hundred +1

Обычно, последняя пара всегда тянется несказанно долго, ведь между тобой и кроватью стоит преграда в каких-то несчастных полтора часа. Но, по закону подлости, сегодняшний случай был исключением. Казалось, что время летело ещё быстрее, чем успевали меняться мысли в голове у Чимина. Сколько, на самом деле, тайн хранит в себе такой тихий и незаметный парень? Сколько невысказанных слов и нерастраченных эмоций? Сколько катастрофически недостающей кому-то любви? - Боже, Чим-Чим, что с тобой, будто призрака увидел? – пихает его в бок Тэхён. «- Почти угадал, - остаётся не озвученным». - Да так, думаю о том, что мне стоит взять номер у Хосока, чем раньше сяду за проект, тем быстрее закончу, не хочу собирать долги в первый же месяц. - И то верно, – кивает Ким. - Вот только, он меня немного пугает, кто его знает, что у него на уме, – показушно съёживается Чимин, поджимая плечи. - Хочешь я с тобой подойду после пары? Не думаю, что он станет убивать при свидетелях, – улыбается парень, издеваясь, на что Пак лишь драматично закатывает глаза, но от предложения не отказывается. Чимин до боли сжимает глаза, чтобы отогнать лишние назойливые мысли и постараться дослушать лекцию, хоть немного, хоть краем уха. Но видимо, не судьба, ведь сигнал звонка раздаётся в буквально следующее мгновение, парни встают, попутно закидывая вещи в рюкзак и направляются к двери, в надежде перехватить Хосока у выхода. Всё начинает принимать более серьёзные обороты, чем должно было, поэтому времени колебаться у Чимина нет, пора вступать в игру, пора развязывать войну, отчаянно надеясь, что она не станет проигрышной. - А...эм, Хосок-щи? – слегка мнётся парень в смятении, пытаясь выцепить в толпе замеченную им каштановую макушку. – Хосок-щи! – повторяет парень на пол тона громче, и на этот раз успешно привлекает к себе внимание. Брюнет останавливается, крутя головой в поисках источника звука, а после делает два шага в сторону, выходя из непрерывной толпы студентов. - Звал? – безучастно спрашивает он, а Чимин чуть ли не вздрагивает от такого ничем не прикрытого холода в голосе. - А..да, я хотел попросить твой номер телефона, так как мы должны выполнить вместе проект по психологии, - собирает все силы в кулак рыжий и продолжает, - а ещё я хотел спросить кто будет делать «свидание» первым? - Не думаю, что у меня получится придумать что-то к этим выходным, - помедлив, ответил Хосок, - поэтому давай ты начнёшь, а номер вот, - кидает, показывая экран своего смартфона, - печатай быстрее, мне нужно идти и вот ещё что, будешь много написывать – заблокирую. Чимин едва не прыскает от услышанного, что этот парень вообще о себе возомнил? Будто у Пака других забот не хватает, как спамить университетского социофоба предложениями пойти на свидание. - Ага, - немного раздраженно бросает парень, - не переживай, ты мне не интересен. – Врёт. После слов «профессора» ещё как интересен. Хосок не реагирует, лишь выключает телефон, засовывая тот в задний карман джинсов и, еле кивая, удаляется со двора. - Нет, ну ты вообще его слышал? – обращается Чимин к своему другу. – Будешь много написывать – заблокирую. Ну вот что за индюк? Кому вообще сдалась его тощая задница! – в сердцах воскликнул парень. - Будто твоя кому-то сдалась, - звучит за спиной до боли знакомый хрипловатый голос. «- Да блять, тебя ещё тут не хватало, - пролетает в голове Пака». Но, собрав всё хладнокровие в кулак и натянув самую непринуждённую ухмылку на лицо, рыжий медленно разворачивается к собеседнику: - О, поверь, многие готовы драться, чтобы иметь возможность хотя бы глазеть на мой зад, что уже говорить о руке и сердце? – ядовито говорит Чимин. - Значит, они либо слепы, либо глупы, - выставляя пуленепробиваемую броню, отвечает Мин. - Тогда что на счёт тебя? Ты слеп или глуп? – начинает Пак грязную игру. «- Я влюблён, а это почти синоним, - повисает напряжением в воздухе». - Не дождёшься, Пак, ты получишь моё сердце, только если вырежешь его из моей груди, - больно рикошетят выпущенные Чимином пули. «- Жаль, ведь своё я отдал тебе без боя, - всё ещё идёт по умолчанию». - Пф, а меня камни не интересуют, только если на них не стоит проба, - находит, что ответить парень и, развернувшись, следует на парковку, предварительно захватив с собой Тэхёна, так подозрительно молчавшего всё это время. Воображаемое табло загорается счётом 1:1. Игра окончена, обоймы разряжены, а пол усыпан мнимыми гильзами, раны от которых на удивление болят слишком сильно, как для ненастоящих.

