Only a Crush

      Небо было обманчиво спокойным, лазурным, ни единого облачка. Воздух был свеж, повсюду слышалось пение птиц. День был просто прекрасный. Резким контрастом расслабленной атмосфере команда шиноби Конохи летела сквозь деревья, отталкиваясь от стволов и веток, поднимая клубы пыли.       Сакура была самой угрюмой среди всех. Она знала. Что-то внутри неё шептало, что Темари поджидала какая-то угроза во время этой миссии — её инстинкты кричали, чтобы она пришла на помощь.       Куноичи не знала, с каким врагом они столкнулись. Даже если бы она не смогла помочь, то как минимум не была бы здесь — бесполезная, рвущая на себе волосы от чувства вины.       Стыд стоял комом в горле, и Сакура старалась не выпустить наружу собирающиеся в уголках глаз горячие слёзы. Она считала, что Рю был подонком, но в сравнении с теми, кто стоял на вершине всего действия, он был просто ничем. Просто прихвостнем самого низшего разряда.       Слепящее солнце поднялось ещё выше, и температура подходила к самому пику — душно, потно, жарко. Лето в Стране Огня было самым ужасным временем для быстрых путешествий. Единственным облегчением было то, что они двигались к северной границе — туда, где были замечены подозрительные шиноби — а не к Стране Рек, которая была в двух днях пути. Дорога займет один полный день и одну ночь — к границе они доберутся ранним утром.       Зная Какаши, он будет настаивать на том, чтобы они отдохнули ночью. Сакура была полностью готова к перепалке с ним по этому поводу, ведь она не намерена останавливаться. Тем более не по приказу этого бессердечного, двуличного, жалкого…       — Жа-а-арко, очень жарко! — простонал Наруто за её спиной, резко вытаскивая её из омута мыслей. — Мы можем остановиться и сделать передышку?       — Нет, — бросила Сакура, даже не обернувшись. По правде говоря, её щёки горели, пот тёк ручьями по лицу и шее, но у них просто не было времени на отдых: каждая секунда промедления может стоить Темари жизни.       — Тебе не жарко, Сай?       — Наоборот, я чувствую себя отлично, — сказал он своим типичным монотонным голосом. — Я думаю, это из-за моей одежды. Может ты попробуешь носить кроп-топ вместо своего уродливого костюма?       Наруто не отреагировал на оскорбление, вместо этого он начал искать помощи с другой стороны.       — Какаши-сенсе-е-ей. Пожа-а-алуйста!       — Хорошо. — стопы Какаши плавно опустились на ближайшую ветку.       — Что? — Сакура приземлилась следом, но не так изящно. — Мы не можем просто взять и остановиться!       — Нам нужно соблюдать водный баланс, — ответил ей Какаши, не намеренный больше спорить. — Перегретый шиноби — это плохой шиноби.       Все открыли свои бутылки и начали пить, Сакура же упрямо стояла, скрестив руки на груди.       — Сакура. — Какаши бросил взгляд ониксового глаза на неё. — Выпей воды.       — Нет, — зарычала Сакура и почувствовала, как желчь поднимается к горлу. — Отвали. Наруто посмотрел на Сая, тот лишь пожал плечами.       — Я твой учитель и я говорю тебе выпить воды.       — Ты не мой учитель. Ты уже много лет как не мой учитель.       — Хорошо, я твой капитан на этой миссии, и ты должна делать то, что я приказываю.       — Мы на этой миссии только потому, что меня никто не слушал!       — Ладно, — сказал он невозмутимо, — страдай от обезвоживания. Твоё право.       — Хорошо. — Она снова скрестила руки на груди, кидая взглядом кунаи в мужчину, который отвернулся, стянул маску и попил из бутылки.       — Сакура-чан, тебе нужно попить, — сказал Наруто, обеспокоенно смотря на неё. Он смотрел попеременно то на неё, то на Какаши во время их перепалки.       — У тебя лицо красное, как томат. — Улыбнулся Сай. — Это некрасиво.       С рыком разочарования Сакура резким движением открыла рюкзак и достала бутылку воды. Она устроила грандиозное саркастическое шоу, глотая воду огромными глотками — на самом деле она была рада, что сокомандники её подначивали. Она тоже жутко хотела пить, но уж точно не по приказу Какаши.       Шиноби продолжили путешествие. Девушка чувствовала обеспокоенный взгляд Наруто на своем затылке. Она знала, что вела себя неадекватно, но просто не могла побороть свою злость. Сакура была безумно зла на многие вещи: на Цунаде — за то, что не отпустила помочь Темари ранее, на Сая, который постоянно зовёт её уродкой, на синдикат и упырей во главе его, на Какаши, в конце концов. Чем больше времени с ним проводила, тем чаще вспоминала его устремлённый взгляд, смотрящий прямо в её растоптанную душу во время того, как он трахал Югао. Она ненавидела его. Ками, как она ненавидела его.       Сакура не думала, что простит его хоть когда-нибудь. Возможно, даже отправится в могилу с этой бурлящей ненавистью.       