Первый второй шанс

— Не думаю, что Кристофер будет рад твоему решению, — Кристина перелистывала на планшете план с новым расположением картин, с каждым слайдом все сильнее хмуря брови. Мужское имя, так обыденно слетевшее с ее губ, вызывало глухое раздражение, но Максимилиан лишь поудобнее устроился в кожаном кресле, подписывая акт приема-передач объекта, кратко поясняя Оливии каждый непонятный ей пункт. Его работу здесь можно считать оконченной, но покидать общество омег не торопился. Грегор был вынужден уйти на городской совет, предварительно попросив друга развести дам по домам. Идея была великолепной во всех отношениях. Включая недовольное лицо Хейл, которая неудачно пыталась оспорить решение альф. — Думаешь? Но так ведь будет смотреться более утонченно, — оттачивания мастерства сквозь года… — И покупатели будут думать, что ранние картины недостойны внимания, — перебила подругу девушка, внося корректировки в проект. — Думаю, будет лучше придерживаться варианта «Времен года», как и было задумано первоначально. Соответствующую музыку в каждый зал и декор подчеркнут атмосферу. С компанией по поводу оформления нужно будет повторно связаться завтра и утвердить список закупок, иначе потом будем сами ночами осенние листья и магнолию лепить. Светловолосая омега лишь кивнула в ответ, больше не оспаривая расположение полотен художника, выставка которых станет и днем открытия галереи. «Мерет» задумывалось как место, в которой люди искусства смогут показать и монетизировать свой труд, стать частью истории, которую будут проносить сквозь годы. Детище Оливии и ее первый во всех смыслах ребенок. Макс мог понять ее одержимость этим местом — сам любил холдинг и стремился его развивать всеми возможными способами. А здесь удалось совместить приятное с полезным — другу помочь, денег заработать и стать героем в глазах семейства Мейс, реализуя все фантазии творческой женщины. — Ты все также не хочешь стать управляющей? — перевела тему жена друга, ставя очередную подпись в указанном месте. Боррель в удивлении приподнял брови. То, что его бывшая любовница больше не обслуживала посетителей в кафе средней паршивости было понятно — Оли представила ее как фотографа. И даже ее нахождение здесь можно было с натяжкой, но понять — помощь подруге в крупном проекте, а видение выставки художника личным знакомством. Но ее — управляющей? Эту маленькую хрупкую омежку, которая даже посмотреть в его сторону не может? Возможно зайка и отрастила коготки и обзавелась неплохим тылом в виде неизвестного ему альфы, но подобные места только с виду были легкими и понятными в управлении, тая в тени множество противостояний и споров. Тут не каждый альфа выдержит удар, куда уж этой малышке, что даже голос повышает только в крайне редких случаях. — А спать мне когда? И так на студии постоянно или с Кристофом. Если я еще и «Меретом» займусь, Маркус в какой-то момент соберет вещи и уйдет, — хмуро причитала Хейл, откладывая в сторону планшет. «Так есть еще и Маркус» — внутренний злобно шипел, разгоняя кровь по венам. Чисто технически, их уже ничего не связывало — прошлые отношения закончились грязной, но точкой, да и посторонний запах, навсегда въевшийся в память, сопровождал ее повсюду. Едва уловимый и исходил от ее левого запястья и можно даже было подумать на брачную метку, но Грегор сказал, что она не замужем. Неужели столько лет просто сожительствовали? Или она чья-то любовница? Верность паре была негласным правилом, но нередко нарушалась в поисках новых ощущений или неукротимым желанием встретить своего избранного. Подобные мысли только сильнее злили. Секундное злорадство испарилось, пробуждая знакомого зверя. Ревновать рыжую стерву не хотелось, но взять чувства под контроль было тяжелее, чем предполагалось. И от того злость в сторону Кристины только росла, заставляя руки сжиматься в кулаки, а сердце гулко биться где-то в глотке, желая