Родные объятия не чужие

Сначала Джеймс немного даже побаивался того, что Сириус окажется прав, но шло время и ничего не происходило. Снейп работал с Поттером по пятницам над проектом, в остальное время для него будто не существовало гриффиндорца. На полнолуние в ноябре и декабре Северус приготовил по семь испытательных зелий, но Люпин превращался на ночь в овощ, оттого Сириус злился, а Джеймс защищал слизеринца, напоминая, что Лунатик сам согласился на этот эксперимент. Снейпу нравилось нахождение Поттера в лаборатории. Когда он находился там, а в этот день лев не приходил, то змей грустил, работа не шла, и вообще злился. Несмотря на то, что Джеймс работал всегда молча, а Снейп не обращался к нему, ему грело душу присутствие гриффиндорца. И в эти моменты хотелось верить, что Регулус не ошибся. Джеймс не проявлял никаких знаков внимания, но иногда мог пошутить в сторону Северуса, прощупывая грань дозволенного, а когда случайно касался его плечом, то всегда ссылался на маленькое и тесное помещение. Снейп всегда закатывал глаза, отворачивался от Поттера и улыбался искренне и с надеждой. — Всё! — заявил Джеймс. — Мы дописали. Завтра сдадим проект Дамблдору, а в пятницу по домам. — Да, и зелье для Люпина я, кажется, создал. — Значит, мне сюда будет вход закрыт? — обиженно спросил Поттер. — А должен быть открыт? — изогнул бровь слизеринец, скрещивая руки на груди, откидываясь на спинку стула. — Почему бы нет? — засмеялся Джеймс. — Мне казалось, что мы подружились. Возможно, я смогу научить тебя тому, чего ты не умеешь? — Я не буду обучаться анимагии! — Как насчёт полётов на мётлах? — Министр научил меня летать без них! Джеймс не удивился, ведь Реддл пытался и его научить, но у Поттера не вышло, зато Министр нашёл лучшего ученика. Поттеру стало обидно, что он больше не будет иметь ничего общего с Северусом. — Значит, снова друг другу никто? — обиженно прошептал шатен. — Можно подумать, ты этому не будешь рад! Эванс возле тебя только сильнее начала вертеться. — Да не нужна мне она! — закричал Джеймс, вскакивая на ноги так резко, что перевернулся стул. — Она меня не привлекает, а если тебя да, то забирай себе! Северус никогда не видел таким багровым от ярости Джеймса. Казалось, что парень в отчаянии. — С меня достаточно, Северус! Я скажу тебе правду, почему я напросился к тебе, а ты уже решай, что с этим делать! Я понял, что влюблён в тебя, — Снейп хмыкнул. — И принял это. — Ты не можешь влюбиться в меня. Мы очень разные, Поттер. Ты красивый, богатый, желанный чистокровный парень, а я… — А ты, — Джеймс перебил слизеринца, пока тот себя в землю живьём не закопал, — умный, успешный создатель зелий и заклинаний, менталист высшего уровня! И всего этого ты добился сам, в отличие от меня! — Тебя почитают, а если ты свяжешься со мной… — То что? Я живу для себя! Школа закончится в июне! Мы взрослые люди, Северус, сами решаем как жить. И вообще, ты не удивлён! — Регулус сообщил мне эту новость намного раньше, но я не поверил. — Врёшь! Ты отвёл взгляд. Врать пока не научился? — Чего ты хочешь, Поттер!? — Северус спокойно поднялся на ноги и посмотрел на Джеймса. — Чтобы я на шею тебе бросился? Чтобы поверил? — Не отталкивай меня. Ты не брезгуешь со мной общаться. Я понимаю, что веры мне нет из-за бывшей травли! Думаешь, я в отношениях монстр? Посажу на цепь? — Примерно