Волчьи ягодки

Лидия не то чтобы ожидала фанфар по прибытии, но надеялась хоть на какое-то признание их с Атисом деяний. Но Скьор их даже не выслушал толком, только обругал за самодеятельность. – Какого хера вы двое потратили столько времени на эту чушь?! – рычал он. – У нас дел невпроворот, а вы тут благотворительностью занимаетесь! – Я думала, разогнать культ трупоедов – благое деяние, – процедила Лидия, с трудом удерживаясь от какой-нибудь грубости. – Разве Соратники не должны демонстрировать свою доблесть при каждом удобном случае? Чем то, что мы с Атисом сделали, не подвиг? Скьор прищурился. – Тебя зачем в Предел отправили? – Поймать беглеца. – Во-от. Беглеца те придурки сами поймали, так почему вы оба сразу не вернулись обратно? Атис кашлянул. В отличие от Лидии он выглядел абсолютно спокойным. – Прости, Скьор, но разве Соратники в основном не сами по себе? Кодлак же все время это повторяет. Мы нашли дело по душе и по совести, спасли жреца и его склеп и заработали немного денег на возмещение расходов. Ну да, потеряли время, но я не припомню, чтоб нас им кто-то ограничивал. Или я ошибаюсь? Скьор зыркнул на эльфа здоровым глазом, развернулся на пятках и утопал в недра Йоррваскра. Атис успокаивающе похлопал Лидию по предплечью, а потом тоже удалился. Лидия с трудом подавила рвущийся наружу гнев и взяла себя в руки. Ладно, чего там, что сделано, то сделано, назад не воротишь. Она приказала себе не унывать и занялась насущными делами, впрочем, готовая в любой момент услышать смешки. Но этого не произошло – никто из остальных Соратников и не думал потешаться ни над ней, ни над Атисом. Также Лидия опасалась, что Скьор больше не будет давать им двоим работу, но уже к вечеру того же дня Атис получил очередное назначение, а самой Лидии на следующее утро было предложено разнести несколько разбойничьих черепов где-то на границе Вайтрана с Белым Берегом. В общем, постепенно все почти забылось, и навалились другие заботы. К зиме Лидия успела выполнить почти два десятка контрактов, в одиночку и с другими братьями и сестрами по оружию, подзаработала деньжат, выйдя в прибыль, и почти привыкла к новому жилищу в общей спальне. Почти. Толпа бойцов обоего полу, почти никогда не расходящаяся до конца, все еще ее нервировала. Денег у нее было достаточно, так что она начала всерьез задумываться над тем, чтобы прикупить какое-никакое жилье и съехать. В конце концов многие Соратники, взять ту же Утгерд, имеют дома в городе и деревнях вокруг.

***

– Тебя Скьор зачем-то искал. Лидия подняла голову от «Руководства по оружию» – старой потрепанной книжки, которую она нашла позавчера в пиршественном зале: Фаркас стоял над ней, придерживая свой двуручник на плече. – Чего ему?.. – Не знаю. Он сказал только, что прежде всего должен поговорить с тобой. – Фаркас призадумался, почесывая заросшую черным волосом щеку. – Вообще, у меня тоже есть задание для тебя, если хочешь… А лучше нет, не надо. Не хочу его сердить. Лидия встала со ступенек напротив очага. – Где он? – Вроде во дворе… Фаркас удалился, а Лидия, отряхнув штаны и сунув книгу под мышку, направилась к задним дверям. Скьор и впрямь был во дворе – сидел за столом под навесом и наблюдал за молодняком, возившимся у тренировочных чучел. Он заметил Лидию сразу же, хоть и сидел к дверям левым боком – с этой стороны у него был незрячий глаз. – А, вот и ты, – протянул он. – Быстро на сей раз. Лидия уселась на соседний стул. – Ты хотел меня видеть? – Хотел. Похоже, твое время пришло. Лидия растерялась. – Мое вр… В смысле? Что ты имеешь в виду? – На прошлой неделе к нам приехал ученый, – медленно начал Скьор, не отрывая взгляда от юнцов на мощеной площадке. – Он сказал, что якобы знает, где найти еще один обломок Вутрад. Если ты помнишь, Соратников интересует ее судьба, вернее, судьба ее кусочков. Лидия кивнула. Вутрад была легендарной секирой, которой когда-то владел якобы сам Исграмор, и несколько ее обломков красовались на стене пиршественного зала Йоррваскра, прямо над лестницей на нижний уровень. Было их всего штук пять или около того, и по мнению Лидии они никак не походили на фрагменты чего-то значимого, более всего они смахивали на древний ржавый мусор. Она все еще раздумывала над этим, а Скьор тем временем гнал вперед: – Как по мне, он просто дурак, – бубнил он, – но если он прав, честь Соратников требует начать поиски. – Так дурак или прав? – спросила Лидия. – Не умничай. Тебе представился реальный шанс по-настоящему показать себя, а не каких-то вонючек изводить. – А я-то тут при чем? Скьор закатил здоровый глаз. – Это, само