Питер Пэн | Однажды в сказке

Приложив немало усилий для того, чтобы открыть заспанные глаза, первое, что приходит в голову - меня переехал автобус. Едва не дрожа от холода, кутаюсь в грязный плед, поджимая к себе ноги. Погода сегодня такая же гладкая, как и моё настроение - пасмурная. Надеюсь, дождя не будет, и без него противно. Прикладывая чудовищные усилия, шмыгая носом, села вертикально, осматривая лагерь. Все спят. Мои пацаны, так и вовсе, как котята, кучкой спят под одним деревом. Обнимая Кэла, на его плече сладко сопит Остин, пуская слюни, а вертикально между ними находится Джеффри, который, сложив руки на груди, закинул свои ноги на парней. С другой стороны под крылышком Кэла также находится и один из новеньких пропащих и, обнимая блондина за руку, сладко спит. Видать, сгруппировались так из-за пасмурной погоды, чтобы было теплее. Незаконченный шедевр Остина из деревяшки вообще находится над головой Кэлла. Если сегодня рыжулька не будет лениться, то птица из деревяшки будет закончена, но пока что готовы лишь очертания головы и шеи. Думаю, позже рыжик смягчит заострённые углы и создаст настоящий шедевр. Хотя, он ведь начал этим заниматься из-за отчаяния, что в пролёте в соревнованиях, теперь-то ему на кой чёрт это? Жалко, я бы с удовольствием посмотрела на выполненную из дерева пташку, которая получится бы в результате. Шагая к выходу, закинула голову, заприметив на одной из веток спящего Феликса. Этот хитрый бес наконец вернулся в лагерь и сейчас, как ни в чём не бывало, мирно спит после вчерашних развлечений. Я попыталась глазами найти того парня, который гость, но, к превеликому сожалению, здесь только одни и те же лица. Надеюсь, он ночует на кухне, и не в качестве гарнира на ужин. За спасение русалок теперь расплачиваюсь собственным здоровьем. Вот и побывала в ледяной пещере мокрой, теперь дышать не могу из-за соплей. Спасибо! Теплее кутаясь в плед, свободной рукой сразу же сорвала лист, высмаркиваясь в него. Как много соплей вышло, и говорить не хочу! Про цвет - тем более! Стоило пару раз чихнуть, как снова эти гадкие слаймы заполнили мой нос. Сразу пришла в голову идея пошутить над потеряшками - выдать мои сопли за слаймы, говоря, что в моём мире это популярная игрушка. Одновременно и противно, и смешно от этой идеи. Обязательно возьму эту мысль на заметку , и если хоть кто-то из пропащих попробует меня обидеть, то будет иметь дело с моим носом! Хм, а может на Питере и опробовать эту злую шутку? За то, что вчера сбежал, а позавчера, так и вовсе, вёл себя, как засранец. И как мне его понимать? Ну настоящий же паразит! Его счастье, что у меня сейчас под рукой нет никакого кокоса, куда бы я могла все эти "слаймы" складывать. С каждым шагом голова неприятно трещит, отчего немного щурюсь, словно мне это поможет. Всё-таки я и правда заболела. Положив ладонь на лоб, отчаянно понимаю, что температуру мне собственную не измерить. В очередной раз ловлю себя на мысли - как же плохо в Нетландии без обезболивающего. Хотя, чего это я вру? Есть здесь одно проверенное обезболивающее - удар кулаком по голове до сотрясения мозга. Действующий, а главное проверенный способ! Но это точно не мой вариант. С учётом того, насколько пропащие толстокожие, я от одного их удара по голове  вовсе могу отключиться на несколько дней, если только в кому не впаду. С запасом взяв несколько листиков, вышла к лагуне русалок. На самых больших камнях располагаются русалочки, улыбаясь во сне. Надеюсь, вызванные улыбки на их лице не потому, что этой ночью они утопили невинную девочку. Тело утопленницы в воде не вижу, но от этого мне легче не становится. От допущенной мысли руки предательски задрожали. Я же не знаю, куда они девают тела всех своих жертв, может, они и вовсе, как русалки из Гарри Поттера, держат их всех под водой. У-у-у, по коже сразу же пробежался табун мурашек, представив, какие только тайны может хранить эта лагуна. Никогда больше не буду нырять здесь! Вдруг меня здесь схватит какой-то призрак неупокоенной души, а мне оно надо? И без того приключений хватает на одно место. С радостью забрала бы путеводитель у пятой точки, чтобы больше не во что не ввязываться! И так уже в Нетландии живу, куда дальше можно? Схватив камень, швырнула его как можно дальше, чтобы всплеск разбудил русалочек. Камень пусть до них и не долетел, но девчонки тут же подорвались на локти, осматриваясь мутными ото сна глазами. -Ты с ума сошла?! - сразу поинтересовалась Ирэн, заприметив меня. - Чего тебе только не спится? На возмущения Ирэн я лишь, сморкаясь в лист, машу рукой, зазывая к себе. Сказала бы что-нибудь в ответ, но горло болит, чтобы на повышенных тонах говорить. Такое чувство, словно именно оно сейчас превратилось в ту самую соленную пещеру, где царствует вечная мерзлота. Очень-приочень некстати это всё. Первой ко мне подплыла Нарцисса. Зевая, девушка, сложив ладони у берега, положила на них голову. С всё той же счастливой улыбкой на устах она сонно прикрыла глаза. -И почему ты только по утрам не спишь? - словно размышляя вслух, задала вопрос русалочка. Поправляя на плечах плед, села на холодную землю, из последних сил сдерживаюсь, чтобы тоже не лечь и не закрыть глаза в надежде на облегчение моей головной боли. Вот это пасмурное начало дня, собственно, и "утром" язык не поворачивается назвать. Здесь и без того дефицит солнца, а