Смирение/Усмирение

Некоторое время спустя…

Темно-каштановые волосы колыхались на ветру, когда он, присев на капот стоявшей на полупустой парковке машины, открыл новую пачку сигарет и перевернув одну фитилем вниз, положил обратно. Карие глаза изучали асфальт перед собой, а между пальцами вертелась зажигалка. Он о чем-то думал, причем был настолько погружен в себя, что не сразу подметил вышедшую из дома фигуру мужчины. Но стоило ему только замаячить на периферии, как внимательные глаза уже перестали буравить пустоту и перенесли свою заинтересованность на шедшего человека. — Я признателен тебе, — сказал Ваймак, — что ты вытер мне капот, но будь любезен, слезь. — Всегда пожалуйста, тренер, — ответил тот, сползая и убирая сигареты вместе с зажигалкой в карман, — куда теперь? — Едем на стадион, — последовал ответ, когда они оба сели в кабину, — как раз осмотришься, а мне надо заполнить кое-какие документы. — Супер, — сквозь спокойствие в глазах блеснуло предвкушение. — Если что, Нил, — Ваймак щелкнул ключом зажигания, — номер мой у тебя есть. — Ага, — кивнул тот, — конечно, тренер. Был первый день лета, десятого числа должны были начаться тренировки, и собственно, вся команда к тому времени планировала вернуться в общежитие. Сейчас же Нилу могла выпасть возможность познакомиться лишь с некоторыми, да и то, по словам тренера, эта компания была не лучшим вариантом для первой встречи с «Лисами». Но Нил знал, он специально так приехал. Он готовил сюрприз. Для одного его старого друга, что никак не будет ожидать его появления тут. Особенно в таком виде и с таким именем. От предвкушения по горлу пробирался вверх смешок, а губ касалась едва заметная кривая улыбка. «Какова вероятность, что он унесет ноги раньше, чем остальные поймут в чем дело?» — эта мысль его веселила еще больше. И пока за окном мелькали деревья и дома, а он расслабленно сидел на переднем сидении, положив руки по бокам, в голове его рисовались образы напуганного до смерти Кевина, убегающего прочь с поля. Машина припарковалась на совершенно пустой стоянке, не считая служебных автомобилей, и Ваймак, выйдя из салона, кинул выпрыгнувшему следом с другой стороны Нилу связку ключей. — Смотри, не побей рекорд Дэя по посещениям, — хмыкнул он, направляясь к дверям, — скамейки в раздевалке предназначены не для сна. — Ничего не обещаю, — развел руками тот, пряча ключи в карман штанов и следуя по пятам. Ваймак, редложив провести экскурсию, был отправлен восвояси после слов: «Я сам». Нил же, разминувшись с ним у раздевалки, скучающе оглядел сначала то, как все обстояло внутри. Заглянул в душевую, где подметил для себя отдельные кабинки. Затем, осмотрев помещение с инвентарем, взял клюшку, что больше всего подходила ему по весу, совсем не заморачиваясь о том, чья она, и, прихватив мячи, вальяжной походкой двинулся к полю. Но на этом его, казалось бы нерушимому спокойствию, наступил конец. Зайдя за ограждение и бросив вещи на пол, он замер, внимательно изучая каждую деталь, начиная с цветовых тонов и заканчивая воротами. По горлу скользнуло едва заметное нервное сглатывание. Ресницы подрагивали, а волосы на затылке встали дыбом. К груди подступила тошнота, постепенно подбираясь все выше и выше, почти достигая кадыка. Тряхнув руками и несколько раз сжав и разжав пальцы, он облизал губы, снимая с себя напряжение, и, размяв шею с голеностопами, подцепил клюшку ногой, возвращая себе в руки. На замену едва проскользнувшему страху пришел гнев. Особенно это чувствовалось со стороны, когда мяч ударился о ограждение и рикошетом улетел к воротам, оставив после себя глухое эхо. Прикрыв глаза, Нил впитал этот звук, пытаясь полностью прочувствовать его реальность и чистоту. Затем он сделал шаг вперед и вновь ударил уже следующим мячом. Каждый раз после броска он слушал, как разбегалось эхо по пустому помещению. И так, израсходовав все мячи, он оказался перед воротами почти вплотную. Как только он это осознал, его ноги мгновенно приросли к паркету. Глаза, до сих пор горевшие злостью и азартом, резко потухли, и он, медленно опустившись на корточки, положил клюшку рядом с собой. Вперив карие