Дьяволы Парадиза (16+)

Жизнь — это не то место, где можно позволить себе быть слабым и открытым до конца. Хотя хочется, очень хочется порой открыться кому-то, но нельзя, в голове сразу всплывает мысль, что обо всём, что ты доверишь одному человеку,  обязательно узнают и другие. И поэтому мы пытаемся создать свои микро-миры, где чувствуем себя в относительной безопасности. У некоторых получается. А у некоторых получается бесчеловечно разрушить эти мини-сознания. Медведь очень умный зверь и к тому же гурман. Медведь не нападает из засады, чтобы сразу убить добычу. Намеченную жертву он пугает и гоняет по лесу, чтобы обед немного попыхтел. Мясо получается распаренное и насыщенное кислородом. Внутренности очищенные, без токсинов, солей и прочего дерьма. Что вы будете делать в такой ситуации? Наверное, побежите в обратную сторону от него так, что будут сверкать пятки. Что ж, спешу вас огорчить, вы сделаете ход по кругу, а затем ещё и ещё, и так до самого конца. — Гав-гав-гав! — Что, хочешь узнать, откуда у меня такая стопроцентная уверенность, что по пути мы не наткнёмся на этих животных? — Гав! — Эти ублюдки рано или поздно все равно нас поймают, а мы не должны этого допустить. — Мальчик присаживается на корточки прежде, чем потискать ухо собаки. — Давай сначала добудем немного еды и воды? А то на одних тощих перепелах мы долго не протянем. Верный Ючи с пониманием смотрел на хозяина, как тот поправляет оружие на плече, направляясь в ближайшую заброшенную двухэтажку, в которой когда-то жили живые люди. — Тс-с… тихо. Мальчишка аккуратно прислушивается к противостоящей двери, прислоняя ухо. Он шепчет: — Вроде никого... Собака в ответ пару раз похлопала глазами и вдруг затихла совсем, делая неуверенные шаги внутрь былого жилого дома. Знаете, за годы плутания по этой земле, важно отметить одну важную вещь. Если ты не умеешь летать, научись плавать. И казалось бы, выживать в лесу – это просто. Просто, но не тогда, когда против тебя стоит весь мир, когда ты уже потерял веру во всё: в человечность, правду, надежду. До начала «рушения» можно было сказать, что выжить в лесу является несложной задачей. А сейчас хочется лишь ответить на это: «Мы, конечно, выживем. Просто придётся поработать за себя и за тех ребят, которые сидят в королевстве.», и из этого следует, что в настоящее время выживают те люди, которые думают только о себе. Но это высказывание никак не относится к героям этой истории. Мальчишка и его верный друг Ючи крепятся едино и среди них нет таких, кто сам за себя, несмотря на то, что их могут прикончить в любую секунду. Две пачки чая оказываются в кармане чёрного рюкзака, это не назовешь великой удачей, так как заваривать его и негде. Но носом воротить нельзя. Мальчишка продолжает поиски чего-нибудь сытного и в обязательном порядке — бутылей воды. Находит в старом пошарпанном кухонном столе то, чего ему и Ючи хватит на целую неделю – рыбные и мясные консервы. Заплесневелый хлеб тот решается оставить в хлебнице, а вот вязку сушек берет под руку. Хотя бы какой-то воды, увы, найти не удалось.. Да, чтобы нанести тяжёлый удар по уничтожению всего человечества, достаточно избавить его от воды и света. Но, к счастью, хотя бы солнечный свет до сих пор светит в макушку. К великому удивлению, комнаты на верхнем этаже даже не вскрыты, скорее всего их даже не пытались вскрыть. Зелёные стены, слегка запачканные следами засохшей крови, начинают давить разум снова мыслями о том, что ещё вчера здесь жила какая-нибудь счастливая семья, отец и мать работали, их дети ни в чём не нуждались, те ходили играть во двор и были счастливы приходить домой, зная, что там их ждут, всегда тепло встретят, накормят и уложат спать. Да уж, кто же знал, что жизнь превратится в опасную игру на выживание. Оружие противно давит на предплечье, да, тяжко и непривычно стало его носить на плече, а не в руках. Мальчишка одновременно держит ружье за рукоять и алюминиевую ложу, направляя дуло в никуда. Что ж, остальные комнаты проверять уже нет смысла, так как они полностью закрыты, а пытаться открыть их двери только допустит возможность наделать шуму и привлечь лишнее внимание. Поэтому мальчик просто садится на маленький серый от пыли подоконник, дабы передохнуть минуту другую. Самое страшное сейчас – гробовая тишина, лишь изредка были слышны дуновения ветра и шелест сухих безжизненных листьев, а ещё страшнее, если эту гробовую тишину нарушит тихое бормотание посторонних голосов. — Чёрт возьми. — буркнул себе под нос мальчик, заметив в окне крупных мужчин. Дыхание на несколько секунд замирает с винтом в руках, паренек, облокачиваясь на деревянную стену, от чего та издает противный скрип, прикусывает язык, моля о том, что скрип не был услышан наведавшимися гостями, и одним глазом наблюдает за этими двумя. Те стоят в метре от входа в двухэтажку, в которой на данный момент находился мальчик с собакой, они что-то показывают руками и кивают головами, укрытые чёрной формой с белым знаком отличия — две малые берцовые, скрещенные между собой. В этот момент показалось, что слышались в комнате только стуки сердца и приглушённое дыхание ртом мальчишки. Возле входа в дом останавливается военный пикап с прежним белым знаком, в который садятся эти двое, а затем с рёвом, разведя пыль на тропине, уезжают. Мальчик устало выдыхает воздух, присаживаясь на корточки и укладывая рядом с собой ружье. — Ючи, иди сюда. — собака, выглядывая из глубины коридора, живо завиляла хвостом, и затопала навстречу хозяину, намереваясь сесть рядом и положить мордочку на его колено. Он всегда делал так, чтобы передать чуточку сочувствия. — Вот так, хорошо. — мальчик поправляет шарф бордового цвета, ранее покоившийся всю дорогу на шее, и закидывает рюкзак к себе под голову. Решается переждать какое-то время здесь, в этом старом, почти обрушенном доме. — Скоро все закончится… — всё шептал он под нос, поглаживая животину за ухом, не смея сомкнуть и глазу. Ведь даже в почти мертвом городе без того стало опаснее, и надо быть начеку…