~~~

Вопреки ожиданиям Пака, следующие несколько дней прошли в относительном спокойствии, даже Юнги не особо его донимал, что было ужасно странно и непривычно. «- Не к добру это, ой, не к добру, - думал Чимин». На дворе стоял вечер четверга, с каждым днём погода становилась всё более и более теплой, что не могло не радовать, ведь уже приевшийся зимний холод иногда казался вечным, но даже в самые безнадёжные дни за окном пели птицы. Чимин сидел за столом, дописывая необходимое задание на завтра, и одновременно разговаривая с Тэхёном по видеозвонку, изредка прерываясь ради глотка свежезаваренного какао. - Уже придумал, куда пойдёте с мистером самая-антисоциальная-чмоня-всея-универа? – интересуется Тэхён. - Боже, даже не спрашивай, до субботы осталось два дня, а я понятия не имею, чем мне с ним заняться, - обречённо вздыхает Чимин, - может на кладбище его сводить? А что, там тихо, немноголюдно, в самый раз для такого, как он, - поджимает губы парень. - Ага, ты только главное локацию скинь, чтобы я знал, из какой могилки тебя после выкапывать, - улыбается Ким. – Ну, не знаю, может просто сводишь его в кафе? Посидите, пообщаетесь пару часов и разбежитесь, – пожимает плечами он. - Пф, не забывай про наш бюджет, - прыскает рыжий, - какое нормальное кафе обойдётся нам в десять тысяч? - Может тогда в парк? Возьмёшь вам сладкой ваты, а там смотри он оттает, потеряет бдительность и схлопочет себе диабет! – резко выдаёт младший, аж подпрыгивая на стуле от гениальности своей идеи, поднимая указательный палец к верху. - Тэ-Тэ, иногда твои идеи меня пугают. Мы точно свидание планируем, а не покушение на убийство? – вопросительно косится Пак. – Да и вообще, у кого случается диабет от одной ваты? - Ц-ц, ну и зануда, я тут как-бы помочь пытаюсь, всем сердцем переживаю, а он… - обижено цокает парень по ту сторону экрана и закатывает глаз. - Смотри не перенапрягись с переживаниями, а то пицца вся не вместится, - находится Пак, прозорливо намекая на кусок фаст-фуда в руке друга, успевший трижды смениться за последние десять минут. - Подумаешь мне тоже! Я растущий организм, мне нужны витамины. - Во-первых, тебе двадцать два и твой рост закончился ещё года четыре назад, а во-вторых, какие к чёрту витамины, ты ешь жирнейшую пиццу, где калорий больше, чем твоя дневная норма. После этих слов Тэхён застывает с едой в воздухе и показательно хватается за сердце, раскрывая губы в немом страдальческом стоне: - Ах-х, Пак Чимин, как смеешь ты после всего, что было между нами! Неужели двадцать два года отношений были ложью? Я подаю на развод! - Хах, - улыбается Чимин, - совсем дурачок что-ли? – этому парню всё ещё удаётся его поражать, при том с завидной регулярностью. – Так всё, я отключаюсь, спокойной ночи, Тэ-тэ, не ешь много жирного перед сном! – приказывает рыжий и нажимает на красную кнопку завершения вызова. Готовые уроки отправляются в сумку, а Пак в тёплую кровать, благо выходные не за горами и можно будет нормально выспаться. А свидание… ну, у него осталось чуть больше дня, чтобы что-нибудь придумать, так что он с чистой совестью и лёгкой головой подумает об этом завтра. С этими мыслями он и засыпает, и на удивление, спит долго и крепко, аж до самого утра.

~~~

Пятница проходит весьма спокойно и размерено, сегодня у Чимина был семинар по английскому, где он активно принимал участие, отвечая на вопросы и задавая свои собственные. Сразу после окончания пар, Тэхён убежал в торговый центр, прикрываясь высокими сезонными скидками. Пак и сам был бы не против пройтись по модным магазинам с яркими вывесками, прикупив парочку новых вещей, но ему ещё предстояло придумать где и как провести завтрашнее свидание с Чоном, ведь кануть в грязь лицом хотелось меньше всего. Закинув сумку домой, парень взял с собой термос мятного чая и пару горячих бутербродов на перекус. Натягивая шарф чуть ли не до самого носа, он уверенно семенил в одно из любимых мест для раздумий, попутно кутаясь в кашемировое пальто. Количество людей на улице увеличивалось с каждым часом, словно в геометрической прогрессии, что в принципе и не удивительно для вечера пятницы, когда всё тяжело трудящееся население Кореи решает расслабиться в последний будний день, пропустив по стаканчику-другому в приятной компании. Но Чимина это нисколько не смущало, ему всегда нравилось быть в окружении людей, чувствовать себя частью непрерываемого потока, он всегда считал движение жизнью. Мягкий солнечный свет падал на волосы парня, отчего те становились ещё более рыжими, будто приятный летний костёр, за которым собрались давние друзья. В наушниках играла какая-то незатейливая мелодия, мотив которой Пак уже начинал напевать себе под нос, хоть и слышал её впервые. Дорога не заняла много времени, поэтому Чимин наконец-то сходит с пешеходной тропы, меняя её на приятный зыбучий песок, что уже вот-вот начнёт греться от