Shadows of forgotten ancestors

' ▪︎ [□ D □] ▪︎ '

Доён бы соврал сказав, что никогда в тайне не использовал своё колдовство, чтобы добиться не связанных с ведьминскими делами целей. Если судьба щедро отсыпала тебе мозги и способности, нет ни одной причины сдерживать их и идти тяжелыми путями. Однако, беспрепятственно паркуясь на стоянке отеля Джэхёна по своему старому пропуску и не прибегая в процессе ни к одному заклинанию, Доён с недоумением обнаруживает, что сегодня ему несказанно везёт. Он с усмешкой выскакивает из автомобиля и проходит в здание, не подавая признаков волнения ни консьержу, ни работнику у ресепшена. Кажется, его бывший настолько зашивается на работе, что забыл обнулить все его пропуски в свой же отель, места в котором предоставлял, если у Доёна случались тяжелые недели на колдовской службе. «Сходи в спа, сделай массаж, посиди в сауне, милый, ты устал», — мысленно прокручивает он, кривясь, и заходит в лифт. Эх, если бы только они смогли расстаться по-человечески, а не через пень-колоду, на прощание побив весь дорогущий джэхёнов тайваньский сервиз и сказав парочку ласковых. Возможно, в таком случае Доён смог бы отхватить себе хоть ещё один денёк в этом отеле, наполненный чистым удовольствием и нирваной. Увы, всё с точностью наоборот, так что скорее всего Джэхён тут же разберётся с пропусками, если застукает его где-то в коридоре, и не видать Доёну ни тёплого бассейна, ни массажа, ни масочек. И чего он, чёрт возьми, только не проворачивал ради себя, братьев и всего ведьминского сообщества. Если его тут застанет охрана, проблемы ему точно обеспечены. Ловко разминувшись с менеджером по клинингу в коридоре последнего этажа, Доён проскакивает в служебный лифт и поднимается на самый верхний этаж — туда, где Джэхён на широкую ногу организовал себе пространство для работы, конференций и своего персонального отдыха. Честно говоря, ему слабо верится в то, что именно это место каким-то образом связано с магом, за которым они охотятся, и тем не менее рассказу Юты он верит, а отметать даже самые абсурдные варианты просто не в его правилах. Выйдя из лифта в просторный коридор с несколькими ответвлениями, Доён сначала внимательно прислушивается и оглядывается по сторонам, а затем прикладывает ладонь к ковровому покрытию, прикрывая глаза. Обычно источник тёмной энергии оставляет за собой фантомный дымовой след и отследить по нему передвижение носителя весьма просто, однако могущественные маги хитрее, поэтому маскируют его под ауру обычного человека. Единственное, на что стоит надеяться в таких случаях, так это на чужую оплошность, маленькую неосторожность или глупую ошибку. К сожалению, послав импульс энергии по всему зданию и не обнаружив отклика ни через две, ни через три минуты, Доён делает вывод, что ошибаться — не в правилах этого мага. Принюхиваясь к каждому углу, он тихо проходит дальше и ищет среди начисто вылизанных стен и ковров хоть какую-то зацепку, пока прямо перед его носом не открывается широкая дверь зала для конференций с витражными вставками. О да, вот оно. Из прохода вываливается небольшая кучка людей, переговаривающаяся о планах на какую-то встречу, и Доёна, словно по закону подлости, заносит им навстречу, когда он пытается хоть одним глазком заглянуть, нет ли кого-то подозрительного внутри. Едва не запнувшись о порог, он неуклюже шагает внутрь зала и тут же встречается взглядом с уставившимся на него во все глаза Джэхёном во главе того самого дубового стола, из чьих рук комично вываливается папка с бумагами, предварительно перевернувшись в воздухе. — Блять. — Любезности всегда были твоей слабой стороной. Что ж, тихонько пошариться по отелю не получилось, значит, Доёну придётся переходить к запасному плану и уверенно делать вид, что так и было задумано изначально. По лицу Джэхёна, которое вот-вот треснет то ли от ужаса, то ли от злости, он может сказать, что тот не то что не рад его видеть, а готов прямо сейчас сигануть из окна вниз с одиннадцатого этажа. В его глазах читается что-то среднее между «ну всё, пиздец, ведьма пришла по мою душеньку» и «боже, ты ещё и бизнес решил у меня отобрать, вымогатель бессердечный». — Какого чёрта ты здесь делаешь? Как ты вообще сюда прошел? — спрашивает Джэхён и как попало скидывает в папку рассыпанные бумаги, пока Доён стремительно семенит поближе к нему, рассматривая стремянки и какие-то строительные материалы в одном из углов зала. Кажется, кто-то затеял ремонт в своей святой обители. — По своему старому допуску, который ты, дырявая голова, забыл деактивировать. Удивительно, как ты вообще можешь управлять бизнесом, забывая о таких элементарных вещах, — фыркает Доён и, чувствуя, что джэхёнова голова с секунды на секунду взорвётся от злости, продолжает: — у меня тут есть небольшое дельце, много времени