Северное сияние.

Тают на ветру и что? Мы разлетаемся на миллионы осколков Я тебя нашёл из тысячи диких лун Мне нравится столько Мне нравится дорога пульс Мне нравятся твои облака Не надышаться столько им ну и пусть И этот волшебный закат Они думали, мы упадём океанами стали Мне это нравится, нравится Друг для друга с ума сойдём Поцелуй, ведь без тебя мне не справиться

Alekseev

Нордер, фамильный замок Дома Чон, Север. Стоит дрëме спасть, Чонгук тут же чувствует небывалую радость. Под его рукой мерно поднимается и опускается живот старшего брата от его сонного дыхания. Толком не разлепив глаза, младший тянется губами к виску Короля, после довольно улыбаясь самому себе. – Ну вы и дрыхуни. Принц резко подрывается, принимая сидячее положение. – Матушка?! – Громко обращается он к женщине, устроившейся на краешке кровати. Слава Богам он поленился, проснувшись, оставить поцелуй на губах старшего брата, первой целью выбрав висок. Король от возни и громких голосов незамедлительно просыпается, широко открывая глаза. – Матушка?.. – Так удивляетесь, будто духа увидали, ей Богу. Давно верхосолнце, вчера лорды отужинали без вас, а сегодня позавтракали. Имейте совесть и явитесь на обед. А Вы, Мой Король, – произносит бывшая Королева, выразительно приподняв тонкие брови, – даже не повидались вчера с родной матерью. – Прости, мам... – Хосок растирает лицо ладонями, пытаясь понять, как они могли так долго проспать. – Мы сейчас же встаём. – Я скину всё на твою усталость, Сок-а, и ещё... После долгой разлуки вам простительна ваша ночь в одной постели, но соблюдайте приличия. Ещё и без спальных камиз, что могла бы подумать служанка, если бы не я пришла вас будить? Король хмурится, придерживая грудную клетку, принимая сидячее положение. – С приличиями я и сам разберусь, матушка, – Чонгук удивляется строгому тону брата по отношению к матери, но одновременно чувствует волнительное тепло, – полагаю, я не в том возрасте и статусе, чтобы отчитывать меня. Леди Чон почтительно склоняет голову, но во взгляде её читается недовольство. Однако она быстро берёт себя в руки, мягко улыбаясь. – Рада, что с тобой всё в порядке. Поторопитесь, обед совсем скоро. Женщина после покидает сыновей, Хосок падает на подушки, глядя на голую спину брата. Чонгук сонно подвисает в пространстве, думая одновременно о многом и будто ни о чём. Король пальцами проводит по спине того от шеи до кромки штанов, заставляя младшего взъерошиться и с озорной улыбкой обернуться. Принц склоняется над братом, оставляя на губах лёгкий поцелуй. – Значит, это не сон? – Воодушевленно тянет младший. – Учитывая, что мы ведём войну, уже несколько недель нет никаких вестей с Запада, в обеденном зале меня ждёт невеста, вздернувшая нос из-за свадьбы с Королём, Урсы ещё не прибыли с водным камнем, а Восток копит силы на границе нашего Королевства... – Чонгук обрывает тираду брата новым поцелуем. – В комнате душно стало от твоих речей. Я не это имел ввиду. Хосок вздыхает, мягко улыбаясь. – Знаю, но я Король, моя кровь, забыться с тобой было прекрасно, не буду скрывать, но едва ли я могу позволить себе дольше отбрасывать обязанности. – Но мы ведь вместе? – Вместе. А значит, меня ничего не пугает. – Чонгук довольно кивает, опуская ладонь на бедро брата. – Ничего, кроме того, что у меня дар речи теряется, когда ты близко так. – Принц смеётся, протискиваясь руку под брата, чтобы сжать ягодицу того. – Чонгук! Мы так опоздаем. – Наплевать. – Нет, поднимайся и умывайся. – А ты? – А я ещё полежу... Чонгук сначала хмурит брови, не понимая, почему Хосок его гонит, когда сам собрался ещё лежать, но уже через мгновение, когда Принц видит, как он прикрывает веки и откидывает голову, всё встаёт на свои места. – Позволь помочь тебе... – Иди, пожалуйста, сделай со мной вечером, что захочешь, но сейчас мы должны быть на