Спасу тебя, даже если ты этого не хочешь

Тодороки сбежал из своей палаты. Нет, это был не побег от врача или приема лекарств, он не ушел из больницы, или еще чего похуже. Просто то количество эмоций, которое он сейчас испытал, из-за своих друзей, слишком большое чтобы осмыслять свои действия. Бакуго только что вернулся с обследования и заявил что собирается ставить себе механический протез руки. Киришима в полном шоке накинулся на него с крепкими объятиями, немного отстранившись, он положил ладони на лицо парня и начал бормотать какие-то очень смущающие речи, судя по реакции Бакуго. Тодороки, пропуская все эти слова мимо ушей, тихо встал со своей койки и быстро вышел из палаты. Он не хотел прерывать своих друзей, хоть ему и было очень неловко, от этой сцены. И он сбежал. К Изуку. Тодороки шёл довольно быстро. Ему скорее хотелось рассказать Изуку о том, свидетелем чему он только что стал. Казалось его другу это понравится. Особенно после того откровенного разговора с Бакуго. Когда Тодороки зашёл в нужную ему палату, он стал свидетелем ещё одной неловкой сцены. Мидория наполовину свалился с кровати, его ноги по прежнему лежали на койке, забинтованные руки замерли в одном полусогнутом положении, а голова лежала на полу. Над ним стояла грозная медсестра и плачущая мать. –Я предупреждала что активируют свою причуду если вы не угомонитесь! – сказала медсестра, уперев сжатые ладони в кулачках на пояс. Мидория промычал возмущение сквозь плотно стиснутые зубы, выражение его лица застыло и никак не менялось. –Иизукуу, – Инко наклонилась чтобы поднять своего сына с пола. Гнев медсестры быстро прошел и она тоже начала помогать укладывать пациента обратно в постель. –Мадам, не переживайте, мне слишком часто приходиться использовать причуду на пациентах, отдыхать не успеваю, так что он меньше чем через минуту придет в себя, – женщина успокаивающе погладила Инко по плечу и предложила присесть обратно на стул. Тодороки наконец-то отмер от шока, нахмурившись он закрыл за собой дверь и подошёл к койке Мидории. –Куда ты опять собрался? – голос был спокойным и ровным, чего не скажешь о его выражении лица, нахмуренные брови и стиснутые губы. Он спрятал сжатые в кулаки ладони за спиной. О присутствии медсестры тут-же забыли. Она тихо оповестила что скоро заканчивается время посещения и вышла из палаты. –Шото, посмотри на это с другой точки зрения, я не нанёс себе ни одной травмы своими причудами, – мило улыбался Изуку, начиная очень тихо и медленно оправдываться, при виде одноклассника. Мидория уже привык к тому, что каждый входящий в палату знакомый, начинал упрекать его. Он знал что его улыбка могла смягчить горе присутствующих, и также распалить их гнев. –Это не отменяет того что ты всё равно сильно пострадал и лежишь сейчас парализованный причудой медсестры, чтобы не натворить глупостей, – упрекнул его Шото. Он хотел сказать ему, вроде как очень даже хорошую новость, но они снова начали не с того. Ему хотелось уже завершить эту тему, о безрассудстве его одноклассника. –Изукууу, – заревела мать Деку, она уже не могла держать слезы при себе. С учетом её чувствительности она хорошо справлялось с контролем своих эмоций. Ей так много хотелось сказать своему сыну, как она им гордиться, как переживает, как зла что он такой безрассудный, рада что он такой отважный, смелый, сильный. Но за слезами и всхлипами это было сложно понять. Мидория тихо