Не в коньяке ведь дело

      Как же тяжело просыпаться, когда уснул на пять часов позже привычного. Это же даже словами не передать. Чжунли сонно потирает глаза, пытаясь смириться с тем, что голова как минимум полдня будет тяжёлая. Однако, есть кое-что, скрашивающее столь тяжёлое пробуждение.       Чжунли поворачивает голову: место в кровати рядом пустует, но зато если прислушаться, можно уловить шум на кухне. И от этого под рёбрами теплеет. Провалявшись ещё пару минут, Чжунли поднимается, переодевается в домашнее и выходит. С кухни доносится шелест и стук, а ещё какая-то песня, явно поставленная на телефоне.       Чжунли бесшумно подходит, опирается о косяк и улыбается представшей картине. У плиты стоит Эфир и помешивает в сковородке явно яичницу, рядом ворчит кофеварка – приятно, что он со всем разобрался сам и не постеснялся начать готовить. Рядом с ним лежит телефон, из которого тихо доносится песня, Эфир слегка качает головой в такт и беззвучно подпевает.       Do you have enough love in your heart       To go and get your hands dirty?       It isn't that much, but it's a good start       So go and get your hands dirty       Эфир вдруг фыркает и легонько стучит себе ручкой лопатки по лбу:       – Эфир, ты похотливый ублюдок, – бормочет он, и Чжунли прыскает.       Эфир тут же дёргается, мгновенно ставит музыку на паузу и оборачивается: на щеках румянец, во взгляде лёгкий испуг и смущение. Ну до чего же мило.       – Доброе утро, – смущённо улыбается он. – Я… завтрак делаю. Кофе?