Она осознала свои чувства не после последней остановки, но укрепилась в их понимании именно тогда.       — Почему ты так зла на Какаши-сенсея? — прошептал ей Наруто, смотря на учителя впереди.       Копирующий ниндзя держался на расстоянии, возможно, чтобы снова с ней не поссориться.       Сакура посмотрела на друга, внезапно пожалев об открытой враждебности. Она должна сохранять спокойствие.       — Что ты имеешь в виду?       — Я не тупой, Сакура-чан.       Она слабо пожала плечами.       — Я просто на грани. Сильно переживаю за Темари.       Ну, технически это не было ложью.       — Ты уверена, что между вами двумя ничего не произошло? — спросил он. Небесного цвета глаза впились в её лицо. — Он как-то ранил твои чувства или что-то типо того? Ты сказала, что он больше не наш сенсей. Это звучало очень грубо.       Сакура напряглась, проклиная положение, в котором оказалась. Как Наруто научился так чувствовать атмосферу вокруг себя?       — Он повёл себя очень грубо в ситуации между мной и Кибой, — тихо ответила она, пытаясь придумать хоть что-нибудь, что звучало бы как достойная причина её злости, — мы поссорились, потому что он вёл себя как полный мудак.       — За что ты винишь его? Этот придурок был совсем не для тебя, — сказал он, пожав плечами. — Это было так давно, ты должна отпустить это. Он просто старается, чтобы наша миссия прошла гладко.       Сакура хотела ударить его. Она хотела влепить ему звонкую пощечину просто за то, что он резко оказался таким понимающим.       Вместо этого она глубоко вдохнула и одарила его улыбкой. Она могла отделаться от него только одним способом: если будет играть по правилам.       — Ты прав.       В следующий перерыв они решили пообедать, был ровно полдень. Шизуне упаковала для них несколько бенто-боксов на первый день путешествия. Команда расположилась в тени огромного дуба перед кристально-чистой рекой.       Сакура медленно жевала свой онигири, прислонившись к толстому стволу дерева с абсолютно рассеянным взглядом. Жара действовала ей на нервы, хотелось лечь в тени и заснуть хотя бы на пятнадцать минут. В голове — ворох мыслей. Где может быть Темари? Кто организовал синдикат? В чем их цель?       Она была настолько загружена теориями и догадками насчёт синдиката, что получилось даже отбросить мысли о Какаши на задний план.       Ну, до того момента, как…       — Ты не против, если я сяду здесь? — голос Какаши прозвучал словно издалека.       Она моргнула, глаза сфокусировались, всё тело напряглось. Копирующий ниндзя стоял над ней, указывая на траву возле неё. Он уже успел уничтожить свой обед, пока все отвлеклись.       — Почему? Здесь что, нет больше… — она остановилась, когда увидела, что Сай и Наруто напряжённо их слушают. Сакура выдавила из себя улыбку, думая о том, слышал ли Какаши её отмазку о ссоре по поводу Кибы. — Конечно. Садись.       Несколько долгих минут они сидели в тишине, пока сокомандники не потеряли к ним интерес.       — Теперь ты ненавидишь меня? — спросил он резко и достаточно низко, чтобы парни не услышали. Те были слишком заняты обсуждением еды, которую ещё можно добыть в округе на обед.       По телу пробежался сумасшедший ток, мысли перепутались. Сколько раз она представляла себе этот разговор, что даже начала верить, что он никогда не случится.       — Может быть.       — Я не хотел сделать тебе больно, — пробормотал он, и злость разгорелась в её груди, как будто в неё выстрелили огненной стрелой. Ей пришлось сжать траву под своими ногами, чтобы не сорваться, не встать, не убежать.       — Хорошо.       — Серьёзно, Сакура. Я никогда не хотел этого.       — Отлично. — Она выучила этот метод из книг по психологии. Он назывался «серый камень». В двух словах — если не хочешь дать своим эмоциям одержать верх над тобой, то нужно отвечать односложно, по факту и без эмоций.       — Я просто хотел, чтобы ты меня наконец поняла, ведь иначе тебя было не переубедить.       Лицо загорелось от гнева, внезапно вокруг стало не хватать воздуха.       — Это можно было сделать и без того клоунского представления, — прорычала она, задыхаясь.       Она не должна оставаться здесь. Она вскочила со своего места и собралась убежать от своего сенсея так далеко, как только сможет.       — Куда ты пошла, Сакура-чан? — прозвучал голос Наруто.       — В уборную, — ответила она, заходя в густой лес. По правде говоря, ей просто нужно было подышать свежим воздухом. Чтобы лёгкие не отравлял его запах.       Слова Какаши молотом били по черепу изнутри: «Я просто хотел, чтобы ты меня наконец поняла».       