didn't know you were cold ('til you felt my fire)

      Дженни вспомнила, почему она обычно не посещает вечеринки.       Во-первых, там было ужасно шумно. Она не была против музыки, но было очень громко, а басы стали настолько громкими, что она чувствовала их на зубах. При этом все пели так, чтобы перекричать музыку. Это была абсолютная перегрузка шумом.       Вдобавок ко всему она не пила, а половина игр, происходящих вокруг, похоже, требовала алкоголя, и вода не подходила для замены. Она думала об этом... но она приехала сюда на машине, и чем дольше длилась ночь, тем меньше этот вариант был жизнеспособным.       Кроме того, ее кузина Айрин бросила ее примерно через три секунды после того, как поприветствовала у двери, и после нескольких попыток присоединиться к разговорам, которые заканчивались тем, что она ничего не знала или ее это не волновало, она решила попробовать стратегию отхода в сторону и подождать, пока кто-нибудь заговорит с ней.       Так что теперь Дженни была раздражена, трезва и одинока, бродила из комнаты в комнату, попивая воду из бутылки и наблюдая за смехом и толкотней других. Здесь были группы подростков из разных школ, либо местные жители Высшего блока – богатого пригорода, либо жители Верхнего блока, как Дженни.       После нескольких скучных минут, разочарованно вздохнув, она решила пойти и немного постоять на улице. Пробравшись сквозь толпу тел, она вышла на крыльцо, где было гораздо тише, только небольшая группа на лужайке курила и смеялась, а из дома доносились приглушенные басы.       Опираясь на перила крыльца, Дженни глубоко вдохнула свежий воздух, ночная прохлада оседала с заходом солнца. Лиса не пришла, чего она, в общем-то, и ожидала, но разочарование все равно было болезненным. Она с нетерпением ждала встречи с Лисой сегодня вечером, полдня возилась со своими волосами, которые все равно пришлось уложить, и ненавидела каждый свой наряд за то, что он выглядел недостаточно «круто», но, в конце концов, сдалась и выбрала свои обычные синие джинсы и белую футболку, но с черным ремнем, который выглядел... неплохо. Ничего невероятно выдающегося, но немного по-другому.       В последние пару недель, за исключением случайных споров, она начала воспринимать Лису меньше как проект и больше как друга. Лиса выразила желание пообщаться с ней вне школы, и теперь это был их первый шанс, и она надеялась произвести хорошее впечатление, но, похоже, этого не произойдет. Лиса, вероятно, не была уверена в том, чтоб переступить негласные культурные границы, посетив вечеринку «пинкси», а Дженни, вероятно, была не настолько важна для нее, чтобы рискнуть.       Она только начала отключаться, когда ее окликнули по имени и вернули к реальности. Оглянувшись с крыльца, она увидела, что из-за угла приближается Лиса, а рядом с ней идут два мальчика.       Лиса была одета так, как и ожидала Дженни – в черную футболку с серым жилетом с капюшоном, красную фланелевую рубашку, повязанную на талии мешковатых рваных джинсов, и черную бейсболку, закрывающую большую часть волос. На ней все еще были перчатки без пальцев, заметила Дженни, когда девушка потянулась вверх, чтобы вытащить зажженную сигарету изо рта. Она рассеянно подумала, что никогда не видела Лису без них.       Мальчики были одеты одинаково – в черные футболки с символикой хэви-метал групп, причем более высокий из них выглядел гораздо взволнованнее, чем тот, что пониже. Дженни узнала в них мальчиков, с которыми Лиса общалась в школе после обеда или во время ланча. Она задалась вопросом, почему они здесь. Она не ожидала, что Лиса приведет с собой компанию, и почувствовала некоторую ревность, что Лиса не посчитала ее достаточно интересной, чтобы проводить с ней время на вечеринке.       