жаркого солнца и приятно окутывать стопы после прохладной речной воды. Парень размещается на одной из лавок, расположенных вдоль пляжа и достаёт свой скромный ужин. И хоть бутерброды уже успели слегка остыть, чай всё ещё хранил в себе приятное тепло. Но любая мелочь перекрывалась красотой вида, расстилавшегося перед глазами рыжего: солнце медленно садилось за горизонт, вечерний воздух приятно освежал, позволяя мозгам работать, а неназойливый шум города остался где-то за спиной. Чимин молча смотрел на речную гладь, то и дело откусывая от бутерброда, в его голове происходило слишком много всего и было пусто одновременно, что иногда порядком надоедало. Ведь даже сейчас, будучи полностью поглощённым своими мыслями, он находился чересчур далеко от реальности. Настолько, что даже ни разу не заметил сгорбленную фигуру, с накинутым на голову чёрным капюшоном, в метрах десяти от себя, чьи два пытливых глаза цвета ночного неба исследовали его лицо, хоть и не робко, но так боязно, словно стоит лишь моргнуть и Чимин исчезнет, настолько эфемерным он иногда казался другим. Или, быть может, другому? Чимин не знал, как долго за ним наблюдали, не знал сколько скурили сигарет и уж, точно не знал сколько ударов, пропустило чужое сердце. Пак промаргивается несколько раз, скидывая пелену задумчивости с глаз и достаёт телефон из кармана, отыскивая в контактах нужный номер: - Алло, Инхёк, привет, это Чимин…

~~~

Поначалу Хосок думал, что ответить на сообщение Чимина и договориться о месте и времени свидания было единственной вещью, которая от него требовалась, поэтому это никак его не тревожило. Но когда этот несносный рыжий спросил его адрес и сказал, что заедет завтра утром, это стало немного напрягать. А как только он добавил, что готовым нужно быть к восьми часам и надеть что-то удобное и тёплое, так как их свидание займёт немало времени, Чон уже начал вспоминать все непристойные пожелания хорошей жизни. Ведь пристойные закончились ещё на этапе обмена номерами. И всё-таки это были лишь цветочки, ведь как только зазвонил пунктуальный будильник, не способный ошибиться ни на секунду, Хосок был готов обратиться к чёрной магии. Ну вот честно, какой изверг заставит бедного студента вставать в субботу в семь утра, когда даже солнце ещё спит за горизонтом. Попричитав на свою тяжёлую судьбинушку минут с пять и тяжело повздыхав, брюнет наконец-то встал со своей тёплой и мягкой кровати, наощупь всунувши ноги в пушистые тапочки, и зашарпал в направлении ванной, с небольшой надеждой урвать несколько лишних минут сна в душе.

~~~

Ровно в восемь дверь подъезда открылась и явила миру слегка недовольного происходящим, но уже бодрого и приведённого в порядок Хосока, закутанного в пальто, с нацепленными на нос большими чёрными очками, ведь по прогнозу, день обещает быть солнечным. Окинув двор нечитаемым взглядом и выцепив до боли знакомое лицо, он сразу же направился к автомобилю. Буквально в нескольких метрах от него стоял розовощёкий Пак, что, скрестив руки на груди, опирался бедром о бампер своего красного Lamborghini. На нём так же было пальто, яркого мандаринового цвета, что отлично сочеталось с его новым цветом волос, и тёмные очки на пол лица, вот только в отличие от Хосока, рыжий светился лучезарной улыбкой, которая, казалось, была способна растопить даже самые огромные глыбы льда. - Что-то ты больно радостный для такого раннего времени, - кидает Чон вместо приветствия. - Просто чувствую, что сегодня будет хороший день, - всё так же улыбаясь, отвечает Чимин, отталкиваясь от поверхности автомобиля и обходя его спереди, - запрыгивай давай, нам пора ехать, – кидает он последнее перед тем как его яркая макушка скрывается внутри салона, а до Хосока доносится звук закрывающейся двери. - Пф, - закатывает глаза тот, - ну что за пафос, – тихо негодует Чон себе под нос, но при этом тянется к дверной ручки и уже через пару секунд оказывается в машине. Внутри тепло, чисто и пахнет корицей и мандаринами. Хосоку нравится, но он ни за что в этом не признается, даже себе. - Так куда мы едем? – флегматично интересуется старший. - Увидишь, я придумал кое-что крутое, чем мы могли бы заняться, но туда довольно долго ехать, так что можешь пока вздремнуть, - ответил Чимин, заводя двигатель. - Понятия не имею, что ты задумал, но мне перестало нравиться ещё с момента подъёма в семь утра. - Я уверен, что тебе понравится, просто доверься мне, - убеждает Пак, ни капли, не сомневаясь в своих словах. - Ты просишь слишком многого, - цокает Чон, отворачиваясь к окну, на что рыжий ничего не отвечает, включая тихую, ненавязчивую мелодию на фон, путешествовать под музыку всегда приятнее. Они едут молча, думая о своём, а через некоторое время, сам того не замечая, Хосок начинает клевать носом, проваливаясь в лёгкую дрёму, и конечно же, уже не слышит, как музыка в автомобиле становится тише.

