El Omega Real chapter 2

***

Это были ученики, которые были в том месте, ученики, которые собрали воедино всю информацию, которая была в храме. Что с ними случилось? Джихун не мог найти ответа среди вещей в той комнате, он провел день, пытаясь что-то выяснить, что бы это ни было, но был занят только старыми саванами и планами Пледис, в которых места были указаны как важные или опасные. В бумагах, разбросанных по полу, содержалась неполная информация. Джихун вздохнул, позволив себе упасть и уставившись на огонь в фонаре. Он думал о Джонхане, о мальчиках и о амулете, которого он все еще не мог найти, и дело в том, что он как будто внезапно исчез, исчез от мгновения к мгновению, как будто его никогда и не было, но воспоминание было рядом, и настойчивое желание взять его за грудь тоже. Джихун никогда не испытывал такого сильного желания крепко обнять его. Он услышал, как открылась дверь, и не обернулся, он легко мог определить по его запаху и по тому факту, что ждал его большую часть дня. Он дал ему время подойти ближе, и когда он сел рядом с ним, его разум атаковал его тысячей и одним словом, которые он пытался прояснить. Он глубоко вдохнул аромат ванили и опустил взгляд, не зная, что сказать. Он позвал его своим запахом, и теперь, когда Джонхан ответил на него, он так боялся говорить, что это было смешно. — Ты нашел что-нибудь полезное? — спросил Джонхан, — или я просто зря потратил время? Отвечай честно, или я тебя пну. — Я думаю, что то, чего я не нашел, более полезно, — ответил он, глубоко вздохнув. — Я не думаю, что ты зря потратил время. — Я серьезно собираюсь тебя пнуть, — пошутил Джонхан. — Ты все еще думаешь, что я только доставил Джуну, Дино и себе неприятности? — Я думаю, ты мог хотя бы предупредить нас, — наконец он посмотрел на омегу. — Мы помогаем друг другу, Джонхан. — У меня был этот разговор с Минхао, я не думаю, что он будет с тобой. — И хотя его голос был серьезным, Джонхан не переставал улыбаться. Его ноги были подобраны руками, а голова погрузилась в них, такая милая, что казалась нереальной легкой. — Я ничего не сказал, потому что и так доставил много неприятностей. Я не хотел причинять больше... и в итоге причинил больше. Я — настоящая ходячая проблема. — Ты не проблема. — Уджи, есть вещи, которые мы должны принять, — Джонхан на секунду засмеялся, а затем закрыл глаза. — Я не собираюсь отступать от того, что делаю. Это важно для меня. — Тебе не нужно ничего доказывать. — Тогда почему они не доверяют? Вы говорите, что мне не нужно ничего доказывать, но все еще сомневаетесь, что я могу помочь... Я просто хочу, чтобы вы доверяли мне, мне даже не нужно, чтобы вы это делали, но я хочу этого. — С... — Я серьезно собираюсь тебя пнуть, — снова пригрозил Джонхан, и Джихун вздохнул. — Я не хочу слышать, как ты лжешь, мы и так слишком много лжем, чтобы продолжать это делать. Уджи отвел взгляд, вспомнив Сынчоля. Он плохо разбирался в чувствах, пытался быть честным, пытался быть добрым и пытался понимать, но когда его эмоции накапливались — мама не горюй. Если бы он был немного больше похож на Сынчоля, тогда он мог бы говорить, мог бы понять другого человека. Но нет. Он вспомнил слова Вернона и почувствовал себя хуже. Он заговорил один раз и все испортил, он начал говорить еще немного и ничего не исправил. И теперь ему становилось только хуже. — Скажи мне, что ты хочешь услышать, — напрямую спросил он. — Это так не работает. — Я не знаю, как, черт возьми, это работает. — Он тяжело вздохнул, глядя на лампу. — Я сказал то, чего не должен был говорить и о чем даже не думаю, я сказал то, что думаю, но не знаю, правильно ли это, и я сказал то, о чем сожалею, но в то же время я думаю, что лучше было бы сказать по-другому. Я не знаю, что, черт возьми, сказать. — Почему ты становишься ни рыбой, ни мясом, когда меня чуть ли не отмечают? Джихун сжал губы, конечно, это не было забыто, он знал это, и если потратить больше времени впустую, это только навредит им обоим, так что лучше было сказать что-то, даже