сегодня вовсе его нет! Сейчас словно поздний вечер и в любой момент может наступить темнота, прячущая в себе не одно чудовище. Б-р-р, ненавижу, когда в Нетландии темно! И так здесь жутко. -Я просто ранняя пташка, - сипло выдаю, прочистив горло. Лучше бы этого не делала, запершило так, словно у меня там острое лезвие застряло! -И чего тебе надобно, пташка ты наша? - не совсем дружелюбно интересуется Ирэн. Раскинув руки в стороны, она ложится на воду так же, как и сестра, прикрывая глаза. - Мы всю ночь развлекались и, знаешь, спать хотим до одури, - очень прозрачно намекнула мне, чтобы я поскорее оставила их. Сейчас девочки больше всего жалеют, что решили отдаться сну здесь, на поверхности, а не в подводной пещере. Под "развлечениями" сразу понимаю, что Ирэн имеет в виду: "Заявляли о себе всему острову". Чихнув, сразу прикладываю листок к носу, высмаркиваясь. Скрывшись, Нарцисса от меня отодвинулась. Вы только посмотрите, какая нежная! А сама разве никогда не болела? Смотрит на меня так, словно это ей понадобится за мной ухаживать. -Вот об этом как раз и хотела с вами поговорить. Только о вас пропащие целый вечер и галдели, едва уснуть смогла! Мне ведь тоже интересно, как прошла ваша ночь! Бесстыдно вру. К моменту, как я вернулась в лагерь, пропащих и в помине не было, но разве это так важно, когда русалочки повелись на мою уловку? Какой бы большой у них не была жажда спать, их желание похвастаться ещё больше. Выровнявшись, Ирэн с лукавой улыбкой переглянулась с Нарцисой, так и спрашивая своими хитрыми глазками: "Можно мне начать?". Получив одобрительный кивок от младшей, Ирэн, прикусывая губу от нетерпения, подплыла ко мне ближе, хватаясь за берег, вылезая из воды. Нарцисса, села рядом со мной, виляя своим хвостом в воде от нетерпения. -Если бы ты только видела, какие тогда были громадные глаза у пропащих! Ирэн большим и указательным пальцем якобы попыталась сделать глаза большие, чтобы показать мне. -Нет! Они были ещё больше! - влезла Нарцисса, хихикая с сестры. - Они у них чуть не повыпадали! -Главное, что мы нескольких чуть и вовсе не утопили! - снова обращая на себя внимание, продолжила Ирэн. - Мы сидели на камнях и пели песни, специально их приманивая. Пропащие, словно настоящие хищники, осторожно подходили к нам, навострив уши, а как увидели нас, так и замерли с открытыми ртами. Парочка из них, вообще, почти подошли к воде, но вовремя поняли, что это ловушка, - Ирэн гневно ударила кулаком по воде, злясь, что их приманка не сработала и "рыбки" сорвались с крючка. - Зато как они убегали! Чуть пыль за собой не поднимали! Пристально смотрю на Ирэн, надеясь услышать часть про наших гостей. Русалки вчера вышли на охоту и, судя по тому, что они вчера были нацелены на пропащих, руководствовались точно не мозгами. Не помню уже, разрешено русалкам топить пропащих или нет, но думаю Питеру это не понравится, и тогда даже я не смогу их уберечь, ведь сами виноваты. -Я вовсе слышала, что они говорили, будто мы призраки! - снова влезла Нарцисса. - Поменяв хвост на ноги, я тогда специально бегала по острову, пугая мальчишек! А когда они за мной гнались, прыгала в ближайший канал, уплывая! Слышала бы ты только, что они про нас там напридумывали! - расхохотавшись вместе с сестрой, молвила русалочка. Мне совсем не смешно, я лишь больше насторожилась. Их охота сорвалась - пропащие не повелись на уловки, а щекотанием нервов у мальчишек они вряд ли обошлись бы. Сердцем чувствую, что без утопленников здесь не обошлось бы. -Вчера в Нетландию прибыли гости: мальчик и девочка, - смех тут же прекратился. Понимая, к чему я клоню, русалочки, насупившись, обменялись хмурыми взглядами, мол, думая, говорить мне или нет. - Парень вчера прибежал весь мокрый, потеряв где-то девчонку… Вы их не видели? Русалочки замолчали, не торопясь с ответом. Чем дольше тишина между нами затягивается, тем сильнее начинаю жалеть о снятии проклятья. Неприятный мандраж прошёлся по коже от осознания того, кого я спасла. Чему только удивляюсь? Это ведь русалки, я всегда знала об их пристрастии топить людей. И тем, что я добыла для них второй браслет, подписала смертный приговор всем, кто живёт на суше. Глазом не моргнув, они бы утопили меня так же, как и всех остальных, если бы только я не была под крылом Пэна. Когда я была маленькой, русалки не использовали браслеты, чтобы на кого-то охотиться, они, скорее, просто походили на бессмысленные аксессуары. Вспоминая слова Мэрелайн, ещё тогда, в пещере, я оторопела, только сейчас понимая их смысл. «Разве забыла какого это, когда у тебя вырывают сердце?» - именно эту фразу сказала старшая, когда Нарцисса хотела посмотреть на моё сердце. Я не предала тогда этому никакого значения, но сейчас до меня дошло. Тогда, Нарцисса и Ирэн были без сердца, как залог их послушания. Сейчас в их жилах течёт кровь, желая поскорее насладиться жизнью, и во всей красе убить столько жителей, сколько в их силах, пока Питер снова не узнает о их проделках. Раньше их сдерживала Мэрелайн, и будь она снова здесь, то запретила бы повторять их старые ошибки, но её нет рядом. Чувствуя свободу, эти две могут снова влезть в беду, если их первым не убьёт Питер - пропащие в один из дней их точно словят, и тогда им несдобровать. Без контроля Мэрелайн они неуправляемые. -Не видели, - резко отвечает Ирэн, колко на меня смотря. Её тёмный взгляд