Родные объятия не чужие

Северус пытался заставить себя поесть, но кусок не лез в горло. Сегодня полнолуние, но Мародёры никак своим видом не показывают то, что волнуются, а вот у Снейпа почему-то было дурное предчувствие. Во-первых, слово «полнолуние» уже вызывало мурашки по коже после апреля на шестом курсе. Во-вторых, из головы не выходил разговор с Регулусом. И Северус решил проследить за Поттером на завтраке и обеде. Тот постоянно поглядывал на слизеринца, а когда их взгляды встречались, то улыбался, а после сиял, будто начищенный галеон. Друзья что-то говорили ему, отчего Поттер немного смущался, но, видимо, ничего плохого в сказанном не было. Поттер и Блэк не особо наедались, ведь у них тренировка, зато Петтигрю и Люпин ели за двоих. Однако почему он так подумал, Снейп понять не мог. Его начало клонить в сон, и парень решил, что нужно поспать. Встав из-за стола, уверенной походкой направился в подземелья, но чем ближе он приближался к гостиной, тем слабее становился, и понял, что его опоили. Услышав шаги за спиной, даже палочку вынуть не успел, как сонное зелье взяло верх над юным зельеваром. Очнулся он уже в хижине, где без сознания лежали Питер и Люпин. Северус был связан по рукам и ногам, в отличии от ребят. Все три палочки, будто в насмешку, лежали у двери. — Петтигрю! — в хижину ещё не пробился лунный свет, но оборотня в человеческом обличии лучше не будить. — Петтигрю, мантикора тебя подери, очнись! Снейпа веревкой привязали за руки к ножке кровати, они были зафиксированы так, что невозможно использовать беспалочковую магию. Только слизеринцы знали, что Снейп ею владел в идеале. И кто его сюда отправил, он догадался. — Петтигрю! Но Питер не слышал, зато обращение оборотня началось, несмотря на сон. Сейчас с перевёртыша спадут чары сна, и он увидит жертву. Никто не успел его привязать цепями, а значит, что ночью по Запретному лесу будет бегать оборотень. Не дай Мерлин, кому-то попасться. Поняв, что Питер усыплён хорошо, Северус начал вырываться, но пока ничего не получалось. Ноги тоже были связаны. — Петтигрю!!! — закричал отчаянно Северус. Парень резко открыл глаза, чувствуя опасность. Видимо, крыса внутри него помогала почувствовать, что небезопасно спать. Заметив обратившегося Люпина, воющего на луну и глядящего на Снейпа, парень начал искать палочку. — У двери палочки! — закричал Снейп, боясь, что в этот раз просто шрамами на груди не отделается. Петтигрю бросился к палочкам и сразу послал Патронус: — Джеймс, срочно в хижину! У нас ЧП! — а дальше с двух палочек одновременно анимаг выпустил Экспеллиармус. — Это я в тебя стреляю! — палочку Снейпа специально бросил к ногам слизеринца. — Иди за мной! — остальные две спрятал в карман, а оборотень рванул за обидчиком. Снейп прикрыл глаза, не в состоянии перестать плакать. Второй раз в том самом месте на него нападает тот самый оборотень. И снова он будет обязан одному из Мародёров. Услышав снова близко вой, Северус вздрогнул. Скорее всего, Питер обратился крысой, и оборотень потерял мишень, зато запомнил, где было мясо. Слыша рычание, слизеринец понял, что удача точно отвернулась от него. Оборотень запрыгнул в окно, забитое досками. Выбив доски, уставился на Снейпа, который от страха не мог отвести взгляда от существа. Он видел только обнажённые клыки. «Если умирать, то глядя смерти в глаза». — Хвост, ты здесь? — послышался голос Джеймса, застывшего в проходе вместе с Блэком. Увидев оборотня не на цепи и рядом связанного Снейпа, чья палочка валялась у его ног, а Петтигрю и след простыл, Поттер мгновенно обратился в оленя, нападая на оборотня и выбрасывая его рогами из хижины. — Я им займусь! — сказал Сириус. — А ты оставайся со Снейпом. — Найди Хвоста, — приказал недовольный