***

Осматриваясь по сторонам, можно заметить, что солнце уже почти село за горизонт, потому как луговые поля уже рисуются тёмными небесными красками. Теперь уже тишина смешивается с приглушённым шарканьем кожаных ботинок о тропу и прерывистыми вздохами мальчишки. Уже доходя до места с хорошей видимостью на город, он опускается на землю, держа перед собой ружье. Небо сегодня по-особенному играло красками, от чего мальчонка решается заговорить за некоторый час в пути: — Раньше я ненавидел смотреть на ночное небо из-за того, что оно опошлено только белой блямбой круглой формы... В моём родном городе на нём никогда не было звёзд, возможно, две или три я мог заметить на чёрной пелене… — мальчик чуть сбавил скорости, закидывая голову к самому небу. — Но я и не думал, что звезд может быть столько… Ты просто смотришь на маленькие белые точки и удивляешься тому, как огромен мир… — Гав. Собака вильнула хвостом, и мальчик наблюдал за тем, как Ючи скрывается за парой деревьев, явно чтобы справить нужду, и достает из кармана пожелтевшую мятую карту и маленький карандашик.

Сигансина — вычеркнуть.

Оранжевый полукруг виднеется из горизонта и окрашивает луга в один цвет. Мальчишка с удовольствием вдыхает чистый воздух. Каждый раз держать путь в ночи давно вошло в привычку, а быть на чеку каждую секунду выработалось в крови. Когда ты выживаешь, ты учишься неким сверхспособностям. И одна из таких способностей – это быть сильным, несмотря ни на что. Взрыв. Точнее быть, хорошо слышимый звук «БУМ», вон там, за холмом, где скрывались дома и дороги. От того малец знатно встрепенулся на месте, наблюдая за тем, как черный, словно уголь, дым сочился вдалеке. Он покрывал своей чернотой оставшийся кусочек светлого неба. Не позавидуешь экологии, ничего не скажешь. А затем прозвучал ещё один «БУМ». Ещё один. И ещё один. Казалось, что совсем близко. — Ублюдки… — шикнул мальчишка, позволяя панике вмиг возрасти до небывалого уровня. — Так вот зачем явились днем сюда. И как мы только не попались?! Ючи! Бежим отсюда!! Затяжной свист падающего снаряда противно оглушает ушные перепонки, внутри все колотится так, что есть мочи, а ноги вдруг перестают тебя слушаться. Враги, ранее, казалось как, скрывавшиеся за пределами острова, оказались совсем близко, и ты, рассуждавший о том, что смерть настанет каждого, оказался к ней совсем близок. Ючи, высунув язык, совершенно не гавкал, он, как верный пес, бежал впереди, прокладывая тропину мальчику. Путь держался только в одно место — лес с крупными ветвями бурьяна, ведь среди луговых полей бежать оставалось только туда, чтобы хоть на какое-то мгновение удержаться за жизнь. Лесной бурьян противно резал лицо и руки. Практически до крови. Но на этот фактор, по правде говоря, было совсем наплевать. Хотелось выжить, любой ценой. Бурьян заканчивается, и наконец из джунглей высокой травы они оба выбираются, тяжело дыша. Перед собой видят только высоченное дерево и хаотичные ряды кустарников. Дуб, с массивным стволом и толстой корой, с обширными ветвями, что, посмотрев на самую его высокую точку — да её и не увидеть толком, голова закружится. Путь сбит — кроме этого дерева вокруг сплошная степь с виляющей от ветра маленькой травой. Побежишь в панике — обязательно нагрянешь на неприятности. И не просто заплутать. — Гав-гав! Взрывы не стихали. И только подливали масла в огонь разгоревшейся панике и страху. Бежать, и правда, некуда, если бы не то место, откуда не видно было ни света, ничего — кромешная темень. Ючи, доверяя своему инстинкту, вдруг ринулся вперед, к стоящему дубу. Было там кое-что. Собака с разбегу прыгает в дупло, размером с половины роста мальчишки. Как тот успевает среагировать: — СТОЙ, КУДА?! Отнюдь эхом раздался звонкий скул, и мальчику ничего не осталось, как незамедлительно прыгнуть вслед за Ючи…

продолжение следует…