Напряжение

Иккинга тащили по коридорам большую часть пути. Парню едва удавалось устоять на ногах. Кроган не щадил его, не удосужив даже взглядом. Вскоре они дошли до конца коридора и поднялись по лестнице, ведущей на верхнюю палубу. Когда Кроган остановился, Иккинг сощурился от резких слепящих солнечных лучей. Однако прежде чем он успел опомниться, Кроган втащил его в другое помещение — чью-то каюту. Иккинг сразу понял, чья она… Там спиной к ним стоял Йохан, изучая карту, которая висела на дальней стене. Он не отвел от нее взгляд, даже когда они вошли. И с недобрым взглядом повернулся к ним, только когда Кроган закрыл за собой дверь. — Зачем я здесь? — выдохнул Иккинг, прежде чем кто-либо успел что-то сказать. — Собираетесь тайно меня убить? Да? Йохан нахмурился: — Как бы мне хотелось убить тебя. Но, как вы оба знаете, я должен найти последнюю линзу, а времени осталось не так много. Времени, которое я не могу… позволить себе… терять… — Да, то есть, ты действительно не можешь себе этого позволить, — Иккинг слабо улыбнулся, от чего Кроган сильнее сжал его руку. — Мы почти нашли нашу последнюю линзу, а ты сильно отстаешь… тебе следовало бы поднять планку, если хочешь победить… Йохан с силой ударил руками по столу перед ним, глаза торговца метали молнии. Иккинг вздрогнул. — Я не собираюсь расспрашивать тебя о местонахождении твоих линз, — выплюнул Йохан. Мы оба знаем, что это бесполезно. У меня на тебя другие планы. — Например? — спросил Иккинг. Он фыркнул. — Так я тебе все и рассказал. Я не глупец, как Дагур или Вигго, или кто-либо другой… ты не получишь от меня никакой информации, Иккинг. Ни какого-либо особого обращения. Мне плевать, что с тобой станет, пока ты не вмешиваешься, так или иначе… желательно, так, чтобы ты не смог снова спасти положение. Несмотря на то, что Иккинг сражался с множеством разных врагов, он не мог отделаться от волнения, слушая Йохана. Было так пугающе видеть бывшего друга, если он вообще когда-то был им другом, внезапно преисполненного такой злобой. — Даже если тебе удастся избавиться от меня и других Наездников, всегда найдутся те, кто будет защищать Короля Драконов, — выдохнул Иккинг. — Если ты считаешь иначе, ты глупец. — Ты думаешь, я глупец? Что ж, подумай еще раз, Иккинг Карасик III, потому что этот глупец только что поймал тебя и собирается уничтожить твоих драгоценных драконов. Что на это скажешь? Иккинг задумался. — Я думаю, что это Кроган поймал меня… не ты. Разве это не делает тебя еще и бездарным глупцом?.. — Йохан, я увел девчонку, как ты приказал, — вмешался Кроган, пока конфликт не усугубился. — Я приказал Драконьим Налетчикам оставить ее… — Не забывай, кто здесь находится! Не выказывай ничего, что может принести пользу заключенному. Иккинг нахмурился. — Брось, Йохан, хватит… зачем я здесь? Я знаю, вы привели меня не просто, чтобы поболтать. Казалось, Йохан вот-вот снова закричит, но выражение его лица постепенно сменилось зловещей ухмылкой. — Зачем ты здесь? Что ж, отвечу коротко: у меня припасена мелкая работенка… очень важная физическая работа, которую, полагаю, под силу выполнить только тебе. — Мелкая работенка? — Это попросту не может быть правдой. Йохан слишком хитер: он, в конце концов, годами водил Иккинга и весь Олух за нос. Нет. У торговца, должно быть, припасен для него какой-то особый план под туникой. Но Иккинг не представлял что… и почему до сих пор жив. Что-то попросту не сходится… — Полагаю, тебе пойдет на пользу, если ты займешь свое надлежащее место, — протянул Йохан. — Работая на меня. Итак, Кроган, я вижу, ты выполнил свою работу и наконец-то схватил мальчишку. Хозяин будет доволен узнать это… отведи его пока в камеру. Нам нужно поговорить наедине. Несмотря на раздражение, что партнер им помыкал, Кроган смерил Иккинга безразличным взглядом и потащил к выходу из каюты Йохана. Все еще изможденный Иккинг поморщился от резких движений Крогана, причиняющих ему боль. С каждым