Война Маллиган

Проведя ладонью по стеклу, она посмотрела на свое отражение в зеркале и нахмурилась. Грязь, пот и кровь были смыты, но не усталость, избавиться от которой было не так – то просто. Покрутив головой из стороны в сторону, Кэт равнодушно оглядела ссадины и синяки на лице, перевела взгляд на порванную мочку левого уха и только тут скривилась при воспоминании о том, как заработала это увечье. Далеко не самое серьезное, но очень неприятное. Взгляд метнулся к руке, на которой красовалась совсем свежая борозда от пули. Чуть левее, и она надолго бы лишилась способности двигать рукой. Лечившая ее девчонка, знала толк в таких вещах. Черт его знает, что она там применяла, лекарства, травы или какую-нибудь местную магию, но выглядела рана далеко не так неприятно, как по идее должна была бы. Женщина оглядела себя обнаженную в зеркале, отмечая все старые и новые шрамы на своем теле, и подумала, что самый большой и отвратительный сокрыт от ее взора. Он спрятан глубоко внутри. Незаживающий, кровоточащий и гноящийся… Она передернула плечами, покачала головой и снова взглянула на свое отражение. Ничего не скажешь, видок тот еще, хорошо хоть кожа успела приобрести бронзовый оттенок, как после, мать его, райского отпуска, и все эти шрамы и ссадины не так ужасающе смотрятся, как могли бы. Она вытерла полотенцем слегка отросшие мокрые волосы, заставив их торчать в разные стороны. Феном пользоваться смысла нет, минут через пятнадцать высохнут сами, а после будут также непослушно торчать, создавая ужасающее безобразие, не поддающееся никакой укладке. Может, стоит подстричь еще раз? Она подумала об этом как-то мимоходом, выйдя из ванной и начав одеваться в отведенной ей комнате. У гостеприимного хозяина виллы завалялись некоторые шмотки. Оценив невеликий выбор, она остановилась на светлой майке и льняных брюках. Надев их, скомкала и зашвырнула в пакет старую, изодранную и вонючую одежду. Чуть ли не с ненавистью вышвырнула в корзину для мусора, мысленно навсегда попрощавшись с почившей Элисон Хоуард. Подойдя к барной стойке, выудила одну из десятка стоявших на ней бутылок, наполнила бокал виски, вытащила одну сигарету из початой пачки, закурила. Подхватив бокал, подошла к близстоящему креслу и плюхнулась в него. Закрыла глаза. Странно, но ее потряхивало. Толи от того, что, наконец, пришло осознание всего произошедшего, толи от того, что ей предстоит. Осушив залпом бокал и слегка поморщившись, Кэт с наслаждением затянулась. Через распахнутые двери балкона, долетал прохладный ветерок, шевелил льняные занавеси. Ласково касался кожи. Ее клонило в сон с неодолимой силой… …когда Кэт открыла глаза, в дверь деликатно, но настойчиво стучали. Она подняла голову и выпрямилась, обнаружив себя в том же самом кресле, в котором находилась в тот миг, когда заснула. В правой руке был по-прежнему зажат окурок давно прогоревшей сигареты, пепел с которой, при движении, полетел на пол. Пустой бокал валялся тут же у кресла. Как долго она спала? Несколько раз моргнув, Кэт посмотрела в окно, мучительно пытаясь вспомнить. Все еще был день. Значит немного. Совсем не много. Братья расположились на той самой террасе, на которой вчера утром, она так мило беседовала с Батистой. Знакомый стол по-прежнему находился в тени раскидистых пальм, но на сей раз был накрыт к обеду и поражал разнообразием блюд, накормить которыми можно было как минимум одну семью из семи-девяти человек. Старший Телли действительно не плохо устроился. Прямо мечта любого аморального подонка и не только. Да что уж там, когда-то и ее мечта. - О, Маллиган, наконец-то соизволила осчастливить нас, - работорговец выдавил из себя дружелюбный тон, подкрепив слова широким и хищным оскалом. – Присаживайся, тебя ждем. От взрывчатки он давно избавился, и Кэт не сомневалась, что теперь у него при себе парочка стволов, и столько вооруженной охраны, что даже муха не пролетит. Несколько ребят сейчас стояли неподалеку, сверля ее враждебными взглядами, почти такими же, каким наградил Сол, когда она расположилась за столом напротив братьев. - Ты была права, Маллиган, - с ухмылкой продолжал Батиста, - господин Бальмон оказался человеком обстоятельным и знающим толк в переговорах, хотя он и француз, а те, по моему опыту, те еще пустобрехи… - Бальмон – фамилия его покойной жены, - безэмоционально ответила женщина, окидывая стол равнодушным взглядом, - в нем столько же французского, сколько в хорошем ирландском виски, - сказав это, она как раз остановилась взглядом на бутылке ирландского. Батиста хмыкнул и перевел взгляд на брата, который при упоминании фигуры Гарри Бальмона отчего-то побледнел. Видать, тоже был наслышан. - Вот я и думал, да какой из него француз. Фамилия чисто для шика. Сразу ясно, что ирландец. - В нем нет ни черта ирландского, - пробухтел себе под нос Сол. А он-то откуда знает? Ах, ну да… - Да, давай, расскажи братцу обо всех членах семейства Маллиган, Сол, - скривилась Кэт, - ты же по нам настоящий эксперт… только потом, когда меня здесь не будет, - она переключилась на работорговца, - итак, до чего договорились? - В Бангкоке завтра. Встречаетесь в условленном месте. - Сам не поедешь? - Увы, нет. Из города отлучаться не положено. Особенно теперь, когда я узнал о надвигающейся буре вашими стараниями. Тебя доставят мои ребята – Скип, Боско и Транг. Они же и проведут сделку. Кэт склонила голову набок и нахмурилась. Батиста пожал плечами с невинным видом: - Не смотри так, я и словом не обмолвился о деньгах, которые ты мне пообещала. Мне и этого было вполне достаточно, если, конечно, это не брехня. Правда и ты, и братец утверждаете в один голос, что золотишко там, - и он показал пальцем вниз, видимо, подразумевая океанское дно у Острова Черепов. При этом Сол скрипнул зубами, зло пялясь в свою тарелку. Можно было понять, что он испытывает и какими ругательствами их поносит. Кэт старалась сохранять спокойствие, хотя это давалось с трудом. - В любом случае, мои парни уже завтра будут на месте и начнут поиски. - Ты не закончил про Гарри, - напомнила Кэт. - Ах, ну да. Господин Бальмон, после моей краткой вводной части, не стал ходить кругами и сразу же предложил перечислить на мой счет неплохую сумму. Все лишь бы Ваше Вашество было в ценности и сохранности. Он смотрел на нее с нескрываемым любопытством. Словно пытался понять, что в ней такого, отчего всем так нужна ее задница. Кэт прервала его мысли, поднявшись из-за стола. - Что ж, рада, что вы договорились. Приятного аппетита. И она направилась прочь с террасы, стараясь сохранять самообладание. - Стоп! – Рявкнул Сол, - А что на счет меня? А?! - Чего же ты так орешь? – работорговец театрально покачал головой, сжав пальцами переносицу. - Вопрос решается, да, Батиста? – бросила через плечо Кэт, уходя с террасы. - Да, Маллиган, решается… - Хер я назову тебе, где прячется Прайс, если не получу своего, Маллиган! - Да куда ты денешься, - пробормотала себе под нос Кэт. Как только ребята Батисты найдут бабки, он отпустит Сола, а Сол даст описание Прайса и место, где он схоронился. Довольно ненадежный план, построенный на взаимном доверии, которого межу ними троими не было и в помине. Но альтернативы нет. К тому же деньги Гарри должны были послужить хорошей мотивацией для Батисты, сдержать свое слово. Она проснулась посреди ночи от громких криков и хлопков. Машинально дернулась за оружием, но того не оказалось рядом. Твою мать… Только спустя минут пять до нее дошло, что разбудившие ее хлопки не являются выстрелами. Это был фейерверк. Облегченно вздохнув, Кэт провела руками по лицу и снова легла на постель, уставившись в потолок. Сон как рукой сняло. Перед глазами стояло воображаемое лицо убийцы. Нечеткое, размытое, больше походящее на пятно. Оно не имело черт. Пока не имело. Как только Сол придаст ему огранку, как только она отпечатает на сетчатке эти черты… наверное, только тогда она сможет нормально дышать. Встретившись с Гарри завтра, она сразу же отправится туда, где ублюдок осел. Что будет после, ее совсем не интересовало. Снова сев на постели, она стиснула голову руками. Кондиционер разгонял влажный воздух. Давая хоть какую-то возможность дышать нормально. С улицы сквозь прикрытые ставни окон и балкона до нее доносились звуки музыки, голосов и смеха. Народ гулял. Первый день празднеств в честь местного божества. Видимо, того самого, кому отбивал поклоны Сол при входе в город. И почему она сразу не вышибла из него правды? Ожидание просто невыносимо, хуже всякой пытки… Нет, этот ублюдок не раскололся бы… при всей его видимой слабости. А если он солжет ей? Если назовет не того. Что ж, информацию можно будет проверить. У Гарри отличные спецы. Они все сделают. Она покачала головой. Совсем скоро этот кошмар должен закончиться. И тогда она первым делом устроит своим достойные похороны, а потом засядет в какой-нибудь уютной комнатушке и будет пить несколько недель. А когда в итоге протрезвеет, пустит себе пулю в лоб. Допинга ей не для этого не понадобиться. Допингом будет мотивация. Мотивация воссоединиться с ними… на небесах, ну или, в крайнем случае, в могиле… Опустив ноги на пол, Кэт накинула поверх майки легкий халат и босая вышла из комнаты. Направилась на террасу. Несмотря на ночь, царила духота. Город праздновал первый день священного божества – хранителя города. В отблеске красивого фейерверка она заметила сидящую на террасе фигурку. Джек? Мальчишка расположился в одиночестве у самого края террасы, свесив ноги с карниза и следил за весельем, творящимся далеко внизу. Кэт приблизилась и оперлась о поручни руками. - Красиво, - протянул Джек, не оборачиваясь, - даже предположить не мог. - Такой большой город… наверняка власти в курсе творящихся здесь дел. - Наверняка. - Все как везде. Щедро приплачивают, чтобы не лезли, куда не следуют. - Официально острова в ведомстве Таиланда, как на самом деле, ты и сама видишь. Что решили? Она пожала плечами: - Завтра вылетаю в Бангкок, встречаюсь с Гарри, а дальше… - она помедлила, - дальше посмотрим. Мальчишка усмехнулся, озорно посмотрев на нее снизу вверх. - Похоже, твоя маленькая война заканчивается, а, Маллиган? - Еще нет. - Да уж, предстоит еще одно решающее сражение, да? А что потом? Давай же, Маллиган, решайся. Сделай это. - Можем вылететь с острова вместе, - сказала она, не глядя на Джека, - если, конечно, нет других планов, малец… В его взгляде появилось удивление. - Серьезно? Она кивнула. Джек улыбнулся. Теперь уже искренне. - Вот это да. Никогда не подумал бы. Она тоже улыбнулась. - Ты говорил, что хотел бы убраться с острова. Это – реальный шанс. - Да. Только вот думаю, что буду делать там, на большой земле. Можно заняться легальным делом, но, боюсь, что