Wardrobe

Так жарко. Конец октября, а Джиу липкая от пота. Липкая и дрожащая. И прижатая к двери таким же потным и жарким телом. Опять. — Чан, блять, — сквозь тяжёлое дыхание пытается сказать она, — ты так лёгкие мне выбьешь. А Чан её вообще не слышит. Потому что занят. Занят расцеловыванием девичьей шеи и плеч. У него в голове совершенно пусто. Ничего, кроме бездумного и животного желания. Хочется просто коснуться каждого кусочка тела Джиу и облюбовать всё, до чего дотягиваются губы. И руки. А они в данный момент дотянулись до её задницы. И крепко так сжали. Джиу снова давится воздухом на резком вдохе. Но парня не стоит винить. Он, после того что произошло в студии, стоически ждал и терпел весь оставшийся вечер, вплоть до глубокой ночи, честно отработав своё расписание, честно дождавшись Джиу внизу и честно доехав с той до апартаментов. Изнемогал и даже не помнил, как до места добрался. Все условия выполнены. Теперь можно. Он прижимает бедра девушки к своим и трётся о них пахом. Как же приятно. Он думал об этом весь, весь грёбаный вечер. Даже в тот момент, пока стафф ходил вокруг, поправляя всё-таки немного стершийся на подбородке макияж, после того как он отлизал Джиу прямо в своей студии. Визажистка неловко на него посматривала, полностью, видимо, осознавая, в чём же дело. Но Крису было так наплевать. Ему уже абсолютно всё равно, кто и что там в компании подумает, с него хватит. — Джи… — выдыхает Чан ей в губы. — У меня весь ебаный вечер стоял так, что даже голова болела. Он снова остервенело бросается к шее девушки, оставляя на ней нескончаемое количество мокрых поцелуев. Джиу стонет. Но сквозь тяжелое от возбуждения дыхание, ехидно спрашивает: — Что же делал с этим твой бедный стафф, когда поправлял одежду? Вдруг визажистки решили, что у тебя стоит на них…? Крис вдруг слегка прикусывает шею, прямо там, где она переходит в изящное плечо. Джиу с непривычки дергается и шипит от боли. — Всем было прекрасно ясно, на кого у меня стоит, — цедит он ей прямо в ухо, снова обдавая раковину жаром. — Остатки твоей красной помады на моём подбородке были достаточным доказательством, не так ли? — Надо было лучше стирать следы, Чан. Ничему тебя жизнь не учит, — цокает девушка. Он вскидывает брови, облизывает нижнюю губу и, глядя прямо в изумрудные глаза, задает вопрос, от которого Джиу нервно сглатывает: — А кто сказал, что я хотел стереть все следы? Девушка так тяжело дышит и так томно смотрит на Криса, что его член в штанах болезненно дергается. А губы вновь тянутся к ней. В порыве страсти он умудряется слегка прикусить нижнюю губу девушки, и Джиу сразу же дергает коленом, ударяя его в бедро. Чан посмеивается, нехотя разрывая поцелуй: — Такими темпами твои вечные угрозы втащить мне по яйцам осуществятся. — Не сомневайся, настанет день, — ехидничает она, глядя в карие глаза парня. Он щурит свои, словно что-то вспоминая. И правда, есть что. — Ты кое-что обещала мне сегодня, — напоминает он, сжимая талию Джиу крепкими руками. Судорожный вздох с её стороны пускает по телу легкие электрические разряды. А невинный взгляд больших зелёных глаз добавляет к ним маленький удар. — Мой Король хочет чего-то особенного в эту ночь? Как я могу услужить? Чан поджимает губы от возбуждения, кончик языка высовывается, облизывая нижнюю. Обычно разговорами в постели занимается именно он, но этой девушке хочется позволить делать всё, что вздумается. Особенное? Да, эта ночь определенно особенная. — Пройди в спальню и разденься для меня, детка. Крис руками перемещает Джиу к проходу, мягко направляя в нужную сторону. Медленной, до ужаса плавной походкой, она идёт в сторону спальни с громадной кроватью. Остановившись прямо возле изголовья, девушка оборачивается, чтобы проверить, смотрит ли он. И Чан смотрит. Смотрит, а глазам своим не верит. Джиу отворачивается, взмахивая русыми волосами, заводит руки за спину и ловко за застежку платья дергает. Мучительно медленно она ведет рукой вниз, обнажая спину. Крис видит, как мышцы перекатываются под движением руки, как черные жемчужные бусины сверкают в оранжевом свете ночника, как спадающие прямые локоны щекочут ей лопатки. Сейчас бы сорваться с места и помочь Джиу стянуть эту совсем не нужную одежду, но Чан почему-то стоит как вкопанный, сдвинуться не может ни на миллиметр. И ни на секунду не отводит взгляда, чтобы не прекращать сладкую пытку. — Что