Глава 10.
11 июня 2023 г., 18:00
Воскресенье для Дженни прошло одновременно мучительно медленно и слишком быстро. Большую часть воскресенья она провела в постели по настоянию родителей, которые приносили ей еду и книги перед уходом, а она бездельничала, доделывая домашнее задание.
Папка с рабочими тетрадями и пробными тестами по французскому языку Лисы лежала на краю кровати вместе с другими, отвлекая ее от работы над эссе по истории, так как она постоянно смотрела на нее. Она пожевала губу, размышляя о том, как завтра встретиться с Лисой для занятий.
Вся эта суматоха из-за всего, что произошло прошлой ночью, все еще казалась нереальной, что Лиса не только защитила ее, но и позволила Дженни подлатать ее после этого. Назвала ее Джен. Сказала, что они друзья.
Как бы она ни начала тепло относиться к Лисе, она не ожидала, что Лиса ответит ей взаимностью, особенно так быстро и в такой степени. Лиса из кожи вон лезла, чтобы помочь Дженни, а Дженни в свою очередь помогала ей. Даже просто думая об этом сейчас, она ощущала нервный, теплый гул в груди, когда вспоминала, как другая девушка стояла так близко, спокойно позволяя Дженни помочь ей.
Тот момент в ванной, прямо перед тем, как ее мать прервала их... это было такое ошеломляющее, такое незнакомое чувство, и все же...
Она тряхнула головой, чтобы прогнать мысли.
Она не должна была подружиться с Лисой, она должна была быть... ну, Элла упомянула, что у Лисы не было друзей-девочек, так что технически это уже улучшение. Она не делала ничего плохого и отказывалась нервничать по этому поводу.
Она снова покачала головой и попыталась сосредоточиться на домашней работе.
***
— Ходят слухи, — сказал Сынхён в понедельник, когда Дженни вошла в класс, даже не закончив свой вопрос про обед. Она моргнула ему в ответ. С легкой усмешкой Сынхён откинулся на спинку стула, переминая карандаш между пальцами. — Ты ударила кого-то на вечеринке в эти выходные? — Разве я... — Дженни поставила свою сумку с обедом на стол и посмотрела на учителя. — Боже, нет! Я только толкнула его. Сынхён чуть не подавился от смеха и начал бить себя кулаком в грудь, пока его дыхание не восстановилось. Он моргнул и посмотрел на Дженни. — Что ты сделала? — спросил он, от неверия его голос стал выше. — Я предотвратила драку, — прохладно сказала Дженни, распаковывая свой набор для ланча с абсолютным безразличием. — Ну, в любом случае, предотвратила ее эскалацию. И да, — она постучала контейнером о стол, чтобы стряхнуть с крышки рассыпавшийся рис, прежде чем открыть его, —мне пришлось подтолкнуть кое-кого, чтобы добиться этого. — Ты... — у Сынхёна отвисла челюсть, и он почти комично покачал головой, чтобы прояснить ситуацию. — Позволь мне уточнить. Ты пошла на вечеринку и подралась? Ты. Дженни Ким. — Предотвратила драку, — поправила Дженни, прежде чем начать есть. — И да. Я это сделала. Это было ужасно. Сынхён хихикнул, недоверчиво приподняв бровь. — С каких пор ты ходишь на вечеринки? Последние три дня рождения я был единственным человеком, с которым ты общалась. Дженни медленно жевала, она начала краснеть. — Да, но я решила попробовать. Сынхён не выглядел убежденным. — Дженни... — Ладно, — вздохнула она, чувствуя, что он не отстанет от нее, пока не выяснит. Она попыталась придумать, как сказать, чтобы не выдать слишком много подробностей. — Я пошла с подругой. Сынхён оживился, наклонившись вперед еще больше. — Ты? С кем? Дженни внутренне проклинала Сынхёна за его ненасытную любознательность. — Просто здешняя девушка, ты ее не знаешь, — кроме сплетен и слухов, подумала она. Сынхён с интересом хмыкнул, разглядывая ее, а затем сел поудобнее и достал сэндвич из своего пакета. — Правда? Как ее зовут? — спросил он небрежно, вытаскивая из-под хлеба грустный клочок салата и отбрасывая его. Дженни сомневалась, стоит ли ей говорить Сынхёну, что она теперь дружит с Лисой, так скоро после их последнего разговора о том, что она сделала с ее волосами. Она решила сделать вид, что откусила слишком большой кусок, чтобы ответить, и пожала