шагом головная боль усиливалась, от чего Иккинг возненавидел травмы головы еще больше. Через пару минут раздраженный Кроган отвел его в камеру. Заметив, как он дрожит, Кроган швырнул ему грязное черное одеяло. Выглядело оно потрепанным, но было большим и могло защитить от холода. Закутавшись в него, Иккинг прислонился к стене, пытаясь унять неистово бьющееся сердце, болью отдающее в груди. Он не мог выкинуть слова Йохана из головы… Мелкая работенка… какая работенка? Какую физическую работу он мог выполнить в таком состоянии? Каким бы сообразительным он ни был, он не мог этого понять. … не важно. У него свои планы: пока Кроган разглагольствовал о том, что Йохан обращался с ним как со слугой, он не обращал внимания на Иккинга… что дало парню возможность стащить ключ от камеры. Ключей, слава Тору, оказалось два, и, когда Кроган перевел на Иккинга взгляд, то не заметил пропажу одного из них. Он достал ключ из-под жилета и долго его рассматривал. Он собирался сбежать. Когда шаги Крогана стихли, он бросил одеяло в дальний угол камеры, чтобы прохожим казалось, что он спит. И приковыляв к двери камеры, просунул руку между решеток и вставил украденный ключ в замочную скважину. Он был на грани обморока, не представлял, что делать, когда выберется, но он обязан воспользоваться шансом и надеяться, что ему все удастся. Вдохнув, он вышел в коридор.

***

— Почему он до сих пор еще жив? — прорычал Кроган, вернувшись в каюту Йохана. — Он нам не нужен для работы; разве ты его не видел, он едва держался на ногах! Йохан смерил его угрожающим взглядом. — Неужели ты действительно думаешь, что я оставил этого сопляка в живых для физической работы? Нет. У меня гораздо более грандиозные планы на Иккинга Карасика III. — Так скажи мне — мне надоело, что от меня скрывают правду! — Ладно! — гаркнул он. — Я буду с тобой откровенным: я хочу, чтобы Иккинг нашел последнюю линзу для Драконьего Глаза. Он находит их, как громмели камни после дождя. Он скоро найдет ее для нас. У меня уже есть подозрения, где может находиться новая линза. Если повезет, он преподнесет ее нам, даже не осознав этого. — Йохан, это рискованно, — Кроган нахмурился. — Что если мальчишка найдет линзу и утаит ее от нас? Или будет использовать в своих целях? Это слишком рискованно. Предлагаю убить его и отправиться за другими Драконьими Наездниками… — Не забывай, кого хозяин оставил за главного, — спокойно промолвил Йохан, проводя пальцами по карте на стене. В верхней части карты было нанесено несколько «Х» и еще несколько перечеркнуто над местностью, где, как они полагали, должен был находиться Ванахейм. — Здесь я принимаю решения. Кроме того, этого не случится. Несколько наших людей будут следить за каждым шагом Иккинга. У него нет ни единого шанса на побег, а как только он найдет линзу, его убьют. — Он скривился в притворной усмешке. — Я давно все это спланировал. — А девчонка? Зачем мы ее отпустили? Мы должны были убить ее, пока была возможность! — Иккинг отказался бы сотрудничать, если бы мы убили ее у него на глазах. Судя по всему, между ними что-то есть. А на нее и других Наездников у меня свои планы… такие, которые уберут их с нашего пути и поставят Иккинга на колени. Кроган открыл было рот возразить, однако в тот же момент Драконий Налетчик ворвался в дверь, в его глазах, виднеющихся в прорези маски, читалась паника. Йохан уже во второй раз за последние пять минут ударил руками по стогу и прорычал: — Я же приказал не мешать нам! Налетчик покачал головой, задыхаясь. — Эм… простите, сэр, но у нас чрезвычайная ситуация!.. — Какая? — огрызнулся Йохан. Что такого могло случиться, что эти глупцы Драконьи налетчики ослушались приказа? — Корабль… Начался пожар! — Так потуши его! — рявкнул Кроган. — Но есть еще кое-что, — пристыжено откликнулся Налетчик. — Пленник сбежал… Йохан задрожал от едва сдерживаемой ярости, его лицо перекосила такая ненависть, что даже Кроган испугался. — ИККИНГ!..