обеде, Чонгук. И лишь предвкушение вечера и живое воображение заставляет младшего оставить брата на постели. Хосок думает о грязи из-под ногтей, сморщенных локтях пожилых женщин и тройном подбородке Короля Юга, чтобы сбросить с себя наваждение, вызванное прикосновениями Принца. Когда они уже выходят из покоев, Король внезапно вспоминает свои слова, сказанные им брату в пылу изнеможения. Он действительно позволит ему вечером вообще всё?.. В здравом уме Хосок не так уверен в своей смелости. На обед они приходят с опозданием, тут же чинно принося извинения. Примерно в середине приёма пищи, устав от любезной беседы с Дженни, Король сбегает в уборную. Справив нужду и ополоснув руки, Хосок собирается вернуться к остальным, но на выходе его поджидает южный Принц. – Заметил, что на Севере нет водопровода. Хосок вспоминает как в борделе повернул вентиль и из трубы пошла вода. Похоже, такое чудо было обыденным для Юга. – Верно, не совсем понимаю, как он работает. Не объясните? Чимин кивает. – По всему Королевству построены акведуки , от них в больших городах идут трубы, по которым стекает вода. Очень удобно. – И вправду... Однако, боюсь, у нас вода просто замёрзнет. – И то верно... – Чимин, Вы же не для разговора о водопроводе меня ожидали? – Хосок отходит к широкому, коридорному окну. Довольная улыбка трогает губы Пака. – Как Ваша ночь прошла, Милорд? – Отлично выспался, спасибо, – наглухо пропуская мимо ушей намёки Принца, отвечает Чон. – О, не сомневаюсь. Не прийти на завтрак и опоздать на обед... Ничего не болит? – Не менее хитро уточняет младший. – Плечо всё ещё ноет, но это мелочь. Спасибо за Ваше беспокойство. Принц фыркает, закатывая глаза. – Ваше Высочество, Вас самого не тошнит от всех этих формальностей? – Это простой этикет, – Король и сам усмехается. – Понимаю, что мне не дождаться разрешения обращаться к Вам неподобающе, но по крайней мере я прошу по отношению ко мне перестать использовать статусные обращения. Я всего лишь пятый Принц, престола мне не видать, да и не привык я, что ко мне обращаются на Вы. Уже тошно, Милорд. Хосок пожимает плечами и уже собирается вернуться в залу, как Чимин останавливает его за локоть. – Почему Вы не хотите признать Вашу связь с братом? Разве на Севере не в порядке вещей инцест? – Чимин, я тебя прошу, прекрати говорить об этом в неподобающих местах. – Я никому не расскажу, но я же вижу всë прекрасно. Как вы смотрите друг на друга, как говорите, как невзначай касаетесь... – Пак Чимин... – Предупреждающе поднимает голос Король, – извольте остановить этот абсурд, – и куда тише добавляет, – зачем Вам так обязательно знать об этом? – Зачем? – Брови Принца приподнимаются. – Я дитя Юга, любовь для меня как сладкая песнь, тем более такая... Волнительная. Вы уж извините, но при первой встрече Вы кажетесь человеком, для которого любовь чужда, а сейчас я понимаю, как сильно ошибался. Вы неуверенны и осторожны, я не осуждаю, но сами подумайте, рассказав мне, Вы сильно облегчите себе жизнь. Я не осуждаю мужеложство, наоборот, могу многое подсказать... Вы вряд-ли осознаёте разницу между пышногрудой девицей и членом брата... – Чимин ловко уворачивается от летящего в него снежка размером с апельсин. Хосок негодует, хмуря брови, оглядывается по сторонам, чтобы быть уверенным, что их никто не слышит. – С членом брата я сам разберусь, – и гордо уходит вдаль по коридору, не оборачиваясь на излишне довольное лицо Принца. Сидя за столом и пережевывая кролика, Король всё больше понимает, что вообще-то Чимин прав, но говорить тому об этом он не собирался. Уж слишком гордость противилась спрашивать советы у Южного Принца. – Ваше Высочество, – весьма вовремя прерывает поток мыслей старшего волка Ким Намджун, – я обеспокоен тем, что вестей от нашего Короля нет с нашей отправки на Север. Хосок кивает и щёлкает пальцами, подзывая к