долго так не продержусь. Кэт кивнула, устремляя взгляд на празднество. Такое близкое, и такое далекое. - Раз так, то тебе точно к Гарри. – Она не стала читать ему лекцию на тему того, что «плохо быть бандитом». Не к чему это, все равно не послушает. - Он твой кореш или хахаль? – полюбопытствовал мальчишка. Она усмехнулась: - Мой дядька. Брат отца. Я познакомлю вас. Уж если решил играть на темной стороне, то лучшего наставника не сыскать. Джек ничего не ответил. Она поняла, что мальчишка еще ничего не решил. И впрямь, таким подавленным и растерянным она его еще не видела. Разве что в ту ночь, когда он говорил ей о своей Эстель. Его плечи горбились, как будто он нес на себе тяжелое бремя. Видимо, мучается чувством вины перед бывшими соратниками, ведь, как бы он не помог Кэт, его поступок считается предательством. Гарри это не придется по вкусу. Предавший однажды, может предать снова, и все такое. В таких делах Гарри был неумолим. Да уж, тут надо будет поработать над легендой, в любом случае, если они приглянутся друг другу, дело у них заспорится. Она хотела еще кое-что сказать мальчишке, но их прервал охранник. - Вас ищет хозяин, - пробасил он, останавливаясь в паре метров от их парочки. - Он что, не спит? – пробормотала Кэт. - Видимо, что-то серьезное, - пожал плечами Джек. – Иди. Я все равно уже собрался ложиться. На этот раз Батиста ждал ее у себя в кабинете. Окруженный роскошью и вычурностью. Пожалуй, даже чересчур. Однозначно, обделен был в детстве. Как это ей знакомо. Кэт прошла к столу, за которым располагался работорговец, без приглашения опустилась на стул. - Мне звонили ребята. Они на указанном месте. Наслаждаются зрелищем подгнивших трупов и обломков. - А до утра это не могло подождать? - Мне не спится. Тебе, как я вижу, тоже. Вот и подумал, почему бы не скоротать время в приятной компании? Она хмыкнула, оценив подкол: - Что ж, надеюсь, среди твоих ребят есть профессиональный дайверы. - Есть. Как только мне сообщат, что золото там, где ты и говорила, братец официально будет свободен. – Она кивнула. Батиста добавил, - Ну, до поры до времени, конечно. - Точно, - Кэт поднялась с кресла, гадая, на хрена он все-таки ее вызвал - Еще новости? - Сол мне тут много чего интересного понарассказывал. - Про базу Монтенегро? - Нет, про тебя, радость моя, и про причины, по которым ты оказалась здесь. - Только не говори, что решил связаться с Прайсом и слить меня ему? Батиста покачал головой: - Неа. Во-первых, о таком впервые слышу, а во-вторых, с твоим Гарри у меня договоренность. Из разговора я понял, что он, по всей видимости, человек серьезный. Кэт хмыкнула. Да по сравнению с ним, все вы, ребятки, просто ссыкуны. - И Сол не заговорил о возможности передать меня Прайсу? - Представь себе. Сначала это показалось мне странным, но потом я покопался в деле и много чего интересного узнал о Гарри Уэстфорде, он же Гарри Бальмон, он же Керим Магамов. Брат твоего отца. - И? В наше время можно пробить кого угодно… - пожала она плечами. Батиста хмыкнул, но ничего больше не добавил. Видимо, настал ее черед говорить или задавать вопросы. Что ж, пусть так. Она спросила: - Итак, чего ты хочешь? - Возможно, мы с твоим дядькой могли бы посотрудничать. - Это вряд ли, - она одарила его ледяной улыбкой, - но не беспокойся, я узнаю у него, заинтересован ли он в таком сотрудничестве. Где сейчас твой брат? Сола разместили в закрытой комнате без окон. Несмотря на поздний час, коротышка изнывал от неопределенности, шатался из угла в угол, на все сто осознавая идиотизм происходящего. Его, в отличие от остальных, донимала не духота, а мысли. Раздавшиеся по ту сторону двери шаги, заставили его метнуться к ней и забарабанить, что есть силы, подкрепляя удары матерным речитативом. - …а потом я поимею твою сестру, слышь ты, кто бы ты ни был, причем сделаю это самым извращенным способом. - Как хорошо, что у меня нет сестры. - Маллиган? От, сучка… - Можешь уже придумать что-нибудь более оригинальное. - Да запросто. - Мы в расчете. – Она развернулась и облокотилась о дверь спиной, засунув руки в карманы халата, прижалась к ней макушкой. – Завтра я покину остров, а ты будешь свободен. - Где гарантия? - Нет такой. Придется на слово. - Да ты гонишь, какое там «на слово»? - Я решила дать тебе форы, Сол. Можешь пожить еще немного. - Тебе я хочу сказать тоже самое. На твоем месте, я бы был осторожнее. Никогда не знаешь, где припрятана та табакерка, из которой может выпрыгнуть черт. - Ты лучше поищи какую-нибудь надежную нору. Да и не думай, что мне надоест играть в прятки с тобой. Рано или поздно, тебя найдут и прикончат. - Как и тебя, Маллиган… как и тебя. - За это не переживай. Беспокойся только лишь о том, чтобы указанный тобою ублюдок оказался реально существующим лицом, а не плодом твоего воображения, иначе, клянусь, я собственноручно придушу тебя, Сол. Она оттолкнулась от двери и направилась обратно по коридору. Запертый в комнате контрабандист не проронил больше ни слова. На кой черт она вообще притащилась к нему и затеяла весь этот разговор? Потому что не могла заснуть? От нервов? Чтобы перестраховаться? Ведь она была практически у цели… Эта мысль, по идее, должна была греть ей душу. Но она не чувствовала ничего. Может потому, что у нее уже давно не было души? *** Ветер раздувал занавеси на окнах, завершая ту идиллию, которая сейчас царила в кабинете, как показалось бы стороннему наблюдателю. Но идиллией здесь и не пахло. Скорее, затишьем перед бурей. Переводя взгляд с одного на другую, Батиста подпер рукой массивный подбородок и молчал. Сол щурился, стуча пальцами по столу, и изредка кидал косые взгляды влево. Он тоже молчал. Кэт сидела, откинувшись в кресле и сцепив руки в замок, словно сдерживая себя от какой-нибудь непоправимой глупости, в результате которой могли пострадать все здесь присутствующие. Взгляд устремлен вникуда. На щеках двигаются желваки. На столе перед всеми троими лежал лист бумаги и карандаш. На листе бумаги лицо. Накарябанное рукой Сола (весьма неплохо, кстати, накарябанное), не оставляющее сомнения в том, кто его обладатель и в очередной раз наводящее на мысль, а бывают ли такие совпадения? Они заседали здесь около получаса. Было утро вторника, которое, к слову, началось для Батисты весьма неплохо – его человек подтвердил, что затонувший корабль на дне бухты Острова Черепов, и на его борту несколько тонн золотых слитков. Его золотых слитков. Заметно повеселев, Батиста вызвал к себе Сола и Кэт и объявил о том, что их слова нашли официальное подтверждение, что значит, каждый из них получит желаемое. Так на столе и появился карандаш и лист бумаги, а на нем, стараниями Сола, возникло лицо, то самое, которое преследовало Кэт размытым пятном во всех ее ночных кошмарах. Теперь у лица были черты. Как, мать его? Как такое может быть??? Зайдя утром в кабинет Батисты, она ожидала чего угодно, но только не этого… Только не этого лица. - Любопытная реакция, Маллиган, - пробормотал работорговец, - я думал, ты будешь рвать и метать… - У тебя такой вид, словно ты знаешь его. Я так понимаю, никаких официальных подтверждений моих слов не требуется? - Заткнись Сол, дай человеку погрустить… хочешь поплакать, Маллиган, поплачь. –благоволительно произнес Батиста, - Никто мешать не будет. На слова Батисты, она никак не отреагировала и, казалось, вовсе его не слышала, погруженная в бездну собственных мыслей. Лицо на рисунке. Не точная копия оригинала, но, все же достаточно похоже, чтобы узнать в нем уже виденного однажды мужчину. Кэт поднялась с места. Резко, не сказав ни слова. - Э, Маллиган… - Куда? Она не ответила - куда, не ваше дело, вы получили, что хотели. Она, пока еще нет. Подойдя к окну, она уставилась взглядом на безмятежный утренний город. - У тебя все готово? - Да. Вылетаешь в девять вечера. - Почему так поздно? - Такова договоренность с твоим родичем. Хочешь курить, кури. – Батиста кивнул на початую пачку сигарет, но она, как и в прошлый раз, даже не услышала. Работорговец пожал плечами, мол, как хочешь. Он и сам был слегка шокирован таким поворотом событий. У подлеца, чей портрет намазюкал Сол всегда было много имен и личин, но, что того, ко всему прочему, еще и Прайсом зовут, Батиста слышал впервые. Кэт молчала некоторое время: - Планы поменялись. Братья переглянулись, Сол спросил кисло: - Чего? - Я никуда не лечу. - О чем ты, Маллиган? Она обернулась к ним, выражение ее лица не предвещало ничего хорошего. - О том, что я остаюсь на острове. Там же, где и Прайс, или Большой Босс, как его здесь все величают. С этими словами она направилась к выходу, чувствуя, как в глазах темнеет от ярости. Сол взвился на ноги: - А что со мной, Маллиган? – выпалил он ей вдогонку. - Да отъебись ты. Что с Гарри? – перебил Батиста, - он ведь будет в Бангкоке к указанному времени! - Скип, Боско и Транг ты сказал? – остановившись на пороге, она обернулась и впилась глазами в работорговца, который кивнул, - Пусть сопроводят его сюда. И она вышла в коридор. - Чего? – Батиста встал с кресла и последовал за женщиной. - Эй, Маллиган! Что за черт? - Да что со мной-то?! – завопил Сол. Оба его проигнорировали. Под удивленные взгляды вооруженной охраны, ждавшей в коридоре, Батиста нагнал ее у лестницы и, схватив под локоть, развернул к себе лицом: - Что? - Не веди себя, как истеричка, Маллиган! Послушай меня, мы так не договаривались! У нас с Гарри соглашение. Он не поймет, если… - Я поговорю с ним о вашем возможном сотрудничестве. Я приложу максимум усилий для этого. Даю слово. Деньги свои ты тоже получишь, не беспокойся. Тон ее голоса, весь ее вид говорили о том, что она сдержит слово. Но сама идея… да не рехнулась ли она окончательно? Работорговец покачал головой. - Ты хоть понимаешь, что собираешься сделать, а, Маллиган? Этот человек не просто какая-то шпана, это один из крупнейших мафиози, и убери ты его, здесь начнется такое… - Батиста, - она высвободилась из его цепких пальцев, - Монтенегро заодно с Большим Боссом, - глядя, как вытягивается лицо работорговца, она добавила, - думаю, Хойту это будет интересно. Они ведь, кажется, партнеры. Он молчал, не зная, что сказать на это ее заявление. - Здесь Хойт всем рулит, да? – добавила она, - Вот и переговори с ним о Гарри. Чтобы потом не возникло никаких проблем касательно того, почему господин Бальмон оказался на острове… Весь оставшийся день, Кэт бродила по улицам города. Бродила до самого вечера, пытаясь переварить, а самое главное, принять полученную информацию. Пару раз в толпе ей мерещилось знакомое лицо. Волнистые светлые волосы. Крепкая полноватая фигура. Она всякий раз вздрагивала, начиная выискивать его. Ведь он мог быть здесь? Ведь, правда? Это вполне