Никто не любит рыжих

      Егор       Уже две недели как Кирилл ему не писал. Это правильно, так и должно быть, но Егор не испытывал никакой радости. Он так и продолжал каждый день, по утрам обновлять инстаграм, а ночью, перед сном, прикрывая глаза, вспоминал улыбающегося рыжего парня с россыпью веснушек. Во всем виновато похолодание. Егор пытался себя убедить, что ему нужны объятья только из-за осени, да и вообще пришло время найти кого-нибудь… Есть же сайты знакомств, да и клубы. Можно поискать себе парня там. Он об этом думал, но ничего не предпринимал. Ему не хотелось ходить на свидания или знакомиться с новыми людьми… Хотелось одно конкретное рыжее чудо, надежно поселившееся в его мыслях и уходить не собиравшееся.       В обеденный перерыв, Егор направлялся в продуктовый, что находится в цоколе ТЦ, когда заметил рыжую макушку. Прямо перед витриной зоомагазина, где выставили огромную вольеру с хорьками. Он даже грешным делом подумал, что у него глюки, но нет, это точно был Кирилл. Егор тут же позабыл о планах и еде, и направился к своему рыжему наваждению.       — Привет! — не сдержав радость, поздоровался Егор и только потом заметил, что вздрогнувший от неожиданности Кирилл весь какой-то осунувшийся и с синеватыми тенями под глазами. Кирилл повернулся к Егору и сказал:       — Привет. Ты отк… А, точно. Работа.       Егор кивнул, тут же растеряв весь радостный запал и взглянул с тревогой, спросив:       — У тебя все в порядке? Может, помочь чем?       — Да. Не знаешь, это хороший зоо? Или они живность с черного рынка берут?       — Черный рынок хорей? — Егор ничего не понимал, но потом улыбнулся и, взяв Кирилла за руку, потащил ко входу. — Нормальное тут зверье. С сертификатами и паспортами. Сейчас все сделаем.       — Точно? Я читал, что иногда нечестные продавцы плюют на карантин и пихают новеньких к стареньким. Боюсь купить больную зверушку. Я не переживу, если придется снова кого-то терять…       Егор кивнул, но развивать тему не стал. Делать Кириллу ещё больнее, вынуждая рассказывать, он не хотел.       — Олеся! — громко окрикнул Егор девушку-консультанта в оранжевой футболке. Та от неожиданности уронила упаковку с кормом, которую до того упихивала в полку. — Нам нужен хорек! Молодой, здоровый и не с черного рынка!       — Девочка… — добавил Кирилл, но не так громко, как это сделал Егор.       — Кричать необязательно, — сообщила Олеся и, уместив-таки пухлый пакет в крохотный просвет, поднялась с корточек и подвела парней к хоречьим обиталищам, коих тут оказалось несколько.       Кирилл завороженно взирал на большой выбор самочек и явно растерялся, не зная, кого из них выбрать. А Егор увлекся рассматриванием Кирилла, но тут же себя одернул, потому что Олеся ждет, когда они окуклятся, и выберут уже кого-нибудь.       — А можно… — неуверенно начал Кирилл. — Можно попробовать взять? Или убежит?       — Только не всех сразу, — ответила привыкшая ко всему Олеся. — По очереди. А то точно разбегутся.        — Вон ту, внизу, золотистую, что одна сидит. Мне кажется, или ее недолюбливают?.. Остальные, вон, в клубочки сплелись, даже разделять как-то жалко.       — Новенькая просто, из последнего завоза. Завтра-послезавтра сдружится, — уверенно ответила Олеся. Открыв клетку, девушка ловко и быстро достала хорю, передала Кириллу и тут же закрыла решетчатую крышку на маленький замочек.       