плечами. Сынхён выглядел задумчивым, его собственное жевание замедлилось на секунду, прежде чем он проглотил. — Джен, — осторожно начал он, — это друг, как мы дружим, или это «друг», как тогда, когда тебе было 13? Теперь настала очередь Дженни поперхнуться, она начала кашлять, чтобы прочистить горло от пищи, которая грозила попасть не туда. Она энергично покачала головой, пытаясь прийти в себя. — Это не... — кашляла она, — это было не... это было просто... — она снова закашлялась, пока ей не удалось успокоиться. Сынхён молчал и ел, ожидая, пока Дженни сообразит, что ответить. — Нет, — твердо сказала она, как только перевела дыхание, — просто подруга. В ответ на это Сынхён сухо усмехнулся и сделал глоток кофе. — Ну, раз ты так говоришь… — Я серьезно, Сынхён, — настаивала Дженни, тяжело выдыхая через нос. — Дженни, — Сынхён откинулся назад в раздражающей манере, которую он любил использовать, когда разыгрывал карту «я старше и знаю лучше», и Дженни нахмурилась. — Я знаю тебя с тех пор как ты еще ходила в подгузниках, я могу сказать, когда ты что-то скрываешь. — Я не ходила в подгузниках, когда мне было шесть. Он махнул рукой. — Гипербола. Я знаю тебя очень давно. — Ты можешь просто сказать с шести лет, нет необходимости... — Дело в том, — продолжил Сынхён с решительным видом, — что я знаю, что ты что-то скрываешь, и хочу подчеркнуть, что тебе не нужно ничего от меня скрывать, — его выражение лица и голос стали мягкими, когда он посмотрел на Дженни. Дженни пожевала внутреннюю сторону щеки и снова покачала головой. — Спасибо, правда, но серьезно. Она просто друг. — О котором ты не хочешь мне рассказывать. Дженни улыбнулась, слегка озорно. — Позволь мне сохранить это в секрете, старик. — Эй, я не старый, — Сынхён насмешливо хмыкнул, а Дженни широко улыбнулась, издав легкий смешок. — Гипербола. Прозвенел звонок на урок, и они оба быстро съели все, что могли, пока класс наполнялся учениками, а затем упаковали свои обеды и приготовились к занятиям. Дженни достала учебник, открыла его на странице с закладкой и внимательно просмотрела список своих дел. Ей предстоял ремонт осей колес, и она надеялась, что сможет подлатать их, а не заменять. Занятия проходили шумно и спокойно. Дженни сидела у машины, тщательно и методично зачищая мелкие пятна ржавчины, когда за ее спиной раздались шумные шаги, и она остановилась. — Вот топливопровод и клапаны, которые тебе были нужны, Ким. Дженни разглядела беспорядочные голубые волосы сестры Лисы, держащей старый шоппер, наполненный чем-то тяжелым, как будто в сумке было живое животное, а не металл и пластик. Девушка наклонилась, быстро оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что никто не подслушивает. — Ты должна была найти ей парня, а не избивать, — прошипела Элла. — Я не могу контролировать все, что люди делают и говорят, — протестовала Дженни, держа подбородок высоко поднятым. — И я не могу контролировать ее действия. Ты «наняла», — она сделала саркастический акцент на этом слове, — меня, чтобы я пыталась сделать ее готовой к отношениям, а не чтобы я нянчилась с ней. — Ох, да что ты, блять, говоришь, — ругалась Элла раздраженным голосом, когда она бросила сумку к ногам Дженни. — Ты думаешь, что уже привыкла к ней, конечно, она начнет творить херню, если ты пригласишь ее на вечеринку пинкси. Я думала, ты умная. Дженни проигнорировала брошенную сумку, все еще твердо отвечая на взгляд Эллы. Девушка сморщила нос и усмехнулась. — Да, возможно, ты не такая умная, как думаешь. Это была твоя вина. Никакой больше помощи в работе над рамой, пока я не увижу, что Лиса действительно меняется, — она произнесла эти слова сквозь стиснутые зубы, оглянувшись на учителей, чтобы убедиться, что они не подслушивают. — Изменения. Новая одежда. Нормальная стрижка, уроки танцев, что угодно. — Я не собираюсь... — Дженни начала протестовать, но Элла уже развернулась на каблуках и ушла в свою часть класса, драматично усевшись за свой верстак. Дженни ворчала про себя, пока доставала все детали. — Дженни, — шепот Сынхёна насторожил уши Дженни, и она посмотрела на него, стоявшего позади пары учеников. Он указал на Эллу в другом конце комнаты и пробормотал: — это она? Дженни даже не пришлось качать головой, ее выражения лица было более чем достаточно, чтобы сказать «нет», и Сынхён притворно закашлялся, чтобы скрыть свой смех.***
