70 лет одиночества

Нет ничего хуже — привязаться, перегореть, а потом привязаться опять. Это мучительно. Это — почти наверняка смертельно… «Долина Совести»

Вашингтон, 2011 год Окончательно отлынить от участия в экспериментах не получилось, хоть на Элис и остался только общий контроль. Пользуясь временным отсутствием Солдата в лаборатории, Хартманн настоял, чтобы она перепроверила данные доктора Ли, к явному неудовольствию последнего, но деваться было некуда, приказ есть приказ. И сейчас девушка стояла перед шефом, размахивая у него перед носом распечатками и пытаясь возмущаться: — Этого человека нельзя пускать в эксперимент! Хартманн олицетворял собой полнейшую безмятежность: — Почему же? Физические данные — выше всяких похвал. Интеллект — в норме. Все психические тесты пройдены, анализы обработаны. Зола создал Зимнего Солдата из полумертвого инвалида, а тут великолепный экземпляр, а тебе опять всё не так! Элис пошуршала листами, вытащила нужный: — Вот тут. Читайте. Хартманн прочитал. Пожал плечами, возвращая лист: — И что? — А то, что тут сказано, во время службы капитан издевался над подчиненными, один раз даже попал под разбирательство по факту избиения своего солдата, который впоследствии от этого скончался. — Старлинг, ты преувеличиваешь. Это служба, там не добьешься уважения, если будешь тюфяком. От того, что наш образец когда-то единожды превысил полномочия, я не позволю тебе запороть работу, к которой мы готовились так долго. Элис вздохнула, стараясь говорить спокойно: — А вы почитайте рапорт с того случая. Он не просто избил парня — он делал это со вкусом и удовольствием. Он наслаждался процессом, понимаете? А мы давно знаем, что сыворотка суперсолдата не дает способности из ниоткуда — она усиливает имеющиеся. Если этот человек склонен к патологической жестокости, представьте, что будет после инъекции? Препарат только усилит его безумие, и нам тут всем придется искать пятый угол. Если выживем. — Элис, твои упаднические настроения уже выходят за все рамки. Наш вариант сыворотки прошел предварительные тесты, и они не выявили психотропного действия. Этот эксперимент состоится и точка, так что иди и продолжай работать. Я всё сказал. Элис сунула ненужные теперь бумаги Хартманну в руки и отрезала: — Тогда я в этом не участвую. Если Картер так уверен в себе и своем выборе испытуемого, пусть он и парится. В кармане ожил телефон. Элис взглянула на экран, где моргал индикатор сообщения. «Железный дровосек в порядке, все целы, расчетное время — два часа». Вот и славно. Девушка убрала телефон в карман и добавила: — Группа скоро будет на месте, пойду заниматься основной работой. Удачи. Тихая возня за дверью заставила Элис повысить голос: — Не забудь выставить охрану и поставить замки на автоблокировку. И трупы, в случае чего, приводить в порядок будешь самостоятельно. Подслушивавший Ли немного сконфуженно показал свою шарообразную физиономию в приоткрытую дверь. Элис обошла его, демонстративно не удостаивая взглядом, и направилась в свою часть блока. Ли, хоть и выглядел несерьезно, дураком отнюдь не был, что и бесило больше всего. Возможность почесать свое эго захватила его целиком и полностью, притупив внимательность, а одержимый тем же желанием совершить что-то великое, Хартманн ему потакал. Об этической стороне вопроса речь вообще не шла, но тут Элис сама не была образцом нравственности. Излишне щепетильные в принципе для такой работы не подходили. Поэтому, несмотря на то, что испытуемый с большой долей вероятности после эксперимента сыграет в ящик, сон доктора Старлинг от этого не пострадает. Ее беспокоило другое — какой сопутствующий ущерб успеет причинить экспериментальный суперсолдат. А если все-таки получится, и он выживет, то как с ним работать. Элис не была святой. И считала, что за всю ее не слишком законную деятельность, ей давно обеспечен личный котел в аду. Но бойни она не хотела при любых обстоятельствах. Несмотря на показательный уход из экспериментального блока, в свою часть лаборатории Элис не пошла. У нее еще было время до прибытия группы, поэтому девушка поднялась наверх, в свой кабинет. Слова Хартманна про отсутствие действия на психику ее смутили. ГИДРА много лет пыталась доработать несовершенную сыворотку Эрскина, но доктор унес гениальную тайну с собой