Цена лжи

— Да, все бумаги уже подписаны. Да. Хорошо. 29-го ждём Леона Кеннеди на службе. И передайте благодарность всем лекторам академии. У нас тут сумасшествие, так что новенькие сильно нужны. Спасибо, до свидания, — Патрик Фишлер повесил трубку. Я вошёл в кабинет заместителя. С Айронсом договариваться бесполезно, надежда на заместителя. Поставил его перед фактом: «Гражданских нужно выводить с улиц. Либо я буду пытаться провернуть это дело в одиночку, либо он мне разрешит подключить офицеров». — Я тоже об этом думаю. Брайан и слышать меня не хочет, но мы не можем игнорировать эпидемию. Назначаю тебя лейтенантом. Сделай всё возможное. — Серьёзно? Я — лейтенант, который перепрыгнул сержанта? — Я похож на шутника? Конечно, ты кретин последний. Дерьмо редкостное, хуже зомби. И в происходящем твоя вина большая. Но при этом, Марвин, ты единственный коп с таким огромным рвением идти вперёд. Немногие смогли бы прыгнуть в автобус с толпой мертвяков и пытаться давить на машине стаю заражённых крыс. Действуй. — Спасибо, сэр. — Ага, давай. Я надеюсь на тебя. Попробуй обезопасить жителей. А я подготовлю план использования взрывчатки — ну, на экстренный случай.

***

С приближением темноты громкоговорители на патрульных машинах пускали по улицам эхо: «Говорит полицейское управление Раккуна. В городе вводится карантин. Для вашей же безопасности просим вас разойтись по домам и ждать дальнейших указаний». Люди покинули улицы, что позволило нам легко выслеживать зомби. Я приказал организовать баррикады в девяти точках, охватывающих наиболее густонаселённые места. Копы разбились на небольшие группы и успешно отражали нападения. Патрик Фишлер направил группу в Центральный район, в котором хулиганы заразились и стали проникать в другие районы. Группа заложила взрывчатку перед ордой зомби, уничтожив тысячу тварей. Грохот стоял на весь Раккун. Всю ночь велись бои. Я подвозил ребятам на блокпосты провизию и боеприпасы, замечая пессимистические взгляды подчинённых. Несмотря на все усилия, ряды мертвецов пополнялись каждую минуту. Брайан Айронс грозился всех уволить. Проклинал меня за самодеятельность и пообещал отправить за решётку. А ещё он приказал офицерам изъять из оружейного шкафа оружие и разбросать его в тайники по всему участку. Глядя на шефа, я понимал, что он сходит с ума.

***

25 сентября город полностью вывернулся наизнанку. Не осталось ни одного человека, который бы не знал об эпидемии. Армия не заходила в город. Войска поставили на выездах колючие проволоки, подогнали танки. Мертвецы разгуливали толпами. Пожарный департамент потерял контроль над распространяющимся огнём. В небо поднимались столбы дыма, который был виден из окон участка. К 22:00 инфицированных стало настолько много, что они толпами прорвали 5 наших баррикад. Оставшиеся 4 долго продержаться не могли. Гражданские звонили в службу 9-1-1, рассказывали, что в дома к соседям вламываются неизвестные. Но мои ребята просто физически не могли добраться до тех, кому нужна помощь. Стало понятно: единственный шанс противостоять угрозе — направить силы правопорядка в самое осаждённое тварями место, чтобы дать людям возможность переместиться в безопасные районы. Мы должны выиграть время, подарить надежду гражданам. Идею встретиться лицом к лицу с зомби поддержал Патрик и назначил меня ответственным за проведение операции «Зачистка». Полицейские переносили в машины дробовики, гранаты, штурмовые винтовки и боеприпасы. Спецназ в полном составе разместился в четырёх фургонах специального назначения. Вертолёт оторвался от крыши и рассёк винтами воздух. Я переоделся в чистую форму и сменил голубую рубашку на белую, отличающую лейтенанта от офицера. В холле Рита общалась с жителями, которые пришли искать убежище. Подносила воду, покрывала, осматривала ранения. Она не видела меня. Я застыл в нерешительности. Перед операцией, может, стоило объясниться? Попросить прощение за ложь? Но она, точно ангел, дарила заботу людям. Не буду её отвлекать. «Если не вернусь... Надеюсь, ты поймёшь меня», — мелькнула мысль.

