Война Маллиган

- Ну и че это за нахуй? – проворчал Мэлоки, оглядывая мрачные и избитые физиономии надзирателей, которые представляли собой весьма красочное зрелище. - Мы все понимаем, Мэлоки, но этот уебок сам напросился. Он напал на Чаро, пришлось ему наподдать… Мясник Крайтон стоял на шаг позади Мэлоки и на фоне здоровяка смотрелся как-то мелковато. Кэт заметила на его лице выражение глубочайшей печали. Ни гнева, ни раздражения, а только печали. Словно Мясника очень расстроила выходка его родного ребенка, над воспитанием которого он бился долгие годы, и, как оказалось, безуспешно… Мясник покачал головой. В своих дорогих одеждах он казался среди всей этой грязи каким-то божеством. Заключенные забились по углам клеток. Вот, кто внушал им истинный страх. Кэт предпочитала просто держаться в тени, подальше от его белесых глаз-бусинок. Обойдя Мэлоки, Мясник совершенно без опаски приблизился к клетке, ориентируясь не иначе как по памяти. - Кажется, мы перешли границы дозволенного, друг мой, - сказал он не громко, но и не шепотом. Надзиратели и Мэлоки стояли за спиной хозяина, верные псы, готовые перегрызть глотку любому, пусть хозяин только прикажет. И если этот чертов псих вдруг посмеет что-то выкинуть, они, не задумываясь, убьют его. Слово Мясника. Такова была теперь цена его паршивой никчемной жизни. Впрочем, чего его убивать. Наверняка и так еле двигается. Мяснику ответила тишина. Кэт всмотрелась в темноту. Может, он там уже окочурился, наконец, тварь бешеная. Было бы здорово. Все бы вздохнули с облегчением. - Надеюсь, ты там не помер, друг мой? Или нет? Кэтрин нахмурилась. Не все. Мясник Крайтон, кажется, сильно бы огорчился. Мясник тем временем кивнул Мэлоки, и гигант, включив свой фонарь, подошел к клетке, поднял повыше. Меченый удобно устроился, откинувшись на прутья решетки. Выглядел он херово. И не то слово. В крови своей и чужой, лоб рассечен, на левой скуле порез, костяшки пальцев на левой руке разбиты, на запястье правой, которая была прикована наручником, кровоподтек, руки, плечи, да и все видимые участки кожи в синяках. Но на физиономии монашеское спокойствие, прямо таки умиротворение. Широкая грудь размеренно вздымается и опадает. Кажется, собой этот ублюдок доволен. Мясник, похоже, тоже пришел к такому выводу. - Как себя чувствуешь? Молчание. - Отвечай, тварь! – прорычал Мэлоки. Меченый приподнял бровь, лениво приоткрыв левый глаз. Зеленый как у кошки при обычном освещении и красноватый в жутковатом свете фонаря Мэлоки. - А-а-а, это вы, г-н Крайтон, чем обязан столь высокому начальству? - Спустился справиться о твоем здоровье. - Самолично? – заключенный покрутил головой, разминая шею, и ответил чуть хрипловато, - горло болит…. Мясник с удивлением посмотрел на Мэлоки. - Он ржал как бешеный, пока его дубасили… псих чертов, – ответил громила и сплюнул на пол. Мясник поморщился, отступив от него, и снова обратился к заключенному. - Твои выходки всем порядком надоели. На счастье, за твою голову назначена огромная награда. Правда, я начинаю думать, что совершил ошибку, и ты мне обойдешься куда дороже. Ты ведешь себя крайне плохо, мальчик мой. Мужчина оторвал голову от прутьев и опустил ее, смотря на Мясника исподлобья тяжелым пронзительным взглядом. - Ну, так накажите меня, г-н Крайтон, - усмехнулся он, - раз я так плох… - Как, интересно? – поинтересовался Мясник. C каких херов он с ним сюсюкается? Меченый перевел хитрый взгляд на Мэлоки. - Запустите-ка сюда своего лучшего пса, а то мне с шавками неинтересно… Надзиратели переглянулись. В их глазах Кэт заметила такую злобу, что невольно поежилась. Она не знала, чего этот псих добивался, но свое он получил. Все эти люди с трудом сдерживались, чтобы не вышибить ему мозги. Мясник тоже это понимал. И ему это не нравилось. Мэлоки же наоборот высоко вскинул бровь и надменно поднял голову: - А рожа не треснет, а? Ты, парень, не боишься, что я тебе жопу то порву? Меченый широко улыбнулся. - А ты, амиго? Мэлоки дернул прут могучей рукой. Кэт могла бы поклясться, что клетка Меченого