Так, что красавец вроде тебя делает здесь?

С момента, когда Вэй Усянь бесстыдно обратился к Лань Ванцзи по первому имени, прошло несколько дней. Более потеплений между ними Лань Ванцзи не замечал и был по большей части рад этому. Пусть чувства, что он испытал в момент, когда осознал намерения Вэй Усяня по отношению к нему, и поостыли, он все еще старался не забывать их и держаться на расстоянии. Он не знал, как понять, что из поведения Вэй Усяня является искренним, а что образом и качествами, что он сам в нем додумал. Что из его слов является правдой, а что нет или не совсем? Он боялся запутаться в своих предположениях, поэтому предпочитал не верить лишний раз, как он всегда делал с людьми. Он все упорно проводил между ними черту, обращаясь на вы, огораживаясь от прикосновений и разговоров. Он не грубил и не любезничал, он не ненавидел его, но и не хотел дружбы с ним. Он просто снова стал обычным отстраненным от людей собой. Таким, каким был всегда. Жизнь приобрела для него свой привычный темп и оттенок. Все стало таким же, как и до устройства в этот салон и встречи с Вэй Усянем. С той лишь разницей, что раньше ему было плевать на все, что его окружало, а теперь он делает вид. — Здравствуйте! — со стуком каблуков и привычным звоном входного колокольчика в салон вошла женщина в шубе, которую Лань Ванцзи уже встречал несколько дней назад. Он поздоровался с ней в ответ и указал на зону ожидания около входа, та поджала губы, будто готова была возмутиться, что ей придется ждать, несмотря на запись, однако к ним вовремя подошел Вэй Усянь, поприветствовал ее и уверил, что они уже могут приступать. Та кивнула, ее темные, подчеркнутые косметикой глаза вновь приобрели безразличный оттенок. Вэй Усянь принял у нее пахнущую духами шубу и положил на стул, на что словил немного брезгливый, недоуменный взгляд. Госпожа Сяо промолчала, разгладив несуществующие складки на блузке, однако по выражению ее лица можно было прочесть пренебрежение ко всему, что ее окружало. Вэй Усянь вздохнул, на секунду прикрыв глаза, будто приказывая себе успокоиться, и Лань Ванцзи понял что ему эта женщина абсолютно не по душе, в чем был солидарен с ним. — Раздевайтесь и присаживайтесь сюда, — он указал на кушетку, в это же время готовя себе рабочее пространство для сеанса. — Это не займет много времени, деталей мало, да и татуировка небольшая. Хотя по костям бить больно, имейте в виду. Женщина лишь махнула рукой, не обратив на его слова внимания, и Вэй Усянь закатил глаза, улучив момент когда та его не видела. Она без стеснения сняла с себя блузку, оставаясь в одном только ажурном лифчике, и Лань Ванцзи непроизвольно напрягся, помня, как Вэй Усянь падок на интрижки. Даже если не брать в расчет флирт Вэй Усяня в сторону кого попало, его жене можно было только посочувствовать, будь у него супруг с подобной работой, он сошел бы с ума от ревности. Однако Вэй Усянь, к счастью, не оправдал его ожиданий. Он лишь перевел эскиз на кожу и приступил к своей работе, не обращая и капли внимания на ее фигуру. Ни коротким взглядом, ни пальцем он не позволял себе лишнего и выглядел полностью сосредоточенным на своем деле. Ванцзи и сам не совсем понимал, чего он, в общем-то, ждал, и отвел взгляд, возвращаясь к своему занятию. Стоило отдать должное Госпоже Сяо, весь сеанс она выдержала достойно, не издавая практически никаких звуков, лишь ее лицо по окончании работы показалось Лань Ванцзи довольно бледным, выдавая ее чувства. Она еще несколько минут придирчиво оглядывала татуировку через зеркало, пока наконец не надела блузку обратно. Ванцзи принял у нее оплату, и та, элегантно накинув шубку, поцокала к выходу, непонятно, довольная ли. Вэй Усянь облегченно вздохнул, видимо, довольный тем, что работа с ней наконец окончена и обошлась