Джеймс, развязывая на любимом магические узлы заклинанием. Блэк обратился в Гримма и выпрыгнул в окно в поисках оборотня. Наверняка падать с такой высоты от столкновения с оленем больно даже такому существу. — Северус? — Джеймс присел возле парня, вкладывая древко в его руку, а тот даже пошевелиться не мог, даже не моргал. — Северус, это Джеймс! Ты в безопасности, слышишь? Ты жив! Поттер боялся представить, что было бы с ним, если бы Снейп погиб. Его сердце было бы уничтожено, а после он нашёл и убил бы каждого, кто притащил сюда его возлюбленного. И поцелуй дементора даже не страшил бы. — Северус, ответь мне, — гриффиндорец обнял брюнета, но тот всё ещё смотрел мёртвым взглядом в одну точку. Поттер решил дать пощёчину, но и это не привело в чувство. Северус даже не дрожал, казалось, что его поцеловал дементор, и осталась только оболочка, которая проживёт ещё пару часов. — Северус! — крикнул Джеймс, но ответа так и не поступило. Рыкнув, Поттер мысленно выругался на преступников, говоря, что не так представлял первый поцелуй со Снейпом, но другого способа вернуть его в сознание не придумал. Накрыв бледные губы слизеринца своими, начал посасывать их, будто требуя мозг отреагировать на то, что кто-то принудительно целует, а после может и трахнуть. Снейп проморгался, а после шарахнул Поттера беспалочковым заклинанием, вскочив на ноги. — Ты рехнулся? Джеймс застонал, и Северус в ужасе понял, что парень упал спиной на гвоздь. — Мерлин! Подскочив к гриффиндорцу, осмотрел рану. Гвоздь вонзился прямо в печень. — Поттер, будь ты проклят! Я же не хотел! — Всё нормально, — прохрипел гриффиндорец. — Ты не реагировал ни на слова, ни на пощёчину… — Ты спас меня, — Северус почувствовал себя глупым, а после резко поднял его, взмахнув палочкой. — У нас двадцать минут, а после заклинание падёт, и рана закровоточит с новой силой. Мы должны успеть в мою лабораторию. Джеймс протянул руку, Северус помог ему подняться и повёл тайным ходом под землёй к зáмку. Снейп старался идти быстро, да и Поттер тоже, но рана сильно болела, оттого после каждого шага шатен гримасничал. — Знаешь, тебе пора заканчивать во всех бросаться заклинаниями, — шипел Джеймс, взмахом палочки успокаивая дерево. — Перестанешь тут, если тебя свои же опоили! — Как? — На обеде подлили сонное зелье в сок, я даже не заметил. Подумал, что хочу спать из-за бессонной ночи. Не дошёл до гостиной. Помню шаги за спиной, а после хижину. Петтигрю и Люпина ждали и вырубили. — Хвост тебя бросил? — недовольно прошипел Джеймс. — Нет, он увёл Люпина за собой, но видимо, Петтигрю стал крысой, а крыса оборотня не манила, зато он запомнил, где была человечина, — Поттер выдохнул, радуясь, что Питер не бросил Северуса на съедение оборотню, а пытался спасти. Обычно парни идут в хижину втроём, привязывают Люпина, а после ждут обращения и сидят возле него в анимагической форме всю ночь. Сегодня всё пошло не по плану. Сириус и Джеймс хотели присоединиться к ребятам после тренировки, а Питер бы посадил на цепи Римуса, но слизеринцы решили отыграться. Только почему они поймали Снейпа, а не обоих, Поттеру было неясно. Они ведь охотились за обоими, и смерть гриффиндорца от рук лучшего друга стала бы сенсацией для школы, увольнением Дамблдора, горем для Поттеров. Что-то было не чисто. Пазл не складывался. Заклинание перестало действовать уже в подземелье, и Джеймс прикусил от боли кулак. Кровь хлынула из раны, и Северус только успевал очищать пол от крови, чтобы мало кто узнал о происшествии. Ему не хотелось, чтобы Люпина отчислили. Чтобы Джеймсу пришлось объяснять, как он получил травму. Как Снейп там оказался. Войдя в лабораторию, Северус сразу достал зелья и мазь. — Пей, это залечивает органы изнутри, а печень точно