кряхтя, медленно приподнялся на кровати. Шото тут же подскочил и положил подушку в более удобное положение, чтобы Изуку опёрся на неё спиной. –Откуда в тебе вообще силы двигаться после такого боя? Совсем не чувствуешь отдачи от причуд? А то что они постепенно угасают? Вообще не волнует что останешься калекой? – ворчал Шото со скрещенными на груди руками. Мидория, легонько, очень нежно улыбнулся на действия Тодороки, тот ворчал но всё равно помогал ему и заботился. Шото замолчал на какой-то момент завороженный этой улыбкой. Ему хотелось верить, что он единственный кто слышал его собственное громкое сердцебиение. В это время в оплату вошёл медбрат и стал уговаривать мать Изуку покинуть палату, ведь время посещения закончилось. Мужчина даже не взглянул на Тодороки, который должен был находиться в другой палате и которого, по хорошему, тоже надо бы вернуть на место, он только тяжело вздохнул, направляя все свои силы на успокаивание женщины. Через несколько минут, Инко попрощалась с сыном и вышла с медбратом из палаты. Деку было стыдно, что его мама плачет, а парень, который ему нравиться, ругает его. Ведь за всем этим наблюдал его учитель. Деку был благодарен тому что тот оставался в стороне, слушая, чувствуя себя также неловко как и Деку. Хотя, может Всемогущий отчитает его позже, когда перестанет отмалчиваться в сторонке. А может его самого отчитают, ученик не далеко от учителя ушел. Оба сейчас прикованы к больничным койкам своим неутешительным состоянием, ну и иногда причудой медсестры. Как только дверь за медбратом и матерью Дэку закрылась, Шото уселся на кровать Мидории и положил голову ему на плечо, утыкаясь лицом в изгиб шеи, нагло вдыхая феромоны омеги. Запах свежескошенной травы ударил в нос, и казалось только усиливался. Тодороки положил свои ладони на забинтованные руки Изуку и выпустил свои феромоны. Мидория приложил все силы чтобы не дернуться от этого аккуратного и нежного жеста альфы. От смущения он превратился в помидор, всё от основания шеи и до макушки покраснело. Его обволакло запахом вишни. Шото понравилась реакция парня и он окончательно расслабился, переходя к разговору ради которого он сюда прибежал. –Бакуго собирается поставить себе механический протез руки, – начал говорить Тодороки, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони Мидории. Реакция учителя и ученика была до комичного одинаковой, они оба в шоке округлили глаза и приоткрыли рты, но ничего не сказали. –Киришима накинулся на него с глазами сердечками, – сказал Шото и поднял свою голову чтобы посмотреть Изуку в глаза, как бы говоря, такими же влюблёнными глазами как у меня сейчас. –Они теперь встречаются?! – в глазах Изуку мерцали звёзды. Настолько он был рад за друга, и заинтересован в его счастье. Мидория вытащил из чужой хватки свою ладонь и положить по верх ладони Тодороки. На секунду он смущенно отвёл взгляд от Шото. –Наверное, вроде да. Когда я закрывал за собой дверь они начали целоваться, – кивнул головой Шото. Мидория сильнее сжал ладони на руке Тодороки, его глаза просили больше подробностей. – Я конечно услышал потом взрыв, но раз криков и выбегающих из полеты горящих тел не последовало, то думаю да. Парни увлеченно болтали друг с другом, уже переходя на шёпот, и не замечали действий их учителя. Тот тихонько сфотографировал их и отправил главной сплетнице их класса, Мине. Подписав что Бакуго и Киришима то же где-то там милуются.