прикажете делать дальше, мой Король? — бросает она, повернувшись в его сторону. Крис пару секунд стоит с открытым ртом и глазами, полными вожделения. Трудно соображать в таком положении. Но он всё же собирается с духом и выдавливает из себя строгое: — Раздевайся, Джи. Девушка ухмыляется и тянется руками к лямкам платья, чтобы спустить их вниз. Медленно перед Чаном проявляется её красивое тело: точёная ключица и аккуратная грудь, дальше - тончайшая талия с линиями пресса, следом любимое - изгиб бёдер, которые хочется хватать, кусать, гладить, шлёпать и… снова. Жемчужины трещат, когда платье падает на пол. Это заставляет Чана выйти из непонятного дурмана, в котором он пребывал последние пару минут. — Так? Закусывает алую губу. Ухмыляется. За эту ухмылку хочется трахнуть. Бан Чан настолько быстро добирается до Джиу, что она удивленно мычит, когда он резко и с напором целует её. Но на ласку отвечает. Чан ведёт языком по нёбу, заставляя её цепляться руками за его предплечья. Своими цепляется за тонкую девичью талию. Джиу не подаёт вида, когда кислород в легких кончается, потому что целоваться с ним - это слишком хорошо. Об этом говорит её глубокий резкий вдох, когда Крис с чмоком отрывается от алых уст. Помада снова размазалась, но остатки держатся на губах. Это выглядит чертовски развратно. И это видит только он. От мысли об этом член в штанах даёт о себе знать новой, болезненной волной возбуждения. — Знаешь, что самое лучшее в этом платье? — шёпотом спрашивает он. — И что же? — поднимает бровь Джиу. — Что под него нельзя надевать белье. Девушка вдруг почти смущённо усмехается. И Чан узнает привычную для себя Джиу. Ту, что от его флирта впадает в ступор и молчаливую панику. Он мягко прихватывает пальцами подбородок, поднимая опустившееся лицо. Смотрит на неё, целует быстро в губы и плавно подталкивает к кровати, усаживая перед собой. — Не хочешь постараться для меня? — ядовито-сладко спрашивает он, — Или моя девочка снова будет дерзить сегодня? Он видит как у Джиу колени от возбуждения сводятся вместе, как она волнительно сглатывает, смотря своими большими глазами на него снизу. И его это заводит. Пусть это напускная послушность — Бан Чан готов всё на свете отдать ради таких минут. Девичьи руки тянутся к поясу черных спортивных штанов, поддевают резинку и аккуратно стягивают вниз. Терпения у Криса почти не осталось, а Джиу как назло делает всё мучительно медленно. Она гладит горячий возбужденный член сквозь хлопковую ткань, Чан сдавленно выдыхает. — Не испытывай моё терпение, Джи, — почти стонет он, — потом будут последствия, знаешь же. И по ухмылке он точно понимает: она знает. Знает и добивается именно этого. Но вместо более привычной колкости, Чан слышит совершенно невинное, но такое возбуждающее: — Простите, мой Король, я сделаю всё, что вы прикажете. Чан кладет руку ей на макушку, пальцами пробираясь в медово-русые волосы. Они у Джиу густые, мягкие и блестят в свете ночника. Она смотрит на него всё так же невинно и ждёт указаний. Алые губы, её алые губы выглядят слишком хорошо. Слишком хорошо, чтобы сегодня не взять от них всё. — Тогда поработай ротиком для меня, сладкая, — не отрывая взгляда от них, приказывает Крис. Очередная сладкая ухмылка становится последним, что он отчётливо видит, перед тем как Джиу снимает с него трусы и обхватывает рукой пульсирующий член. — Fuck… — рвано выдыхает он. Это только начало, но Чану уже настолько хорошо, что приходится откинуть голову назад, чтобы не смотреть на происходящее внизу. Джиу размеренно водит рукой, слегка прокручивая кисть и чуть сильнее сжимая ладонь ближе к головке. Крис выравнивает дыхание, медленно, но верно начиная получать размеренное удовольствие от процесса. Тихое "сними майку, пожалуйста" прерывает молчание между парой и заставляет Криса разлепить глаза. Он вновь опускает голову к возлюбленной. Джиу убирает руку от члена, чтобы забраться на кровать с ногами и приготовиться. Пока Чан выполняет её просьбу, она усаживается удобнее, подгиная колени под себя и разводя бёдра по сторонам. Он скидывает на пол майку, делает шаг, избавляясь от уже спущенного вниз белья и снова смотрит на девушку. Нагая Джиу, блестящими зелеными глазами смотрит на него снизу вверх, заправляя за уши пряди отросшей челки. И снова на губах он задерживается. Их алый цвет идеально сочетается с голой молочной кожей, выделяя