так. — Значит, ты задумывался о нас, как о паре? — воодушевился гриффиндорец, но Северус молча продолжил буравить в нём дыру. — Неплохой ответ. Ты меня не прогонишь. — Поттер! — Пока не покажешь Патронус, — хмыкнул шатен, видя страх на лице слизеринца. — Они похожи? У тебя олень? — Джеймс в надежде ухватил Северуса за руки, и тот дёрнулся назад, падая на стул, а лев сразу навис над ним. — Не вздумай меня отбрасывать беспалочковой магией. За моей спиной пять десятков зелий! Твоих! — ухмыльнулся Поттер. — Покажи Патронус. — Нет, — виновато прошептал Северус. — А чего ты боишься? Я тебя в обиду не дам. Сам не обижу. Я тебе так противен? — Нет, — честно ответил Снейп, глядя на туфли Поттера. — Секс? — Снейп покраснел. — Мерлин, Северус, да я девственник! — Ты? — не веря, посмотрел Снейп на Поттера. — Самый завидный парень школы девственник? — слизеринец не верил. — Да, только целоваться учился с Сириусом, — от этого признания Северус даже улыбнулся, но всего на мгновенние. — Я всю жизнь бегал за Лили, даже не глядя по сторонам. А нужно было смотреть точно по центру. Северус, — Джеймс хотел коснуться щеки парня рукой, но вовремя остановился, понимая, что получит за это, поэтому опустил её и отвернулся, — разве за эти три месяца я не доказал, что не шут гороховый? — боль и отчаяние лились из уст гриффиндорца. — Всё равно, ты начитанный в плане постели, да? Или Блэком и Люпином проинформирован, да? — хмыкнул Снейп, побуждая Поттера повернуться к нему, что и сделал парень, улыбнувшись, понимая, что разговор продолжается. — Я не против быть снизу, если мой партнёр будет меняться со мной ролями, — Снейп вспыхнул алой краской, а Джеймс продолжал игриво улыбаться. — Мы могли бы начать с нормального общения, которое не касается учёбы и будущей работы. Северус, я ради тебя даже зелья подтянул до «В». А это достижение для меня. — Ты ради карьеры их подтянул, — настаивал слизеринец. Джеймс видел, что пробить крепость словами невозможно. Резко оседлав бёдра парня, обхватил его голову руками и жадно поцеловал, врываясь своим языком в рот слизеринца. Северус хотел ударить Поттера, и это была первая мысль, но не хотелось прекращения услады в виде поцелуя, да и то, что гриффиндорец сидел на нём, нравилось. Слизеринец несмело обнял Джеймса и начал отвечать на поцелуй, который тут же стал спокойным и нежным. Шатен на мгновение остановился, радостно глядя в обсидианы, а после вернулся к губам. Он целовал, играя своим языком с чужим. У Поттера чувствовался опыт в поцелуях, в отличие от Северуса, но гриффиндорец не высмеивал неумелость брюнета. Лев прижался к своей холодной змейке сильнее, задевая пахом пах Северуса, и оба простонали в губы. Стояло у обоих. Жадно глядели друг на друга оба. — Можно? — Джеймс медленно опускал руку к брюкам слизеринца. — Не нужно, — просил Снейп, краснея. — Я не готов. — Я могу снять свою одежду, и будет приятно обоим, — предложил Джеймс, облизывая ушную раковину парня, а после вдыхая запах сандалового шампуня, которым Снейп начал пользоваться после того, как Поттер поцеловал его в хижине. — Ты идеальный, Джеймс, — гриффиндорцу на мгновение показалось, что ему просто послышалось своё имя в шёпоте любимого, но он знал, что это не так, — а я тощий и бледный… — Я могу раздеться? — настаивал гриффиндорец. — Я хочу кончить от того, что трусь членом о твой