не займу. — Если ты не заметил, дорог… кхм, — прокашливается Джэхён, подавляя привычное обращение, — я на работе, и ты удивишься, но я тут работаю, у меня сейчас важная встреча. — В доказательство он кивает в сторону кресел, расставленных у стены справа от него, и Доён только сейчас замечает в углу какого-то парня, который являет ему лицо секундой позже, отвлекаясь от экрана своего смартфона. Эти черты он узнаёт не сразу, но когда размытые воспоминания о вечере в клубе с братьями всплывают в его голове, он едва не вылупляет глаза от удивления. — Т-тэён? — Вы знакомы? — не верит своим ушам Джэхён, едва не переворачивая многострадальную папку ещё раз. — Долгая история, — отмахивается Доён, морщась. У него нет времени на разговоры о ютыных успехах на личном фронте. — А, Доён, какая неожиданная встреча, — удивлённо улыбается Тэён в ответ, реагируя весьма запоздало, и поднимается с места, чтобы подойти поближе. Признаться честно, в деловой одежде, кардинально отличающейся от тех шмоток, в которых он появился в клубе, Доён видит его более благонадёжным — как раз таким, каким его описывает Юта, возвращаясь с их свиданий. Не то чтобы тем вечером он выглядел не заслуживающим доверия — в таком случае чёрта с два они с Тэном позволили бы Тэёну увезти Юту в самый разгар их посиделок — но теперь Доён окончательно понимает, почему его братец втрескался по уши. — Не знал, что вы сотрудничаете, — натянув самое вежливое из возможных своих лиц для Тэёна и вернув убийственный взгляд для Джэхёна, говорит Доён и наклоняется чуть ближе к последнему. — У меня то самое дело, которое, кхм-кхм, не терпит отлагательств, Джэ, не тупи, умоляю. Осознав, о каких именно делах толкует Доён, Джэхён потирает висок, будто воспоминания обо всех передрягах, когда-либо с ним происходивших по вине ведьминской природы его бывшего муженька, вызывают у него мигрень. — Ничего страшного, можете пока обсудить свои вопросы, мне как раз нужно сделать звонок, я подожду в коридоре, — быстро тараторит Тэён, проявляя верх тактичности и дипломатии, который Джэхёну не снился, и движется в сторону выхода, даже не дождавшись ответа. — Что тебе нужно? — едва услышав, что тот вышел за дверь, спрашивает Джэхён и встаёт в претензионную позу, перед этим скинув пиджак и поправив галстук. — Конкретно сейчас мне нужно, чтобы ты замолчал. От твоей болтовни все энергетические поля в радиусе двадцати метров дохнут, — вставая в центр зала, морщится Доён и пытается с закрытыми веками настроиться на поиск частиц тёмной магии, которые теперь просто обязаны быть здесь, иначе все эти страдания будут напрасны. — Боже, да что я вообще от тебя ожидаю? Ты же просто чокнутый, — сдаваясь, закатывает глаза Джэхён и отходит подальше к панорамному окну. — Сказал тот, у кого обручальное кольцо со свадьбы с этим чокнутым до сих пор на пальце, — усмехается Доён, открывая один глаз, чтобы убедиться, что сумел застать того врасплох, но он только хохочет. — Думаешь, я не догадался, что оно заговорённое? — фыркает Джэхён. — Между принципами и мощным оберегом я выберу второе. Не всё же только тебе с меня деньги в суде трясти и выгоду иметь, дорогой, — едко выделяя последнее слово, растягивает он, казалось, совершая невозможное — начиная бесить ещё больше обычного. — Жмот. — Кикимора. — Скотина. — Предприимчивая скотина. От совершения убийства с особой жестокостью на бытовой почве Доёна спасает входящий вызов, из-за которого смартфон во внутреннем кармане его куртки начинает вибрировать. Спасителем становится Тэн, и едва вызов оказывается принятым, он начинает спрашивать об обстановке в отеле таким тоном, будто секундой ранее был уверен, что Доён встретил тёмного мага собственной персоной и уже был покрошен в салат. — По нулям, — с разочарованием выдыхает Доён, — либо этот гад слишком хорошо маскирует свой магический сосуд, либо я просто опоздал и не застал его следов здесь. — Чёрт, — ругается Тэн, — и что, совсем ничего? Может, Юта ошибся или мы неправильно поняли подсказки духа? — Если честно, единственное, о чём я сейчас думаю, так это о том, насколько всё это подозрительно, но это не телефонный разговор, — покосившись на Джэхёна, тихо проговаривает Доён. — Кстати, как там Юта? — Хреново, — не раздумывая, отвечает Тэн, — но ему не привыкать, — добавляет он уже чуть тише. — Если обычно с ним приключается лютый пиздец, то этот пиздец хотя бы контролировали мы. — Сомнительный плюс, — бурчит Доён, — ладно, я скоро буду. Ещё одна минута в одной комнате с этим мамкиным бизнесменом, и я не отвечаю за себя и соблюдение каких-либо законов, хоть ведьминских, хоть людских, — говорит он, прощаясь, а когда убирает смартфон обратно в карман, понимает, судя по самодовольной морде Джэхёна, что тот уже позвонил на ресепшн и успешно обнулил его пропуск в отель.