То есть он подтвердил это: Югао Узуки ему не нравилась. Это всё был его план по увеличению между ними расстояния, быстрый путь разрушить эмоциональную связь. Она думала, что ей станет легче от осознания факта, что у него не было чувств к другой женщине, но легче не стало.       Он как будто отчаянно старался, хотел, чтобы она чувствовала себя дерьмом: секс с Югао и приманка в виде нинкена, чтобы она точно это увидела. Это было нечестно по отношению к Югао, это было нечестно и по отношению к ней. Если бы они не были на важной миссии, она бы уже давно отправила его к хуям собачьим одним ударом заряженного чакрой кулака.       — Сакура, поговори со мной. — Какаши оказался рядом с ней в секунду. Она остановилась, снова увидев его, и тяжело сглотнула. Если бы она действительно шла по делам, это было бы непростительным вторжением в частную жизнь. — Пожалуйста.       — Снова меня преследуешь? — вздохнула она и повернулась в другую сторону, чтобы и теперь уйти от него подальше. — Отвали уже.       Он приземлился перед ней и взял её ладони в свои.       — Уйди от меня.       — Нет, — сказал он тяжёлым голосом. — Так больше не может продолжаться. Мы должны быть командой.       — Я не хочу с тобой говорить, — процедила Сакура, гневно смотря в его неприкрытый хитай-атэ угольный глаз. — Что ещё мне нужно сказать тебе, чтобы ты понял? Я не хочу иметь с тобой ничего общего. Ты мне не нравишься. Я даже смотреть на тебя не могу.       — Почему? — тихо спросил он, не отпуская её тёплых рук.       — Ты серьёзно? — поражённо выдохнула она.       Тишина.       — Потому что ты трахнул другую женщину на моих глазах, абсолютно точно зная, что и зачем ты делаешь, — выплюнула она, во рту собрался яд. Харуно Сакура никогда не разговаривала с ним таким образом, и она увидела, как Какаши скривился от её резких слов. — Ты буквально привёл меня посмотреть. Я, блять, не тупая. Паккун просто так пробежал мимо той комнаты? Ага, конечно.       Горячие слёзы скопились в уголках изумрудных глаз. Она не хотела плакать. Ками, пожалуйста, не дай ей заплакать!       — Ты знал, что я запуталась в своих чувствах, — прошептала она почти неслышимым голосом, нервное напряжение достигло пика. — Вместо того, чтобы дать мне разобраться во всём, ты просто пнул меня под дых и ударил кунаем живот, проворачивая с садистским удовольствием, чтобы все бабочки точно сдохли. Ты меня уничтожил. И почему?       Слёзы всё-таки обожгли щёки, она вырвала свои руки из некрепкой хватки Какаши и вытерла мокрые дорожки. Села на корточки, уткнув лицо в колени, тщетно пытаясь успокоиться и перестать дрожать.       — Потому что я поцеловала Инузука Кибу на две секунды дольше? — она резко поднялась, чуть покачнувшись, и поборола отчаянное желание толкнуть его в грудь.       Он ничего на это не ответил. Не пытался даже отрицать.       — Ты гадкий, — сплюнула она. Буквально сплюнула. Несколько капель слюны приземлились у его ног, но Сакуре было похер. Она не смутилась. — Не могу поверить, что когда-то я что-то увидела в тебе. Меня от тебя тошнит.       — Сакура…       — Столько времени прошло, и я думала, что перерасту и это, но я не смогла.       — Я не…       — Не что? Не ожидал, что я буду тебя ненавидеть? Что, ты думал, произойдет? Думал, что я могу стать свидетелем чего-то подобного и просто буду двигаться дальше, как будто ничего не было? Что между нами снова всё может стать, как раньше?       Она отвернулась и пошла, но не в сторону лагеря, где остановились Наруто и Сай; её залитое слезами лицо — просто рецепт для катастрофы. Она отвернулась, чтобы направиться глубже в лес. Если он достаточно умён, он, наконец, отстанет.       В конце концов, он оказался умнее, чем выглядит на первый взгляд. Она прошла ещё пару сотен метров, успокаиваясь, слушая плеск воды от реки неподалеку. Остановилась, выдохнула, утёрла последние напоминания о разговоре с сенсеем тыльной стороной ладони и почувствовала, как маска безразличия приклеивается обратно.       Несколько минут спустя она готова была возвращаться в лагерь. Ну, её первая ссора с Какаши могла быть и лучше.       Но могла быть и хуже.       Когда она подошла к месту, где остановились её сокомандники, Какаши на неё не смотрел — был слишком занят разглядыванием листьев под своими ногами, засунув руки в карманы. На подкорке сознания она задумалась: жалел ли он о своих действиях? Чувствовал ли вину за то, что разрушил не только их так и не начавшиеся отношения, но и дружбу, и партнёрство, и её доверие к нему?       — Ка-а-ами, Сакура, у тебя всё в порядке с кишечником? Ты была там так долго! — простонал Наруто, стискивая живот в эмпатии.       Она покраснела.       — Всё не так…       — Надеюсь, ты помыла руки, — перебил её Сай с фальшивой улыбкой.       Он должен быть счастлив, что уже пора выдвигаться, иначе куноичи бы заставила его жрать грязь.

