Красный очень шёл её глазам

— Наконец-то! — воскликнула девушка, — почему так долго? При виде неё в моём сердце таятся все тяжелые эмоции, с которыми я не знаю, как справиться. Я на пробу закрываю свое сердце на замок и надеюсь выбросить из головы. Я не испытываю невероятного раздражения, это скорее чувство типа «что ты снова здесь делаешь и почему?» Вполне возможно, это будет один из самых ужасных вечеров, которые у меня были за всю мою жизнь. — Что ты тут делаешь? — я с трудом сглатываю и заставляю себя улыбнуться. — Ну, а на что это похоже? — отвечает она мне вопросом на вопрос с очаровательной улыбкой на губах, и единственное, что я могу заставить себя сделать, это неохотно вздохнуть. Мне все это кажется немного сюрреалистичным, но все, что касалось её, казалось таким. Всё, что я могла сделать, это постепенно привыкнуть к этому, что не означало, что каждый раз, когда это происходило, я была бы менее удивлена. И прежде чем я успеваю хоть как-то возразить, девушка завалилась в мою квартиру, затаскивая за собой большой чемодан. Отчаяние в моей крови превратило меня в ту, кем я не была. Я была незнакомкой, но я каким-то образом узнала её за те несколько секунд, что мы смотрели друг на другу, и я знала, что это не её вина. Моё сердце бешено колотилось, душа была на грани рая или ада, и я думаю, что была слишком измотана своими чувствами. Я наблюдала это — внезапный спад, затем отсутствие и возобновление моего пульса, и все это всего за несколько секунд. — Родители меня уже достали! Я непонимающе смотрела на неё, наблюдая, как она ковыляет к моему дивану и устало рушится на него. — А кто сказал, что ты можешь приходить сюда? Девушка посмотрела на меня почти умоляющими глазами, взглядом, который всегда удерживал меня от отказа в том, чего она хотела. — Ты же сама разрешила! Ну можно мне ненадолго остаться? «Сама разрешила? Хах, смешно…». Я закатила глаза, прежде чем подойти к ней. — Хорошо, — фыркнула я. — Но ненадолго! Что Сон вздохнула и повернулась к телевизору перед собой, на ее губах появилась улыбка, когда она поняла, что я действительно уступила ее довольно спонтанной просьбе.

***

По правде говоря, я не знаю, насколько это реально, а насколько нет. Потому что, несмотря на притворство, есть что-то очень искреннее в смехе, который вызывает у меня эта девушка, ее действия драматичны, ее любопытство слишком занимательно. Я не должна слишком привязываться. Это причинит больше боли, чем должно быть, если я позволю этому случиться. Но я уже уже слишком сильно к ней привязана, не так ли? Я была уверена, что моя постель никогда не была уютнее, чем сегодня, отчасти из-за свежего запаха чистых простыней, но еще больше из-за девушки рядом со мной. Лунный свет просачивается через окно, освещая комнату — это придает ей довольно мирный вид, с волосами, беспорядочно разбросанными по подушкам, и расстегнутой рубашкой, оставляющей открытой грудь. Я увидела, как она аккуратно приподнялась на локте, подперев голову рукой и сурово уставилась на меня. — Выключай мобилу, мне светит в лицо прямо! — недовольно протянула она. — А ты ничего случайно не перепутала? — на моём лице мелькнула усмешка. — Тебе на полу постелить? — Лучше уже так… — проворачиваю девушка, ложась обратно на подушку и поворачиваясь ко мне спиной. — Покойной ночи. — Тебе того же. Стало тихо, совсем по–другому тихо — я могу чувствовать, тонуть в тишине и знать, что в конце концов со мной все будет в порядке. Я перевожу ленивый взгляд на спящую девушку. Как долго я ещё буду об этом думать? Шипы начинают вылазить на поверхность. Они острее, чем я думаю. Это больно. Скоро у меня пойдет кровь. Шипы можно срезать. Это требует времени, как и все остальное. Но их можно притупить до тех пор, пока это не превратится в давление, а не в известную боль. У меня ломота в костях и одиночество, которое проникает в разум. Это преследует меня, тот выбор, который я сделала. И в темноте это переполняет меня, разъедая все больше и больше, пока я не обнаруживаю, что внутри разбитого сердца ничего не осталось. Пустота, которую я не могу заполнить, несмотря на все усилия; та, которая оставляет чувство трепета в каждый момент бодрствования и в каждом сне, который мне когда-либо снился в этом холодном доме. Это ужасная мысль — та, которая приносит такое сильное страдание, что даже я не могу постичь ее. Но это то, что должно быть сделано. Не имеет значения, что я чувствую или о чем думаю.