без особых проблем. — Ох, ну что ж, раз она не закатила скандал, вероятно, ей понравилось? — Мгм, — Ванцзи ответил, не направляя взгляда на Вэй Усяня, не желая забыться и увлечься беседой с ним. — А знал бы ты, как она выедала мне мозги во время создания эскиза! Поправьте это, измените то, верните как было, но по другому, а давайте лучше так, и просто бесконечные придирки! Я думал, свихнусь раньше, чем закончу. Ну хотя бы денег заработали, и то уже хорошо. — М-м, — он старался не проявлять особого энтузиазма, чтобы не показаться более увлеченным, чем хотел бы этого. А помня их разговоры в первые два дня, он хорошо знал, что легко погрязнет в его голосе и манере рассказывать. Этим действительно легко увлечься. — Эх, я понял тебя, — Вэй Усянь вздохнул и развернулся в противоположном от Ванцзи направлении, и ушел к себе. Лань Ванцзи украдкой бросил ему взгляд в спину и увидел, как у того чуть опустились плечи. От такого вида обычно бодрого, с вечно поднятой головой и расправленными плечами Вэй Усяня у него отчего-то потяжелело на душе, но он тут же постарался отогнать это чувство. Уборка всегда отвлекала и расслабляла его, так что и сейчас он встал и взял недавно купленный Вэй Усянем веник. Когда он уже почти закончил и пытался собрать весь мусор на импровизированный совок из листка бумаги, то внезапно услышал трель телефона. Мелодии не было, то был лишь звук от вибрации на одной из полок, так что он сразу же понял, что этот телефон принадлежал либо Вэй Усяню, либо Госпоже Сяо. Его собственный всегда был либо на беззвучном, либо звонил сохранившейся с покупки песней, что он так и не поменял. Подойдя, он увидел классический, довольно потрепанный черный смартфон, с именем абонента «Призрачный Генерал» на экране. Подобрав его, он открыл дверцу в комнату Вэй Усяня, и тот тут же вздрогнул, опасно покачнувшись на небольшом стульчике. Одной рукой он быстро перевернул листок бумаги, на котором рисовал, и Лань Ванцзи чуть вскинул бровь, однако не стал ничего говорить. Он молча протянул все еще вибрирующий телефон вперед и, стоило Вэй Усяню увидеть имя абонента, как он вскочил с места, выхватил мобильник из рук Лань Ванцзи и принял звонок, направляясь к улице. — Я помню! Прости. Нет же, просто телефон на беззвучке, а я его около кушетки забыл. Когда вы будете? Ох, черт, и долго ждешь? Отлично, се… — большего Ванцзи не услышал, так как Вэй Усянь уже вышел, оставив за собой только переливы колокольчика. Пару секунд растерянно постояв на месте, он пожал плечами и вновь приступил к своему занятию. Вэй Усянь вернулся спустя около пятнадцати минут, однако не один. С улыбкой на лице и сверкающими от восторга глазами около Вэй Усяня стоял мальчик, уже почти не ребенок, но еще и не подросток. Видимо, заметив его удивленный взгляд, направленный на гостя, Вэй Усянь коротко рассмеялся и опустил ладонь на макушку ребенка. — Это А-Юань, ты наслышан о нем. У Вэнь Нина сегодня дела, так что он побудет тут пару часов до закрытия. Да? — последнее он сказал, опустив голову, обращаясь к переминающемуся с пятки на носок А-Юаню, и тот кивнул, счастливо улыбаясь. — Хотя я мог бы и сам остаться! — несмотря на свои слова, мальчик буквально сиял от возбуждения и был рад находиться здесь. — Не сомневаюсь, баобэй, — Вэй Усянь потрепал его по волосам, на его губах тянулась теплая улыбка, в то же время взгляд Вэй Юаня, направленный на него, полнился обожанием. С первого взгляда стало ясно, насколько они любят друг друга. Они казались прекрасным образцом счастливой семьи, и из-за этой мысли у Лань Ванцзи сперло грудную клетку. Он кинул прохладный взгляд на Усяня, но тот не заметил, наблюдая за сыном. — Это все твое? — мальчик бродил по помещению, оглядывая и ощупывая все, до чего мог дотянуться и, когда Вэй Усянь согласился, издал