***

▪︎《 ¤ Т ¤ 》▪︎

Вцепившись мёртвой хваткой в ручку над пассажирским сидением и чувствуя задницей каждую кочку и яму, которыми устлана вся дорога, Тэн мысленно матерится при виде скорости на спидометре, но сказать вслух ничего не решается. С этой задачей чудесно справляется Луи, сидящий на его коленях с такой мордой, будто перепутал рыбные кошачьи снеки с квашеной капустой. — Доён, ну кто, блять, так водит? Не дрова везёшь! — шипит он, когда в очередной раз почти сваливается на пыльный коврик под тэновыми ногами. — Какая дорога, такое и вождение, — даже не моргая, зло гаркает Доён и ещё крепче перехватывает руль. — Плохому танцору вечно что-то мешает, — фыркает Луи, недовольно виляя хвостом, и машина вдруг резко подлетает на одной из горок, заставляя всех подпрыгнуть на месте и едва не впечататься носами в приборную панель, когда Доён тормозит. — Святая Бастет! — Луи всё-таки шмякается под ноги Тэну и брезгливо перебирает грязными лапами по коврику. На недолгое время в машине воцаряется тишина, прерываемая лишь звуками редкого леса, обрамляющего ухабистую дорогу с двух сторон. Доён делает глубокий вдох, прикрывая глаза, и Тэн замечает, что его костяшки белеют из-за слишком крепкой хватки на руле. Если однажды они всё-таки найдут этого тёмного мага, он уверен, Доён не позволит ему сдохнуть до того, как он оплатит техосмотр, полировку и чистку салона. — Ты сегодня пил мой успокаивающий чай? — как бы невзначай интересуется Тэн, надеясь не сделать ещё хуже, пока тот сидит, как напряжённая статуя, пялясь в лобовое стекло. — Со мной всё нормально. Я спокоен, как бассейн, кишащий самыми спокойными на планете удавами. Моё имя спокойствие, я само олицетворение дзена, я лепесток сакуры, летящий… — Я понял. Паркуйся на обочине и вылезай, — больше не требуя никаких объяснений, отрезает Тэн не терпящим возражений тоном и ловко выпрыгивает из машины, прихватив ветровку, прежде чем его успеют остановить. — Всё. Дальше идём пешком, здесь немного осталось. — Он берёт Луи на руки, позволяя ему забраться на свои плечи, и встаёт в ожидающую позу. — Я могу вести дальше, всё в порядке, — отнекивается Доён в ответ на ультиматум, но актёр из него в данный момент, как из Юты эксперт по демонологии, поэтому Тэн продолжает гнуть свою линию. — Я сказал, паркуйся и выходи из машины, ведьмочка с синдромом отличницы. Тебе нужно прогуляться на свежем воздухе, заодно разомнёшь свою тощую задницу. Давай-давай. — Тэн щёлкает пальцами, напоследок захлопнув дверь, будто ставит точку, и когда Доён всё-таки нехотя выполняет просьбу, тянет его за собой вдоль дороги. — Ничего я не ведьмочка с синдромом отличницы, — бурчит он себе под нос, закатывая глаза, но послушно шагает следом, хоть и продолжает тихо возмущаться, препираясь с Луи о какой-то ерунде на почве плохих танцоров и ещё более плохих дорог. Честно говоря, ещё тогда, когда Доён впервые заговорил об этом тёмном маге, Тэн понял, что найти его будет задачкой не из лёгких. Наверно, потому что фраза «задачка не из лёгких» красной нитью проходит через всю их сознательную жизнь, проведённую в борьбе с проблемами, справиться с которыми не под силу обычному человеку. И если Юта принимает сопутствующие этому трудности с присущим своей невезучей природе смирением, а Тэн — с терпением, готовностью учиться на ошибках и двигаться дальше, то Доён превращается в оголённый нерв при малейшем запашке неудачи. Именно поэтому его никто даже не пытается трогать, когда он молча возвращается домой после визита к Джэхёну с пустыми руками, а потом запирается в их домашней библиотеке в подвале, наверняка проведя там часов пять в поисках ответа на вопрос, что же он упустил. Впрочем, Тэн думает, что это не столько попытка найти ответ, сколько попытка наказать себя за ошибку, и никакой успокаивающий чай не вытравит из его головы ту болезненность, с которой он принимает неудачу. Об этой его особенности знают практически все, и вовсе не удивительно, что, когда Доён переступает порог ютыной спальни, чтобы извиниться за неоправданные ожидания и надежды, тот, прежде чем в очередной раз проблеваться, посылает его в жопу и просит перестать взваливать на свои плечи ответственность за весь мир. Не то чтобы это глобально что-то меняет, но нужно отдать Юте должное за озвучивание того, что на уме буквально у всех. К счастью, после этого случается то, что Доён называет не иначе, как вторым шансом, подаренным самой судьбой, ибо на следующий же день в горячечном бреду у Юты возникает новое видение. Признаться честно, Тэн не знает, как такое возможно уже после завершения ритуала — виновата в том остаточная активность после вселения духа или что-то ещё, — но в момент, когда он пересказывает все ютыны бредни Доёну, он не особо задумывается об этом. На этот раз зацепка куда более размытая, буквально ведущая козьими тропками к чёрту на рога, поэтому Тэна упрашивают помочь и оставить Юту на Леона и Куна хотя бы на один вечер. Впрочем, как бы этот вечер не перетёк в ночь, судя по тому, сколько времени они тратят на дорогу в одну