Яблоневый цвет

"Какое красивое сочетание цветов на этом гобелене…", – говорит кто-то из однокурсников, и Оминис скрипит зубами. Он слеп с рождения и никогда не узнает, какого цвета этот гобелен, какого цвета его галстук и какого цвета весь этот чёртов мир. Мракс никогда не узнает, как выглядят однокурсники и кто-то из учителей. Какого цвета ночное небо или рассвет. Только палочка спасает его, помогая ориентироваться в пространстве. Но сегодня кто-то решил пошутить над ним и утянул палочку прямо из-под носа. Слизеринцы могут быть довольно жестоки, но никогда не дадут в обиду другому факультету, не страшась использовать самые тёмные из известных проклятий, заступаясь за родных змеек. Он не может видеть, но может чувствовать. Гладкую парту, шероховатый пергамент, грубую ткань мантии и мягкую – рубашки. Бархатную обивку дивана в гостиной и жёсткий резной корпус волшебной палочки, холодную каменную кладку главных залов. Но сейчас он не мог нормально идти без палочки и задел плечом живые доспехи, что с громким вздохом рухнули и, судя по звону и смеху, отскакивающим от стен подземелья, разлетелись по всему коридору. — Ладно, Мракс, держи свою палочку, — старшекурсник подходит и вкладывает в ладонь Оминиса знакомое древко. — Ты нас сегодня позабавил. Прости за это, но было действительно весело, — он усмехается и уходит, уводя за собой всех своих дружков. Так думал Оминис, пока до его слуха не донеслось пыхтение из того же угла. Мракс застыл, повернувшись на звук, давая понять, что знает, что не один в этом коридоре. — Смешно? — злобно выплёвывает Оминис в сторону молчащего наблюдателя. — Нет, я… я хотел помочь тебе пройти мимо доспехов, — приближался помощник, задевая ботинками части магического рыцаря. — Мне не нужна помощь, — шипит Мракс. — Я знаю, мы в одной комнате живём, — усмехается мальчишка. — Мы даже не познакомились толком, а ведь уже больше полугода учимся вместе. Давно хотел это исправить. Ты ведь днём в комнате не бываешь почти, — Оминис слушал и удивлялся, как он мог не заметить кого-то настолько говорливого, может, он просто не прислушивался? — Сначала я думал, что ты пропадаешь в библиотеке, но нет. Я даже пытался за тобой следить, если честно, но ты мастер скрываться от преследования, и я понял, что у тебя есть особенное место, — мальчишка подошёл ближе и продолжил тише, почти шёпотом: — Давай я покажу тебе своё секретное место, а ты мне – своё? От неожиданной близости Оминис попятился и всё-таки оступился на доспехах, но мальчишка вовремя схватил его за руку и удержал. Оминис застыл, впитывая новые ощущения. Горячая рука на запястье дарила необычные чувства для двенадцатилетнего мальчишки, к которому и родители старались лишний раз не притрагиваться, но ему, что удивительно, понравилось. Этот мальчик, его ровесник, был другим, таким непохожим на остальных слизеринцев, с которыми Оминис имел дело до этого. Неожиданно для себя он осознал, что вот этому единственному человеку, пожалуй, можно доверять. Но проверить его нужно обязательно. — Предлагаешь мне раскрыть своё место, но даже имени своего не назвал, — усмехается Мракс, складывая руки на груди, но не гася тёмно-красный огонёк на кончике палочки. — Ой, — мальчик зашевелился, шурша мантией и, судя по звону, задевая обувью доспехи, — Себастьян Сэллоу. — Оминис Мракс, — он тянет руку для рукопожатия, её тут же сжимает эта удивительно горячая ладонь, и Оминис вздрагивает от таких необычных ощущений. — Я могу показать тебе своё место первым… — начинает Себастьян, но Мракс прерывает его. — Давай сначала соберём доспехи и найдём место, где нас не услышат. Хотя бы библиотеку, — он, повинуясь ощущениям от палочки, перешагивает металлические части волшебного воина. — Ого! Как ты это делаешь? — восхищенный и заинтересованный голос Себастьяна немного смущал. — Я слышал от старшеклассников, что у тебя с твоей палочкой какая-то особенная связь, но ничего конкретного. — Это слишком личное, чтобы рассказывать, — Оминис поджал губы; об этом он не собирался говорить никому. Видящему никогда не понять слепого. — Ну, личное – так личное, — тут же соглашается однокурсник и снова перескакивает на другую тему: — Надо бы всё-таки убрать это… Репаро! С тихим звяканьем доспехи начали собираться обратно. И почти сразу же послышался тяжёлый вздох от забрала. — Скоро уже ужин, идём? — беззаботно спрашивает мальчишка, и Оминис впервые ловит себя на мысли, что ему интересно, как выглядит другой человек. — Да, идём, — Мракс покрепче сжимает древко палочки и идёт к выходу из подземелий, слыша, как рядом стучат каблуки неожиданного визави.