так и говорит: «задашь ещё один лишний вопрос об этих двоих - и разделишь их печальную судьбу». Сглотнула, понимая, что лучше с ними не играть. - Ты нас за кого принимаешь, Эмма? - выпрыгнув из воды, она подползла ко мне, чуть ли не припечатываясь своим лицом к моему. - Так и скажи, если считаешь, что это мы их убили, - шепчет, зло щурясь. А я и не говорила, что они мертвы. Только сейчас понимая, какую я ошибку совершила, понимаю, что это не мои русалочки, которых я знала. Смотрю на них теперь по-другому. Точнее, только на Ирэн: она кровожадна, коварна и хитра. Правильно сделал Пэн, что забрал её сердце, ведь именно она и подначивает Нарциссу в свои "игры". Понять это несложно, ведь что с сердцем, что без него, Нарцисса остаётся собой. Даже сейчас она, кусая губы, виновато опускает глаза, зная, что убийство девчонки на их руках. То, что Ирэн сейчас, чуть ли не пуская дым из носа, смотрит на меня кровожадными глазами, только подтверждает мои мысли. Она провоцирует, знает, что я всё поняла, и только ждёт повода, чтобы утопить. Ей не страшен Пэн, она не думает о последствиях, главное - удовлетворить свои кровожадные желания. Сама ведь говорила, что в немилости у Питера, из-за чего дала Ирэн зелёный свет, чтобы меня прикончить. Она знает, что мне предначертано по пророчеству, и поэтому утопит без колебаний, зная, что ей за это ничего не будет: моя смерть выгодна всем жителям Нетландии. Лучше бы Пэн снова забрал её сердце, она опасна. -Что ты, как я только могу о вас так думать, Ирэн? - не поддаваясь провокации, спокойно отвечаю. У самой-то внутри всё перевернулось, но стараюсь держаться уверенно и не высказывать свои мысли. - Ты очень остро на всё реагируешь для невиновного человека, - лезу на рожон, не в силах сдержать себя, чтобы смолчать. От этой невинной провокации, Ирэн, отстраняясь от меня, кривит губы, вернувшись в воду. Едва не выдыхаю с облегчением. Пронесло. Чихнув, снова высморкалась. - Зачем мне только с вами ссориться, девочки? Вы ведь мои единственные подруги здесь. Вот знаете, у меня в лагере есть один друг, но он обиделся на меня. Мне подсказали, что он любит животных, может, подскажите, какое животное ему лучше подарить? Говорю это всё только для того, чтобы сменить тему. Ссориться сейчас - плохая идея, особенно, когда у Ирэн ручки только и трясутся, чтобы лишнего свидетеля убрать за лишнюю смекалку. Ведя себя так, словно пару секунд назад и не хотела меня за собой в воду потащить, она, опираясь локтем о берег, стала пальцами расчёсывать бирюзовые пряди волос. Хоть лица её и не вижу, но более чем уверена, что она даже не заинтересовалась моими словами. Нарцисса, сразу же призадумавшись, приложила пальчик к подбородку, слегка хмуря брови. -Как насчёт краба? - поинтересовалась она, пытливо на меня смотря, пока я снова сморкаюсь в лист. Ненавижу болеть. - Они могут быть на суше и жить в воде, такие забавные существа, и даже неприхотливые. Едва работающим мозгом одобряю данную идею. В который раз шмыгаю носом, отчего младшая кривится. Краб, конечно, хорошая идея, но только не в Нетландии. Ему нужен аквариум, а в Нетландии здесь из аквариумов только ведра, и то, Итан мне ещё сверху по шапке даст за то, что бесполезным деликатесом занимаю ёмкость, и сварит бедное животное на суп. Только от одной мысли про еду к горлу сразу подкатила тошнота. Всё-всё-всё! Больше не буду о подобном думать, обещаю! Никакой еды! -Подари ему лучше двухголовую арабскую змею, - ехидно улыбаясь, Ирэн обернулась к нам через плечо. Что это за змея, не знаю, но точно помню, что подобный экспонат видела на бобовом стебле. Это двухголовое чудовище на меня тогда зашипело, а я от испуга пнула шлем с ней в какой-то… Щит? Уже и не упомню, просто надеюсь, что та зараза, оглохнув, сдохла! -Отличная идея! - заулыбавшись во все 32, охотно поддержала эту идею. - Я и сама хотела к великану полезть, а тут как раз будет повод. Вы мне, главное, браслетики дайте, пожалуйста, - протянула руку, надеясь, что сейчас мне со всеми почестями отдадут браслетики. Угу, размечталась. Брезгливо посмотрев на мою ладонь, Ирэн подняла взгляд на меня. Повисло молчание, которое никак не гложет как меня, так и Нарциссу. Уже думала спросить, в чём дело, как звонкий хохот Ирэн ввёл меня в замешательство. Чего только хохочет эта маньячка? Я же просто браслеты попросила, а не звезду с неба достать. -Получишь браслеты только после того, как добудешь нам третий браслетик, - даже больше не пытаясь скрыть стервозности, она, подняв ладонь, покрутила запястьем, намекая, что ей бы туда подошёл аксессуар. - Без него даже и не пытайся у нас о чём-то просить. Нарцисса, идём, - словно собаке, приказывая, Ирэн спустилась под воду. Сказать нечего. Опешила я знатно от такой наглости русалочки. -Прости, - тихо шепнув, младшая, пожав плечами, последовала за Ирэн, оставляя меня одну. Список сучек в Нетландии растёт в геометрической прогрессии. Думаю, первое место отдать именно Ирэн, ведь пока что Лилия в этом списке только из-за поступков своего племени. Ну ничего-ничего, Ирэн! В гробу увидишь свой браслет! Я с Мэрелайн поговорю, она тебя быстро пристроит! Чувствуя, как голова закружилась, тяжело вздыхая, прилегла на траву, прикрывая глаза. Мир словно завихрился вокруг меня. С лекарствами здесь туго, придётся использовать только известные средства. Через силу, через