собой, очень простое поручение, но тебе пора пройти Испытание. Прояви себя – и станешь истинным Соратником. – То есть сейчас я не истинный? – Пока еще нет. Если не обделаешься, и все пройдет нормально, получишь оружие из Небесной кузницы. – Тут Лидия некстати вспомнила, что у Утгерд Несломленной так-то уже есть меч работы Йорлунда, правда, она, Лидия, ни разу его не видела. – Если… хм, если тебе не повезет… Что ж, значит, твое время еще не пришло. Хватит рассиживаться, за работу! Лидия медленно поднялась на ноги, все еще не понимая, что от нее требуется, но не успела открыть рот, чтобы уточнить, как Скьор бросил: – Фаркас будет твоим братом по оружию на это время, щенок. Он и ответит на все твои вопросы. И да – постарайся не разочаровать его. И не подставить под удар. Он откинулся на спинку стула и вытянул под стол почему-то босые ноги – а денек-то выдался прохладный. Лидия глянула на его голые ступни, поежилась и ускользнула в Йоррваскр.

***

Фаркас был у себя. Когда Лидия постучалась и вошла, он как раз укладывал свой двуручник на чистую тряпицу, явно готовясь завернуть его, как мать – младенца в пеленку. Ассоциации оказались внезапно болезненными, и Лидия, чтобы отвлечься от них, довольно резко сказала: – Я тебя спросила, чего ему надо, и ты ответил, что не знаешь. Теперь же этот хрен утверждает, что это ты меня введешь в курс дела. Как это понимать? Фаркас неловко потеребил край «пеленки» и слегка подвинул рукоять своего «малыша», чтоб он лежал ровнее. – Ну, понимаешь… Скьор старше, и я обязан его слушаться. А он сказал, что сам с тобой сперва переговорит. Так ты готова? – К чему именно? Добыть кусок Вутрад? – Угу. Лидия перевела дух. – И нынче ты будешь моим братом по оружию? – Так мне сказали. Посмотрим, как ты справишься. – Почему Скьор назвал это моим испытанием? В чем именно оно состоит? Просто не осрамиться, или все-таки добиться результатов? А что, если тот тип ошибся, и обломка нет там, где он думал? Фаркас завернул меч в чехол и обмотал сверху бечевкой. – Я буду следить за тобой, чтобы убедиться, что ты достойный кандидат, – терпеливо проговорил он. – И прикрывать, само собой. Если ты достойна и сильна, я назову тебя сестрой, и ты станешь подлинным Соратником. Как другие старшие. – Круто, – пробурчала Лидия. – Отправляемся прямо сейчас? – Если ты готова. Лидия пожала плечами. За эти месяцы в Йоррваскре она привыкла срываться с места буквально за полчаса. Теперь вдумчивые, длительные, порой с месяц, сборы Банри перед очередным путешествием вспоминались если не с весельем, то с недоумением. А ведь еще не так давно, какую-то пару лет назад, она сама имела обыкновение долго раскачиваться в предвкушении очередной поездки. В этом, наверное, не было ничего дурного, но такой образ жизни подходил старой Лидии, а не нынешней. – Готова. – Она непроизвольно вскинула голову. – Куда отправляемся? – В Древний каирн на западе отсюда. Там еще старое кладбище рядом. К западу от Тихих Лун. Лидия призадумалась. – Это не там, где старая дорога на Лабиринтиан проходит с юга? – Ага, недалеко от нее. – Там же все завалено. Я помню, что попасть можно было только в первый зал, дальше хода нет. Фаркас плюхнулся на стул и уперся ладонями в колени. – Ну, раньше не было, а теперь есть. Кстати, откуда ты знаешь, как там? – Да я бывала внутри в свое время. Мой т… Тан Банри любит эти древние развалины и то и дело пыталась обследовать новые. Мы полезли в каирн – я помню, что чуть не навернулась там на тех ступеньках внутри самого кургана перед входом – но не смогли продвинуться дальше первого зала, коридор оказался заблокирован. Банри была очень разочарована, но поделать мы вдвоем ничего не могли и вернулись в Вайтран. – Ученый, который приезжал, как раз и вел там какие-то эти свои исследования, – сообщил Фаркас, выслушав. – У него были рабочие, которые, наверное, и разобрали завал. – Банри тоже о таком подумывала, но ей хватило просто навести справки, чтобы понять, что задачка ей не по зубам. У нее никогда особо не было лишних денег, а нанимать людей для работ оказалось очень дорого. Этот твой ученый наверняка при деньгах. Кстати, кто он такой? Откуда? Фаркас пожал плечами. – Пришел мудрый человек и рассказал нам о кусочке лезвия. Скьор сказал, что ты будешь его искать, а я буду наблюдать за тобой. Остальное мне не интересно. – Понятно, – кисло отозвалась Лидия. Она уже была готова отрапортовать, что готова отправляться, но кое-что показалось ей странным. – М-м-м, погоди-ка. А что ж этот «мудрый человек» сам не принес вам осколок, коль докопался до него? Фаркас поскреб шею, глядя на нее своими поразительно светлыми глазами в обрамлении черной боевой раскраски, но не издал ни звука, и Лидия вдруг сама нашла ответ на свой вопрос. – Там драугры… Она погрузилась в раздумья на пару секунд, а потом снова посмотрела на Фаркаса: – Давай встретимся прямо там. Я знаю дорогу, не заблужусь. – Чего не хочешь со мной ехать? – Это ведь мое испытание, верно? Мне нужно подготовиться. Если ты не против задержаться немного в Вайтране, то поедем вместе, но если нет – езжай прямо к кургану, я догоню, когда все сделаю. Фаркас хмыкнул. – Ладно. Готовься. А я поеду вперед. Самому интересно глянуть, насколько там паршиво.