член, — глядя в глаза, чётко говорил шатен. — Ты этого хочешь? Северус молча кивнул, боясь, что голос его подведёт. Ему часто снились фантазии о том, каким может быть обнажённый Джеймс, но обычно они заканчивались тем, что Поттер подходил в душе со спины и брал его. Поттер расстегнул пояс на брюках, а после сами брюки. Когда разулся, то штаны с трусами сразу упали вниз, а после и рубашка. Он выглядел идеально, отчего Северусу хотелось плакать. Ни одного шрама на груди, подкачанные пресс и грудь, на ногах были видны мышцы. Снейп сразу подумал, что ягодицы у Поттера наверняка упругие от постоянных тренировок. Член стоял в боевой готовности. Тёмная головка сочилась смазкой, яйца желали спустить семя, а вокруг паха были небольшие тёмные завитки, что заставило Северуса немного выдохнуть. — Хочешь что-то сделать? Джеймс подошёл впритык к парню, позволяя делать с собой всё. Северус неуверенно поднял руку, а после испуганно посмотрел на Джеймса, который просто ждал. — Хочешь прикоснуться? — Я не знаю… — В таком случае, давай приспустим твои брюки и трусы, угу? Джеймс присел на корточки перед Северусом и, не отводя взгляда, не трогая рубашку слизеринца, начал расстёгивать брюки. — Приподними бёдра. Снейп послушно исполнил просьбу обладателя шоколадного взгляда. Вещи опустились до щиколоток, и Джеймс направил свой взгляд на бледный член, где розовая головка была испачкана предэякулятом. Вокруг паха были чёрные волоски, но Поттера это не смущало. — Может, ты сваришь мазь, чтобы мы оба избавились от нежелательной растительности? — Угу, — только и смог прошептать Северус, глядя сверху вниз на гриффиндорца. — Костлявый, бледный и мой, — победно хмыкнул Джеймс, касаясь пальцами головки члена любимого, отчего тот простонал. Поттер слизал с пальца смазку, заставляя Снейпа ещё сильнее возбудиться. Джеймс не играл, невозможно так сыграть. Оседлав бёдра Северуса, сразу проник языком в его рот, чувствуя, как пальцы Снейпа вонзились в его ягодицы. Гриффиндорец опустил руку к членам и обхватил их так, чтобы уздечки и головки соприкасались. Второй рукой ухватился за спинку стула, приподнимая таз, делая первое движение. Северус застонал в губы парня, прикрыв глаза. — Нравится? — Да, — не открывая глаз, шептал Северус, а после крепко обнял Джеймса, давая ему возможность двигаться, как тот желает. Поттер сразу же начал двигать бёдрами, создавая трение самых эрогенных точек на члене. Рука и члены были испачканы смазкой, а пространство комнаты наполнили стоны обоих. — Только не останавливайся, — молил Северус, прижимаясь к груди парня, языком облизывая один из сосков любовника. Поттер рычал от переизбытка эмоций, ему сносило крышу так сильно, что он излился на животы обоих. Тяжело переводя дыхание, понял, что его обнимают и заботливо целуют грудную клетку, не настаивая на оргазме партнёра. — Так дело не пойдёт, — прошептал Джеймс, слезая с колен парня. Он вытер сперму с руки своей рубашкой, заставляя слизеринца неотрывно наблюдать, ведь по речи понял, что гриффиндорец не закончил. Он упал между ног Снейпа и сразу взял в рот головку члена, испачканную его спермой. — Поттер, это же… — он застонал, зарывшись пальцами в волосы гриффиндорца, — великолепноооо… Северусу не нужно было много времени, чтобы кончить от жаркого рта парня, который ему нравился. Джеймс был наслышан от Сириуса, что сперма