её ещё ярче. Рука сама тянется к лицу Джиу. Он оглаживает скулу большим пальцем, приподнимая лицо ещё выше, к себе. Проводит по губам, надавливая с нажимом на нижнюю. Девушка сразу понимает намёк и приоткрывает рот, впуская его палец. Чан выдыхает, заворожённо смотря на это. Как можно быть такой послушной, но одновременно управлять ситуацией? Но когда видит, как она высовывает кончик языка и делает им круговое движение, всё сразу становится ясно. Джиу как обычно делает вид, что слушается, но тайком околдовывает его. И это чертовски хорошо работает. — Моя девочка, — лепечет он, продолжая смотреть, — теперь сделай то, что обещала мне раньше. Рука покидает её лицо. Джиу сразу двигается чуть ближе к краю кровати. Снова берёт твердый член в руку и пару раз проводит по длине. Крис нетерпеливо выдыхает. Глаза сами собой закатываются от блаженства. Он облизывает пересохшие губы, выдавливая из себя: — Ты уже можешь приступать. — Слушаюсь, — слышит он сладкий ответ снизу. А после чувствует, как горячие губы обхватывают головку. Джиу берёт в рот медленно, впуская лишь кончик, плавно посасывает и уже только это сводит Чана с ума. Он не пытается открыть глаза, потому что чувствует, что не готов видеть влажную мечту о том, как её алые губы движутся вдоль всей длины вживую. С такими же прикрытыми глазами и запрокинутой головой, он стоит, безвольно опустив руки вдоль тела, пока не чувствует, как девушка хватает его ладонь, прикладывая её к своей макушке. Ухмылка трогает его губы. Крис зарывается пальцами в её волосы, надавливая лишь подушечками. Сначала нужно привыкнуть к этому блаженному ощущению тепла рта Джиу. И открыть глаза, не кончив. Он выдыхает через нос медленно и размеренно. Опускает голову вниз, попутно чувствуя, что Джиу заглатывает уже половину. И это чертовски хорошо. Но Чану становится ещё лучше, когда, открыв глаза, он наблюдает это воочию: с разъехавшимися по сторонам коленями, легким липким слоем пота на молочной коже, госпожа Хан исполняет его влажную мечту. Эти алые губы, скользящие по члену заставляют его испустить тихий, почти жалобный стон, заламывая брови. Не кончить прямо в эту секунду - испытание. Он почти его проваливает, но вовремя вспоминает о наличии своей руки в волосах. Чан отстраняет Джиу от себя, слегка утягивая за волосы. Она смотрит. Зелёные глаза блестят, подчиняя себе сильнее с каждой секундой. На губах блестящий слой слюны со смазкой. Помада размазалась ещё сильней. — Блять, — цедит он, хватаясь второй рукой за основание.— Я готов кончить просто смотря на тебя. Джиу улыбается, облизывания языком нижнюю губу, и это выглядит настолько развратно, что Крис подается порыву и наклоняется, остервенело припадая к её губам. Рука на затылке прижимает её лишь сильнее. Девушка кладёт руки на крепкие плечи, слегка сжимая. Цепляется, словно это её последнее спасение. Поцелуй такой мокрый, что когда Бан Чан отстраняется, между ними появляется тонкая нить слюны . Он смотрит Джиу в глаза и видит там лишь похоть. Ухмыляется. — Продолжай, — выпрямляясь, отдает приказ он, снова надавливая ей на затылок. К его удивлению, Джиу молча слушается, сразу же заглатывая до половины. Каждый раз, когда она совершает движение обратно, кончик языка задерживается на головке, с нажимом проводя по уздечке. Чан стонет на это. Полуприкрытыми глазами он смотрит, как член входит и покидает накрашенные губы. Пробует надавить чуть сильнее, намекая девушке, что следует работать активнее. — Ты так много острила и болтала в последнее время, — не без труда начинает говорить Чан. — Хорошо, что теперь твой ротик занят действительно полезным делом. Глаза Джиу прикрыты, но он прекрасно видит , как они закатываются от удовольствия. Как она пытается тереться промежностью о скомканное одеяло. Это вызывает горделивую усмешку. — Моя девочка так любит язвить и препираться со мной на людях, — ехидничает он. — Но почему сейчас я вижу, как она практически умирает от нужды быть наполненной? Джиу бы ответила. Да рот занят. — Не так ли? — ядовито добавляет Чан. Хорошо, что она пообещала сегодня полностью подчиняться. И хорошо для Криса, что слово своё она держит. А плохо, что и его слова она отлично запомнит. И обязательно отомстит. Потом. — Глубже. — Приказывает он, и аккуратно собирает в руку распущенные волосы, но не двигает голову. Джиу поднимает на него свои глаза. Его тёмные пристально