***

— Ну куда ты так рано… — девушка протягивает руку и хватает меня за запястье, удерживая его, когда я собираюсь вставать с кровати. Её хватка на мне не была крепкой, и было легко просто стряхнуть ее, чтобы заставить её отпустить меня, но я не могла найти в себе силы сделать это. По её голосу было очевидно, что ей хотелось спать, и у неё не было ни малейшего намерения покидать постель так же рано. Однако я должна начать вставать прямо сейчас, иначе опоздаю на свой первый рабочий день. — Я не могу. — Можешь, — отвечает она, и я лишь вздыхаю. Я еле как вытащила себя из кровати и отправилась собираться, пока Чон Сон продолжала в полудрёме что-то бормотать. — Ну и куда ты идёшь?.. — тихо спрашивает она. — На работу. — На работу? — тут же девушка немного оживилась и даже открыла глаза. — Какую? Мои зрачки расширяются, я замираю на месте. Я прогнила — прогнила до мозга костей, моя мораль запятнана и извращена, и это всё сделала я сама. — Да так… — протянула я, стараясь собираться-ка можно быстрей и больше не смотреть ей в глаза. — Подработка. — Ну… Ладно… — пробормотала она, видимо сон снова охватил её.

***

В последнее время Джи Ук держится на расстоянии. Он со мной, но его нет, его мысли где-то далеко, когда я с ним разговариваю. Он осторожен в моём присутствии; теплота где-то задерживается, но она исчезает, лишенная смысла, и ее хорошо упускать. Может, это из-за того случая? Я долго думала об этом и пришла к выводу, что всё возможно в этой жизни. Именно поэтому я решила попытаться вытащить его прогуляться до кафе в этот раз. Правда было немного холодно. — Я больше не чувствую своего лица, — сказал Джи Ук, его голос был приглушен тканью шерстяного шарфа, который я подарила ему в прошлом году. — Ты все еще будешь общаться со мной, если у меня отморозится нос? Потому что я абсолютно точно вижу, как это происходит. — Конечно. Я всегда общаться с тобой, — ответила я, и хотя я знала, что он шутит, но все равно бросила на него обеспокоенный взгляд. Джи Уку не совсем нравились морозные температуры, которые мы испытывали прямо сейчас, поэтому меня не должно удивлять, что он был немного более чувствителен к холоду. Несмотря на то, что я позаботилась о том, чтобы на нем была теплая одежда, он уже дрожал, хотя изо всех сил старался это скрыть. Какого чёрта весной появился этот ледяной ветер? — Давай тогда пойдём побыстрей… Или я могу вызвать такси, — я нахмурилась. С улыбкой, которая не могла полностью скрыть тот факт, что его глаза загорелись от моего предложения, он отвёл взгляд. — Мы же решили прогуляться не чтобы потом ехать на такси. Мне просто… Нужно некоторое время, чтобы привыкнуть к такой погоде. И смотря на него, я осознаю, что завидую солнечному свету, танцующему на его коже, потому что он гораздо ближе к нему, чем я когда-либо буду. — Ну ладно, тогда давай кто быстрее! — улыбнулась ему я. — Я всегда выигрывал, — самодовольно заявил он, уже готовый бежать. — Я пошутила, придурок, — я ткнула его локтем в бок, от чего он болезненно поморщился.