крови. Желательно неизвестных Маркуса и Кристофера, которым принадлежит ее время. — Обижается, что ты много работаешь? — участливо поинтересовалась владелица галереи, распуская давно развалившийся пучок, чудом державшийся на резинке и парочке шпилек. Запах помеченной омеги был неизменным только для своего альфы или истинной пары, в то время как для окружающих это была причудливая смесь из ароматов супружеской пары, которая не вызывала желания вне периода течек, когда природа ведомой становилась сильнее любых меток. Вот и сейчас, причудливая сладкая смесь с холодком была приятна носу, но не вызывала никакой ответной реакции. Да и смотреть на жену лучшего друга вне определенных рамок было определенно плохим тоном. — Нет, ведь мои выходные и практически все вечера принадлежат ему, да и он понимает, что мне нужно работать, — нежная улыбка тронула пухлые губы, из-за чего гневный рык едва не сорвался с губ. Но Хейл моментально уловила изменения в атмосфере, переводя взгляд на альфу. И снова напряжение и испуг в глазах, словно он проник на ее территорию и выведывал все возможные тайны, нагло копаясь в грязном белье. А Макс просто сидел и никого не трогал. Только ловил каждое ее слово, каждый вдох и мечтал сорвать это гребанное платье, которое закрывало ее тело от него. Кристина переплела пальцы в замок, скрывая дрожь и снова вернулась на рабочий лад. Вот только это от Оливии можно было скрыть срывающийся со спокойного тона голос или как она сильнее зажимается, стоит ему немного изменить позу или подать голос. Эта реакция была бесценной. Намного лучше холодного равнодушия и безразличия, которым он мог быть удостоен, а она старалась демонстрировать. Время за работой пролетело незаметно — солнечный свет уже сменилось искусственным освещением, а рабочие, попрощавшись, давно сбежали домой. — Дамы, предлагаю двигаться в сторону выхода, мне велено доставить вас по домам, — максимально добродушно произнес Боррель, отвлекая женщин от творческого процесса. Спорить никто не стал — папки и гаджеты быстро убирались в сумки и на полки, пальто при помощи мужчины надеты и под его контролем закрыты все двери и включена система охраны. Внедорожник послушно замигал фарами и встретил теплом в салоне, благодаря дистанционному запуску. Омеги устроились на заднем сидении, а в голове Макса как-то внезапно мелькнула мысль, что Крис укачивает на заднем сидении. Мужчина повернулся, собираясь предложить ей пересесть, но увидев настороженный взгляд карих глаз передумал. Захотела бы — села бы вперед. А так, раз решила мучиться от тошноты и головокружения, то это только ее выбор. Машина резко выехала с парковки. заставляя девушек удивленно вскрикнуть. Поток машин двигался медленно — вечерние пробки никто не отменял. Гул большого города, вопреки здравому смыслу, успокаивал. Маленькая скорость давала свои плоды — бледная кожа Хейл не приобретала мраморный или зеленоватый оттенок, и судя по активно ведущейся беседе, чувствовала себя комфортно. Может, уже и не укачивает? Или не укачивало никогда? Ночные огни неприятно били по уставшим глазам, но жаловаться было глупо — сам согласился. — Мисс Хейл, вы так и не сообщили, куда вас вести, — придерживаться вежливой манеры общения было необходимо не только из-за присутствия Оливии в машине, но и ради собственного комфорта. Другая и чужая, родная незнакомка, с которой в настоящем его ничего не связывало. Это было безопасно для нее. Ведь так меньше риск сорваться и реализовать все те темные мысли и желания, что возникли в голове в момент их встречи и отказывались покидать сознания. — О, я выйду вместе с Оли, не беспокойтесь, — альфа посмотрел на рыжую омегу через зеркало, замечая, как она стушевалась и вжалась в спинку сидения, явно не намереваясь обсуждать эту тему дальше. Только вот маленькая наверное забыла, что довольствоваться лишь частью — не в его стиле. — Вы сегодня останетесь на квартире у