возможно… Большой Босс, он же Прайс… человек, с которым ее отец вел свои грязные делишки, человек, с которым он что-то не поделил, которого в итоге кинул, и который заказал его… его, и всю семью Кэт. Но почему только их… почему не ее? Зачем она ему понадобилась? Боже! Ведь он знает ее в лицо, он видел ее в лагере Монтенегро! Теперь она могла объяснить, чем был вызван этот взгляд. Что же Прайс сказал тогда Ваасу? И зачем отдал ему тот рубин? Отдал словно… словно задаток.. за работу… Он что дал ему распоряжение? Убить ее? Доставить куда-то? Или что-то еще? Иных объяснений, почему Монтенегро сохранил ей жизнь у нее не было… не из-за Батисты же, в самом деле… то есть, не только из-за него… должно быть еще что-то. Одно ясно, Монтенегро был в курсе ее дела, или стал, после того, как Прайс рассказал ему. Проклятье… От этих мыслей голова шла кругом. Она бесцельно брела по улицам, то и дело погружаясь в тревожные раздумья. Всякий раз из небытия ее выводил шум барабанов, крики и смех. Она как раз остановилась у входа в небольшой дворик, где, прямо на зеленом газоне разыгрывалось красочное костюмированное представление. Три акробата, изображавшие пляшущих желтых дракончиков, вытворяли различные номера, от сложности которых дух захватывало. И все это под восхитительный бой барабанов. Народ смеялся и старался ухватить дракончиков за их шкодливые хвосты. На удачу. Хлопушки взрывались тут и там. В надвигающихся сумерках загорались городские огни. Как и на Сонгкран или Тет, люди веселились и гуляли несколько дней подряд. Вокруг Кэт проплывало разноцветное и пестрое безобразие. Казалось, только она не испытывала никакой радости. Она вообще ничего не чувствовала. Знала бы тогда, не рвалась бы из клетки Монтенегро. Подумать только, как она была близка к нему… Кэт не помнила, как в итоге оказалась в одном из многочисленных баров, битком забитых веселым, гудящим народом. Лицо каждого из них скрывала маска. Люди смеялись, кричали, танцевали. От такого обилия красок ее начало мутить. Сколько же она выпила? Вперившись пустым взглядом в стеклянный бокал на барной стойке перед собой, Кэт почувствовала, как кто-то трясет ее за плечо. - Мадам! Мадам! – невысокий таец, по всей видимости, бармен, безуспешно пытался привести ее в чувства, - Мадам! Хватит… нужно платить… мадам, деньги… это уже вторая бутылка… Она ухмыльнулась: - Да, деньги… все чертовы деньги… - Если не заплатить, это плохо, очень плохо… - У меня их нет… они на дне морском… - Нет деньги, нет выпивка… - Брось, - она потянулась к почти допитой бутылке, - сегодня же праздник… все пьют бесплатно… Бармен отодвинул бутылку, покачав головой. - Нельзя… Она хмыкнула. - Да пошел ты! Таец перевел взгляд за ее спину и кивнул кому-то. - Пошли-ка… - ее взяли под руку и буквально стащили с табурета. – Давай, пошевеливайся… - Руку убрал! – она посмотрела на мускулистого парня европейской наружности, причем, очень угрожающей и растянула губы в улыбке, - или я разобью о твою голову вот эту бутылку! - Выведи ее вон! – приказал таец, явно теряя терпение. – Убери эту шлюху… - Что? - она сгребла поганца за грудки, - кто это тут шлюха, а, ублюдок?! Ее оттащили от бармена и поволокли прочь, распихивая попадающихся на пути людей. Вышибала действовал со знание дела. Сцепиться с ним что ли? Обменять его разбитый нос на парочку своих зубов? Она сцапала пустую бутылку с одного из столов и, перехватив ее поудобнее, хорошенько замахнулась, метясь в короткостриженную голову. Чьи-то пальцы сжались на ее запястье, испоганив эту хорошую затею. Потянули назад. - Да какого…? – вышибала развернулся с намерением вмазать кулаком по наглой физиономии этой упирающейся сучки, но вместо нахальных голубых глаз столкнулся с не менее нахальными карими. – Чего? А ты еще кто? - Один из солдат Батисты, кретин ты! – захохотала Кэт. – Ну надо же… - А, мисс упругая попка, еще в состоянии соображать? - усмехнулся парень, отпихивая ее назад и вставая между ней и вышибалой, - чего, достала тебя, да? - Ничего личного, - вышибала окинул новоявленного защитничка оценивающим взглядом и слегка поумерил пыл, - так велел босс. - Не волнуйся, - солдат дружески похлопал его по плечу, дернул Кэт за руку, забрал у нее бутылку и повел за собой, - я о ней позабочусь лучше! Под любопытными взглядами окружающих, и неодобрительным, вышибалы, Кэт вывели из бара. К добру или нет, это ей предстояло узнать. Они остановились в каком-то переулке. Наконец отпустив ее, парень вытащил из кармана пачку сигарет и закурил. - Мне не предложишь? - Неа, - он выпустил струйку дыма и, опершись спиной о стену, хитро поглядел на нее, - ты итак до нельзя взрывоопасна … Она усмехнулась. - Откуда ты тут взялся? Разве сегодня охрану не усилили? - Ага, поэтому я здесь. Я и еще добрых пять десятков ребят, охраняющих порядок в этой части города. - Так ты на службе? Патрулируешь по барам и борделям? – она паскудно усмехнулась. – Неплохая работенка. - Ага, а ты, кстати, задержана, мисс «упругая попка». - О, да брось. Он усмехнулся. - Меня зовут Майло, а ты уж наверное не Саннидэй? - Кэт. - Кэт? Мр-р-ряу… - он дурашливо промурлыкал, заставив ее хмыкнуть. – А ты непредсказуемая, Кэт. - Есть грешок. - Вот-вот. Рад, что ты понимаешь. Значит, поймешь меня и сейчас. Он сцапал ее за грудки и, развернув к себе спиной, завел назад ее руки и ловким движением, надел на запястья наручники. - О, а это что-то новенькое! – пьяно засмеялась она, - любишь пожестче? - Осторожнее с выражениями, детка, - усмехнулся солдат Батисты, подтолкнув ее под зад, - а то нарвешься. - Язык – мой враг, - пробормотала она, перед глазами все плыло. - Где живешь? - В доме господина мэра. - Чего? – он присвистнул, - Так это что, ты? Та сумасшедшая бабенка, о которой шепчутся в городе? - Понятия не имею, приятель. - А ты будь повнимательнее. Полезно слушать, о чем болтают, знаешь ли. - Собирать сплетни? - И сплетни могут быть полезны. Он придержал ее за плечо на выходе из переулка. Связался по рации со своими. - Айда, - подтолкнул ее вперед, - осторожнее, не споткнись. - Ведешь меня в свой любимый ресторан? - Ты даже не представляешь себе. Через полчаса петляний по улочкам, забитым до отказа, высыпавшими из домов жителями, они наконец добрались до Южных Ворот. А точнее, до здания, где располагалась вся городская стража. - Вот тебе и ресторанчик, - пробормотала Кэт, - а ты шутник, как я погляжу, приятель. - Располагайся, у тебя vip-кабинка. Он провел ее внутрь небольшого здания и усадил на деревянный стул. Что-то вроде КПЗ. Ну, просто отлично… - А я-то думала, мы шутим. - Да какие уж тут шутки. - Ок, попробуем по-другому. Кто у вас тут за старшего, хочу говорить с ним. - Уже говоришь. – Ухмыльнулся Майло. Она вскинула бровь, смотря на его самодовольную смазливую физиономию. - Серьезно? Он кивнул. В это время ручка на входной двери задергалась, заставив обоих обратить на себя внимание. - Майло, там проблемка, требуется твое вмешательство! – в помещение заглянул один из подчиненных, - Э-э, ты занят? - А ты как думаешь? – начальник охраны Южных ворот только-только разместил свой зад в кресле, - а что, самостоятельно не судьба разобраться? - Хм… не уверен. - А чтоб вас, - усмехнулся он, - прости, Кэт, нужно отлучиться на пять минут. Он поднялся с места и направился к выходу, закрыл дверь за собой на замок. Славно. Она встала со стула и подошла к окну. Вся охрана столпилась у Ворот у группы, как ей показалось, цирковых артистов. Похоже, что за право выступать в пределах города этим также требовалось платить мзду. Кэт нахмурилась, охрана вела себя довольно бесцеремонно, если не сказать нагло. Стала расталкивать артистов, с одного вообще сшибла маску… Дредлоки рассыпались по плечам. Кэт замерла, не в силах пошевелиться, да чего уж там, даже вдохнуть. Твою ж мать, почему он встал к ней спиной, а не лицом? Пока парень поднимал маску, пока говорил с Майло, Кэт начала лихорадочно метаться по помещению, как параноидальная шизофреничка! Хмель как рукой сняло. Она забарабанила в окно и в дверь. Несколько охранников недовольно оглянулись. Она замахала им. Один показал ей жестом, чтобы заткнулась. Кэт забарабанила с удвоенной силой. Майло недовольно оглянулся и махнул одному из своих, чтобы пошел и заткнул ее. Она видела, как «циркачей» пропускают внутрь. Их оказалось не меньше тридцати человек. Все в длинных, богато расшитых одеждах, все в масках. Они пересекали ворота Карамолла, под бой барабанов, жонглируя и пританцовывая. Народ встречал их бурными овациями. Владелец дредлоков, так и не обернувшись, снова нацепил маску и, коротко переговорив о чем-то с Майло, отправился следом за своими. Кажется, эти двое не понравились друг другу. - Чего вопишь?- Рявкнул охранник, ворвавшись в помещение. - Вы охренели? – тут же набросилась на него женщина, - Вы пропустили на территорию Карамолла людей Вааса Монтенегро! - А? – парень скептически вскинул брови. – Ты бы проспалась что ли! - Ты бы мозги включил! Задержите их быстрее! - Что тут стряслось? – ворчливо спросил Майло, оттесняя парня в сторону и заходя в помещение, - не надоело дебоширить? - Парень с дредлоками! - Ну? - Баранки гну! Это один из людей Монтенегро, его зовут Хич! -Стоп! – рявкнул Майло, развернулся к своему, - так, вышел отсюда, живо! - Да, босс, - парень, хоть и нехотя, но повиновался, закрыв за собой дверь. - Приземлись, - скомандовал Майло, указывая ей на стул, - а теперь спокойно. Откуда ты о Патлатом знаешь? - Это человек Монтенегро, он был в лагере среди прочих его ублюдков. - В лагере? - В лагере, да и не смотри на меня так… - Как? - Как на умалишенную… я была в лагере Монтенегро… - На хрена? - Хороший вопрос, искала того хмыря, с которым притащилась в город. - Ага. Он тоже был у Монтенегро в лагере? - Слишком долго объяснять… свяжись с Батистой… он в курсе дела, иначе… - Т-с-с… спокойно. Ты права, это, правда, напоминает бред полоумного, но… - Свяжись с Батистой! – рявкнула Кэт. - Угомонись! – рявкнул он в ответ. - Еще раз… для тупых… Батиста в курсе моего дела. Свяжись с ним, или получишь таких пиздюлей, что будешь ссать кровью несколько месяцев кряду… - Спокойно, не кипятись. Всем известно, что босс засадил Монтенегро под замок к Мяснику, а всех его ублюдков кого порешил, кого разогнал… Она опустила голову на стол. - Звони сейчас же… или нам всем крышка… - У меня есть другая идея… - он поднялся с кресла, ни говоря больше ни слова, вышел из помещения, Кэт тут же вскочила со стула и, подойдя к окну, проследила за ним. Стоя у здания, Майло с кем-то переговаривался по рации. Неужто, внял? Длилось это совсем недолго, и глава службы охраны Южных ворот, вернувшись в помещение, и минуты не прошло, с порога заявил, - как