброту?       К нему?       – Отпусти! – дернул плечом Мелон, до глубины души возмущенный подобным обращением.       – Ты потерял работу и занятие, которое, наверное, нравилось... иногда нормально принять чью-то помощь.       – Мне не нужна помощь! Да и ты, при всем уважении, на Гоухина мало тянешь, а ведь даже он мне не помог. Так... сдерживает порывы, защищая общество от психа. Убери руку.       – Я... ты просто казался грустным. Извини.       – Убери руку, а не то я ее отгрызу и засуну тебе в глотку.       Еще раз дернув плечами, гибрид все же сбросил надоедливую конечность не менее надоедливого зверя, и исподлобья посмотрел на него:       – Что на тебя нашло?       – Извини, – не зная, что сказать, еще раз повторил Легоси. Мелон раздраженно выдохнул через ноздри.       Старик-панда, несмотря на его выступление только что, кое-что все же передал пациенту. Мелон стал чаще думать. Задумываться, анализировать, даже безо всякого желания копаться в себе, пытаясь отыскать и отделить причины разрушительного поведения. Не то чтобы оно ему не нравилось, однако вместе со всем остальным гибрид разрушал и себя. И, если физические травмы, раны и порезы могли зарасти, исцелиться, то с ментальными все обстояло не настолько просто. Рано или поздно двуличный зверь мог закончить здесь. Уже не как посетитель.       Он не любил прикосновения. Особенно когда дотрагивались так неожиданно, как Легоси только что. Но сейчас что-то действовало на нервы сильнее, чем объятия, претендующие на дружбу. Или притворяющиеся таковыми, хотя Мелон даже без предыдущего опыта за километр мог бы определить, что волк не умеет ни врать, ни толком притворяться.       Возможно, гибрида больно ужалила эта странная обеспокоенность его судьбой.       Небезразличие, с которым он сталкивался настолько редко, что не знал, как действовать дальше.       Напрашивалось желание взять у львицы ручку и вонзить в один из этих спокойных глаз. Однако Мелон научился не слушаться безоговорочно подобных импульсивных порывов. Да, возможно, он слыл безумцем – но он был в своем роде гениальным безумцем.       А еще это волчье чучело, как и он, было гибридом. Но не столь явным, чему Мелон и в самом деле немного завидовал.       Подняв глаза на Билла, только что повернувшегося в их сторону, он двинул головой в вопросительном жесте – мол, что там? Тигр обнадеживающе кивнул:       – Норма. Калеб проводит нас до палаты.       – Калеб?       – Бегемот. Он меня знает, да и родители Элс поручились тогда... видя, в каком я состоянии.       Мелон усмехнулся, приподнимаясь:       – Когда я тебя увидел в первый раз, ты был кучей дерьма в оранжево-черную полосочку.       Покачав головой, Билл глухо произнес:       – Поверь, было хуже. Особенно внутри.       – А где вы встретились в первый раз? – поинтересовался Легоси.       Они переглянулись, затем тигр нехотя произнес:       – В одном ресторанчике, чье название тебе ни о чем не скажет, но на хорошо знакомой тебе территории.       Глаза волка расширились, но при посторонних он удержался от комментариев. Явно с трудом.       По мере приближения к нужной палате – непримечательной белой двери с надписью 224 на втором этаже – Билл все больше нервничал. Оттягивал и без того раскрытый воротник рубашки, закусывал губу, полосатый хвост ходил из стороны в сторону… в общем, когда глаза хищника узрели простую синюю табличку с белой цифрой, он уже был на взводе. Калеб, тяжеловесно хлопнув тигра по плечу, предупредил:       – Так как вы хищники… два хищника и непонятно кто… парни, услышу оттуда какой-то непонятный шум – вылетите отсюда, даже пискнуть не успеете.       – Калеб-сан, я хорошо знал Элс…       – Да и я тоже, – вступился за Билла Легоси. – Она была в одном театральном клубе с нами, и до… несчастного случая училась вместе с Биллом в колледже.       – Я предупредил.       И они зашли. Правда, тигра пришлось заталкивать внутрь, поскольку он застыл на пороге, не в силах поднять глаза. Кто-то посторонний мог бы подумать, что он винит себя в произошедшем, и Билл действительно чувствовал себя виноватым. Но от полицейского допроса его вина в реальности отстояла очень далеко. Он… не мог видеть то, чего никогда не смог бы предотвратить.       Он не мог на нее смотреть.       Легоси тоже застыл у входа.       