Music is soar in the air

Карл не знает, сколько времени он уже сидит на крыльце собственного дома, пялясь в пустоту перед собой. Его руки упираются в деревянные ступени, а сердце всё ещё колотит по рёбрам. Хотя его дыхание и пришло в норму настолько, насколько это возможно, но он знает, что слёзы всё ещё норовят пролиться из его глаз. Ему кажется, что мысли разламывают его голову пополам. Если он не расскажет о том, что происходит внутри его черепной коробки, хоть кому-нибудь, то точно взорвется. И, так как у него есть лишь один лучший друг, то выход из этой ситуации очевиден. Карл медленно достаёт телефон из кармана, игнорируя тряску, что сопровождает его руки, но всё же шипит ругательства себе под нос, когда смартфон выпадает из его ладоней. Джейкобсу приходится досчитать до десяти, чтобы не начать биться головой о перила. Он поднимает устройство, слегка отряхивая его от земли, которая прилипла к экрану, когда замечает совсем небольшой уголок бумаги, что выглядывает из-под чехла. Карл хмурит брови, доставая полароидную фотографию. Лишь взгляда на неё достаточно, чтобы слёзы вновь побежали по его щекам. С фото на него смотрит собственное улыбающееся лицо, разукрашенное детскими фломастерами, рядом с ним смеётся парень, с уже такой знакомой Карлу странной шапкой на голове, чьё лицо также разрисовано. О, он и забыл, что сохранил эту фотографию. Воспоминания обрушиваются на него лавиной, он прикрывает рот рукой, когда издаёт всхлип. — Почему ты ведёшь себя так глупо? — Карл смеётся, когда чужие руки тянутся к его лицу, чтобы оставить на нём очередной узор. — Не знаю, может, я становлюсь глупым рядом с кем-то, кто мне нравится, — парень отвечает ему, его тёмные волосы мелькают прямо перед Джейкобсом. Карл рвёт фото на две части, пытаясь выкинуть мысли о прошлом из своей головы. Он с силой нажимает на кнопку вызова, молясь, чтобы гудки отвлекли его от всего, что происходит внутри него сейчас. — Карл? — обеспокоенный голос Джорджа раздаётся через несколько секунд, — Ты в порядке? Где ты? — Я дома, — проговаривает он, слегка откашливаясь, когда хрип вырывается на половине слова, — И… можем мы поговорить? — Конечно, всё, что тебе нужно, — отзывается Джордж, — Что произошло? Сапнап отказывается говорить со мной. О, Карл ведь даже ничего не объяснил ему. Он просто убежал, и теперь Сапнап наверняка чувствует себя плохо из-за него. — Мы, эм, поцеловались, — практически шёпотом произносит Джейкобс, — А потом я услышал, как кто-то сделал фотографию, и, не знаю, думаю, мой мозг сыграл со мной злую шутку. — Вот чёрт, — спустя несколько секунд, заявляет Джордж, — Это отстойно. — Знаю, — он трёт лицо рукой, пытаясь избавиться от влаги, — Господи, я такой идиот. — Ты не идиот, — поправляет его Джордж, — Ты не виноват в том, что не зависит от тебя. — Я просто не знаю, что мне делать, — вздыхает Карл. — Из того, что я услышал, сейчас всё, что тебе нужно сделать — это постараться позаботиться о себе. Держу пари, ты довольно вымотался. — Может быть, — мямлит Карл, он начинает чувствовать вес на своих плечах, — Это был слишком длинный день. — Мы придумаем что-нибудь со всем этим завтра, ладно? — уверяет его парень, — Тебе следует поспать. — Возможно, ты прав, — на секунду закрывает глаза Карл, вздыхая, — Как и всегда. На какое-то время звонок наполняет тишина, но Джордж ломает её, настороженно спрашивая: — Есть что-то ещё, о чём ты хочешь рассказать мне? — Почему ты так решил? — Ты никогда не говоришь, что я прав, — с уверенностью заявляет Джордж, — Случилось что-то ещё? — Я… нашёл фотографию с Квакити, — растягивает слова Карл, — Думаю, это немного разбило меня. — Хочешь, чтобы я пришёл? — Нет, я буду в норме, — говорит Джейкобс, проводя рукой по волосам, — Прости, что ты вынужден выслушивать всё это вместо того, чтобы веселиться. — Не бери в голову, я всё равно собирался сваливать, — проговаривает Джордж, — Члены футбольного клуба затолкали тыкву в один из туалетов, а какого-то парня вырвало прямо на Шлатта. Скука смертная, как и всегда. — Да уж, я пропускаю всё самое интересное, — слегка усмехается Карл, — Спасибо, что поговорил со мной. — Я всегда здесь, если захочешь, — в последний раз произносит Джордж, вешая трубку. Карл поднимает глаза к небу, всматриваясь в звёзды. Ему кажется, что кошмары вернутся к нему этой ночью.