сторону. Не упрощает задачу и то, что Доён буквально на иголках из-за страха опять облажаться. До Тэна только сейчас доходит: скорее всего именно поэтому он и не захотел выезжать на место один. В каком-то смысле не доверять себе куда страшнее, чем не доверять окружающим. Когда вялотекущий спор между Доёном и Луи предсказуемо сходит на нет, заканчиваясь гордым молчанием со стороны обоих, едва начавшись, Тэн чувствует, что пора аккуратно поговорить о насущном. Впрочем, действовать грубо и в лоб не в его правилах. — Как думаешь, какова вероятность, что то видение Юты — ещё одна подсказка в отношении нашей тёмной занозы в заднице, а не просто фантомные воспоминания духа? — Не знаю, — устало вздыхает Доён, поравнявшись с Тэном, — но так как других вариантов действий у нас всё равно нет и Юта довольно убедителен и уверен в том, о чём говорит, нужно пользоваться тем, что есть. Или ты пытаешься на что-то намекнуть? — Не то чтобы, — тянет Тэн, — просто мне бы не хотелось исключать возможность того, что этот дух не доверяет нам и… — Нет, — отрезает Доён, мотая головой, — ты ведь видел своими глазами, что тогда произошло. Дух не стал бы вселяться в небезопасную оболочку. Я скорее поверю в то, что наверняка упустил что-то сам, чем подумаю, что ритуал не удался. — А вот я думаю как раз наоборот, — перебивает Тэн, хотя и не может избавиться от чувства, будто они оба упускают наверняка важную деталь между двумя полярно противоположными мнениями. — Почему? — Потому что, шутки в сторону, Доён, ты не упустишь ни одну пылинку, я ведь знаю, перфекционист хренов, — с полной уверенностью в голосе говорит Тэн, намеренно пощекотав доёново самолюбие, и тот закатывает глаза, делая вид, что ему это не льстит. — Но если мы оба по-своему правы, значит решение должно быть где-то между. Может, мы неправильно расшифровали послание? Или… Тэн задумывается на несколько секунд, и ему самому становится смешно от посетившей его мысли. Это ведь абсурд, верно? — Что? — не дожидаясь продолжения, спрашивает Доён. — Что, если Юта рассказал нам не всё видение, а ту часть, которую посчитал нужной, поэтому ты просто не знал, на что обращать внимание? Когда Тэн озвучивает эту мысль, Доён останавливается посреди дороги: — Не самый твой элегантный способ меня подбодрить, ставлю минус, в следующий раз старайся лучше, — усмехается он, скрещивая руки перед грудью, и Тэну тут же хочется ущипнуть его за бок. С настолько бараньим упорством отрицать свои исключительные способности может только Доён. Впрочем, однажды это может пригодиться как проверка на подлинность, если какая-нибудь сущность решит притвориться им. От потока возмущений Доёна спасает только то, что Луи на плече Тэна привлекает к себе внимание: — Кажется, пришли, — оповещает он, заинтересованно дёрнув ушами, и грациозно приземляется в высокую траву на обочине. Он бы даже мог в ней затеряться, если бы не хвост, извивающийся ленивой змейкой в воздухе. Тэн переводит взгляд обратно на дорогу и понимает, что та приводит их к тупику, а точнее высокому забору с табличкой «частная территория», который выглядит весьма презентабельно, несмотря на дальнее расположение. Видно, что хозяева регулярно посещают это место, впрочем, кто бы не, учитывая, как тут красиво и какой свежий воздух, пахнущий весенними травами. Как бы сказал сам Тэн — запах качественного и обильного фотосинтеза. Это в очередной раз напоминает ему о том, что скоро начнётся его любимый сезон заготовок ингредиентов для зелий, отваров и чаёв. Весь чердак будет заполнен пряными, сладкими и душистыми запахами цветов и трав, а Юта будет непрерывно чихать, если забудет наложить нейтрализующее заклятие на свою аллергию на пыльцу лабазника или как всегда ошибётся с дозой. За размышлениями о приближающемся лете Тэн почти забывает, для чего они вообще сюда пришли. — Ну и что это значит? — встав в претензионную позу перед вышеупомянутой табличкой, спрашивает Доён и щурится от закатного солнца, потихоньку исчезающего за верхушками деревьев. — Что мы перед очередной загадкой, к которой нет инструкции, — лаконично предполагает Тэн, осматриваясь в поисках чего-то предположительно подозрительного для данной местности. — Ну, либо этот Иван Сусанин хренов, который сейчас температурит дома в компании Куна, опять завёл нас в очередную глухомань, — на общих правах предполагает Луи, осторожно ступая по подъездной дороге, усыпанной мелкими камушками. — Какой-то сраный невыполнимый квест. Пойди туда — не знаю куда, найди то — не знаю что. Послушали бы эти старейшины себя со стороны, — причитает Доён, наклоняясь вниз, и прикладывает обе ладони к земле, чтобы пустить по ней импульс энергии в разные стороны. Одна из волн достигает Тэна, и он чувствует, как его магический сосуд автоматически на неё реагирует ответным импульсом, похожим на удар сердца. Заклинание эхолокации — один из самых надёжных способов обнаружить любые источники колдовства, магии или следы потустороннего на большой территории. Доён в силу своих успехов в демонологии владеет им почти идеально. Чтобы не