не самый вкусный деликатес, но Поттер не почувствовал отторжения, понимая, чей ловит оргазм. Проглотив семя, сел на колени и облизнулся. — Вкусно, — хмыкнул Поттер. — Я запомню твои стоны. Глаза гриффиндорца блестели от радости, а губы — от смазки и спермы. Северус поспешно отвёл взгляд, поднялся со стула и оделся. — Тебе так легче? Ты одетым чувствуешь себя защищённым? Казалось, Поттер не собирается одеваться. Снейп осел перед парнем, и гриффиндорец увидел в обсидианах слёзы. — Тшшш, я никому не скажу о нас, если ты боишься. Но, Северус, — Джеймс взял его руки в свои, не отводя взгляда, — я хочу быть с тобой, быть твоим парнем, слышишь? Хочу держать тебя открыто за руку, как Бродяга держит Лунатика. Что в этом плохого? — У меня слишком много страхов, Джеймс. Моя жизнь была ужасной, а моё тело — это поле боя. Там места живого нет. Всё в шрамах. Я боюсь довериться. Боюсь, что это игра. Что ты любишь Лили. — Я влюблён в тебя, змей ты мой недоверчивый, — улыбнулся шатен, поглаживая щеку любимого. — Мой отец понял тогда, что ты дорог мне. Я приглашаю тебя к себе на каникулы, чтобы ты не возвращался в Коукворт. Я не обещаю, но я сделаю всё, чтобы у тебя был собственный дом! — Звучит заманчиво. — Недоверчивый мой, — шептал Джеймс, улыбнувшись. — Так мы пара? Я могу вернуться в башню и похвастаться, что ты мой парень? Снейп ухмыльнулся, а после поцеловал Джеймса, будто пробуя шоколадные губы впервые. — Если ты не стыдишься страшного парня, то да. — Ты не страшный, не для меня. — Оденься, — вдруг перевёл тему Снейп. — Смущаю? — поиграв бровями, спросил Поттер, и, получив одобрительный кивок, засмеялся. — Хорошо, но рубашка в сперме, понесу её в руках. — Мантию набрось. — Не хочешь, чтобы на меня пялились? — Не хочу, — честно ответил слизеринец. — Как скажешь. Джеймс накрыл губы слизеринца, крепко обнимая, заставляя того улыбаться в поцелуй. Они были счастливы. Оба. И Джеймс не собирался этого скрывать, а до других факультетов слухи дойдут быстро. — Я могу сварить и смазку, и заживляющее, — краснея, прошептал в губы Снейп. — Это вообще прекрасно. У меня самый талантливый парень. — Оденься. — Обязательно. Джеймс снова накрыл губы Северуса, и тот не смог отказать в поцелуе, поэтому Поттер сидел на полу голым ещё минут десять, пока не замёрз, и лишь тогда оделся.

***

В гостиной Гриффиндора сидели старшие курсы, дописывая проекты для Дамблдора, поэтому никто не удивлялся тишине и старшекурсникам. Нужно было написать заключение и сделать обложки. — Ребята! — Поттер забежал в гостиную, держа в одной руке рюкзак, в другой смятую белую рубашку, а мантия была застёгнута всего на две пуговицы. — Да! Мы с Северусом отныне пара! Я добился его! — Да ладно? — не верил счастью друга Питер, но первым обнял Поттера. — Серьёзно? Официальная пара? — Да-да-да! — прыгал от счастья Джеймс, а после заметил хмурый взгляд Сириуса. — Бродяга, не будь параноиком. — Я думал, что Рег… — Регулус ему всё рассказал, да. Но Северус не поверил, — теперь Блэк облегчённо выдохнул, радуясь, что не параноил попусту. — Но Северус не верил в мои чувства. — Ты доказал? — хмыкнул Римус, хорошо ощущая запах спермы на друге. — Да тут все анимаги чуют, как он доказал свои намерения, — фыркнул Бродяга. — Мерлин, Снейп в нашей компании, я хуею. — Если тебе станет легче, то он не спешит сидеть с вами