~~~

Проснулся Хосок от ярко светившего в глаза солнца и вкусного аромата кофе где-то под самым носом. Он медленно открыл глаза, сладко причмокнув губами напоследок. Слева на подлокотнике стояло два стакана ароматного напитка и небольшой пакет, на котором кое-где уже просвечивались пятнышки жира. - О, проснулся, крепко же ты спишь, - заметил Чимин. – Я купил нам кофе и пару сэндвичей, угощайся. - Где мы едем? – заинтересовано спросил Хосок, разглядывая незнакомые виды из окна, давно заметив, что колесят они определённо не по Сеулу. - Проезжали Дэгу и я решил заскочить за перекусом, – ответил Пак, не отвлекаясь от спиралевидной трассы со множеством машин. – Попробуй, - кивнул он на бумажный пакет, - в этом кафе отличные пироги. Хосок недоверчиво потянулся к еде, стараясь не выдавать свой явный интерес. Открыв небольшую коробку, он увидел кусочки различных тортов, что и в правду, выглядели аппетитно. Секунду поразмыслив, он поднёс их к носу, глубоко вдыхая аромат: - Ореховый? – произнёс, вопросительно вскидывая брови. - Угу, крайний слева, ещё есть с солёной карамелью, коксовый и лимонный. – довольно улыбнулся Чимин, облизываясь, уже ощущая лёгкий привкус карамели, полотном оседающий на языке, и приятно освежающую ноту лимона, покалывающую и играющую со вкусовыми рецепторами. Хосок достал одноразовую деревянную ложку, отламывая первый кусочек от десерта и отправляя его в рот, моментально закатывая глаза от удовольствия. Свободная рука непроизвольно потянулась к стакану с кофе, чтобы запить сладость горьким напитком, создав при этом приятный баланс. - Надеюсь, ты в него не плюнул, - съязвил брюнет, недоверчиво косясь на стакан. - Конечно нет, я просто подсыпал туда слабительного и увёз тебя подальше от города, чтоб ты не смог сбежать, - максимально серьёзно произнёс Пак, на что получил удивлённый взгляд. – Расслабься, я буквально купил его за пять минут до того, как ты проснулся, - хохотнул парень, слыша презрительный фырк, всё же замечая боковым зрением, как старший делает глоток. - Откуда знаешь, что в этом кафе вкусно? Ты тут родился? Или часто бывал? – кинул Чон в перерывах между поглощением еды. - А, нет… - слегка потерялся Чимин, явно не ожидая такого вопроса. - Один мой знакомый жил в Дэгу, поэтому мне приходилось там бывать, вот и приметил это местечко, так я сам из Пусана. А ты? – попытался перевести стрелки рыжий. - Из Кванджу, - не задумываясь, ответил тот. – Почему жил? – резко выдал старший. - А? – удивлённо ойкнул Пак. - Твой знакомый, ты сказал, что он жил в Дэгу, почему в прошедшем? Он решил переехать? – всё никак не унимался Хосок. «- Да что это с ним, для человека, не имеющего эмоций, он слишком любопытен, - подумал Чимин». - А, да, теперь он живёт в Сеуле, - утвердительно кивнул Пак. – Правда, мы больше с ним не общаемся, не знаю, как так вышло, - легко пожал плечами парень, неосознанно поджимая губы, - похоже, иногда лучше держать людей на расстоянии, чтобы оставаться с ними близкими. - Ты что по этому правилу со всеми общаешься? – саркастично спросил Хосок, слегка подавшись вперёд, ехидно улыбаясь. «- Что за…? – возмутился Пак у себя в голове, но виду не подал. – На что этот парень намекает, и вообще какого хрена, это я должен выведать как можно больше информации о нём, а не наоборот». - О чём ты? – включая все свои актёрские умения, вскинулся Пак, невинно хлопая глазками. - Да так, неважно, забей, - быстро сдался брюнет, возвращаясь в обычное положение. – Какую музыку любишь слушать? – выдал он следующим, словно успев переключиться за секунду. - Не знаю, разную, это зависит от настроения, - оживился младший, задумываясь над вопросом, - но мне нравится инструментальная, под неё я чувствую себя живым. Иногда мне кажется, что автор видит мои мысли чётче, чем я сам, понимаешь? «- Не понимает, - проносится моментально в головах обоих». - Угу, - согласно кивает Хосок, - знаю, но лично меня инструментальная музыка не трогает, я её не понимаю. - Ты и не должен, - протестуя, поднимает указательный палец вверх Чимин, тыча в рядом сидящего, - музыка не нуждается в том, чтобы её понимали, она просто хочет, чтобы её слушали и чувствовали. Однажды кто-то сказал, что мы не видим лучшие моменты в нашей жизни, потому что проживаем их с закрытыми глазами, вот так же и с музыкой. - Не находишь это странным? – вопросительно изгибая брови, хмурится старший. – Она способна понять каждого, но при этом никогда не требует того же взамен, разве это справедливо? - Хм, не знаю, - вздыхает Пак, - думаю, этот как с Богом, когда у людей не остаётся ничего, они обращаются к кому-то свыше, в мольбах о помощи. Люди говорят в надежде быть понятыми, Вселенная слушает с желанием, чтобы ей верили. - Не слишком ли