себе пажа. – Беги и передай главному советнику, чтобы он отправил дозорных на Запад. – Благодарю, Милорд, – старший Принц Ким почтительно склоняет голову, – и ещё кое-что, не сочтите за грубость, когда Вы планируете сыграть свадьбу с моей сестрой? Хосок непроизвольно бросает взгляд на Чонгука и тот, как бывает это всегда, отвечает тем же. Это так привычно для них, но после долгой разлуки заставляет обоих чувствовать простую радость. Даже не смотря на то, что зрительный контакт мимолётный. – Как закончится война. – Ах, когда же это случится... – Грустно тянет Принцесса Ким. – Однажды обязательно случится. Если вдруг Вы боитесь, что в случае нашего проигрыша я не сдержу слово, то Вам не о чем беспокоиться. Проиграть мы можем только погибнув, никакой другой расклад не заставит меня сдаться. – Вы очень смел, мой Король. Я молюсь каждый день за Вас. – Ваши молитвы обязательно будут услышаны, я уверен. Вы так добры, моя Леди. – Вы так добры, моя Леди, – тихо передразнивает Чонгук, когда лорды главных правящих домов Квартета направляются в зал Советов. Чоны шли сильно впереди, отчего Принца слышал лишь Хосок. Король несильно пихает брата в бок. – Какие у Вас планы? – Намджун нравится Хосоку своей прямолинейностью и собранностью. Он не является старшим Кимом, но на первый взгляд кажется таковым и лишь отсутствие короны выдаëт в нём Принца. Лорды восседают за столом, казалось, ничего необычного, но в действительности это великое событие. Столетиями наследники главных правящих Домов Квартета не собирались вместе. Чоны сидят во главе, по правую от них руку с серьёзными выражениями лиц находятся Кимы, по левую от Хосока вальяжно устроился Пак, дальше за ним с прямой спиной и хмурым взглядом на Короля Севера смотрит Мин. Старший волк набирает в грудь побольше воздуха, прежде чем начать речь. – Во-первых, обязан отметить, что мы с вами творим историю. Сегодняшнее заседание Совета показывает, что Квартет не окончательно раздроблен и у нас есть шанс воссоединить Королевства, как это было в лучшие времена. Рад приветствовать на Севере наследников главных правящих Домов, предлагаю поднять кубки за столь знаменательное событие, – лорды согласно кивают и поднимают вверх свои кубки, – За Квартет! – За Квартет! – Звучит почти одновременно. – Во-вторых, мы обсудим ход войны. Итак, оружие против драконов почти готово, считаю необходимым отправить всю первую партию на Запад, поскольку Север сейчас более защищен от атак с воздуха. У нас есть освобождённые драконы и силы моего дара. Надеюсь, никто не возражает. – Получив в ответ согласие лордов, Король продолжает. – Отлично. В скором времени в Нордер должны вернуться Урсы с новой партией водного камня, тогда мы начнём возведение обороны главных северных городов, одновременно с этим сырой материал отправив вновь на Запад. Прямо сейчас на Юге приводят в порядок две главные дороги до Севера и до Запада, чтобы наладить поставки провизии. Король Юга пообещал помощь в войне в течение трёх месяцев, после чего безвозмездная помощь от него иссякнет, но он готов продолжить отправлять провиант в обмен на драгоценные камни и северную сталь. – Помимо лордов, сидящих за столом, поскольку зал советов на Севере был небольшого размера, за спинами Чонов за происходящим наблюдали трое главных советчиков Севера, сидя на деревянных стульях. Хосок не стал оборачиваться, но обращаясь к ним, повысил голос. – Важно проследить за добычей необходимого, к тому же в запасах Нордера и Винтера должны быть нетронутые подати, готовящиеся раньше для Востока. Советник Чон, назначьте людей, ответственных за это. – Главный королевский советник был из правящего Дома, но из очень отдалённой от престола линии, Хосок, честно говоря, даже иногда забывал, был он троюродным дядей двоюродного брата отца или ещё каким-то юродным. – Что касается поставок на