Занятия в понедельник прошли почти нормально. Лиса спрашивала Дженни, как ее нога, а Дженни смотрела, как заживает рассеченная бровь и ушибленный подбородок Лисы. Они не говорили ни о драке, ни о сплетнях, которые появились после нее. Потом они сосредоточились на рабочих листах и пробных тестах и больше ни о чем не говорили, пока Дженни не пришло время уходить, и Лиса выглядела так, будто собиралась помахать ей рукой на прощание, но вместо этого она почесала затылок, сказала «еще увидимся» и практически убежала, оставив Дженни в недоумении и веселье. Именно во вторник Лиса по-настоящему удивила ее: она ждала ее у шкафчика, когда она выходила из класса в конце дня, накинув на голову капюшон и засунув руки в карманы, игнорируя взгляды и бормотание по поводу ее присутствия у классов программы прогресса. — Что-то случилось? — спросила Дженни, собирая домашнее задание и вещи. — У тебя есть немного времени? — Лиса избегала смотреть в глаза, сгорбив плечи. — Мне нужно дать ноге отдохнуть, — Дженни не могла сдержать разочарования в голосе, а Лиса выглядела сожалеющей и виноватой одновременно. Она должна была сейчас заниматься бегом, но она все еще чувствовала небольшие острые уколы боли просто при ходьбе: бег, конечно, должен был подождать до полного заживления. — Так что да. — Хочешь... — глаза Лисы метались вокруг, когда она начала смотреть на пол, прежде чем она подняла голову, ее серые зрачки сияли невероятно ярко, несмотря на то, что остальная часть ее лица была в тени от капюшона. Это было удивительно уязвимое выражение. — Я хочу тебе кое-что показать. — Что? — Дженни изо всех сил старалась вести себя непринужденно, застегивая рюкзак. Лиса дернула головой. — Немного проедемся, папа сегодня разрешил мне взять грузовик. Ты не против? Дженни посмотрела на Лису, которая стояла все еще сгорбившись, выражение лица нерешительное и уязвимое. Она ждала, когда та скажет «да». Что-то в сердце Дженни дрогнуло и сжалось при мысли о том, что Лиса нервничает рядом с ней. Это было опасное чувство, возбуждение от осознания того, что она заставляет Лису нервничать. Потому что она знала, что, скорее всего, сделает ряд очень глупых вещей, если Лиса попросит ее сделать их, глядя на нее вот так. Она подтянула рюкзак, ухватившись руками за лямки, и кивнула, не обращая внимания на то, что начала задыхаться. — Позволь мне предупредить тренера.***
В грузовике Лисы пахло примерно так же хорошо, как и выглядело. Застоявшийся сигаретный и сигарный дым смешивался с бензиновыми испарениями и непреодолимым запахом трех сосновых освежителей воздуха, висевших на приборной панели. Лиса помогла ей забраться на пассажирское сидение, а затем пошла к водительскому, лениво похлопывая по металлу капота. Она запрыгнула внутрь, завела двигатель грузовика с шатким, грохочущим рыком и повернулась, чтобы ухмыльнуться Дженни. — Шикарно, да? — О, невероятно, — усмехнулась Дженни в ответ. — Моя зависть не знает границ. — Чертовски верно, — Лиса хихикнула, переключая передачу, и грузовик рванул вперед. Из радиоприемника зазвучала музыка в стиле кантри, и Лиса быстро нажала, чтобы выключить его, — Извини, папа слушает это, — она извиняюще улыбнулась Дженни, когда она засмеялась. Лиса вела грузовик, немного отъехав от района Лейнс, пока они не достигли внешнего края, где промышленные центры уступали место полям и холмам. Свернув на боковую улицу, которая была не более чем грунтовой дорожкой, Лиса завела грузовик на импровизированную стоянку. Дженни недоуменно огляделась вокруг. Здесь не было ничего особенного, только сухой кустарник, камни и холм, на вершину которого нужно было подняться. Она нахмурилась. — Лиса, ты скажешь мне, что мы делаем? — Пока