***

Лидия знала, что он выехал еще в ночь, но не торопилась. Наверное, в основательности Банри были свои достоинства. В конце концов, путешествуя с ней, Лидия никогда не знала наверняка, куда их занесет и что может случиться. В Соратниках было просто – на том конце пути тебя ждут либо головорезы, либо опасные твари, либо (это был худший вариант) какие-нибудь колдуны. Нежить иногда тоже встречалась. Кроме приключений в Утесной пещере, была еще история: Лидия преследовала сбежавшего каторжника – насильника и убийцу, и тот не придумал ничего лучше, как спрятаться в старом могильнике. К счастью захоронение было совсем небольшим, на пару саркофагов, а драугр вылез и вовсе один, да еще какой-то хилый, но Лидии хватило неприятных впечатлений. Задание она выполнила, но позже, размышляя над всем этим, пришла к выводу, что ей нужна защита от мертвяков. Более действенная, нежели доспех и оружие. Она надеялась, что вайтранские специалисты ей с этим помогут. Ей было чем расплатиться с ними даже за самые уникальные услуги. Несколько дней спустя она подъехала к искомому кургану, увенчанному глыбами древних стоячих камней. Оных, на самом деле, было полно в этой тундре, так заверяла когда-то все та же Банри, только абсолютное большинство из них погребено под слоем вечной мерзлоты. – Прости, мой тан, – развела тогда руками Лидия, – если там вечная мерзлота, как же там хоронили? Чтобы пробиться через эти льды, нужно было неслабо так заморочиться. Или они плавили их магией? – Когда хоронили, никакой мерзлоты еще не было, – отрезала Банри. – Все замерзло позже. Она вдруг умолкла, будто сказала что-то лишнее, Лидия подождала немного, но продолжения не случилось – Банри уже перевела разговор в другое русло. Теперь Лидия смотрела на сравнительно невысокий холм круглых очертаний – правда, таковым он был только с одного боку – к которому вплотную примыкало кладбище. Банри в свое время определила, что могилы на нем сильно моложе, не старше тысячи лет, хоть и не объяснила, как она это сделала. Только могилы – саркофаги в зарешеченных нишах в самом дальнем закоулке кладбища тоже были древними. – Я уж думал, ты заблудилась. Рука Лидии сама собой рванулась к рукояти меча, но, задрав голову, она увидела Фаркаса, стоящего прямо на вершине кургана. – Пришлось чуть дольше задержаться в Вайтране, – пояснила она. – А дорогу я помню. Мы с Банри как раз примерно в это время года и бывали тут. – Ну-ну. – Фаркас махнул рукой. – Забирайся. Я покажу лагерь. Лагерь оказался ничего, но Фаркас почему-то не приготовил никакой еды, так что готовить пришлось Лидии, которой это не понравилось. Готовить ей никогда особо не удавалось, на нее всегда готовил кто-то другой – штатный кашевар в дружине, Банри, прислуга, иногда даже Энитах, а из самых недавних был Атис. В общем, она была совершенно непривычна к этому делу, и боялась, что Фаркас отравится ее стряпней, но нет, он спокойно слопал слегка подгоревшую похлебку и попросил добавки. Набив брюхо, он вытер рот предплечьем и произнес: – Ну что, пошли? Я посмотрел. Завалы там были, но их разобрали. Можно пройти. – А трупов ты не заметил? – Не-а… Только инструменты брошенные. Там же копали, и недавно. А, еще дохлые драугры. Немного. – Ясно. Ладно, идем. Некоторое время они потратили, чтобы облачиться в доспехи и приготовить оружие. Потом Лидия удостоверилась, что ее кони хорошо устроены и подошла к вскрытой верхушке кургана. Она помнила о неверных ступеньках и начала спускаться как можно более аккуратно, и умудрилась не свалиться, даже с учетом того, что большинство этих каменных хреновин обледенели. Пока она переводила дух у железных дверей, Фаркас спорхнул вниз за долю секунды, будто и не был в тяжелой кирасе и окованных сапогах на толстой подошве. Он держался слегка позади, и Лидия вспомнила, что она проходит испытание, а он оценивает все ее действия, значит, инициативу во всем нужно проявлять ей. Она сцепила зубы и навалилась плечом на двери.

