И звезды выглядят совсем иначе.

Пройдя чуть дальше от бара, мы с Джинни распрощались — она направилась на свидание с Майклом Корнером. Я же решила зайти в магазин «Фолианты и свитки» — книжный магазин. Там был большой ассортимент различных книг по магии, но ни одна из них меня не заинтересовала.

По этому я зашла в «Зонко» — лавка диковинный волшебных штучек в Хогсмиде, чьи товары были весьма популярны у студентов Хогвартса. Яркое и красочное место, народу было тут не меньше чем в трех метлах. Я решила купить икотные конфеты и отправилась обратно в Хогвартс, шурша опавшей листвой под ногами.

Вернувшись в Хогвартс, я сразу же решила взяться за уроки. Не откладывая ни на минуту, я принялась выполнять домашние задания — не только для себя, но и для Драко. Время пролетело незаметно, и к вечеру я уже закончила все дела, не позволяя себе тратить драгоценные минуты впустую. Осознав, что больше ждать нельзя, я направилась прямо к его комнате.

Остановившись у двери, я пыталась успокоить дыхание и набраться смелости, чтобы постучать. Рука замерла в воздухе, когда я собиралась постучать — и вдруг дверь сама распахнулась. На пороге стоял Крэбб, пристально глядя на меня своими большими глазами, словно пытаясь понять, зачем я здесь.

— Привет, ты мог бы позвать Драко? У меня его домашка. — сказала я, немного нервничая, пытаясь скрыть волнение.

— Драко, тут к тебе, — произнес Крэбб и вышел из комнаты вместе с Гойлом, явно направляясь на ужин. В этот момент к ним подошел сам Драко.

— Ты че тут забыла? — спросил он с легким недоумением, смотря на меня.

— Я решила сразу отдать тебе домашку, — протянула я ему несколько листков пергамента с заданием. Он взял их из моих рук, взглянул куда-то за дверь и мотнул головой, показывая, чтобы тот вышел.

Из-за двери появился Забини.

— Привет, — хитро улыбнулся он.

— Привет! Ты че так хитро улыбаешься? — спросила я подозрительно.

— Да ничего, пойду на ужин,— ответил он и ушел, при этом его улыбка не сходила с лица.

Я немного удивилась его поведению и подумала: «Странный он какой-то сегодня…»

Драко же приказным тоном сказал: — Заходи.

— С чего это? — испугалась я, сердце забилось сильнее.

— С того, что мне нужно проверить, и я не отпущу тебя, пока не убедюсь, что ты мне там всякую дрянь не написала,— он одной рукой держал ручку двери, а во второй — пергаменты с моими заданиями. — Мне долго так стоять и ждать?

— Хорошо,— раздраженно ответила я и прошла внутрь комнаты.

Драко указал на свою кровать: — Садись. А сам сел на стул, закинув ногу на ногу и принялся читать мои старания. Я села рядом на кровать и вдруг заметила его руки: казанки были разбиты и покрыты царапинами и синяками.

— Что с твоей рукой? — обеспокоено спросила, оглядев его, других признаков побоев, я не видела.

— Не твое дело, — спокойно произнес он, не отрываясь от прочтения. Я минут десять сидела, уставившись в стену, стараясь не смотреть на него. Внутри меня нарастало желание что-то сделать, и я слегка прикусила свою нижнюю губу, чтобы сдержать эмоции.

— Еще раз так сделаешь — накажу, — вдруг резко сказал он, прервав мои мысли. Я вздрогнула и подняла глаза. Это он сейчас мне говорил о том, что я закусила губу? Сердце забилось сильнее, руки начали дрожать.

Я посмотрела на него и заметила, что он показывает пальцем на надпись карандашом: «ПРИДУРОК». У меня аж от сердца немного отлегло — я и забыла, что написала это из злости.

— Ничего, сотрешь. — и мы продолжили сидеть в тишине еще пару минут, пока он не закончил проверку.

— Пойдет, — он отложил пергаменты, на тумбу. — А теперь — разговор. — его голос стал чуть мягче, но в нем чувствовалась твердая решимость.

— Нам не о чем говорить, — я включила режим «полная дура», сердце продолжало бешено стучать внутри, и я старалась держать лицо.

Так прям совсем ничего? — Он наклонился вперед, его глаза заискрились вызовом.

Едва я поднялась с намерением выйти из комнаты, Драко неожиданно протянул руку, пытаясь удержать меня. Это происходило так часто, что я машинально отстранилась, чувствуя привычное раздражение и усталость. Мое сопротивление, казалось, застало парня врасплох, а я уже двигалась в сторону выхода.

— Нам нужно поговорить! — твердо заявил он, поднимаясь с кресла, его голос звучал решительно и настойчиво.