***

Выбираясь из камеры, Иккинг не совсем понимал, как будет действовать, но тот план, который он придумал, казался не таким уж плохим. Что может быть лучше, чем отвлечь своих похитителей, устроив пожар? Охрана проходила мимо его камеры каждые пять-десять минут, но если устроить небольшой взрыв, они забудут о нем. Спрятавшись в смежной каюте от звука приближающихся шагов, Иккинг обнаружил пылающий факел и прихватил его, решив, что он пригодится. Он обрадовался этой находке, потому что когда он спрятался в другой каюте, он наткнулся на несколько бочек геля ужасного чудовища… и у него появилась идея. Без посторонней помощи он не сможет вовремя сбежать с корабля. И пожар мог стать тем помощником, в котором он так нуждался. Спрятав в карманы пять бутыльков геля ужасного чудовища, он решил, что использует только часть, а часть может еще пригодиться. Когда шаги стихли, он разлил гель вдоль стен и, вылив весь до капли, поднес к нему факел. Когда все вокруг начало взрываться, он, пригнув голову, вскарабкался по лестнице, ведущей на верхнюю палубу. Так он выиграет немного времени. Иккинг едва переставлял ноги по ступеням, но в итоге добрался до верха и ступил на залитую солнцем палубу. К этому времени, изнуренный как никогда в жизни, Иккинг уже был готов сдаться, однако заставлял себя двигаться дальше, полагаясь на воспоминания о семье и друзьях, которые помогали держаться. «Я почти выбрался, ребята» — подумал он про себя, стиснув зубы от головной боли. Идя по палубе, он осмотрелся по сторонам в поисках какой-то лодки или плота, который он мог бы использовать, чтобы уплыть с корабля. Он был не в состоянии идти под парусом, но даже так лучше, чем провести еще хоть минуту в той камере. Он нахмурился, не обнаружив никаких путей для побега. Мысленный отсчет времени неумолимо напоминал, что стражники, должно быть, уже догадались, что он сбежал. По крикам, доносившимся издалека, он понял, что пожар обнаружили. Он услышал хлопки дверей кают и топот ног людей, которые спешили выяснить, что происходит. Запаниковав от мысли, что его могут заметить, Иккинг попытался идти быстрее, но только споткнулся и упал ничком. Он застонал от удара и попытался встать, однако прежде чем он успел выпрямиться, кто-то схватил его за жилет и рывком поставил на ноги. Обернувшись, Иккинг обнаружил Йохана, который держал его и злобно на него смотрел. Он не проронил ни слова, лишь гневно кряхтел, волоча Иккинга по палубе. Иккинг пытался вырваться, однако все усилия были бесполезны. Подойдя к своей каюте, Йохан швырнул Иккинга в помещение и захлопнул за собой дверь. Иккинг тяжело дышал, растянувшись на полу, все его тело болело от падения. — Почему ты до сих пор не убил меня? Я не идиот. Ты меня ненавидишь. В любой другой день ты бы без колебаний это сделал. Ты даже уже пытался. Я знаю, что ты был шпионом. — Признаю, ты поумнел, — сказал Йохан, сев за стул и смерив Иккинга ледяным взглядом. — Тогда зачем я тебе? Ты солгал… для физической работы я тебе не нужен. — Я не лгал, Иккинг, — нахмурился Иккинг. — Ты мне нужен для работы… для поисков кое-чего очень ценного для нас обоих. Я хочу, чтобы ты нашел для меня последнюю линзу Драконьего Глаза, потому что у меня не так много времени, а я знаю, что ты со своими друзьями ни за что не отдашь ваши. Иккингу не удалось скрыть потрясение. — Что? Удивлен моему откровению? Признаться, я сам себе удивлен. Но я знаю, ты бы все равно об этом вскоре догадался. Больше нет смысла что-то скрывать друг от друга, не так ли, Иккинг? — Я не знаю, где последняя линза. — Неужели? Зато я знаю. Я располагаю достаточным