в могилу, успев испробовать ее только на Стиве Роджерсе. Арним Зола не смог приблизиться к уровню Эрскина, как ни пытался. И добился успеха лишь тогда, когда к нему на опыты попала совсем молодая девчонка с весьма уникальными способностями… Элис скривилась. Да, последний вариант сыворотки Золы был весьма неплох, хоть и выжил после нее один лишь Барнс. Но Элис тщательно проследила за тем, чтобы все результаты той работы остались на пепелище разрушенной лаборатории в Альпах. Последние годы спецы ГИДРЫ бились над доработкой именно варианта Эрскина, это Элис знала точно. Значит здесь что-то еще. Девушка села за компьютер, вывела на монитор данные. Описания, формулы, таблицы, диаграммы. Чем дольше она читала, тем яснее вырисовывались несостыковки. Это другая сыворотка. Но откуда? Элис прогнала материалы еще раз. Зацепилась за время начала исследований модификации — 1991 год. Почему именно он? ГИДРА не проводила еще масштабных исследований, тогда и этой лаборатории не существовало. Стоп. Не только ГИДРА могла делать подобное. Щ.И.Т. Что могло произойти в это время? Элис открыла поисковик, защелкала мышкой. И вскоре наткнулась на громкое объявление — «Говард Старк и его супруга Мария погибли в жуткой автокатастрофе. Ведется расследование». Элис откинулась на спинку стула, сложив картинку в голове. Она вспомнила. В газетах, естественно, этого не писали, но Говард не просто так оказался на той зимней дороге ночью. Он перевозил партию экспериментальной сыворотки, которую сам и синтезировал. Эту сыворотку в машине тогда не нашли, расследование ничего не дало. А поскольку больше нигде это дело не всплывало, его так и закрыли в связи с отсутствием улик. Какова вероятность, что это тот самый препарат, который доктор Ли сейчас испытывает внизу? Теория показалась Элис слишком притянутой за уши, но чувство тревоги ее не покидало. Если девушке не изменяла память, то у экспериментальной сыворотки Старка был ощутимый побочный эффект — многократное усиление агрессивности. Вот чёрт… Нельзя спокойно жить с такой бурной фантазией. Но проконтролировать ход эксперимента для успокоения совести все-таки придется. Элис взглянула на стоящие на столе часы. Пора возвращаться к работе. Ассистенты уже находились на месте. Элис придирчиво выбирала их сама, и пока они ничем себя не скомпрометировали. Основным критерием помимо профессионализма было адекватное отношение к Солдату, и хотя Элис понимала, что отсутствие страха перед ним от своих коллег своего рода утопия, тем не менее, сработаться у них получилось. Солдат пришел в сопровождении двух бойцов Рамлоу, за что Элис была благодарна всем высшим силам сразу. В ее нынешнем настроении бодания с командиром, даже шуточные, могли закончиться безобразной сценой. Барнс снял с себя футболку и сел в кресло. Элис привычно отвела глаза в сторону, чтобы не пялиться на его мощную фигуру и услышала, как один из ассистентов, Клиф Орсон, обладатель абсолютно лысой головы и хулиганской серёжки в ухе, аккуратно защелкнул на руках Солдата наручники. Элис понимала, что требование от подручных работать с ним без этих кандалов выглядело бы, по меньшей мере, глупо. Ей и так доставалось немало косых взглядов за свои, так сказать, оригинальные методы работы, зачем привлекать к себе еще больше внимания, дальше уже просто некуда. Второй ассистент, точнее, ассистентка Лея Грэм, невысокая симпатичная девушка с раскосыми карими глазами, наводящими мысли об азиатских корнях, уже шустро подготовила всё необходимое. Элис подошла к Солдату, спросила: — Повреждения есть? Тот отрицательно покачал головой, отчего непослушная прядь волос упала ему на глаза, вызвав в Элис жгучее желание убрать ее на место. Девушка сунула руки в карманы, подальше от искушения и повернулась к Лее: — Работайте по протоколу. Я буду в соседнем крыле, связь, если понадобится, по рации. Боковым зрением она заметила, как напрягся Орсон. Грэм тоже радостной не выглядела, но кивнула и продолжила подготовку. Работать с Солдатом без присутствия Элис они так и не привыкли, но деваться некуда, терпели. Элис взялась за ручку двери шлюза, отделявшего нужную ей лабораторию от остальных, когда надрывно заверещала сигнализация. Предчувствие беды превратилось в неотвратимость. Элис забежала в экспериментальный блок и выругалась