────── • ──────

— Как он? — спрашивает Ники, Джордж показывает неопределённый жест рукой. Члены клуба практически окружили его, пытаясь расспросить о Карле, но Джордж бросает им какой-то неоднозначный ответ, направляясь к открытой двери запасного выхода из зала, где на железных ступенях расположился Сапнап. — Итак, вы с Карлом поцеловались, — говорит Джордж, садясь рядом с парнем. — Он рассказал тебе? — спрашивает Сапнап, даже не смотря в его сторону. — Ага, — кивает Джордж, — Ситуация вышла довольно дерьмовой. — Мне кажется, я влюбился, — вдруг произносит парень, Джордж смотрит на него. — Ты иногда такой сентиментальный, — он слегка усмехается, Сапнап закатывает глаза. — Спасибо за поддержку. — Да брось, ты наконец-то переживаешь свой гей-кризис, я имею право отомстить. — Это не гей-кризис. — Конечно. — Ты просто невыносим. — И тем не менее ты всё ещё говоришь со мной. — Он действительно мне нравится, — проговаривает Сапнап, — Но, видимо, это не так уж взаимно. — Слушай, — медленно вздыхает Джордж, — У Карла был не лучший период в средней школе, и я явно не тот, кто должен рассказывать тебе эту историю, — на секунду между ними повисает тишина, — Это всё немного сложнее, чем кажется. Просто… Это не твоя вина, ладно? Не хочу, чтобы ты накручивал себя так же, как с Дримом. Сапнап удивлённо раскрывает глаза, поворачиваясь к парню. Джордж отводит от него взгляд. — Ты давно не произносил его имя, — с еле заметной улыбкой подмечает Сапнап. — Ты прав, — хмыкает Джордж, поднимая глаза к звёздам, — Может, время пришло. — И ты ещё называешь меня сентиментальным? — усмехается Сапнап, получая толчок в плечо, — Как думаешь, мы сможем навестить его? Вместе? — Не знаю, — пожимает плечами Джордж, — Много воды утекло с тех пор, как мы бывали там. — Да, — соглашается парень, — Это больно. — Я знаю, — произносит Джордж, — Поверь мне, знаю. Какое-то время они сидят в тишине, слушая фоновый шум из голосов школьников и ужасной музыки, а затем начинают тихий разговор о новой компьютерной игре. То, что остаётся обговорённым на этой старой железной лестнице, не узнает никто, кроме них самих.