четырьмя, — Аврора только улыбнулась. — В первую очередь, я с ним строю отношения. — Неужели тебе понравилось тело в шрамах? — вспыхнула Лили. Улыбка с лица Джеймса пропала, он грозно посмотрел на ведьму, предавшую дружбу, желавшую Джеймса. — Я его обожаю! — Джеймс, ты шесть лет бегал за мной! — Прошедшее время, — подметил Люпин, дописывая. — Спасибо, Луни. Слышала, прошедшее время. Кстати, Рим, он сделал зелье. Люпин перестал писать, восторженно глядя на друга. Полнолуние начнётся 31 декабря, поэтому парень побаивался новых экспериментов, но если он сможет остаться собой, а не овощем, это будет лучший Новый год в его жизни. — Кстати, насколько я понял, у нас схожие Патронусы, но он не показывает своего, — засмеялся Джеймс. — Дописывайте, а я в душ, ещё поговорим. Поттер обошёл Эванс, закатывая глаза, и побежал к себе в комнату, а до ужина слухи расползлись такие по школе, что только глухой не слышал, что звезда квиддича, любимец профессоров, желанный парень школы встречается с полукровкой и страшилой Северусом Снейпом. — Значит, я был прав? — хмыкнул Регулус, присаживаясь в гостиной возле Снейпа. — Поттер тебя любит. — Да, — улыбнулся слизеринец. — А ты его? — спросил подошедший Барти. — Что между вами? — Он мне нравится. Давно. — Может, это стокгольмский синдром: жертва влюбилась в своего палача, — рассуждал Крауч. — Ты сейчас по зубам получишь, — грозился Снейп. — Это не вашего ума дело. Отношения между нами никого не должны волновать. — Эванс тебя будет проклинать, — заявил Барти. — Пусть. Я хочу быть любимым именно им, — признался брюнет. — Он примет метку? — это волновало Блэка больше всего. — Повелитель разрешил её не принимать. Если у нас всё будет серьёзно, Джеймс даст Непреложный обет и всё. — Даже так? Потому, что Джеймс — далёкий потомок Певереллов, как и Реддл? — понял Регулус. — Да. А что? — Ничего, — ухмыльнулся Блэк. — Джеймс желанный кусочек, береги его, береги себя, а то мало ли таких, как Эванс. Блэк оскалился впервые за всю жизнь, что удивило Снейпа, и тот вопросительно посмотрел на Барти, который заговорщически улыбался, но ничего не говорил. Оба парня оставили Снейпа в покое, но холодок пробежался по спине полукровки, говоря, что всё это неспроста. На ужин Северус шёл один. Пока дошёл, наслушался не самых лестных высказываний в свою сторону, но он знал — ему завидуют. Джеймс ждал его у входа в Большой зал один, а после поцеловал у всех на виду, заставляя расслабиться свою змейку. — Не обижают? Всё нормально? — Обзывают, ведь завидуют. Некоторые спросили, какую Амортенцию я тебе подлил, — Джеймс засмеялся, не выпуская из объятий хрупкое тело, а Снейп поправил галстук на гриффиндорце. — Боюсь, такой Амортенции не существует. Она в единичном экземпляре и в моих руках. — Лили сверлит меня взглядом. — Она ничего не сделает. Мы важные личности для Реддла, а она хочет получить работу, — поиграв бровями, напомнил Поттер. — Приятного аппетита. — И тебе. Джеймс поцеловал в щеку парня, а после оба разошлись по своим местам. Снейп немного смущался, но виду не подавал. Хотя завистливые взгляды видел. Поттер же наоборот — не скрывал своего счастья, поэтому не спешил убирать улыбку с лица. С самым победным видом сидел Альбус, который пару раз переглянулся с Джеймсом. Несмотря на маленькую победу, пару ждали помехи. И старик видел их сидящими в Большом зале.