стоять без дела, Тэн осматривает периметр забора и думает, что было бы неплохо поискать в реестрах собственника этой территории. Может, всё намного проще и им дали прямую наводку? Ах, даже если он понимает, что это его глупые мечты, действительно было бы неплохо хоть однажды обойтись без долгой возни. — Луи, чувствуешь что-то? — не особо надеясь на чудо, спрашивает Тэн для галочки. — Да. Я чувствую, что где-то неподалёку что-то сдохло, — без тени сарказма выдаёт тот и кривится, прижав уши. — Возможно, это была моя последняя нервная клетка, — вставляет свои пять копеек Доён, но вдруг замолкает, распахивая глаза, будто что-то отозвалось на его импульс. — Нет, я серьёзно, воняет какой-то птицефермой, — говорит Луи, направляясь куда-то, и Доен одновременно шагает туда же, не сговариваясь с ним. Без лишних вопросов Тэн идёт следом. Дойдя до угла забора, где трава уже закрывает икры, они идут ещё метров двадцать вдоль, пока не натыкаются на окружность почти голой земли, усыпанную какими-то чёрными перьями. Доён наклоняется и, вытащив из кармана платок, берёт одно из них, чтобы посмотреть поближе. — Перья? — с недоверием спрашивает Тэн, как бы интересуясь, связано ли с их тёмным магом то, что здесь явно что-то сдохло. — Не просто перья. На них остался след от чьего-то заклинания, — хмурится Доён и поднимается на ноги. В свете последних лучей солнца Тэн замечает на пёрышке слабый янтарный отлив. — Смердит ужасно, — комментирует Луи, прикрывая нос лапой, и в этот момент Тэн искренне не завидует его чувствительному обонянию. — Это очень сложное заклинание, имитирующее особенность одного высшего демона по имени Морай. Он слеп, поэтому использует чёрных ворон как свои глаза, которые дают ему возможность выслеживать жертву на огромной территории, такой, как лес, например. Приказывая птицам оставаться на своих местах, будто они камеры наблюдения, он может составлять целые карты в своём сознании и точно знает, где поджидать свою цель, — задумчиво проговаривает Доён, в очередной раз демонстрируя свои знания, и молча переводит пристальный взгляд на Тэна. Он понимает его без слов. Не то чтобы Тэн повидал мало дерьма за свою колдовскую практику, но теперь вечереющий лес невольно заставляет его вздрогнуть. — Мы сможем использовать их для заклинания поиска? — тут же спрашивает он, когда в полутени леса что-то неожиданно не то каркает, не то квакает. — Сможем, — кивает Доён и наклоняется ещё за одним, на что Луи смотрит с нескрываемым отвращением. — Тогда бери парочку — и сваливаем нахрен отсюда.

***

' ▪︎ [□ D □] ▪︎ '

Совсем не удивительно, что первым делом после того, как Юта оказывается в состоянии вставать с кровати без последствий в виде полётов с лестницы и головных болей, первым делом он думает не о том, как восстановить свои колдовские силы, а как бы поскорее встретиться с Тэёном. И кто бы не, учитывая, как Юта о нём отзывается. Именно поэтому Доён даже не ведёт бровью, когда видит его на пороге их дома чудесным майский утром — приветливо улыбающимся, выглядящим так свежо, как не выглядят бизнесмены посреди рабочей недели в девятом часу утра, и с бумажным коричневым пакетом, из которого Доён чует любимый кофе Юты. «Ну да, дома тебя таким не побалуют, братец, я уже давно на чай перешел», — думает он, отмечая для себя, что пока Тэён производит хорошее впечатление. Возможно, даже слишком. Насчёт своего впечатления Доён не уверен: он едва разлепил глаза, когда услышал звонок в дверь, и спустился как был: с припухшим лицом, лохматыми от долгих попыток устроиться на подушке волосами и в халате поверх пижамных штанов. — Доброе утро, — коротко кивает Тэён, очень бегло окинув его взглядом, — о, симпатичные дыни. А Юта спит? Он сказал, что я могу навестить его перед работой. Услышав комплимент своим пижамным штанам, Доён аж просыпается от удара смешанных эмоций и, поразмыслив немного, решает упустить комментарии про это утро. Совсем не обязательно кому-то знать, что он плохо спал из-за мыслей об их с Тэном вчерашней находке и отданной на осмотр машине. — Скорее всего он так сказал, потому что очень хотел тебя увидеть. Обычно раньше девяти его не заставит проснуться даже буксир, — усмехается он, на что Тэён подхватывает шутку. — Уверен, ты знаешь секретные способы, — заговорчески говорит он, так обворожительно и одновременно смущенно улыбаясь, что Доён задумывается, этот лёгкий флирт в голосе у него от природы или годы тренировок дают о себе знать. Юта действительно на такое падок. — Проходи, — не сумев не улыбнуться, приглашает Доён, но лишь потому, что Тэён справится с поднятием боевого духа Юты лучше, чем лишний часик сна. И он не ошибается: едва тот слышит заветное имя — несётся в душ, как будто в него вселяли дух не видавшего виды колдуна, а древнегреческого атлета в расцвет карьеры. — Симпатичный у вас дом, — делает комплимент Тэён, слегка оглядываясь, и не похоже, что он говорит так, чтобы заполнить тишину, образовавшуюся на кухне, когда Доён предлагает подождать Юту там. Ему всё равно нужно позавтракать перед работой в