────── • ──────

Когда Карл просыпается, то физически чувствует синяки, которые образовались под его глазами. Ему кажется, что он провёл всю ночь, смотря в потолок. Этот день тянется для него патокой. Он ходит с полной густого тумана головой, и не может понять, чувствует он себя так из-за недостатка сна или из-за слишком большого объёма мыслей, который он отфильтровал до рассвета. В какой-то момент Ники присылает ему сообщение, где спрашивает, в порядке ли он. И как бы Карл не хотел заставлять своих друзей волноваться, он не может найти в себе силы напечатать ответ. Так же, как он не может найти в себе силы, чтобы поговорить с Джорджем. Единственное, в чём Джорджу удаётся убедить Карла — ему и Сапнапу нужно обсудить пару вещей. Первая половина дня пролетает незаметно, так что Джейкобс идёт в кафетерий, надеясь найти там хоть одно знакомое лицо. Даже если Карл не настроен на объяснения, его друзья всё ещё заслуживают знать, что он не бросился с горя под машину. Вот только, чего он не ожидает, так это того, что взгляды всех в помещении будут прикованы к нему, пока он пытается пройти к столику, за которым сидят члены клуба. Он нервно сжимает рукава кофты, когда люди вокруг начинают перешёптываться, некоторые из них посмеиваются, глядя в его сторону. Он оглядывает всех за столом, и как бы он не был озадачен отсутствием Сапнапа, он может признать, что рад, что его здесь нет. Он ещё не готов с ним говорить. — Эй, большой человек, ты в порядке? — спрашивает Томми, когда Джейкобс приземляется на стул. — У меня была веселая ночка, — слегка усмехается Карл, — Но я в норме. Подростки нервно переглядываются между собой, Карл вопросительно поднимает бровь. — Что? — Ты, эм, ещё не видел? — мягко спрашивает Тина, прокручивая кольца на собственных пальцах. — Не видел что? Каллахан осторожно дотрагивается до его плеча и протягивает телефон так, чтобы Карл мог видеть текст на экране.

«Сливы продолжаются! Помните того парня, что перевёлся к нам месяц назад? Что ж, кажется, времени он не терял! Видимо, это традиция театрального клуба? Надеемся, что хотя бы в этот раз, мы обойдёмся без ещё одного самоубийства, лол.»

Прямо под постом расположилась та самая фотография, на которой Сапнап и Карл целуют друг друга. Ком подступает к горлу парня. Когда Джейкобс выбегает из кафетерия, то не слышит ни шёпота людей вокруг, ни нескольких голосов, что кричат ему вслед с просьбой вернуться, ни собственного дыхания. Он находит укромный уголок в одной из раздевалок спортивного зала и прижимается спиной к стене, пока слёзы вновь скатываются по его лицу. Теперь они приправлены горечью. Это похоже на чувство, которое испытывают люди, выпившие слишком большое количество горячей воды. Тошнота, которую он сам себе выдумал, уже подступает к горлу, готовая вырваться наружу, хотя он и знает, что этого не произойдёт на самом деле. Ощущение не из приятных. — Карл? — он слышит, как Ники тихо зовёт его, приоткрывая дверь, — Хочешь поговорить? Покрасневшую кожу щёк стягивает от солёных следов, и Джейкобс стирает их, слегка кивая девушке. — Ты выглядел расстроенным, — садится рядом с ним Ники, — И напуганным. — Это… — дрожащим голосом начинает парень, — Это слишком. Всё это. — Это из-за той фотографии, верно? — Карл кивает, не в силах посмотреть в чужие глаза. — Эти дурацкие сплетни, я хочу, чтобы они просто исчезли, — он поднимает колени к груди, обхватывая их руками, — Я не хочу проходить через всё это ещё раз. И не хочу втягивать Сапнапа в это. — Такое уже случалось раньше? В твоей прошлой школе? — Джейкобс вновь кивает, и Ники нежно улыбается, — Можешь поговорить со мной об этом, если хочешь. Я знаю, насколько отстойными бывают слухи. — Да? — спрашивает парень, приподнимая голову с колен. — Ага, — прислоняется головой к стене девушка, — В начале прошлого года какой-то мудак начал говорить всем, что я переспала чуть ли не с каждым парнем в этой школе. — Оу, — произносит Карл, — Это… не клёво. — Это так, — вздыхвет Ники, всё ещё слегка улыбаясь. — И что же ты сделала? — Нашла этого идиота и врезала ему по лицу столько раз, что он буквально клялся мне, что признается в том, что всё это было неправдой, — ухмыляется она, театрально хлопая себя по мускулу. — Не думаю, что твой способ мне подходит, — слегка усмехается Джейкобс, также падая макушкой на стену, — В моей прошлой школе была кучка придурков, которая каким-то образом узнала, что мне нравятся парни, и решила, что я буду подходящим объектом для издевательств, — Карл закрывает глаза, вдыхая немного воздуха, — Было слишком много всего. И теперь я боюсь, что это начнёт повторяться. Я… я просто устал. Несколько секунд они оба молчат прежде, чем Ники решает нарушить тишину. — Полагаю, ты через многое прошёл, — говорит она, поворачиваясь к парню, — Карл, сможешь сказать мне, чем наша школа отличается от той? — Эм, — на мгновение мнётся Джейкобс, — Думаю, тут намного уютней, наверное, — он пожимает плечами, — Тут я могу заниматься тем, что мне нравится, — слегка задумываясь, он улыбается, вспоминая недовольное лицо Джорджа, которое встретило его в первый учебный день, игру Уилбура на гитаре, ссору Томми и Каллахана, шутки Таббо и краснеющего за него Ранбу, Эрета и Тину, Ханну и Ники, а когда он представляет у себя в голове улыбающееся лицо Сапнапа, то невольно вспоминает про их поцелуй, и не замечает, как его улыбка становится чуть шире, — И тут у меня есть друзья. — Теперь ты не один, Карл Джейкобс, — улыбается ему Ники, вставая и протягивая руку, — Уверена, Томми и Таббо прямо сейчас выбивают всё дерьмо из того, кто написал тот пост. Карл слегка смеётся, хватаясь за чужую ладонь и также вставая. Он слегка удивляется, когда девушка притягивает его в объятие, но расслабляется, как только руки падают на плечи Ники. — Спасибо, — тихо говорит Джейкобс. — Всё, что угодно, пока мои друзья могут улыбаться, — отвечают ему, — У нас осталось ещё несколько минут до начала занятий, хочешь пойти выпрашивать у работников бесплатный пудинг вместе со мной? — Да, конечно, — слегка смеётся Карл.

