Первый второй шанс

Из дремы вырывает тонкий аромат цитрусовой свежести. Тихое «ах» и осторожная поступить шагов. Альфа буквально слышал, как трепещет сердечко маленькой женщины и насколько поверхностно и часто она дышит. Макс не спешил открывать глаза, боясь спугнуть момент. Хейл осторожно присела напротив дивана, где мужчина с ребенком расположились для отдыха. Мужчина чуть усилил хватку на маленьком тельце сына, почувствовав как он начал ворочаться, видимо тоже учуяв аромат матери. — Я знаю, что ты не спишь, — голос чуть громче шепота заставил открыть глаза и рассмотреть омегу, устроившуюся на стуле. В мягком кашемировом свитере и темных джинсах она смотрелась в сто крат сексульней, чем все женщины, что прошли мимо него за все это время. Волосы собраны в неаккуратный пучок, и руки зачесались в желании распустить его. Но все, что бизнесмен смог себе позволить — это сильнее укутать в свой пиджак Маркуса, который снова успокоился в его объятьях. Разговаривать не хотелось. Вот так сидеть и наслаждаться этим сонным умиротворением, разглядывать искусанные пухлые губы и видеть в глазах ее смятение и недоумение. Максимилиан беззлобно усмехнулся. Как бы она не бравадилась, осталась все той же маленькой девочкой, которая до слез боится грома и любит чуть подтаявшее мороженое. — Привет, — он вторил ей по интонации, боялась повысить голос. Это сейчас она родная и уютная, но стоит сделать лишнее движение, как проснется разгневанная красавица, которая за своего ребенка порвет любого. — Отработали? Кристина покачала головой, не отрывая от него взгляда. Мужчина бы многое отдал, чтобы иметь возможность залезть к ней в голову и прослушать все ее мысли. — Как ты здесь оказался? Грег сказал, что Марк с его человеком, но я не думала… Он и сам о подобном не думал. Но поблагодарить друга за подобный подарок судьбы не забудет. Их ребенок сейчас находился в его руках, женщина, подарившая его, сидит рядом и не торопится начинать разборки. Мечтать сейчас о большем было эгоистично и опасно — мог и этот фантом исчезнуть. Им необходимо поговорить. Объясниться и по максимуму отпустить ситуацию. Время закалило характер и заставило понять, что сейчас практически все зависит от альфы. Начиная от регулярных встреч с малышом и заканчивая отношением его матери. От ответственности момента пересохло горло. Он так не ссал в начале своей карьеры, когда впервые выступал на большую публику, — Меня в каком-то плане можно назвать его человеком, — с легкой улыбкой отвечает Максимиан, поглаживая спину Маркуса. — Все же я частично спонсирую мэрию. Омега шутку оценила. Уголки полных губ чуть дернулись вверх, а глаза сощурились полумесяцем. И только сейчас он обратил внимание на легкую отечность и синеву под глазами — макияж местами поплыл из-за снега, оголяя светлую кожу. «Слепоглухой идиот» — обругать себя было недостаточно. Крис однозначно сильно уставала — содержать не только себя, но и ребенка — это дорого. Но рассуждать про ее трудности сейчас Макс не мог — малодушчинал. Он узнает. Обязательно выяснит как и в каких условиях проходила ее беременность, сколько часов в день она работает, чем и когда питается. Но для этого необходим доступ в их маленькую семью. — Марку пора просыпаться, иначе ночью будет трудно уложить, — но никто из них не двинулся с места. — Макс, зачем все это? Оставь нас в покое и живи дальше своей жизнью. Он, — она кивает в сторону сына, грустно улыбаясь, — все что у меня есть. — Кто тебе сказал, что я собираюсь забирать у тебя ребенка? — Абсурдность ситуации вызывала напряжение. Не стоит отрицать, Боррель мог. И закон будет на его стороне, что уж говорить о власти и влиянии. Кристина не идиотка, осознает все риски. Вот только он не планировал подобного варварства. В ее глазах альфа уже лжец и предатель, усугублять свою позицию в планах не