восхищенный возглас. — Классно! Ты невероятный! — Усянь хмыкнул, явно польщенный, и Лань Ванцзи тихо вздохнул, опустив взгляд в пол. Он видел, как этот малыш привязан к отцу, сколько восхищения и любви было в его словах и тоне, которым он их произносил, и ему, знавшему чуть больше об их семье, а в особенности о Вэй Усяне, от этого становилось невыносимо грустно. — Эй, А-Юань! — тот быстро подошел к отцу, вопросительно заглядывая в лицо, и Усянь цыкнул языком. — А ты ничего не забыл? Вэй Юань растерялся, и Вэй Усянь указал взглядом на стоящего в сторонке Лань Ванцзи. Мальчик охнул и подошел к нему. — Здравствуйте… Лань Ванцзи перевел на него взгляд. Бывший таким бодрым и непоседливым мальчик сейчас притих и выглядел застенчиво. Он спокойным голосом поздоровался, стараясь не спугнуть ребенка, но, видимо, его вечно серьезный вид делал это вместо него. — Меня зовут Лань Ванцзи, — Вэй Юань кивнул и пробормотал свое имя, после чего неловко развернулся, чтобы вернуться к своему отцу. Вэй Усянь рассмеялся и поднял его на руки. — Он же не кусается, — он щелкнул сына по носу, и тот наконец расслабился, однако не спешил соглашаться. — Вот, смотри, — Усянь подошел к Лань Ванцзи, все еще неся А-Юаня на руках, когда как сам Ванцзи не знал, как вести себя в этой ситуации. Вэй Юань вцепился ручками в воротник Вэй Усяня, будто опасался, что он захочет передать его на руки Лань Ванцзи, но, к счастью, тот этого не планировал. Весь напрягшийся Лань Ванцзи посмотрел Вэй Усяню в глаза, те были чуть прищуренными от улыбки и казались особенно внимательными с долькой хитринки. Вэй Усянь все не отворачился, разглядывая его лицо, пока улыбка на его губах становилась все открытее, и Ванцзи не смог не отвести взгляд, чувствуя, как кровь приливает к ушам. В следующее мгновение он услышал смешок и ласковый голос, говорящий ребенку: — Видишь, он просто застенчивый. Не ведись на его хмурое лицо, — Вэй Юань хихикнул и свел брови вместе, подражая выражению лица Лань Ванцзи, отчего тот почувствовал, как стыд еще сильнее заполнил сердце. Он поджал губы и позволил раздражению и злости на ситуацию, в которую Вэй Усянь поставил его, показаться наружу. — Вэй Усянь! — О, даже не Господин Вэй? Да мы, никак, сблизились? — тон Вэй Усяня был шутливым и легким. Лань Ванцзи издал долгих выдох и расправил плечи, стараясь не выглядеть таким социально неловким, каким был минутой ранее. — Нет, и никогда не будем. Не с таким как вы, — его кулаки оказались сжатыми, он сам не осознал момента, когда сделал это. То, как его задела эта объективно безобидная шутка, многое говорило о том, как влияет на него Вэй Усянь, и именно поэтому он хотел держаться как можно дальше от этого урагана из собственных реакций. Однако он не был готов к тому, как уязвленно тот будет выглядеть после этих слов. — Я понял. Вэй Усянь отвернулся, однако на Ванцзи все еще была направлена злостная мордашка Вэй Юаня, и то выражение отвращения, которое он увидел на его лице, пустило по его телу стайку холодных мурашек. Вэй Юань заворочался на руках Вэй Усяня, и тот поставил мальчика на землю. — Папа, не грусти! Ты же сам говорил, что нельзя принимать слова всяких злых людей близко к сердцу. Забей на этого злого гэгэ, — Вэй Усянь потрепал А-Юаня по макушке, но, увидев, что это не возымело совсем никакого эффекта, присел на корточки и обнял его. Лань Ванцзи открылся вид на часть его лица, и он увидел улыбку, однако та выглядела совершенно не так же, как искренняя или будничная улыбка Вэй Усяня, и Ванцзи внутренне содрогнулся. — Ох, А-Юань, все хорошо. Видишь? Я не грущу, — его голос и правда прозвучал абсолютно так же, как и всегда, однако Лань Ванцзи все еще не покидало ощущение неправильности. — И Ванцзи не злой, просто я ему не нравлюсь, у всех людей есть право