────── • ──────

День практически подходит к концу, так что Карл и Ники решают зайти в актовый зал, чтобы убедиться, что в такое время там никого нет. Правда, к их удивлению, открыв дверь помещения, они замечают троих участников клуба, стоящих в кругу на сцене. — Что здесь происходит? — спрашивает Карл, подходя к ним. Как только подростки расступаются перед ним, ему на глаза попадается незнакомый парень в белой, слегка потрёпанной толстовке и с золотой цепочкой на шее. Джейкобс вопросительно моргает, оглядывая всех присутствующих. Уилбур посылает ему ободряющую улыбку. — Давай, Панз, рассказывай, — грозно говорит Томми, скрещивая руки на груди. Карл приглядывается к лицу незнакомца и замечает на нём несколько царапин и синяков. Он также подмечает потёртости на костяшках Томми и Таббо. — В общем, это я выложил фотографию, — закатывая глаза, говорит Панз, — Те танцы были полным отстоем, так что я пошёл прогуляться, а затем услышал пианино и пришёл сюда, — объясняет он, — Извини, что заставил тебя вспомнить о своих триггерах, или типа того. — Мне кажется, мы договорились на то, что ты попросишь прощения нормально, — фыркает Таббо. Карл в недоумении смотрит перед собой. Он не понимает, что сейчас происходит. — Слушай, чувак, людям нужны слухи, я не виноват, что ваши друзья попались мне на глаза, — цокает Панз. — Тебе повезло, что мы вообще согласны не выдёргивать твой чёртов позвоночник прямо сейчас, — выплёвывает Томми, сжимая ладони в кулаки. — Это лишнее, правда, — пытается Карл, — Вам не нужно… — Они правы, Карл, не останавливай их, — кладёт руку ему на плечо Ники, — Он влез в твою личную жизнь и должен за это извиниться. — Джордж написал, что рассказал всё учителям, — заявляет Уилбур, поднимая глаза со своего телефона, он хмуро смотрит на Панза, — У тебя большие неприятности. — О, боже, ладно, мне правда жаль, — вздыхает Панз. Карл пытается убедить всех, кажется, десять минут в том, что этих извинений достаточно прежде, чем они всё же соглашаются отпустить парня. — Вам серьёзно не нужно было это делать, — сжимает свою толстовку Карл, — И я более, чем уверен, что то, что я только что увидел — незаконно. — Мудак должен был ответить за то, что сделал, — пожимает плечами Томми. — К тому же, мы сделали не только это, — уверяет его Таббо. — Не только это? — спрашивает Джейкобс. — Джордж пошёл в администрацию, Каллахан повесил постыдные фотки этого недоумка по всей школе, — начинает перечислять Уилбур, — А Ранбу, Тина и Ханна убеждали толпу придурков, что тот пост — неправда, пока Ники отвлекала тебя от всего этого. — Ты знала? — поворачивается к девушке Карл. — Я же говорила, — улыбается Ники, — Теперь ты не один. Карл думает, что, возможно, в этот раз всё сложится иначе.