было. Вопрос девушку явно удивил. Хейл нервно заправила рыжую прядь за маленькое ушко и прикусила губу. Мужчина выдохнул сквозь стиснутые зубы, призывая всю свою сдержанность, чтобы не опозориться перед бывшей стояком. Осторожно переложив Марка на диван, бизнесмен решил, что лучшим решением будет присесть около нее на корточки — в главенствующей позиции будет явно уютнее. Свою позицию стоит обозначить сразу. Чтобы дать ей время смириться и принять ситуацию. Так будет проще для них троих. — Крис, — выдохнул Боррель, видя как она слегка шарахается от него. — Я очень сильно облажался и осознаю это. И если ты думаешь, что мне хватит смелости забрать у тебя сына, то ошибаешься. Будь я таким отвратительным бульдозером, то сидели бы мы здесь? Но тебе придется смириться с моим участием в его жизни. Потому что это и мой ребенок тоже. А значит, что изменения коснутся и тебя. И будет это либо по хорошему, либо по плохому. – По-плохому? - омега нахмурилась и сжала маленькие пальчики в кулачки. Макс чувствовал, как в ней закипает негодование, но поделать с этим ничего не мог. – Считаешь, что имеешь право говорить подобное? Ее обида и горечь отзывались едкой горечью. Он бы и рад подчиниться, покорно склонить голову и отступить, только как она собирается справляться со всем одна? Даже наличие хороших друзей не избавляют от десятка проблем, которые однозначно уже имеются. Это только с виду она сильная и независимая, а на деле выбивается из сил. – Не имею, - спокойно подтвердил ее тираду мужчина, сжимая маленькие ладошки в своих. - Но выбора у нас с тобой нет. Маркусу будет нужна помощь. И будет лучше, если я для него буду не залетным дядей с улицы. Крайне неустойчивая позиция, но начать с чего-то стоило. Кристина попыталась вырвать руки из нежного, но твердого захвата, яростно сверкая глазами. Будь у нее возможность, однозначно перешла бы на крик, но позволить себе могла, подобно котенку, только шипение: – У нас и без твоего присутствия все прекрасно! Я ни разу не подтвердила, что Марк имеет к тебе хоть какое-то отношение! У него есть крестный отец, который прекрасно справится со всеми трудностями и при этом не будет мне скрыто угрожать. Есть друзья, тот же Грег, что всегда придет на помощь. Ты не нужен ни мне, ни моему сыну. Ее слова ранили. Не только потому, что были правдой. Хейл явно расширила свой круг знакомств, и больше не нуждалась в постоянной поддержки когда-то неустойчивой самооценки в придачу с отсутствием большого количества хороших людей в жизни. А сейчас свободная и красивая омега крутилась в тех же кругах, что и Макс без его непосредственного участия. Она не “женщина того альфы”, а успешная творческая личность, в чей прицел фотокамер мечтают попасть многие. Ее выставки пользуются фурором, график в студию расписан на месяцы вперед. Кристина сделала все, чтобы прыгнуть выше головы. И все ради маленького человечка, мирно сопящего в двух шагах от них. Вряд ли ее интересовали мужчины, хотя и утверждать это со стопроцентной вероятностью было нельзя. А вот альфы ею еще как. И вряд ли запах сына отпугивал мужиков. Особенно тех, кто общался с ней не только по работе. Ревность сейчас была лишней. Но поделать с ней Боррель ничего не мог. Он пока не полностью осознавал, что чувствует к ней, но явно что-то более глубокое и зрелое, чем банальное желание трахнуть красивую женщину. Он не смог забыть ее, несмотря на уверенность в предательстве, поэтому теперь, когда он знает правду, их совместное времяпрепровождение становилось опасным для омеги, что поставила цель вывести его из себя. – Не имеет отношения? Малышка, ты сейчас серьезно? - мягкий упрек во лжи вызвал легкий румянец, которым невозможно не умилиться. Сотканная из противоречий, Крис пыталась отстоять единоличное право на ребенка, и имела на это полное право. Только он давно не