Разительный контраст ухоженности спокойного и чисто убранного помещения, оформленного в мягких, приятных тонах, и существа, которое сидело на двойной кровати, спиной опираясь на подушки, и смотрело в окно, на несколько секунд проморозил его до костей. Он помнил ангорскую козу спокойной, милой, пусть и иногда взволнованной – школьные события последних лет затронули практически всех. Фактически, они с Биллом и ушли до выпуска из-за всего, что творилось вокруг преступления Риза. Но сейчас… как бы Элс не постигла участь хуже смерти.       Пустые глаза. Совсем пустые, ни один из посетителей не вызвал никакой реакции, она даже не смотрела в сторону входа. Неподвижность. Рука, лежащая на легком одеяле, и вторая… оторванная или откушенная, культя у плеча тщательно забинтована. Приоткрытый рот, потрескавшиеся губы.       – Это… она? – еле слышно проронил Легоси.       Из глаз Билла уже катились крупные слезы.       – Да.       Мелон молча прислонился спиной к стене, пристально наблюдая за козой. Его не слишком интересовали эмоции остальных зверей. Но про его существование тоже забыли – тигр размашисто шагнул к постели и опустился на колени перед ней, забывшись, вцепившись когтями в одеяло.       – Элс… привет.       Мокрые дорожки чертили извилистые пути по оранжевой шерсти вниз. Билл пытался привлечь ее внимание, остановившись на линии взгляда – но глаза козы смотрели сквозь него, даже не пытаясь отреагировать. Казалось, она слышит, но сознательно игнорирует друга. Если бы только в этом бесстрастном взгляде блеснула хоть одна искра сознания…       – Я… подумал, что… может, ты вспомнишь. Это я, Билл. Помнишь… Легоси? Клуб драмы? Помнишь, как ты любила танцы? А мангу? "Охотников на демонов"?..       Билл говорил и говорил… бессвязно, иногда пытаясь вызвать к жизни образы из прошлого, иногда указывая на себя или на молчащего волка, который в ужасе наблюдал за тем, что сотворили с его бывшей одноклубницей. Легоси вспомнил, как удивился присутствию Билла в клинике Гоухина… и теперь, наконец, понял. Да, возможно, они с Элс и не встречались, но если бы подобное сотворили с Хару… волк слетел бы с катушек.       Тигр охотился за ублюдками, которые напали на его друга.       И закончил свой путь полностью разбитым, пытаясь избавиться от жажды убийства и сойти с пути саморазрушения.       Наконец, он замолчал, бессильно смотря в глаза Элс. Живая статуя на кровати лишь едва заметно дышала, поддерживая жизнь. Но жизнь ли это была – никто из присутствующих не знал.       Легоси подошел и опустил ладонь на плечо Билла, несильно сжав. Тихо произнес, смотря на ангорку:       – Элс… если есть хоть один шанс, что ты нас слышишь… возвращайся, пожалуйста. Ты нужна своим друзьям, своей семье. То, что произошло, ужасно, но не позволяй этому отнять у тебя то многое, что осталось.       – А что у нее осталось… – качая головой и опустив взгляд, проговорил Билл. – Посмотри.       – Я вижу, – сквозь зубы сказал волк. – Билл, не сорвись. Я с тобой.       – И я. Ну, как минимум, присутствую в помещении, – усмехнулся Мелон. – Хотя, если это дает какой-то эффект, я прямо счастлив. А ну кыш от кровати, плакальщики. Она пока что еще жива, хоть и изображает статую.       – Что ты… – в растерянности оглянулся Билл, но неожиданно сильная рука гибрида потянула его за плечо назад, едва не опрокидывая на спину. Тигр поднялся и отступил на несколько шагов, подняв руки в вопросительном жесте:       – Но что ты собрался делать?       – Т-с-с, иначе нас выкинут отсюда. Хочу кое-что проверить.       Не слишком мелодично насвистывая под нос какую-то странную мелодию, Мелон подошел к белой тумбочке, стоящей поодаль – в таких обычно держали медицинское оборудование и лекарства первой необходимости – и, выдвинув ящик, с удовлетворением понял, что не ошибся. Достал не стетоскоп и не какие-то таблетки, а обычный тонкий фонарик с сильным светодиодом. Сузил луч до максимума, подошел к козочке и мягко взял ее за нижнюю челюсть, направив свет в глаза. Сначала в один, затем во второй. Выключил. Повторил процедуру. Билл не понимал, что происходит, но внутри его беспокойство нарастало. Тем не менее, гибрид сказал, что всего лишь "проверит"… и парень решил ему довериться. Хуже вряд ли будет.       Хуже попросту сложно сделать.       – Не знаю, как сказать, чтобы вы двое вдруг не начали строить розовые воздушные замки, – скептически произнес Мелон, убрав фонарик в нагрудный карман. – Но ее мозги еще не окончательно спеклись в кашу. Это доктор Непонятно Кто может гарантировать.       – Почему ты так решил? – спросил Легоси настороженно.       – Это основы… у нее есть не только реакция зрачка на свет, она пытается отдернуть голову, хоть и едва заметно. Понимание того, что можно отвернуться от неприятного раздражителя – уже надстройка над безусловным рефлексом, хоть и весьма сомнительная.       – И… она может выйти из комы? – с надеждой спросил Билл. Мелон покачал головой:       – Это не кома, это кататонический ступор. Хотя я могу ошибаться, вы вроде бы говорили, что ест она сама, хоть и с ложечки, это нехарактерно для кататонии. Но, даже если так, какой из многих подвидов – понятия не имею, хоть и знаю, какое событие привело к этому. Худший вариант – если она переключается между состоянием ступора и абсанса, потому что в этом состоянии диагностировать такое невозможно, а организм и мозг медленно умирают. Но, даже если ваша Элс законсервирована в текущем состоянии… чем раньше она из него выйдет, тем лучше для нее и окружающих.       Тигр с вызовом ответил:       – Я знаю! Но как?       – Понятия не имею. Однако это может продлиться не один год, и в таком случае она никогда не сможет восстановиться окончательно. Будет растением с небольшими признаками сознания.       – Ты можешь ее вылечить?!       – Я?       Мелон покосился на него с циничной иронией и неожиданной печалью в глазах:       – Билли, я даже не врач.       – Я… должно же быть хоть что-то…       Глаза тигра снова блеснули влагой. Гибрид жестко заключил:       – Да. Для начала тебя нужно отсюда увести. Иначе снова сойдешь с ума от горя.       Тигр развернулся с отрешенным выражением на лице, затем повернул голову к кровати:       – Элс… мы найдем способ. Обещаю. До встречи.       – Возйращайся, Элс… – снова повторил волк.       – Какие громкие обещания, – хмыкнул Мелон, подталкивая Билла в спину – на этот раз к выходу. – Легоси, ты-то чего застыл?       – Я думаю. Может, Гоухин…       – Ни черта не сделает. Не его специализация, не стоит считать старика всемогущим мозгоправом, который по щелчку пальцев может отменить любое травматическое событие. Вон отсюда, оба, а то сами окажетесь в растительном состоянии. Гребаные эмпаты.       – Первый раз слышу, чтобы ты кого-то в этом обвинял, – пустым голосом произнес Билл, выходя.       – Потому что ваше сопереживание вас убивает, идиот.       – И что? А тебе-то что?       – Ну, если так посмотреть… то ничего, – надменно обозначил Мелон. – Каждый выбирает способ смерти по себе, хочешь сдохнуть на обгаженных больничных простынях с трубкой в вене – твое дело.       – Сказал неудавшийся суицидник…       – Тебя там не было.       Билл хмуро покосился на бегемота, тот делал вид, что ничего не слышит и вообще – это не его дело. Однако за странной компанией все же направился.       – Мелон… выглядел так, будто ему в тот момент было весело, – покачав головой, произнес Легоси. Гибрид закатил глаза:       – Может, хватит обсуждать мой скромный перформанс? Все в прошлом.       – Настоящее тесно связано с прошлым, – ответил Легоси, выпрямив спину. – Это никак не поможет Элс, но странно видеть, что ты кому-то помогаешь.       – Себе. Помогаю я только себе, мне была интересна ее проблема, только и всего.       – Может, потому, что ты чувствуешь общность душ?       – Ага, с каждым пациентом этой долбаной психушки. – Мелон повернул голову к Калебу и заявил с милой улыбкой: – Простите, я только недавно сбежал. Остаточные впечатления.       – Это шутка? – с подозрением отреагировал охранник. Билл тяжело вздохнул:       – Да, Калеб-сан, простите его.       – Шутка, шутка, – иронично кивнул обсуждаемый зверь. – Кстати, Калеб-сан, с пищей у вас как?       – Ты на что намекаешь? Нормально все с пищей, строго по расписанию, в девять, в два часа и в восемь вечера, по режиму.       – Я не совсем о том… больше про химический состав еды. Хотя…       – Что "хотя"? – спросил Билл. Гибрид отмахнулся:       – Забей. Вряд ли это могло повлиять.       После того как они попрощались с царственной во всех смыслах львицей и оказались снаружи, гибрид хлопнул тигра по спине:       – Я знаю, что тебе сейчас нужно!       