кого-то не любить. У меня тоже есть люди, которые мне не нравятся, я же не злой? — Вэй Юань нахмурился и упрямо поджал губы. — Разве ты сделал ему что-то плохое? А если ты ему просто не нравишься, то пусть молчит, а не грубит вот так! Он просто злой болван. Ванцзи прикрыл глаза. Вэй Юань был прав, он сорвался и задел человека, который ни в чем перед ним не виноват. Злой болван — довольно подходящее описание. Возможно, именно поэтому дядя и был всегда так строг с ним. В отличие от Сиченя, он никогда не мог хорошо распоряжаться своими эмоциями или понимать эмоции других людей. Вэй Усянь не ответил сразу, растерявшись. Он хотел было что-то возразить, но спустя полминуты лишь пробормотал: — Возможно, ты и прав… — эти слова больно сперли Лань Ванцзи дыхание, однако он был согласен с ними. Вэй Юань хмыкнул, довольный тем, что Вэй Усянь не стал спорить с ним, и спросил: — Почему он вообще тут работает? — Вэй Усянь вздохнул прежде чем ответить: — А-Юань, ты еще маленький, мне не за что его увольнять, понимаешь? У людей бывают разные ситуации в жизни, когда сможет, он уйдет. Он же не будет работать с кем-то, кто ему не нравится, если у него есть выбор, — Вэй Юань надул щеки, не желая соглашаться, но и не имея ничего, чтобы возразить. — А за что он тебя не любит? — вместо этого решил поинтересоваться он, и Лань Ванцзи непроизвольно напрягся, когда услышал этот вопрос. Он перевел взгляд на Вэй Усяня, желая узнать, что же он ответит сыну. Тот замялся и не спешил давать ответ, лишь спустя долгую паузу он наконец негромко произнес: — Видишь ли, А-Юань, я немного отличаюсь от него… — было ясно, что у этой фразы должно быть продолжение, однако спустя несколько секунд оно так и не последовало. Вэй Юань, приподняв брови, спросил: — Это из-за твоей внешности, что ли? Тату и пирсинга? Так он такой же, как и те вредные дамочки со школы? — Нет, не в этом смысле, — Вэй Усянь коротко вздохнул, прежде чем продолжить, его тон стал более спокойным и уверенным. — Ладно, думаю, тебе уже можно рассказывать о подобных вещах? Ты знаешь, что семья - это женщина и мужчина, которые любят друг друга, и их дети. Но не всегда все так просто, есть люди, которым нравится свой пол или оба. Существуют мужчины, которые хотят строить семьи с мужчинами, или женщины с женщинами, и очень многим это кажется противным и неправильным. Особенно в нашей стране. И он один из таких, — Вэй Усянь указал взглядом на Лань Ванцзи, и тот остолбенел, не зная, как реагировать на это. Вэй Юань замер с напряженным выражением лица, а потом его глаза чуть округлились. — Получается, ты хочешь построить семью с мужчиной? — Ну грубо говоря… На самом деле, это значит, что они мне нравятся в плане поцелуев и другого… Как А-Цин. Лучше не говори об этом в школе, иначе у нас могут быть проблемы. Вэй Юань кивнул и сказал: — Это странно, но не плохо. И из-за этого он тебя так невзлюбил? Вэй Усянь открыл было рот, чтобы ответить, но раздался прохладный голос Лань Ванцзи: — Нет, — по хорошему он не должен был вклиниваться в чужой разговор, но и остаться в стороне оказалось выше его сил. Он поджал губы и повернулся к Вэй Усяню. — Почему бы вам не перестать переворачивать все с ног на голову? Мне кажется, вы прекрасно понимаете, почему я так отношусь к вам. Вэй Усянь мигом растерял всю мягкость и легкость в голосе. — Нет, не понимаю, — он сложил руки на груди, его тон звучал холодно, а глаза сейчас выглядели особенно острыми. — Объяснись, — он говорил с нажимом, это прозвучало больше как претензия, чем как вопрос, и Лань Ванцзи почувствовал холодные мурашки на пояснице. Он открыл было рот, но перевел взгляд на Вэй Юаня и нахмурил брови, не зная, стоит ли говорить об изменах при нем. Вэй Усянь, уловив это, тоже посмотрел на сына, который сейчас выглядел еще