Как только они подошли к крыльцу, Лиса бросила сигарету и затушила ее об ботинок, оглянулась, чтобы поприветствовать Дженни, легко улыбнулась, короткое «Привет» и…       Дженни забыла, что собиралась сказать. — Это мои братья, надеюсь, ты не против их компании. Им нужно больше выходить из дома, — Лиса с дразнящей ухмылкой подошла к ним и свободным жестом руки указала на мальчиков рядом с ней. — Это Бэмбэм, а это Лукас. — Братья...? — моргнув, Дженни посмотрела на них двоих. Тот, что пониже ростом, помахал рукой. — О. Ну, привет, — ее голос прозвучал напряженно. — Миледи, — сказал тот, кого звали Бэмбэм, с драматическим расцветом в поклоне, который превратился в полупоклон, когда другой мальчик, Лукас, слегка ударил его в живот, пробормотав «прекрати» и закатил глаза за своими очками. — Да, я заранее извиняюсь за Бэмбэма, — ухмыльнулась Лиса, оттаскивая мальчика назад. Бэмбэм скорчил ей рожицу в ответ, затем встряхнулся и встал на ноги, разглаживая рубашку. — Эй, я восхитителен, — сказал он Дженни, заслужив насмешки со стороны двух других подростков. — Он раздражает, но он безвреден, — засунув руки в карманы жилета с капюшоном, Лиса кивнула головой в сторону двери. — Мы идем внутрь? — О, да, конечно, — пролепетала Дженни, поворачиваясь к двери. Бэмбэм за ней хмыкнул, и она услышала, как Лукас сделал еще одно замечание, прося его остановиться.       Они вошли в дом, скинули обувь в кучу, и почти сразу же мальчики попрощались, заявив, что пойдут искать телевизор. Дженни крикнула, что он в подвале, и остались только она и Лиса, стоящие в шумной, толкающейся толпе.       Теперь, когда она была здесь, Дженни не совсем понимала, как ей действовать дальше. Ее план состоял в том, чтобы заставить Лису общаться и попытаться... познакомиться с кем-нибудь? Флиртовать? Взять номера телефонов? Может быть, она будет ходить вокруг Лисы и надеяться, что кто-то найдет ее интересной?       Черт, она не продумала все до конца. — Кстати, мне нравится твой наряд.       Голос Лисы прервал ход ее мыслей, поразив Дженни, которая ответила лишь: — А? — Твой наряд, — повторила Лиса, хотя теперь она пригнула голову и смотрела на толпу, а не на Дженни. — Ты хорошо выглядишь. Нормально. Неважно.       Уши Дженни стали горячими, и она покраснела. — О, я на самом деле не... спасибо. Ты тоже выглядишь очень хорошо. Лиса засмеялась. — Спасибо. Элла «помогла».       Она сделала пальцами кавычки в воздухе, чтобы намекнуть на то, какой полезной была ее сестра. — Она даже заставила меня накраситься, по какой-то причине, — она снова засмеялась, как и Дженни, которая немного наклонилась, чтобы получше рассмотреть лицо Лисы. — Ты действительно накрасилась? Никогда бы не подумала! Дай мне посмотреть! — Дженни потянулась вперед и провела рукой по щеке Лисы, чтобы наклонить ее лицо, прежде чем она успела осознать, что делает, и обе девушки замерли.       Глаза Лисы расширились от шока, а дразнящий смех Дженни утих, когда она поняла, как близко она случайно подвела их друг к другу. Так близко, что она могла чувствовать дыхание Лисы на своем лице, видеть свое отражение в зрачках Лисы, и да, она смогла увидеть тени на глазах, отчего они казались еще шире, а серый цвет в них ярче, и прежде чем она смогла остановить себя, она взглянула вниз – о, у Лисы были такие красивые губы с каким-то блестящим блеском, которым Элла, должно быть, накрасила их…       Дженни отстранилась, ее руки сцепились друг с другом, нервно дергаясь. Она попыталась быстро сменить тему. — Почему Элла не пришла? — спросила она, прочищая горло, так как ее сердце колотилось в нем. — С тобой и твоими братьями? — Ей еще только 14, — пожала плечами Лиса, уставившись на свои ноги, объяснение было простым. — Правило нашего отца – никаких вечеринок и танцев до 15. — Хм, — Дженни кивнула. — За исключением того, — продолжала Лиса с язвительной усмешкой, — что папа сделал для нее одно глупое исключение. Он сказал, что она может пойти на бал, если я пойду, так что теперь она все время пытается уговорить меня пойти, — она посмотрела на Дженни, фыркнув и рассмеявшись, и сердце Дженни заколотилось. Это была опасная тема, неверный поворот в разговоре означал бы, что Дженни придется лгать Лисе напрямую, а не просто скрывать правду. Первое было