задета, — Джеймс выпил мгновенно, — это обезболивающее, — это парень тоже выпил. — А рану нужно смазать. Она затянется до утра. — Хорошо. — Твоя рубашка вся в крови, мешает, её бы снять. Джеймс хмыкнул и стащил рубашку через голову, открывая взору слизеринца поджарое смугловатое тело, которое буквально просило осыпать его поцелуями. Северус смутился своих мыслей, открыл мазь и начал обрабатывать рану, которая стала быстро затягиваться. — Ничего себе. Ты и эту мазь усовершенствовал? — Раны от вас так быстро не заживали, как хотелось. Вы могли уже на второй день пройтись по мне парочкой заклинаний, — упрекнул Северус и улыбка с лица Джеймса пропала. — Мне жаль… Ты б не возвращался в гостиную. Они нападут. — Поттер, ещё даже отбоя не было. Мы шли под дезиллюминационными чарами, и видели хихикающих слизеринцев на улице. Уже темно, — хмыкнул Снейп. — Хочешь напасть на них в одиночку? Ты рехнулся? Их стояло девять человек! — А что ты предлагаешь? Они не успокоятся, пока по черепушке не надавать! — рычал Снейп, присаживаясь напротив Поттера. — Нас это никогда не останавливало. Их тоже не остановит, — Джеймс положил руку на колено змея. — Нужно идти к Дамблдору. Пусть доложит Реддлу. Ты ведь входишь в ближний круг? — Северус проследил за взглядом парня, который в упор глядел на левое запястье слизеринца. — Да, — коротко ответил Снейп. — Я ценюсь Министром. — А я дальний его родственник. Родители очень хорошо с ним общаются. Нам нужны только имена. — Министр отличный легилимент, как и Дамблдор. — Как и ты! Я хочу знать точные имена. Бросай на нас чары и пошли. Прочтёшь их мысли, а после отправимся к директору. Снейп согласно кивнул. Он даже удивился своей импульсивности и рассудительности Поттера. Однако Северуса не было за что отчитывать, он и так воевал против слизеринцев один. Всегда против всех воевал один. Не привык просить помощи. На неё никогда не откликались, поэтому решил брать силой. Джеймс набросил на себя окровавленную рубашку, застегнул на пару пуговиц и улыбнулся Снейпу, который не отводил взгляда от груди шатена. Поттер хмыкнул, но смущать не стал. Подойдя к компании слизеринцев под дезиллюминационнными чарами, Джеймс стал ждать, а Северус аккуратно вошёл в сознание Руквуда. Брюнет был готов поставить всё, что план с хижиной придумал он. И оказался прав. Вместе с Руквудом работали близнецы Кэрроу, больше никто не согласился на эту аферу, вот теперь стояли и спорили, что делать, когда найдут трупы гриффиндорцев и Снейпа. — Руквуд и двое Кэрроу, — прошептал Снейп, держа Поттера всё это время за плечо, чтобы не потеряться. — Отлично. Уходим. Джеймс предвкушал настоящую расправу с тремя совершеннолетними студентами. За такое не то, что отчислением пахнет — Азкабаном. Да и Реддл будет не в восторге. Поттер не шёл, а летел к кабинету директора, желая высказаться касательно слизернцев и требовать вмешательства Министра магии. Зная пароль от горгульи, влетел без стука. — Директор! — Поттер замер, видя, что Альбус пьёт чай, а Том поглаживает феникса. — Вот вы мне и нужны, Министр! — Добрый вечер, — прошептал Северус. Том сразу отметил, что Снейп одет в форму и жилетку, а вот Поттер имел потрёпанный вид, да и кровь на рубашке притянула внимание. — Вы целы? — Реддл ценил обоих: одного за ум, другого за родственную связь. — Мистер Реддл, слизеринцы! — рыкнул Джеймс. — Вы слишком импульсивны. Предоставьте нам оба воспоминания, — попросил Реддл. — Хочу видеть точно. Альбус? — Я с тобой, — волшебник встал с места и представил взору Омут памяти. — Наверное, моё воспоминание нужно смотреть первым, — прошептал Северус, бросая серебряную нить в Омут, а после то же самое проделал и Джеймс. Пока мужчины смотрели воспоминания, парни покормили Фоукса, осмотрели