Дьяволы Парадиза (16+)

Дни пролетали почти незаметно: в лагере каждый отряд, как и всегда, занимался своим делом. Почти ничего не менялось в привычном темпе дней. Хотя нет. Кое-что изменилось. Стоит отметить, что от прежних отношений между Леви и мальчиком а-ля «тот, кто тебя приютил, и тот, кто просто приносит белку на обед» с каждым днем воплощались во что-то более глубокое и, даже можно сказать, родственное. Их связь однозначно становилась крепче. Эрен часто обращался к капралу за советом, как тот закладывал фундаментально в него мудрость, заботу и знания, опираясь на богатый жизненный опыт. Оттого мальчишка чувствовал некую опору, защиту и даже, с другой стороны, отцовское воспитание, чего ему так не хватало. Они часто проводили время вместе за чисткой оружия, чуть реже — выбираясь в лес, Леви тренировал мальчишку в освоении УПМ. — Эрен, балансируй равновесие и не горбись, а то похож на старую крягу. Зачастую, даже на обеде, сидя у костра рядом, разговор заводился о самых различных темах. Правда, длительность таких разговоров всегда была сводима к минимуму засчет того, что они оба не были особо разговорчивы, однако короткие беседы все равно укрепляли их связь и создавали атмосферу доверия и поддержки. В эти моменты их отношения становились особыми, наполненными теплом и взаимным уважением. — Ешь, набирайся сил. — сказал Леви и потрепал копну черных волос на макушке парнишки. — А ты? Сегодня рагу получилось вкусным… Ючи оценил! — Эта собака любой стрепне рада будет. — Леви по-доброму треплет шерстку Ючи и присаживается рядом. — Попробую пол ложки. Эрен отрицательно мотает головой и протягивает тарелку с оставшимся рагу со словами: — Набитый до краев желудок не лучше тюфяка с прошлогодней соломой. А мне ещё сегодня тренироваться. — протараторил мальчонка прежде, чем активно встать с места, поправляя одежду, намереваясь отправиться помыть ложку. После услышанного Леви застыл с рукой в воздухе, дабы принять чашу с рагу, и уставился на мальчишку прозрачным глазом. Ему на секунду показалось, будто эти слова, произнесенные Эреном, принадлежали кому-то другому, голос которого был ему совершенно знаком. …— Набитый желудок не лучше тюфяка с прошлогодней соломой. Хотя бы чаем запей. …— Обойдусь. Этот пирог в сто раз шедевральней, чем похлебка в столовой. И перебивать его вкус чаем — будет преступлением… Леви инстинктивно дернул головой. Это чувство. Удивления и ностальгии. — Хм… — Что? — спросил Эрен, прочистив ложку от грязи. — Да так. Прочувствовал на себе чувство дежавю. — У мамы похожее что-то было… — глядя на заставший взгляд капрала, Эрен решился ретироваться от костра, дабы подготовиться к тренировке. Но прежде прошептал под нос: — Странные они, конечно, взрослые... Пойдем, Ючи. В последнее время капрал, определенно, находился в путанице и весьма дезориентирован в мыслях. По правде сказать, человек, который всячески пытается избавиться от воспоминаний, пытаясь занять голову чем-то другим, часто с таким сталкивается. И Леви не исключение. Внутренний конфликт между желанием забыть прошлое и кратковременной вспышкой воспоминаний может вызвать тревожные чувства. Попытки активно вытеснить воспоминания могут усилить интенсивность чувства дежавю и усилить его долговечность, так как ум стремится к чему-то, от чего пытается избавиться. Попытки подавить воспоминания могут только укрепить их возвращение и оставить человека в плену своих мыслей. В итоге, этот внутренний борьба может привести к еще большему внутреннему конфликту и ощущению потери контроля над своими мыслями и воспоминаниями. Но знаете… Ведь с того дня прошло более пятнадцати лет, и Леви до нынешних дней так и не узнал, что сам стал отцом… Кто знает — как бы он поступил, если бы Микаса рассказала правду? Пошел бы на погибель или сбежал вместе с ней? Неизвестно…

продолжение следует…