насчет прогулки? - Куда? - Как куда? - К Батисте? - К Батисте… к Батисте… Он поманил ее пальцем, и, дождавшись, когда она, наконец, подойдет к нему, вывел из здания и повел через площадь, ловко лавируя между снующими туда-сюда людьми. Отчего вдруг такая перемена, подумалось Кэт. Ей бы не париться, но не париться не выходило. Майло мог быть и прав, она могла и обознаться, вполне, мало ли, у скольких людей может быть такая шевелюра, но Кэт все равно следовала за ним, прилагая все силы, чтобы поспевать за его размашистым шагом. Правда, она бы все равно не потерялась. Расковать по дороге он ее все же соизволил, но за шкирняк продолжал придерживать. Майло передвигался быстро и ловко. Ей же, чтобы поспеть, приходилось прилагать максимум усилий, лавируя между людьми. Все жители Карамолла, скрывшись под масками, в предвкушении праздника и веселья. Какая-то миловидная девушка придержала Майло и попыталась надеть на него маску. Он едва заметно покачал головой, мягко отвел ее руку и свернул в проулок. Кэт соответственно следом. Грянувшая музыка и фейерверк заставили ее вздрогнуть. Она оглянулась. Представление начиналось. На площадь начали выходить артисты и музыканты в разноцветных, необычайной красоты костюмах. Они же завернули в темный переулок, оставляя за спиной веселье и шум. Музыка стали отдаляться. Улица, еще улица, затем проулок. Они шли какими-то сторонними улочками, не через город, а, скорее, отдаляясь от его центра. - Не переживай, - усмехнулся Майло, бросив взгляд на ее мрачную физиономию, - господин мэр не у себя, а в этом квартале, не парься, насиловать тебя в темном проулке не собираюсь… Слава Богу, невесело подумала она, и тут же гаденько добавила про себя - прям камень с души. Сумерки опустились на город, но не захватили его, огни яркими вспышками, один за другим, начали вспарывать надвигающуюся ночь. Веселье в городе было в самом разгаре. Музыка, крики и хохот. Карнавал начинался от самых Южных ворот, здесь же, в паутине узеньких улочек, было тихо и спокойно. Чем дальше они отдалялись от центра, тем больше в ней возрастали сомнения. Завернули за угол, и тут Кэт едва не вскрикнула. Вместо очередной подворотни высокая крутая лестница, уводящая наверх, а на ее ступенях у самого подножья тощий, словно сама смерть, бездомный в жалких лохмотьях. Несколько мгновений она пялилась в его белесые невидящие глаза. Почувствовав постороннее присутствие, он начал тянуть руки с крючковатыми пальцами, словно надеялся ухватить. - Спокойно, - Майло подтолкнул ее вперед и последовал за женщиной. – Давай-ка наверх. Быстро поднимаясь по лестнице, Кэт поежилась, когда вдруг услышала за спиной: - Дочка… дочка, это ты? Волна липкого страха прошлась по спине. Движение и шуршание, словно кто-то ползет вверх по ступеням. Она не посмела оглянуться, лишь ускорила шаг. Впереди снова была улочка. Черт подери, да это не город, а настоящий лабиринт. Если бы не ее спутник, она потерялась бы. Очень скоро они очутились перед открытой дверью освещаемой единственной потрескивающей и тусклой лампочкой. За порогом царила темнота. Окинув взглядом переулок, она почувствовала, как волнение переходит в страх. - Что это за место? - Один из схронов Батисты. - Я здесь гость незваный. - Он велел привести тебя сюда. - Хотелось бы переговорить с ним самой. - Через пару минут переговоришь. Давай, вперед. Майло первым переступил порог и подождал ее. - Осторожнее, тут ступенька, – он подал ей руку. Кэт втянула воздух через нос и, проигнорировав его руку, переступила порог, погрузившись во мрак здания. Под ногами шуршал какой-то мусор. Пока они продвигалась вглубь, Кэт напрягала изо всех сил слух. Сначала ей показалось, что шум идет с улицы, но спустя какое-то время ее мучительного и до невозможности медленного передвижения по коридору, она поняла, что шум идет из глубины здания. Во рту неприятно пересохло. На лбу наоборот выступила испарина, а сердце колотилось так, точно готово было выпрыгнуть из груди. Что же это такое? Впереди замаячил слабый источник света, и послышались голоса. Чего там? Она сощурилась. Ее взору открылось большое помещение, в глубине которого работал старенький телек. Он же служил источником звуков. Слабо светили лампы под потолком. Они миновали помещение с работающим телевизором, так никого и не встретив, но возникшие голоса в коридоре, заставили ее конвоира, почему-то поспешно распахнуть одну из дверей и буквально впихнуть ее туда. Прикрыв дверь, Майло пару мгновений стоял, прислушавшись, потом обернулся к ней и вдруг спросил: - Как там говорится, от чего кошка сдохла? - Мать твою, что? Парень расплылся в отнюдь не дружеском оскале, извлек пистолет из кобуры и наставил на нее, не забыв снять с предохранителя. - Значит так, детка. Уж, прости, но мне придется тебя пристрелить. - Что? – Кэт отступила от него, не до конца веря в происходящее. - Что-что, ты малость оглохла, да? Отвернись. Живо… руки за голову. - Блять… так и знала… – проворчала Кэт, поворачиваясь к нему спиной, - а, как тебе такой вариант, просто отпустишь меня? - Я бы с удовольствием, но не стану рисковать, ты сразу же побежишь к Батисте, а это нам это не к чему. В ее мозгу лихорадочно метались мысли. - Да, брось. Клянусь, что уйду через те же ворота, через которые вошла сюда! Не хочу сдохнуть, когда все начнется. - Я бы и рад отпустить тебя, но не могу. Кэт втянула носом воздух. Блять, и что теперь? Дуло уперлось в макушку. Ну, епта ж! - Сколько тебе заплатили? – выпалила она вдруг. Нашла, что спросить… - Достаточно, чтобы не влачить жалкое существование на жалование городской стражи. - А если, я предложу больше? - Не выйдет. Не бойся, больно не будет. С минуты на минуту, начнется настоящее шоу, и я не хочу его пропустить… прощай, детка! В другом месте и в другое время, мы бы неплохо оттянулись с тобой. Она должна была что-то сделать, метнутся в сторону, завопить, увернуться, ударить, все, что угодно, только не… - Хэй, че за…? Вывернувшая из-за угла четверка незнакомых, явно навеселе ребят сильно опешила, но всего на несколько мгновений. - Блять! – Майло ничего не оставалось, как пальнуть в ближайшего парня. Выстрел прозвучал громче, чем раскат грома. Воспользовавшись ситуацией, Кэт ломанулась влево, буквально залетев в переулок, плюхнулась на бок, вскочила на ноги, метнулась вперед, споткнулась, снова плюхнулась, поднялась и, чертыхнкувшись, успела пробежать всего пару метров, прежде, чем на нее рухнул Майло, сбив с ног и прокатился вместе с ней кубарем по ожидающей их впереди лестнице. Припечатавшись у ее подножья, оба одновременно взвыли от боли, но, поскольку ей посчастливилось приземлиться на него, женщина опомнилась первой. Перекатившись на спину, она выхватила из его рук пистолет (чудом не выстреливший во время их возни) и выпустила пару пуль, по одной в каждого из преследовавших их парней, следом за ними повалившихся с лестницы. Кэт тут же откатилась, увернувшись от загребущей лапы Майло. Вскочив на ноги, она нацелилась на него, тот заорал: - Ну, давай, блять! – вскочил на ноги и рванул к ней. Кэт стиснула зубы и спустила курок. Пуля прошила голову парня, вышибив его мозги и заставив повалиться на мощеную дорогу. Она опустила пистолет, судорожно хватая ртом воздух, всего несколько мгновений ей потребовалось, чтобы полностью осознать происходящее. Не только Майло, но и другие стражники, наверняка, подкуплены. Бойцы Монтенегро уже в городе. А это значит… это значит, им всем конец. Спустя некоторое время, она выскочили на узкую улочку, зажатую меж одноэтажных построек, и понеслась прочь от нарастающего позади на площади шума, не имеющего никакого отношения к празднику, распихивая попадающихся на дороге людей, которые пока еще не понимали, что происходит. Влилась в поток пританцовывающей и идущей по улице процессии людей. Вдалеке послышались первые автоматные очереди. Музыка оборвалась. От неожиданности жители Карамолла сначала ничего не поняли, замерли, но потом кто-то стал пронзительно кричать. - У них оружие! Спасайтесь! Секундное замешательство. Тогда Кэт заорала во всю глотку, нарушив наступившее оцепенение: - Бегите! Там вооруженные бандиты! Бегите! Словно дала сигнал к старту. И одновременно перерезала нить спокойствия. Люди на улице бросились врассыпную, новые, прогремевшие уже на соседней улице выстрелы, усилили панику. Теперь уже кричали все, мечась по улице и пытаясь бежать. Началась давка. Кэт, не церемонясь, распихивала попадающихся на своем пути людей, Ей не нужно было оглядываться, чтобы понять, что их преследуют на улицах вооруженные боевики, загоняя, как скот. Сейчас их лица, так же, как и лица жителей, скрывали маски, знаков отличия не было. Оставалось только гадать, сколько их вошло в город, еще накануне, под видом все тех же артистов, и сколько солдат Батисты замешаны в этом дерьме. Определенно было одно - зная, кто они, Кэт понимала, что шансов выбраться живыми, у нее практически нет. Их натуральным образом застали врасплох, ведь никто не ожидал, что нападение состоится так скоро. Рев работающих моторов и отчаянные крики все же заставил ее оглянуться. По широкой улице неслись военные джипы, оснащенные крупнокалиберными пулеметами, которыми управляли боевики. Людей преследовали, сбивая и расстреливали, пока те пытались убежать или спрятаться. Крики усилились. Пригнувшись, Кэт бежала в поредевшем потоке, в котором каждый понимал, что шальная пуля вот-вот настигнет его. Люди вокруг падали, из их тел вырывались брызги крови. Кэт ринулась в сторону, к стене одного из зданий, расталкивая, сбивая, перепрыгивая через бестолково мечущихся и орущих мужчин, женщин, стариков и детей. Притормозив у перекрестка, она пропустила вперед группу людей, которых, тут же изрешетили пулями. Сверху послышался свист. В их строну полетел какой-то предмет. - Ложись! – заорала Кэт и прыгнула вперед, закрыв голову руками. В нескольких метрах позади рванул припаркованный автомобиль, в который попал «Коктейль Молотова», ранив многих людей, но и затормозив движение боевиков. - Осторожнее, на крышах! – закричал какой-то мужчина. Кэт подползла к другой тачке, впопыхах оставленной прямо на дороге своим владельцем, и прижалась к ее боку, вздрагивая от автоматных очередей, вспарывающих воздух и раздающихся, кажется со всех сторон, а самое ужасное, на ее пути. Рискуя, Кэт быстро выглянула из-за укрытия и снова спряталась за ним. Херово… Выстрелы неожиданно стихли. Вдалеке впереди виднелись приближающиеся фигуры. Боевики начали перекличку, на ходу перезаряжая оружие. Она поползла. Под прикрытием оседающей пыли и дыма. Как только достигла здания на противоположной стороне улицы, вскочила на ноги и снова побежала, лавируя между сильно