если его сердце отчаянно билось и он все еще не мог найти спасательный круг. — У меня нет оправдания. Я был идиотом. Но я не думаю, что... — признался он. — Я действительно не думаю, что ты позволишь кому-то пометить тебя... Джонхан кивнул, отводя взгляд. Аромат ванили все еще присутствовал, такой же присутствующий, как и его собственный, вытесняя запах старья, который был в этой комнате. — Я не собираюсь тебя прощать. Пока, — сказал Джонхан, — но я не буду подвергать других опасности, я знаю, что ты злишься на меня за то, что я подверг опасности Джуна и Дино. — Я не злюсь. — Я тоже. Между ними возникло долгое молчание, настолько неловкое, что Уджи пришлось сделать глубокий вдох, а затем выпустить воздух. Что еще сказать? Сказать из-за чего он расстраивался и ревновал по глупой причине? Или что он чувствовал страх и неуверенность по другой глупой причине? Из двух проблем ни одна, казалось, не имела решения. Он спрятал лицо в руках, не зная, что делать или говорить. Должен ли он извиниться? Джихун еще не решил ни одной проблемы, чтобы иметь право извиниться, хотя он хотел это сделать... Но если он хотел извиниться... Его живот дернулся, как будто он хотел выплюнуть эти слова. Он не должен был этого делать, Джонхан не был обязан давать ему прощение, если Джонхан решил не прощать его, что еще он мог сделать? Его руки были пусты, и он понятия не имел, где находится амулет. Джихун не имел права извиняться за то, что сказал, он не... Джонхан кашлянул, прикрыв рот и нос. — Ты в порядке? — спросил он. — Я ненавижу этот луговый аромат, мне не нравится, что он исходит из тебя. — Пробормотал Джонхан. — Я ведь не чужой... — Мой запах? — Нет, это не твой запах, твой клубничный аромат, луг... я даже не знаю, что это такое, но он не твой. Откуда именно исходил аромат луга? Он несколько секунд смотрел на Джонхана, пока тот жаловался и пытался избавиться от запаха. Он никогда не сосредотачивался на своем запахе, и каждый раз, когда Сынгван говорил ему, чтобы он использовал его в своих интересах, на самом деле было простой удачей, потому что он не был в состоянии контролировать его. Как? Если он настолько сосредоточился на своих словах, что упустил из виду другие детали, такие как его поза и запах, то именно поэтому он приложил столько усилий, чтобы понять слова Сынчоля. Он протянул руку, чтобы взять руку Джонхана, и подержал ее между пальцами, пытаясь вернуть клубничный аромат, пытаясь успокоиться и освоиться с омегой. Джонхан посмотрел на него с такой грустью, что сразу отпустил. — Я еще не умею обращаться с феромонами. — Уточнил он. — Почему от тебя сейчас пахнет лугом? Уджи... несмотря ни на что, я все еще твоя омега, тебе не нужно относиться ко мне как к незнакомцу. — Я не отношусь к тебе как к незнакомцу. — Тогда почему от тебя не пахнет клубникой? — Джонхан обеспокоенно посмотрел на него. — Что бы ни заставляло тебя источать аромат луга... тебе не обязательно делать это со мной... Уджи... Его сердце било так сильно, что он чувствовал, как оно чуть не выскочило из груди. Рука Джихуна легла на щеку омеги, и он на несколько секунд просто смотрел на Джонхана, окруженного ароматом ванили, который наполнил его горло сладким запахом. Если бы Джихун мог контролировать свой аромат, он использовал бы аромат клубники только с Джонханом, а не с другими, потому что омега казалась такой опечаленной учиненным, что его жалоба дошла до сердца Джихуна. Но контроль над ситуацией был недостижим. В тот момент единственное, что он хотел сделать, — извиниться. И потому он не мог больше молчать. — Я сожалею о своих словах раньше, — признался он, но не был уверен, понял ли его Джонхан, показав очаровательную улыбку. Джихун хотел его утешить. — Ты считаешь, что извинения так просто помогут? — спросил Джонхан, но Джихун не отступал. — Нет, но я боялся твоей реакции, и теперь я это понимаю, — признался он откровенно. — Если я продолжу уклоняться от правды, мне будет еще хуже, слова, о которых я думаю и чувствую, разнятся настолько, что я сбит