глаза на ворота, он заметно сильнее стиснул зубы. Сведя колени вместе, он поджал их к животу, кладя на них руки и вытягивая вперед. Длинные рукава футболки чуть приподнялись вверх, оголяя запястья, на которых виднелись светлые полосы шрамов от наручников. — Просыпайся, — голос, будто сквозь туман, звучал в ушах урывками, — ты не все мячи принял. Тело уже совсем его не слышалось, а пальцы не могли держать клюшку. Он еле стоял на ногах, чуть сгорбившись и повесив руки перед собой. По лицу стекали ручьями капли пота, а кровь от открывшейся раны на голове закрывала обзор одному глазу. — Давай! Он моргнул и ударил кулаком рядом с собой, в паре сантиметров от клюшки, еще бы чуть-чуть и был бы вывих кисти или даже перелом. Острая боль от костяшек прошла волной по руке, задевая все не зажившие раны и гематомы. Но ни один мускул на лице Нила не дрогнул. — А-ха, — он опустил голову вперед, а затем, рассмеявшись громче, запрокинул назад. Его плечи еще какое-то время тряслись от смеха, прогоняя остатки ненужных, разъедающих мыслей. Да, он будет сюда ходить, каждый день до начала тренировок, из раза в раз, дабы с концами прогнать эту дурь из своей головы. Ему еще целый сезон играть. Сезон! И с этими воротами придется иметь дело куда чаще, чем хотелось бы. Но если все же получится, то после этого года он умоет руки. Его план идеален, и пока что впереди имелись лишь маленькие помехи, но только в силу неизвестности будущего. Но если он справится… Экси перестанет быть болью. Экси останется только страстью, которой он готов жить. Нил перестал смеяться и, тряхнув головой привычно убрал волосы с глаз, которых там уже не было, так как пряди были короче и не нужно было их собирать в маленький хвост. Выпрямившись и размяв затекшие мышцы от длительного сидения в одном положении, он подобрал клюшку и, корротко осмотрев костяшки на наличие чего-то более страшного, чем кровь и пульсирующая боль, стал собирать мячи. С уборкой Нил успел как раз вовремя. Выходя из-за ограждения, он услышал: — Кто-то пришел сюда по своей воле, кроме тебя, Кевин? Вот это да, — задорный и бодрый голос, принадлежавший Ники, донесся до него почти без эха, значит они были уже у раздевалки. — Тренер здесь, — пренебрежительно хмыкнул Аарон, — скорее всего притащил с собой и новичка. — Если учитывать то, как он играет сейчас, очень разумно с его стороны здесь быть, — послышалось столь до боли привычное высокомерное замечание. Три фигуры появились в проеме и стали более отличимы от теней. Кевин, повернувшись полубоком, что-то говорил себе за спину, поэтому Нила первыми заметили Ники и Аарон. — Оп-а, — воскликнул первый, заметив того в поле своего зрения, — а вот и он. Привет, Нил, да? — Привет, — улыбка скользнула на губах, но никак не сочеталась с холодными глазами. Стоило Нилу сделать шаг вперед, как Кевин наконец повернулся к нему лицом. Гробовое молчание резануло уши подобно острому тесаку. Глаза встретились, и зрительный контакт примагнитил их друг к другу. Сначала Кевин смотрел на него так, будто видел впервые, но постепенно его лицо стало меняться. Калейдоскоп пробежавших эмоций за несколько секунд вызвал у Нила короткий смешок, а затем он сказал: — А тебе, отдельное приветствие, Кевин. Он бросил клюшку и собранные в корзину мячи, но с места не сдвинулся, однако даже от этого движения, Кевин вздрогнул всем телом и хотел было попятиться, но чья-то рука легла ему на спину и толкнула вперед. — А не познакомишь нас поближе? — Эндрю вышел на свет, заслоняя собой. — Вы знакомы? — вскинул брови Ники. — Скажем так, — развел руками Нил, вздыхая и качая головой, — мы давние друзья. Он смотрел на Ники, периферией следя за действиями Эндрю, который медленно приближался к нему. Всех четверых он держал на расстоянии вытянутой руки, дабы соблюсти меры подстраховки для себя и иллюзорное представление безопасности для Кевина, что сейчас смотрел на него так, будто увидел саму смерть. — А чего ты нам не сказал? — проводив взглядом мимо прошедшего Эндрю, Ники перевел взгляд назад, — Кевин? Бледность и испуг все-таки не ускользнули от чужих глаз, но кажется, что только Нил был этим