По бокалу игристого

С приобретением стрелы судьбы, наделившей Дьяволо стендом, в Неаполе активно начался вестись наркобизнес организацией Пассионе. Босс мафии уже давно заботился о конфиденциальности информации о своей личности, но пока это не усугубилось в параноидальную форму, не пренебрегал путешествиями в различные страны, удобно прикрываясь своим альтер-эго. В этот раз его поездка была намечена в Японию…а именно в тихий, но особенно активно в эти годы развивающийся городок Морио. В июле место было гостеприимно для туристов, поэтому в этот сезон Винегаром Доппио была арендована небольшая вилла в наименее людной части поселения. Собственные источники информации Дьяволо намекали на то, что в этом городе помимо обладателей стендов находилась так же ещё одна стрела судьбы, но всё с какого-то момента обстояло несколько иначе — история менялась, оставались прежними имена. Робкий и с виду довольно милый розоволосый парень у местных не вызывал каких-либо подозрений и не привлекал к себе внимания, каким являлся всякий турист, даже иногда получая доброжелательные улыбки в свою сторону. Но всё же он старался избегать контактов с людьми, как и предостерегал босс. Глава Пассионе всегда контролировал сознание Доппио и мог в любой момент осуществить переход между личностями. Например, в том случае, чтобы не пользоваться услугами переводчика, на некотором уровне понимая японский, либо же используя английский, когда и где это было уместно. В этот день, начавшийся с передачи доброго утра Морио по радио, Винегар решил посетить театр, хотя заинтересовала его не рок-опера в программе этой недели, а любопытство у босса вызвал прославившийся в этих местах молодой шеф-повар родом из Неаполя — Тонио Труссарди, представляющий свои блюда в сезон уикенда в ресторане при театре. Обстановка в заведении была совершенно непринуждённой и не учитывала какого-нибудь дресс-кода, в связи с чем Доппио оделся довольно повседневно, но с поправкой на то, чтобы не выделяться невежеством — к излюбленным синим джинсам шла тёмно-малиновая рубашка с окантованным вырезом, как на его свитере. Парень занял столик, забронированный под одним из псевдонимов босса — Солидо Насо. В начале было предложено пол чашки двойного эспрессо и какие-то закуски с рисом, не заинтересовавшие Доппио. Во вступлении на сцене заиграли баллады на мифологический мотив. В течение первого акта, когда уже начиналась история морского бога из рассказов Лавкрафта, Винегар особенно неуютно ощущал на себе взгляд со своего места, что немного подпортило ему аппетит на тот момент. Подошедший с шампанским официант позволил парню свободно повернуться, не нарушая правил приличия в заведении. И в тот момент Доппио увидел за соседним столиком юношу, казалось, пристально на него смотревшего, точно изучая всё это время, вдруг снисходительно улыбнувшегося. В этом было что-то…необъяснимо странное, неестественное, но итальянец ответил смущённой улыбкой и приподнятым бокалом шампанского и вернул внимание к столу — прежде чем готовить, сам Тонио подошёл к парню и, оглядев его руки после некоторых уговоров, решил приготовить тому мясное рагу из тушённой баранины с овощами, акцентируя на полуварёной моркови и капусте, полезных витаминами для памяти. И хотя даже к еде Дьяволо относился с опаской, не стал вмешиваться, когда вкус нежнейшего мяса будто заставил заново родиться и переосмыслить само определение жизнь.

***

Тоору сложил наушники, обмотав их вокруг плеера, и поставил на столе, чтобы послушать оркестр вживую. Его не так привлекала визуальная часть спектакля, как сама музыка, поэтому ему было удобно концентрировать внимание так же и на иностранном госте. Розоволосый парень вёл себя весьма забавно и социально неловко. Что-то в нём выделяло его со стороны даже диковинных туристов. На какой-то момент, показалось или нет, Тоору подметил то, что не сразу мог бы обычный человек в освещении театра — гетерохромию — радужка одного глаза была карего оттенка, а другая с примесью зелёного, но очень вскоре в обоих глазах они вновь стали одинаковы. С точки зрения медицины этому было пространное объяснение — такая непостоянная пигментация свидетельствовала якобы о нехватке витамина D или разнице в уровне железа в крови, вот только это не подразумевало изменение хрусталика. «Оттенок его волос напоминает плод рокакаку», ловил себя на мысли Тоору и продолжал наблюдать за Доппио, даже когда понимал, что тому некомфортно его внимание. Каменный человек точно следил за подопытным, не обладая эмпатией его сконфуженности, пока не объявили перерыв после 3 акта, и тот вышел из-за стола прогуляться. Впрочем, Тоору тоже не стал засиживаться, направившись в противоположную от толпы людей сторону служебных помещений.

***

«Доппио… милый Доппио», отдавало эхо в его голове, тихо, но настойчиво. «Доппио, ты меня слышишь?». Винегар не понимал, откуда этот голос, только знал, что ему должен позвонить босс. Он искал телефон, ему нужно ответить. Сейчас. Парень шёл куда-то интуитивно, не обращая внимания ни на что и ни на кого. — Tu-rururururu…tu-rururu, — всё звонче повторял он, мотая по сторонам головой. Босс не хотел, чтобы их услышали, поэтому его подручный уже шёл в коридоре помещений, в которых не встречал по пути кого-то ещё. — Tu-rurururu… Доппио остановился возле двери и засомневался, тогда его взгляд стал осознанным, но не понимающим. Вновь имитируя рингтон, он открыл дверь и зашёл в комнату, увидев в ней того юношу за соседним столиком, изучающего разложенные в открытых им чехлах музыкальные инструменты и пробующего суфле с соком свежих ягод. — Извините, я должен ответить, вы не видели здесь мой телефон? — неуверенно и как-то нервно обратился Доппио и оглянулся. Дверь за ним вдруг с шумом захлопнулась и, поддёргав ручку пару раз, парень понял, что заклинило замок, когда сама ручка оторвалась и осталась в его ладони.