намного, намного сложнее. — Серьезно? — Ее голос хрипел больше, чем ей хотелось бы, и она прочистила горло, стараясь говорить непринужденно. — Ты пойдешь? — Нет, — Лиса пожала плечами, снова отвернувшись. — Я в шутку сказала Элле, что возьму ее, если она найдет кого-нибудь, с кем я смогу пойти, но этого не случится, — она снова засмеялась, но вышло сухо, и улыбка не достигла ее глаз. — Так что ей придется подождать. — Неужели нет никого, с кем бы ты хотела пойти? Смех Лисы потерял все свое веселье. Она пожала плечами. — Если бы кто-то и был, вряд ли бы он захотел пойти со мной. — Почему ты так думаешь? — Дженни покачала головой, бросив на Лису грустный взгляд. Лиса была резкой, да, но Дженни имела в виду то, что говорила раньше – девушка была хорошей компанией, привлекательной, и если она была готова приложить немного усилий для этой вечеринки, все, что Дженни должна была сделать, это убедить Лису, что если она, например, сделает профессиональную стрижку и оденется понарядней, все будет даже проще, чем, кажется. Она начала сканировать толпу, думая, может быть, она сможет начать подталкивать Лису к какому-нибудь потенциальному… — Лиса! — голос прервал их разговор, когда подбежал Бэмбэм, глаза и ухмылка которого были широкими от веселья. — Лиса, нихрена себе, у них внизу целый гребаный игровой автомат! — О, круто, — хмыкнула Лиса. — Значит, увидимся, когда придет время уходить? — Мы будем в подвале, если мы тебе понадобимся, — Бэмбэм отдал шуточный салют и пробрался сквозь толпу, чтобы исчезнуть. Дженни слегка рассмеялась, оглянувшись на Лису, выражение лица которой было странно ласковым, когда она смотрела, куда исчез Бэмбэм. — Он кажется милым, — сказала Дженни. Рот Лисы приоткрылся. — Он полный говнюк, — ответила она, выражая шутливое отвращение. — Слишком много ноет и чертовски долго принимает душ. Но он хороший человек. — Должно быть, берет пример со своей сестры, — Дженни сказала это еще до того, как подумала, удивив даже саму себя. Лиса застыла рядом с ней и странно посмотрела на нее, и Дженни почувствовала, что ее лицо вдруг стало очень горячим. Это был простой комплимент, ничего выходящего за рамки, но воздух между ними вдруг стал невероятно напряженным.       Громкий звон аплодисментов из другой комнаты нарушил напряжение, и Лиса заметно расслабилась. — Ну, как тебе тусовка с другими подростками? — спросила она мягким дразнящим тоном. — Примерно так же, как я и ожидала, — Дженни издала небольшой смешок. Она посмотрела на Лису, не в силах сдержать благодарную улыбку. — Я рада, что ты пришла.       Лиса избегала ее взгляда и переместилась с места на место, прежде чем прочистить горло. — Я пойду выпью. Хочешь чего-нибудь? — Я в порядке, — сказала Дженни, и Лиса жестко кивнула, прежде чем отойти и раствориться в толпе.       Дженни стояла на месте, постукивая ногой в такт музыке. Через мгновение она подошла к книжному шкафу, чтобы развлечь себя чтением корешков книг, пока ждала возвращения Лисы. Она напевала себе под нос, рассматривая различные безделушки и декоративные штучки на полке между книгами. — Я думала, что Мино прикалывается, но, похоже, ты действительно здесь.       Голос раздался позади нее, а затем его обладатель прислонился к стене рядом с книжной полкой. Отлично. Дженни вежливо сохранила нейтральное выражение лица, несмотря на желание оскалиться.       Ким Чонин, студент «Прогресса» из Верхнего района города, смотрел на нее решительным сосредоточенным взглядом. Так вот с чем ей придется столкнуться сегодня, помимо всего остального, что потрепало ей нервы.       Хотя она честно призналась Лисе, что только пара мальчиков пригласили ее на свидание, она забыла упомянуть, что один из них сделал своей миссией приглашать ее постоянно. Это было уже почти традицией раз в три месяца. У нее уже не было на это терпения. — Привет, Чонин, — холодно сказала она. Чонин только усмехнулся, воодушевленный любым взаимодействием. — Значит ли это, что ты действительно начинаешь раскрепощаться? — спросил он, наклоняясь еще ближе. — Ты появилась на вечеринке? Что дальше? Может быть... свидание, о котором мы говорили?       