доволен. Остальные же заметно напряглись. Что-то тут было не так. — Видать язык проглотил, — не сводя глаз с Эндрю, что постепенно приближался к запретной зоне, сказал он, даже не думая пятиться. — О, это у него бывает, — согласился Эндрю, двигаясь вполне расслабленно, но в воздухе можно было уловить постепенно нарастающую угрозу, — правда не так часто, как хотелось бы. Нил усмехнулся от того, как Кевин качнулся назад, борясь с желанием унести ноги прочь. Это было не чувство удовлетворения, что ему удалось их заставить ощущать себя некомфортно. Скорее жжение; быть наяву тем страхом, от которого глаза велики. — Что это значит? — хмуро спросил Аарон, которого начинала кажется уже раздражать складывающаяся непонятная ситуация. Но в этот момент Эндрю встал вплотную к Нилу и, с интересом изучая его с головы до ног, резко поднес к его шее из ниоткуда появившийся нож. — Ого, — воскликнул Нил и в его руке тоже оказалось лезвие, которое тут же приставилось к чужому загривку, в паре миллиметров от кожи. Он широко улыбнулся, слегка наклоняя голову в бок и облизывая верхний ряд зубов. — Так что? — похлопав глазами, невозмутимо спросил Эндрю, будто в его руках и вовсе не было никакого оружия, и вообще, они просто пришли поболтать. — Хватит, — подал хриплый голос наконец вернувший себе способность говорить Кевин, а затем переключившись на французский, спросил, — что ты здесь делаешь? — По-английски, — не отрывая взгляда от карих глаз, сказал Нил, — я не полиглот. Это было бы глупо сейчас говорить на другом языке, особенно, когда к горлу приставлено оружие. Складывалась одна из тех ситуаций, когда все зависело от правильных действий и принятых решений, потому, дабы балансировать на нужном уровне, не стоило все пускать на самотек. Кевин сверлил его взглядом, будто пытался вновь узнать. Он помнил эти темно-каштановые волосы, эти карие глаза, в которых раньше была только усталость, а сейчас ее будто бы никогда там и не было. Это был Натаниэль. Внешне это был он, тот самый, что брыкался, когда ему мыли голову. Злился каждый раз, когда не понимал произношения японских слов, и неожиданно внимательно слушал исторические лекции Кевина. — Это правда, — наконец-то выдавил он, — мы давние друзья, просто… — Просто, что? — спросил Аарон, хмурясь. — Просто, — Кевин пытался подобрать слова, чтобы ему поверили, ведь сказать правду он не мог, — его родители погибли, а от него не было вестей очень долго, все думали, что он мертв. — Вот так вот, — подытожил Нил, посмотрев Эндрю в глаза, — можно ходячему трупу еще походить? Они одновременно, буквально отзеркалив друг друга, убрали оружие. Один себе за спину, другой под повязки на руках. — Господи, — простонал Ники, буквально кожей ощущая пропавшее из воздуха напряжение, — а можешь в следующий раз быстрее соображать? Его чуть не пришили. Нил лишь пожал плечами, улыбаясь и смотря как Эндрю делает шаг назад, вновь восстанавливая между ними границу, которая до того была беспардонно нарушена. — Я Ники, — тот сделал шаг вперед, но все же удержался от приветственного рукопожатия, — с Кевином и Эндрю ты уже знаком, а вот за моей спиной Аарон. Неудачное знакомство у нас вышло, благодаря кое-кому. — Ага, — ответил Нил, кивая. — Ники-Ники, — покачал головой Эндрю и театрально вздохнул, отталкивая клюшку в сторону, чтобы не мешала проходу, — ну зачем же так? — Это что, моя клюшка? — вытаращив глаза, спросил Аарон, обратив внимание на вещи на полу. — Упс, — вскинув руки, а-ля не при делах, сказал Нил, — извини, взял первую попавшуюся. — Ты же нападающий, — озадаченно нахмурив брови, сказал Ники. — Предпочитаю немного иной стиль, — пожал тот плечами. — Ты легкую то едва нормально держишь, — выдал Кевин, уже не глядя на Нила. — Ты про то видео? — уточнил он, — так поэтому фигово и держал, мне удобна та, что потяжелее. — Так ты у нас особенный, — пропел Эндрю, стоя к тому спиной, засунув руки в карманы и оглядывая трибуны, — особо одаренный. — Тренер ничего не имеет против, — парировал Нил, пожимая плечами и доставая завибрировавший телефон. Взяв в ту ладонь, на которой были рассечены костяшки, он ответил, — извиняюсь… Слушаю?