***

      Когда солнце нырнуло за горизонт, на небе вихрем закружились оттенки золота и бронзы, и температура, слава богу, тоже упала. Ярость приутихла, и Сакура начала чувствовать толику вины за то, что накричала на Какаши. Девушка искоса бросала на него задумчивые взгляды, пока они продолжали своё путешествие сквозь деревья.       Может, она зашла слишком далеко в их перепалке? Он пытался вставить слово, но она не давала ему. Всё, что копилось в ней последний год, внезапно вырвалось из недр её души. Сакуру передёргивало от воспоминаний об этой ссоре. Она сказала ему, что ненавидит его. В чём проблема? Это не было правдой. Ни на толику.       Да, ей было больно и горько. Она хотела ударить по его тупому красивому лицу за всё, что он с ней сделал, но она не ненавидела его. Она любила его. Может, любит и до сих пор, в странной манере — и этот факт делал всю ситуацию астрономически более болезненной.       Она бы так хотела вернуться в прошлое и повторить этот диалог на свежую голову. Она позволит ему говорить, и у них будет настоящий диалог, а не то, что вышло… Даже если в моменте она чувствовала удовлетворение, сейчас она ощущала лишь вину.       Солнце окончательно оставило небосвод во власть звёзд и сияющего месяца за считаные минуты. Время для ужина. Наруто и Сай спорили насчет лучшего способа развести огонь, а Какаши достал Ича-ича и приземлился под ближайшее дерево. Он открыл книгу с усталым вздохом.       Сакура блуждала вокруг него, спрятав руки за спину.       — Невозможно читать в такой темноте, — пробормотала она, прислонившись к стволу и пытаясь различить текст.       — С шаринганом всё проще. — Его голос был тих. Он поднял хитай-атэ, показывая ей красную радужку.       — Как легкомысленно использовать шаринган ради этого, — сказала она, одарив его напряженной улыбкой. Было ли нормально так просто говорить с ним после того ядерного взрыва, что был всего несколько часов назад?       Наверное, Какаши не знал, как ответить. Так что он и не ответил. Сакура колебалась между ним и её двумя сокомандниками. Может, это была плохая идея — пытаться вести цивилизованный диалог после всего, что она сказала ему.       Девушка хотела спросить, может ли она присесть рядом, но по какой-то причине её губы не двигались. Сердце в груди болезненно скривилось. С каких пор ей было так сложно даже разговаривать с мужчиной перед ней? Неужели он её настолько травмировал, что она даже простого вопроса задать не может?       — Не хочешь присесть? — спросил Какаши, переворачивая страницу, как будто читал её мысли. Она напряглась от удивления.       — Точно?       Он кивнул.       Так осторожно, как только могла, стараясь не задеть его плеча, она приземлилась у корней дерева возле него. Они сидели молча пару минут, смотря, как Наруто и Сай складывают найденные палки в костерок и пытаются зажечь огонь. Это было глупо. У них было огниво, но парни решили пойти сложным путём.       Хотелось посидеть у костра побыстрее, но у неё совсем не было сил кричать на них.       Ночной освежающий воздух, стрёкот цикад и отдалённое уханье совы. Она должна извиниться. У них ещё целая миссия впереди. Найти Темари было намного важнее. Важнее, чем её разбитое сердце и бесконечный океан негодования.       — Я сожалею, что тогда сказала, что ненавижу тебя, — прошептала она, сердце истошно заколотилось о рёбра.       Тишина.       — Я не виню тебя. Я бы тоже себя ненавидел.       Она покачала головой.       — Не в этом суть. Я не ненавижу тебя на самом деле. Даже если, возможно, и стоило бы.       Какаши и Сакура сидели бок о бок, смотря, как Наруто наконец смог зажечь костёр и теперь прыгал вокруг него, размахивая руками.       — Прости меня за то, что сделал тебе больно. И за способ, которым я это сделал.       Она отдалённо осознала, что она всё это время ждала этих слов. «Прости меня».       — Давай просто найдем Темари и приведём её домой. — Всё, что она сказала в ответ.       Они поужинали в тишине, позволяя Наруто и Саю заполнять атмосферу своими постоянными спорами. Сердце Сакуры всё ещё болезненно сжималось в присутствии Какаши, но теперь груз на её душе был полегче.       Всего лишь один короткий разговор, и она почувствовала вспышку оптимизма по поводу их возможной будущей дружбы.       Убаюканные теплотой костра и плотным ужином, Сай и Наруто начали засыпать. Даже глаза Какаши моргали медленнее обычного, пока он старался сидеть прямо.       Несмотря на эмоциональное утомление, она знала, что просто не в состоянии уснуть.       — Ребята, отдохните, — мягко сказала она, вставая на ноги, засовывая пустой бенто-бокс в рюкзак. — Я подежурю первая.       — Спасибо, Сакура-чан, — сладко зевая, сказал Наруто, уже разложивший спальный мешок. Сай подключился к нему. Какаши не парился и просто лёг на голую землю, подложив руки под голову.       — Спокойной ночи, — прошептала Харуно Сакура своим мальчикам и прыгнула на ветку дерева над ними. Ветка оказалась в самый раз — достаточно крепкая, находилась достаточно высоко и открывала обзор на много метров перед их лагерем. Месяц светился в небе, украшенном звёздами. Лес купался в его неземном свете. Летний день в Стране Огня — сущий кошмар, но в тёмное время суток ветерок приятно щекотал щёки, ночи были прекрасны — идеальная температура.       Может, им стоит начать передвигаться ночью и спать наоборот, когда солнце в зените?       Десять минут тишины в компании цикад, шёпота ветра, треска костра и шелеста листьев. И внезапный голос Какаши из ниоткуда:       — Могу составить тебе компанию? — он был на ветке пониже. Она взглянула на него, и её желудок сделал кульбит. В ониксе его глаз отражался лунный свет.       Она нетвёрдо кивнула, всё ещё чувствуя себя странно в его компании.       — Не спится?       Он ухватился за ветку, на которой она сидела, подтянулся и сел рядом.       — Нет.       — Почему? — спросила она, вглядываясь в его профиль.       — Не могу перестать думать.       — О чём? — девушка заинтересованно моргнула.       Он посмотрел на небо, как будто искал совета у звёзд.       — О тебе.       Сердце Харуно Сакуры остановилось, и ей потребовались все моральные силы, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица. Она ничего не ответила — что вообще она могла ответить? Просто ждала, пока Какаши продолжит, затаив дыхание.       — Я скучал по тебе.       Чего бы она ни ожидала, её ожидания он превзошёл. Она поборола смущение, чтобы не допустить пунцовых пятен на щеках.       В какую игру он играет? Что он вообще от неё хочет?       Какая-то часть её хотела согласиться и сказать, что она тоже безумно скучала. Вместо этого она просто вздохнула.       — Ты была права, — Обречённо сказал он, прикрыв глаза и устало сжимая переносицу. — Когда мы тренировались в прошлом году. Всё, что ты сказала, было правдой.       Сакура повела головой, пытаясь заставить мозг работать. Что же она сказала, когда они спаринговали? Она говорила многое, и можно иметь в виду всё, что угодно.       — Что я тогда сказала? — спросила куноичи еле слышным голосом.       — Ты назвала меня трусом, — сказал он, встречаясь с ней усталым взглядом. Сакура подавилась смешком.       — Ты поэтому такой угрюмый? — девушка накрыла губы, расплывшиеся в улыбке, пальцами.       — Я обзываю Наруто идиотом каждый день, но его это не коробит.       Он покачал головой, отворачиваясь.       — Ты была права.       Тон его голоса заставил девушку вновь стать серьёзной. Что-то в нём было.       — Ты сказала, что я не мог справиться со своими чувствами, и поэтому я притворялся, что их не существует.       Сакура почувствовала себя так слабо, что, казалось, сейчас грохнется с дерева. Ками, как она себя вела! И его слова о том, что она права… Значит ли это, что она нравилась ему всё это время, как и подозревала?       Он ответил на её поцелуй, в конце концов. И мог сколько угодно лгать о своих чувствах, но уж точно не мог притворяться, что этого поцелуя не было.       — Почему ты сделал это? — прошептала она, по пальцам пошла дрожь. — Почему ты лгал мне?       — Ты молода. Умна. Красива. — пробормотал он, всё ещё не смотря на неё. — У тебя вся жизнь впереди.       Сердце в груди забилось быстро-быстро. Она старалась не дышать, не двигаться, не спугнуть момент. Было немного боязно, что же он скажет дальше, но в то же время в голове была такая лёгкость, эйфория, туман.       — Я старый. Разбитый. Все, кого я когда-либо любил, умерли. — было слышно, как сенсею тяжело озвучивать свои настоящие чувства, его голос был чуть громче шёпота. Сакура осознала, что он впервые открылся перед ней по-настоящему, показал свою уязвимую сторону. Эмоциональную сторону.       Она тяжело сглотнула.       — То есть ты не просто следовал своим мужским инстинктам? — спросила она, с некоторой горечью думая о тех ужасных словах, что прозвучали между ними.       Он усмехнулся и повёл головой.       — Что?       — Нет. Конечно, нет.       Тишина.       Харуно Сакура ждала, пока утихнут взбесившиеся мурашки на её руках.       — Сакура, ты очень ценна для меня.       Сердце сжалось в глотке.       — Любой мужчина был бы счастлив иметь возможность поцеловать тебя. Но у меня на это не было никакого права.       Сакура замолчала, лицо горело, сердце делало радостные кульбиты. Хатаке Какаши, легендарный копирующий ниндзя и самый сильный джонин в Стране Огня, сказал, что был счастлив поцеловать её.       — Какое-то время мне было безумно сложно отделять женщину, которой ты стала, от девочки, которую я когда-то знал, — задумчиво протянул он. — Я вижу, как ты изменилась, особенно в последний год. Ты теперь другая.       Гордость волной накатила в грудную клетку, тёплая и потрескивающая. После всех её усилий… всё вернулось сполна. Даже если технически всё это было не ради него, он наконец перестал видеть в ней ребенка.       — Ох, — прошептала она, вслед за ним посмотрев на звёзды. Она не хотела, чтобы у него закралась хоть одна мысль о том, что все её усилия — чтобы произвести на него впечатление. Возможно, он был спусковым крючком, но весь её остальной рост был не из-за него и не ради него. Сакуре просто нужно было вырасти вне зависимости от его калечащих слов.       — Но это ничего не меняет.       Сердце упало, но она не подала виду, чтобы он не знал, как плохо заставляет её чувствовать себя сейчас.       Они сидели в тяжелой тишине пару мгновений, окружённые лишь шумом леса. Мозг Сакуры пульсировал от всего, что она услышала. Как ей вообще понимать всё то, что он ей сказал?       — Та девушка, которую я любил, — начал он, и Сакура быстро проморгалась. Какаши любил кого-то?! — Она умерла у меня на руках.       Её тело дернулось, и она резко схватилась за ветку, чтобы не упасть.       — Что?       Он кивнул.       — Её звали Рин. Нам было по шестнадцать лет, когда она умерла.       — Как? — её взгляд был приклеен к нему. Она так хотела, чтобы он посмотрел на неё в ответ.       — Она кинулась на мой чидори. Пожертвовала собой ради Конохи.       — Ох, Ками… — прошептала она сквозь слёзы. — Какаши, Я-я…       — Я говорю это не ради твоей жалости. Я не пытаюсь оправдаться, — сказал он. — Я просто пытаюсь объяснить, почему это никогда не сработает. Тебе нужен кто-то твоего возраста. Не твой учитель. Не старик, преследуемый призраками прошлого.       Она не сдержалась и заплакала. Бедный сенсей. Он был намного более разбитым, чем она могла себе только представить.       — Многие из тех, кого ты любишь, всё ещё здесь, — мягко сказала она.       Он ничего на это не ответил. Призывая всё своё мужество, она придвинулась поближе к нему. После секундного промедления она нежно опустила ладонь ему на плечо.       — Я всё ещё здесь.       Он медленно протянул свою правую руку и обхватил её за талию, подвигая ближе к себе. Они сидели так несколько минут, вглядываясь в сверкающий полумесяц.       — Я должен сказать тебе кое-что ещё. — Он нарушил тишину.       — М?       — На самом деле я не спал с Югао. — Он наконец посмотрел ей прямо в глаза.       Слёзы резко высохли.       — Ты лжёшь.       Он покачал головой.       — Не лгу.       — Это было точно не гензютсу, — возразила она тяжёлым голосом, — я бы точно узнала.       — Ты забыла о хенге?       Холодный пот выступил по позвонкам. Это был клон? Он… Он занимался сексом сам с собой? Её изумрудные глаза расширились.       — Что за…       — Это не было сексом. Только движения. Стоны и шепот.       — Ты целовал свою же шею! И… И звуки, которые ты издавал?! Ты просто сумасшедший! — прокричала она, отодвигаясь от него, пока не ударилась спиной и ствол дерева. — Ты, блять, больной!       — Мне приходилось делать и более странные вещи, Сакура. Сама знаешь, как это дзютсу может спасти тебя из неловких ситуаций на миссии.       — Но ты не был на миссии!       — Нет. Но как я сказал, я хотел, чтобы ты уловила посыл.       — Ты просто больной ублюдок, ты знал об этом? — прорычала она. Хоть мёртвая девушка, хоть что, но играл он грязно.       — Именно это я и хотел до тебя донести.       Она сжала губы вместо ответа.       — Я не создан для тебя. Твои чувства были ложны, и нужно было оборвать всё на корню, пока не стало поздно. Это было неправильно, да и, тем более, это было просто влечением.       Её губы задвигались сами собой.       — Нет.       — Нет?       — Это не было просто влечением.       Он моргнул.       — Может, опыта у меня и не много, но я знаю, что что бы я ни чувствовала к тебе, это было чем-то большим, чем глупой привязанностью…       Тишина.       — Именно поэтому мне было так больно. Ты был… Это было… — она пыталась продолжить.       — Но ты любишь Саске.       Она по-настоящему засмеялась. Она ни секунды не думала об Учихе с тех пор, как поцеловала своего бывшего сенсея.       — Нет. Пожалуй, я со всей точностью могу сказать, что я его не люблю.       Он смотрел на неё неверящим взглядом.       — Что? Семь лет назад! Мне было двенадцать!       Он пожал плечами и снова посмотрел на небо. Она ощетинилась. Неужели было так трудно поверить, что она может двигаться дальше?       — Я рад, что мы снова можем быть друзьями, — сказал он. Её сердце сжалось, несколько разных эмоций бились в мозгу. Несмотря на её самозапреты, на злость и горечь, она всё ещё хотела быть с ним чем-то большим, чем друзьями.       — Да.       — Я подежурю следующим, а ты можешь попытаться заснуть.       — Я не устала. — Она точно не заснет сейчас.       Тишина, полная мыслей, заполнила воздух между ними. За один вечер она узнала больше о его характере и прошлом, чем за последние пять лет.       — Какаши?       — М?       Она смотрела на него искоса сквозь пряди светло-розовых волос.       — Я тоже скучала по тебе.       Сакура бы поклялась, что видела осколок улыбки и сквозь его маску.       — Но я не могу поверить, что ты чуть не трахнул сам себя, чтобы заставить меня ревновать.       — Не ради того, чтобы заставить тебя ревновать.       — Да, хорошо. — девушка засмеялась.       Он тяжело вздохнул и понурил голову.       — Ты будешь напоминать мне об этом до конца жизни, да?       — А то!