портреты бывших директоров. — Кстати, моя бабушка по отцовской линии пошла от Блэков, — Снейп закатил глаза. — То-то вы с Блэком так дружны. — Я об этом узнал после первого курса, когда рассказывал бабушке о Сириусе. Её не стало тем же летом. — Что тебя тревожит? — слизеринец видел метания Поттера. — Это полнолуние, — не врал шатен, просто не называл истинной причины волнения. Том вынырнул из Омута злой, пытаясь удержать своих демонов, которые зачастую побеждали, когда нужно было кого-то наказать. — Мы не можем их отчислить, — извинялся Альбус. — Попечительский совет потребует тогда отчислить всех Мародёров, вспоминая прошлое. — Они останутся безнаказанными? — вспыхнул Джеймс. — Ни за что, — прошипел Том. — Джеймс, можешь возвращаться к себе. Северус, мы отправляемся немедленно в гостиную Слизерина. Глаза обоих парней блеснули мстительным огоньком. — Расскажешь мне потом, что он с ними сделал? — шёпотом спросил Поттер. — Да, — почему-то ответил Северус. Джеймс благодарно похлопал Северуса по плечу, отчего тот удивлённо вскинул бровь и стёр оттуда невидимую пыль, говоря гриффиндорцу не прикасаться к нему без надобности. Поттер был в восхищении от характера брюнета, поэтому принял во внимание этот жест, чтобы сделать так ещё раз, взбесив и привлекая внимание. Реддл не попрощался с Альбусом, который тяжело вздохнул. Ему и самому было страшно представить, что Том мог сделать со слизеринцами. А Реддл летел по подземельям, заставляя Снейпа взять быстрый темп ходьбы. Пароль «Чёрное озеро» удивило Тома, учитывая, что старосты зачастую ставят пароли «Дети Салазара» или «Чистая кровь». Ворвавшись в гостиную, Том заставил умолкнуть всех, кто там находился. Его алые глаза не сулили ничего хорошего, а Снейп за спиной Министра всем ухмылялся. — Шестой и седьмой курс останьтесь, остальные выйдите! Приказ шипящего Министра выполнили все безоговорочно, а после Том бросил на гостиную заглушающее. — Кэрроу, Кэрроу и Руквуд, шаг вперёд! Все трое поняли, что им не сулит ничего хорошего, но шаг вперёд сделали. — Кто дал вам право издеваться над моим зельеваром? Да вам до заслуг Северуса никогда не взлететь! Я тоже был нищим полукровкой и сиротой! Меня Дамблдор забрал из приюта в одиннадцать лет! Кто вам дал право издеваться над Северусом!? Считаете себя лучше всех? Круцио! Руквуд упал на спину первым, корчась от боли, не скрывая криков. Ногтями он пытался вцепиться в камень на полу, но только содрал ногти до крови. Реддл был доволен, а после проделал то же самое с двумя Кэрроу. — Мне такие последователи не нужны! Взмах палочки, и все трое ухватились за левые предплечья, где заживо выгорала метка, заставляя неистово кричать от боли. — В следующий раз получите поцелуй дементора! Регулус, держи их всех в узде! Не дай Мордред узнаю, что слизеринцы вместо учёбы кого-то травят! Мне хватило травли в мою сторону! Хватит! Том резко покинул гостиную, а Северус ухмыльнулся, глядя на троих, едва живых после Непростительного заклинания, идиотов. — Снейп, а что произошло? — не понимал Барти. — Спросите Эйвери или Мальсибера, они в курсе. Теперь стало понятно, что если за Снейпа так заступается Тёмный лорд, то лучше его не трогать. Однако Северус не мог успокоиться даже после происшествия. Ему не давал покоя поцелуй. Он почти сразу ощутил его на губах, но позволил Поттеру его целовать. Испугался, когда тот положил руку ему на бедро. Губы Джеймса были сладкими, он пах шоколадом, что нравилось слизеринцу, а его язык буквально облизывал губы слизеринца. Стоя под струями воды в душе, Северус болезненно застонал, вспоминая поцелуй. Он не хотел себе отказывать в оргазме, поэтому решил подрочить. Ему хотелось повторить поцелуй и даже больше. Хотелось видеть Джеймса чаще.