Дженни вздохнула и сохранила нейтральное выражение лица. — Это все еще «нет». — А почему нет? — Он придвинулся еще ближе, и теперь был настолько близко, что Дженни чувствовала тепло его тела. Она слегка отодвинулась, продолжая делать вид, что книжная полка – это гораздо более интересная вещь, на которую стоит смотреть. — Ну же, — надавил Чонин, — если ты ни с кем не встречаешься, зачем отказываться?       У Дженни похолодела кожа, когда она продолжала смотреть прямо перед собой, хотя избегать взгляда Чонина ей приходилось не только из-за нервов, но и из-за раздражения. Она сжимала и разжимала кулак, пытаясь успокоиться. — Я не обязана объяснять тебе причину, Чонин, это не вызов, который ты должен принять. — А мне нравятся вызовы, — Чонин был слишком близко, даже не касаясь ее. Ей следовало бы уйти и найти Лису, продолжать наслаждаться этой вечеринкой, но она не хотела доставлять ему удовольствие тем, что он добрался до нее, поэтому она держалась стойко. — Тогда тебе должно нравиться тратить свое время, потому что ответ всегда будет «нет», — сказала Дженни самым скучающим тоном. Чонин насмешливо хмыкнул. — Я не отстану, пока не услышу причину... — Она сказала нет, приятель.       Дженни и Чонин повернулись и увидели, что Лиса стоит там, держа в руках полную чашку чего-то, и с крайне серьезным выражением лица смотрит на Чонина. Мальчик удивленно фыркнул. — Кто притащил сюда мусор? — Он сказал это слишком громко, специально пытаясь привлечь внимание. Лиса скривила губы и протянула свой напиток ближайшему участнику вечеринки, который взял его, а затем растерянно моргнул, переведя взгляд с напитка на Лису. Лиса проигнорировала его протест и шагнула ближе, чтобы встать между Дженни и Чонином. — Это открытая вечеринка, я могу прийти, если хочу, — сказала она, расправив плечи.       Чонин насмешливо хмыкнул, даже когда Лиса подошла ближе, заставив его отступить назад. — Она явно открытая не для таких, как ты, — он махнул рукой в сторону Лисы. — Пришла сюда, чтобы вонять и, возможно, украсть что-то. Никто не хочет тебя здесь видеть. — Это просто бред, — Дженни шагнула вперед, держа руку между ними. — Я пригласила ее, так что, очевидно, я хочу, чтобы она была здесь.       Чонин испуганно посмотрел на Дженни и перевел взгляд с нее на Лису и обратно, замешательство медленно переросло в отвращение, когда он установил связь. — Ты пригласила ее? — усмехнулся он, обращаясь к Дженни. — Сюда? — Мне сказали, что я могу пригласить других, если захочу, — возразила Дженни, решительно вздернув подбородок. — Слушай, парень, — проворчала Лиса сзади, — я здесь не для того, чтобы создавать проблемы, я просто тусуюсь, не нужно устраивать срач.       Она была напряжена, настолько напряжена, что Дженни чувствовала, как от нее исходит энергия. — Теперь пойми намек и отвали.       Чонин фыркнул в такой надменно-пренебрежительной манере, что это выглядело так, будто он это репетировал, и даже Дженни почувствовала себя подавленной этим действием. — Милая сторожевая собака, Дженни, — в его голосе слышалось презрение, когда он смотрел на них двоих, — но если ты собралась приводить ее в цивилизованные места, то должна знать как держать свою сучку на поводке.       Это произошло внезапно и быстро. Лиса зарычала «вот оно» и бросилась на Чонина, толкнув его на пару других подростков, один из них наткнулся на боковой столик и задел стоявшую на нем вазу, уронив ее с громким треском на пол. Как только Чонин встал на ноги, он нанес удар прямо в челюсть Лисе, сбив с нее бейсболку и отправив ее обратно к стене с сильным ударом. — ДРАКА!       Мгновенно толпа расступилась и встала вокруг Чонина и Лисы, оставив пространство для них двоих, и они начали драться. Дженни стояла в оцепенении, не зная, что делать, пока толпа ревела и подбадривала импровизированную драку.       