сквозь сжатые зубы. Густой металлический запах не оставлял вариантов — кровь. Много крови. Как Ли мог так беспечно проводить свой эксперимент, не выставив охрану? Он же не самоубийца в конце концов? Девушка огляделась. Нет, не самоубийца. Выставил. Но недооценил вероятность непредсказуемости опыта, которая присутствовала в таких случаях всегда. И сейчас съехавшего с катушек суперсолдата никто не контролировал. Из-за шкафа показался охранник, который осторожно потянул Элис за рукав: — Уходите, доктор. Он пока внутри. Элис зашептала: — Подкрепление вызвали? — Да. Но им нужно время. — Если он доберется до лифта раньше, подкрепление не понадобится. И жертв станет гораздо больше. Мне нужна панель управления. Быстро. Искомое располагалось практически в самом конце коридора, между длинных стеллажей, возле массивной двери. Обезумевший эксперимент по какой-то причине ту часть блока пока пощадил — предпочитал, судя по звукам, громить лабораторию. Охранник осторожно выступил вперед, закрывая пробирающуюся следом Элис. Возле двери обнаружился второй боец, готовый зайти внутрь. Ему почти это удалось, когда яростная сила практически отшвырнула его прочь вместе с дверью, и на пороге появился виновник погрома. Он уже мало походил на человека. Его глаза горели яростью и безумием, и единственная цель, которую он желал — убить всех, кто попадался на его пути. Охранник оттолкнул Элис в сторону и нажал на курок. Грохот выстрелов в замкнутом пространстве заставил девушку зажать руками уши. Но испытуемого пули не смутили. Возможно, они не достигли цели, либо повлияло действие сыворотки — но скорость и силу противника это никак не уменьшило. Он бросился на охранника, и они покатились по полу. Второй охранник, придя в себя и ощутимо прихрамывая, бросился товарищу на помощь. Элис выхватила из кармана рацию, набрала код. Сквозь треск и помехи прорвался голос Рамлоу: — Десять минут! Элис рявкнула: — У нас их нет! — Док? Какого хрена ты там делаешь? Живо убирайся оттуда! — Не могу. Он рвется к лифту, на свободу. Этого нельзя допустить. — Сколько наших в строю? Можете его отвлечь? Мы близко, надо совсем немного времени! — Время… — Элис видела, как враг расправляется с последним противником и приняла решение — Хорошо. У тебя будет это время. Она прервала связь и тут же нажала на другую кнопку. Суперсолдат стряхнул с себя неподвижное тело и начал подниматься. Ему неплохо досталось, но он все еще был смертельно опасен. Медлить больше нельзя. Элис быстро набрала на панели пульта комбинацию цифр, одновременно проговорив в динамик: — Орсон? — Да? — Забаррикадируйтесь у себя и не высовывайтесь. Следите за Солдатом, чтобы… Твою мать! Девушка вскрикнула и рванулась в сторону, уклоняясь от летевших в нее пуль. Рация выскользнула из руки и с глухим стуком упала на пол. Элис метнулась за стеллаж. Сигнализация пискнула еще раз и резко замолчала, одновременно моргнул и погас свет. На панели высветилось — «центральная блокировка, десять ноль-ноль». Неприятель уже оказался у двери, судорожно нажимая на все кнопки, потом зарычал и стукнул по ним кулаком. Ничего. Блок был полностью заблокирован без возможности принудительной отмены. Элис осторожно скользнула между стеллажами. Теперь основная задача — не сдохнуть. Мужчина с ревом начал палить во все стороны, но вскоре свист пуль сменился сухим щелканьем затвора. Патроны кончились. Ну хоть что-то. Псих отбросил бесполезное оружие и начал крушить стеллажи один за другим. Элис отступила в сторону раскуроченной лаборатории, шансов спрятаться там было больше, чем в практически пустом коридоре. Но враг её заметил. Он кинулся на Элис, руки схватили воздух. Девушка, мягко ставя ноги, раз за разом уходила от его ударов, её движения стали скупыми и точными, прищуренные глаза внимательно следили за противником, насколько это вообще представлялось возможным в темноте. К сожалению, для него тьма тоже не была помехой. Он все-таки дотянулся до Элис. Ей удалось блокировать несколько ударов, но один достиг цели. Элис, кувыркнувшись через голову, вылетела в коридор. Противник ринулся следом за девушкой и успел схватить её за рукав халата. Раздался треск разрываемой ткани, Элис пнула врага прямо в стеллаж с лабораторной посудой, по инерции врезаясь в противоположный. Он тут же с грохотом