— Ты сказал, что я могу покинуть комнату, как только ты проверишь домашку! — выпалила я, рывком открывая дверь, готовая выскользнуть. — Работа проверена, значит, я здесь больше не задержусь.

— Коллопортус, — прозвучало у меня за спиной, Малфой произнес заклинание.

Дверь с оглушительным хлопком захлопнулась прямо перед моим носом. Застыв на месте, я обернулась, прожигая его взглядом.

— Чего тебе от меня нужно? — процедила я сквозь стиснутые зубы, щеки горели, а сердце бешено колотилось.

Он медленно подошел ближе, его глаза были полны серьезности и напряжения:— А если я скажу тебе… что хочу тебя? — прозвучал тихий, но исполненный скрытой страсти и угрозы вопрос. — Мне надоела эта детская возня, — добавил он с легкой, волнующей хрипотцой.

Внутри меня все болезненно сжалось: страх переплелся с яростью и безысходностью. Сердце колотилось, словно птица в клетке.

— Не принимай все так близко к сердцу,— прошептала я дрожащим голосом, пытаясь сохранить контроль над собой, хотя внутри все трясло от напряжения и страха.

Драко подошел ко мне настолько близко, что моя грудь, стала при каждом вдохе касаться его. По спине пробежала волна мурашек, когда он едва ощутимо коснулся моей шеи кончиком носа. Едва касаясь, он положил одну руку на мою талию, а второй приподнял мое лицо за подбородок. Я слышала как стучится мое сердце, я даже не пыталась сопротивляться, позволяя ему делать, все что он хочет. В этот момент я не дышала. Его губы скользнули по моим, нежные и такие чувственные. Уже не способная думать и стоять на собственных ногах, я ухватилась за его плечи, прижимая ближе к себе. Этого он и ждал. Нежность пропала, ее смела страсть, с которой он набросился на мои губы. Он покусывал мою нижнюю губу и ласкал языком. Мой рваный выдох он словно поглотил. Его язык хозяйничал внутри меня. Ласкал и заявлял права. Будто выпивая меня. Наше дыхание стало единым. Словно сумасшедшие мы упивались поцелуем, не в силах оторваться друг от друга.

Не знаю, сколько это продолжалось. Я потеряла счет минутам и секундам. Моя рука, зарывшись в его волосы, перебирала их и слегка дергала. Хотелось, чтобы его жаркий поцелуй продолжался вечность. Его руки блуждали по моему телу, скользили по коже, оставляя после себя жар и томление. Словно изголодавшийся хищник, он набрасывался на мои губы снова и снова. Я повисла на нем, обессиленная от собственного желания. Внезапно он отстранился и пристально заглянул в мои шальные от пережитых эмоций глаза. Видимо найдя в них то, что хотел, оскалился жесткой улыбкой победителя, а я не понимала, что происходит.

— Мы в расчете, один один так сказать. — С этими словами он вышел, оставив меня наедине с собой в его покоях. Осознание произошедшего настигло меня не сразу. Лихорадочно приведя в порядок одежду, я постаралась скрыть пылающее от смущения лицо и припухшие от поцелуя губы за прядями волос. Пулей вылетев из комнаты, я помчалась в свою, надеясь, что соседки еще не вернулись с ужина. С головой нырнув под одеяло, я попыталась укрыться от захлестнувшего меня стыда.

— Он мной играл? — — Эта мысль оглушила меня. Обида росла с каждой секундой, но я поклялась себе, что не пророню ни слезинки. Выбравшись из-под одеяла, я решила поделиться случившимся с моей французской подругой, Агас. В письме я подробно описала все произошедшее, умолчав лишь о хранителях. Пока еще было время отправить послание с совой. Быстро переодевшись, я направилась к совиной башне. На улице сгущались сумерки. Добравшись до башни, я вложила письмо в клюв совы, и та, взмахнув крыльями, вылетела в ночное небо через открытое окно.

Весь остаток выходных я пребывала в ужасном настроении из-за того, что сделал Малфой. Большую часть воскресенья я просидела за чтением книг, раздражаясь на выходки Малфоя и переживая, что мама до сих пор не ответила на мое письмо.

Утром следующего дня, собрав нужные учебники для сегодняшних уроков, я отправилась завтракать. В гостиной, возле доски объявлений, я увидела скопившуюся толпу учеников. К доске объявлений был пришпилен большой лист, закрывавший собой все остальные — списки предлагаемых подержанных книг по чарам, регулярные напоминания Аргуса Филча о правилах школы, расписание тренировок по квиддичу предложения об обмене карточками от шоколадных лягушек, последние объявления о контрольных, даты вылазок в Хогсмид и объявления о потерянных и найденных вещах. Новое было напечатано жирным черным шрифтом, внизу красовалась официального вида печать и подпись с завитушками.