поредевшими, бестолково мечущимися несчастными, стараясь двигаться вдоль стены. Через двадцать метров всосалась в очередной переулок. На выходе из него ожидал один из боевиков. Стой он к ней лицом, ей понадобилось бы чуть больше времени, чтобы разоружить его. А так вышло проще просто Будешь знать, как шляться в одиночку, ублюдок. Закинув автомат на плечо, она выудила из его кобуры пистолет, отточенным движением проверила обойму. Полная. Отлично. Осмотрев автомат, скривилась, хотя, по идее, хотела улыбнуться. Дерьмово дело, но все же лучше, чем какой-нибудь кусок стекла или железяки. Она направились в сторону баррикад, виднеющихся дальше по улице и засевших за ними солдат Батисты. Она, и еще десятка три жителей Карамолла, покинувших укрытие и старающихся убраться как можно дальше, пока не раздались новые выстрелы. Солдаты перекрывали улицу, занимали позиции, вскидывали оружие, прицеливались. Вновь раздавшиеся громкие выстрелы и крики позади, заставили их ускориться. Кэт сбавила темп, поняв вдруг, что что-то не так. Стоп! Она резко ушла в сторону и закричала другим, чтобы те разбегались. - Огонь! – скомандовал один из солдат и первым открыл огонь по приближающимся пешим боевикам и бегущим людям, валя всех без разбора. Пару минут спустя, подоспевшие из-за угла вражеские джипы, пулеметными очередями начали сметать бегущих от них людей и солдат Батисты вместе с баррикадами, превращая и тех, и других в кровавое месиво. - Блять! – простонала Кэт, - Блять, да что же это за дерьмо! Пули посыпались с крыш зданий, когда, пробегая под балконами и карнизами, она вломилась в закрытую дверь и, вынеся ее на полном ходу, ввалилась внутрь темного вмиг наполнившегося пылью помещения. Оглушительный взрыв запущенной ракеты, разворотившей второй этаж одного из зданий, засыпал оставшихся солдат Батисты обломками. Воздух наполнился клубами пыли. Кэт подползла к решетчатому окну и, неистово кашляя, стала всматриваться в улицу, силясь различить хоть что-то. Сквозь пелену подсвеченной фонарями пыли, она разглядела приближающиеся фигуры. Оторвавшись от окна, оглядела помещении, заметила приоткрытую дверь. Сверху раздались быстрые шаги. Кто-то передвигался по крыше. Новый прогремевший взрыв заставил ее заметно ускориться. Держа наготове оружие, Кэт быстро выбежала из здания и метнулась на другую сторону улицы, мимо рыдающей над телом мужа или брата женщины. Затем всосалась в проулочек и выскочила на соседнюю улицу, где выстрелы уже отгремели. Добежала до перекрестка, слыша, как перекрикиваются боевики. Считают потери среди своих. Замерев на пару мгновений, она быстро огляделась, заметила промелькнувшую мимо женщину, скрывшуюся за приоткрытой дверью высокой каменной изгороди. Шаги, голоса и смех послышались ближе, им вторили одиночные выстрелы. Видимо, добивали выживших Вооруженный отряд приближался. Кэт побежала к тем же дверям. Заскочила внутрь и осторожно прикрыла створки, тут же отскочив назад. Запнулась за что-то, резко развернулась, наставив на предполагаемого врага пистолета, но наткнулась взглядом лишь на десяток вусмерть напуганных, забившихся по углам и вдоль стен людей. Они закричали, пряча лица и головы. - Тихо! – рявкнула Кэт, - Я не причиню вам вреда! Тихо! Вопли стихли. Толи голос Кэт, толи оружие у нее в руках подействовали на несчастных. Скорее всего, второе. Она вжалась в стену у хлипкой двери. Найдя щель между двух покореженных досок, Кэт принялась наблюдать за происходящим на улице. Среди пыли показалась фигура солдата, выползшего из укрытия с высоко поднятыми руками. Тупой сукин сын! Кто-то из прячущихся громко всхлипнул. - Т-с-с-с! – зашипела женщина, - молчите, идиоты! Не отрываясь, она следила за тем, как боевики, перешагивая через тела убитых, приближаются к кучке сдавшихся, опускающихся перед ними на колени солдат. Пыль оседала и, по мере приближения, она начала различать их лица. На этих десятерых масок не было. Выражение кровожадного удовольствия на них напугало ее. Однозначно, обдолбались какой-то дрянью, отсюда и безбашенное бесстрашие. В сердце впилась тупая игла, когда среди других боевиков она разглядела знакомую шевелюру Хича. В нем больше не было ничего от того веселого парня, которого она знала, он приблизился к своим людям, тащя за волосы какую-то девчонку. Швырнул ее к стене и, поднеся пистолет к ее голове, не колеблясь, выстрелил, заляпав ее мозгами стену здания. Она зажмурилась, отвернувшись от двери и прижавшись спиной к стене, покосилась на оружие в своей руке. Дермовее не придумаешь… Укрытие удалось покинуть только ближе к рассвету. Пробираясь к «Воротам пожирателей» меж трупов убитых, мимо горящих построек и бухих, обдолбаных, беснующихся боевиков, так легко перебивших бравых ребят Батисты. Вернее, тех из них, кто не участвовал в операции на стороне нападавших. Твою мать, уже в который раз. В который раз ей приходится уносить ноги. Рассвет едва занялся на горизонте, когда Кэт засела у здания недалеко у ворот, не решаясь пройти через них. Что же делать? Если его не убили, мальчишка наверняка выбрался из города. Ну, в самом деле, не станет же он разыскивать ее на улицах. Это, по меньшей мере, глупо, к тому же, ему это нахрен не нужно… по сути, они друг другу никто, и по прибытии в Карамолл, их джентльменское соглашение закончилось. Это точно, только отчего-то Кэт все равно чувствовала себя наипаршивейшим образом. Ей казалось, что она бросила его здесь. Слева послышался шорох, Кэт резко обернулась и наставила пистолет на вусмерть перепуганного незнакомого мальчишку, попятившегося назад и безмолвно замотавшего головой, умолявшего ее тем самым не стрелять. Один из жителей, кто ж еще… Сграбастав за шкирняк, она быстро втянула его за свое укрытие. - Пискнешь, и нам конец, понял? Он отчаянно закивал. - Помогите, пожалуйста. Прошу вас. Перемазанный в крови и саже, совсем молоденький. Каким-то чудом уцелевший. - Как можно убраться с острова, знаешь? – Кэт хорошенько встряхнула его, - Ну? - Нужно… нужно идти до берега Скелетов. – Быстро ответил он, испуганно таращась на нее, - Там пришвартована лодка моего отца… - Отлично… - А вы не с ними? – в глазах мальчишки заблестели слезы. Кэт мотнула головой. - Поверь мне… будь моя воля, я бы всех этих ублюдков утопила в море… Она отпустила его, и мальчишка съежился, утерев глаза. - На воротах охрана, - прошептал он дрожащим голосом. Старался из последних сил не расплакаться. – Это единственный путь. Что нам делать? - Идти через ворота. – Пробормотала она. Вдалеке по-прежнему слышались крики и выстрелы. В центре города разгоралось пожарище. Осторожно выглянув из-за укрытия, мальчишка оглядел двух боевиков, охраняющих вход в разоренный город. - А вы справитесь? – с недоверием спросил он. - С твоей помощью, да. - Боец из меня никакой. - Тебе и не нужно драться. – Пояснила она и потянулась к близ лежащему телу. Оторвала кусок, рубашки, очень кстати оказавшейся красной, свернула, повязала на руку мальчишки. – Сделай вид, что ты пират. Он скривился. Идея явно не пришлась мальцу по вкусу. - Ты с ними, понял? Я – твоя пленница. - Как-то это не совсем… вы ж меня одной левой сможете… - Им это знать не обязательно. Передав ему автомат, она завела руку с пистолетом за спину, второй схватила мальчишку за его майку и потянула за собой, из-за укрытия, не дав ему возможности все толком обдумать. Изобразив тяжелую, заплетающуюся походку и низко опустив голову, побрела вперед. Мальчишка наоборот выпрямился, таращась во все глаза на боевиков. - Опа! А кто это у нас тут? – захохотал один из ребят, направившись им на встречу. - Свой! – крикнул мальчишка. - А это мы щас проверим! Веди-ка сюда эту белую сучку! Сейчас позабавимся, - поддержал второй. Оба стали медленно поднимать автоматы. Кэт резко вскинула руки, отточенным движением, выпустив одну за другой две пули, свалив двух парней практически одновременно. Мальчишка замер как вкопанный, даже за оружием не потянулся, только рот раскрыл. - Че за…? Третий боевик совершенно неожиданно вырулил из-за угла, застегивая на ходу ширинку. Увидев Кэт, мальчишку и двух убитых его товарищей, быстро развернулся и дал деру к воротам. Глупец, рванул бы к зданию, тогда, может, уцелел бы. Парень свалился в грязь лицом, прошитый четырьмя пулями, выпущенными из пистолета, благо свет от фонарей позволил ей хорошо прицелиться. Эти трое не были знакомы ей, но Кэт не сомневалась в том, что будь на их месте тот же Хич или Френки, она поступила бы также. Не раздумывая. Теперь уже да. - Ты тоже наемник? – жалко простонал малец. – Зачем ты наврала мне? - Не бойся, я не трону тебя… нам нужно уходить. Блять, почему с ней нет Джека? Какого черта она вообще потащилась в город этим вечером? Еще раз взглянув на горящие постройки на склоне горы, одной из которых была когда-то резиденция Батисты, она подтолкнула мальчишку вперед и последовала за ним. Надеюсь, ты жив, Джек… Они покинули город и через лесок начали продвигаться к побережью. - Причал там. По мере продвижения, им все больше открывалась нелицеприятная картина. Берег Скелетов был усеян телами. Обычные люди и солдаты Батисты лежали на песке и в воде, терзаемые бушующими волнами. Воздух был наполнен запахом гари и крови. Ей стало не по себе. Мальчишка вообще готов бы хлопнуться в обморок. Слева, за песчаной грядой было какое-то движение, слышались крики и вопли. - Черт, - сглотнул он, - плохо дело. На берег выехала пара джипов, напичканных вооруженными боевиками и кричащими, вырывающимися людьми. Как только джипы остановились, пленных вышвырнули на песок. Одним из них, к тошнотворному разочарованию Кэт, оказался Сол. Ублюдок все еще был жив, и это покоробило ее. Батисты не было видно. - Нужно поторапливаться. – Мальчишка потянул ее за руку и неожиданно замер. – О, боги… Она проследила за его взглядом и поняла, что он смотрит на выбирающихся из машин боевиков и пятерых заложников. – Что такое? - прошептала Кэт. - Там отец. Блять! Он хотел было дернуться, но она придержала его. - Стой, они убьют тебя, нельзя тебе туда… - Что? – мальчишка, казалось, ее не слышал, точно завороженный следя за тем, как заложников ставят на колени и заставляют сцепить руки за головой. - Прости меня, я не могу уехать... - Что? - Придется тебе самой… - Нет. – Она сгребла его за грудки и прошипела – Не смей. Ему не поможешь, нужно уходить. И тут прозвучал выстрел. Мальчишка вырвался из ее рук и посмотрел на людей на берегу, с ужасом понимая, что убитый заложник – его отец: - Нет!!! Папа!!! - Смотри, кто там! – захохотали пираты, заметив движение за песочной грядой - а ну-ка сними-ка его! Другой пират вскинул автомат, прицелился и нажал на курок. Кэт сшибла мальчишку с ног, повалив на