боль, поднялась на ноги. Чувствуя, как нос пульсирует из-за большого количества соплей в нём, хорошенько высморкалась, чуть не упав. Меня шатает, холодно очень. Хорошо, что я сейчас у лагуны, далеко переться не придётся. Проходя камни, потеряв равновесие, плюхнулась в воду. Хорошо, что не глубоко, всего-то мель. Не видя смысла раздеваться, в одежде залезла в горячий источник, согреваясь всего лишь малую часть. Словно от пледа мне будет теплее, сильнее укутываюсь в него. Нужно снять обувь, но я не могу. Слишком холодно, и нет сил. В тёплой воде чувствую себя, словно зефирка, которая тает. Стоит прикрыть глаза, и я понимаю, что теперь даже если будет пожар, я не шелохнусь отсюда. Только тихая вода меня и успокаивает, словно забирая всю головную боль, исцеляя. Само собой, самообман, но иногда он тоже полезен. С радостью исцелила бы себя сама, но понимаю, что сил на это у меня сейчас не хватает. Я даже не знаю, как бы это сделать. С ранами как-то проще, я могу представить их в своей голове, видя, как они заживают, а с простудой что? Просто представить, что не болит? Тяжело вздыхая, понимаю, что до целителя мне как до балерины. Ещё и с животным для Итана ничего не придумала. Совершенно не зная, что и думать, перед глазами только деревяшка Остина. Мозг словно больше не под моим контролем: думает только о том, что угодно ему! Маковое поле… Там много птиц, что уснули. Можно подобрать одну из них, пробудить, и будет тогда для Итана друг. Главное, только завоевать доверие птички, приручить и тогда вообще всё будет прекрасно! Халтурю, конечно, с подарком для Итана, но пока что это мой максимум. Вот сейчас тут чуть-чуть пооткисаю, согреюсь, и тогда можно будет идти на "охоту". Прислушиваясь к собственному дыханию, медленно погружаюсь в сон. Вокруг темно, но с помощью множества факелов различаю тропическую листву. Я всё ещё в Нетландии. Словно из ниоткуда появляются странные люди. Нет, это не пропащие, это взрослые. Никогда их прежде не видела, но они все тянутся ко мне руками и что-то нечленнораздельное бурчат. Что им нужно? Что они хотят от меня? Я не могу понять, но пытаюсь отбиться, что получается не совсем удачно. Я не могу говорить, голос словно парализован. Я лишь открываю рот без возможности что-либо сказать. Голова кругом, все эти люди стали превращаться в тёмные, размытые силуэты. Набрав полные лёгкие воды, вырываясь из кошмара, принимаю вертикальное положение, осматриваясь. Я всё ещё на источниках. Одна - важное уточнение. Глаза словно луком натёрли, но чувствую себя в разы лучше. Я ещё не здорова, мой насморк тому подтверждение, но, к счастью, тошнота и головная боль отступила, так же, как и спазм в горле. Меня больше не морозит, из чего делаю вывод, что температура спала. Чувствую себя теперь, словно заяц из рекламы! Будто, искупавшись в энергетике, с задорным нравом готова теперь абсолютно ко всему. Что я там себе надумала? Птицу достать из маковых полей? Так это же раз плюнуть! Быстренько надев своё нижнее бельё, бриджи и рубаху, завязала её концы у себя на животе. Если немного пофантазировать, то можно сказать, что это те самые майки с большим вырезом, что должны падать на одно плечо. А что, я всё равно в бюстгальтере, тот факт, что что-то лишнее могут увидеть, меня больше не страшит. Хотя то, что я в плаще и ботинках залезла в источник - ошибка полная. Выбор не особо велик, пришлось напяливать плащ Феликса. И снова здравствуй, громадный плащидзе! Вот не скучала по нему абсолютно, ни капельки. Обувь промокла насквозь, удивительно, что и вовсе не разлезлась. Запасной обуви нет, придётся босой отправляться на «охоту». Разочарована, но потерпеть можно, так скажем, ради дружбы. Выйдя из источников, своей глупой головой стала соображать, где находится запад. Вспоминая, с какой стороны восходит солнце, сразу сообразила, что идти мне следует в противоположную сторону от пещеры черепа. Следуя по интуиции, сразу стала вспоминать дорогу, видя знакомые указатели. Это не какие-то там стрелочки, указывающие дорогу к маковому полю, а просто помеченные деревья с мутной кляксой. Это я тогда ягоды со всей дури припечатывала к деревьям, используя их сок, как краску. Делала это для того, чтобы не путать дорогу к полю. Будучи премного благодарной маленькой себе, следую по своим пометкам. Все эти могучие кусты, что когда были лишь маленькими кустиками, чуть ли не с меня ростом стали. Питер что, специально джунгли удобрял за моё отсутствие? Ноги стали порядком замерзать, и я понимаю, что так я могу ещё больше заболеть, но если я буду шастать в мокрой обуви, шанс заболеть будет намного выше. Пытаясь справится с горячкой, снимаю с головы капюшон, надеясь, что прохладный ветер сможет остудить моё пылающее от жара лицо. Вовремя вспомнила, что такими же пометками помечала дорогу к тёмной лощине, чтобы случайно туда не забрести. Начинаю, честно говоря, сомневаться, что иду к маковому полю, переживая, что перепутала дороги и следую именно к теням, что верно служат Питеру. Н-да, сомневаюсь конечно, что кудряшка обрадуется чёрной мгле в подарок. Такая радость, между прочим, убить может не только меня, но и Итана. Руки начали замерзать, что для меня стало тревожный сигналом, что температура стала подниматься. Как бы не грела ладони, они всё никак не желают согреваться. Выйдя из больших кустов кипариса, я застыла с открытым ртом, пялясь