более разозленным, и мягко прознес: — А-Юань, хочешь порисовать? Пойдем, — он положил руку на плечо мальчику и начал подталкивать его в сторону своей комнатки. — Дай нам поговорить, — Вэй Юань напоследок стрельнул глазами в сторону стоящего неподалеку Лань Ванцзи и кивнул. — Поколоти его! Если не хочешь, то я его поколочу! — Вэй Усянь рассмеялся и в очередной раз потрепал сына по волосам, что и так давно были в хаосе. — Обязательно, баобэй. Стоило Вэй Юаню исчезнуть из поля зрения, как Лань Ванцзи мигом ощутил изменение ауры вокруг Вэй Усяня. Он знал его как довольно легкого на подъем человека, вокруг которого большую часть времени царила дружелюбная и веселая атмосфера, однако сейчас уголки его губ опустились, он вновь скрестил руки на груди и развернулся к Ванцзи всем корпусом, а его плечи были расправлены и казались сейчас более широкими. Если бы Лань Ванцзи нужно было бы в паре слов описать Вэй Усяня в тот миг, то он сказал бы, что он выглядел враждебно и холодно. Мороз прошелся у Ванцзи по коже. Видят небеса, он не хотел так задевать этого человека. Не отводя колкого взгляда, Вэй Усянь произнес: — И что же я сказал не так? — Лань Ванцзи опустил голову, не имея сил смотреть в серьезное лицо явно сердитого Вэй Усяня. Слова не шли, не зная, как собрать их в кучу, он обронил: — Вы флиртуете со всеми подряд, — его голос был таким же, как и обычно, однако эта реплика все равно прозвучала до смешного неуверенно. — И? Вэй Усянь в немом вопросе вскинул брови, стуча черными ногтями по предплечью. Повисла до нелепости недоуменная тишина, пока Вэй Усянь не переспросил: — Так что же я переворачиваю с ног на голову? Лань Ванцзи напряженно вздохнул, не отводя взгляда. Он пытался привести свои эмоции в порядок, уже представив удар, который бы ему достался, поведи он себя так неуверенно и нелепо при дяде. Он стиснул кулаки и, направив пристальный взгляд в глаза Вэй Усяню, твердо ответил: — Я отгораживаюсь от вас потому, что не хочу иметь никаких дел с изменщиком, — он стоял, выпрямив спину, он не прокричал это и не промямлил, могло показаться, что его голос звучит безэмоцианально, однако сам Ванцзи четко слышал в нем нотки раздражения. — Вы водите за нос своего сына, чтобы он не рассказал матери, за что же вас так ненавидит один «злой-гэгэ» с работы, ссылаясь на то что «отличаетесь от меня». Услышав его ответ Вэй Усянь округлил глаза, а его брови приподнялись. Сердитая аура слетела, и он больше не создавал той давящей атмосферы, а стал выглядеть скорее удивленным. Спустя небольшую паузу он аккуратно переспросил: — Ты думаешь, что я изменяю матери А-Юаня? Лань Ванцзи, который уже успел взять себя в руки, кивнул. Такой реакции Вэй Усяня он не ожидал и стал ждать, что же тот скажет дальше. Он был уверен, что его лицо сейчас выглядит совершенно нормально, однако из-за того как отреагировал Вэй Усянь, ощущал все меньше уверенности в том, что говорит и делает. Чувство, что что-то здесь не так, посетило его, однако он не обратил на него должного внимания. — Или вы хотите сказать, что у вас свободные отношения? — и только сейчас, сказав об этом в саркастическом ключе, Лань Ванцзи впервые подумал об этом. Если все так, то это могло бы объяснить то, как Вэй Усянь мог так бессовестно заигрывать с ним и с Ван Янлином, абсолютно не чувствуя при этом вины или неправильности того, что делает. Вдруг губы Вэй Усянь растянулись в улыбке, которая очень быстро переросла в смех. Он смотрел в потолок прищуренными глазами и отрицательно покачал головой. Его плечи тряслись в такт каждому смешку, пока он смеялся над его предположением, и Лань Ванцзи поджал губы, не понимая причины внезапного веселья Вэй Усяня. Тот, в свою очередь, приложил кулак ко рту и наконец позволил себе расхохотаться. У наблюдающего за этим