песок, но, как оказалось, поздно - пуля прошила детскую голову, забрызгав женщину кровью. Стрелок оказался метким. - Да их там двое! Ого! А ну тащите второго!!! - Твою мать… – она смотрела в стекленеющие глаза мальчишки. Боже, нет! Только не это, не снова! Кровь тонкой струйкой потекла из его рта. Перед глазами у Кэт все потемнело. Она выпустила его и отползла, чувствуя накатившую дурноту. К ним уже во весь опор неслись другие пираты. Всего их на берегу было не меньше десятка, не включая уже не пятерых, а четверых пленных. - Там телка с ним! Давай, живее! Тащи сюда эту суку! Она безуспешно попыталась подняться на ноги, но тело не слушалось. Слишком поздно. Еще одна просвистевшая пуля задела бок. Несильно, но неприятно. Ноги подкосились, она припала на колено. Попыталась ползти, но ее тут же повалили на песок, схватили за волосы и поволокли, брыкающуюся, на берег. Пираты улюлюкали и орали. - Да у нас тут сучка! - О, как! - Хохотнул один крепыш, с бронзовой кожей и зелеными глазами, - ну, здрасьте! Мой размерчик, однозначно! Кэт швырнули на песок под ноги пиратам. - Давай по разу, а? Пока ждем… - А, что, я не против… Ее распяли на песке. Инициативу проявил тот крепкий малый. Несмотря на дурноту, Кэт вырвалась из его цепких пальцев и пнула его в живот. Зарычав, парень отпрянул и, под гогот приятелей, грязно заматерился. На смену одной пары рук пришли три других. - А ну-ка давай попробуем по-другому! Один из пиратов насел сверху и стал ее душить. - Сучка… лучше тебе по-хорошему с нами. Заложники, трое мужчин, стали вырываться, но не за тем, чтобы помочь, а с единственным желанием – бежать. Сол же кровожадно оскалился, явно наслаждаясь зрелищем, и вдруг вздрогнул, заметив прошедшего мимо него мужчину. Расшвыряв окруживших свою жертву пиратов, новоприбывший сдернул с Кэт парня и отшвырнул того в сторону, так легко, словно тот был не здоровенный детина, а мелкий нагадивший щенок. - Люпо, мать твою, ты чего творишь?! Только сейчас все собравшиеся заметили еще одни подъехавший «хаммер». Высвободившись, Кэт отползла от нависшего над ней гиганта. Сдерживающие ее пираты отпрянули, вылупившись на Люпо, как на чудовище, ибо после боя видок у него был тот еще. Окинув всех собравшихся взглядом своего единственного глаза, он остановился на ней. Какого черта… - Так-так-так, - голос ненадолго опередил Монтенегро, возникшего из-за отступившего в сторону гиганта. – Вечеринка, я смотрю, уже в самом разгаре… Видом своим больше всего напоминая выходца из ада, весь в порезах, крови и копоти, главарь пиратов, целый и почти невредимый, не спеша приближался к их «веселой» компании. Обнаженный по пояс, он двигался по-звериному плавно и грациозно. На смуглом, испачканном лице, зеленые глаза, казалось, горели каким-то сверхъестественным огнем. Пираты как-то разом угомонились. Губы Монтенегро сами собой растянулись в усмешке, когда он заметил, как эта тощая дрянь, пошатываясь, поднимается на ноги, а про себя не смог не восхитился ее живучести. - Голубоглазая… какая неприятная встреча! Ты опять умудрилась вляпаться в дерьмо… Голос был хриплым, но полосонул по нервам не хуже бритвы. Она отступила на два шага, он тоже остановился, пронзая ее недобрым взглядом. - Ну и какого черта здесь происходит? - Я заметил ее, Ваас! – тут же выступил вперед один из пиратов, тот самый, который стрелял в мальчишку. - И че ты хочешь, медальку? – Монтенегро склонил голову на бок. - Причитающиеся за нее бабки, босс… я слышал о вознаграждении… Ваас усмехнулся. Выходит, за ее голову назначили награду. Кэт нахмурилась, сжимая рану на боку и тяжело дыша. - Ах, да… ты прав. – Высоко подняв голову и вскинув руку, Монтенегро крикнул, - Джек, тащи сюда бабки! Что? Чувствуя вновь накатившую дурноту, Кэт перевела взгляд на еще одного подошедшего пирата, лицо которого скрывала маска. Приблизившись, он тут же ее снял и внимательно посмотрел на женщину. Она молчала, глядя на мальчишку. Это действительно был он, Джек, но только не тот, с кем они убегали от Монтенегро, а тот, кто был до него – пират, ставящий деньги на то, за сколько очередной пленный, сброшенный в глубокий ров, будет съеден его обитателями. - Джек! – голос Монтенегро прозвучал раздраженно. – Ты оглох, малец? Немного поколебавшись, мальчишка отвязал от пояса кожаный мешочек и перекинул его боссу. Все это время, его глаза неотрывно смотрели на женщину. Среди прочих многочисленных эмоций, она заметила во взгляде волнение и растерянность. Он явно не ожидал встретить ее здесь. Монтенегро кинул мешочек подавшемуся вперед парню. - Благодарю, босс. – Тот широко улыбнулся и отступил назад. Главарь пиратов тем временем оглядел своих: - Это все? - Все, кого удалось взять. - Все, кроме того, кто мне нужен. Не густо.- Он покачал головой, вынул пистолет из кобуры на поясе, шагнул к первому пленному и, приставив дуло, к голове дрожащего мужчины, нажал на курок. - Раз! – весело прокомментировал Монтенегро, любуясь как дернувшееся тело рухнуло на песок под аккомпанемент сочно разлетевшихся брызг крови. Пираты заухмылялись, Ваас подошел ко второму пленному, перевел взгляд на Сола и выстрелил, не глядя на свою жертву и не слушая мольбы о пощаде. - Два! Затем шагнул к следующему. Молодой парень дернулся, но его ухватили покрепче. Он заскулил, слезы потекли по щекам, как только дуло пистолета уперлось ему в лоб. - Три! Выстрел. Тело рухнуло на песок. Пират, державший его, брезгливо отступил на шаг. - Довольно! – Заорал Сол, - Я не знаю, где Батиста!!! Ваас, я не знаю! Он сбежал! Наверное, направился к Хойту. Куда же еще? Ваас, умоляю! Пощади! Растянув губы в улыбке, Монтенегро навис над Солом. Коротышка съежился и замотал головой, не осмеливаясь взглянуть ему в глаза. - Посмотри на меня, Сол… ну же, смелее. У тебя остался последний шанс. - Он сбежал, Ваас… клянусь, я был отпущен и уже почти покинул город… - Т-с-с-с-с… посмотри на меня. - Я не… не могу. Монтенегро выхватил свой нож и воткнул его в Сола, легко, точно в мягкое масло. Контрабандист распахнул глаза, уставившись на пирата не со страхом или болью, но с удивлением. - Ну вот, это не так и сложно, да? – Монтенегро повысил голос, бросив через плечо, - Ну что, детка, ты, наконец, счастлива? Он стал медленно вытаскивать окровавленное лезвие из раненой плоти. - Чертов ублюдок… - прошипела Кэт и сплюнула под ноги. Выпустив повалившегося на песок и истекающего кровью Сола, главарь пиратов обернулся к ней. - Интересно, откуда этот звук, а? Он приблизился к женщине и, замахнувшись, ударил по лицу, да так, что ее повалило на песок. Сцапав за грудки, он вздернул ее на ноги, притянул ее к себе и прошипел в лицо, обжигая сбивчивым, точно от нехватки воздуха, дыханием. От него пахло кровью и смертью. Ее тело моментально напряглось, точно от ожидания удара, свинцовая тяжесть, а затем неожиданная слабость, будто все силы разом покинули ее. Всему виной его чертова близость. Почему же этот ублюдок так действовал на нее? - Скажи мне, ты счастлива? Твой враг медленно истекает кровью, подыхая у тебя на глазах, это приносит тебе счастье? А, голубоглазая? – он сильно встряхнул ее, - Я убил его для тебя, разве ты не видишь? Его ладонь переместилась, легла на ее щеку, мозолистые пальцы ласково погладили ее, оставляя на коже следы крови. Он чуть склонил голову, рассматривая ее лицо так, точно видел впервые в жизни. Пираты одобрительно засвистели. - Ну, давай же, улыбнись для меня. Порадуй папочку. Она покачала головой, пытаясь отстраниться от него, но он не позволил, переместил руку и схватил за шею. - Тебе так проще, да? – в его голосе появились жестокие нотки, - Знай, гордыня однажды приведет тебя к горькому финалу, - он не спеша провел пальцем по ее губам, от уха до уха, рисуя на ее лице кровавую улыбку, и жутковато усмехнулся, - все равно, так или иначе, ты будешь улыбаться мне… Она крепче сжала губы, на щеках упрямо задвигались желваки. Монтенегро усмехнулся, отвернулся от нее, словно собираясь оставить в покое, и вдруг, совершенно неожиданно, нанес удар под дых, да такой, что Кэт согнуло пополам, и она повалилась на песок, хватая ртом воздух. Пираты заулюлюкали. - Отлично, босс! Джек дернулся, но замер. Монтенегро оглядел своих. - Знаешь, больше всего на свете, я ненавижу тех, кто осложняет жизнь другим, Маллиган. Понимаешь, я сам стараюсь никогда не доставлять хлопот, ни своим партнерам, ни клиентам… но ты… с тех пор, как ты возникла на этом острове, ты всем доставляешь ну просто охренеть какую уйму неприятностей. Проще говоря, ты меня достала, да и не только меня… несмотря на это, должен признать, из всей шайки-лейки ты менее жалкая. Поэтому, предлагаю побороться за свою шкуру. Что скажешь? – тишина в ответ, - Не слышу, блять! Он развернулся и пнул ее по животу, заставив разразиться новым приступом кашля. Пока она лежала, свернувшись в три погибели, на песке, он снял с пояса мачете и бросил его ей под ноги. Все, кроме нее, присутствующие, уставились на мачете. Кэт медленно перевернулась на спину, тяжело хватая ртом воздух, открыла глаза, вперившись взглядом в темное пока еще небо. Она вдруг почувствовала невыносимый холод и пустоту. Отойдя на пару шагов, Монтенегро терпеливо ждал, наверное, впервые на его губах не было улыбки: - Хочешь быть наемником, тогда веди себя, как наемник, а не жуй сопли, Маллиган. Ведь ты же к этому стремилась, чтобы с тобой считались, как с равной… верно? Джек переводил взгляд с Монтенегро на Кэт и обратно. С мальчишкой было что-то не то. Словно он вот-вот готов был сорваться. - Давай, Маллиган, - Ваас сузил глаза, - не разочаровывай папочку. Один раз ты ведь меня уже убила… Ответом ему, и всем собравшимся стал неожиданный смех. Лежа на песке, Кэт смеялась каким-то ненормальным, хриплым, болезненным смехом. Кое-кто из пиратов переглянулся. Кто-то сплюнул на песок, брезгливо и с ненавистью. Все собравшиеся явно хотели лишь одного - разорвать ее на части, как свора голодных псов. Она понимала это, понимал и Монтенегро, который, оглядев своих людей, на лицах которых читалось только одно желание, резко развернулся и ударил ногой, с намерением вышибить из нее весь дух. Кэт откатилась в сторону и, подхватив оружие, прыгнула вперед, метясь в грудь главаря пиратов. Монтенегро стал отступать, снова и снова ловко уходя от мачете в ее руке. Пираты притихли, с неподдельным интересом, уставившись на неожиданный поединок двух злейших врагов, которые, двигаясь точно пара хищников, явно стремились нанести друг другу, как можно больше увечий. От нее явно не ожидали такой прыти. Пока главарь пиратов только уворачивался, ловко и быстро пропуская ее удары, которые она наносила с поразительной скоростью, и которые, будь на его месте кто