— Тогэ рейсинг? Опять? — уставший голос был явно от того, что Стюарт еще не ложился.

— Да ладно тебе, — Нил рассмеялся и двинулся к выходу со стадиона, чтобы уединиться для разговора, и благо никто его не остановил, только Кевин задержал на нем свой взгляд, — машина же в порядке, почти…

— Люси мне все рассказала, — беспощадно выставив карты на стол, заявил Стюарт.

— Ох, блять, — застонал Нил, проходя мимо раздевалки, — я просто веселюсь, голова то у меня на месте. Хотя по ней нещадно бьют время от времени.

— Освоился уже? — переключившись на то, что явно имело для него больше значения, спросил Стюарт.

— Пока все в ажуре, не беспокойся. Как только голос стих и перестал доноситься эхом, Эндрю схватил Кевина за ворот футболки и, грубо притянув к себе, сказал: — А теперь я слушаю, — его улыбки будто и не бывало, он смотрел тому в глаза, ища там все нужные ему ответы. Кевин молчал. В его голове медленно, пазл за пазлом, складывалась картина, которую он так боялся воспроизвести у себя в голове. В мае он узнал о том, что «Вороны» переходят в их округ, а это означало только одно: встреча с Рико была неизбежна. И сейчас появился Натаниэль, тот, что с той самой зимней ночи возымел репутацию ручного пса, что делал все, что ему скажут. Его маскировка, новое имя и появление в этой команде значило только одно, он здесь из-за Кевина. Подсадной… Как он мог не узнать его на том видео? Это же должно было быть так очевидно… Это вообще вышло случайно, что он увидел его. Ваймак отдельно от остальных смотрел Нила, по какой причине — было не ясно. Но фото и личное дело Кевин не видел, а в роли нападающего Натаниэль был совсем другим. Было видно, что до идеала очень далеко, но потенциал присутствовал, и черт бы его побрал, сказать Ваймаку обратить внимание на него получше. Он сам подписал себе этот приговор. — Это правда, — тихо сказал Кевин, — он мой друг. Мы были знакомы, когда мне было тринадцать, в малой лиге, но потом он пропал, говорили, что погиб. — Эндрю, — позвал осторожно Ники, — полегче. Нил вроде не кажется, — но он осекся, вспоминая нож у загривка Эндрю. Аарон прошел к своей ракетке и подобрав ее, забросил себе на плечо. Он оглядел двоюродного брата, затем перевел взгляд на Эндрю и выжидающе спросил: — Так что? — этот вопрос отрезвил всех, возвращая воспоминания о том, зачем они вообще здесь, — он вернется и спросите его. Никуда он без тренера не денется. Эндрю уже отпустил Кевина и, улыбнувшись, поправил тому помявшуюся футболку: — Не усложняй мне работу, — предупредил он и двинулся к трибунам, положив руки в карманы.

***

Все еще приложив к уху телефон и придерживая его плечом, Нил достал сигареты с зажигалкой и, положив одну в рот, сунул пачку обратно в карман. — Не волнуйся, — сказал он, прислоняясь к стене и откидывая голову назад, — даже если они узнают, зачем я тут, ничего страшного не произойдет, — он щелкнул зажигалкой и, сделав глубокий затяг, выпустил дым в небо, — Ваймаку известно все из моего личного дела, а под него можно идеально состряпать байку о том, какой я бедный и несчастный… Спасибо.

— В любой момент обращайся, — кажется Стюарт улыбнулся.

