half doomed and semi-sweet

Боже, Ричи Тозиер его смерти хочет?

***

2. Попытаться забыть Майка Уилера. Даже в самых смелых мечтах Уилла не было того… Что они делали с Ричи. Потому что такого рода вещи просто напросто неприемлемы? Никто и никогда так не делает? Конечно, может быть, такое бывает в фильмах или романах, где главный герой видит незнакомого ему человека и между ними мгновенно вспыхивает искра, что побуждает их без зазрения совести трахаться в кладовках, пустых лекционных залах, комнатах друг друга в общежитии, когда их сожителей нет, но в реальности люди этого не делают. Такие люди, как Уилл, этого не делают. За исключением того, что он, по всей видимости, сделал. Потому что сейчас он прячется под кроватью Ричи, где лежат и пара носков вместе со старым сэндвичем, пока Тозиер пытается выпроводить своего соседа по комнате, чтобы Уилл мог остаться на ночь в третий раз за эту неделю. И честно говоря, он уже и не помнит, как до такого вообще дошло.

***

После того, как Ричи выполнил своё обещание «сделать Уиллу самый умопомрачительный в его жизни минет» – который на самом деле не оказался таким уж невероятным, каким Ричи его описывал, учитывая, что Уиллу никогда никто не отсасывал, – всё стало... Сложно объяснить. Что было понятно – Уилл только что лишился девственности (считается ли оральный секс потерей девственности?) с натурщиком, имя которого он узнал примерно за пять минут до этого, и который, вдобавок ко всему, был как две капли воды похож на его лучшего друга. Это запутанная ситуация, которую следовало бы обсудить, но когда обмякший Уилл сполз на пол после того, как испытал, по словам Ричи, «лучший оргазм, когда-либо полученный в этой кладовке», он вообще не мог придумать, с чего же начать. – Боже, ты такой милый, Уиллерби, – мурчит Ричи, улыбаясь и вытирая рот тыльной стороной ладони. Он ложится рядом с Уиллом, и его халат непристойно распахивается, когда его ноги разъезжаются сами по себе, и Уилл чувствует, как к щекам приливает кровь от сочетания этого зрелища, комплимента и осознания того, что именно Ричи вытирал со своих губ. – Надо не забыть поблагодарить Билла за то, что он посоветовал мне прийти сюда. В смысле, кто бы, блять, мог подумать, что я смогу получать деньги, ничего не делая и при этом не трахаясь неизвестно с кем где-нибудь в глухом переулке? Я наконец-то понял, в чём кайф быть музой. Может, мне стоит сменить род деятельности? Ты бы хотел быть моим папиком, Вилли? В обмен на секс и полный доступ к моему телу, конечно. И Уилл краснеет от этих слов ещё больше, его рот приоткрывается, но он не издаёт ни звука, потому что совершенно не знает, что ответить. Ричи улыбается шире, видя смущение Уилла. – Кошка съела твой язык? – выдаёт Тозиер. – Странно. Ты не произвёл на меня впечатления человека, которому нравятся киски, – губы Ричи растягиваются в ещё более широкой улыбке, обнажая ряд слегка кривых зубов. – Ты понял? Кошек же называют кисками, а то, что киска съела твой язык, значит… – Я понял, – перебивает Уилл, просто чтобы Ричи заткнулся, перестав объяснять свою тупую шутку. Тозиер сияет. – О, так ты разговариваешь! Отлично, а то было бы отстойно, если бы я отсосал тебе настолько круто, что ты бы потерял дар речи. Блин, на самом деле, это была бы офигенная история для того, чтоб кому-нибудь похвастаться. Но для тебя это было бы не очень, конечно, – говорит Ричи, неуклюже пытаясь встать. Поднимаясь на ноги, он выгибает спину, потягиваясь, и его бёдра выпячиваются вперёд, открывая Уиллу вид на выпуклость под пушистой тканью халата. Ох. – Эээ, ты хочешь... – начинает Уилл, заикаясь, что заставляет Ричи оглядеть его сверху вниз; Уилл чувствует, как затылок покрывается мурашками от его любопытного взгляда. – Ты хочешь, чтобы я… Ну... – Уилл неловко кивает в сторону паха Ричи, переводя взгляд с предательски соблазнительной выпуклости под тканью обратно на тёмные глаза Тозиера, осознавая, как же наверняка странно это сейчас звучит. – Я... Я мог бы… После этих слов Ричи удивлённо вскидывает брови и наклоняется к Уиллу, как вдруг раздаётся тихий звонок, который прерывает этот неловкий момент. Ричи на секунду хмурится, пока выуживает телефон из кармана своего халата и просматривает уведомления. – Блять… Блять, блять, блять, ладно, это было круто, Уиллард, просто охуенно, но мне пора идти, – тараторит Ричи, засовывая телефон в карман, и подрывается к двери; халат развевается вокруг его ног, когда он пулей вылетает из кладовки. Уилл часто моргает, пытаясь осознать, что только что произошло, когда вздрагивает от крика в конце коридора. – Было приятно отсосать тебе! Глаза Уилла расширяются от шока; он краснеет от ушей до кончиков пальцев и закрывает лицо руками, надеясь, что слова Ричи никого не заинтересовали настолько, чтобы смотреть в ту сторону, куда он кричал.