количеством сведений, чтобы полагать, что она находится на Ванахейме. Видишь ли, я догадался, что отец нашей дорогой Хедер и ее безумного брата жил на острове, не так ли? Их отец дал им по линзе от Драконьего Глаза, правильно? Когда я сложил эти выводы воедино, стало не так трудно понять ситуацию… У Освальда Разлюбезного тоже должна была быть линза, и она должна быть на Ванахейме. — Поднявшись со стула, он скрестил руки на груди. — Так что, Иккинг, тебе предстоит найти ее, и если ты посмеешь что-то выкинуть, я не только убью тебя, но и всех, кто тебе дорог, у тебя на глазах. Иккинг сглотнул. — Как… ты можешь быть уверен, что она там. Ее может и не… — Полагаю, тебе стоит молиться, чтобы она оказалась там, иначе столкнешься с последствиями. Ты начнешь поиски утром; сегодня мы отплываем на Ванахейм. И Иккинг? Я тоже не идиот. Я отослал твою девчонку не для того, чтобы показаться добрым. Я знаю, твои друзья придут за тобой. Когда они найдут девчонку, она расскажет им о нашем местонахождении, и они прилетят сюда. Но они не знают, что мы поменяем корабли, и когда они прилетят, то обнаружат лишь с виду покинутый корабль… Иккинг не сразу понял смысл сказанного, но когда он наконец все осознал, он задохнулся, качая головой. — Нет, Йохан… пожалуйста… — Поджечь корабль было умно, Иккинг, — он ухмыльнутся. — Пожалуй, я позаимствую этот ход. Надеюсь, ты успел попрощаться с друзьями, потому что, боюсь, другого шанса у тебя не будет. А сейчас, когда все прояснили, пора пересесть на другой корабль. И, конечно же, мы должны подготовиться к встрече твоих друзей… они скоро прилетят. Прежде чем Иккинг опомнился, в каюту вошли два Налетчика и потащили его прочь. Иккинг лишь в отчаянии взглянул на Йохана и молился Одину за спасение своих друзей.

***

— И они тебя отпустили? Просто так? — Да, — ответила Астрид Рыбьеногу, который приземлился на Беззубике рядом с ней. Сарделька села бок о бок с ними. Девушка почесала ночную фурию по голове. С груди дракона вырывались стоны тоски по своему Наезднику. — А что? — Звучит как-то странно, — нахмурился он. — Знаю, но я не могу понять, почему Йохан приказал Крогану отпустить меня. Когда… когда они меня увели, мне подумалось, что, может, они хотели убить Иккинга, когда он станется один, а потом убить всех драконов у нас на глазах или что-то еще более садистское… — От упоминания Иккинга она снова разволновалась, а тревога затуманила разум. — Даже я согласен, звучит мутно, — с подозрением сказал Задирака. Он спрыгнул с Барса на остатки корабля рядом с Астрид. Забияка спрыгнула следом. — Что-то не сходится, — согласилась Забияка. — Совсем не сходится. — Сморкала уперся руками в бока. — Мы не можем разгадывать каждый план Йохана! — расстроенно воскликнула Астрид. — Мы должны как можно скорее лететь за Иккингом. Кроган и Йохан… вы их выдели. Они безжалостны. Мы должны спасти его… — И мы спасем, — заверил ее Рыбьеног. — Но сначала нам нужен план. Я понимаю, ты хочешь броситься Иккингу на выручку, мы все хотим, Иккинг наш лучший друг! Но мы не понаслышке знаем, что бывает, если слепо броситься в гущу событий. Ты можешь вспомнить, Кроган говорил что-то, что могло бы выдать хоть какую-то информацию?.. Астрид пыталась вспомнить, но ничего на ум не приходило. — Только то, что на нас у него планы, в которые, как я полагаю, Иккинг не входит. — Но какие? — задумчиво протянул Сморкала. — Не уверена, но держу пари, это как-то связано с линзами Драконьего Глаза. Рыбьеног, который до этого молчал, погрузившись в свои мысли, внезапно вскрикнул: — Астрид, я почти забыл! — Он засунул руку в тунику и что-то достал. Астрид