Животинка была красивая: рыжевато-кремовая с бежевым носом и светло-карими глазками. Кирилл, заполучив в руки хорька, впервые за эту встречу улыбнулся. Вознамерился было погладить, хорица же, почуяв запах свободы, собралась податься в бега, но была тут же поймана.       — Кажется, помимо клетки, мне понадобится и переноска.       А потом им показали клетки, и Кирилл растерялся от их немалых габаритов.       — Как же я все вместе унесу?.. Рук-то две. А если до завтра хорек поживёт без клетки, это сильно плохо? Или лучше сначала клетку, а потом за хорьком приехать? Вы же никому другому ее не продадите?       — Не продам, — успокоила его Олеся. — Но ей ничего не будет, если поживёт в переноске сутки, главное, еды купите сразу, — пояснила девушка, подходя к стеллажу со специализированными сухими кормами для хорьков.       — Я могу тебе вечером занести клетку, — предложил Егор. — После работы…       — Правда? — Кирилл посмотрел на Егора с восторгом, но быстро поник, опомнившись. — Не стоит, у тебя же автобус и ехать далеко, и наверняка завтра тоже на работу.       — А ты далеко отсюда живешь? — спросил Егор и принял у Олеси упаковку корма и банку витаминов.       — На машине минут десять, общественным где-то полчаса. На Зелёной.       — Ждите меня вечером, — подмигнул он Кириллу и сказал Олесе, чтобы та отложила клетку до конца смены. Консультант кивнула и, забрав у Егора упаковки, пошла на кассу считать, попутно громко просвещая неофита-хоревода как заботиться о питомце и что именно она собрала им в пакет.       — Я правда могу и сам заехать потом… Ужасно не хочется тебя опять напрягать, и так слишком много пользуюсь твоей добротой, — сказал Кирилл тихо, обнимая переноску, которую всучила ему Олеся. Внутри сидела хорица и с любопытством обнюхивалась.       — Ты и не напрягаешь, я же сам предложил. Напиши адрес до вечера, ладно?       Егор, старался не думать о том, что сейчас рядом с парнем, который ему очень нравится, и что они увидятся еще. Но и о том, что Кирилл не свободен, он, естественно, не забыл.       Кирилл кивнул и переключился на питомицу, подняв переноску и разглядывая хорька.       — Ну что, красотка, составишь мне компанию? Не могу обещать, что стану образцовым хозяином, но буду очень стараться.       Егор смотрел на это с улыбкой и пошел на кассу, выбивать у Олеси скидку для работников ТЦ.       После того, как Кирилл расплатился и, загруженный пакетом и переноской, вышел вместе с Егором из зоомагазина, он сказал:       — Спасибо огромное. Ты всегда появляешься в самый нужный момент! Без тебя я бы ещё долго там стоял, переживая. А Виктория чудесная!       — О, уже и имя есть? Классно! Привет, Виктория, — поздоровался с хорьком Егор, наклонившись и заглядывая в переноску, где зверек свернулся в клубочек. А, разогнувшись, попал в небольшое объятье от рыжего чуда, что на радостях от удачной покупки, не смог сдержаться и, приподняв руку с пакетом, обхватил спину Егора.       — Мы побежали, ладно? Надо еще место для клетки расчистить. Ты, если передумаешь, поняв, что зря предложил, напиши обязательно, я все пойму!       «Да как же я передумаю-то? Я хоть пешком домой к себе идти готов, только бы еще разок увидеть твою улыбку», — подумал Егор и взглянул на время, обед он уже прогулял.       — Адрес не забудь прислать.       — Не забуду! — Кирилл лучезарно улыбнулся и вдруг дёрнулся, словно собирался коснуться губами чужой щеки, но тормознул себя и лишь как-то смазанно махнул рукой, поспешив на выход. А Егор, проводив Кирилла взглядом, отправился наверх, работать.