магазине. — Сейчас такую недвижимость не купишь без состояния. — Ты прав, но состояния у нас никогда не было — дом нам достался от прабабки, — нюхая чайную смесь в заварном чайнике, отвечает Доён и, покривившись от запаха, решает сделать новый чай, а то побочки испорченного зелья, которое Тэн туда добавляет, не самые приятные. — Не пентхаус, конечно, но зато свой. — Наверно, у вас полно историй, связанных с ним, — предполагает Тэён, облокачиваясь на гарнитур, и делает круг взглядом, останавливаясь на доёновых руках, открывающих банку с чаем. В этот момент аура его души почему-то ощущается приятно и слегка щекотно — может, знак, что ему действительно интересно. В последнее время Доён наоборот пытается абстрагироваться от энергетических полей мало знакомых людей — никогда не знаешь, на что можешь наткнуться, подслушав импульс мимо проходящего — но тэёново присутствие совсем ему не докучает. Совсем не так, как обычно ощущается энергетика человека, у которого полно дел и стресса. Это кажется подозрительным, но Доён спускает на тормозах, вспомнив, что ему вообще-то задали вопрос. — Если бы ты только знал, — усмехается он, но больше ничего ответить ему не удаётся. Оживлённый Юта, который спускается вниз со второго этажа, крадёт почти всё внимание Тэёна себе и под шумок усаживает за стол, по пути ради приличия говоря, что не стоило приносить вкусности. Конечно же, всё это маленькая белая ложь. Заливая кипяток в чайник для заварки и быстро соображая что-то на завтрак, Доён краем уха слушает незамысловатый диалог и мысленно смеётся над этими двумя. Вот Юта делает вид, что ему уже лучше, хотя прекрасно знает, что это энергичное утро дорого ему обойдётся вечером; Тэён говорит ему больше спать и отдыхать. Потом они залипают в его смартфон, разглядывая какую-то «классную розовую пушистую штуку для интерьера», которую он нашел в торговом центре вчера. Юта говорит, что это напоминает ему об огромном плюшевом медведе, которого они видели, прогуливаясь по парку в тот день, когда их попытка покормить уточек в пруду закончилась утоплением браслета и солнцезащитных очков. И пока Тэён обещает купить новые, Юта добавляет, что хочет красные в виде облаков с висюльками. «Одна клетка мозга на двоих», — делает заключение Доён, почти молча завтракая с полуулыбкой на лице, и нехотя прислушивается к магическому сосуду Юты. Обычно дремлющий или неспокойный, рядом с Тэёном он становится более энергичным и хаотично пульсирующим. В один момент они как будто даже входят в резонанс друг с другом, но Доён не уверен, что это значит. Он не слишком хорош в отношении таких дел, а вот будь здесь Тэн, он бы сказал, о чём может рассказать такое взаимодействие энергий. В любом случае, может, это неплохо, что энергия Юты становится бодрее, когда Тэён рядом? Хоть это и не ощущается, как романтическая связь. Отмахнувшись от этой странной мысли, Доён уже хочет приступить к чаю, но его отвлекает вибрация сбоку. Высветившаяся иконка с фотографией Джено заставляет напрячься. — Алло? — отвечает он, посмотрев на часы — магазин должен открыться через несколько минут. — Эм, Доён, в общем, у нас тут чрезвычайная ситуация, — тяжело дыша, тараторит Джено, после чего на фоне слышатся какие-то нечленораздельные ругательства Винвина. — Что случилось? — взволновано спрашивает Доён, выходя из кухни в коридор, и прихватывает с собой остывший чай, выпивая половину залпом. — Кажется, ночью на полке лопнуло одно из зелий. Я не знаю, в чём причина — мы соблюдали все рекомендации по хранению, — Джено делает передышку и откашливается. — В общем, оно протекло в пакет с засушенными венериными мухоловками… — Так. — Доён садится на кресло в гостиной и допивает чай полностью. — И у нас по всему магазину сейчас ползают огромные хищные соцветия, которые пытаются сожрать меня и Винвина… Винвин, сверху! — Да вашу ж инфернальную ботанику! — стонет Доён, оставляя чашку на столе, и бежит на кухню, по дороге обещая приехать как можно скорее. — Юта, мне срочно нужно в магазин, у нас там проблемы с зе… — он смотрит краем глаза на Тэёна, — кхм, с электричеством. Да, с электричеством. В общем, я побежал. — Вызвать тебе такси? — предлагает Юта. — Что? — Ну, я думал, ты отдал машину на осмотр? Вот чёрт. Доён прикладывает ладонь ко лбу и стонет. Надо же было случиться какой-то катастрофе именно сегодня, когда он планировал спокойно доехать до магазина на автобусе и не париться. Так к его приходу Джено и Винвина либо действительно сожрут, либо весь их товар будет испорчен. — Я могу подвезти, если ты торопишься, — подаёт голос Тэён как бы невзначай и посматривает на Юту, — всё равно мне минут через пять уже нужно выезжать на работу. — Правда? — из-за спешки согласный буквально на любую помощь, спрашивает Доён. — Кстати, вам по дороге, — поддакивает Юта, и хотя он немного расстраивается из-за короткой встречи, понимает без слов, что случилось что-то явно более масштабное, чем проблемы с электричеством. Наспех одевшись не совсем по погоде, Доён запрыгивает на переднее сидение тэёновой машины и ловит