другой, непременно уже достигли бы цели. Приходилось признать, что этот ублюдок силен. И что более отвратительно, сейчас он просто играл с ней, насмехался, как насмехаются над слабым, неумелым противником, и это доводило ее до бешенства, ведь она была бойцом опытным. Ударив в очередной раз, Кэт едва успела увернуться, когда он неожиданно выбросил левую руку, с намерением дотянуться до нее. Она рявкнула: - Довольно! Дерись в полную силу, ублюдок! - Как легко ты поддаешься злости… недопустимо для настоящего бойца, я, признаться, разочарован, ты просто свихнувшаяся бабенка, играющая в войнушку и лезущая туда, где ей не положено быть… думаю, самое время, показать тебе твое законное место… Пираты засвистели и загоготали. Обкуренные, бухие, грязные, словно не из утробы матерей явились на этот свет, а вылезли из преисподней. Усмехнувшись, Монтенегро поманил ее рукой. В этот миг она не думала. В этот миг ей хотелось только располосовать эту ненавистную, ухмыляющуюся, отвратительную физиономию. И уж если ей и предстоит сдохнуть, то уж его-то она успеет прихватить с собой. Главное, не подпустить его близко, если он решит добить ее каким-нибудь борцовским приемом, у нее совсем не будет шансов. Кэт увернулась от его шутливого удара и полосонула по руке, оставив на его коже тонкий, неприятный порез, засочившейся кровью. Пираты опешили, Монтенегро присвистнул. - Ого! А ты полна гадких сюрпризов, голубоглазая. - Ты даже представить себе не можешь… - Значит, в полную силу? Как мужик с мужиком? – он прищурил глаза. - Погодите! – выкрикнул неожиданно Джек, - Ваас, у тебя на эту сучку были совершенно другие планы! - Заткнись, малец! – рявкнул один из пиратов, оттесняя мальчишку назад, но тот и не подумал угомонится. - Ваас! Она реально стоит больших бабок! Ты проведешь нехилую сделку. - Лучше помолчи, Джек, - холодно осадила его женщина, и мальчишка заткнулся, - ты свою роль уже сыграл. - Ты права, Маллиган, - Монтенегро усмехнулся, - пора заканчивать этот цирк. Больше никаких поблажек, детка. И он нанес удар первым. Двигаясь поразительно быстро, совсем не так, как раньше, вышиб из ее рук мачете и стал наносить удары по корпусу, по лицу. В полную силу, так, как бьют мужчин. Держа за одежду одной рукой, второй он бил, не давал ей возможность упасть. Боль пронзала тело тупыми иглами. Когда она все же смогла увернуться, он поймал ее за горло и неожиданно хлестнул по лицу. - Вот так мне нравится больше, Маллиган… сейчас я вышибу из тебя все дерьмо… Чем яростнее она сопротивлялась, тем унизительнее были его удары, ведь он бил ее, как бьют женщину, но не бойца, которым она была. Или которым быть пыталась… - Ты - сплошное разочарование, Маллиган, жалкая тварь… Он отпихнул ее от себя, брезгливо, как нечто гадкое и отвратительное. Кэт замахнулась для удара, он отразил ее нижний левый, и тут же выбросил свою руку, с намерением ухватить, но она в последнюю секунду увернулась, заставив окровавленные пальцы сомкнуться на вороте ее майки. Дернувшись, Кэт рванула назад. Ткань с треском порвалась, обнажив ее грудь. Потеряв равновесие, она упала на песок. Кусок материи остался у него в руке. Оба замерли, тяжело дыша, и прожигая друг друга свирепыми взглядами. Ни слова. Ни звука, только хрипы, доносящиеся из их глоток. Только ненависть, ярость и безумное желание убить. Далекие крики и плач - все это было там, в оставленном позади городе. Здесь же, на берегу только рокот волн, бьющихся о скалы и налетающих на берег. Треск бушующего невдалеке пламени, красным, тревожным, беснующимся светом освещающего всех собравшихся здесь. Освещающего их двоих, замерших точно пара хищников, готовящихся к прыжку. Пламя, искажающее его лицо. Превращающее его в страшную, демоническую маску. Она видела, он был ранен. Кровь стекала из порезов на его руках, на его обнаженном крепком торсе, каждая мышца которого сейчас была напряжена до предела. Какие у нее шансы против него? Никаких. Абсолютно. В его глазах одна лишь ярость. Ее снова начал охватывать ужас. Он совершенно не отдавал себе отчет в том, что делал. Его разум помутился. Сейчас перед ней был не человек, перед ней был зверь в человеческом обличии. Без сомнения он готовился. Готовился убить ее. Вместе с судорожным дыханием, из груди стал вырываться панический страх. Сердце заколотилось так бешено, что, казалось, вот вот разорвется. Она видела, как он слегка опустил голову, теперь смотрел на нее исподлобья. И в его глазах она вдруг снова заметила этот дьявольский огонь. - Убей ее, Ваас! – заорал один из пиратов, нарушив тишину, - или отдай нам! Мы поимеем ее во все щели… - Нет! – крикнул Джек, но его схватили за волосы и швырнули назад. - Да угомонись ты, щенок, или тебе тоже достанется. - Убей ее, выпотроши эту суку! – подхватили другие. Волна тошнотворного ужаса поднялась из самых глубин. Только не так. Только не здесь. Она вскочила на ноги и рванула в сторону, пытаясь добраться до лежавшего на песке мачете. Он только этого и ждал. Нагнал за долю секунды и повалил на песок, подмял под себя. Оказавшись лицом к лицу с врагом, она принялась наносить удары, так отчаянно и так яростно, что он слегка ослабил хватку, не ожидая такого отпора, но не отпустил ее. Брыкаясь и извиваясь, она царапала, кусала, впивалась в него ногтями, шипела и плевалась. Стиснув ее горло, главарь пиратов оторвал Кэт от песка и наотмашь хлестнул по лицу. Голова взорвалась адской болью. Враз ослабев, она обмякла под ним. Рот наполнился вкусом крови. Ну вот и все. Все кончено. - Не надо! – крикнул Джек. - Хорош, босс, - один из пиратов, тот самый крепыш, выступил вперед. - Вы оторвались вдоволь, теперь наш черед… - Ты че, ее трахнуть собрался? – заржал кто-то. – Да на ней уже живого места нет! - Какая на хрен разница, я ж ее не в жены беру… - А что, можно… На несколько мгновений пальцы на ее горле разжались. Отпустив ее, Монтенегро поднялся на ноги, смотря исподлобья на своих ребят. Они, что, серьезно? Кэт зашевелилась, застонала, перевернулась на живот, начала загребать песок руками. Сплюнув, Монтенегро отошел в сторону, тем самым давая своим парням дозволение приступить. Оскалившись, сразу трое подбежали к Кэт и, распяв ее на песке на спине, принялись срывать с нее одежду. Она закричала, начав порывисто извиваться и брыкаться, пока один из пиратов зажимал ее руки, второй стягивал с нее штаны, а третий наяривал свой член, приводя его в боевую готовность. Расположившись на песке, и приняв бутылку виски из рук одного из ребят, Монтенегро сделал глоток, наблюдая за предстоящим изнасилованием с видимым равнодушием. Казалось, он не собирался двигаться, просто следил за тем, как эта женщина отчаянно пытается вырваться из лап его парней, цепляясь за предательский песок. За остатки здравого смысла. Следя за тем, как ее стройное, по девчоночьи гибкое тело, лишают остатка одежды, как о ее бронзовую кожу начинают тереться грязные, пропахшие потом тела, как слюнявые, искаженные оскалом рты, терзают ее шею и груди, он начал ощущать животное отвращение и в то же время… черт подери… в то же время, какое-то ненормальное желание. - Дай-ка я первый, - пират закончил наяривать свой хрен и, пнув под задницу приятеля, заставил того уступить ему место, - вздрочну ее, чтобы проблем не возникло… не бойся детка, тебе понравится… Хватка на ее ногах на несколько мгновений ослабла, воспользовавшись этим, Кэт, по-гадючьи шипя, пнула парня прямо по члену, заставив того взвыть от боли и повалиться на песок, не ожидая такого, второй вылупился на приятеля. - Ах, ты, сучка! Она вырвала руки и ткнула проклятого ублюдка в глаз. Наблюдающие за творящимся действом пираты громко заржали. - А она не промах… можно будет дать ей на пробу два члена сразу, а ребята? Смотри, куда это она? Перевернувшись на живот, Кэт попыталась доползти до валяющегося на песке мачете, ублюдок, которому она угодила в глаз, шипя, потянулся к ней. Монтенегро неожиданно поднялся на ноги, и, под взглядами разом стихших пиратов, прошел к их сваре, отшвырнул в сторону наверняка ослепшего на один глаз парня (двое других, заметив приближение главаря, сами отползли в сторону). - Отвратительно смотреть на вас… как бабы, ни хрена не можете… Занеся ногу, он упер подошву берца о ее плечи, надавил, заставив распластаться на песке, и, перешагнув, оседлал сверху. Внезапное осознание того, что это он, всколыхнулось в ней волной ужаса. Вытащив и отбросив в сторону свой нож, он, схватился за светлую ткань, разорвал на ней белье, полностью обнажая ее, лежащую на животе, перед собой. Затем грубо провел окровавленными руками по ее бедрам, талии и груди, словно опробывая ее тело и одновременно размазывая по нему свою и чужую кровь. Одним движением задрал до шеи разорванную светлую майку. - Нет, - зашипела Кэт, пытаясь сбросить его с себя. Она впилась ногтями в его руки, попыталась остановить их движения на своем теле. Перед глазами все смазывается в какое-то месиво. Красное, пульсирующее. Она слышит, как кто-то кричит. Джек… - Нет, не надо, пожалуйста, не трогай ее… Кэт дернулась, оперевшись руками о песок. Ее крик прозвучал пронзительно в наступившей тишине. Все, наблюдающие за ними пираты, как один продолжали хранить гробовое молчание, точно завороженные следя за их возней на песке. Его рука вжала ее голову в песок, когда он, навалившись сверху, стал расстегивать свои штаны. Блять, как же эта сука действовала на него. Что-то он не помнил, чтобы чей-то запах, да что там, один только вид, приводили его в такое неистовство. Или это наркотик так действовал на него? Пальцы до боли стиснули ее голову. Кэт почувствовала давление, там внизу. Вспомнив размер его члена, дернулась изо всех сил. - Нет, мать твою. Ублюдок, сука. Не… Она зашипела, чувствуя, как он входит в нее, сначала смоченными слюной пальцами, потом членом… на всю длину, одним резким движением, издавая глубокий, гортанный рык. Мать твою! Как же невыносимо больно… Уткнулась лбом в песок, стиснула до онемения челюсти. Он не двигался, давая ей возможность в полной мере ощутить его в себе. Все силы словно исчезли. Как будто разом покинули ее тело. Она больше уже не вырывалась и не билась под ним, растерзанная, распятая, униженная, именно такая, какую он ее и хотел. - … узковато, сейчас мы это исправим, детка… - Приподнявшись, он оперся на свои руки и, вздымаясь над ней, начал резко двигать бедрами. - Посмотри-ка вон туда. Увидишь кое-что забавное. Пальцы сжались на ее волосах, потянули назад, отрывая ее голову от песка, и заставляя смотреть на людей, окружающих их. Смотреть на Джека, которого сдерживала пара крепких рук, ибо он, несмотря на преданность своему боссу, изо всех сил пытался прекратить эту отвратительную экзекуцию, свидетелем