***

Теперь здесь было светло. Лидия даже заморгала от неожиданности: зал, в котором они с Фаркасом очутились, мог порадовать неплохим набором светильников – от свечей до жаровен, и почти все они были кем-то зажжены, причем, видимо, недавно. В прошлый раз, когда она посетила это место на пару с Банри, им пришлось освещать себе все углы факелами. – Я не поняла, – медленно сказала Лидия. – Разве тот тип, ученый который, не свалил отсюда недели две, а то и три назад? – Ну… – Кто тогда зажег все эти хреновы свечи? И… – Она огляделась: – Ты посмотри, тут целая куча этих дохлых ублюдков! В зале и впрямь валялось немало иссохших трупов, сильно порубленных тяжелым оружием. Лидия насчитала почти десяток, а потом бросила это дело и пробормотала: – Наверное, они полезли, когда разобрали завал… Фаркас шевельнул плечами. – Легче шаг, – только и сказал он. – И осторожнее с этими камнями. Не хочу потом тащить тебя на своем горбу. – Расслабься. Не придется. Лидия двинулась вперед, зыркая по сторонам и прислушиваясь. Ее меч пока лежал в ножнах, но щит она держала наготове, чтобы успеть отразить любую атаку. Правда, пока вроде никто не торопился наброситься на нее. Она обошла зал в сопровождении молчащего Фаркаса, не нашла никаких следов недавнего насилия (помимо теперь по-настоящему мертвых драугров), зато нашла несколько брошенных инструментов – кирки, заступы и лопаты, заляпанные землей и пылью. Лидия повернулась и уставилась в черный зев тоннеля, который еще сравнительно недавно был наглухо завален – именно это и остановило их с Банри несколько лет назад. Теперь завал исчез. Ну, не совсем – обломки камней и промерзшую почву раскидали по преддверию, и еще сколько-то виднелось в самом тоннеле, но пройти дальше теперь было можно. Лидия рассеянно скользнула взглядам по глыбам – странно, обвал случился давным-давно, и вся эта мешанина камня и земли должна была смерзнуться в монолит, именно этим знающие люди объяснили Банри неприлично огромную стоимость работ. Но на первый взгляд никакого льда тут не было – просто довольно сухая почва и обломки колонн и потолка. Фаркас вдруг шумно потянул носом, будто принюхивался. Сама Лидия никаких особенных ароматов, кроме затхлости, пыли и слабого душка разложения, не ощущала, поэтому уставилась на «братца»: тот, слегка наклонив голову, таращился в черный зев тоннеля, постукивая кончиком указательного пальца по рукояти двуручника, чье лезвие привычно лежало на его правом плече, облитом сталью. – Что?.. – спросила она, но Фаркас лишь снова пожал плечами. – Ничего. Он не добавил «Я жду», но Лидия додумала это сама. Ладно, она должна добыть кусок предположительно жутко древней секиры, который покоится где-то в глубинах этих руин. Хватит телиться, пришло время делать дела. Она шагнула в разобранный тоннель, не без опаски поглядывая наверх, и, чтобы хоть немного разбавить свою нервозность, задала вопрос: – Так что там с этой Вутрад? Фаркас, видно, решил, что она не знакома с легендами, поэтому завел: – Исграмор – герой, который основал орден Соратников. Вутрад – его оружие. Лидия открыла рот, чтобы сказать – она давно это знает, но Фаркас еще не закончил. – Он пришел из древних земель и перебил эльфов, – отрубил он, немного подумал и добавил: – Только не всех, иначе бы мы их не видели. Лидия даже споткнулась, несколько озадаченная таким вариантом легенды об Исграморе, но влезать не стала, потому что ей было интересно послушать продолжение истории в таком ключе. Вот только его не последовало. Фаркас, кажется, решил, что вторая часть не нужна. Мертвецы появились, не успели они толком углубиться в курган. Лидия спустилась в ячеистые катакомбы с нишами и сразу вскинула щит, ловя удар меча с черным выщербленным лезвием. За другой его конец держалась тварь с оскаленными пожелтевшими зубами и горящими потусторонним синим светом зенками. Лидия отвесила ей хорошего пинка, одновременно выхватывая свой клинок, очень вовремя – драугры полезли разом отовсюду. Они с Фаркасом