***

Джеймс упал замертво на кровать и проспал до утра, пока его не разбудил шлепок по заднице. Парень так устал, что ему ничего не снилось. — Как прошла ночь? — сонно потёр глаза Поттер, а после надел очки и понял, что друзья не улыбаются. — Это я тебя так? — в ужасе прошептал Римус, глядя на красное пятно на рубашке. — Ой, нет. Забыл искупаться. Северус не реагировал на голос и пощёчину, поэтому я поцеловал его. Ступор прошёл почти мгновенно, он отбросил меня, и я упал на доску, где торчал гвоздь. Он меня подлатал, — улыбнулся Поттер. — Кошмар, — прошептал Питер. — Нет. После он хотел драться со слизеринцами, а я предложил пойти к Дамблдору, там мы встретили Реддла. — Им пиздец! — подпрыгнул от счастья Сириус, а после поцеловал друга в макушку. — Думаю, что полный, — ухмыльнулся Джеймс, но улыбка пропала. — Ребят, я сам не могу сложить картину воедино, помогите. Все трое внимательно уставились на друга, который взъерошил волосы, а после сел в позу лотоса на кровати. — Не только из-за Северуса были сняты очки и назначены отработки слизеринцам. Почему они отправили только Северуса в хижину? — Потому что ты был с нами? — предположил Петтигрю. — Нет. Они спокойно дождались тебя и Лунатика в хижине, а после вырубили. С такими темпами, могли и нас с Бродягой подстеречь, и на утро было бы в лучшим случае плюс четыре оборотня, а в худшем — четыре трупа. Я что-то упускаю. — Руквуд хитрый, но отнюдь не умный, — рассуждал Люпин. — Что, если кто-то заметил твою влюблённость. Что бы ты сделал, если бы Снейп погиб? — Поубивал бы их всех, не боясь наказания, — решительно ответил Джеймс. — Именно, — заявил Римус. — Они знают, где твоё слабое место. — Сомневаюсь, что после Реддла они рискнут нападать, — заявил Хвост. — Согласен, но кто мог увидеть мой интерес? Кто? — Мой брат, — спокойно ответил Сириус. — Он наблюдательный. Отец из него лепит идеального волшебника. — Но разве Регулус общается с Руквудом? — удивился Люпин. — Нет, а со Снейпом — да, — заявил Блэк. — Сохатый, думаю, Снейп в курсе твоих чувств. Ему плевать. Или он готовит план мести. Джеймсу не хотелось верить в слова друга, но всё было логично. Снейп согласился на общий проект, удивляя всех, хотя до этого желал Эванс. — Думаю, он захочет тебе разбить сердце, — по голосу Сириуса можно было понять, что ему жаль. — Или Северус приглядывается к тебе, — вступился Питер. — Дамблдор и Реддл видят между вами химию. — Хвост, они сумасшедшие! Каждый по-своему! — рыкнул Блэк. — Сохатый, это ловушка. Заканчивай. — Нет, я пойду до конца, — заявил Джеймс. — Снейп не тот человек, который подарит поцелуй ради мести или переспит с кем-то ради издёвки. Я хочу верить в слова Питера. — А если прав я? Если он что-то замышляет? Если он захочет сблизиться с тобой, чтобы растоптать!? — беспокоился Сириус. — Или узнать поближе, чтобы понять, могут ли они общаться и имеют ли общие темы для разговоров, — рычал в ответ Петтигрю. — Я тебе сейчас зубы повыбиваю! Ты на что его толкаешь? — Сириус, я взрослый человек. Решать мне. Я хочу верить в теорию Питера. — Если Снейп тебе разобьёт сердце, я его убью! А после вас обоих! Питер отчаянно хотел дать шанс Снейпу, что настораживало Сириуса, который почему-то сразу покосился на левое предплечье парня, а после дал себе подзатыльник. Синистра наверняка бы не приняла метки любимого. Или приняла бы? Смысл человека Волдеморта в стенах школы? Что может сделать профессор такого, что он понадобился Министру магии? Не детей же вербовать! Перед завтраком Мародёры возле входа в Большой зал повстречали поджидающего их Снейпа. Слизеринец взволновано смотрел на парней, а после уставился на Поттера. — Я решил усовершенствовать Ликантропное зелье! — трое из четверых восторженно улыбнулись, а Блэк подозрительно прищурился. — Не хочу больше встречать оборотней в полнолуние, а учитывая, что я зельевар, то по лесам в полнолуние прогуливаюсь. — Это замечательная новость, но зачем ты нам о ней сообщаешь? — спросил Блэк. — Мне нужны волосы, слюна, кровь и ногти оборотня, желательно данные в полнолуние, а луна будет ещё шесть дней, поэтому я бы хотел взять материалы сегодня. — Куда мне подойти? — спросил окрылённый Люпин, веря, что у Снейпа получится совершенствование зелья. — К лаборатории. Я сниму защиту, но без пароля всё равно не войдёте. — Хорошо. Спасибо. — Я это делаю не для тебя, Люпин, скорее, для себя. — Да и Реддл тебя похвалит, верно? — Бродяга, оставь его в покое, — попросил Джеймс. Северус закатил глаза, не желая выяснять отношения с Блэком. Сириус же проводил взглядом Снейпа, а после встретился с серыми глазами брата, который откровенно изучал поведение Поттера возле Снейпа. В голове Сириуса картинка сложилась, и он не понимал, почему её видит только он. Регулус ухмыльнулся брату, а после начал разговор с Барти. Сириус же дал себе обещание, что не даст в обиду друга, даже если для этого придётся затопить подземелья Хогвартса. Но пока он будет наблюдать.