на красное поле чудесных цветов. Я словно и вовсе попала совсем в другой мир, ведь здесь небо не такое, как в джунглях. Оно разрисовано разными оттенками розового, словно сумасшедший художник водил кистью по небу, пытаясь смешать краски. Завораживает. Подставляю лицо невидимому солнышку, словно пытаясь компенсировать ту мглу, в которой нахожусь уже более недели. Теперь понятно, почему здесь ошиваются птицы, я и сама с удовольствием здесь осталась бы, нежели снова возвращаться в тёмные джунгли. Здесь спокойно и тихо, двумя словами - сонное царство. У этого поля, кажется, нет конца и края, но я то понимаю, что где-то там уже начинаются владения Тигровой Лилии. К цветам близко не подхожу, потому что знаю, стоит до них хоть немного дотронуться, и тогда их пыльца меня усыпит. Пока что никаких птиц здесь не наблюдаю, как живых, так и мёртвых. На всякий случай даже голову подняла, пытаясь их увидеть на ветках дерева. Но, судя по всему, сегодня просто не мой день. Да что ж за наказание такое! Со злости пнула цветы, не сразу понимая, какую ошибку совершила. С них большой тучей поднялось розовое облако. Сразу же отскочила от этих цветов в сторону, чтобы не вдохнуть их пыльцу. Совсем позабыв, что я именно в плаще Феликса, наступила на его край, полетев на землю. Выставив руки, приземлилась на локти. Капюшон спал на лицо, из-за чего не понимаю: это у меня в глазах потемнело или капюшон закрывает весь обзор. Голова закружилась тут же. Словно чувствуя, что мне это поможет, простонав, опустила лоб к холодной земле. Секунда, вторая, и, кажется, отпустило. Пожалуй, сегодня придётся обойтись без резких движений. Стянув с головы капюшон, посмотрела в сторону поля.  Там далеко, на земле, множество мёртвых птиц, что так и остались валяться тут с поднятым лапами. Все маленькие тела свежие, потому что остальных уже давно растаскали ловкие змеи. Не знаю, мёртвы они все или живы, но птичка, что сейчас передо мной, изо всех сил борется с дремотой. Худая из-за голода, с мутными глазами, она на дрожащих лапках пытается дойти к концу поля, чтобы не стать змеиным ужином. Это маленькое пернатое существо даже птицей назвать тяжело, всего-то птенчик. Завороженно на него смотрю, не веря, что удача мне улыбнулась. В какой-то момент этот малыш, совсем обессилев, упал, больше не шевелясь. Вздохнул не так уж и много пыльцы, поэтому и смог так долго сопротивляться. Конечно, я не ожидала, что здесь будет целый зоомагазин, где я могла бы выбрать абсолютно любую птицу на свой вкус. Быть может, если бы у меня был выбор, хотела бы взять какого-то могучего орла для Итана или, хотя бы, ворону, а этот маленький птенчик и вовсе похож на… аппендикс. Выбирать не приходится. Живой - и то хорошо! Чуть-чуть поспит, а там уже и откормим. К тому же, чего это я? Птенцов приучать намного легче, глядишь, и за маму тебя примет! Сев на корточки, быстро схватила птенца, качнув цветы. Розовая пыльца снова поднялась, завораживая своим блеском, но я то знаю, что стоит лишь замяться, и стану таким же ужином для змей, как и прочие птицы здесь. Прикрывая рукой нижнюю часть лица, поднимаюсь на ноги, отходя подальше от этих кровавых цветов. Боясь, что сейчас повеет ветер, распылив пыльцу, поторопилась вернуться в джунгли. Ну вот, и снова здравствуйте, тёмные, холодные и моментами пугающие джунгли. Не могу сказать, что скучала, но, во всяком случае, здесь куда безопаснее, чем рядом с маковыми полями. Боясь, что могла в кулаке сплющить птенчика, вытянула ладонь из плаща. На первый взгляд, кажется, что я ему ничего лишнего не передавила. Спит себе мирно и даже не представляет, какая хорошая жизнь его ждёт, когда он проснётся! О-о-о, ему нужно будет обязательно набрать всяких семян, жучков или пауков, чтобы накормить! Чувствую себя, прям как мамочка, которой нужно позаботиться о малыше. Да-а-а-а, не такую птицу я, конечно, хотела бы подарить Итану, но выбирать не приходится. Смотря на этого бедолагу, никаким другим словом его не могу назвать, кроме как аппендикс. Тоже мелкий такой, и не понятно, полезен или нет. Возможно, так и буду его для себя называть, а Итан пусть даёт ему своё имя, какое пожелает. На вытянутой ладошке осторожно несу аппендикса, чтобы, не дай бог, он не зацепился за какой-нибудь лист. Резко и совсем неожиданно прозвучал оглушающий гром. Вздрогнув, едва не выронила эту малявку из рук. Подставляю вторую ладошку на случай, если он упал бы. К счастью, всё обошлось. Вот только дождя мне не хватает для полного счастья! Игнорируя возвращение головной боли и частично накатывающей слабости, постаралась как можно скорее добраться до лагеря. По дороге сюда было невыносимо жарко, а теперь же, кутаясь в плащ, стараюсь согреться. Температура повышается, нужно ускоряться. За моё отсутствие мальчишки уже попросыпались, Феликс спаррингуется со старшими, новички, что мелкие, на концах палок вырезают острые наконечники, чтобы тоже могли охотиться вместе со старшими. А вот куда моя троица делась, не знаю, по крайней мере, в лагере я их не заметила. Они там что-то говорили про ямы, возможно, сейчас собирают сухие палки или уже заострили их концы и вставляют в землю. Так скажем, это у них пассивная охота, чтобы зверь, когда падал в яму, умирал там же, будучи насмерть проколотым. Б-р-р, как подумаю, самой противно от этого. Они же эти ямы маскируют, не боятся сами