рассредоточились по разным закуткам. Эти «ячейки» в катакомбах были ужасно тесными, оно и понятно, их спроектировали и построили, чтобы хоронить останки, а не для того, чтоб добры молодцы и добры девицы демонстрировали тут свое мастерство владения оружием. Лидии-то с ее щитом и одноручником было трудновато развернуться, а огромному парню с мечом почти в ее рост и вовсе приходилось тяжко. Тем не менее, оба исправно трудились, и вскоре катакомбы снова стали тихими и… незаселенными, так сказать. Лидия сорвала с пояса тряпицу, специально припасенную для этого, и протерла лезвие меча от ошметков иссохшего мяса и костной пыли. Фаркас подошел к ней и упер свой меч кончиком в толстый слой пыли. – Неплохо. – Что «неплохо»? – Лидия сунула меч в ножны. – Ну… то, как ты работала мечом. – Много ли ты видел? Ты же был занят в своей каморке. Фаркас молча посмотрел на кучу порубленных драугров вокруг и пожал плечами. – Да мне и видеть не надо было… Лидия соврала бы, если бы сказала, что похвала была ей безразлична. Тем более от члена Круга. Она глянула в ту «ячейку», где дрался Фаркас, и чуть не охнула: там полегших иссохших ублюдков было раза в два больше, чем в «ее». Как там говорила Ньяда? «Круг – лучшие воины Йоррваскра». Что ж, похоже на правду – Фаркас даже не запыхался, превращая толпу драугров в кучу рубленого вяленого мяса, жаль только, что Лидия этого не видела сама, будучи чересчур занятой. Ну и ладно. Наверняка здесь еще полно ходячих покойников. Никто не уйдет обиженным, так сказать. Фаркас будто чего-то ждал, и Лидия опять спохватилась: это же она сегодня ведет. Она двинулась на поиски выхода из этих склепов, предварительно снова достав меч из ножен. Они не спеша продвигались вглубь кургана, успокаивая восставших мертвецов одного за другим. Лидия не уставала удивляться собственному хладнокровию: еще года три назад она бы уже вся покрылась ледяным потом, а руки бы тряслись, как у пьяницы, едва удерживая оружие и щит, а вот поди ж ты… Банри когда-то говорила, что обычные драугры – просто неуклюжие болванчики с негодным оружием, и по-настоящему бояться следует только Языков, которые способны Криком размазать противника по стене или превратить его в кусок хорошо промороженного мяса, да мертвых колдунов, швыряющихся ледяными заклинаниями. Еще иногда встречались говнюки, умеющие выбить оружие из рук, но Лидия за всю свою жизнь встретилась с таким лишь однажды – в обледенелой пещере к западу от Виндхельма. Словом, с какого-то момента ей начало казаться, что она справится с заданием, хоть и помнила, что в этом месте вполне могут быть похоронены Языки. Сократив поголовье ходячих мертвяков до нуля во всех залах и коридорах, где они проходили, оба Соратника в конце концов вышли в просторный чертог, подозрительно пустой и неплохо освещенный. Впрочем, тут вообще все помещения были неплохо освещены, Лидия даже осматривала кое-какие светильники и нашла, что фитили в них выглядят вполне современными, да и сало пахнет, будто не сильно старое и почти не прогорклое. В общем, ей все сильнее казалось, что кто-то зажег эти свечи и жаровни совсем недавно и услужливо поддерживал в них огонь все это время до прихода Лидии с Фаркасом. Они осмотрели зал, потому что он вполне смахивал на место, где могло храниться что-то значимое, например – кусок оружия, когда-то принадлежащего Исграмору, но ничего не обнаружили, хотя перетряхнули все барахло во всех углах. Лидия даже не поленилась обшарить каждую из древних погребальных урн, что стояли тут и там, но и в них не обнаружилось ничего кроме крупинок праха, древних золотых монет и таких же древних украшений их бронзы. – Как хоть примерно выглядит этот обломок? – устало спросила она, но Фаркас лишь развел руками. – Не знаю… Но он должен быть из такого же металла, что и те, которые есть в Йоррваскре. – Я не больно-то их разглядывала. – Почему? Лидия заморгала. Наиболее честным был ответ – и в голову не пришло рассматривать этот мусор, но Фаркасу этого