Север, войска Дома Ли стоит направить для защиты повозок от непредвиденных обстоятельств любого толка, часть провизии должна идти сразу к границам для пропитания нашей дружины, остальная поровну отправлена в Дома Севера, отвечающие за основные разделы . Поскольку командир войск сейчас у границ Востока, то этим займетесь Вы, мастер внутренних дел. – Очень мудро, Ваше Высочетсво, – отвечает мастер, – но я боюсь, что у лорда Ли могут возникнуть вопросы, почему его войска не отправляют на войну, сначала оставляя в Нордере, а теперь отправляя на защиту повозок. – Объясните ему важность данных событий и напомните, что его дочь до сих пор обручена с Принцем Чон, а потому перечить Короне не в его интересах. – Будет сделано, Милорд. Хосок кивает, на секунду замолкая, собираясь с мыслями. – Как только защита Севера будет выставлена, а продовольственный путь отлажен, придет время выступать против Востока. – Разве Вы уже не выступили против Востока? – Чимин на удивление внимательно слушает старшего волка, хотя обычно такие заседания навевают на него тоску и желание утопиться. – Пока мы лишь ослушались Короля и защищали свои территории, я же имею ввиду начало наступления на территории Дитеймер. Мин Юнги поможет нам с нюансами, ведь так? – Да, Милорд. Я всё решил для себя и готов присягнуть Вам на верность. – Вы ещё не присягали? – Чонгук впервые подаёт голос, нахмурено взглянув на брата. – Вы отправились с восточаном на Юг, не взяв с него обещаний? – Это уже пережитое, имеет ли смысл говорить об этом сейчас? – Хосок бы усмехнулся, не будь этот разговор таким важным. Он успел соскучиться по перебивкам брата и его привычке наплевательски относиться к статусу старшего волка. Чонгук недовольно качает головой и строгий взгляд переводит на Юнги. Он их союзник, но одно неверное движение и Принц готов отрубить ему голову. – Итак, самое важное для нас, не принимать образ разрушителей. Войны Севера не должны грабить восточные земли, вести себя как завоеватели. Жители Дитеймер должны воспринять нас как освободителей от гнёта злого Короля, а Принца Юнги как надежду на светлое будущее. Мы говорили с Юнги об этом, простой восточный люд и сам страдает от тирании семьи Мин, Король отбирает у них практически все средства к выживанию, запугивая драконами. По мере продвижения вглубь Востока наши войска могут пополниться восточанами, готовыми сражаться за свою свободу. Мы должны быть готовы к этому и собрать у границ до начала наступления больше оружия и обмундирования, чем нужно нашим нынешним силам. – Как только Запад будет защищен от атак с воздуха, мы можем прислать на Север отряды метриков для работы в северных кузницах. Они лучшие в своём ремесле. – Намджун отмечает что-то на листе пергамента. – Буду очень благодарен Вашей поддержке. Говоря о Западе, я очень надеюсь, что с Вашим домом всё в порядке и наши ожидания подтвердятся дозорными, но если Король Мин всё же послал другой клин на Запад, не рискуя все свои силы бросать на Нордер, перед началом продвижения на Восток, нам нужно будет освободить Главноград. У кого-нибудь есть идеи, как мне оказаться в двух местах одновременно? – Невесело спрашивает Хосок, складывая руки на груди. – Вы не сможете в одиночку выиграть эту войну, Ваше Высочество, – Чимин с самым серьёзным выражением лица (которое видел у него Хосок) глядит на Короля Севера, – Вы сильны, но не бессмертны. Я мало смыслю в военной тактике, но Ваша потеря будет стоить нашим Домам всего, чем мы рискнули, образуя с Вами союз. В случае чего, на Запад должен отправиться кто-то другой. Таково моё мнение. – Поддерживаю, – Чонгук, кстати говоря, Паку не верил также как и Мину, но в этот момент проникся к нему долей уважения, – Вы и так собираетесь лично вести войска на Восток. – Но кто ещё сможет справиться с драконами? Я не кичусь даром, но это самый безопасный