Переживешь

      Днем аврор Поттер не выдержал. Дело Малфоя, Малфой и навалившаяся текучка привели его в отдел Магического Правопорядка. За подписями, новыми данными и признанием собственного поражения. — Гермиона, почему вы с Роном развелись? — выдал Гарри, прижимая пальцы к вискам — голова гудела, и роившиеся тысячи мыслей будто бы складывались в одну противную трель.       Гермиона впервые за всю их беседу вынырнула из бумаг. Отодвинула перо и посмотрела на Поттера с таким сочувствием, что тому сразу стало неловко. — Драко?       Гарри почти физически ощутил, как чужеродно звучит имя Малфоя для него из уст подруги. — Возможно. Да.       Гермиона чуть помолчала, вздохнула и беспалочковым заклинанием налила себе и Гарри чай. — Это сложно… Мы были вместе десять лет, начнем с этого. — Разве это не залог счастливого «жили вместе и умерли в один день»? — Если только один из пары не идиот, — отрезала Гермиона.       Гарри почувствовал укол совести. Он беспардонно ворвался, наверное, в самую болезненную тему подруги. — Если не хочешь… — Нет, Гарри, все в порядке. Мы развелись четыре года назад.       Поттер подумал, что, кажется, количество прошедшего времени вообще не имеет значения. Хотя, последние годы он почти не вспоминал Малфоя. Почти. Много работал, мало отдыхал. Немного летал, практически ни с кем не встречался — случайные интрижки не в счет. Мог ли он назвать свою жизнь несчастной? Нет. — Если очень коротко — он, а на самом деле вы оба, в какой-то момент так увлеклись работой, что стали почти невыносимы. Бросались в пламя, вас ранили, чуть ли не убивали раз в месяц, а вы… — Гермиона вздохнула. — Я с этим не справлялась. У меня тоже была жизнь, моя карьера тоже шла в гору, но в тот момент было чувство, что Рону не интересно ничего, кроме Аврората. Я пробовала, разговаривала, терпела, ругалась… Но, в конце концов, стало понятно, что это бесполезно. Как ты помнишь, разошлись мы мирно.       Гарри невесело усмехнулся. Тогда Рон за выходные бомбардами уничтожил целый лес, несколько месяцев пил почти каждый день и даже хотел уйти из Аврората. — Ты бы могла с ним сойтись… Сейчас?       Гермиона вдруг улыбнулась почти кокетливо, а Гарри заметил легкий румянец на щеках подруги. Чайничек, подливавший горячий чай в чашки, будто бы тоже немного порозовел. — Думаю, да. Ну, не без трудностей, конечно, — Гермиона еще рассеянно поулыбалась в пространство и продолжила. — Кажется, вы повзрослели и чуть успокоились.       Поттер одним махом допил чай. Порозовевший чайничек медленно пролеветировал к нему. — Я не знаю, что мне делать, — признался Гарри. — Точнее, знаю, но он меня проклянет. — Гарри, если бы Драко хотел тебя проклясть… — Гермиона закатила глаза. — Возможно, его останавливает, что я аврор.       Поттер сам понял, что звучит неубедительно. — Ему просто нужно время, я думаю, — мягко начала Гермиона. — Ты же наверняка, как обычно, напролом… — В прошлый раз, когда я ему дал время, он благополучно меня послал, — отрезал Гарри. — В прошлый раз, Гарри, судя по обрывкам того, что я знаю, Драко и так был потрясающе терпелив, а ты — невнимателен, — Гермиона строго посмотрела на Поттера, будто бы он признался, что не сделал домашнее задание. — Эй, ты должна быть на моей стороне! — Гарри махнул рукой, едва не задев чайник, зависший над чашкой. — Я ни на чьей стороне. И, может быть, идти напролом не так уж плохо, — задумчиво добавила Гермиона. — Ты его любишь?       Гарри почему-то сильно смутился. — Не знаю. Знаю, что моя жизнь примерно в сто раз лучше, если он рядом. То есть буквально воздух свежее и еда вкуснее. Мне кажется, я становлюсь чуточку счастливее каждый раз, когда с ним разговариваю. При этом я вполне мог жить без него, я не умирал от тоски… Просто с ним… Лучше. Это любовь? — Любовь, — Гермиона тепло улыбнулась.

