Глава 4. Когда испытание по географии стало испытанием для всех
2 апреля 2023 г., 08:15
Поначалу вахтёр не хотел пускать старика с вороном.
— Это школа! — возмущённо и строго произнёс Олег Ефимович, хмуря седые косматые брови. — А не зоопарк, будьте любезны птичку оставить снаружи!
Волька принялся уговаривать несговорчивого стража, чья бдительность сделала бы честь даже охране Гаруна аль-Рашида. Ворон слегка ущипнул старика за воротник и каркнул:
— Да сделай меня просто невидимым!
Старик из упрямства немного пожевал губами, но затем произвёл едва слышный щелчок пальцами.
— Я же гово… — вахтёр замолчал на полуслове, воззрившись на пустое плечо старика. — А где?
— Что где? — сообразительный Волька улыбнулся. — Вы же сказали, что с птицами нельзя, вот мы и выпустили его за дверь.
— А… когда? — не сдавался Олег Ефимович.
— Да только что!
— Ну хорошо, — вахтёр осел на стул. — Идите.
Они втроём достигли дверей класса, в котором проходил экзамен. Хоттабыч шёпотом пообещал помогать. Ворон потребовал сделать его видимым, джинн снова щёлкнул пальцами и сам же изумился.
— Надо же! А это ещё помню!
Волька уже скрылся за дверью. Нушрок тихо поинтересовался:
— И как ты ему собираешься помочь, старик?
— Если ты не закроешь свой противный клюв, то я превращу тебя в сороконожку! — рассердился Хоттабыч.
— Это был простой вопрос, — если бы министр мог, то пожал бы плечами.
Между тем испытание юного спасителя джиннов началось, он вытянул 14-й билет — «Форма и движение Земли». Не успел Волька обрадоваться лёгкому вопросу, как вдруг почувствовал, что его рот зажил отдельной жизнью. Сначала он изумил приёмную комиссию тем, что, оказывается, у земли есть края, и что небеса в буквальном смысле твёрдый хрустальный свод. Затем, когда поражённый директор спросил насчёт формы Земли, Волька замолчал и напряжённо пытался разомкнуть уста. Причиной заминки послужила короткая, но яростная перебранка джинна и ворона.
— Старый дурак, ты его губишь! — возмущался Нушрок, которому внезапно позарез понадобилось спасти молодого болвана за дверью. Непонятно, насколько это было продиктовано добрыми намерениями, а насколько неприязнью к джинну, но министр упорствовал. — Ты что, не слышишь, что над ним все смеются? Твои сведения устарели на несколько тысячелетий!
— Да что ты можешь знать о географии? — взвился джинн.
— Поболее твоего! Давай диктуй ему следующее…
Из-за двери так отчётливо послышалось карканье, что члены комиссии, директор и ученики стали беспокойно оглядываться.
— Машенька, — обратилась преподавательница географии к отличнице. — Закрой, пожалуйста, окно, а то вороны шумят.
Маша Васнецова живо поднялась со своего места и с проворством хорошего солдата выполнила просьбу учительницы. Серёжа Кружкин же пытался воспользоваться заминкой и трагическим шёпотом вещал: «Шар, форма шара!» Члены комиссии сделали вид, что ничего не замечают: пусть Костыльков ответит правильно хотя бы на один вопрос! Волька попеременно то бледнел, то зеленел, мышцы на его шее напряглись, пытаясь разомкнуть упрямые уста. Наконец ему это удалось.
— Земля — это шар, — выговорил ученик 5 класса Владимир Костыльков с облегчением, которое тут же сменилось страхом, потому что неведомая сила продолжила говорить.
Члены комиссии, которые уже было улыбнулись, так и застыли со странным выражением на лицах: полуулыбка, полуплач. Ребята замерли и все подались вперёд, чтобы услышать, что же такое несёт Костыльков.
— Да, Земля — это шар, ядро которого представляет собой расплавленное стекло, где-то на глубине пятнадцати метров под почвой и прочими породами мы находим залежи уже твёрдого стекла, — важным, как у академического учёного, тоном произнёс Волька.
На самом деле это Хоттабыч, рассердившись на упрямого министра, устроил прямую трансляцию мыслей Нушрока в речевой аппарат многострадального Вольки. В классе стало так тихо, что было слышно муху, которая билась в прозрачное оконное стекло.
— Это не совсем верно, — почти робко произнёс директор.
Хоттабыч с победоносным видом кивнул ворону на дверь.
— Ну что, доволен? Чуть не опозорил нашего юного спасителя!
— Он мне не спаситель, — проворчал Нушрок, распушив перья, что у него свидетельствовало о высшей степени раздражения.
Старик довольно хмыкнул.
***
А несчастный Волька вновь почувствовал, что его рот собирается выдать новую порцию белиберды. — О, достойнейшие учителя, мир вашему дому, — важно заговорил пионер. — Я недавно ошибся, сейчас мне хочется исправить эту ошибку. Члены комиссии сразу расслабились и заулыбались. — Земля, о достойнейший из учителей, имеет форму плоского диска и омывается со всех сторон величественной рекою — Океаном. Земля покоится на шести слонах, а те, в свою очередь, стоят на огромной черепахе. Так устроен мир, о учитель! Ребята прыснули со смеху, у старенькой географички рука машинально поднялась для крестного знамения, да так и осталась висеть в воздухе. — Слоны… — задумчиво протянул директор. — Ты, Воля, наверное, нездоров, иди домой, придёшь, когда выздоровеешь, и я лично проверю твои знания. — Благодарю, достопочтимый учитель, — пролепетал Волька, пока директор, взяв его за руку, вывел из класса. За дверью нашего горе-географа встретил сияющий Хоттабыч и слишком уж злорадный ворон. — Ты потряс их своими знаниями, мой повелитель? — самодовольно спросил джинн. — Да, потряс, — Волька опустил голову. Хоттабыч расправил плечи, но зловредный ворон не думал щадить его чувства. — Ты что, не видишь? Он расстроен! Бедный парень, опозорился перед товарищами! Джинн сердито тряхнул плечом, так что Нушрок чуть не свалился, они шли и перекаркивались друг с другом, пока расстроенный Волька миновал вахтёра. Олег Ефимович не стал интересоваться, откуда вновь появился ворон, почтенный сторож полагал, что просто заработался, какое счастье, что впереди каникулы.