Лиса была быстра. Она уклонилась от следующего удара Чонина и ударила его в грудь. Он схватил ее за толстовку и вывел из равновесия, но она успела оправиться. Она схватилась за его предплечье. Перебросила его через плечо. Он тяжело приземлился на пол, на спину, под коллективные возгласы толпы.       Лиса потерла большим пальцем в том месте, куда ее ударили, кожа стала ярко-красной, и ухмыльнулась.       Прорычав ругательства, Чонин поднялся на ноги и снова попытался ударить Лису, но на этот раз она схватила его за руку и притянула к себе, чтобы нанести удар головой, под одобрительные возгласы. Чонин схватил ее за волосы, потянул вниз, ударил коленом в живот и отбросил назад.       Лиса зашаталась, держась за поясницу, из носа пошла кровь. — Лиса! Прекрати это! — кричала Дженни, но Лиса, казалось, не слышала ее из-за насмешек и криков толпы. Она сплюнула немного крови на пол и снова набросилась на Чонина, ударив его в грудь.       Он попытался ударить ее в ответ, задев плечо, и Лиса успела переместиться за его спину, ударив по ней локтем.       Она повернулась и схватила его за голову, прежде чем он успел опомниться, закинув свое тело ему за плечо, чтобы он не смог нанести удар в ответ.       Они боролись на месте, Лиса хватала Чонина, а он наносил удары, куда только мог дотянуться, пытаясь вырваться из удушающего захвата.       Толпа кричала, поддерживая или оскорбляя, когда удары Чонина становились все слабее. Лиса, тяжело дыша и стиснув зубы, начала ухмыляться.       Вдруг из толпы протянулась рука и схватила Лису за капюшон, потянув ее назад и выведя из равновесия. Она отпустила Чонина, чтобы попытаться прийти в себя, но не успел он освободиться, как повернулся и нанес Лисе сильный удар по ребрам. Она издала болезненный крик и пошатнулась назад, упав в толпу, которая закричала и вытолкнула ее обратно на ринг.       Чонин ударил Лису прямо в лицо, когда она споткнулась, с ужасно громким звуком, и Лиса упала на землю, когда шокированные крики и одобрительные возгласы начали слышаться из группы вокруг них.       Чонин потряс рукой в воздухе и поморщился, ухмыляясь.       Гнев вскипел в ее жилах, Дженни быстро огляделась и вспомнила, что стоит перед книжной полкой с различными декоративными предметами. Она схватила небольшую деревянную статуэтку собаки, повернулась и бросила ее в Чонина, который готовился ударить Лису, пока она пыталась подняться. Статуэтка попала ему точно между глаз и отбросила его назад.       На секунду он выглядел совершенно ошеломленным, когда выбежала Дженни и оттолкнула его от помятой Лисы. — Хватит! — твердо крикнула она. — Бой окончен. — Теперь ты защищаешь ее? — усмехнулся Чонин, потирая то место, куда попала статуэтка, и делая шаг вперед. — Сука, блять, сама начала!       Дженни прочно встала на место и смотрела на него, пока он приближался. — Позволь мне повторить, — сказала она, выпрямившись во весь рост и не отводя взгляда, несмотря на колотящееся в ушах сердце. — Твоя драка с Лисой окончена. Хочешь теперь из-за этого подраться со мной? — Толпа охнула и зашумела, издавая насмешливые «У-у-у» в ответ на ее слова.       Глаза Чонина обвели толпу и вернулись к Дженни, лицо которой было красным и сердитым от насмешек. — Отвали, — он сорвался с места и сильно толкнул ее. Дженни упала назад, люди расступились вокруг нее, как вода, и она с громким звуком ударилась о книжную полку, сбив часть ее содержимого. Перед тем как упасть на пол, она отчетливо почувствовала треск, а затем невероятно резкую боль в ноге.       Удар выбил из нее дух, и она лежала, оглушенная, пытаясь восстановить дыхание.       Толпа мгновенно затихла. — Черт, — сказал Чонин, голос стал тонким и тихим, — черт, о нет.       Он выглядел так, будто собирался подойти к Дженни, но рука на его груди остановила его, решительно оттолкнув назад.       