— Всенепременно, — хмыкнул он и, бросив что-то на прощание, положил телефон в карман. Что-ж, первая встреча прошла вполне неплохо, если учитывать тот факт, что Нил мало что знал о поведении близнецов и о их двоюродном брате. Известная ему информация представляла собой сухую сборку фактов, а личные дела он полистал чисто для понимания того, чего ему стоит ожидать. Сближаться, да и тем более дружить, он не планировал, ему надо было продержаться всего сезон, а потом он уйдет, как и полагается. Но пока это время не наступило, предстоял еще вагон проблем и небольшая тележка. Дело было не только в Кевине, с которым было больше всего мороки, и который непосредственно был основным звеном для выполнения плана. Но еще имелся Эндрю, который был рядом буквально постоянно и являлся нехилой угрозой. «Однако, начнем по порядку» — зная, что дело делать надо, Нил оттолкнулся от стены, которую до сих пор подпирал, и, бросив уже вторую почти докуренную до конца сигарету, зашел внутрь. Проходя мимо кабинета тренера, он услышал грохот и, лениво повернув голову туда, прислушался. — Твою мать, — воскликнул Ваймак, — Кевин! «Оп-а!» — чувствуя, как идеально все складывается, Нил приблизился к двери и положил ладонь на ручку. Надо было понять, есть ли там кто-то еще помимо этих двоих. — Я же предупреждал, — голос был подавленный, на грани истерики, — предупреждал ведь, что он явится за мной! — Сядь и объясни, черт тебя дери! — Тренер, — Нил распахнул дверь, громко оповещая о своем появлении, — я все посмотрел… Оп-ля! Кевин, стоявший у кресла, увидев его, дернулся было в сторону, но, задев коленом стол, упал. Ваймак же, подхвативший его под локоть, чтоб поднять, глянул на Нила и сказал: — Погляжу ты уже познакомился с нашей «великолепной» бандой. — Ага, — цокнул тот и, медленно приблизившись к столу, положил ладонь на поверхность, а затем перешел на японский, обращаясь к Кевину, — Сядь. — Нет, — дернув головой, сказал он, убирая руку от Ваймака и удивляясь тому, что тот никак не отреагировал на иностранную речь. А все дело было в том, что в личном деле Нила было прописано, что он как раз последние несколько лет провел в Японии, что собственно было отчасти правдой. Последние пару недель он там был как раз с делом от Итиро и подбивал себе в личное дело новые материалы, как, например, то видео с игрой и прочими факторами, создающими ему несокрушимое алиби. Не без помощи Стюарта, конечно. — Сядь, — сказал Нил громче и, улыбнувшись, посмотрел на Ваймака, — вы ведь позволите? — Валяй, — приглашающе вытянул руку тот. Кевин почти трясся, еще чуть-чуть и его бы накрыло с головой, но Нилу этого не нужно было, его задачей сейчас являлось немного другое. Повеселиться он уже успел, там, на стадионе. — Шарики за ролики заскочили? — перейдя вновь на японский, спросил Нил, наклоняя голову на бок, — или что ты там себе надумал? — Ты, — опустив голову, Кевин сжал руками волосы, — я знаю зачем ты здесь. — Правда? — вскинув брови, удивленно выдал он, — поведай мне, а то кажется даже я не в курсе. — Да тут даже догадываться не надо, — Кевин вскочил на ноги, но Нил толкнул его обратно и, поставив обе руки на кресло, заглянул в испуганные, загнанные глаза. Он знал этот взгляд. У Жана был такой же, когда он приехал к нему в Калифорнию впервые, не предупреждая, словно снег на голову. Они оба видели в нем пса Рико, что в любой момент накинет и на них старую цепь, забирая с собой. Любое неверное движение, шаг вправо, шаг влево — труп. И Кевин боялся больше всего, что этот момент наступил именно сейчас. — Боишься, да? — спросил Нил, опираясь руками на подлокотники кресла и зажимая Кевина, таким образом не давая ему шанса бежать, — думаешь, где же Эндрю, когда он так нужен? — Зачем ты здесь? — он вжался в кресло, пытаясь слиться с ним. — Неожиданно правильный вопрос, — дернув бровью, сказал Нил, — скажем так, я здесь для