бестолковый молодняк, ведущийся на каждую провокацию. За эти дни он повзрослел сильнее, чем за последние пять лет, и это было болезненно для сознания. Словно не умеющего плавать выбросили посреди океана и указали направления, куда гребсти. Только выкинул он себя сам, когда в полной мере осознал, как напортачил. - Тут теста ДНК не нужно, Крис, и мы оба это прекрасно понимаем. Но если ты настаиваешь, то я могу через суд добиться назначение экспертизы… – Ты же сам только что говорил, что не собираешься забирать у меня сына! А теперь суд? Издеваешься? - Хейл явно на грани. И слезы в уголках глаз, прикушенная до крови нижняя губа, мурашки по телу и дрожь были явным тому подтверждением. В подобном состоянии ее видеть не хотелось, как и доводить до него. Каждое слово - хождение по минному полю. Так и думаешь - где рванет? – Я от своих слов не отказываюсь, Кристи, - Максимилиан старался изо всех сил сохранять спокойствие и передать его девушке. Истерика могла испортить любые возможные мосты, что возводились с титаническим усилием. Вряд ли она оценит его одержимость ими, если дойдет до крайностей. - Я просто хочу участвовать в жизни ребенка. Нашего ребенка, как бы ты не пыталась сейчас от меня откреститься, но в его создании я тоже принимал непосредственное участие, - воспоминания об их совместных ночах - и не только - трепещущим теплом пронеслось по телу, словно стремясь оживить давно прошедшие моменты. - Я хочу быть тем, на кого наш сын сможет положиться. Хочу, чтобы ты могла быть уверена, что рядом с ним есть тот, кто сможет позаботиться и принять в любое время. Я не отрицаю своей вины, маленькая, но и мучаться чувством вины скуля в углу не собираюсь. И только от тебя зависит, насколько безболезненно для всех нас это пройдет. Кристина хотела ответить. Возможно, грубо или колко, с явным намерением послать его запоздалый родительский инстинкт и раскаяние куда подальше. Но не успела. Марк закряхтел, выпутываясь из большого для него пиджака, привлекая внимания спорящих родителей. Сонные глаза рассеянно осматривали помещение. Малыш хмурился, пытаясь осознать происходящее и вспоминая, как здесь оказался. Совсем как Крис, которой всегда требовалось время после сна, чтобы “раскачаться и загрузиться”. – Мама! Ты уже тут! - хриплый после сна голос звучал лучше любой мелодии. Боррель в который раз восхитился Кристиной - от слез и любых следов негатива их разговора не осталось ни следа. Омега мягко улыбнулась сыну, осторожно освободилась от рук мужчины и плавно поднялась со стула, подошла к маленькому альфе и крепко обняла его, зарывшись носом в темные волосы. Макс снова почувствовал укол ревности. Картина перед его глазами смотрелась очень гармонично - воркующая над еще сонным ребенком Кристи, который ловил каждое ее слово. Мальчик не был обделен материнской любовью, но явно тосковал по ней. И это придало еще большей уверенности в своих поступках. Боррель снова вызвался отвезти маленькую семью домой. Возмущение Хейл потонули в снегопаде и восторге Маркуса от большой машины. Малыш словно и не ощущал недосказанности и напряжения между взрослыми, расспрашивая про характеристики автомобиля, пока они петляли по предпраздничным пробкам. Разговор с Марком был легким и безумно подрящим. Даже Кристина была вынуждена принять участие в их беседе, что плавно перетекла на более свободные темы. И только облегченный выдох, когда Макс припарковался около их дома, был доказательством того, что ей было неуютно. Мужчина помог сыну выбраться из высокой машины, и подал руку омеге, проявляя вежливость и усмиряя внутренних бесов, что стремились быть ближе к ней. – Крис, - девушка застыла испуганным кроликом, словно ожидая приговора. - Мы продолжим наш разговор после праздником. У тебя будет время все хорошенько обдумать. И принять верное для всех нас решение.