***

      Малфой сидел с идеально прямой спиной и что-то писал — Гарри наблюдал за ним, стоя в дверях отдела Тайн. — Почему ты пишешь сам? — поинтересовался Поттер.       Драко даже не вздрогнул. — Самопишущее перо — дурной вкус, — отрезал Малфой. Гарри призадумался, но не смог найти ничего дурного в самопишущих перьях. Видимо, это что-то доступное только Драко. — Прости, или это был предлог, чтоб заглянуть в мои бумаги? — Зачем мне это делать? — «Чертов проницательный Малфой». — Твое расследование про меня в тупике, очевидно, — Драко поднял голову и посмотрел Поттеру прямо в глаза. Очень пронзительный серый взгляд. — Вообще, я пришел позвать тебя на свидание. Бумаги — так, побочная миссия, — Гарри задумался, считается ли его заход сейчас «напролом», как сказала Гермиона. — Не понимаю, как в Аврорат берут людей с такой короткой памятью, — усмехнулся Малфой. — Я уже отказался. — Ты не прав. — Еще и безответственных, — пробормотал Малфой. — Разве тебе не стоит сейчас пытаться поймать грабителей? — Малфой, ты же не думаешь, что я должен бегать по улицам и размахивать палочкой, пока случайно не прокляну или не поймаю кого-то?       Гарри подошел к столу Малфоя и уперся руками. Теперь он будто чуть нависал над Драко, и было в этом положении что-то… Волнующее. Буквально мгновение, потому что Малфой тут же встал, зашел за свое кресло и небрежно облокотился на него, став снова наравне с Поттером. — Судя по последним дням, именно так ты и работаешь, — Драко поджал губы. — Я же прислал письменные извинения, — Гарри действительно написал и отправил Малфою небольшое письмо и даже скрепил его печатью — больше, чтобы повеселиться, чем действительно извиниться. — С ошибкой, кстати. — Малфой, я не пишу с ошибками! — Возможно, я не разобрал твой почерк, — усмехнулся Драко. Гарри поразился, но серые глаза напротив смотрели… Весело? — У меня нормальный почерк. И, к твоему сведению, расследование ограбления, и расследование тебя идут полным ходом. Мне действительно не обязательно для этого размахивать все время палочкой, — зачем-то сказал Гарри. — Очень рад. — Ты бы очень помог мне, если бы дал больше деталей и избавил меня от необходимости копаться в твоих бумагах. — Поттер, Поттер, — Драко вздохнул с сочувствием. — Если бы не пророчество — уточни, кстати, как они работают, у Гермионы, кажется, ты забыл — я бы с огромной радостью передал тебе это дело и тотчас же аппарировал бы во Францию. — Ты хочешь уехать из Лондона? — Гарри как будто ударили чем-то тяжелым по голове. — Лазурный берег великолепен в эту пору, а мода на цветные мантии в Британии меня угнетает. — Угнетает его, — зло повторил Гарри. Он быстро обошел стол и встал почти вплотную к Драко. Тот шагнул назад и уперся в стену. Поттер почувствовал аромат пряностей. Горьковатый, волнующий. Бледная гладкая кожа была очень близко, а на беззащитной шее дернулся кадык.       Гарри облизнул пересохшие губы и положил руку на затылок Драко — мягкие волосы приятно защекотали ладонь. И замер. Их разделяла пара сантиметров. Он слишком злился, чтобы просто поцеловать Малфоя.       Драко вдруг потянулся к нему. Поттер чувствовал — слышал, как колотится сердце напротив. Ровно в ту секунду, когда их губы должны были встретиться — Малфой сам, сам попытался его поцеловать — Поттер сделал шаг назад. Серые глаза напротив тут же наполнились яростью. — Нет, Малфой. Ты не можешь сказать, что хочешь свалить, а потом целовать меня, — хрипло произнес Гарри. Губы чуть покалывало, возбуждение разливалось по венам и концентрировалось внизу живота — этот поцелуй был почти необходим.       Драко вдруг улыбнулся, почти развратно, и уже сам приблизился к Гарри. Тот отступил и сразу же уперся в стол. — Я могу тебя целовать, — в серых глазах горел вызов.       Прохладные пальцы легли Гарри на шею. Второй рукой Малфой почти невесомо провел по скуле. Погладил большим пальцем нижнюю губу. Прикосновения были обманчиво нежными, невесомыми. Они сцепились взглядами, и это было почти невыносимо — ласковые пальцы и дерзкий жалящий взгляд.       Поттер резко схватил бледное запястье. Отстранил гладящую руку, крепко сжимая. — Можешь. Не сейчас. Поужинай со мной.       Оттолкнулся от стола и вышел, зная, чувствуя, что Малфой последует за ним. Не может не последовать.