сдвинулась, задев ее клетку. - Довольно! Вы оба. Драться я вам не дам. Завязывай со всем этим дерьмом. Достаточно того, что ты уже натворил. Если же дурь из башки не выбросишь, мне придется с тобой покончить, и я даже не пожалею тех денег, которые сулят мне за твою голову. Так что, мальчик мой, будь повежливее. Для твоего же блага. Мясник повернулся, чтобы уйти. Меченый неожиданно поднялся, легко, даже не скривившись. Что он на самом деле испытывал, оставалось загадкой. Мэлоки все еще стоял у клетки и держал фонарь. При приближении заключенного он едва заметно напрягся, но, надо отдать ему должное, с места не сдвинулся. Заключенный же, совершенно игнорируя гиганта, взялся за прутья решетки и бросил вслед хозяину: - Я давно уже не мальчик, Мясник! – его голос прозвучал резко и громко. Такой поневоле заставит остановиться любого. Крайтон же, будучи не робкого десятка, усмехнулся, но оглянуться все же соизволил: - Еще бы. И что? - И хочу знать, сколько Хойт забашлял тебе за то, чтобы мою жопу сгноили в этой дыре! Улыбка Мясника стала еще шире. Кэт даже не могла решить, кто из этих двоих ей больше отвратителен. Кажется, они стоили друг друга. В отличие от Мясника, Меченый не улыбался. Впервые она заметила этот его взгляд. Взгляд одержимого человека. - Зачем тебе это? Шанса поквитаться у тебя уже не будет. Глаза меченого сузились. - Ты зарвался мальчик мой, наркота, власть и вседозволенность окончательно снесли тебе крышу. В нашем деле так нельзя. Хойту нужны люди поспокойнее, пусть и не такие талантливые. Наш общий знакомый Батиста, например, я, кстати, слышал, он сейчас объявил охоту на твоих ребят… - Назови сумму! – упрямо повторил Меченый. - И что тогда? Ты что же выкупишь у меня свою задницу? Брось, мы оба знаем, что шанса у тебя нет. Ты никому уже нахер не нужен. Твой клан настолько слаб, что скоро люди Хойта перебьют их всех до одного. Меченый ничего не ответил, но его взгляд изменился. Он стал таким…. Кэт не могла подобрать нужного слова. Этот взгляд пугал ее. В нем не было ничего человеческого. Мясник направился к тяжелой железной двери, на ходу обратившись к гиганту: - Мэлоки, прихватите с собой госпожу Хоуард, у меня для нее новости. Кэт почувствовала холодок. Дверцу ее камеры уже открывали. В горле появился кислый ком, живот свело судорогой. Ну вот, вечеринка продолжается. Меченый и Мэлоки тем временем смерили друг друга взглядами, и надзиратель отошел от клетки заключенного. До поры до времени. Кажется, она ошиблась, и этот ублюдок протянет гораздо дольше ее. Интересно, почему в жизни не как в сказках, и такие вот твари проживают гораздо дольше хороших людей? Впрочем, к числу хороших людей она себя никогда не относила. Скорее, к числу не совсем плохих. *** - Мои ублюдки постарались, - прокряхтел Мясник, устраиваясь в кресле, - умеют они шкуру подпортить. Впрочем, его ведь не за красивые глаза забирают, да? – и он улыбнулся, видимо ей. Интересно, о чем это он? Ей вешаться или пока рано? Кэт устроилась на стуле, вернее, ее устроили. Та же обстановка, та же охрана, только Янг нет. Она почему-то расстроилась, девочка ей приглянулась. Мясник промочил горло. Знакомый хрустальный бокал с красным вином. Все на своем месте. Все под рукой, так привычно, так комфортно. Интересно, что стало бы, ели бы она вытащила его жирную тушу из роскошного кресла и лишила всего, что он имеет? Наверное, славное было бы зрелище. Мясник продолжил после паузы: - У нас у всех свои таланты, девочка моя. Его талант убивать. Он был рожден таким. И поверь мне, в этом с ним мало кто сможет потягаться. Такие люди как он не способны ничего создать, они лишь сеют разрушение и смерть. Абсолютную. Она молча слушала, осознавая, что ей все больше не нравился этот разговор. - Тебя подобрал Батиста на том острове, знаешь, как он называется? Кэт покачала головой, но тут же вспомнив, что он слеп, ответила: - Нет, не знаю. - Остров черепов. Милое местечко, да? Если пройти вглубь, то можно найти заброшенные деревни, всего их там шесть. Воспоминания о мрачных старых