Ванцзи отчего-то потеплели уши. Он уже предельно ясно понял, что сильно ошибся в своих предположениях, однако еще не понял, в чем именно это заключается. И кажется ему, что сглупил не он один. Успокоившись, Вэй Усянь вздохнул и с все еще не сошедшей с лица улыбкой сказал: — Мы с тобой два идиота, — Лань Ванцзи кивнул, соглашаясь с его словами. От такого сходства в мыслях хотелось разве что смеяться, только вот улыбка все никак не посещала его лицо. — Послушай, у нас с Вэнь Цин не свободные отношения. У нас никаких отношений. Лань Ванцзи коротко вздохнул, признавая, что сделал выводы не пойми на чем, руководстуясь эмоциями. Это было так ему не свойственно, но он уже начал замечать, что рядом с этим человеком чувствует себя и поступает не свойственным ему образом. Он с грустью опустил глаза, не зная, что ответить и как извиниться за свой кретинизм и недоверие. — Ну же, подними взгляд, больший дурак тут явно я. Лань Ванцзи не был согласен, он немного резковато качнул головой и сказал наполовину как сожаление: — И почему ты не сказал сразу, что расстался с ней… — Я, черт подери, вообще не подумал об этом! — Вэй Усянь хмыкнул, будто насмехаясь над собой. — Представляешь, мне абсолютно не пришло в голову, что ты можешь думать, что я женат! Мне казалось, что все и так очевидно, раз я вообще завел это, хотя, черт, мужчина с ребенком, любой первым делом подумает, что у него уже есть семья, а если учесть, как нечасто дети остаются с отцами после развода, то вряд ли я сам бы подумал, что этот мужчина холостяк. А я к тому же еще и упоминал ее при тебе, и при этом не сказал, что мы больше не в браке… Я просто смешон. Лань Ванцзи поджал губы. Все и правда было очевидно. Если Вэй Усянь смешон, то он просто глуп. Почему сразу не подумал, что они могут быть в разводе? Почему сразу не предположил, что у них могут быть свободные отношения? Почему не обратил внимания на то, как редко Вэй Усянь упоминал свою жену, в отличие от сына? Почему у него не вызвало вопросов то, что, когда он говорил об А-Юане, постоянно всплывало, что заботится о нем либо он, либо Вэнь Цюнлинь, и при этом никогда его мать? Почему он просто не спросил? Пока Лань Ванцзи перебирал в голове все очевидные сейчас моменты и винил себя все больше, Вэй Усянь продолжил: — Я просто флиртовал, рассчитывая на какую-нибудь реакцию, и клянусь, даже видел ее, не в обиду, но когда получил… эм, то, я подумал что тебе просто стало противно и что ты гомофоб. Я не хочу ска… — Я не гомофоб, — жестким тоном оборвал его Лань Ванцзи. Он не находил сил поднять на него сейчас взгляд. — И мне не было противно. Вэй Усянь замер на мгновение. Секунду назад казалось, что он готов говорить о недопонимании весь вечер, однако сейчас слова исчезли, так и не покинув его губ. Его взгляд смягчился, и он улыбнулся ему. — Это приятно знать, — он подошел на пару шагов. Лань Ванцзи поднял наконец голову и увидел два направленные на него и сверкающих чем-то мягким глаза. — Тогда в этот раз ты не откажешь мне в дружбе? Лань Ванцзи судорожно втянул немного воздуха, только сейчас полностью осознавая, как несправедливо обходился с Вэй Усянем, раня его своим поведением. Упрямый и глупый. Что только Вэй Усянь смог в нем найти? — Мгм, — его ответ прозвучал довольно сипло и тихо. Он прочистил горло и добавил уже громче: — Если только ты все еще хочешь. Вэй Ин, — Вэй Усянь остолбенел на короткое мгновение, а потом засветился. На его лице отразилось столько неподдельной радости, что у Лань Ванцзи сперло дыхание. — Лань Чжань! — тот взял в обе ладони его руку, крепко ее сжимая, но тут же выпустил. — Ох, прости, просто я так рад. Мне же можно теперь называть тебя по личному имени? — Конечно, — он даже не пытался контролировать эмоции в голосе. Чтобы не отвести взгляд, ему понадобилось