***

      Сакура проснулась рано утром и осознала, насколько близко её спальный мешок лежал к мешку Какаши. Они так и были возле друг друга, когда она пошла спать?       Нет, она уверена, не были.       Она осторожно повернула голову направо, чтобы посмотреть, как он спит. Левая рука сенсея была протянута к ней, правое запястье закрывало глаза, грудь мерно вздымалась. Он уставилась на его бледные пальцы. Он бессознательно тянулся к ней во сне?       Нет. Это было сумасшествием.       Она изучала черты его лица, думая об их ночном диалоге. Лицо зарделось от воспоминаний. Он снова назвал её красивой. Подтвердил, что она ему нравилась всё это время, но при этом снова отогнал саму мысль об отношениях с ней. Это сбивало с толку. Он посылал слишком неоднозначные сигналы.       «Тебе нужен кто-то твоего возраста. Не твой учитель. Не старик, преследуемый призраками прошлого».       Это совсем не то, что она хотела услышать, но на этот раз отвержение переживалось легче. В прошлый, чёрт возьми, он совсем не церемонился: разбил ей сердце, завел фейковую девушку, занимался фейковым сексом с фейковой девушкой. У неё заболела голова от ментальной гимнастики, с помощью которой она пыталась уложить всё в голове.       Может, он был не так опытен во всём, что касается романтики. В конце концов, может, он вёл себя так бестолково, потому что у него никогда не было настоящих отношений, помимо первой любви.       Рин. Её имя. С тяжёлым сердцем Сакура пыталась представить, как та выглядела. Как звучал её голос, как она улыбалась. Она, должно быть, была красивой. Обаятельной.       Сквозь пелену своих тревожных мыслей куноичи услышала отдалённые шаркающие звуки. Она села и увидела, как Сай сворачивает свой спальный мешок. Рядом чернело кострище.       — Доброе утро, — хриплым голосом сказала Сакура, потирая глаза.       — Доброе, — ответил парень с улыбкой.       — А где Наруто?       — Он дежурил последним. — Сай взглянул на дерево. — Но я думаю, он задремал.       — Хорошо знать, что мы в надежных руках, — проворчала куноичи. Она присмотрелась к веткам над ними, пытаясь разглядеть сокомандника и понять, спит он или нет.       — Наруто? — прокричал Сай в сторону дерева. Они подождали ответ.       Ничего.       Сакура вздохнула и выскользнула из своего спальника.       — Я займусь этим.       Сай кивнул и продолжил складывать вещи, в том числе и спальник Наруто. Им скоро выдвигаться.       Немного сонной и заторможенной, ей было удивительно трудно допрыгнуть до нужной ветки. Вместо этого Сакура направила чакру в голые стопы и пошла вверх перпендикулярно стволу.       Идти было легче, чем прыгать, однозначно.       В том числе было полезно начинать утро с простых упражнений с чакрой — даже если последние несколько лет девушка постоянно отправляла чакру в точку на лбу, как сказала делать шишо, чтобы пробудить бьякуго. Он всё ещё не появился, но куноичи упорно, день за днём, посылала чакру. Постоянное упражнение для контроля чакры.       В повседневной жизни это было просто, она даже научилась работать с чакрой во сне — тяжелее было во время лечения, битв или тяжёлых миссий. Она очень старалась последние два года.       Когда девушка поднялась выше, к кроне дерева, задумалась: сколько же чакры уже накопила? В конце концов, она занималась этим почти три года. Бьякуго уже совсем скоро пробудится, правда? В голове зазвучал голос Цунаде:       «Ты поймешь, когда будешь готова. Поверь мне, это одно из самых уникальных явлений в мире».       Харуно Сакура думала о том, что они уже дышат в спину ниндзя из синдиката. Ниндзя, которые убили команду Темари, а саму девушку — похитили. Они, должно быть, невероятно сильны, но шиноби Конохи были готовы.       Когда девушка нашла Наруто, тот спал, как они и подозревали. Его рука свисала с толстой ветки, слышалось мягкое сопение. Струйка слюны капала вниз, на землю, и губы Сакуры скривились от раздражения. А если бы их кто-то атаковал, пока остальные спали?!       — Наруто, — бросила она, потряся того за руку. — Просыпайся!       Он медленно поднял голову, сонные глаза — на Сакуру. Приподнялся, сел и протянул руку к её щеке.       — Ох, Сакура-чан. Вернись в кровать… Давай обниматься.       Девушка влепила ему такую оплеуху, что парень со стоном боли полетел на землю.

***

      — Проверка, проверка. — прозвучал голос Сая сквозь помехи в её правом ухе. Она кивнула парню, показывая, что радио работает.       — Узумаки Наруто здесь! Следующий великий Хокаге! — голос Наруто звучал визгом — так громко он кричал. Сакура недовольно поморщилась от резкого звука.       — Не так громко, Наруто!       Тот обезоруживающе улыбнулся.       — Извини.       Девушка осторожно нажала кнопку для проверки звука.       — Тест. Тест. Вы слышите меня?       — Громко и чётко, Сакура. — Голос Какаши прозвучал одновременно в радиосистеме и позади неё. Он мягко ей улыбнулся, и её дыхание сбилось от звуков своего имени, сорвавшихся с его губ. Ками. Его голос был так мелодичен. Каждый раз, когда он говорил с ней, она не могла не думать, что это самая прекрасная музыка в её жизни.       Она не хотела размышлять о том, что всего двадцать четыре часа назад готова была его убить, а сейчас буквально ластится к нему.       Она была жалкой? Или она просто почти простила его?       Четверо сокомандников стояли кругом, завершив обсуждение плана и собираясь приступить к следующему шагу своей миссии: они добрались до границы Страны Огня, и теперь необходимо было залечь на дно в ожидании нукенинов. Сай и Наруто должны отправиться под прикрытием в единственное местное крохотное поселение, которое каким-то непостижимым чудом образовалось на таком неудобном участке леса. Это был маленький захудалый городок, что делало его идеальным местом для распространения контрабанды вне радаров.       Какаши и Сакура возьмут на себя леса, окружающие населенный пункт, растянувшись вместе с теневыми клонами так далеко, как только смогут. Прикинув в уме, сколько клонов она могла создать и как далеко каждый из них сможет видеть и слышать с её чакрой… скорее всего, она может покрыть около двадцати квадратных миль. Какаши, вероятно, сможет создать примерно столько же, может, немного больше.       Конечно, в теории Наруто лучше подходил для того, чтобы со своими сотнями теневых клонов взять под контроль лес, но Какаши настоял, чтобы это была Сакура. Часть её хотела верить, что это потому, что он хотел побыть с ней рядом, но куноичи старалась не зацикливаться на этом. Особенно после того, как вчера он говорил ей снова и снова, что он ей совсем не пара. И возможно, такое решение было принято из-за её повышенной способности чувствовать чакру других и подавлять свою до такой степени, что нельзя было почувствовать её отпечаток вовсе.       Когда Наруто был возбуждён, он совсем не был способен прятать своё огненное цунами чакры. Если нукенины имели в своей команде сенсоров, они почувствуют Наруто за милю. В деревне это было не так проблематично, потому что ниндзя могли по разным причинам посещать её. Но сильный ниндзя, прячущийся среди деревьев…       — Помните, даже если у ниндзя с собой куча контрабандных предметов, это не значит, что они везут их в телегах на всеобщее обозрение. — Голос Какаши вернул её в реальность. — Скорее всего, контрабанда будет запечатана в большой свиток. Вы все знаете, как могут выглядеть опасные нукенины. Найдите человека с огромным свитком, возможно, это будет тот, кто нам нужен.       Шиноби кивнули капитану.       — Никаких действий в одиночку. Вызовите прикрытие по радио, и вместе мы точно справимся. — Тяжелый взгляд ониксового глаза останавливался на каждом члене команды. — Мы не знаем, с кем имеем дело. Может, это та же группировка, что украла Темари. Действуйте с большой осторожностью.       — Есть! — хором ответили шиноби.       — Отлично. Начнём.