и быстрый способ. Однако... В одном Вы правы, если на Западе что-то не так, то вести от дозорных мы получим как раз в то время, когда будет необходимо выдвигаться на Восток, а значит, я не смогу отправиться спасать Главноград. – И, насколько я помню наш план, я буду должен отправиться с Вами, – подаёт голос Юнги, – а потому также не смогу полететь в Главноград. – Это что же получается... Вы оставите нашего брата на произвол судьбы? – Бархатный голос Ким Тэхёна, который говорил не часто, в основном внимательно слушая, разносится по залу. – Мы как раз пытаемся решить, как этого не допустить, – отвечает Хосок. – Я могу отправиться на Запад, – внезапно предлагает Чимин, собирая на себе удивленные взгляды. – Разве Вы не прибыли как гость на Север? – Спрашивает Юнги. – К тому же Ваш отец не собирается вмешиваться в боевые действа, – старший Чон откидывается на спинку кресла, один локоть опустив на высокий подлокотник, – но Ваша вылазка на Запад это как раз таки вмешательство в войну. – Верите иль нет, мне плевать. – Чонгук пропускает смешок. А этот Пак очевидно такой же не любитель официальных норм общения. Чимин замечает усмешку северного Принца и подмигивает тому, заставляя Короля непонимающе перевести взгляд с южанина на брата и обратно. – Юг не может оставаться в стороне, когда решается судьба Квартета. Мы, конечно, очень удобно устроились, делая вид, будто всё хорошо, но ведь это не так. Мы разорвали связь со всеми Королевствами, это сильно сказывается и на нашей религии и на образе жизни, но отец упорно закрывает глаза на всё. Он слаб, а ещё трус, поэтому и согласился на помощь с продовольствием, лишь бы не помогать Вам в самой борьбе. В нём нет южной страсти, – под конец Чимин жеманно ведёт плечами. – Допустим... Вы отправитесь на Запад, но что Вы можете предпринять против драконов? Пак весело улыбается. – Вы же не думаете, что Энфан'До привязаны к морю? Как бы мы тогда защитили Юг от огненных драконов. Кальм прилетит за мной хоть на край света. – Ваш славный Кальм, конечно... – Хосок вспоминает как больно соль моря вгрызлась в плечо, отчего то заныло сейчас, заставляя Короля непроизвольно приложить к нему ладонь. – Что бы это не значило, думаю, есть смысл мне отправиться домой вместе с южным Принцем в момент, когда Вы будете готовы отправить первую партию орудий против драконов, не вижу смысла ждать вестей от дозорных, очевидно, оружие будет готово раньше, – Тэхён наклоняется за кувшином, чтобы подлить себе вина, – я могу собрать небольшое войско западцев, раздать им оружие, тогда шансов отбить Главноград с водным драконом будет гораздо больше. – Но будет ли смысл в Вашей вылазке, если окажется, что дозорные обнаружат лишь ушедшего в катакомбы Кима, возможно до него не доходят наши вороны, а с Главноградом всё хорошо? – Позвольте нам решать судьбу нашего Дома. Мы доверяем Вашим командным способностям, но предпочитаем лишний раз наведаться в столицу, чем думать о разрушенном доме, – Намджун почтительно склоняет голову. Хосок поворачивает голову в сторону брата, задумавшись о плане, непроизвольно разглядывая черты его лица. Наконец, он произносит. – Это слишком рискованно. Вмешательство Чимина в войну может заставить Короля Юга отменить наше соглашение. Лишившись продовольствия, долго войну вести мы не сможем. Напомню, что продовольствие пойдёт не только на Север, но и на Запад. – При всём уважении, как Вы собираетесь остановить меня? – Принц Юга заставляет одной фразой брови Хосока взметнуться под отросшую белесую чёлку. Ким Тэхён тихо усмехается. – Могу сказать тоже самое обо мне с братом, – произносит он. – Эту войну начали Вы, поэтому Вы считаете, что все решения лежат сугубо на Ваших плечах, но мы способны принять решения без Вашего дозволения. Вам стоит помнить, что мы союзники, а не подданные, – дополняет слова брата