***

Стоило Бакуго сказать свои намерения касательно установки протеза руки, как Киришима набросился на него с объятиями. Немного отстранившись, Киришима положил свои ладони на лицо Бакуго и стал радостно лепетать о том что он поддерживает решение Кацуки, что переживал за него, о том какой Кацуки молодец что решился на этот шаг, как рад что они могут оба быть героями, потому что без Бакуго это было бы не настолько великолепно как того хотелось. Бакуго все это время смотрел в изумительные глаза не против, и с каждым словом его лицо краснело всё сильнее, а Киришима не прекращал его нахваливать, не умолкая ни на секунду. Казалось что если Киришиму сейчас не остановить он свалиться от недостатка кислорода в легких. И Бакуго выбрал самый глупый способ заткнуть друга, после того как небольшой взрыв в левой руке не возымел никакого эффекта. Он его поцеловал. Они и без того били так близко что ощущался каждый вздох, так что Бакуго не составило никаких усилий притянуть рыжего за затылок функционирующей рукой. Ладони Киришиму лишь на секунду ослабли, а затем переместились чуть ниже, притягивая отстраняющегося Кацуки обратно. –Бакуго! Скажи мне что я не заблуждающийся идиот и понял этот поцелуй правильно! – глаза Киришими сверкали, он ожидал лишь одного ответа. –Да, болван, – ответил Кацуки, зажмурив глаза и опустив лицо в низ. Да Киришима только что ответил на и его поцелуй, но ведь это могло быть и просто состояние аффекта, да? Была вероятность что.... Мысли Бакуго оборвались когда Эйджиро поцеловал его в лоб. Он ощущал эту глупую улыбку кожей. Расслабившись Кацуки положил голову в изгиб шеи. Он порядочный Омега, который не позволял себе так нагло вдыхать феромоны альфы, до самого этого момента. Запах арбуза уже давно стал его любимым. Киришима также наслаждался возможностью уткнуться в шею омеги, частично скрытую за бинтами. Он не мог дождаться того момента, когда сможет также беззастенчиво ощутить его запах ванили, незапятнанный запахом лекарств.

***

В тоже время, в общей палате класса А, Мина запищала от увиденного на телефоне, перепугав всю палату. –Не знала, что ты тоже можешь переходить на ультразвук, – пожаловалась Джиро прикрыв забинтованное ухо рукой. –Что тебя так обрадовало? – подошёл посмотреть Шинсо. Он лишь мельком заметил фотографию, прежде чем Мина начала прыгать на кровати. –Мина, прекрати баловаться и скажи что произошло! – возмутился Иида. –Там была фотография Тодороки и Мидории, видимо это связанной с ними, – сказал Шинсо. –И не только с ними! – Мина прекратила прыгать на койке и спустилась на пол. –Шито и Дэку как обычно слишком нежные друг с другом как для друзей, но это не новость,– сказала она махнув рукой и подогревая интерес сделать небольшую паузу. – Бакуго и Киришима начали встречаться! Почти все в полете восторженно закричали. Им не хватало сплетен из-за того что они не могли покинуть больницу и не все их друзья оказались в одной палате. И они тут же ухватились за возможность. Они спрашивали у Мины от кого она это узнала и просили фотографию Тодороки и Мидории. Мина поднесла телефон к столпившимся одноклассниках около одной из коек, увидив имя отправителя они поняли почему фото и сообщение не были отправлены в общий чат. И во всей этой суматохе, от Мины не ускользнули спокойные лица Каминари, Серо и Шинсо. Она подозрительно сощурив глаза и обратилась к парням: –Вы уже знали! –Ну, не совсем, – ответил Серо неловко почесав затылок. –Скорее ожидали этого все три года? – слегка задумавшись дополнил Каминари. –Что! Я упустила такую сенсацию, а вы молчали! – она возмущенно надула губы и стала приближаться к парням. –Когда мы это заметили, Бакуго всё ещё был неугомонным и мог кому-нибудь зарядить взрывом в лицо. Прости что не хотелось быть его грушей для бритья, – отшутился Серо отбегая от девушки прячась за Иидой. А Каминари спрятался за Шинсо и тихо хихикал с Мины бегающей за Серо. Услышав смех та резко сменила свою цель. Она посмотрела на Каминари прячущегося ща спиной Шинсо, и кажется была близко к какому-то осознанию: –Ты тоже с ними в сговоре, Шинсо? –Возможно, – лукаво улыбнулся Шинсо и посмотрел на Каминари. –Он такой болтун. –Эй! – возмутился Каминари на выпад в его сторону от того от кого точно не ожидал. –Кстати, пока Каминари мне на это не указал, я тоже был слепцом! – добавил Серо, надеясь что так внимание от него ускользает. И просчитался. –Вот значит как?! – Мина развернулась обратно к нему.–И не сказал мне? Я думала ты смелый! Шинсо тихо посмеялся со слабого удара кулаком в плечо, от обиженного Каминари. Он пригнулся и прошептал извинения на ухо парню. Это никем не было замечено, все были увлечены боем на подушках начавшимся между Миной и Серо.