на мгновение растерялась, пока он не разжал ладонь. — Похоже, у Освальда было больше секретов, чем мы думали. — С широкой улыбкой он опустил глаза на пятую линзу Драконьего Глаза. — Мы нашли ее в его доме. — Как?.. — Она открыла рот в изумлении. — Глазам не верю… все это время еще одна линза была спрятана у нас под носом… — Нам нужно какое-нибудь устройство по обнаружению линз, — серьезно заявил Задирака. — Кто знает, где еще они могли быть спрятаны все это время? — Забияка качнула головой. — Слушайте… — Астрид закатила глаза. — Стоя здесь и просто думая, мы Иккингу не поможем. Мы должны что-то сделать. Иккинг всегда выручал нас, поэтому мы должны выручить его. — Она покосилась на Рыбьенога. — С планом или без. Рыбьеног наконец кивнул. — Это может и неразумно, но Иккинг незаменим, а я больше не собираюсь рисковать жизнью друга. По крайней мере… по крайней мере, линзы в безопасности. Так мы убережем Короля Драконов, если что-то пойдет… — Ужасно и чудовищно неправильно? — вставил Задирака. — Да, это один из способов описать это, Задирака… — Рыбьеног моргнул. — Значит, мы просто как обычно разведаем обстановку и проникнем на корабль? Примитивный план лучше, чем никакого. Все Наездники кивнули в знак согласия. — Спасибо, ребята, — сказала Астрид, когда они оседлали своих драконов. Астрид оседлала Беззубика, а Громгильда полетела без седока. — Вы были… очень, очень хорошей командой, мне жаль, что подвергаю вас такой опасности… — Прекрати. — Сморкала с мрачной улыбкой вскинул руку, заставляя ее замолчать. — Иккинг наш друг и наш лидер. Нам другого не надо. И если нас в итоге уничтожат, значит, так тому и быть… но сначала мы надерем кому-нибудь зад, да? Впервые за долгое время с губ Астрид сорвался смешок. — Да, Сморкала, надерем. — Она повернулась к остальным Наездникам, которые смотрели на нее в предвкушении. — Готовы? Рыбьеног широко улыбнулся, жестом показывая вперед. — Веди.

***

Запасной корабль Йохана отправлялся в плавание, оставив первый позади. Драконьи Налетчики остались на том корабле в ожидании Наездников, готовые напасть, как только они сойдут на борт. Тем временем Иккинга заперли в новой каюте Йохана. Будучи свидетелем слишком частых побегов парня, торговец не доверял ему и не оставлял одного, поклявшись, что Иккинг будет его пленником, пока он с парнем не разберется. Руки Иккингу связали, протез отобрали и приковали в углу каюты. Иккинг притворялся уверенным, что с его друзьями все будет хорошо, но с каждой минутой его вера таяла. Из окна каюты Йохана было видно, как его друзья так аккуратно пробираются на корабль, что их практически не было заметно. И никто бы их не заметил, если бы с запасного корабля, скрытого тенями, за ними не наблюдали. При виде Наездников, которые полагали, что их не обнаружили и им ничего не угрожает, Йохан расхохотался. А Иккинга замутило от тревоги. Друзей вот-вот убьют на его глазах, а он ничего не мог поделать. Он дернулся в попытке освободиться от веревок, но тщетно. — Пожалуйста, не делай этого, — взмолился он. — Я сделаю все, что скажешь. — Даже скажешь, где твои линзы? Как бы Иккингу ни хотелось сказать «да», он помнил, как все его друзья приняли решение, что несмотря ни на какую угрозу защитить Короля Драконов важнее. Даже Забияка и Задирака согласились… все были готовы пойти на это. Он не мог нарушить обещание. Он не проронил ни слова. Но от звука доносившихся криков паники его сердце все сильнее сжималось от отчаяния. Он в очередной раз дернулся, но освободиться так и не смог. Кусая губу, он лишь в ужасе смотрел в окно, как корабль поглотило бушующее пламя.