которой невольно стал. Она видела, как напускное самообладание покидает его, как по его разбитому лицу катятся слезы, как его, против воли, заставляют наблюдать за тем, что сейчас происходит здесь. - Неужели, ты думала, что сможешь уйти от меня… сможешь настроить против меня моих людей? Жалкая сучка… Он ускорил темп, мощно входя и выходя из нее, продалбливаясь в нее все глубже и с такой яростью, словно желал разорвать на части. - А у тебя мой размерчик, голубоглазая, как раз такой, как я люблю. Интересно, как обстоят дела с другой дыркой. Как только я закончу с этой, мы это проверим… Болезненно застонав, она протянула руку, протянула ее к Джеку, и мальчишка, увидев это, отшатнулся в ужасе. - Он не поможет тебе, - усмехнулся пират, сменив темп с быстрого на медленный, чувствуя, как ее тело отзывается дрожью – Хреновое это чувство, когда предают, да… - Пожалуйста, не надо… - взмолился мальчишка. – Отпусти ее, Ваас! - Да заткнись ты, щенок, - один из пиратов с силой ударил мальца в живот, тот согнулся пополам, второй удар пришелся коленом в опущенное лицо, заставив Джека упасть на песок. - Нет… - захрипела она. – Оставьте его… Попыталась приподняться. Но он не позволил ей. Ублюдок… Тогда она порывисто дернулась, сбив его ритм и заставив его остановиться. Резко отстранилась. Загребая руками песок, попыталась отползти. Он снова притянул к себе, одной рукой зафиксировав обе ее руки за спиной, второй вжав ее голову в песок. - Знал, что ты любишь пожестче… На этот раз он вошел без проблем. Мускулистые бедра пирата с громкими шлепками забились о ее ягодицы, заставляя ее ерзать по песку, больно царапающему кожу. - Я намерен кончить, так что, тебе лучше двигать задницей, сука, или я прикажу пристрелить мальчишку. - Хищно оскалившись, Монтенегро поднял глаза на одного из своих. Пират, молча, достал пистолет и прижал дуло к голове Джека. Снял с предохранителя. В глазах мальчишки появился ужас. Кэт зажмурилась, силясь побороть нестерпимую боль и предательские слезы, каждой клеткой израненного тела ощущая внутри себя его неистовые движения, сжала челюсти, стиснула до отупляющей боли. Песчинки терзали кожу, забивались в рот и нос. Так же, как и эти крупицы, рассыпалась вся ее жизнь. Вся ее жалкая чертова жизнь. Перед глазами словно снова была лампочка под потолком того проклятого трюма, где двадцать четыре часа подряд, две или даже больше недели, она находилась в компании Быка, издевавшегося, мучавшего и насиловавшего ее всеми возможными способами. Тогда, еще не зная, что ее приказано было доставить живой, она делала все, чтобы выжить. Опустилась на самое дно, забыв о гордости, о чести, выбрав вместо смерти унижение - все только ради того, чтобы добраться до сволочи, приказавшей расправиться с ее близкими. Каждый раз, когда ее касались грязные руки Быка, она убеждала себя… Убеждала, что это всего лишь тело…. это не ее душа, не ее сердце. Как и сейчас… Что бы ни сделал Джек, он был всего лишь мальчишкой, и она не хотела, чтобы он погиб… И если главарь пиратов думает, что изнасиловав, он причинит ей еще большую, чем она уже испытала, боль, он сильно ошибается. Ей придется… нужно только отключить разум… даже, если это и вызывает в ней протест всего ее естества… Кэт открыла глаза. Ком подкатил к горлу, когда она попыталась произнести слова. Позже она будет ненавидеть себя. Даже подумает о самоубийстве. Едва воспоминания о том, что он делал с ней, распяв ее на песке, под взглядами десятка его псов, станут пожирать ее мысли, всплывая в сознании яркими картинами … Усмехнувшись, он вышел из нее. Даже ослабил хватку, давая ей больше свободы. Держа за горло, потянул назад. - Tanza de la muerte, детка… покажи мне, на что способна… Превозмогая боль и отвращение, стараясь отключить сознание, она скользнула рукой за спину, взяла его член и, стоя на четвереньках, придвинулась ближе, снова насаживаясь на него и вбирая его в себя, начала двигать бедрами. Сначала медленно, затем быстрее, постепенно наращивая темп. Слегка сжимая мышцы. Она почувствовала, как его руки опустились на ее талию, как сжались его пальцы, впившись в ее кожу. Нравится, ублюдок? О да, Быку тоже нравилось. Нравилось, когда она делала так, доводила его до экстаза. Больше он не медлил. Нетерпеливый, сукин сын. Его бедра задвигались с неистовой силой. На этот раз навстречу ее упругой заднице, в едином ритме. Крепко сжимая ее, он заставлял ее двигаться на нем, и двигался сам. Снова и снова, пока, наконец, боль не начала сменяться удовольствием, побуждавшим его рычать, а ее отрывисто постанывать. Под похотливыми и сальными взглядами десятка грязных тварей, она бессильно повалились на песок, испытав оргазм первой. Накрыв собой, он зарылся носом в ее волосы, мощно кончив в нее. Кэт повернула голову и посмотрела на мальчишку, которого по-прежнему сдерживала пара парней. Их глаза встретились, и она увидела, как по его окровавленной щеке стекает слеза. Он прошептал одними губами: - Прости меня… прости. Она бессильно закрыла глаза, чувствуя, как главарь пиратов, наконец, выходит из нее, отпускает, поднимается на ноги, и, переступив через ее нагое, распластанное на песке тело, идет к своим, застегивая на ходу штаны. Что теперь? Один из пиратов подбежал к Монтенегро, постоянно косясь в ее сторону. Его взгляд был полон похоти: - Классно отжарили, босс, - он кивает на Кэт. – Что прикажете? Ваас обдумывал пару секунд, восстанавливая дыхание. - Выдвигаемся. Спустя пару часов нас не должно быть на этом острове. - А что с ней? Остальные ребята тоже хотят поразвлечься… «Ну, давай, прикажи им наброситься на меня. Ведь им это нужно». – От боли ей хотелось выть, - «Прикажи пустить меня по кругу, трахать, до тех пор, пока я не сдохну…» Но он сказал лишь: - Выполнять приказ. - Есть, - в голосе парня было явное разочарование. – Закругляемся, парни! Живее… Она перевернулась на бок и натянула на себя остатки майки. Поджала ноги. На глаза попалось мачете. Лежало на песке в паре метров. Мысли о самоубийстве… пожалуй, для этого еще рановато. А вот убийство… Лишние свидетели уходили. Из живых на берегу оставался лишь Монтенегро, она и мальчишка. Джек не двигался. Даже не утирал сочившуюся из носа кровь, просто смотрел на лежавшую на песке женщину. На ее хрупкое, израненное, едва заметно вздрагивающее тело. Кэт словно завороженная пялилась на мачете. Она протянула руку. Далеко, но ведь можно дотянуться. Стоит только поднапрячься. - Не выйдет, голубоглазая. Перед взором возникли чертовы берцы. Смуглые пальцы сомкнулись на рукояти и подняли мачете с песка. Он приблизился к ней и, надавив на плечо ногой, перевернул ее на спину, смерил холодным, равнодушным взглядом. Она не отвела глаза, только прошептала: - Что ждешь? Убей… Жалкая, униженная, растерзанная… все, как он жаждал. Что еще ему было нужно? Пират хотел усмехнуться. Но улыбка застыла на его губах. Медленно, но невозвратимо стала таять. В груди начало расползаться нехорошее, давящее чувство. Он сжал рукоять мачете. Эта чертова сука… А ведь она заставила его потерять над собой контроль. Всего на малость, но это случилось. То, что она сделала, она сделала осознанно, в ней по-прежнему не было страха, лишь еще большая ненависть. То, что он видел во многих людях по отношению к себе, далеко не так часто, как страх, но все же… Почему тогда ее ненависть не давала ему покоя… Едва заметно прищурившись, он перехватил рукоять мачете и вернул его на место, в чехол на ремне. Она не отводила взгляд, смотрела на него своими голубыми как небо и холодными как лед глазами… Нет, он не сломал ее… даже не приблизился к этому… пока еще не приблизился Презрительно сплюнув на песок, главарь пиратов отвернулся от нее и направился к ожидающему его «хаммеру». Пройдя мимо мальчишки, он остановился и, даже не взглянув на того, достал из заднего кармана штанов пачку сигарет и зажигалку. Выудил одну и закурил. Выпустив струйку дыма, презрительно дернул верхней губой и прорычал: - Жалкий, тупой щенок… Джек вздрогнул, но не сказал ничего, продолжая пялиться на лежавшую на песке женщину и слушая, как удаляются шаги пирата. Бушующие волны бились о прибрежные скалы и набегали на берег. Солнце выползало на горизонт, разгоняя предрассветный холод, но не ужас, черной тенью бродящий по разоренным городским улицам, меж тел раненных и убитых, выпивая жизнь каждого, кто еще был жив. Появившиеся спустя пару часов люди, не принадлежавшие, ни к нападавшим боевикам, ни к обороняющим Карамолл солдатам, продвигались вглубь города, все больше убеждаясь, что им здесь делать нечего. Осмотрев очередной дом, старший группы связался по рации с командиром: - Гарри, прием… здесь полная безнадега… на поиски может уйти минимум месяц… и не факт, что мы хоть кого-то найдем… Гарри, как слышишь меня? - Мик, это Рокко, - молодой темноволосый мужчина покосился на Гарри, каменным изваянием, замершим в паре метров от него и неотрывно смотрящим на неспокойную морскую гладь. – Продолжаем поиски, направляйтесь к дому Батисты и еще раз там осмотрите все, прием. - Рокко, понял тебя, выдвигаемся. Гарри Бальмон покачал головой: - Она не мертва, нет… - он скривил кончик губы, - они никого там не найдут… - С чего такая уверенность? – Рокко оглядел усыпанный телами берег, пока они исследовали его, он наткнулся на мертвого мальчишку с простреленной головой. Совсем молоденький, не старше его сына, и не старше Дэнни, когда того не стало. Какие же скоты могли сотворить такое с ребенком, - В этой мясорубке, кажется, вообще никто не уцелел. - Если бы твоя сестра была другой, я, может быть, еще согласился бы, но сейчас не могу. Молодой мужчина кивнул. Он и сам старался гнать от себя подобные мысли, проблема в том, что вот уже почти месяц, он считал, что она мертва, и неожиданная новость, о том, что она вдруг связалась с дядей и сообщила, что находится в Юго-Восточной Азии, да еще и идет по следу убийцы… эта новость потрясла его… Потрясла сильно, но не так, как Гарри, который, словно, вдохнул полной грудью. - Что будем делать? – спросил Рокко. - Очень просто, найдем тех, кто напал на город, узнаем обо всем, что происходит на этих островах, где-то ее след, должен да всплыть… Это лишь вопрос времени… времени и веры Рокко кивнул и посмотрел туда же, куда и Гарри, на волнующееся, беспокойное море, которое словно хотело рассказать им о чем-то но, увы, не могло. Рокко не сомневался в словах дяди, как и в том, что Гарри не уедет с острова, не уедет до тех самых пор, пока не отыщет ее, живую или мертвую, а в том, что он это сделает, у него сомнения не было… как и в том, что любые преграды на его пути будут сметены… Таков был Гарри Бальмон – единственный человек, который мог ее спасти.