сложился, как карточный домик, раздался звон стекла. Затылок обожгла резкая боль, перед глазами заплясали круги. Элис ощутила влагу на подбородке, провела рукой по лицу и нащупала порез на губе. Вот зараза. А псих уже поднимался на ноги, отряхиваясь от осколков. Неожиданный звук удара заставил врага замешкаться. Дверь в шлюз словно разорвало винтовочной гранатой, хотя характерного звука взрыва Элис не услышала. Да его и не было. В следующую секунду перед девушкой вырос силуэт, в котором она безошибочно определила Зимнего Солдата. Откуда он тут взялся? Неужели среагировал на ее вскрик в рацию и понял, что нужна помощь? Элис посмотрела на мужчину и вздрогнула. Его протез выглядел обычно, а вот вторая рука… На ней не было живого места от многочисленных кровоточащих ран и ссадин, но Солдата это совсем не беспокоило. Барнс бросил на нее быстрый взгляд и пошел на противника, который, казалось, только обрадовался появлению достойного соперника. Дальше всё произошло стремительно. В тусклом отсвете аварийного освещения Элис успела разглядеть, как в последний момент Солдат хитрым движением увернулся от направленного на него удара и подсечкой сбил врага на пол. Тот довольно резво вскочил на ноги, снова пытаясь достать Солдата. Барнс несколькими короткими ударами прижал его к стене и сжал горло металлической рукой. Элис поморщилась, когда в тишине раздался отчетливый хруст ломаемых шейных позвонков. Солдат разжал пальцы, и бесчувственное тело сползло на пол. Девушка выдохнула, ее пальцы неосознанно метнулись к шее. Такую хватку не забудешь. Он ведь точно так же едва не убил её когда-то. Четко и равнодушно, словно комара прихлопнул. Но тогда ей повезло. Жаль, что скорее всего, не получится узнать, почему. Элис мотнула головой, прогоняя неуместные сейчас мысли, откинула в сторону остатки стеллажа и направилась в разгромленную лабораторию. Подошла к лежащему под столом Картеру Ли, нащупала пульс. Жив. Двое других медиков тоже находились без сознания, но ничего критичного в их состоянии не было. Девушка взяла со стола телефонную трубку, набрала номер. Хорошо, что когда-то ретроград Хартманн оснастил помещения проводными телефонами, не зависящими от основного энергоснабжения. В его тяге к старым методам имелись свои плюсы. Элис спокойно, даже как-то устало проговорила в микрофон: — Это Старлинг. Красный код отменяю. В трубке раздался возбужденный голос Рамлоу: — Объект нейтрализован? Потери? — Ли и двое ассистентов живы, без сознания, нужна медгруппа. Охрана… — Элис подняла глаза на стоящего в проеме сломанной двери Солдата, тот покачал головой и поднял вверх указательный палец. — Один точно жив, за остальных ничего не могу сказать. Объект уничтожен. Расспрашивать подробности Рамлоу не стал. Коротко ответил: — Блокировка отключится через три минуты. Скоро будем у вас. Отбой. Элис бросила трубку на рычаг и оперлась руками о стол. Протяжно выдохнула, закрыв глаза и запрокинув голову кверху. А ведь она предупреждала Ли, что так будет. Здоровый карьеризм, это, конечно, плюс, но не до крайности же… Резкий приступ головокружения заставил Элис покачнуться. Видимо, все-таки старею, мелькнула мысль, раз так реагирую на пару ударов. Ну не бессмертная же она на самом деле, хоть и заметно крепче обычных людей. Холодные металлические пальцы аккуратно легли на талию, удерживая девушку. Плечо уперлось в твердую мужскую грудь, сквозь порванный рукав халата Элис почувствовала горячую обнаженную кожу. Она повернула голову, натыкаясь на взгляд почти черных в темноте глаз, в которых отчетливо плескалось беспокойство. Когда Солдат успел подойти, да еще и не издав ни малейшего звука? Точно старею, — подумала Элис. Раньше подкрасться к ней было практически невозможно. А может, дело в том, что она не чувствовала в свою сторону от Солдата угрозы? — Я в порядке, — сказала Элис. Барнс кивнул, но руку не убрал. В голову пришло осознание, что кроме брюк, на нем сейчас ничего не надето, да и ее собственная одежда представляла жалкое зрелище. Тело словно окатило горячей волной. Стоя посреди разгромленной лаборатории в окружении трупов и раненых, куда с минуты на минуту ворвется кавалерия, практически обнимаясь с самым опасным существом, которое на настоящий момент было ей известно, девушка поймала себя на абсолютно