***

— Вставай! — слушал Оминис взволнованный шёпот, спрятавшись в тёплый кокон так, что только макушка торчала, но не шевелился в ожидании, пока соседи уйдут из комнаты. Пока его плеча через одеяло не коснулись. — Оминис! Воспоминания нашли его даже спрятавшегося под одеялом: сворованная палочка, разбитые волшебные доспехи и новый знакомый с горячими руками и незакрывающимся ртом по имени Себастьян. И это его голос звал сейчас. Оминис промычал что-то в ответ, пытаясь сообщить, что никуда из кровати не собирается вылезать, потому что ещё рано и вообще-то холодно, так что и ему не стоит стоять на полу. — Оминис, идём, я покажу тебе то место, про которое говорил вчера! — Сэллоу уже упирался в бок спящего обеими руками в попытках заглянуть в лицо, но вскоре выяснил, что из-под одеяла торчат только растрёпанные светлые волосы. Он прикоснулся к своим растрёпанным тёмным вихрам и покачал головой сам себе: у Оминиса точно мягче. — Не дави на меня… — шипит Мракс и высовывает из-под одеяла нос. — Зачем так рано, и вообще, холодно же… — Это место такое, туда нужно ходить, пока никого нет, — шепчет Себастьян, отходя на пару шагов, шлепая голыми ступнями по камню, освобождая место поднимающемуся с кровати Оминису. — Обуйся, заболеешь, — Оминис сел на краю кровати, укутавшись в одеяло. — Не хватало ещё потом от тебя заразиться и пропустить занятия. — Хорошо, хорошо, но нужно поторопиться, — Сэллоу зашуршал одеждой. — Это недалеко от библиотечного крыла. Я обычно выхожу раньше. Себастьян одевался, наблюдая за таким похожим сейчас на сонную сову Мраксом, и не сдержал улыбки. Взъерошенный, хмурый, он, казалось, отлично смотрелся бы рядом с его старым ворчливым филином. Было интересно наблюдать за зачарованным гребнем и тем, с каким сосредоточенным лицом собирается Оминис. Почти всё он делал с закрытыми глазами, а его руки, невероятно подвижные, будто жили своей жизнью, перебирая бледными пальцами пуговицы и петлицы. — Я готов, — Оминис взял свою палочку, и та сразу же засветилась потусторонним тёмно-красным светом. — Отлично, вперёд, только тихо, нельзя никого разбудить, — дверь скрипнула, и Себастьян прижался к ней лицом, разглядывая в просвет пустоту коридора. — Пусто. Всеми силами Оминис сосредоточился на палочке, чтобы случайно не задеть что-то в коридоре. Ещё никогда он не ходил по Хогвартсу во время комендантского часа. Абсолютная тишина, в которой слышен лишь треск свечей и стук их каблуков, что отражается от замковых сводов. — Ты уверен? — шепчет Оминис, зная, что Себастьян его услышит. — Конечно, — так же едва слышно усмехается Сэллоу. — Идём быстрее. Они выходят из дверей и оказываются прямо перед мостом, который ведёт к библиотечной пристройке. Спускаются по лестнице почти бегом, и в какой-то момент Себастьян выдыхает: — Жаль, что ты не видишь, как тут красиво!.. — не успевает он договорить, как Оминис рядом с ним спотыкается. На раздумья нет ни мгновения – Себастьян хватает его за запястье снова. — Прости, — его голос звучит искренне, но Оминис не видит испуганно-виноватого лица. — Просто замолчи и веди дальше, — Мракс выпрямляется, снова сосредотачиваясь на палочке. — Ну, мы уже пришли так-то, — голос Сэллоу звучит растерянно. — Здесь есть замок. На мосту с одного края кованый люк, с другого – ключ… Давай я просто покажу? Оминис неуверенно пожал плечами и тут же ощутил на запястье чужую руку. — Вот это, — Сэллоу прикладывает одну руку однокурсника к металлической чаше, а другую – к колесу, — ключ. Их четыре на этом мосту, симметрично друг другу, чувствуешь, на них цифры и символы? — Себастьян прижал пальцы Оминиса к углублениям в металле. Они ознакомились с каждым ключом и спустились в открывшийся люк. На Оминиса пахнуло сыростью и каким-то приятным запахом. — Чувствуешь, да? — усмехнулся Себастьян, заметив, как слизеринец принюхивается. — Тут дикие яблони на склоне цветут. Не знаю, как они тут прижились, но… Запах потрясающий, правда? Поднявшись с холодного влажного камня, Себастьян отходит на пару шагов, и Оминис слышит тихое Диффиндо и сразу же следом такое же едва слышное Акцио. Мракс молчит и не двигается. Он был почти уверен, что новый приятель сбежит и это всё окажется очередной жестокой шуткой. Но Себастьян не сбежал, вернулся. Да ещё и принёс что-то. — Вот, держи, — Оминис слышит улыбку в этом голосе, а ещё чувствует усилившийся аромат яблоневых цветов. В открытые ладони ложится ветка. Мракс было открывает рот, чтобы спросить, что это такое, но вдруг пазл в его голове складывается, рот закрывается. Он подносит ветвь к лицу и вдыхает яркий аромат. Носа касается бархатный лепесток, и он шумно чихает в рукав, успевая отвернуться. Улыбка сама собой растягивается на лице. Оминис был слеп. Но он мог чувствовать. Холодный камень мостовых опор, металл волшебной конструкции, тепло чужой руки и бархат яблоневых цветов.