Лиса стояла, кровь текла по одной стороне ее лица из носа и рассеченной брови, и держала Чонина неподвижно с тяжелым взглядом. Он метался глазами между ней, Дженни и Лисой, пока Лиса не усмехнулась и снова не толкнула его назад, а рука на его груди не сжалась в кулак. — Я же сказала тебе оставить ее в покое, — ее голос был густым и надтреснутым после драки, почти рычанием, и Чонин, похоже, понял смысл сказанного. Лиса повернулась, и темный гнев сменился открытой озабоченностью, когда она резко подбежала к Дженни и опустилась на колени, чтобы положить руку ей на плечо. — Эй, — мягко сказала она.       Все это время толпа на вечеринке стояла вокруг них и молчала. — Ты в порядке? — спросила Лиса, оглядывая Дженни. Дженни кивнула и начала двигаться, чтобы встать, Лиса протянула руку, чтобы помочь ей. Но когда она надавила на ногу, на которую приземлилась, резкая боль пронзила ее, как молния, и Дженни закричала, когда нога под ней подкосилась. Было больно. Лиса поймала ее прежде, чем она успела снова упасть на пол, медленно опустила ее, и толпа вокруг них зароптала. — Она в порядке? — Черт, он ей что-то сломал? — Похоже, у нее кровотечение. — Мы должны что-то сделать? — У Чонина будет столько неприятностей. — Ким, блять, пострадала, ее мамаша ему задницу надерёт. — Эй, — Дженни ободряюще сжала руку Лисы, голая кожа под ее рукой пылала жаром. — Со мной все в порядке. Просто повредила ногу, — она поморщилась, пытаясь пошевелить ею, и посмотрела вниз на повреждения.       Из ноги торчал осколок стекла от разбитой фоторамки, не очень длинный и не опасный, но ужасно болезненный. Она снова попыталась пошевелить ногой и втянула воздух, так как глаза ее слезились. Рука Лисы опустилась вниз, чтобы осторожно взять и повернуть ее ногу, чтобы внимательно рассмотреть осколок, и девушка издала шипение сочувствия.       Осторожно Лиса взяла осколок и быстрым рывком вытащила его. Дженни сдержала крик боли, ее сердце заколотилось громче, когда Лиса опустила ее ногу обратно вниз, на рваной дырке джинсов Дженни начало образовываться небольшое темное пятно. — Давай, — она похлопала Дженни по колену и попросила ее обхватить Лису за плечо. Лиса начала вставать, позволяя Дженни опираться на себя. — Мы должны отвезти тебя домой, — сказала она, как только Дженни смогла встать, переставив вес на свою здоровую ногу и позволив Лисе помочь ей. — Ей нужно в больницу, вандал, — сказал кто-то в толпе ядовито.       Лиса сделала небольшую паузу, и Дженни почувствовала, как она вздрогнула от этого прозвища, но потом расслабилась, кивнув головой. — Хорошо. Ты хочешь пойти в больницу? — спросила она Дженни.       Сердце все еще колотилось, Дженни только поморщилась и ответила: — Давай просто выйдем на улицу, пожалуйста.       Лиса кивнула и начала медленно идти вперед, подстраивая темп под слабую хромоту Дженни. Чонин все еще стоял на месте, на его лице было удивление и замешательство, но он позволил им пройти. Толпа расступилась, чтобы пропустить их, и роптала между собой. Дженни старалась не обращать на это внимания, прислонившись к теплу Лисы, пока они шли к входной двери.       С некоторыми неловкими движениями Лисе удалось открыть дверь, и она вывела Дженни, осторожно опустив ее на ступеньки крыльца. — Я принесу нашу обувь, — сказала Лиса, отпустив руку Дженни, когда та уселась, и еще раз ободряюще похлопала ее по колену. Она вернулась в дом, пока Дженни сидела на крыльце и пыталась успокоить свои нервы и колотящееся сердце, вдыхая прохладный ночной воздух.       Подошла пара мальчиков, судя по запаху, они курили на улице, и недоуменно посмотрели на Дженни, сидящую там в одиночестве. — Ты в порядке? — спросил один из них. Дженни кивнула. — Повредила ногу. — Черт, — мальчик присвистнул, а другой издал небольшой звук сочувствия. — Надеюсь, ты поправишься.       Они поднялись по ступенькам крыльца мимо нее и, задев Лису плечами, прошли через дверь, смеясь вслед. Она посмотрела на них, прежде чем захлопнуть за собой дверь, опустилась на ступеньку рядом с Дженни и протянула ее кроссовки. Дженни молча взяла их и надела, снова поморщившись, когда подняла травмированную ногу, чтобы дотянуться. — Как ты доберёшься домой? — спросила Лиса. Она сидела рядом с Дженни, поставив ноги на следующую ступеньку, подтянув колени к груди и безвольно положив на них руки, потирая костяшки пальцев, в местах, где перчатки начали стираться. Дженни секунду наблюдала за этим движением, прежде чем поняла, что Лиса задала ей вопрос, и отвела взгляд. — Я приехала, — она жестом указала на дорогу, где была припаркована ее машина.       