нелепой сейчас мысли. Что будет, если сдвинуться буквально на сантиметр и поцеловать его? Элис истерически хихикнула от абсурдности ситуации, едва сдерживая желание расхохотаться в голос. Солдат нахмурился, явно не понимая причины ее веселья. Он осторожно взял девушку живой ладонью за подбородок и приподнял ее голову, осматривая со всех сторон, пытаясь понять, насколько сильный ущерб ей доставил удар головой о стеллаж, после чего констатировал: — Выглядите не очень. Не исключено сотрясение. — Да ты, я смотрю, джентльмен, — фыркнула Элис и, не выдержав, коротко хохотнула. Большим пальцем Солдат мягко прикоснулся к ее нижней губе, разглядывая все еще кровоточащую рану. Всё веселье одним махом вылетело у Элис из головы. Она застыла, словно кролик под гипнотизирующим взглядом удава, забыв даже о том, что нужно дышать. Барнс, казалось, сам не понимал, что делает. Его палец скользнул по губам девушки, заставив их приоткрыться в ответ. Взгляд мужчины затуманился, словно он пытался вспомнить давно забытые ощущения. Пронзительно пискнула сигнализация, следом ожил и загрохотал лифт. Солдат вздрогнул и отпустил Элис, отходя от нее на шаг. Девушка словно очнулась от гипноза, осознавая где она и что происходит. В следующую секунду лаборатория наполнилась топотом и голосами людей. Рамлоу подошел к Элис и спросил: — Ты как, док? Девушка махнула рукой, разводить любезности у нее не было ни сил, ни желания. Но Рамлоу так просто отставать не хотел. Он кивнул на Солдата: — А этот здесь что делает? Элис метнула в командира убийственный взгляд: — Благодаря ему жива я, кретины, работавшие в этом блоке и все остальные, до которых наш мертвый псих не успел добраться, и ты в том числе. Рамлоу, прищурясь, посмотрел на Солдата, тот ответил ему таким же тяжелым взглядом, не сулившим ничего хорошего. Командир обратился к Элис: — Может, мне ему еще спасибо сказать? Девушка насмешливо кивнула: — Было бы неплохо. Дальнейшее продолжение перепалки грозило перейти в конфликт, и Элис решила, что пора уходить. Все равно здесь ей делать больше нечего. Видимо, рассудок девушки еще не окончательно очнулся, потому что она, наплевав на свои же правила, ухватила Солдата за металлическую ладонь и потащила за собой в коридор, буркнув при этом: — Пошли, твою руку необходимо обработать и перевязать. Барнс не стал сопротивляться. Он молча пошел за Элис, провожаемый в спину удивленным взглядом Рамлоу и остальных бойцов и медиков. Разнесенные в клочья подлокотники кресла заставили Элис невольно поморщиться. Она вдруг живо представила себе, как Солдат рвался из этих кандалов, разрывая кожу на предплечье, и ей стало дурно. Судя по бледным лицам ассистентов, которым не повезло наблюдать это воочию, они чувствовали себя не лучше. Элис устало махнула рукой: — Идите. Я сама справлюсь. Клифу и Лее не нужно было повторять дважды. С опаской покосившись на Солдата, они, с видимым облегчением, дружно смылись из лаборатории. Элис бросила еще один взгляд на многострадальное кресло и потянула Солдата в смежную манипуляционную, указала на кушетку: — Садись. Давай руку. При ярком свете раны выглядели паршиво, но не настолько опасно, как показалось вначале. Регенерация работала, кровотечение уже благополучно остановилось, но это не значило, что санацией можно пренебречь. Элис взялась за дело. Она долго молчала, прежде чем решила задать вопрос: — Зачем ты это сделал? Тихий голос прошелестел в ответ: — Вам угрожала опасность, доктор. — Ты не мог знать это наверняка. И вообще… - Элис почувствовала, что на нее снова накатывает истерическое веселье, и брякнула, — после всего произошедшего зови меня просто по имени, ладно? Разумеется, в отсутствие посторонних лиц, чтобы никто не умер от изумления. Одна бровь Солдата удивленно поползла вверх. Элис показалось, что еще немного и он выразительно покрутит пальцем у виска, но нет. Мужчина опустил глаза на ее руки, закрепляющие повязку на запястье и прошептал: — Я не позволю причинить тебе вред. Элис вздрогнула. Он шевельнул рукой, пальцы осторожно поймали ее ладонь, погладили едва уловимыми касаниями. Девушка посмотрела на их сцепленные руки и обреченно проговорила: — У нас будут проблемы. Барнс молчал. А Элис осознала, что точка невозврата пройдена, и дальше будет только хуже. Но не этого ли она хотела?