того, чтобы следить за тобой. — Что? — непонимающе нахмурил брови Кевин. — То, — спокойно ответил тот, — думал я здесь из-за Рико? Если бы это так было, я бы сейчас был у «воронов». Думаешь, я так горю желанием тебя силой вернуть назад? Замолкни, — он наставил на него палец, когда тот открыл было рот, — моя задача небольшая, ты просто вновь должен начать нести прибыль. — Но контракт разорван, — начал было Кевин, но палец сжался в кулак и ударил по подлокотнику, отчего он, вздрогнув, замолк. — Эй, — подал голос Ваймак, — крушить если, то на улицу. — А ты думал, что тебя только контракт связывает? — игнорируя тренера, улыбнулся Нил, — нет, ошибаешься. Ты отличный вклад денег, который из-за непригодности был выброшен. Себя благодари за то, что на тебя вновь обратили внимание. Ну и заодно, твою безумную любовь к экси. И теперь, сопоставь и скажи, от кого я? В кабинете повисла тишина. Нил убрал руки и сделал шаг назад, присаживаясь на угол стола. Достав из кармана зажигалку, он стал ее вертеть в пальцах, выжидая, когда Кевин соизволит подать голос. Но тот сидел, молча и не двигаясь, опустив голову, из-за чего с расстояния вытянутой руки сложно было сказать, какие эмоции он переживает в этот момент. — Ты от него? — наконец-то выдавил он, поднимая глаза на Нила. — Бинго, — хлопнув в ладоши, ответил он, — а теперь ответь мне, что тебя пугает больше: быть денежным мешком находясь у «воронов», или же быть им, но находясь здесь? Нил многозначительно посмотрел на хмурого Ваймака, что, скрестив руки на груди, ни черта не понимал, что там они говорят на японском. — Я, — он опустил глаза, сжимая руками колени, — ни за что… — Тогда, — Нил оттолкнулся от стола и двинулся к двери, — держись Эндрю, лги правду про меня и играй. Выиграем этот сезон и Рико больше не будет помехой, а вот он, если не оправдаешь его ожиданий, считай ты труп. Понял? — Да, — тихо ответил Кевин, склонив голову и осмысляя услышанное, — я понял. — Хорошо бы, — перейдя на английский, сказал Нил, — ну как, тренер? — Что с рукой? — задал он вопрос, беря Кевина за плечо и, тряхнув, чтобы тот пришел в себя, — Эндрю… — О, нет-нет, — мотнул Нил головой, — я случайно промахнулся и съездил клюшкой по руке, ничего серьезного. — Я скоро закончу, — Ваймак проводил взглядом Кевина, что, встав с кресла, качающейся походкой двинулся к выходу, — смотри еще себе что-то «случайно» не порань. — Хорошо-хорошо, — рассмеялся тот, уступая проход, — пойду на улицу, а то тут я уже насмотрелся. — Проваливайте. После этого дверь за ними закрылась. Нил не стал чего-то ждать и, положив руки за голову, двинулся на улицу. Кевин же еще какое-то время стоял, потупив взгляд и буравя пол, пока вдруг не заговорил: — Жан мне рассказал, как ты его вытащил. — М? — обернувшись, Нил удивленно похлопал глазами, а затем неожиданно резко ответил, — от него пользы гораздо меньше, чем от тебя, но он такой же денежный мешок. И вы оба весите на волоске от того, чтобы я вас вернул назад. После этого он вышел, и дверь громко за ним захлопнулась, пробегая эхом по коридору. Кевин смотрел ему в спину до того самого момента. Затем перевел взгляд в противоположную сторону. Возможно Эндрю уже уснул, после того как закинулся таблетками, может еще нет. Ники и Аарон скорее всего уже тренируются. Но почему-то сейчас это было совсем не важно. Вдохнув полной грудью и сжав правую руку в кулак, он медленно двинулся на поле. Надо было проветрить голову, слишком многое осмыслить. Все было очень непонятно, но в то же время предельно ясно. Будто Кевин чего-то не понимал. Чего-то не улавливал. Что-то такое, что было подобно песку, просыпающемуся сквозь сжатые пальцы в кулак. Быть может это было не что-то, а кто-то… — Ты долго, — подал голос Ники, увидев Кевина в проеме. — Уже пришел в себя? — донеслось небрежное заявление с трибун, — быстрее обычного. — За работу, — хмуро ответил Кевин.