много чести для музыки, чтобы сравнивать её с Богом? – скептически прыскает Хосок, на что рыжий лишь улыбается краем губ. - Ты верующий? – скорее риторически интересуется Чимин. - Нет, - мотает головой в ответ. – Но ты чуть было не сравнил музыку с религией. - И я на самом деле так считаю, но благо, что ты не какой-то религиозный фанатик, грозящийся мне вечной варкой в горячем котле. – иронично замечает рыжий. – И всё же, раз с инструментальной ты не близок, какая тогда? -Энергичная, что-то вроде хип-хопа, но не всегда, - слегка помедлив ответил парень, - такая, под которую я могу поставить новый танец, - по итогу добавляет он. - Ты танцуешь? – ошарашено выпаливает Пак. - Тебя это так удивляет? – смеётся брюнет. - Немного… - теряется с ответом водитель, внимательно глядя на трассу, пальцами перебирая обивку кожаного руля. - Меня отдали в танцевальную школу ещё в самом детстве, маме всегда нравилось, как я двигаюсь, это было её идеей. По началу мне жутко не нравилось, было сложно и больно, а я был лишь ребёнком, велящим заниматься чем душе угодно, а не этим, но какое-то время спустя я втянулся, привык и мне даже понравилось, – спокойно вещал дальше Хосок. – Она умерла пять лет назад, а я так и не смог бросить это занятие, представляешь, настолько сильно привык, - слегка грустно замолкает он. А что сказать? Чимин поражён. Чимин очень сильно поражён, ведь никак не ожидал услышать таких откровений от Чон Хосока буквально никогда в жизни, не то что на первом «свидании». Он поражён настолько, что смог выдавить лишь жалкое: «Оу, мне очень жаль». А Хосок? Он и сам не знает, что на него нашло, что заставило так открыться перед почти незнакомым парнем и поделиться душещипательной историей, гложущей вот уже не первый день и даже не первый год. С Чимином было легко, с ним было спокойно, уютно и очень комфортно, что пугающим комом вертелось на языке. И теперь с ним ассоциировались мандариновый ароматизатор для салона и ореховый пирог. А ещё Чимин был как та музыка, которая не требовала, чтобы её понимали и если она и вправду является религией, то шестое марта официально станет днём, когда Хосок уверовал.

~~~

Проехав ещё около часа, машина с парнями наконец-то въехала на территорию Пусана, где в отличие от Чимина, Хосок ни раз ну бывал, поэтому он с интересом рассматривал все доступные из окна виды. - Не знал, что ты привезёшь нас в свой родной город, - отвлекается от созерцания Чон, поворачивая голову к водителю. - Я и сам об этом не думал, пока мне в голову не пришла одна идея, - отвечает рыжий. – Надеюсь, тебе понравится. Колеся по городским дорогам, где по бокам одни высотные здания сменяли другие, Чимин незаметно для брюнета, стал сбрасывать скорость, заворачивая в ворота, сделанные из проволоки, и тормозя на открытом парковочном месте. - Приехали, - оглашает Пак, глуша двигатель, и тянется к заднему сидению в поиске своей сумки, - вылезай, - добавляет, выходя из машины и ставя её на сигнализацию. Хосок молча кивает, следует примеру рыжего, захлопывая за собой дверь, и оглядывается по сторонам, щуря глаза из-за яркого солнечного света, от которого не спасали даже тёмные очки. - Ну и куда мы приехали? – интересуется брюнет, наблюдая в округе лишь небольшие яхты, однозначно не предназначенные для кругосветных путешествий. - Сейчас увидишь, пойдём, - кидает Чимин и направляется куда-то вперёд. Пройдя буквально двадцать метров, до Хосока вдруг долетает приятный солоноватый морской воздух и слышатся звонкие крики чаек где-то высоко над головой. Миновав ещё несколько поворотов, до парней донёсся звук рассекающихся о камни волн и вот тогда сомнениям не осталось места: Чимин привёз их на море! Солнце уже готовилось перевалить за полдень и начать близиться к горизонту, а небесный оттенок был идеально чистым голубым, то тут, то там украшенным дивными завитушками пышных облаков, что были похожи на барашек. И даже не смотря на столь раннюю весеннюю фазу, воздух был по-настоящему тёплым. Чимин шёл по деревянному причалу, минуя множество пришвартованных яхт, что различались своими размерами и цветами, в некоторых даже было несколько этажей, когда в остальных лишь один, а вариации названий, аккуратно выведенных с боку, возле кормы, варьировались от имён древнегреческих богов, несущих удачу, до названий созвездий, открытых в последнее десятилетие, но единственным неизменным фактором, объединяющим все эти лодки было то, что каждая из них стоила баснословных денег. - Чимин! – неожиданно выкрикнул какой-то светловолосый парень, высунувшийся из окна небольшой белой яхты, и принявшийся активно махать рукой, что было не обязательным, ведь он уже сумел привлечь к себе внимание. - Инхёк! – радостно воскликнул Чимин, направляясь к