***

      Сакура и её клоны отправились на восток, Какаши на запад. Их руки двигались в унисон, в тандеме, создавая новых и новых клонов.       — Удачи, — сказал оригинал Какаши с улыбкой. — Используй связь, если встретишь кого-то подозрительного.       Сакура кивнула, она была готова отступить в крайнем случае. Она совсем не долго думала над своими следующими действиями: сократила дистанцию между ними и крепко обняла сенсея, зарываясь носом в его жилет, окружённая его запахом.       — Будь осторожен, — прошептала она. Его руки мягко обхватили её в ответ.       — Ты тоже.       Сакура опустила руки и мягко ему улыбнулась. Она чувствовала, как трещины в её сердце медленно зарастали, как хорошо ей становилось от таких маленьких знаков внимания. Как она скучала по его объятиям, по нежным прикосновениям его руки к своим волосам.       Их отношения стремительно улучшались, и даже если они не могли быть вместе, сейчас этого было более чем достаточно.       Бросив на него последний взгляд, Сакура и её клоны растворились среди деревьев.       Потребовался почти час, чтобы она наконец была довольна своим укрытием в кустах. Теперь она может закрыть глаза и погрузиться в своё сознание, построить карту местности в голове. Как тогда, на фестивале Хинаты, только в больших масштабах. Она чувствовала гражданских, продавцов, случайных ниндзя в деревне.       Настоящая Сакура спряталась недалеко от большой дороги из деревни, но так, чтобы было видно и маленькие ответвления от основного пути. Идеальная наблюдательная точка. Она придирчиво приглядывалась к следам чакры на своей ментальной карте, но, кажется, все ниндзя, что были в деревне — всего лишь низкоранговые чуунины на миссии. Вероятно, у всех даже были протекторы Конохи. Ни одного нукенина в поле зрения.       Два часа спустя голос Наруто прозвучал у неё в ухе.       — Это ску-у-учно.       Тишина.       Затем голос Какаши.       — Наруто, когда заканчиваешь фразу, ты должен говорить «приём». Приём.       — Это скучно. Приём.       Сакура подавила смешок.       — В деревне все люди уродливые. Приём. — Прозвучал на линии голос Сая.       Ей пришлось очень сильно постараться, чтобы на этой ноте не рассмеяться в голос. Сейчас совсем не время шутить. Они должны сфокусироваться и найти нукенинов.       — Мы на миссии, кстати. И это невежливо, Сай. Приём. — Сакура нажала кнопку и тихо проговорила.       — Но это правда. Приём. — Ответил Сай.       — Это правда, — вклинился Наруто. — У них нет зубов, я думаю, они все наркоманы.       — Наруто, говори «приём». Приём. — Голос Какаши.       — В деревне все уроды и наркоманы. Приём.       — В этой части страны люди живут бедно… — начала Сакура, но один из её клонов заметил что-то неладное. Она застыла, концентрируясь на том самом. Куноичи перелистывала клон за клоном, как страницы книги: первый видит медведя, второй наблюдает за детьми у оврага, третий…       Настоящая Сакура застыла, нужный клон видел необычную картину: четыре человека, длинные мантии, закрывающие фигуры и лица. Следы чакры очень сильные. Они точно шиноби, шиноби высокого уровня.       Ко всему прочему, огромный свиток был на спине у самого высокого из них. Это были они, те самые нукенины. Она их нашла.       — Вот Сакура-чан тоже забыла сказать «приём», и на неё никто не накрича-а-ал — пожаловался Наруто.       — Сакура, всё в порядке? Приём. — голос Какаши звучал обеспокоено.       Она собиралась предупредить их, рассказать о том, что увидела, но одна деталь заставила её сердце остановиться: фигура в плаще повернулась, чтобы позвать своих последователей.       Сакура схватилась за ветку, на которой сидела, сильно-сильно. Ей показалось, что земля под ногами стремительно завращалась, и она может запросто улететь в космос на огромной скорости.       Даже если он стоял далеко, невозможно было не узнать красивое строгое лицо Учиха Саске.