Намджун. – Вы, конечно, можете сами принимать решения, но разбираться с последствиями придется мне. Поэтому я надеюсь на то, что Вы будете прислушиваться к моим решениями, – Хосок задумчиво поправляет Корону. – Доверься им, – младший волк кладёт ладонь на плечо брата, – ты не должен всё тянуть на себе. И хоть Чонгук сам не особо доверял любому, кто не был частью его семьи, пока речь шла о распределении ответственности и снятия всего с плеч брата, он готов был на всё. А ещё он совершенно не заметил, как упустил официальное обращение к Королю. – Мы вполне можем помочь с решением последствий, – подытоживает Чимин. – Мой отец хоть и тиран, но далеко не идиот. Даже если Энфан'До будет замечен на Западе и об этом узнает Восток, едва ли он отправит войска на Юг, разбираться со случившимся. О'Бенит всё ещё обладает мощью водных драконов, а вот Восток теряет своих драконов одного за другим. Я тоже считаю, что вопрос о защите Главнограда стоит возложить на Пака и Кимов. В итоге заседания принимается решение разделить проблему Востока и Запада между лордами правящих Домов. Восток останется на Чонах и Мине, а Запад перейдёт Паку и Кимам. После ужина Хосок пропадает в своих деловых покоях, разбирая письма, стекающие в Нордер со всего Королевства. В них народ обращался к Королю и просил решить те или иные проблемы. Многие письма успели разобрать Джиу и матушка, пока Король и Принц отсутствовали в столице, но их всё ещё оставалось слишком много. Стук в дверь заставляет Хосока проморгаться и недовольно взглянуть на человека, входящего в кабинет. Когда он понимает, кто это, улыбка сама появляется на лице. – Гу... – Король устал и хочет спать, но один лик младшего заставляет его чувствовать себя лучше. – Уже давно вечер... – Меланхолично проговаривает Чонгук, присаживаясь на гостевой стул с противоположной стороны дубового стола. – Да, но здесь столько писем, что я скоро с ума сойду и, знаешь... Оу. – Хосок резко замолкает, осознавая, что имеет ввиду младший волк. Рука, держащая перо, замирает над бумагой. – Оу, – согласно кивает Принц, под столом кончиком сапога поглаживая ногу брата, – кажется, ты мне что-то обещал. Королю приходится сглотнуть вязкую слюну, чтобы ответить. Ему бесконечно хотелось всё бросить сейчас и уйти с младшим в свои покои, но он не мог оставить дела. У него были обязанности, которые по щелчку пальца никто, кроме него не сделает. По крайней мере, если он хотел остаться хорошим Королём, заботящимся о народе. – Я... Да, – взгляд старшего волка опускается на письма, разложенные на столе. – Ты сказал, что вечером я смогу сделать с тобой всё, что угодно. Поэтому слушай внимательно, – Чонгук встаёт со своего места и обходит стол, чтобы опустить ладонь на здоровое плечо брата, склоняясь к его уху, – я хочу, – Принц второй рукой приподнимает лицо брата за подбородок, – чтобы ты, – он оставляет дорожку из воздушных поцелуев от уха до уголка губ Хосока, – отвлекся и выпил со мной чаю, а потом я помогу тебе разобрать письма. Хосок расслабленно выдыхает, прикрывая глаза. У Чонгука ворох желаний, которые ему бы до мурашек хотелось исполнить с братом, но он вовсе не ребенок, чтобы эгоистично требовать внимания, когда его Король так сильно занят. Принц целует старшего в висок, а тот поднимается со стула и крепко обнимает младшего под руками, опустив голову ему на плечо. – Спасибо за понимание. Я люблю тебя. Сердца волков заходятся в одном ритме. – И я тебя люблю. Больше всего на свете. Просто обниматься после тяжелого дня приятно так, как не было приятно ни с одной бордельной лэди тратить золотые. И зачем Чонгук вообще лет с шестнадцати посещал все эти заведения, когда родной и самый дорогой человек всегда был под боком. Почему они не могли осознать всё раньше? Хотя это не имеет значения. Травяной чай успокаивает головную боль, а брат лечит душевную.