блондину, заранее раскрывая руки для объятий. Парень шустро выскочил из каюты, ловко перепрыгивая через бортик лодки и оказываясь на деревянном помосте. И в считанные секунды оказался заключённым в объятия рыжеволосого, что нежно гладил того по спине в дружеском жесте. - Сколько времени прошло, ЧимЧим, а ты как уехал в столицу, так и не вспоминаешь о нас совсем, мама вечно спрашивает о тебе, - по-доброму говорит Инхёк. - Ну не злись, сам знаешь, учёба вещь не лёгкая, - мило оправдывается Пак, улыбаясь. - Знаю я твою учёбу, учись, не учись – всё равно отличником будешь, - хмурит недоверчиво брови парень. - Кстати об этом, - вспоминает Чимин, разворачиваясь боком, чтобы теперь было видно и брюнета за его спиной, - это мой одногруппник – Чон Хосок, - смотрит старшему прямо в глаза, протягивая свою маленькую ладошку в его направлении, - а это, - переводит взгляд на блондина, - мой школьный друг – Хван Инхёк. Рад вас познакомить! - Приятно познакомиться, - учтиво кланяется Инхёк. - Взаимно, - симметрично сгибается Хосок. - Ещё раз спасибо, что согласился мне помочь, - нарушает тишину приветствия Чимин. - Признаться честно, был очень удивлён твоему звонку, ещё и с такой просьбой, но как бы я смог отказать давнему другу? – всё так же лучезарно улыбается блондин. – Поэтому прошу, пойдёмте, - добавляет тот, кивая в сторону яхты и удаляется, так же ловко перепрыгивая через борт, как и минутами ранее, на что Хосок лишь вопросительно выгибает бровь, уставляясь на Чимина. - Как я уже упоминал ранее, мне в голову пришла отличная идея для свидания, для которой мне понадобилась помощь друга, а точнее, его лодка, - растягивая губы в улыбке, объяснял Пак. – Я хочу, чтобы мы с тобой вышли в открытое море на ней сегодня, – после этих слов глаза Хосока округлились до ненормальных для корейца размеров, он определённо и точно такого не ожидал, уж явно не от Пак Чимина.

~~~

Чимин никогда в жизни не боялся воды, это было попросту невозможно, живя в Пусане. Он с самого детства любил проводить свободное время, наблюдая за бескрайним пространством и голубым небом. Помнится, лет в шесть мама даже попыталась отдать сына в кружок плавания, но с этим у Пака как-то не задалось, а несколько лет назад дедушка Инхёка подарил тому свою лодку на день рождения и вот с того момента парни стали часто выходить вместе в море, рассекая кормой встречные волны. Чимин никогда в жизни не боялся чужого мнения, ему было всё равно, что о нём говорят другие люди, как за спиной, так и публично. Он давно принял тот факт, что нравиться всем не получится, как бы сильно ты не старался. И уж точно, Чимин никогда в жизни не боялся ходить на свидания. Но вот он здесь и сейчас, с потеющими от нервов ладошками, находящийся на лодке в открытом море, на свидании с человеком, которого знать не знает, и вроде бы его мнение Пака тоже волновать не должно, но по каким-то непонятным для его мозга причин, оно волнует. - Я подумал, что мы могли бы немного порыбачить, а после приготовить из нашего улова ужин, - озвучивает свою мысль Чимин, смотря на Хосока взглядом, ждущим одобрения, и он его получает. - А ты, я смотрю, подготовился. Отлично придумано, Пак, надеюсь, что мы не останемся сегодня без ужина, - кивнул Чон, в попытке улыбнуться. Сказать, что у Чимина словно от сердца отлегло – ничего не сказать, он правда переживал на этот счёт, ведь рыбалка дело не для всех и чёрт его знает, в какую группу входит Чон. Рыжий подал сигнал своему другу, что сегодня находился за штурвалом в капитанской кабинке, отгороженной стеклом от всего мира. Тот моментально заметив знак, выключил двигатель лодки, выравнивая яхту на воде, и захватив с собой пару удочек, вышел на палубу. - Вот, держите ваше сегодняшнее орудие, надеюсь, Чимин-и, ты ещё не забыл, как это делается в своей столице, - ободряюще похлопал по плечу блондин. – Если вдруг понадобится помощь – вы знаете, где меня найти. - Чисто для твоего сведения, я раньше этим не занимался, поэтому понятия не имею как это делается, - изрекает Хосок, увлечённо рассматривая удочку в своих руках. - Тебе повезло, что у тебя есть я, - широко улыбнулся Чимин, подходя ближе. – И для начала тебе стоит перестать ей так вертеть, иначе кто-то сегодня останется не только без ужина, но и без глаза. – Хосок лишь понимающе хмыкнул. - Что дальше, кэп? – иронично спросил он с едкой ухмылкой на тонких губах. - Смотри, тебе нужно взять наживку, - начинает демонстрацию Пак, указывая пальцем на небольшую зелёную коробочку, в которой когда-то было кофе. И Хосок доверчиво наклоняет голову, в попытке высмотреть наживку, но видит только: - Фу, это что черви? – брезгливо морщится он. – Ещё и живые, боже, да они двигаются, - удивлённо вскидывается парень, что