нет! — Лиса вытянула руки, голос звучал напряженно. Она отпустила руль и ухмыльнулась Дженни. — Но ты увидишь. — Ну, это точно не похоже на то, что меня собираются убить, — пробормотала Дженни, когда Лиса выпрыгнула из кабины грузовика и подошла к пассажирской стороне, чтобы протянуть руку и помочь ей спуститься. Дженни неуверенно шагнула вниз с высокой кабины, но оступилась, и когда она опустила другую ногу, чтобы устоять, боль мгновенно подкосила ее. Она полностью потеряла опору и упала вперед, но не ударилась о землю. С криком «Воу!» Лиса поймала ее, пошатнувшись назад, но сумев удержать их обеих на ногах. Они стояли, застыв на секунду, пока мозг Дженни соображал, куда упало ее тело. Теплый, твердый каркас, удерживающий ее, странное сочетание запаха цветочного шампуня и дыма в ее волосах. Дженни слегка отстранилась, насколько могла, все еще крепко держась в руках Лисы, обхвативших ее за талию, ее собственные руки скользнули на плечи девушки. Она чувствовала, как тело другой девушки прижимается к ее собственному. — Ты в порядке? — спросила Лиса, голос слегка сорвался. — Да, — прошептала Дженни. Она не знала, почему она шепчет. Они смотрели друг на друга еще секунду, глаза Дженни рассматривали Лису, не задумываясь об этом, переходя на заживающий рубец на брови Лисы, вниз к металлическому кольцу в ее носу. Лиса облизнула губы, и Дженни инстинктивно посмотрела вниз, неосознанно прикусив свои. — Прости, — Лиса внезапно отпустила ее, одновременно отступая назад. Дженни споткнулась от быстрого исчезновения опоры, но устояла. Лиса провела рукой по выбритой части своих волос. Она кашлянула и повернулась, чтобы начать подниматься по маленькой истертой тропинке на склоне холма. — Давай, сюда. Дженни последовала за ней, положив руку на сердце, чтобы попытаться успокоить его. Оно все еще быстро билось в груди. Подъем на холм был немного медленным из-за ноги Дженни, но Лиса терпеливо помогала ей подниматься, поддерживая ее на немного крутых участках. — Это, — сказала Лиса после минутной прогулки, — место, куда мы приходим потусоваться, когда нам скучно. Она с гордостью указала жестом на обветшалый рекламный щит на склоне холма, обращенный в сторону. Деревянная задняя часть конструкции без плакатов была покрыта граффити, а оглядевшись вокруг, Дженни заметила старые выброшенные банки, бутылки, баллончики с краской и почти ковер из окурков. Она рассмеялась. Конечно, это было именно то место, куда ее привела бы Лиса. Лиса, похоже, восприняла смех как хороший знак и потянула Дженни за руку. — Давай, я помогу тебе подняться. Она осторожно взялась за одну сторону лестницы и помогла Дженни забраться на другую, не слишком нагружая ее травмированную ногу. Когда они добрались до верха, Дженни удалось подтянуться и вскарабкаться на небольшой выступ у основания рекламного щита, а Лиса перемахнула через переднюю часть лестницы и запрыгнула наверх. Карниз был достаточно широким, один угол занимали несколько ящиков из-под молока (и еще больше выброшенных бутылок и окурков), а также старая банка из-под кофе, явно используемая в качестве пепельницы. Гигантская синяя реклама «Got Milk?» позади них сильно выцвела на солнце и обтрепалась по краям, но было ясно, что этот рекламный щит почти никто не трогал, кроме тех, кто на нем тусовался. Дженни села, скрестив ноги и глядя на улицу. Вид был невероятный. С холма открывалась удивительная перспектива, и Дженни могла видеть почти весь город. Дым от промышленной зоны на юге, лениво уплывающий в небо, низкие здания, превращающиеся в небольшие многоквартирные дома, старый железнодорожный мост вдалеке, а если прищуриться, то можно было увидеть лес рядом со школой. И где-то там, далеко-далеко за ним, выцветший далекий голубой холм, на котором лежал город. — Это великолепно, — сказала она, когда легкий ветерок потрепал ее хвост. — Да, — сказала Лиса позади нее, после чего раздался щелчок. Дженни обернулась и увидела, что другая девушка стоит на одном из ящиков и прикуривает сигарету. Она прислонилась к выцветшей