***

Сириус не переставал пыхтеть, что у Джеймса будет уйма проблем из-за этих отношений, но Поттер ничего не хотел слушать. Эванс продолжала буравить взглядом странную пару, которая на людях никогда не держалась за руки, а если сидели вместе, то Снейп что-то читал или писал, а Джеймс влюблённо наблюдал за ним, подперев рукой подбородок. Джеймс ненавязчиво заявил, что если Северус хочет, то они могут не ехать домой на поезде, а аппарируют из Хогсмида в Годриковую впадину. Шатен предупредил родителей, что явится со своим парнем. Поскольку Юфимия и Флимонт очень любили сына, то спокойно приняли выбор Джеймса. В день отъезда пара выходила из Хогвартса последними, оттого Северус позволил взять себя за руку. Вещи они уменьшили и спрятали в карманы пальто, а после из деревни аппарировали в дом Поттеров. Джеймс сначала хотел поиграть в снежки с любимым, но потом подумал, что на территории школы слизеринец чувствует себя напряжённо, поэтому решил, что в снежки они обязательно поиграют на заднем дворе дома родителей. Очутились они неподалёку от кладбища, там находилась точка аппарации. Снейп не спешил убирать руку, оттого Поттер вёл его к дому родителей, счастливо улыбаясь. Подойдя, пропустил вперёд брюнета, а после вошёл сам. — Мама! Отец! Вы дома? — Господин Джеймс, — эльф преданно поклонился, — ваши родители ещё не вернулись с фабрики, но Фоти уже приготовил ужин. — Молодец. Это Северус Снейп — моя половина. Уважай и слушайся его. — Да, господин. — Пока родителей нет, я покажу комнату, где мы будем жить. — Мы? — ужаснулся Снейп. — Джеймс, это не самое лучшее решение. — Боишься, что буду приставать? Так буду! Заглушку поставлю! — Поттер чмокнул в губы слизеринца, а тот ещё больше злился. — Поттер, ты олень? — В каком-то смысле этого слова, — засмеялся гриффиндорец. — По-твоему, они не заметят наше за… затрах… за… — Затраханное состояние? — Поттер видел, что Снейпу трудно это произнести вслух. — Они понимающие. Ты даже представить не можешь, как мне повезло с родителями. — Но не в их доме! — Некоторые пары всю жизнь живут с родителями, и? Рожают по пятеро детей, — возмущался Джеймс. — Ты дома, Сев. Здесь ты можешь расслабиться. Идём. Поттер взял его за руку, чтобы повести на второй этаж и показать спальню, но Снейп не двинулся с места, решаясь. Гриффиндорец покорно ждал. — Может, они сами решат, как мы будем спать? — это была последняя надежда Северуса, и Джеймс согласился на немую просьбу. — Хорошо, решит мама. Северус выдохнул, улыбнулся и последовал на второй этаж за Поттером, который сразу показал общую ванную, а в конце коридора свою спальню в красных тонах. Постель почему-то вызвала желание в паху Снейпа, ведь красный будто приглашал на секс, побуждая ребят. Джеймс заметил, что любимого больше ничего не привлекает, поэтому снял с него пальто, а после подвёл к кровати, толкая спиной на неё. Поттер сразу же оседлал бёдра парня, хищно ухмыляющегося, говоря, что не против. Гриффиндорец склонился к губам слизеринца, сразу положив одну руку на пах Снейпа, который тут же простонал в губы Поттера. — Нечестно... — Время есть. Джеймс расстегнул пуговицы на брюках Северуса, а после его рука скользнула в трусы, обхватывая член возбуждённого змея. Снейп застонал в губы, не отводя взгляда от глаз Поттера, который нагло дрочил ему, не забывая пальцем касаться головки. Северус рычал, тяжело дышал, вызывая восхищение на лице Поттера. — Джеймс… я… — дыхание стало ещё тяжелее. — Джеймс, ты дома? — послышались шаги, и Снейп мгновенно выставил руку, закрывая дверь на замóк. Оба парня засмеялись, понимая, что их обломали. Джеймс убрал руку из брюк Северуса, который быстро их застегнул, а после оба услышали стук. — Мама! — Джеймс открыл дверь, улыбаясь и обнимая волшебницу, но опухших губ и растрёпанного вида невозможно не заметить. — Я помешала? — Нет! — заявили