говорить не стоило. – Времени не было, – соврала она. – А вообще… Слушай, а как так случилось, что секира самого Исграмора оказалась разломана на куски? Просто обычный люд, я имею в виду – вне Йоррваскра, ничего не знает ни про какую Вутрад. Это было правдой, но лишь отчасти. До присоединения к Соратникам Лидия и впрямь никогда не слышала этого имени, но позже, порасспросив и Фаренгара в том числе, пришла к выводу, что это не просто выдумка вояк из Йоррваскра. У Исграмора действительно была такая секира, правда, по словам все того же Фаренгара, это было описано только в «Песнях возвращения», которые и уцелели-то не все целиком, а те тома, что были доступны, предназначались не для широкого круга читателей. – Да не знаю, – снова сказал Фаркас. – Слушай, я вообще не по этим делам, ну, с историей. – Ты же сам только что спрашивал, почему я не изучала обломки на нашей стене. – Это другое. Они уже… ну, есть, понимаешь? Их можно руками потрогать. А всякие эти предания… – Фигня на постном масле, – заключила Лидия. – Я поняла. Так, короче, здесь нет ничего. Идем дальше. Вот с этим «идти дальше» и возникла проблемка. Из зала не было хода вперед, только назад. Вернее, сам проход во внутренние помещения имелся, вот только он был перегорожен частой железной решеткой с толстыми прутьями. Некоторое время оба молча пялились, а потом Лидия закатила глаза. – Погоди. Я вспомнила. – Чего? – Видела кое-что там, в комнате. Стой тут и наблюдай. Только отойди подальше, хрен знает, может, тут есть ловушки. Фаркас послушно попятился, а она развернулась и потопала в сторону небольшой комнатки, смахивающей на глубокую и широкую нишу, в которой не так давно углядела рычажок из светлого металла. На стенах у решетчатых ворот ничего такого не было, так что Лидия не без оснований предположила, что рукоятка в нише может быть связана с преградой на их пути. Подскочив к ней, она передвинула рычаг в другую сторону, но еще не успела разжать пальцы, как услышала близкий грохот за спиной и чуть не подпрыгнула от страха. Обернувшись, Лидия перепугалась еще сильнее: пути назад не существовало – теперь выход из ниши перегораживала толстая решетка. Отлично вляпалась, мать твою! Впрочем, испугаться до конца она не успела. Послышался торопливый топот, и за решеткой появился Фаркас. – Только посмотри, куда тебя занесло, – мирно прогудел он. – Не боись. Просто сиди и жди. Я поищу рычаг… – Рычаг-то здесь! – воскликнула Лидия. – Ну… может, есть еще. – Он вдруг напрягся. – Вот дерьмо. – Что?.. – начала Лидия, но тут и сама услышала приближающийся топот нескольких пар ног. Они выскочили разом, словно по команде и будто со всех сторон, но Лидия сразу поняла, что чужаки пришли из открытого ею тоннеля – решетка там все-таки поднялась. Было их человек семь или что-то вроде, одетых как заправские разбойники с большой дороги – в меховые и кожаные доспехи. И они за считанные мгновения вполне профессионально взяли Фаркаса в полукольцо, заставив его прижаться спиной к решетке тюрьмы Лидии. – Мы знали, что ты здесь появишься, – довольным голосом сообщила какая-то бабенка. – Большая ошибка, Соратник. Фаркас молчал. Свой меч он взял наизготовку еще раньше, чем появились эти говнюки, кем бы они ни были. – Пора сдохнуть, пес, – ласково протянул еще кто-то – Лидии со своего места было плохо видно. И тут они заметили ее. – А это еще кто? – спросила какая-то другая баба, а первая отрезала: – Неважно. Таскается в компании с этим выродком – значит, умрет вместе с ним. Кто-то захихикал. – Весело будет рассказывать, как мы вас на куски резали. – Некому будет рассказывать, – пророкотал Фаркас каким-то не своим голосом. – И никто не узнает, что с вами случилось. Его меч со звоном упал на пыльный камень. Лидия, которая помнила, как он бережно обращался с оружием, на мгновение растерялась, но уже в следующую секунду ахнула и отпрянула к самой дальней стене ниши. Разбойники, заставшие их врасплох, тоже испуганно раздались в стороны. И было отчего – с