упасть? Впрочем, не моя забота, я хожу по тропинкам, так что мне бояться нечего. Заглядывая на кухню, вижу, как Итан подкидывает сухие ветки в костёр под каменным котлом. -Додумалась прийти на перевязку? - выравниваясь, он сложил руки в бока, смотря на меня сверху. А вот и не угадал. Я перевязки уже вчера сняла, как только Питер оставил меня одну. Теперь я сама, как вольная птица! Кстати о птице, он опустил глаза на мою ладошку, заприметив малявочку, который и вовсе похож на мёртвого, только его вздымающаяся от тяжелого дыхания грудка говорит о том, что он ещё жив. -Спасибо, перевязки, больше не нужны. В знак нашего примирения, хочу тебе подарить этого малыша, - протянула ему ладонь с малышом, широко улыбаясь, словно дитя, что дарит матери первую подделку. - Мне сказали, что ты любишь животных и, увы, я не великий охотник, моих сил хватило только на эту невинную птичку. Точнее, птенчика. Смотря на малыша, Итан брезгливо поморщился. Даже не пытается сделать вид, что ему это понравилось. Даже хозяева, которым их коты приносят дохлых птиц, выражают больше эмоций, чем он. Улыбка сразу сошла на нет, понимая, что моему подарку не рады. Совсем не стыдно, что удалось поймать только этого малыша, а не какую-то птицу побольше. Откормить его, и будет не хуже других птиц! Глядишь, и помогать Итану будет, всякие там травки отыскивая. -Убери это отребье, - выплюнул он эти слова, следуя к сухим веткам, которые ему ещё нужно наломать для костра. Первым меня пронзает шок, вторым - непонимание, третьим - вопрос, чем заслужила такое отношение к себе. Ну да, подумаешь, к индейцам полезла, ничего не сказав, но я-то уже за это поплатилась! Между прочим, достаточно получила от них, чтобы запомнить, что к ним лезть не следует. Урок более, чем освоен, теперь! Не желая сдаваться, потопала за ним следом. -Мог бы хоть спасибо сказать! - ворчу ему в спину. - Я вообще-то к самым маковым полям ходила, чтобы отыскать его! -Оно и заметно, - не оборачиваясь, ответил, намекая на дохлый вид птенца. Достав из-за спины топор, принялся работать. - Если перевязка не нужна - проваливай. Только мешаешь, - он принялся рубить мелкие ветки, не обращая на меня никакого внимания. - Отребье это лучше выкини, а то ещё заразой какой поделишься. От возмущения у меня аж голова закружилась. Оп-па, осторожнее надо с эмоциями! Стараясь держать себя в руках, независимо приподняла подбородок. Не выкину я никуда птенца! Надо будет - сама буду ухаживать и на ноги поставлю! Стану первой матерью-одиночкой в Нетландии! -Да что ты злишься на меня, как ребёнок! - выпалила ему сгоряча. Замерев с топором в замахе, он медленно ко мне обернулся, зло хмуря брови. Понимаю, что мне следовало бы заткнуться, но меня понесло. Плевать, пришибёт меня или нет, но до скрежета зубов раздражает такое отношение. - Я ничего такого не сделала, чтобы заслужить такое отношение к себе. Да! С дуру пошла на территорию индейцев, и что с того? Будешь на меня из-за этого всю жизнь теперь злиться? Я и без того уже сполна поплатилась за это! Словно потеряв весь воздух в лёгких, рвано дышу, стараясь устоять на ватных ногах. Глупые сопли так некстати решили напомнить о себе. Неотрывно смотря на кудряшку, шмыгнула носом, чтобы сопли вернулись обратно. Его лицо оскалилось, уверена, он бы сейчас хотел этим топором мне череп снести, но пока что молча стоит, сжимая в ладони ручку топора до побеления в костяшках. -Перестань о себе мнить невесть что, - сквозь стиснутые зубы цедит он. - Мне плевать, где ты шастаешь, хоть снова иди к индейцам, но на кухне моей больше не появляйся без веской причины, иначе быстро облегчу нам всем жизнь, - он приподнял топор к моему плечу, касаясь его острием моей шеи. Не веря, что Итан это говорит серьёзно, выпучив от удивления глаза, смотрю на него в надежде, что он возьмёт свои слова назад. К превеликому несчастью, понимаю, что он не шутит. Он более чем серьёзно мне намекает, что зарубит меня. Словно в бреду, отрицательно качаю головой, отказываясь в это верить. Мы ведь так хорошо с ним ладили! С чего вдруг теперь так просто угрожает? Неожиданно найдя для себя ответ, горько хмыкнула. Такое чувство, словно меня только что предали. Ощущая, как неприятно закололо в сердце, сдерживаю слёзы. Из-за этого голова ещё больше разболелась, но мне всё равно. Пусть камнем об мою голову бьёт, а я плакать не буду. -Это всё из-за моего сердца, да? - мой взгляд постепенно начал наливаться ненавистью к кудряшке. Итан молчит, убрав от меня топор; он, игнорируя мой вопрос, приступил к работе, не обращая никакого внимания на меня. - Ты веришь пророчеству, а не мне. Какой ты только друг после этого, Итан? Зная, что ответа не последует, слегка шатаясь, последовала к выходу. Оторвав первый попавшийся лист, высморкалась в него, выкидывая в сторону. Ну и пошёл к чёрту, Итан! Вот как только выздоровлю, обязательно буду на тебя злиться, как следует, а сейчас нужно птенцу отыскать червей и на источники. Пытаясь держать равновесие, обхожу потеряшку, едва различая дорогу под капюшоном. -Оп-па! - меня схватили за шиворот плаща, потянув назад. И так едва стою на ногах, а тут чуть кувырок не сделала, подставляя ладошку, чтобы малыш не выпал. Тугая шнуровка плаща впилась мне в горло, чуть не удушив. Закряхтев, встала на ноги, останавливая эту попытку убийства. - Что за чучело? - всё также придерживая меня за