***

      Егору пришлось ехать на трамвае к дому Кирилла, он бы и пешком прогулялся, но заморосил холодный дождик, а снова слечь с температурой и горлом, он себе позволить не мог. Двор оказался самым обычным: большое пространство с детской площадкой и, куда ни глянь, автомобили разного ценового сегмента. Быстро добравшись до нужного подъезда бело-серой длинной пятиэтажки, он позвонил в домофон.       — Егор, ты? — спросил Кирилл и, получив согласие, открыл дверь.       Егор нервничал, и сам не мог понять почему, быстро поднимаясь по лестнице на третий этаж, грудь прямо-таки распирало чувство, что посещает лишь в особых, редких, волнительных ситуациях.       Кирилл открыл дверь в тех самых клетчатых шортах и розовой футболке с единорогом, что не могло не вызвать улыбки на лице Егора.       — Спасибо! Спасибо огромное! — начал тут же благодарить Кирилл и улыбаться, поглядывая на клетку. Забрав ее, он кивнул на обувную полку, со словами: — Там есть тапочки.       Егор не ожидал, что его пригласят войти, он вообще старался не думать об этом вечере, чтобы, если что, не лишиться последней, пусть и совершенно призрачной, надежды. Кирилл быстро скрылся в единственной комнате, а он зашел в квартиру, прикрыв за собой дверь. Повесил тонкую куртку на крючок и, сменив кроссовки, на домашние тапочки, прошел за хозяином квартиры, который уже разместил клетку в большой нише под телевизором, напротив давешней «рыжей» кровати.       — Ну-ка, красавица, смотри, ты опять переезжаешь, — проворковал Кирилл сидящей в переноске Виктории, после чего запустил хорицу в клетку. — Эх, надо было тебе хоть гамачок какой купить… Ты же не расстроишься, если я его закажу, и он придет через пару дней? Вот и умничка.       Кирилл установил кормушку с поилкой и, закрыв клетку, повернулся к ожидающему его Егору.       — Можно сделать временный гамак из полотенца или какой-нибудь старой наволочки, — предложил Егор.       — Да?.. Хм… — Кирилл задумался, а после распахнул дверцы шкафа и, привстав на цыпочки, достал с верхней полки стопку полотенец. Проделывал он это, естественно, под неотрывным взглядом Егора, который просто не мог сдержаться и не полюбоваться на того, кто ему очень сильно нравится. — Как думаешь, какое лучше?       Кирилл разложил полотенца на кровати и уставился на них, думая, какое выбрать. Егор подошел ближе и тоже взглянул, говоря:       — Хрен его знает. Я, когда мелкий был, просто брал то, что разрешали. У меня были хомяки, крысы, морская свинка, не одновременно, конечно же, и куча свободного времени. Я даже делал им страшные одежки из носков и перчаток.       — О, как жаль, что я этого не увижу! Помогай тогда давай, раз более опытный!       — Я могу сделать одежку для Виктории, но, уверяю, она будет такой же страшной, как и те, другие, — посмеиваясь, сказал Егор и, взяв самое тонкое и маленькое полотенце для рук, подошел к клетке. — Виктория, не падай в обморок, я быстро.       Открыв ее, он дал себя обнюхать, а потом, подумав, забрал хорька из нового жилища и вручил Кириллу, после чего принялся за установку пародии на гамак на небольшой высоте, чтобы животинка не навернулась и не ушиблась. Завязав узелки на прутьях, посмотрел с сомнением и спросил:       — А нитки с иголкой есть?       Кирилл кивнул и, не отпуская хорька, достал с одной из полок швейный дорожный набор. Егор быстро прошил узелки и подергал полотенце, чтобы убедиться в надежности.       — Запускай, проверим, — скомандовал устроитель гамаков, и Кирилл запустил Викторию в клетку, та, с интересом осмотрев полотенце, принялась его изучать.       — Класс, но все равно надо будет купить что-то нормальное, — налюбовавшись на игривого хорька, констатировал Кирилл и пошел убирать полотенца. — Что бы я без тебя делал?       — Можно отплатить мне бутербродом, — сказал Егор, который так и не поел сегодня.       — Я как раз думал, уместно ли будет позвать тебя поужинать со мной. Пошли, — Кирилл улыбнулся и, закончив с водружением стопки полотенец на их законное место, отправился в сторону кухни, за ним последовал и гость. Уже на кухне Егору кивнули на диванчик, на который он и уселся, после того, как помыл руки в раковине. Кирилл же открыл духовку и достал противень.       Егору хотелось многое узнать, да и самому рассказать тоже, но молчал, считая это неуместным. Он вообще не очень понимал, как им следует общаться, после того, как прервали свою… дружбу.       — Я не лучший повар, поэтому постоянно ищу максимально легкие рецепты. Этот у меня в фаворитах. Правда, я не знал, любишь ли ты гречку… Почему народ не любят гречку? Что за дискриминация крупы и рыжих?..       — Я люблю гречку и рыжих, — ответил Егор, смотря на крупу с курицей. Пахло вкусно, плюс сильный голод. Сейчас он был согласен на что угодно, даже съесть нелюбимую чечевицу с бараниной или перловку с капустой.       Кирилл разложил ужин по тарелкам, поставив на стол, туда же отправил нарезку колбасы и сыра из холодильника и хлеб, после чего спросил:       — Соус надо?       — Майонез есть?       Кирилл достал еще и пакетик майонеза, после чего включил чайник и сел на стул рядом с диванчиком, на котором сидел Егор, и они принялись за ужин… Ну или за завтрак. Смотря для кого.       — Как… Как ты? В смысле… Как у тебя дела?       — Нормально, — пожал плечами Егор, отвечая. — Работа, дом. Крыша потекла, нужно будет что-нибудь придумать. Мусетта забеременела и переехала жить под мою кровать. Пришлось ей там плед постелить. А у тебя?       — Тоже нормально… С Максом расстались недели две назад.       — Сочувствую, — сказал Егор, и это не просто слова, он на самом деле не хотел, чтобы Кириллу было плохо, а ему точно было — сам видел его сегодня всего поникшего. И хоть сейчас Кир заметно повеселел, все равно тяжело расходиться с человеком, с которым долгое время был вместе.       — Не надо. Я сам стал инициатором. На самом деле все до сих пор не ясно, мы то ли паузу взяли, то ли насовсем… Так что теперь, вот, один живу. Хотя нет. С сегодняшнего дня с Викторией. Будет мне компанию по вечерам составлять, а то тихо очень…       Егор обдумывал ситуацию и так, и эдак. Ему хотелось предложить попробовать дружить, но это не совсем благое намерение, потому что его-то чувства не переменятся, и потом снова будет плохо, но и просто уйти, и больше не общаться с Кириллом, было выше его сил. Так ни к чему и не придя, Егор просто вздохнул и уткнулся в тарелку, поедая вкусный ужин. Дальнейшее принятие пищи прошло в тишине, а потом оба встали убирать со стола, после чего Кирилл заварил по кружке чая.       — Я думаю о тебе каждый день. Знаю, глупо, но каждое утро проверяю инсту, хотя сам попросил тебя не писать, — все-таки признался Егор.       — Я тоже.       Егор понимал, что это разное. Что Кирилл в нем никого, кроме друга, не видит, но все равно обрадовался и не смог сдержать улыбку.       — Если тебе что-нибудь понадобится, ты пиши мне, ладно? Я всегда отвечу и постараюсь помочь как смогу.       — Егор, я… — тихо заговорил Кирилл, разглядывая чай. — Прости, но я не готов пока к отношениям. Вообще. Я поэтому и не стал тебе писать, когда Макс съехал. Мне надо привести мысли в порядок и научиться жить самостоятельно. И я бы не хотел давать тебе надежду или что-то такое… Это не из-за тебя, просто… просто вот так.       Егор кивнул, одним глотком прикончил полкружки горячеватого чая и поднялся со словами:       — Спасибо, за ужин. Было вкусно, — после чего отправился мыть за собой посуду и сразу же на выход. Он все прекрасно понимал и не хотел навязываться, но как же сильно ему хотелось… Чего-нибудь.       Кирилл взял Егора за руку, обхватив пальцами запястье, когда тот уже был в дверном кухонном проеме.       — Я… — начал Кирилл, но растерялся, а потом вдруг прижался к Егору, спрятав лицо на его плече. — Прости. Я ужасный человек, видимо…       — Хороший ты человек, — сообщил ему Егор и приобнял Кирилла, погладив по лопатке. — Так бывает… Ничего не поделаешь.       Егору очень хотелось прижать Кирилла сильнее, обвить всего руками, дотронуться губами хотя бы до щеки, раскрашенной веселыми пятнышками веснушек, но не сделал этого. Просто стоял и поглаживал чужую спину, не позволяя себе большего, но и не в силах это прекратить.       Постояв так какое-то время, Кирилл сам аккуратно и неспешно отстранился от Егора, на что тот улыбнулся слегка грустно и пошел в коридор, обуваться. Он и сам не понимал, чего сейчас хочет больше, уйти или остаться. Хоть ненадолго. Пусть и боялся, что если задержится хоть на пять минут, то натворит глупостей, испортив шаткое равновесие. Плюс давящая неопределенность, но он справится с этим как-нибудь.       — Рад был тебя увидеть, — сообщил Егор, уже полностью собравшись.       — И я тебя. Очень, — грустно улыбнулся Кирилл.       Егор знал, что испортит все прямо сейчас, но уже не мог себя остановить. Он ступил ближе и кратко коснулся губами щеки Кирилла. Очень сложно сдержаться, когда безумно этого хотелось, вот он и сдался сам себе. Но тут же отстранился и, без прощальных слов, вышел из квартиры, прикрыв за собой дверь.       Губы жгло, словно он само солнышко поцеловал. Егор сверился с часами и направился на трамвай — он еще успевал на последний автобус, значит, пешком полночи пилить не придется.