заставляет Чимина беззлобно захихикать. - А на что ты думал ловят рыбу? – с издёвкой наклоняет голову набок. – Им твои свитера от Louis Vuitton не интересны, – а Хосок лишь закатывает глаза. - Я не буду трогать это, - выделяет последнее слово. - Ой да ладно, неженка, ничего с тобой не случится, - цокает языком рыжий, ставя баночку на стол, и показушно достаёт из неё длинного червяка, ловким движением руки насаживая того на крючок. И всё-таки, талант не пропьёшь. Тяжело вздыхая, брюнет так же пытается повторить данный трюк, сведя при этом контакт с живностью до минимума. Он запускает крючок в банку, придерживая тот за самый край двумя пальцами, отчаянно пытаясь зацепить хоть одного бедолагу. Кряхтит, язык закусывает, временами морщится, но о помощи не просит и не зря, ведь в результате: - Получилось, - победно восклицает он, доставая из банки довольно жирный экземпляр. - Ты всех насекомых боишься или у тебя только черви в немилости? – интересуется Пак. - Меня раздражает всё, что маленькое, противное и имеет лапки, - перечисляет старший. - Раздражает или пугает? – как в воду глядит прям. - Ладно, твоя взяла, да, я боюсь насекомых, – картинно закатывает глаза Чон. - Ничего, это нормально, каждый чего-то боится, будь то старость и смерть, либо же маленькие ползучие гады, - понимающе кивает Пак, отворачиваясь к морю. Несколько секундная тишина заливает палубу, как вдруг: - А ты? – звучит от Хосока. - Что? – не понимает второй. - Чего боишься ты? – уточняет брюнет. «- Не успеть, - светится неоновым табличка в голове». - Хм, не знаю, никогда об этом не думал, но я обещаю, что подумаю и дам тебе ответ в следующий раз, - поворачивается обратно, пытаясь выдавить пародию на улыбку парень. - Не думаю, что это ещё будет мне интересно, - фыркает Хосок. - И всё же, - легко ведёт плечом Пак. – Теперь тебе нужно хорошо замахнуться и закинуть крючок подальше, только сперва немного раскрути катушку, - как ни в чём не бывало продолжает обучение рыжий. И Хосок выполняет, усердно повторяя за Паком, ослабляет леску, высвобождая пару метров, а после заносит удочку к плечу и резко подаётся вперёд, закидывая наживку в море. - Молодец, ты отлично справляешься, как для новичка, - хвалит Чимин. - Признаю, у меня хороший учитель, - улыбается в ответ Хосок и Пак на секунду зависает, ведь эта улыбка не похожа ни на одну другую, что были раньше, она выглядит… настоящей. - У тебя красивая улыбка, - замечает вслух, - но почему ты так редко улыбаешься? - Жизнь не особо балует меня поводами для неё, - моментально мрачнеет брюнет, - и бога ради, прекрати быть таким обходительным со всеми. Чимин явно пропускает вторую часть сказанного мимо ушей: - Знаешь, и всё же, даже если временами тебе кажется, что жизнь к тебе не справедлива – улыбнись настолько ярко, как только сможешь, покажи ей, что тебя так просто не пронять, скажи: «- Смотри, сучка, я всё ещё здесь и всё ещё улыбаюсь!» Никто не в праве воровать твою улыбку, помни это. - Ну вот снова, перестань быть милым, чтобы понравиться другим, - пытается защититься Чон. - Я и не пытаюсь, просто говорю то, что думаю. Хоть эту роскошь я в праве себе позволить, - звучит так обречённо. - О чём это ты? – спрашивает старший. - Да так, неважно… Смотри, у тебя клюёт! – ловко переводит тему рыжий, указывая пальцем на дёргающийся поплавок. – Скорей вытаскивай! Парни в момент оказываются возле бортика, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь толщу воды. Разгорячённый Хосок хватает удочку в руки, активно наматывая леску на катушку, стараясь удерживать и улов, и равновесие в руках, что у него почти получается, если бы не: - Господи боже, - ревёт раненным тюленем Чон, встречаясь задницей с дощатым полом, ведь прыткая рыба соскочила с крючка в самый последний момент, врезаясь в лицо Хосока и пугая того до смерти. – Какая мерзость, она такая слизкая, - чуть ли не плачет парень, вытирая лицо рукавом свитера, и вражески поглядывая на бедную рыбу, вероятно получившую не меньший стресс, нервно дёргающуюся в паре метров от парня, конвульсивно глотая последние капли воздуха. Чимин старался изо всех сил, он правда пытался не смеяться, но щёки предательски покраснели от сдерживания рвущегося наружу хохота. Три, два, один… Пак взрывается, сгибаясь пополам и держась руками за живот. Его глаза стали настолько маленькими, что казалось перестали что-либо видеть, а в уголках проступили слёзы. - Смейся-смейся, зато у меня сегодня будет ужин, в отличии от кое-кого, - обиженно пробубнил Хосок. - Сдаюсь, - поднял руки в примирительном жесте, подходя к пострадавшему, - давай помогу, - ладонь протягивает и в глаза смотрит. А Хосок молчит, взгляд с лица на руку переводит, думает секунду и свою в ответ протягивает.