с толку. — Ты имеешь в виду слова, которые ты думаешь и чувствуешь? Мой брат что-то об этом говорил тебе? — Джонхан слегка пошутил, а затем нежно поцеловал Джихуна. — Интересно, что я, должно быть, более сложная личность, более суровая, и я должен сказать тебе, что одно "прости" ничего не исправит. Хоть я и не должен прощать тебя так легко, но иногда кажется, что мне это необходимо, слова могут причинять боль, но и приносить облегчение. Мне нужно спросить у тебя, что тебя побудило сказать это? Долгое молчание наступило, так как у Джихуна не было ответа. Наконец, он отстранился и глубоко вздохнул. — Я хотел это сделать, — ответил он. Джонхан удивленно открыл глаза, и Джихуну пришлось прояснить ситуацию. — Я хотел пометить тебя, когда ты попросил этого, я думал об этом, хотя понимал, что это не лучшее решение. Ты попросил, и мы не знали, что произойдет. Джонхан задумался над этим, пытаясь понять ситуацию. Они оба неосторожно поступили в тот вечер, и столкнулись с большими проблемами. Если бы Джихун продолжил в том же духе, возможно, обоим было бы плохо. Отношения между альфой и омегой всегда были сложными, и Джихуну предстояло выйти из этой ситуации. — Я давлю на тебя? — пошутил Джонхан, стремясь разрядить ситуацию. — Возможно, я сожалею о том, что попросил этого тебя, хотя я предпочел бы не требовать ничего взамен... извини. Мне кажется, я не такой щедрый, как думаю. — Ты же попросил об этом у Джису, — он наконец упомянул об этом событии, не скрывая своего беспокойства. — В ту ночь. Улыбка Джонхана исчезла, как только он услышал это имя. Он поднял глаза и отвернулся. — Да, я сделал это, — ответил он. — Но я не просил его пометить меня... по крайней мере, не в ту ночь. Я просто... Казалось, ты отверг меня, и моя голова закружилась, словно в кошмаре. — Ты буквально просил его об этом. — Не так все было. Это было почти как дежавю... Я слишком сосредоточился на чувстве отвержения и это просто вырвалось из меня. Это не была настоящая просьба, я просто переживал это снова. — Ты имеешь в виду, что ты просил его раньше? Джонхан кивнул. — Ты пытаешься сказать, что я дал тебе повод думать, что я разрешаю кому-то пометить тебя? — Нет! — воскликнул он, удивленно широко открыв глаза. Джонхан улыбнулся злорадно, и сердце Джихуна начало неуправляемо биться. — Я не знаю почему я вспомнил Джису, но иногда у меня возникают воспоминания. Если это не воспоминания, то это какие-то ощущения или обрывки, которые напоминают мне, что есть пустота в моем разуме... и когда я обращаю на это внимание, я чувствую себя еще более растерянным. Думаю, я любил его. Глубоко вздохнув, он уставился на пламя фонаря. Он знал, что Джонхан любил Джису, и это добавило ему еще больше путаницы. Чувство вины заполнило его, и он осознал, что не имеет права так легко относиться к чужой боли, но он искренне сочувствовал. — Ты забудешь и меня? — неожиданно спросил он, не глядя на него. Джонхан спешно заверил, что нет, но это не успокоило его. — Когда Сынчоль рассказал мне о Джису, он сказал, что ты из-за него сделал глупость, — многозначительный взгляд на меня и молчание говорит само за себя. — Ты был влюблен... а потом забыл о нём. Я хочу знать, забудешь ли ты и меня. — Никогда! — почти вскрикнул Джонхан, сильно сжав плечи Джихуна и заставив смотреть себе в глаза. — Я никогда не забуду тебя! Я не собираюсь забывать людей! Я не помню, что произошло, но я уверяю тебя, что не забуду тебя. — Я хочу, чтобы ты любил меня так же сильно, как и я тебя... Даже если мы не вместе. Аромат ванили утешал его, и он закрыл глаза, погружаясь в запахи, ощущая аромат клубники. Вдруг ему стало дурно, голова закружилась, он упал бы, если бы стоял. Легкая дрожь пробежала по телу, когда он почувствовал дыхание Джонхана и его теплую кожу на холодном полу. Джонхан двинулся, и хотя Джихун ожидал поцелуя, Джонхан поцеловал его в лоб. Открыв глаза, он в недоумении взглянул на него. — На этот раз я должен сделать шаг назад, — прошептал ему Джонхан с нежной улыбкой. *** 29 июня 2021 г.