вьетнамские флэшбэки с тех времён, когда за руль он садился не чаще раза в неделю, потому что Джэхён или его личный водитель подвозили его. Что ж прошли времена. Пока Тэён заводит машину, Доён осматривает поверхность приборной панели и натыкается взглядом на очень натуралистичную фигурку жабки рядом с прозрачным контейнером с влажным мягким мхом внутри. Впрочем, таковой она остаётся ровно до тех пор, пока вдруг не издаёт громкий квакающий звук, надув свой горловой мешок, и на это в ответ из багажника доносится какой-то каркающий звук. Тэён на это никак не реагирует, выезжая на проезжую часть, из чего напрашивается вывод, что это норма у него в салоне. — Кхм, необычный у тебя выбор питомца, — выпучив глаза, мягко комментирует Доён, на секунду подумав, что у него начались галлюцинации, но Тэён в ответ смеётся: — Не такой уж необычный, земноводные довольно популярны в последнее время. — Он со знанием дела многозначительно посматривает на свою жабку, чья физиономия выражает красноречивое «как всё задолбало», и нервно прокашливается. — И что, жабы у тебя просто так по салону прыгают? — интересуется Доён в шутку, задумываясь, ему ли одному это кажется слегка странным. — Вообще-то Барти очень воспитанный малый, — возражает Тэён, — он знает своё место. Правда, строптивый иногда, но мы над этим работаем. Да, Барти? Тот равнодушно квакает и поворачивается к Доёну своей пятнистой спиной, глядя на дорогу. — Ну вот, и я о том же, — вздыхает Тэён, и в этот момент всё происходящее начинает казаться забавным. В конце концов, разговоры с животными — часть установлениями с ними близкой связи. Правда, в случае Доёна это не односторонняя связь, поскольку Донат, Луи и Леон всё-таки не просто питомцы (хотя как же иногда хотелось, чтобы последние два поменьше болтали). — А что за каркающая братва в багажнике? Ты зоопарк ограбил? — интересуется он вдогонку, посматривая на время. Разговоры ни о чём немного отвлекают от фантазий о том, что там сейчас творится в магазине. — Каркающая братва? — Тэён нервно смеётся и перебирает руль. — Ну, ты почти угадал — у меня бизнес в зоосфере. Если точнее, небольшая сеть зоомагазинов. — Любишь животинку, значит, — помечает для себя Доён, сдержав комментарий о том, что Юта — редкий вид, требующий особого подхода, если в один день у них вдруг всё серьёзно завертится. — Не то чтобы это обязательно для управляющего, но в моём случае звёзды сошлись, животинку я люблю, — соглашается Тэён, — кстати, у тебя очень симпатичный кролик. Заглядывай, если для него понадобится что-то, буду рад. — Ага, спасибо, буду иметь в виду, — задумчиво отвечает Доён, мысленно пытаясь ответить себе на вопрос, всегда ли он так участлив и хорош или это нервное. — Интересно, конечно, какие партнёрские дела могут быть у Джэхёна с владельцем зоомагазинов. Он не очень-то жалует животных, судя по моему опыту. По крайней мере кроликов. Я очень удивился, увидев тебя в его отеле тогда. — Правда? Поверь, я был удивлён не меньше, — усмехается Тэён, — ну, то есть, я имел в виду в хорошем смысле, — поправляет себя он, всё это время не переставая ненадолго отвлекаться от дороги и стараться смотреть в глаза. — После того, как я украл Юту с ваших посиделок, у нас не было шанса нормально познакомиться. В смысле, с тобой и Тэном. Доён на секунду кидает в Тэёна подозрительный взгляд, но списывает всё на слегка незнакомую обстановку для них обоих, пытаясь максимально нейтрально ответить, что пока о столь близком знакомстве говорить рано, хотя он не против. Тэён кажется… хорошим. Ладно, возможно, слишком хорошим и приятным. Не то чтобы Доён продолжает думать, будто у Юты дурной вкус — на Куна же он как-то наткнулся — просто такой драматичный переход от плохих парней к, ну, Тэёну, выглядящему таким приветливым, порядочным и, чего уж скрывать, симпатичным, вызывает вопросы. — И всё-таки, что у вас за дела с Джэхёном, если не секрет? — возвращается к теме Доён, когда они останавливаются на светофоре и Барти участливо квакает. — Ах да, — вспоминает Тэён, поправляя зеркало заднего вида, а заодно и свои светло-каштановые волосы, — мы с ним начали реализовывать небольшой благотворительный проект по спасению уязвимых для вымирания видов рыб. Сейчас у него в отелях устанавливают огромные аквариумы с информационными стендами, в которые мы уже совсем скоро запустим малышей кошачьеголовых акул. Знаешь, акулы не очень хорошо защищены квотами от рыболовного промысла, да и кто будет беспокоиться о таком, если не привлечь к этому внимание, верно? Вокруг них собирается столько мифов, что не все понимают, что они бывают разные и являются частью экосистемы. Есть некоторые виды, которые по длине умещаются в предплечье. У меня как-то была карликовая акулка, так вот… Слушая Тэёна и его рассказы о рыбах, Доён не замечает, как начинает улыбаться. Кажется, он много говорит, когда волнуется, хотя с чего бы ему? Возможно, Юта наплёл про любимого брата такое, что с ним рядом находиться волнительно, если хочешь произвести впечатление, но не похоже, что Тэёну нужно сильно