шиворот, Феликс встал впереди меня, любопытно смотря на птенца. Словно мышонка, меня поймал Феликс, даже не думая о том, чтобы отпускать. Вот лучше пусть меня держит, а то чувствую, я свалюсь на ноги. -Спасла его в полях мака, - у блондина вопросительно брови поднялись вверх, так и спрашивая, что моя задница забыла у маковых полей, а я, лишь хлопая ресницами, стараюсь невинно улыбаться, игнорируя горячку. - Хотела его Итану подарить, но этот болван его заразой назвал, так что я теперь мать-одиночка. Удерживаясь, чтобы не расхохотаться с моих слов, Феликс расплылся в забавной улыбке, показывая ряд ровных зубов. У него обворожительная улыбка, которая так и чарует своей красотой. Когда он не охотник и не связывает меня, Феликс даже ничего так. Думаю, если бы он жил в реальном мире, то пленил бы не одно девичье сердце только серыми глазами, которым придают выразительности его белокурые волосы. -Обменяешь мне своего ребёнка? - не сразу поняв вопрос Феликса, уставшими глазами посмотрела на него. Чёртов насморк, подставил меня так не вовремя! Несколько раз чихнув, приложила подол плаща к носу, шмыгая. Сразу поняв, что здесь что-то не так, он, нахмурившись, потянул меня назад. Феликс наклонился ко мне, тёплыми губами коснувшись моего горячего лба. Прикрываясь болезнью, сдуру подумала, что он хочет меня поцеловать, но, в силу своей неопытности, «промазал». Сначала, опешив от собственных мыслей, в следующий миг удивилась, что допускаю подобное! Он просто измеряет мою температуру, а я тут уже размечталась! Улавливаю запах крови и пота вперемешку с лёгким шлейфом адреналина. Он был на охоте - сразу понимаю. В больном сознании невольно всплывают картинки, как этот лис, словно настоящее животное, нападает на кабана, зарезав его без доли колебаний. Всё ещё краснея от бредовых мыслей про поцелуй, чувствую, как мои щёки становятся ещё более красными из-за глупого сознания, что словно играет со мной. Как долго мы с ним уже так стоим? Пусть уже отойдёт, наконец, потому как начинаю подозревать, что прикасаясь губами к моему лбу, именно он посылает мне компрометирующие меня картинки. Конечно, бред, но главное, совсем растаяв, не опустить руки, чтобы не навредить бедному птенчику. -Ты что-то говорил про моего птенца, - положив ладонь ему на лоб, слегка оттолкнула его бесстыжую морду от себя. Пока я болею, пусть и вовсе не приближается ко мне! Запуталась, то ли это из-за Феликса моё тело так обмякло, то ли это признак того, что мне срочно нужно на источники, хотя бы для того, чтобы обуться, наконец! Ноги и без того замёрзли, почти превратившись во льдинки. Снова чихнула, чувствуя, как ко мне вернулся противный спазм в горле. Господи, как же это всё противно и отвратительно. Хмуря светлые брови, он по-отцовски сурово смотрит на меня, так и продолжая держать за шиворот, как непослушного котёнка. Господи, Феликс, да отпусти ты меня уже, не видишь что ли, на ногах еле стою! -Лапа моя, да ты заболела, - словно и не веря в это, косится на меня, не зная, что со мной делать. С одной стороны, девчонка больна, а с другой, он не доктор, вот так проблема! - Чего ничего не сказала? Какого только чёрта без обуви шастаешь?! Начиная порядком злиться, упрекнул меня этот засранец. Замявшись, одной ступней наступаю на вторую, якобы пытаясь скрыть наготу ступней и заодно, чтобы согреться. Чувствую себя сейчас, и вовсе, тупым ребёнком - мозг совсем не соображает, что можно ему ответить, ещё и носом едва успеваю шмыгать, чтобы сопли не добрались до верхней губы. Мерзость! По коже прошёлся неприятный мандраж, пуская за собой противный холодок. У-у-у, как всё не вовремя. Сегодня точно не мой с птенчиком день. Он чуть не умер в полях мака, а я заболела, да ещё и попала к мамочке под именем Феликс! -Всё на источниках, - прогундосила забитым носом. - Мне надо туда, чтобы температура спала. -Я с тобой, - решительно заявил он, отпуская мой шиворот. Пошатнулась, потеряв опору. Феликс даже и не дернулся в мою сторону, лишь поправил на мне капюшон, теплее меня в него укутывая. -Когда я буду на источниках отмокать, ты тоже будешь со мной? - бурчу. Феликс стыдливо отводит взгляд в сторону в попытке не показывать, что мои слова его смутили. - Я сама пойду, станет лучше - вернусь. -Птенцу на источниках будет невыносимо. Оставь его мне, - он протянул ладони, намекая, чтобы я вложила в них малявочку. Веря в его доброту, не заметила, как на лице нарисовалась улыбка. - Я ему жуков быстро отыщу! И клетку на раз-два сделаю. Услышав последнее предложение, я, чихнув в сторону, отшатнулась от Феликса, ближе прижимая к себе малыша. Нет! Нельзя! Сама не понимая, отчего так остро реагирую, настороженно смотрю на Феликса, который, к слову, тоже не понимает моей реакции. -Не надо клетки, - запротестовала, смотря на лиса. Из-за накатившей усталости, не контролируя мимику, обиженно выпятила губу, хмурясь. - Просто накорми его и разбуди. -Лапа моя, это птица, - он объясняет мне такие очевидные вещи, словно я глупый ребёнок. Положив ладонь мне на плечо, он склонился, чтобы быть со мной наравне. - Как только он проснётся, захочет улететь. Он птенец! Сомневаюсь, что и летать то умеет! -Нельзя делать так, чтобы он хотел улететь, но не мог. Просто поухаживай за ним, ладно? Правильно делать так, чтобы птица МОГЛА улететь, но НЕ хотела, понял? Закатывая глаза, Феликс лишь фыркает, считая, что