намного больше мужества, чем стоит ждать от этого жеста. Видя, как тот искренне счастлив от того, что он просто подпустил его к себе, он поклялся больше никогда не отталкивать Вэй Усяня и никогда не сомневаться в его искренности. Все же он был абсолютно прав, думая, что этот человек словно теплое солнце. Сейчас ему стало бесконечно стыдно за мысли, что этот образ ложный, и больно от своего отношения. Он сглотнул, видя, как Вэй Усянь улыбался ему, убрав за спину руки, которыми недавно касался руки Лань Ванцзи. Он даже сейчас помнил о его словах про нелюбовь к прикосновениям и пытался уважать его границы, не позволяя себе лишнего. Однако же сам Ванцзи чувствовал, что эта неприязнь не касается Вэй Усяня. Недавнее прикосновение к руке не вызвало привычного отторжения, и это был не первый раз, когда он ловит себя на том, что его касания ощущаются не так же, как касания чужих людей. Ощущая странное волнение, он аккуратно взял его руку и бережно сжал. Как он и ожидал, он почувствовал лишь тепло, которое разлилось внутри нежным потоком, и больше ничего. Никаких холодных мурашек. Никакакого желания отдернуть руку и отойти на шаг. Он произнес, желая, чтобы Вэй Усянь более не ограничивал себя в прикосновениях, обращениях, словах или чем-либо угодно другом: — Тебе можно все, — и, только договорив, он понял как это прозвучало, из-за чего покраснели не одни только его уши, но даже щеки. Вэй Усянь округлил свои прекрасные, живые глаза, а потом накрыл лицо рукой. — Ох, — только и смог сказать он, все еще пряча глаза одной ладонью, в то время как Ванцзи сжимал другую. — А мне казалось что я бесстыден, — он оторвал руку от лица, и Лань Ванцзи увидел, что его щеки чуть покраснели. — Ты же знаешь о моей ориентации, тебя не волнует, на какое «все» ты даешь согласие? Лань Ванцзи прошелся языком по сухим губам и промолчал, отведя взгляд в сторону. Вэй Усянь хохотнул и, наклонившись, уперся лбом в его плечо, тем самым спрятав лицо. — Чтож, если все, то можно мне тебя обнять? Сердце Лань Ванцзи пропустило удар от того, как искренне прозвучала эта милая просьба. Вэй Усянь сейчас и без того выглядел до крайности очаровательно, мелькая макушкой прямо у самого носа Ванцзи, и он положил свою ладонь к нему на затылок, вместо ответа прижимая его к себе ближе, а второй обнял за спину. Вэй Усянь же в свою очередь осторожно обвил руками его торс, будто боялся, что Лань Ванцзи может быть против и вот-вот оттолкнет его. Оголенной шеей Ванцзи почувствовал, как трепетнули ресницы Вэй Усяня, моргнув, а потом опустились. Он тоже прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. И даже на такое откровенное взаимодействие его нетактильность никак не возразила. Было приятно и тепло. Он еще плотнее прижал его к себе и зарылся носом в приятно пахнущие волосы. Как же хорошо. Когда они наконец разорвали объятья и отстранились, Вэй Усянь первым отошел на более приличное расстояние и улыбнулся. — Спасибо, Лань Чжань. Это было очень… впечатляющие объятья, — в следущее мгновение его лицо приобрело какой-то лукавый и хитрый оттенок. — Хм, если мне можно все значит ты не будешь против, если я стану ухаживать за тобой? Я же могу воспринять все это за зеленый свет. Услышав эти слова, Лань Ванцзи едва не подавился своим же дыханием, смущение, кажется, уже оккупировало его душу, и отвоевать ее назад в ближайшее время не представляется возможным. Он постарался не показывать свою неоправданную реакцию и, прямо смотря Вэй Усяню в глаза, кивнул. — Ладно, я шу… чу, — Вэй Усянь начавший уже было произносить свою реплику, увидев его кивок, остолбенел. Чтобы еще раз подтвердить то, что он именно это имел в виду, Лань Ванцзи произнес: — Я не против. Против он точно ничего не имел, пусть и обещать, что ответит взаимностью, не мог. Хотя…