Мейсов? Не помню, чтобы Грегор мне жаловался на девичник в ночь четверга. Жена друга шпильку проигнорировать не смогла, сокрушаясь о тяжелом характере альф и необходимости посиделок «только девочками, что не сойти с ума рядом с вами». Кристина лишь качала, головой в знак поддержки, но в монолог подруги предпочитала не лезть. А рассуждения о пользе подобного рода отдыха продолжались и дальше, если бы не стандартная мелодия телефона, уведомляющая о входящем вызове. — Прошу прощения, — принимая звонок. пробормотала Хейл, переключая внимание на собеседника на том конце виртуального провода. — Привет, Кристофер. Я в пути и буду где-то через час. У вас все в порядке? — спокойный и ласковый тон пробирал до мурашек. Пальцы сильнее впились в кожаную обивку руля, Весь негатив хотелось вырвать из груди, потому что терпеть зуд в легких и когти ненужной и неожиданной ревности в планы не входило. Она давно не его омега, да и вряд ли когда-то ей была. Хватит и того, что он не убил ее сегодня. Больше безразличия она не заслужила. — Уснул? Тогда собери, пожалуйста, его вещи. И мне придется снова одолжить у тебя плед, — динамик старого смартфона работал слишком тихо, чтобы услышать ответ собеседник. А узнать, кто же там уснул очень хотелось. Котенок, собака? Помнится, Крис хотела завести домашнего питомца, но загруженный рабочий график не позволял им этого. За животным нужен был уход, внимание и время, а они работали как проклятые, посвящая свободные часы друг другу. — Думаю, тебе будет проще приехать и забрать их самому. Дома их штук пять или шесть уже. А ты знаешь, что я забываю про них, — а также про включенный утюг и не перекрытую перед уходом воду. Но кто вспоминает такие мелочи, правда? — Спасибо, дорогой. Чтобы я без тебя делала, — звонок завершился на слащавой ноте, а нежная улыбка не покидала пухлых губ. Раздражение с новой силой разрасталось в груди, а отсутствие движения на дорогах не отвлекало от фейерверка эмоций. — Мистер Боррель, не могли бы по возможности остановиться рядом с ближайшей станцией метро? — неожиданно обратилась в нему гостья из прошлого, застегивая пуговицы пальто. — Думала уехать от тебя, но если так пойдет и дальше, Маркус будет в своей кровати только к утру. А Криста планировал закончить картину сегодня, а не подрабатывать бесплатной няней. Значит, это не кошка или собака с хомяком. Кристина, мать ее, Хейл. Как может человек одной фразой заставлять ненавидеть себя все сильнее? — Кристофер обожает Марка, — уверенно парировала Мейс, явно не разделяя пессимизма подруги. — Да и в метро сейчас давка. Снесут и не заметишь. Давай сначала доедем до меня, а так уже будем решать проблемы по мере их поступления, — Кристина покачала головой, явно не соглашаясь со столь ненадежным планом. Переждать бурю в виде рабочего класса, спешащего домой, было логичным решением. — Крис, детка, ну не съест же он твоего сына за то, что приступит к своему шедевру на час позже! Тем более сам вызвался посидеть с ним. Значит, сын. Предполагать и знать, что бывшая любовница начала жизнь с чистого листа и находить этому подтверждения — разные вещи. А где же папаша отпрыска? Сбежал, не выдержав груза ответственности в виде грязных памперсов и бессонных ночей? А как же быть с посторонним запахом, тем же, который свидетельствовал о ее измене? Картинка в голове отказывалась складываться, разбиваясь словно пазлы из-за неправильной комбинации. Недостаток данных бесил. А узнать, наконец, что к чему, хотелось до скрипа зубов. Чтобы отпустить до конца, закрыть эту страницу и двигаться дальше. «Макс, нам надо поговорить. Это важно. Пожалуйста». — К чему беспокоиться, Оли? — свой хриплый от волнения голос Боррель вряд ли бы узнал, дай ему прослушать его в аудиоформате. — Вечер у меня свободен, и я могу помочь мисс Хейл с ее проблемой. Все же удобная машина явно лучше метро или такси в это время суток. Согласны со мной, красавицы?