Лиса нахмурилась. — Ты можешь вести машину с такой ногой? — Она посмотрела на Дженни, наконец-то встретившись с ней глазами, и Дженни вскрикнула. — О, Лиса, твое лицо!       Лиса, озадаченная, подняла руку и потрогала липкую засыхающую кровь на своем лице от бровей до подбородка, нахмурившись. — Это хуже, чем кажется. Просто идет кровь. — У тебя вообще не должно быть крови, — сказала Дженни с укором, адреналин начал выходить, и все остальные эмоции начали бурлить. Она сдерживалась, чтобы не протянуть руку и не стереть кровь со щеки Лисы. — То, что он сказал, было мерзко, но это не причина для... — Ух ты, как же круто мы поиграли, Лиса!       В темноте раздался голос Бэмбэма, как раз перед тем, как силуэты его и Лукаса появились из-за задней части дома. Они подошли, с рюкзаками на спине, Бэмбэм дико ухмылялся, а Лукас выглядел уставшим.       Улыбка Бэмбэма ослабла лишь на секунду, когда он увидел Дженни, а затем снова засветилась. — Ну, привет, принцесса, ты все еще... святое дерьмо, Лиса, что с тобой? — Я думаю, у этого ублюдка было кольцо, — отчиталась Лиса, потирая кожу возле рассеченной брови. Бэмбэм наклонился, чтобы прищуриться на повреждения, затем встал и поправил свой рюкзак. — Выглядит не очень, — он кивнул. — Итак, мы, наверное, должны ехать?       Возникла пауза, а затем Лиса кивнула головой в сторону Дженни. — Вы, ребята, езжайте домой, а я подвезу Джен. — Что? — одновременно сказали три подростка. Лиса встала, выпрямив спину. — Ты не можешь так вести машину, — она дернула головой в сторону ноги Дженни. На выражение лица, которое она получила в ответ, Лиса слегка вздохнула и протянула руку, чтобы помочь Дженни подняться.       Дженни нерешительно взяла ее и позволила Лисе потянуть ее вверх, мгновенно задыхаясь, когда она надавила на ногу и резкая боль сдавила ее.       Лиса поймала ее и помогла, выглядя при этом не удивленной. — Видишь? — сказала она, ее голос был немного самодовольным, подстраивая себя так, чтобы лучше выдерживать вес Дженни. — Сомневаюсь, что ты сможешь справиться с педалями.       Дженни хотела возразить, но знала, что не сможет: это была ее ведущая нога. Боль во время вождения могла перерасти в опасный инцидент.       Лиса кивнула на молчание Дженни и посмотрела на двух мальчиков. — Вы, ребята, отправляйтесь домой и скажите папе, хорошо? Но не... — Не упоминать, что ты подралась, — закончил Бэмбэм язвительным тоном. — Мы знаем, Лиса, — добавил Лукас. — Хорошо, — Лиса подвинулась под Дженни, засунув руку в задний карман.       Она вытащила звенящее кольцо с ключами и бросила его Бэмбэму. — Никаких скоростных поездок. Увидимся позже, ребята.       Бэмбэм фыркнул, но подбросил ключи, кивнул и повернулся, чтобы уйти. Лукас посмотрел на Лису, а затем перевел взгляд на Дженни. Он задержал на ней взгляд на минуту, перевел его на Лису, а затем снова на Дженни. Он слабо улыбнулся. — Спасибо, что пригласила нас, — сказал он и повернулся, чтобы последовать за другим мальчиком. Дженни и Лиса смотрели, как они уходят к месту, где припарковались. Когда они исчезли из виду, Дженни успела бросить взгляд на Лису. — Это, конечно, была интересная ночь, — она попыталась рассмеяться, но вышло неловко. Ее сердце все еще колотилось от всего этого. Это был первый раз, когда она видела драку вблизи.       Вечеринка, похоже, не сильно пострадала, поскольку изнутри раздались громкие радостные возгласы, а затем басы новой песни. Лиса фыркнула и начала спускаться к дороге, позволив Дженни задавать темп, пока они медленно двигались по лужайке. — Давай, пельмешка, — сказала Лиса, несмотря ни на что, звуча весело, — отвезем тебя домой.