***

— Боже, что за идиотская форма! — проворчала я, пытаясь завязать на спине свой недо-фартук, — и почему на тебе всё всегда смотрится прекрасно? — вздохнула я, повернувшись к парню. Хотелось бы остановить время, опустить свой взгляд на него, и больше его не отводить. — О чём ты? — спросил Джи Ук, поправляя рукава своей белоснежной рубашки. Я посмотрела на часы, считая минуты, оставшиеся до того, как нам нужно будет начать работу. Джи Ук смотрел на меня с любопытством, наполовину выжидающе, и я одариваю его беспечной улыбкой. — Забей… — отвечаю я, захлопнув дверцу шкафчика, который мне дали на время работы здесь. В этом новом кафе меня удивили три вещи: первая — широкий выбор чайных листьев, вторая — потрясающий официант рядом со мной. Хотя это было не удивлением… Скорее просто восхищением. Работать с клиентами оказалось довольно просто. Чаще всего это были пожилые люди, прогуливавшиеся по весеннему парку, или постоянные клиенты, которые уже знали всё меню наизусть. Но иногда попадались и симпатичные молодые парни и девушки. Наша работа с Джи Уком была слажена. Он научил меня приготовлению кофе и чая, а сам решил заняться выпечкой. Он знал, что я немного плоха в готовке… Я сосредоточилась на работе на час или два, а может, и дольше, пока не увидела перед собой странно знакомое лицо. — Здравствуйте, что хотели бы заказать? — спрашиваю я, но тут же застываю, понимая, кто стоит передо мной. Мои губы приоткрываются, слова не могут сорваться с языка. Итак, мы смотрим друг на друга, на лицах обоих разные уровни озабоченности и замешательства. — Какое совпадение, — размышляет молодой человек с любопытством в карих глазах, — не ожидал увидеть вас здесь. Тот парень с зонтиком. Мгновение мы молча смотрим друг на друга — я, скорее, от шока, он, честно говоря, забавляется такой реакцией на его присутствие. «Он что, преследует меня? Или это просто совпадение? Как неловко…». — Ой, хах, не знала, что вы сюда ходите, — звучит мой ответ, в моём голосе наигранная беззаботность, призванная рассеять напряжение в теле. «Это судьба?». — Можно пожалуйста имбирный чай с одной ложкой сахара, — всё-таки заказал он, после недолгого разглядывания меню. «Он тоже пьёт сладкий чай?». Расплатившись, парень уселся за столик в углу, ожидая своего заказа. — Ты его знаешь? — я вздрогнула от раздавшегося сзади голоса и обернулась, встретившись взглядом с Джи Уком. — Ха-ха, ну… Да, это долгая история, — неловко ответила я, уклоняясь от ответа. Парень смотрит на меня почти неуверенно — выражение, которое я редко вижу у своего возлюбленного, но он кивает, прежде чем его взгляд возвращается к кофемашине. Закончив приготовление напитка для того парня, я осмелилась сама принести ему его, хотя могла попросит Джи Ука. Что-то больно смелая я сегодня. Глубоко вздохнув, я поставила напиток на стол парня и быстро поспешила удалиться, но он меня остановил. — Извините!.. Я обернулась и встретилась взглядом с ним. Как его зовут то… Он же называл мне своё имя… Джун Ён? Вроде так. — Да? — нацепив на лицо улыбку, я подошла обратно к его столику. — Я хотел бы вернуть вам ваш зонтик! — улыбка расцвела на его лице. Он всё больше и больше напоминал мне Джи Ука. — Что вы, не надо! — начала отнекиваться я, но Джун Ён продолжал стоять на своём. — Мне неловко хранить его у себя! К тому же я даже толком вас не отблагодарил. «Вот дерьмо». — Ну… Хорошо, — согласилась я, уже боясь, что будет дальше. — Отлично! Тогда надеюсь вы не против выпить со мной по стаканчику кофе? — О, — единственный слог тяжело слетает с моих губ. Я не уверена, куда еще это поместить, поэтому позволяю этому тяжело повиснуть в воздухе между нами двумя, прежде чем опробовать его еще раз, хотя и в более ритмичном тоне. — Ой. Тишина, растянувшаяся между нами, теперь кажется более бесконечной, чем горизонт. — Но не тут, — поспешно добавляет парень, я вопросительно смотрю на него. — Меня немного смущает чужой взгляд… — затем он кивает куда-то сзади меня и я оборачиваюсь. Из-за кофемашины на нас смотрит Джи Ук, но как только я встречаюсь с ним взглядом, то он тут же куда-то исчезает. «Что с ним?». — Ха-ха… — я неловко смеюсь, поворачиваясь обратно. — Конечно… — затем я быстро достаю из кармана своего фартука ручку, которую забыла выложить когда писала на табличке возле кафе надпись «открыто», и беру салфетку, аккуратно выводя на ней цифры моего номера телефона. Я протянула её парню. — Свяжитесь со мной и обозначьте дату и место встречи, — улыбнулась я ему, а затем быстро удалилась обратно за стойку. Мне надо было найти Джи Ука.