Билл с подозрением покосился на Мелона. Энтузиазм от этого существа не всегда служил добрым знаком. Существо усмехнулось своей неповторимой пастью:       – Пара стаканчиков чего-то покрепче.       – В бар?       – Я не пью, – скрестил руки Легоси.       – Ну надо же когда-то начинать.       – Не надо!       – Да пошли с нами, чучело. Расслабленный вечер, виски со льдом, музыка… вы же будете весь вечер переваривать посещение больницы в том, что у вас вместо головы. А так – пара шотов, и проблема ушла на задний план.       – Я не хочу отодвигать Элс на задний план, – со злостью проговорил Билл, прищуриваясь и смотря в глаза Мелона. – Она важна. Она – мой друг.       – Да, у тебя проблемы с выбором друзей. Наивный идиот-волк и маньяк-убийца-полукровка, – еще шире оскалился гибрид в ответ на грозный взгляд. Поднял руку и постучал пальцем по лбу тигра, – Но из этого котелка надо вытряхнуть часть того варева, что там бурлит. Иначе так и будешь выходить на охоту в ночь.       – Я… я уже стал убийцей, – из того словно выпустили воздух, плечи бессильно обвисли. – Прости, Легоси.       Волк, сцепив зубы, ответил:       – Это неважно.       – Извини, что?       – Не важно, – твердо повторил Легоси. – Хочешь ли ты это исправить – вот что имеет значение. Мелон хочет.       – А может, мне просто надоело быть тем, старым собой, и теперь я играю новую роль?       – Не слишком ли убедительно играешь? – с неожиданной силой в голосе спросил Легоси, подступая на шаг. Гибрида, впрочем, его жест ничуть не смутил, и он облизнулся, слегка наклонив голову и иронично спросив:       – А что, уже пора вступать к вам в театральный клуб?       – Признайся хотя бы самому себе, что хочешь этих изменений! – рука Легоси неожиданно схватила отнюдь не тщедушного зверя за воротник рубашки.       – Ой как страшно… – блеснул глазами тот, впрочем, пока что не поднимая рук.       Билл с силой разжал пальцы волка, оттолкнув обоих в разные стороны:       – Отлично придумали, идиоты, драться во дворе психбольницы.       – Мы уже дрались, – поправляя одежду, заметил Мелон. – Результат вышел… неоднозначным.       – И я больше не хочу воевать с тобой, – уже тише сказал волк. Подобные вспышки ярости редко когда могли достучаться до его разума, но визит к Элс немного выбил Легоси из колеи. Протянул руку: – Я вообще ни с кем не хочу воевать.       Гибрид посмотрел на конечность так, словно она была куском чего-то весьма неприятного. Спросил недоуменно:       – А если воевать надо?       – Тогда нужно решить, на чьей стороне сражаться правильнее.       – Моралист хренов.       – Прости. Уж таков мой характер.       – Знаешь, что забавно? – протянул Мелон, смотря в глаза волка. – Ты ведь и сам изменился. И тоже наверняка не хочешь эти изменения признавать или принимать. Стал злее, решительнее. Веселее.       – Ну, с последним я бы поспорил… – приподняв бровь, отметил Билл. И в следующую секунду его глаза немного расширились – гибрид крепко сжал протянутую ему ладонь и затем с присущей только ему ехидцей отметил:       – Однако союзником я тебя все же считать не могу.       Легоси, сбитый с толку жестом и одновременно заявлением, несущим почти противоположный смысл, спросил:       – Почему?       – Потому что ты отказываешься идти с нами в бар.       – Вообще-то я еще тоже не согласился, – проворчал Билл.       – А у тебя есть выбор? – хихикнул Мелон. – Ну что, Легоси?       Волк осуждающе посмотрел сначала на него, потом на Билла, с чуть большим сочувствием. Тяжело вздохнул:       – Ладно. Но ничего крепкого я пить не буду. Сами воюйте с виски, бурбоном, водкой и что еще там существует в мире алкоголя.       – Отлично! – с преувеличенной радостью воздел руки вверх Мелон, круто разворачиваясь на одном месте и тут же поднимая ногу, вытряхивая из обуви камешек с гравийной дорожки. – Тогда следующий пункт назначения – алкогольное забвение!       Направляясь за ним, Билл вполголоса сказал, обращаясь к Легоси:       – Все равно не пойму, где он нашел в тебе веселье.       – Думаю, у Мелона собственная концепция "веселья", Билл, – осторожно ответил тот.       Ядовито-зеленая машина дождалась, пока все трое разместятся внутри, затем деловито рыкнула мотором и покатила по трассе прочь от благопристойного заведения, направляясь в иное, далеко не столь благопристойное.