хижинах, окруженных зелеными джунглями, отдавали какой-то трупной вонью. - Так вот, раньше там жили племена. Обычные люди. Дети, старики, женщины. Но однажды пришел человек с большой земли и захотел их земли. Птичьего дерьма, вспомнила Кэт рассказ отца. - Люди уходить не пожелали, и большой человек приказал убить их. Убить всех до единого. Мясник замолчал, словно бы давая ей возможность представить ту картину ужаса и боли, которую испытали эти люди. Кэт почувствовала неприятный холодок. - Он? Это делал он? - Он и подобные ему, - ответил Мясник, - наемники… всего их было семеро, теперь осталось только двое, в свое время они держали эти места в страхе почище любого нынешнего бандита. С тех пор кто-то сдох от пули, кого-то повязало правительство и сгноило в тюрьме, никто точно не знает, а вот, что произошло с оставшимися тремя, мне хорошо известно. Их уничтожил бывший соратник, наш общий друг. Когда шла дележка за территории, он просто сожрал их с потрохами, точно тигр, который жрет ягнят, упиваясь их кровью. Он завладел их территориями, их деньгами и их людьми. И это далеко не все. Лишь маленький кусочек биографии. Вот почему он здесь. Можно сказать, я оказываю обществу огромную услугу, изолируя таких вот субъектов. - Зачем вы все это говорите мне? Мясник пожал покатыми плечами. - Зверя держат в клетке. Того, который отведал человечины, убивают. Однако бывают случаи, когда к таким вспыхивает сильнейший интерес. Болезненный, прямо скажем, интерес… тогда зверя вынуждены оставить в живых. Дальнейшая его судьба уже не в наших руках, а в руках того, кто заплатил за него огромные деньги. Нам остается только следить за тем, чтобы с ним ничего не случилось. И подкидывать пищу… особенно если эта пища лжет. Кэт внимательно смотрела на Мясника. - Ну или лукавит… - Я не пища для зверя, - ответила она и первой задала вопрос, стараясь сменить неприятную тему, - Вы связались с моим отцом? - Связался, твои слова подтвердились. - Тогда не пойму, при чем здесь… - Вся моя нудная тирада? - Мясник пожал плечами, - дурной пример заразителен. Я лишь хотел убедиться, что мы полностью понимаем друг друга, и что ты откровенна со мной и не выкинешь какую-нибудь глупость. - Я откровенна с вами. - Дай Бог, - улыбнулся Мясник. Внезапно выражение его лица изменилось, черты неуловимо исказились, белесые глаза смотрели прямо на нее, и их жуткий взгляд, казалось, проникал ей под кожу, словно он мог видеть ее насквозь. Он сказал уже совершенно другим голосом, холодным и пугающим, - в противном случае я попросту брошу тебя в клетку к тому зверю, о котором мы только что говорили, и ты станешь той самой пищей. С одним сокамерником он уже расправился, прямо перед твоим прибытием. Кровищи было море... С тобой же будет еще хуже. Ты женщина, к тому же, как мне сказали, не дурнушка, а у таких, как он, особые аппетиты. Тебе все ясно? - Мне все ясно. - Что ж, - Мясник снова начал принимать свой прежний вид радушного хозяина, - тогда я спокоен. Через два дня ты покинешь мой дом, тебя переправят на одну из баз, там обмен и состоится. Если все пройдет гладко, я получу деньги, а ты будешь снова кайфовать от своей размеренной жизни дочки богатенького папочки. И все останутся довольны. - Довольны, - эхом повторила она. Вокруг шеи затянулась невидимая петля. Ну вот и началось. Сердце стало выбивать такой ритм, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Ритм нарастал и усиливался. К нему прибавился еще какой-то звук. В какой-то момент Кэт вдруг осознала, что это вовсе не ее сердце, а топот ног, причем, не одной пары. Топот приближался, к нему примешался шум голосов. Громких и возбужденных. - Что там? – Мясник недовольно скривился и махнул телохранителю, - проверь. Мужчина подошел к двери и открыл ее. В кабинет залетел надсмотрщик. Двое других топтались на пороге. Ну и физиономии у них были. Как будто самого черта увидели. - Что случилось? – недовольно спросил Мясник. Испуганные глаза надзират6еля расширились и он выдохнул: - Беда, хозяин, он убил его! Этот ублюдок убил Мэлоки…