────── • ──────

Сегодня отличный вечер для того, чтобы немного проветриться и наконец расставить всё по своим местам. Карл надевает джинсовую куртку поверх своей толстовки и отправляется на небольшую прогулку, слушая уличный шум и стук собственных шагов. Каким-то образом он оказывается на набережной. Теперь небо заволокли серые облака, так что он не может видеть лучи солнца, что так красиво окрашивали всё вокруг в оранжевые оттенки. Он останавливается около небольших перил, смотря на слегка бушующее море. Ветер задувает солёный запах в его лицо. Карл ходит по тротуару, осматривая каждую вывеску, на которую раньше он не обратил бы внимания, и слушает щебет соек, что пролетают над ним. Он пинает очередной камушек у себя под ногами, когда вдруг вздрагивает, услышав довольно сильный звук грома. Он смотрит на небо, замечая, как тёмные тучи на мгновение озаряются белым светом молнии, а затем начинает чувствовать, как прохладные капли падают ему на лицо. Синоптики обещали, что дождя не будет. Джейкобс натягивает капюшон, немного придерживая его от внезапного порыва ветра, и шагает по дороге в сторону ближайшего укрытия. К моменту, когда он доходит до небольшой автобусной остановки, вся его одежда пропитана влагой, волосы прилипают ко лбу, а кроссовки неприятно хлюпают из-за воды в них. Карл садится на деревянную лавочку, устало приваливаясь головой к стене, он прислушивается к звукам грома и ветра, которые всё продолжают набирать обороты, делая из осеннего дождя настоящую грозу. Из мыслей его вырывает звук чужих шагов, что бегут по лужам, разбрызгивая их. Когда Джейкобс поднимает глаза, то не может поверить им. Всевышние силы либо ненавидят его, либо делают ставки на то, сколько ещё он сможет прожить, не спрыгнув со скалы. Прямо перед ним стоит Сапнап, с промокшей до нитки футболкой и тяжёлым от бега дыханием. Он смотрит на Карла с удивлением и каким-то замешательством. Лишь спустя несколько секунд парень догадывается, что всё ещё стоит под дождём, и наконец заходит под подобие навеса. — Привет. — Привет. — Тебя не было сегодня в школе. — Знаю, мне нужно было решить пару дел. Они говорят тихим, практически хриплым голосом, но всё равно умудряются слышать друг друга, даже несмотря на шум, которым отдаются действия погоды. Не сказав больше ни слова Сапнап медленно садится рядом с Джейкобсом, всё ещё оставляя между ними приличное расстояние. Краем глаза Карл улавливает еле заметное движение со стороны парня и, чуть подумав, понимает, что тот дрожит. — Тебе холодно, — произносит Карл, на секунду небо вновь становится светлым, словно днём. — Не захватил с собой куртку, — просто отвечает ему Сапнап, встряхивая плечами. Карл оглядывает его с ног до головы, ненадолго заостряя внимание на капающих с чужих волос каплях, перед тем, как снять с себя джинсовую куртку, оставаясь в одной толстовке. Он протягивает её парню, и тот пару секунд переводит взгляд с Джейкобса на вещь, но в итоге принимает предложение. — Она не слишком тёплая, но это хоть что-то, — хмыкает Карл. — Спасибо, — хрипло произносит Сапнап, чувствуя, как дополнительный вес оседает на плечах. Они оба снова молчат, вдыхая свежий запах влаги