~~~

Возможно вы удивитесь, но рыбы они таки наловили. Через боль, страдания и причитания Чона, пару безвозвратно утерянных экземпляров, не вовремя снятых с крючка, и несколько сердечных приступов выше упомянутого, ведь черви мерзкие, рыба скользкая и вообще, чем он тут такой красивый занимается. Как только количество улова было достаточным, чтобы накормить трёх взрослых людей, парни отправились на небольшую кухню, по другую сторону от каюты со штурвалом. - Думаю, просить тебя почистить рыбу будет бесполезно, ведь тогда есть мы будем послезавтра, так что этим займусь я, а ты пока почисти все овощи и нарежь кубиками, - скомандовал процессом Пак, завязывая фартук за спиной. Немного трудностей, множество стараний, один слегка потрёпанный Чимин и ужин, приготовленный общими усилиям. На небольшом свободном участке палубы парни поставили маленький столик для двоих и пару белых деревянных стульев. Хосок занялся сервировкой, расставляя на непонятно откуда взявшейся белоснежной скатерти тарелки и раскладывая рядом столовые приборы. К моменту как всё уже было готово, Чимин вернулся на палубу, неся в руках бутылку спиртного и два изящных бокала. - Рыба с белым вином намного вкуснее, - сказал он, откупоривая горлышко. - Поверь, если рыба будет не вкусной, то тебе не удастся скрыть это даже самым лучшим вином, - усмехнулся Хосок, в ответ получая самоуверенный смешок. - Тебе понравится, я уверен, - утверждает без сомнений, разливая жидкость по бокалам. - Это мы сейчас и посмотрим, - кивает сам себе Чон, отрезая небольшой кусочек и с осторожностью кладя его в рот. А Чимин наблюдает. Внимательно смотрит как смыкаются тонкие губы, а веки слегка прикрываются для лучшего ощущения вкуса. Парень начинает жевать еду, постепенно сменяя выражение лица с недоверия на удовлетворение, после чего заметно расслабляется, расплываясь в блаженной улыбке. - Я же говорил, - выдыхает Чимин. - С чего ты взял, что мне понравилось? – подымает бровь. - Да ты чуть-ли не стонешь от удовольствия, какие тут ещё могут быть сомнения. - Ладно, рыжий, твоя взяла, - признает Хосок. - Выпьем? – спрашивает Чимин, вытирая рот салфеткой, и тянет свои пухленькие пальчики к ножке бокала. - Давай, за что? – интересуется брюнет, поднимая руку. - Может за что-нибудь вроде знакомства? – голову набок склоняет и в глаза смотрит, ожидая ответа. За коротким кивком следует мягкий звон стекла и несколько секундная тишина, прерываемая лишь тихими звуками льющейся жидкости. - Если бы у тебя была возможность поехать куда-угодно прямо сейчас, какую страну ты бы выбрал? – спрашивает старший. - Хм…, наверное, Францию. Всегда хотелось побывать в Париже, - отвечает рыжий, помедлив. – Но думаю, осенью там ещё более красиво, чем весной. А ты? - Не знаю, куда-нибудь далеко-далеко, к океану или же в горы, где красиво и чувствуется свобода, - мечтательно произнёс он. - Звучит прекрасно, прямо как Испания, - озаряется Чимин, а Хосок в удивлении распахивает глаза. - А ведь знаешь, я думал об этой мысли сотни раз, если не больше, но при этом, никогда не давал ей названия, а ты только что взял и собрал всё воедино, указав ему нужное место, - едва слышно, на выдохе, шепчет Чон. – Неужели ты и с людьми так умеешь? – улыбается совсем слабо, одними лишь уголками губ. - Просто это было первое, что пришло мне в голову, - смущённо бормочет в ответ Чимин, а Хосок начинает искриться ещё сильнее и в этот момент Паку кажется, что в глазах напротив, где-то совершенно глубоко и скрытно, начал трещать лёд, просачивая воду на поверхность. И эта мысль становится почти навязчивой, пока он едет по ночной трассе обратно в Сеул, временами поглядывая на сопящего рядом Хосока, закутавшегося в мягкий шоколадный плед. Неужели даже самые холодные и непоколебимые души когда-то бывают уязвимыми. Нежели те, кто громче всех отрицает свою нужду в любви и заботе нуждаются в них больше всех остальных. И неужели тот, у кого нет сердца, способен бояться насекомых и мечтать побывать в Испании, способен мыслить так мудро и улыбаться так искренне. - Спи спокойно, теперь есть кому о тебе позаботиться, - тихо шепчет Чимин в ночную бескрайность, растворяя слова, словно сахарную вату, и лишь вечные звёзды становятся их свидетелями.