смотрят на девичье лицо, на губах расплывается мягкая улыбка. И она говорит одно: он хочет, чтобы Джиу захлебнулась его членом. Положив руки на его бёдра для опоры, она поддаётся вперёд, принимая член глубже. Крис начинает быстрее двигать рукой, запутанной в волосах Джиу. На этот раз он уже широко улыбается, и сильнее толкается, ворча низким голосом. — Тебе ведь было весело? Дразнила меня весь вечер. Ходила мимо туда-сюда, раскачивая задницей в этом облегающем платье, — говорит он, резко вынимая себя из её рта, давая возможность шумно глотнуть воздух. — Ты знала, что все визажистки, менеджеры и трейни будут замечать, как я реагирую на тебя. Чан наклоняется, заглядывая девушке прямо в лицо. Но в зелёных глазах он видит только пелену желания и возбуждения. — Ты хотела, чтобы все поняли, да? — ухмыляется Чан, приближаясь почти вплотную к её губам. — Ты хотела, чтобы они увидели, как я схожу с ума, когда ты ходишь мимо меня, а я не имею возможности даже прикоснуться. Он смотрит почти безумно, бегая глазами по её лицу. Джиу облизывает языком нижнюю губу. Чан тяжело сглатывает, видя это. — Ты и без меня успешно сходишь с ума, вряд ли они заметили, — язвит девушка. — О, — выдыхает Чан. В этот момент его губы слегка соприкасаются с размазанной красной помадой на губах Джиу, — поверь мне, каждый человек в нашей компании сегодня прекрасно увидел: как только в моём поле зрения оказываешься ты, всё остальное уходит на второй план. — Это комплимент или упрёк? — приподнимает брови Джиу. — Это моя самая большая слабость. Бан Чан больше не в силах сдерживать себя и, отпуская из руки волосы девушки, припадает к её губам. Когда он отрывается, Джиу видит на лице с чёрными узорами красноватые пятна от своих губ. Она ухмыляется этому и Чан, вновь загипнотизированный её хитрым лисьим прищуром, не удерживается от комментария. — Ты и правда ведьма. Он выпрямляется и Джиу сама притягивает крепкие бёдра обратно, ближе к себе. Сразу берёт твёрдый член в руку и заглатывает головку. А Чан с силой через нос воздух. Он чувствует, как его член пульсирует в ее горячем рту, а дыхание становится все учащеннее. Есть что-то такое в том, чтобы чувствовать, как кто-то такой сильный и доминантный, как он, выгибает своë тело, когда приближается к финалу. Бледная кожа приобретает багровый оттенок, который хорошо контрастирует с его тëмными прядями, спадающими на лоб. Чувствуя, как во рту у Джиу горячо, как она всякий раз облизывает член языком, как тихо постанывать, посылая по нему вибрацию, Чан зажмуривает глаза. Он судорожно вдыхает, запрокидывая голову. Запах мёда и табака бьёт по лёгким, вызывая острое желание открыть глаза, но вместе этого Чан их зажмуривает. Потому что знает, что кончит, как только посмотрит вниз на Джиу, смотрящую своими малахитовыми глазами с этими блядско-красными губами, обхватившими его набухший член. Всё его естество сконцентрировано на ней. Каждая новая фрикция вызывает в нём всё более сильные волны удовольствия. В конце концов, он не выдерживает и обессилено опускает голову. Его карие глаза тут же ловят взгляд девушки. И он оказывается прав: это выше его сил. Зрелище настолько возбуждающее, что Чан больше не может сдерживаться. Он зарывается пятернёй ей в волосы, чуть проходясь ногтями по затылку. Это вызывает у Джиу ощутимый стон, сразу же отдающийся сильной вибрацией на напряжённом до предела члене. Видеть этот замутнённый удовольствием взгляд, эти алые губы и чувствовать то, что они дают больше походит на больной лихорадочный сон. И в этой лихорадке Бан Чан больше не находит сил сдерживаться, резко проталкивая член в глотку Джиу до основания и обильно кончая. Он протяжно и низко стонет, ощущая освобождение. То, как струями сперма изливается в рот девушки, послушно принимающей всё, заставляет его ухмыльнуться. Она с чмоком отстраняется от него и снова смотрит прямо в глаза. Облизывает губы с остатками помады и двигается на кровати назад, выпрямляя ноги. Чан смотрит на место, где она сидела и, когда видит мокрое пятно, переводит взгляд на девушку. Джиу невинно закусывает губу. Но малахитовые ведьминские глаза говорят о том, что мысли её ушли далеко вперёд. — Я хочу, чтобы эта ночь не кончалась, — хрипло говорит Крис, забираясь к ней в постель. — Я хочу, чтобы это был мой вечный лихорадочный сон. Джиу коварно улыбается. — Кто знает, может быть, это он и есть?