***

Астрид напугала такая быстрая смена событий. Когда она с другими Наездниками стала обыскивать корабль, он показался покинутым. Но как такое возможно? Иккинг был здесь всего пару часов назад, запертый на нижней палубе. Необъяснимая пустота на корабле Астрид обескуражила, разум кричал о том, что что-то не так, но она не могла понять, что именно. Они спустились на нижнюю палубу. Астрид не могла больше ждать и поспешила найти Иккинга. Когда они спустились на нижнюю палубу, ситуация накалилась. Сморкала почувствовал странный, но жутко знакомый запах, и почти сразу узнал в нем гель ужасного чудовища. И тут они обнаружили гель ужасного чудовища, разлитый по кораблю: на стенах, полу, потолке… повсюду. Но прежде чем они смогли понять, почему его здесь разлили, со стороны лестницы, по которой они спустились, блеснула вспышка света… послышалось шипение… почувствовался едкий запах дыма… А потом прогремел взрыв. — ЭТО ЛОВУШКА! — закричал Рыбьеног, и в то же мгновение их отбросило назад взрывной волной. Их драконы испугано закричали, рыча на незваных гостей, скрываемых тенями. Астрид проклинала себя за то, что сразу не догадалась; несколько Налетчиков, должно быть, прятались на корабле и, когда Наездники прилетели, заперли их на охваченном огнем корабле. Она чувствовала себя отвратительно от мысли, что так глупо попалась. Оглядываясь назад, девушка вдруг осознала, что признаки засады были слишком очевидны. Как она не могла этого не заметить? Как могла на это купиться? Глупая… Но времени разбираться в том, кто виноват, не было. Иккинг сейчас в ней нуждался. Астрид посмотрела в конец коридора, куда пламя распространялось. Она помнила, где-то в том направлении была камера Иккинга. Она стиснула зубы. — Идем! Она обрадовалась тому, что они решили оставить Громгильду и Сардельку на случай, если потребуется их помощь сбежать; похоже, им действительно могла потребоваться их помощь. — ИККИНГ! — звала Астрид сквозь огонь, пока, спотыкаясь, шла по коридору. Остальные Наездники поспешили за ней, однако разгорающийся пожар преследовал их по пятам, пока они шли к камере и звали своего пропавшего друга. Спустя минуту, показавшуюся вечностью, они наконец добрались до камеры, в которой до этого держали Астрид и Иккинга. Она закашлялась, склонив голову, и, выпрямившись, вперилась в темноту камеры. Сквозь дым, пламя и решетки трудно было что-то разглядеть, но она все же различила что-то наподобие фигуры в дальнем конце камеры. Нечто было темным, бесформенным, но отдаленно напоминало фигуру человека. Она откашлялась в ладонь и закричала: — Иккинг? Позади треск пожара становился все громче, и доносились беспокойные крики друзей. Астрид потянула дверь камеры, однако она оказалась заперта и не поддалась, а ключа у нее не было. — НЕТ! НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕТ! Откройся… ИККИНГ! — Она снова попробовала открыть дверь, не обращая внимания на то, насколько сильно слезились глаза, а от кашля болела грудь. Она должна добраться до Иккинга! Она его любит и обязана спасти… Однако она чувствовала, как слабость и усталость начинали брать свое. Ни она, ни другие Наездники долго не протянут в этом пожаре. — ИККИНГ! Аааа, глупая дверь! Рядом с ней Беззубик беспокойно вскрикнул, царапая преграду, отделявшую его от его наездника. Дракон выпустил плазменный залп в замок, и дверь распахнулась. Едва держась на ногах, Астрид бросилась внутрь. — Иккинг!.. Она упала на пол на колени рядом с фигурой и встряхнула ее. В глубине души зародилось ужасное чувство, от которого она не могла отделаться. — Иккинг… Иккинг! Сильнее встряхнув завернутую в одеяло фигуру, девушка почувствовала, что что-то чудовищно неправильно. Под черным одеялом она