рекламе и извиняюще улыбнулась. — Я постараюсь, чтобы дым не летел в твою сторону. Но здесь красиво, правда? Дженни кивнула и оглянулась на открывающийся вид. — Ты часто сюда приходишь? — Да, здесь тихо. Обычно, — Лиса хихикнула. — Вун и Элл любят практиковаться в граффити на заднем дворе, у Бэмбэма и Лукаса есть целый набор игр, в которые они играют здесь. Я люблю приходить сюда, чтобы подумать, очень часто. Дженни оглянулась на рекламный щит, как будто она могла видеть сквозь дерево другую сторону. — Я не знала, что Элла занимается граффити. — Да, она очень любит искусство. Хочет пойти в художественную школу, но мы пытаемся убедить ее сначала получить диплом инженера или что-то в этом роде. Дженни издала небольшое «хм» в знак признания, и на них снова опустилась тишина. Она оглянулась на Лису, которая смотрела на пейзаж, лениво затягиваясь сигаретой. — Что ты планируешь делать, когда закончишь школу? — спросила Дженни. Раньше они не обсуждали жизнь после школы, но Лиса так хотела ее закончить, что она решила, что у девушки должны быть планы. Лиса сначала не ответила, поработала челюстью, глядя на свои ноги, постукивающие каблуком о ящик с молоком. Она пожала плечами. — Не знаю. Наверное, возьму перерыв на год, пока Элла не закончит школу, а потом буду думать дальше. — Ты не собираешься поступать в колледж? — Возможно, я не говорила, что не буду, — ответила Лиса, пожав плечами. — Просто это не очень важно для меня. Кроме того, если я не пойду, то будет больше денег для Эллы. Дженни нахмурилась. — Лиса, это действительно лучшая идея? Лицо Лисы сжалось от досады, и она нахмурилась на свою сигарету. — Не говори так. — Как? — Как будто ты знаешь лучше, — сказала она, стряхивая пепел в сторону. Дженни наблюдала за ней, Лиса старательно избегала зрительного контакта и сделала еще одну затяжку. Молчание продолжалось еще мгновение, и Дженни беспокоила нижнюю губу зубами, пока не отвернулась, чтобы посмотреть на облака. — Я тоже не хочу идти в университет. Она услышала, как Лиса насмехается позади нее. — Что? Ты? Разве ты не собираешься стать крутым адвокатом, мэром или кем-то в этом роде? Дженни выдохнула смех через нос и покачала головой. — Это то, чего хочет моя мама, — сказала она с тоской. — Но все, что я хочу, это моя машина, та, которую я ремонтирую в автомастерской. — Ту, с которой тебе помогает Элла? — Та самая, — Дженни переместилась с места на место, вытянув ногу, которая грозила затечь. — Я надеюсь закончить ее к концу года. А потом я просто соберу вещи, выберу направление и уеду. Позади нее Лиса слегка удивленно кашлянула. — Что, вот так просто? Дженни плотно сжала рот, делая медленный вдох. Она никогда раньше не озвучивала свой план вслух, даже Сынхёну, но рядом с Лисой чувствовала себя достаточно комфортно. Она щелкнула языком по зубам, прежде чем заговорить. — Я никогда здесь не приживалась. Уверена, ты заметила, но я немного не вписываюсь. Конечно, это не доставляет много хлопот, но все равно это... расстраивает. Все в школе видят во мне только мое имя, мои деньги. Учителей волнует только то, что я еще одна азиатка, которой нужно поднять результаты тестов. Мальчикам важно, что я красивая. Каждый раз, когда я пыталась завести друзей, всегда оказывалось, что им нужно что-то, что я могу им дать, вместо того, чтобы подружиться со мной ради меня, — она задрала ногу и скрестила руки на колене, положив туда подбородок. — Мои родители добрые, — продолжала она, — и я люблю их, но они... — она ковыряла незаметные ворсинки на рукавах. — Они всегда работают, слишком заняты, чтобы понять меня, и их ожидания не совпадают с тем, какая я есть. Я всю жизнь делала то, что они хотят, чтобы сделать их счастливыми, и я хочу просто попробовать шанс быть... делать то, что я хочу. Лиса молчала, а Дженни не возражала. Вид отсюда был прекрасным, безмятежным, вдали от городского шума, она наблюдала, как краски позднего вечера освещают небо. Честно говоря, было очень спокойно. И тут тишина прервалась. — Ты ведь знаешь, какое это чертово