***

Колонна автомобилей заливала красно-синими проблесковыми маячками ночь. Мертвец на углу 32-го квартала перестал заполнять желудок мёртвой собакой, выпрямил руки и пошёл на колонну. Грузовик переехал ходячий труп под смех спецназовцев. — Так. Закрепляемся на дороге между торговым центром и судом. Делаем круговую оборону. С юга, как сообщила воздушная разведка, движется противник на север. Если он пройдёт суд, то выйдет на Коммерческий район. Пока по всем радио будет транслироваться запись с просьбой к жителям покинуть этот район, мы должны сдерживать врага, — напомнил я задание коллегам через рацию. Шины заскрипели на дороге возле торгового центра и суда. Машины застыли в круге. Красные и синие огни высветили надписи на дверях автомобилей «Служить и защищать». — Вперёд. Пошли, пошли! — сказал я. Полицейские, схватив пистолеты, дробовики и автоматы, нацелились в тёмную густоту, примкнув к капотам. Электричество в уличных фонарях отключено, и вдаль мог посмотреть только спецназ, который пользовался ПНВ. — Сэр, я их вижу, — доложил новый сержант спецподразделения Майк, вооружённый HK MP5. — Подпустим их ближе. Огонь открывать по команде. — Говорит отряд наёмников Дельта, — вырвалось из рации, — мы заметили вашу баррикаду. Следуем к вам и поможем остановить врага. Вертолёт с логотипом «Umbrella» высадил бойцов в камуфляже на крыше десятиэтажного здания. Через минуты к нам спустились ребята с нашивками «U.B.C.S». Лишняя помощь не помешает. — Огонь! — крикнул я, когда из темноты вынырнули бледные лица, кровавые тела с практически оторванными конечностями. Застрекотали автоматы. Револьвер дёрнулся в руках. Дробовик тяжело выпустил свинец. «Вот так, получайте», — сказал накаченный наёмник и швырнул гранату вперёд. Несколько тварей подлетели и расстались с ногами, в домах звякнули окна. Я расстрелял барабан и дрожащими пальцами вставил новые патроны. Пуля вошла в голову мужчине с оторванным ухом. Он плюхнулся на затылок и стал ковриком для собратьев. Они неуклюже тащились, но время вдруг ускорилось. Недавно зомби вышли из темноты на лучи прожекторов, а сейчас находятся в минутах ходьбы от машин. Мертвецы получали град пуль, падали и, мыча, поднимались. Сложно попасть в голову, когда всю жизнь тебя учили стрелять в корпус. Пальба напоминала безграмотность начинающих стрелков в тире. Приливы адреналина и тревог мешали полицейским прицелиться. Большинство пуль уходило «в молоко» или щекотало мертвецов. С вертолёта воздушные юниты засекли тварей, которые направляются в нашу сторону с востока. Пилот говорил: «Они идут на шум, толпа засеяла всю улицу и через пять минут подберётся к торговому центру. Готовьтесь к новой линии обороны». — Да умрите вы! — гильзы из дробовика офицера разлетались в стороны. — Почему они не умирают? — послышался писклявый голос сержанта спецназа. — Не прекращаем огонь, — ответил я. Зомби тянулись нескончаемым потоком. Копы не спеша отступали в центр круга. Первым сдался новобранец спецподразделения. Я знал его как мнительного парня, чудом получившего место в элите. Он пустил слёзы, напомнив обиженного хулиганами школьника. Ушёл в грузовой отсек фургона и запер двери. Наёмники взяли на себя восточную сторону. Новая волна тварей с той стороны уже прибывала к баррикаде, показавшись из-за десятиэтажного здания. Бойцы забросали гранатами первые ряды нечисти, перешли на автоматы. Когда зомби приблизились, я краем глаза увидел, как наёмник метнул нож в лоб восставшему из мёртвых полицейскому. С юга мертвяки просочились между машинами. Спецназовец, стреляя, упал под наплывом зомби на спину и направил пистолет-пулемёт в небо. Пули пробили стекло полицейского вертолёта. Железная птичка закружилась и разбилась в каких-то метрах от защитного круга. Вспыхнуло пламя. Огонь перекинулся на мертвецов, но они не останавливались. — Говорит командир отряда Дельта. Нам срочно требуется подкрепление. Они повсюду, они прорвали щит обороны. Повторяю, они прорвали щит с юга и востока, — говорил наёмник в рацию. — Что за? Нет. Уберите его от меня. Мы отступали. Тех, кто оставался на позициях, зомбаки жрали со скоростью голодных бомжей на день благодарения, разделывающих индейку. Под ногами этих тварей вырвался девичий писк, и моё сердце дёрнулось. Они не щадили никого... Фронт наёмников прорван аналогично. Когда мы попытались сбежать, было уже поздно. Крепкие лапы мертвецов держали стражников правопорядка за рубашки, бронежилеты, шлемы, а хищными зубами откусывали кожу. Немногие избежали этой участи. Выжившие среди наёмников ушли в проулок. Со мной несколько копов пробились в машину. Мы отступали в департамент, бросив город на растерзание.

***

В холле участка на мою шею бросилась Рита. — Марвин, прости, прости. Я не должна была тебя так оскорблять. Я очень боялась, что ты погибнешь на этой баррикаде. — Всё хорошо. Я жив и невредим, но недостоин своего места. Когда сделаю всё возможное, сниму свой значок. Как же я тебя люблю, Риточка.