стараться, он и без этого справляется. Может, любовь к животным и беспокойство о видах рыб, уязвимых для вымирания, это не такой явный показатель доброты для кого-то, но для Доёна очень даже. Не только питомцам нужно внимание и забота. Юте они нужны особенно, да и самому Доёну, если честно, этого катастрофически не хватает в последнее время. — Эй, смотри на дорогу, а не в смартфон! — вдруг выкрикивает Тэён в окно, когда один из водителей задерживает всю полосу, тем самым вызывая гудение на дороге. Они и правда торопятся, и хотя Доён не показывает этого внешне, Тэён всё равно старается выбирать короткие пути и прибавлять скорость, где это возможно. Весьма заботливо с его стороны. — Ты поэтому больше любишь мотоциклы? — В том числе, — прибавив газу, соглашается Тэён, несмотря на то, что мгновением позже его лицо выражает секундное замешательство по поводу того, откуда Доёну это известно. Что ж, Юта просто довольно много болтает. — Ну, ещё потому, что мотоциклы мне водить проще, чем машину. Я в этом не так хорош, как хотелось бы. — Либо кое-кто прибедняется, либо это не самое удачное признание пассажиру во время поездки, — замечает Доён, как и то, каким более сосредоточенным и внимательным Тэён становится на большей скорости. Сравнить ему не особо есть, с чем, но для себя он думает, что это не показное. Скорее всего ему и правда не всё равно. — Я знаю, но зато честно. Иногда волнуюсь, когда приходится кого-то везти. Знаешь, вся эта статистика про аварии и прочее. «О да», — думает Доён, вспоминая себя за рулём первое время. Ему тогда помогали сделанные им же обереги, которые до сих пор валяются где-то в бардачке по старой памяти и наверняка хоть немного, но отгоняют от него неудачу. Одно время они пользовались популярностью в их магазине, несмотря на то, что многим нравились за красоту, а не функциональность. Для простых людей их лавочка вообще неплохо замаскировалась под местечко со странными безделушками и сувенирами. Чем дальше от времён, когда маги и ведьмы совсем не умели скрывать колдовство от простых людей, тем более скептичен народ по отношению к необъяснимому. — Не знаю, веришь ли ты в такое, — аккуратно вворачивает Доён на пробу, желая помочь, — но иногда обереги из металла с определённой символикой помогают справиться с волнением и приносят удачу на дороге. — Правда? — с интересом удивляется Тэён, на что Барти опять подаёт голос. У него что, кваканье по расписанию? — Скорее верю, чем нет, — будто нехотя сознаётся он и качает головой. — Хочется думать, что есть что-то большее, чем самовнушение. Это не слишком наивно? В этот момент Доён понимает, что слушал так внимательно, что на неприличное количество времени подвис взглядом на тэёновом лице, и когда тот поворачивается в ответ, ему приходится сделать вид, что он задумался, а не засмотрелся. — Нет, совсем нет. Только не для меня, — немного неловко почесав шею, отвечает Доён. — Тебе тоже стоит заглянуть к нам в магазин как-нибудь, — не упускает возможности прорекламировать своё дело он и замечает по знакомой улице, что до места назначения осталось буквально полминуты, — у нас этого добра полно, Винвин подберёт тебе что-нибудь. — Обязательно, — кивает он, усмехаясь, и хотя Доёну непонятно, отчего такая уверенная формулировка, он решает, что больше ничего спрашивать не будет, а лишь поблагодарит за помощь по приезде. Когда машина Тэёна скрывается в общем потоке автомобилей, он даже радуется, что непонятное подозрительное чувство симпатии во всём теле перебивается беспокойством за Джено и Винвина. Нельзя ему думать о таком по понятным причинам. Забегая в магазин через чёрный ход, Доён готовится к хаосу поистине космического масштаба, однако в торговом зале застаёт только Винвина со шваброй, ошмётки венериных мухоловок, прозрачную вонючую слизь и атмосферу, как после многочасовой вечеринки, когда нужно убираться, но всем лень. — Какого Люцифера тут случилось? Где Джено? — переступая через лужу слизи, спрашивает Доён и осматривает полки на предмет испорченного товара. На его скромный взгляд, пострадало не так уж много. — В туалете смывает шерсть, — будничным тоном отвечает Винвин, опираясь на швабру, только что загнавшую в совок разорванную напополам мухоловку, — и да, ему нужны новые форменные штаны. — Ч-что? — садясь на стул возле кассы, всё ещё не догоняет Доён. — Пока мы ждали тебя, Джено от стресса немножко обратился, — вздыхает Винвин, меланхолично пиная массивные стебли поближе к мусорному пакету и заставляя желать хоть кусочек своей искренней невозмутимости, — потом покромсал тут всех, пока я отсиживался в коморке со шваброй наперевес, отдышался и пошел переодеваться и смывать шерсть, — бегло пробегаясь по основным событиям, рассказывает он и утрамбовывает голову растения в мусорку, немного пыхтя. — Так ты будешь помогать с уборкой или что? Прикрыв уставшие и невыспавшиеся глаза, Доён роняет голову на прилавок, и пока касса издаёт непонятные звуки, искренне думает, что, если так продолжится, в его жизни больше не выдастся ни одного спокойного денька.