клише? Дженни повернулась и посмотрела на Лису, которая ответила ей дразнящей улыбкой. — Мамочка и папочка были рядом недостаточно, так что ты просто собираешься сбежать в закат? Что, надеешься, что тебе пару раз разобьют сердце, чтобы ты смогла оценить, как вместо объятий получила бриллианты? Тон ее голоса был более ласковым, чем слова, и Дженни поняла, что она больше смеется над клише, чем над своей шуткой. Она засмеялась, очень легко, немного смущаясь, когда повернулась назад, чтобы окинуть взглядом пейзаж. — Наверное. По крайней мере, я почувствую что-то новое. За ее спиной послышался топот и грохот, когда Лиса спрыгнула с ящика с молоком и, перебирая ногами, уселась с Дженни у перил. Она откинулась на руки, глядя на город. — Знаешь, — ее голос был нехарактерно тихим, когда она смотрела вперед, — я не вижу в тебе ничего такого. То есть, видела, — быстро поправила она себя, когда Дженни вскинула бровь, — но не что-то такое, просто думала о тебе как о любой другой пинкси, ну, ты понимаешь, что я имею в виду, — Она почесала большим пальцем нижнюю губу, нервозность ясно читалась в ее выражении. — Но теперь нет, я вижу, что ты... ты. Ты Джен, — она опустила руку обратно на скрещенные руки и пожала плечами, посмотрев на Дженни, а затем на пейзаж. Лицо Дженни потеплело, и она спрятала его за руками, чтобы Лиса не увидела румянца. — Я тебя понимаю, — продолжила Лиса, — единственное, что эта школа, похоже, знает обо мне, это то, что я пугающая. — Хм. Жаль, на самом деле, ты не такая уж и пугающая, — Дженни улыбнулась, опустив голову на руку. Лиса преувеличенно хмуро посмотрела на Дженни, изображая обиду. — Я не говорила, что я не пугающая! Я все еще жесткая! — О да, я извиняюсь. Ты просто ужасающая, — Дженни ухмыльнулась, а Лиса ущипнула ее за лицо, сморщила нос, усмехаясь в сторону Дженни, и дразняще подтолкнула ее. Дженни хихикнула и толкнула ее в ответ, заставив Лису тоже рассмеяться. Она выпрямилась и посмотрела на Дженни, на хвост, который та все еще носила, слегка вздохнула и покачала головой. — Спасибо, что... рискнула со мной, даже после того дерьма, которое я натворила. Я не знаю, почему ты была такой упрямой. — Ну, тогда не за что, за мое упрямство, — Дженни ухмыльнулась, и они обе рассмеялись. Лиса возилась со своими перчатками, пока ее не отвлекла стая птиц, пролетавших мимо. Она повернулась посмотреть на них, откинувшись на руки с расслабленной улыбкой на лице. Дженни тоже потянулась назад и почувствовала легкий толчок, пронзивший ее руку. Она посмотрела вниз и увидела, что большой палец Лисы слегка касался ее собственного, почти рассеянно. Она моргнула, а затем подняла глаза к лицу Лисы, где та все еще наблюдала за стаей птиц, кружащейся и летающей по воздуху. Мягкий розовый свет заходящего солнца заставлял волосы Лисы почти светиться, улавливая блики цвета. Ее веснушки выделялись на фоне бледной кожи, а на уголке челюсти Дженни заметила небольшой шрам. Она почувствовала внезапное желание дотронуться до него. Лиса перевела взгляд в сторону и заметила, что Дженни смотрит на нее. Она повернула голову и улыбнулась своей непринужденной, легкой улыбкой. — Что? — спросила она. И Дженни хотела сказать ей. Хотела сказать, почему она сначала держалась в стороне и как она рада всему происходящему, хотела сказать, что Элла придумала эту идею, что все началось как эгоистичный план, что она не хотела этого делать. Что она больше так не считает. Что Лисе не нужно меняться, потому что она идеальна такой, какая есть, и будь проклят любой, кто не воспользовался шансом узнать ее получше, чтобы увидеть это. Но ее сердце сжималось при мысли о том, что Лиса может почувствовать себя преданной, если она когда-нибудь признается в этом. Что Лиса может подумать, что все, что у них было, что только началось, было ненастоящим из-за этого. Поэтому вместо этого она сказала: — Спасибо, что привела меня сюда.
Примечания:
сорри, если есть ошибки, если что, велком в публичную бету!
и была бы конечно рада вашим отзывам, а то что-то суховато идем…