Фаркасом явно происходило что-то неладное. Он сперва сгорбился, а потом и вовсе упал на колени, почему-то начав увеличиваться в размерах. Послышался оглушительный треск, а потом возня и бряканье – кожаные сочленения доспеха, ремни и лямки лопались с глухим, но громким звуком, потому что тело под ними росло быстрее, чем на дрожжах, и еще вдобавок покрывалось буйной черной шерстью. Детали кирасы и сапоги с рукавицами полетели на пол, и тварь, которой обратился Фаркас, поднялась на ноги – или задние лапы?! – встряхивая огромной зубастой башкой с остроконечными ушами. Плечи, и без того широкие, раздались вдвое, мускулы на стремительно обрастающей шерстью спине вздулись корабельными канатами. Кисти превратились в когтистые лапы. Лидия наблюдала за всем этим молча, только пришлось сжать зубы, чтобы они не стучали, и еще глаза заслезились – от страха. Кто-то из бандюков не выдержал и набросился на сутулую тварь у решетки с воздетым мечом, но та мгновенно перехватила его еще в прыжке и оторвала несчастному ублюдку голову одним легким движением. Так Лидия могла обезглавить походя какого-нибудь голубя. Разбойники взвыли и на сей раз набросились на видоизмененного Фаркаса все разом. Лидия зажмурилась и старательно боролась с желанием заткнуть уши, потому что звуки, доносящиеся до ее слуха, были ужасны – вопли, взвизги, лязг оружия, какой-то треск, утробный рев, и еще тошнотворный, прямо-таки омерзительный звук разрываемой плоти. Наконец все закончилось. Последний стон умолк, и наступила тишина. Через несколько секунд Лидия услышала негромкое цоканье, будто кто-то стучал по камню чем-то тонким и твердым – когтями. Стук этот вскоре удалился и стих совсем, и только тогда она отважилась открыть глаза. К затхлым ароматам древнего склепа теперь примешивался запах свежей крови и смрад выпущенных кишок. Лидия медленно приблизилась к решетке и уставилась в пространство между прутьями – во время драки сражающиеся повалили, а то и сломали несколько ближайших светильников, чему можно было только порадоваться – света стало меньше, а значит, нельзя было разглядеть подробности бойни. Пока она пялилась на темные кучи на полу, позабыв обо всем, решетка вдруг поползла наверх и уже через секунду убралась с глаз долой. Лидия испуганно попятилась – только что она мнила себя более-менее в безопасности, а теперь оказалась наедине с той образиной. Послышались шлепки босых ног по камню, и в разгромленном зале показался Фаркас – выглядящий как обычно, только в чем мать родила. Ну да, вся его амуниция ведь валялась здесь на загаженном полу, не выдержав напора изнутри. – Надеюсь, я тебя не напугал, – проговорил он, почесывая свою лохматую башку, будто в смущении. Потом он видимо понял, что голый и скоренько прикрылся драным плащом какого-то разбойника. Лидия молчала. Больше фаркасовых причиндалов ее занимали его же окровавленные руки и торс. Впрочем, кровь покрывала его почти везде и уже начала подсыхать потихоньку, но пока только кое-где, в остальных местах этот багровый слой ярко блестел в скудном свете уцелевших светильников. Видно, она задумалась слишком сильно. Фаркас сделал полшага вперед: – Ты в порядке?.. Лидия тут же отпрыгнула в нишу, трясущейся рукой нащупывая меч. – Не подходи. – Ладно, ладно… – Я серьезно, я… – Она подавилась слогом, разом вспомнив, как он только что изодрал в клочья с десяток человек и сам, кажется, нисколько не пострадал. У нее одной, разумеется, шансы уцелеть и вовсе нулевые. – Мать твою, Фаркас! Мать твою!! – Ну извини. – Серьезно?! Что это было, едрить твою налево?!! Фаркас почесал в затылке, а потом попытался стереть с себя кровь тем убогим плащом. Получалось хреново – краснота не торопилась покидать его кожу, только вся размазывалась. – Понимаешь… Это вроде как благословение, ниспосланное некоторым из нас. – Благословение?!! – Оно. Мы становимся подобны диким зверям. Обретаем невиданную силу и скорость. Мы вселяем ужас. Ну, про ужас точно правда. Лидия облизала пересохшие губы