и мокрого асфальта. Кажется, что время застывает, стрелки на часах останавливаются так и не дойдя до своей цели, и весь остальной мир, не относящийся к этой едва ли не заброшенной остановке, замирает, ждёт двух промокших подростков, которые пытаются ухватиться за что-нибудь, лишь бы остаться на ногах. — Ты когда-нибудь слышал легенду о Боге Гроз? * — вдруг спрашивает Сапнап, продолжая смотреть перед собой. — Нет. Что за легенда? — Однажды Бог Гроз влюбился в Океан, — начинает парень, — Его любовь была настолько чиста и наивна, что в один момент превратилась в одержимость. Он захотел присвоить себе каждую частичку Океана и для этого явился перед ним во всей своей красе, потребовав, чтобы он отдал ему своё сердце. Но Океан был влюблён в другого и отвергнул Бога. В конце концов, Бог Гроз утопил себя в собственном безумии, навсегда застряв в немом крике, который стал для него тюрьмой. — Это… довольно грустно, — медленно моргает Карл. — Возможно, это то, что он заслужил, — заключает Сапнап, вновь услышав раскат грома. — Сапнап, я… О том, что произошло, — вздыхает Карл, прикрывая глаза, — Я испугался. Сначала я хотел поговорить с тобой, я хотел объяснить тебе всё, но потом эта фотография, и я… я не хотел, чтобы из-за меня у тебя возникли неприятности, — он чувствует, как сжимается его собственное горло, — Так что, я подумал, что, возможно, так будет даже лучше, — грустно хмыкает Карл, — Ты удивительный и ты правда нравишься мне, но я ещё не готов, не сейчас, — он проводит взглядом по собственным кроссовкам, — У меня есть куча проблем, с которыми я должен разобраться, и в которые тебя уж точно не нужно втягивать. С моей стороны было просто нечестно отвечать на твой поцелуй, — он сминает рукава толстовки, боясь посмотреть на реакцию собеседника, но когда чужие пальцы касаются его собственных — Карл поднимает голову. — То, что у тебя есть проблемы, не значит, что ты не достоин кого-то рядом с собой, — говорит Сапнап, на его лице красуется всё та же милая улыбка, — И сейчас просто быть здесь для тебя уже достаточно. По крайней мере, для меня. — Уверен, что не пожалеешь об этом? — обеспокоенно спрашивает Карл. — Думаю, скоро я узнаю, — ухмыляется Сапнап, протягивая руку, — Значит, просто друзья? — Просто друзья, — кивает Карл, пожимая его ладонь, — Пока что. Они смотрят на дождь в тишине, на лицах обоих красуются улыбки. — Расскажешь мне о своём дне? — спрашивает Карл. — Что тебе рассказать? — Что угодно. — Мимо меня на красный свет проехал мотоцикл. — Ага. — Я видел кота, который встал на задние лапы, чтобы украсть у кого-то сэндвич. — Вот как. — Я не смог найти свою кожаную куртку. — О, думаю, она у меня. Хочешь её вернуть? — У меня их две. И нет, пусть она останется у тебя, это чувствуется правильно. — Если ты не против. — Ну, друзья ведь могут дарить друг другу подарки, верно? — Конечно. Ты тоже можешь оставить эту куртку, считай это мой подарок. Они болтают обо всём подряд, слушая стук капель, что отражается от поверхности, а когда большая стрелка часов делает очередной круг, они решают бежать домой прямо под дождём, не беспокоясь о том, что завтра оба, скорее всего, будут лежать с температурой.