оба. — Мама, это Северус — мой парень. — Добрый день, миссис Поттер. Женщина была в годах. Насколько знал Снейп, то Джеймс родился у них поздно. Юфимия подошла к мальчику, поцеловала в щеку и обняла его. Тот ошарашенно посмотрел на хихикающего Джеймса, неуверенно обнимая женщину в ответ. — Добро пожаловать в семью, Северус. Я голодная, как волк. Стол накрыт. Пойдёмте. Северус всё ещё стоял, удивлённый таким приёмом, да и вообще, он давно не испытывал тепла от людей постарше. Джеймс взял парня за руку и повёл вниз, где их ждал Флимонт. — Сын, — оба крепко обнялись. — Рад тебя видеть, Северус. — Добрый день. Фолианты забрал вчера Министр… — Я знаю. Он захотел почитать после того, как Альбус расхвалил вашу общую работу. Обещал вернуть. Значит, вы вместе. Долго добиваться тебя пришлось, — Снейп покраснел, но отрицать не стал. — Садитесь есть. За столом было вкусно и шумно. Джеймс рассказывал о том, что Северус придумал улучшенную версию Ликантропного зелья, затем вспомнил, что зелья уже знает на «В», и вообще у них с Северусом планы на будущее. — Какие, помимо учёбы в ближайшие годы? — хмыкнул Флимонт. — Ну… Тут нужно поговорить с Министром, — улыбнулся Джеймс, явно что-то задумавший. — Это будет подарок к выпускному. — Что ты придумал? — недовольно сверкнул глазами Северус. — Тебе понравится. — Джеймс умеет делать сюрпризы, — гордилась Юфимия. — О, я знаю. — Прости нас, что мы… — Флимонту явно было неудобно и непривычно просить прощение, — что плохо воспитывали Джеймса. Но теперь вы вместе, он изменился. — Думаю, всё такой же олень, только думать научился. — Какой твой Патронус? — снова пошёл в атаку Джеймс, а Снейп закатил глаза, говоря таким образом свой ответ. — А вы спите вместе или готовить комнату отдельно? — спокойно спросила Юфимия. Джеймс победно ухмыльнулся, говоря и родителям свой ответ, и Северусу. Поттер был прав: родители у него понимающие, да и вгонять в краску умеют. — Отдельно. — А мой сын будет к тебе бегать по ночам? — засмеялся Флимонт. — Вам по семнадцать лет, не дети. Джеймсу двадцать седьмого марта уже восемнадцать исполнится. — А мне девятого января, — Снейп был старше, пусть всего на два с половиной месяца, но гордился этим. — Тем более. Смысл в разных комнатах. Мы сами были молодыми, — улыбнулся Флимонт. — Да и сейчас заглушка часто у них на комнате стоит, — поделился информацией Джеймс, а родители не отрицали. Флимонт только поцеловал руку жены, пожирая её взглядом. Северус смотрел за всем с восхищением и небольшой завистью, но он теперь тоже часть этой семьи. Поэтому после ужина, ближе к ночи, пока Джеймс принимал ванные процедуры, которые Северус уже принял (вначале с небольшим боем поцелуями отстоял право принять ванную один), решил немного стать ближе к гриффиндорцу. Джеймс вошёл в одних пижамных штанах, где Северус сидел в пижаме на кровати. — Не жарко? — Джеймс… Шрамы… Ты не будешь смеяться? Поттер в душе ликовал, что Снейп решил поспать с ним полураздетым. Подойдя к слизеринцу, потянул пижамную рубашку и снял через голову брюнета, который забыл как дышать. Присев рядом, Джеймс начал изучать взглядом и ладонями шрамы по всему телу: грудь, живот, рёбра, лопатки… Везде. Одни круглые, другие длинные. — Мой бедный мальчик, — вырвалось у Джеймса. — И мои здесь? — Да, — прохрипел Северус, боясь заплакать. — Прости, — он коснулся губами нескольких на груди. — Прости меня… — С ними я тебе всё равно нравлюсь? — удивился Снейп. — Я тебя люблю, Северус, и не перестану это повторять. Ты идеален для меня! Джеймс накрыл губы любимого. Целовались они долго, медленно, нежно, благодарно, а после залезли под одеяло. Северус прилёг на грудь Джеймса, утыкаясь носом в шею парня и вдыхая любимый запах, спокойно засыпая в любимых объятиях. Джеймс шептал слова любви и заботы, пока, сам того не замечая, уснул сладким сном.