не ощутила… ничего. Только тряпки. Ни тела, ни костей, ни характерного человеческого тепла. Она осознала, что это не Иккинг и ошарашенная отпрянула назад. Что происходит? — Астрид! — Рыбьеног закашлялся у входа в камеру. — Иккинг… с тобой? Потому что мы должны… уходить!.. Она лишь смотрела в пустоту широко раскрытыми от ужаса глазами. — Это не… Иккинг… Иккинга… здесь нет! Это не он, он не… Несмотря на недоумение, Рыбьеног покачал головой, указывая в сторону выхода. — Астрид… мы должны уходить… сейчас, иначе погибнем! Иккинг, скорее всего… не здесь… а с Йоханом… у нас еще есть шанс уйти и спасти его, но нам это не удастся… мертвым! — Мы не сможем убежать! — послышался голос Сморкалы. Парень с Кривоклыком, тяжело дыша, вышли из огня. — Выход заблокирован… Налетчики его забаррикадировали… а пожар слишком сильный! — А… драконы? — кашляя, выдавила Забияка. — Они дышат огнем! Разве они не могут… помочь? В то же мгновение Кривоклык, самый огнедышащий из всех их драконов, издал слабый стон и опустил голову. Все драконы были слишком изнурены и не могли помочь разрушить баррикаду. — Значит, мы здесь в ловушке, — несчастным голосом промолвила Астрид. Снова закашлявшись, она вдруг осознала, что они могут не выбраться. Они могут погибнуть. Нет! Она не может умереть! Иккинг нуждался в ней! Едва держась на ногах, она подошла к боку корабля и, стуча по дереву, издала хриплый клич злобного змеевика… «Пожалуйста, Громгильда, услышь меня…» Она надеялась, что ее дракониха услышит ее и спасет их. Ни у кого из них не осталось сил бороться. Ничего не произошло. Ослабевший Рыбьеног упал на колени, Задирака тоже рухнула рядом. Сморкана и Задирака выглядели не лучше, тем не менее пытались помочь друзьям подняться. Глаза Астрид опухли, она зажмурилась и снова заколотила по дереву. «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…» Ничего. Теряя надежду, она упала на колени… КА-БУУМ! В хвосте корабля, где застряли Наездники, прогремел еще один взрыв, и образовалась дыра на волю. В дыре показалась Громгильда, кудахча и махая крыльями. Издав громкий рев, Сарделька парила рядом с ней. — Моя девочка! — пискнул Рыбьеног, вскинув говору на звук рева своего громмеля, прилетевшего к ним на выручку. С широкой улыбкой, он поднялся и заковылял к своей драконихе. Сарделька схватила его зубами за шиворот туники и взмыла в небо. — Подождите нас! — закричала Забияка и с братом с трудом забралась на ослабевшего Барса и Вепря. Они улетели в дыру, Сморкала последовал за ними на Кривоклыке. Астрид единственная осталась на корабле, в ужасе глядя на бесформенную форму под одеялом. Если она уйдет, дороги назад не будет… корабль так или иначе тонул, и ничего невозможно будет спасти. Ничего. А это значило, если Иккинг все еще на борту… — АСТРИД! ИДЕМ! Глотая слезы теперь уже не только от дыма, Астрид заставила себя выбежать из камеры и бросилась к дыре, где ее ждала Громгильда. Она запрыгнула на спину своего змеевика и улетела как аз перед таким сильным взрывом, что взрывная волна отбросила их всех в сторону. — ИККИНГ! ИККИНГ! Пот застилал глаза. Никто не выжил бы в том взрыве. Мыслями ее унесло в камеру… Фигура… одеяло… пустота, холод… или нет? В панике она не могла вспомнить, почувствовала ли она что-то или нет… может, она не обратила внимания, и это был… что если Иккинг действительно был… О Боги, неужели это и правда был Иккинг… А она только что оставила его там… оставила его на пылающем корабле… погибнуть. Громгильда уносила ее все дальше туда, где собрались друзья. Захлебываясь слезами от ужаса, она, несмотря на хриплый голос, закричала: — НЕТ! ИККИНГ! НЕЕЕТ! Но пламя продолжало бушевать, и корабль, издав последний рев, исчез в холодном, беспощадном море.