и спросила: – Все Соратники, выходит, оборотни? Мне что, предстоит то же самое? Фаркас качнул головой. – О нет, звериная кровь не выходит за границы Круга. Докажи сперва, что можешь быть Соратником. Просто Соратником. А там посмотрим. – Он шевельнул плечами и будто процитировал: – «Следи за добычей, а не за луной». За границы Круга… – И что, все в Круге такие же, как ты?.. И Вилкас, и Скьор, и Эйла? – Угу. – И Кодлак? Фаркас кивнул. Лидия таращилась на него, рассеянно отметив, что его боевой раскрас не сгинул вместе с одеждой и даже не размазался – может, татуировка?.. – Они ждали нас, – пробормотала она. – Вернее, даже не нас – тебя. Тот… – она дернула подбородком в сторону, – в общем, он назвал тебя «псом». Значит, они знают, кто ты? – Может, и знают. – Фаркас не выглядел ни расстроенным, ни обеспокоенным. – Не бери в голову. – Что?! Фаркас ухитрился оттереть с себя большую часть вражеской крови и начал собирать свои пожитки. Плащ он бросил и теперь вовсю сверкал голой задницей. Лидия наблюдала за всем этим со странным унынием, руку с рукояти меча она, тем не менее, не сняла. – Они ждали нас, – снова повторила она, – ждали и пасли. И они… Она вдруг умолкла. Фаркас пытался натянуть на себя штаны и сапоги, но штаны лопнули по швам, и ему пришлось обмотать ноги и пояс бечевкой, чтоб они не сваливались. С сапогами дело обстояло примерно так же, как и с наручами. Как быть с кирасой, Лидия не представляла. Но Фаркас быстренько достал из поясной сумки толстую иглу и суконную нить и наскоро сметал основные швы, а потом стал натягивать эту ненадежную фиговину через голову. Лидия подумывала предложить свою помощь, но в этот момент заметила кое-что интересное. – Это еще что за хрень? – прошептала она, склоняясь и подбирая одноручный меч из светлого металла, правда, заляпанный кровью от кончика лезвия до самого навершия рукояти. – Меч, – отозвался Фаркас. Он все еще возился со своим испорченным доспехом, пытаясь изобразить из этих лоскутов хоть какое-то подобие прежней защиты. – Я вижу, что меч, но… Из чего он сделан? Никогда такого не видела. На самом деле видела, только не оружие. – Да он просто серебряный. – Фаркас закончил с кирасой и выудил свой двуручник из-под кучи ошметков, когда-то бывших людьми и мерами, и принялся очищать его от крови и кусочков плоти. – Я сразу понял. Жжется, дрянь такая. Лидия медленно повернулась к нему. – Оборотни боятся серебра? – Ну, не то чтобы прямо боятся… Тебе бы понравилось, если бы тебя тыкали раскаленными головнями? Вот, примерно такое чувство. – Фаркас, ты хоть понимаешь, что раз так, то эти суки реально пришли сюда по твою душу? – Лидия тряхнула головой. – Кто был тот ученый, который и принес вам, дурням, весточку о куске Вутрад в этом могильнике? Есть хоть имя? Описание внешности? Я пока не знаю, как относиться к этой твоей ипостаси, но раз ты говоришь, что в Круге все такие, а Круг – сердце Йоррваскра, то это касается и остальных из нас, даже простых новобранцев. Фаркас поморщился. – Слушай, это все сейчас неважно. У нас есть задание, и ты вдобавок должна показать себя. Нам нельзя останавливаться. И не забывай про драугров. Про драугров она и впрямь забыла, а их тут наверняка еще осталось… сколько-то. Но Лидию мертвяки уже не беспокоили так сильно, как раньше. – Их там может быть больше, – сказала она. – Я имею в виду – этих, с серебряными мечами. – Ага, они там есть. Правда, их поменьше, чем драугров. – Ты что, слышишь их? – В основном чую. – Фаркас осторожно пошевелил плечами под кое-как собранным доспехом и немного походил взад и вперед. Ничего не упало. – Но и слышу тоже. – Чуешь?.. А… понятно. – Лидия на секунду прикрыла глаза, а потом деловито проговорила: – Почему тогда другие ублюдки не прибежали сюда на помощь товарищам? Ты покончил с ними… шумно. – Это место… Тут, в общем, глубоко. Сквозняки гуляют, и звуки искажаются. Они могли не распознать криков своих товарищей. А может, заняты драуграми. В общем, смотри в оба, я же говорю.