лучше знает. Да, я не орнитолог, и вообще, в птицах ничего не понимаю, но это же логично, что птицам нужна свобода! Возле себя силой никого нельзя держать. Расценивая мои слова по-своему, он хмыкнул краем губ, позволяя увидеть его маленькую ямочку на щеке. -Понял, - осторожно вложила в его крупные ладони маленькое тельце птенчика, что за всё время даже не подал признаков жизни. - Как только разберусь с этим горем, за тобой приду, поняла? Слабо кивнула, давая понять, что усекла. Бредя джунглями, холодной ладонью касаюсь лба, надеясь, что это поможет мне остыть. Даже понятия не имею, где я могла сбиться с пути. Лучше бы согласилась идти с Феликсом. Облокотившись плечом об очередное дерево, пытаюсь собраться с силами, чтобы идти дальше. Кажется, я потерялась. Хрипло дыша, поднимаю голову к небу, надеясь увидеть бобовый стебель, но густые листья деревьев не позволяют увидеть даже облака. С каждым глотком воздуха, мне кажется, что вдыхаю холодные осколки льда, что царапают горло чуть ли не до крови. Как же мне сейчас паршиво… Склоняясь на колени, руками опираюсь о землю, в попытке совладать с головокружением, которым вызвана тошнота. Искренне плевать уже на ботинки и источники, мне хотя бы к лагерю теперь добраться. Сколько я здесь уже брожу? Для меня время идёт как-то особенно медленно, из-за чего сложно понять, ищет меня Феликс или нет. Он обещал прийти, но где же он тогда? Прогремел гром, неприятным эхом прозвучав в голове. Как же больно… Можно потише, пожалуйста? Сильнее укутываюсь в плащ, который словно и не греет вовсе. Этот остров, видимо, посчитал, что мне мало лихорадки, потому как в следующий миг я заметила, как с неба стали падать мелкие капельки дождика, постепенно превращаясь в настоящий ливень. Спасибо! Вот от души, спасибо! Только и мечтала о том, чтобы промокнуть до нитки! В такой дождь мне не добраться как к источникам, так и к лагерю. Я либо упаду где-то без сознания, либо ещё больше потеряюсь. Лучше всего сейчас попытаться спрятаться от дождя и ждать, когда Феликс решит вспомнить обо мне. Глаза уже сами собой слипаются, а ноги отказываются куда-либо идти. Но надо, родненькие, надо! Вот надо и всё, хоть убейте! Вот придём, и тогда уснём, а сейчас главное - найти убежище, про тёпло, и вовсе, молчу. Поднявшись на ноги, слегка пошатнулась. Обнимая себя за плечи, словно это поможет согреться, бреду вперёд, пытаясь отыскать хоть дупло в дереве. Мне подойдёт всё! Сворачивая влево, мутными глазами вижу впереди небольшую пещеру. Бинго! Подходя всё ближе к ней, в нос ударяет неприятный запах. Он… какой-то сладкий, и в то же время аммиаком несёт. Даже через свой забитый нос чувствую эту отраву. Стараясь не поддаваться тошноте, прикрыла плащом нос, чтобы не было искушения поддаться тошнотворным позывам. В голову первой ударила мысль, что этот запах издаёт именно мёртвое животное, что стало жертвой того, кто выше по пищевой цепочке. Логичное оправдание, не так ли? Тоже так думала, пока не вошла внутрь. От увиденного я оторопела, не ожидая когда-нибудь увидеть что-то подобное. Придерживая капюшон, склонилась в сторону, опорожняя желудок. Чуть ли не задыхаясь, кашляю. Словно рыба, ловлю ртом воздух, в то время как мышцы желудка, сокращаясь, заставляют меня выплёвывать какую-то пенящуюся жидкость вперемешку со слюнями. Мерзко. Перед глазами всё ещё стоит картина мёртвых гостей. Находясь друг на друге, как ненужный мусор, лежат посреди пещеры. Чётко запомнила выражения их лиц. В мутных глазах отпечатался страх. Синие губы и белые зрачки свидетельствуют о том, что кто-то их утопил, но это не самое страшное. Они полностью испачканы в крови, потому как стали чьим-то ужином. Их животы вспороты, а пришедшиеся не по вкусу органы кто-то в кучку скинул под каменную стену. Снова видя эту картину в своей голове, с новой силой начала блевать. Их убили русалки, это так, но вспорол их кто-то другой. Тот, кто не знает жалости. Тот, кто до одури кровожадный. И этот кто-то может вернуться. Липкий страх сразу же пополз по спине, понимая, что могу быть следующей. «Нужно бежать!» - прокричал мой инстинкт самосохранения, а я и пошевелиться не могу. Страх, словно тяжёлыми цепями, сковал моё тело, и только раскат грома привёл меня в чувства. Вздрогнув, я тут же помчалась прочь, не оглядываясь. Не разбирая дороги, одной рукой придерживаю подол плаща, а второй, прикрывая губы, сдерживаю себя из последних сил, чтобы не податься рвотным позывам. Перед глазами всё ещё стоит картина их искажённых от страха лиц. Кто только мог подобное сотворить? Русалки убили - ладно, но кто осмелился так поиздеваться над телами мёртвых? Кто-то намеренно их туда притащил. Будь это животные, они бы оставили заметные следы и не откидывали бы органы в сторону. Капюшон спал с головы, позволяя холодным каплями с неба падать на горячую кожу. Голова кружится, не давая здраво мыслить, а перед глазами всё плывёт. Куда я бегу? Не знаю. Просто стараюсь спастись. -Аааа! - ступив на какие-то ветки, в следующий миг провалилась под землю, словно в кроличью нору. Закрыв глаза, я больше не могу даже пошевелиться. Больше нет сил, ровно так же, как и желания. Чувствуя запах сырой земли, ощущаю, как болит нога… Я её подвернула? Ударилась? Или, быть может, произошло ещё что-то, а я не знаю? Впрочем, это больше не так важно. Это всё не имеет никакого значения.