***

Уилл, честно говоря, думает о Ричи больше, чем следовало бы после случившегося. Или всё-таки достаточно? Сколько времени уместно думать о парне, который сделал тебе твой первый в жизни минет и после быстро исчез? Неделю? Две? Каждую секунду дня и ночи, пока это не станет болезненно? Что ж, какое бы количество времени не было приемлемо, Уилл твёрдо намерен три дня и три ночи не думать практически ни о чём, кроме Ричи Тозиера. Он намерен каждый раз высматривать Ричи в коридорах школы; постоянно думать о нём, пропуская мимо ушей всю информацию на уроках; вспоминать Ричи Тозиера ночью и тихо стонать, шепча его имя. Он гуглил Ричи сотни раз, делая вид, что лениво листает ленту, пока сам мониторил его заброшенные страницы на Фейсбуке и в Инстаграме. Он всё ещё слишком стесняется подписаться на него, но всё же пролистывает некоторые фотографии, не в силах сопротивляться искушению. Он узнаёт, что Ричи специализируется на радиовещательной журналистике и на год старше Уилла. Он узнаёт, что Ричи играет на гитаре и, похоже, состоит в какой-то музыкальной группе. Он узнаёт, что у Ричи есть компания, по всей видимости, преданных друзей, которые присутствуют почти на всех его фотографиях и достаточно часто отмечают его на своих. И когда Уилл полностью просматривает его страницу во второй раз, то одновременно смущается и жаждет большего. Три дня подряд не было ничего, кроме Ричи Тозиера. Уилл никак не мог выбросить его из головы, но иногда, когда на короткое время ему это удавалось, он начинал думать о Майке, а такие мысли хорошими никогда не были. Он и так практически постоянно думал о Майке из-за уведомлений, приходящих на его телефон, когда Уилер постил что-нибудь в Инстаграме или Снапчате; и теперь, вместе с постоянными мыслями о Ричи Тозиере, у Уилла просто каша в голове. Майк Уилер и Ричи Тозиер. Сходства между Майком и Ричи Тозиером. Различия между Майком и Ричи Тозиером. То, что Ричи так похож на Майка, делает то, чем они занимались, странным или, того хуже, неправильным. Удивился бы Майк, если бы узнал, что Ричи удивился, когда узнал бы, что Уилл удивился тому, что… Был ли Уилл в шоке? Мягко сказано. Уилл бездумно смотрит в потолок своей комнаты, размышляя об этом, и спрашивает самого себя, был ли тот случай странным или беспокоит ли его это до сих пор. Что-либо из этого. После нескольких минут молчаливых раздумий Уилла осеняет, что же его беспокоит. Он находит именно то, что засело в глубине его сознания, и вместо того, чтобы продолжать дальше обдумывать всё это, он просто делает глубокий вдох и встаёт с кровати, полный решимости устранить эту проблему. Именно так Уилл заходит на pornhub.com впервые в своей жизни.

***

Дело не в том, что Уилла никогда раньше не интересовал секс или что он никогда раньше не слышал о порно. Слышал. Просто большую часть своих подростковых годов он делил компьютер с матерью и братом, и поэтому одна только мысль о поиске чего-либо даже отдалённо эротического или гомосексуального приводила его в ужас. Конечно, пару раз он всё равно видел фрагменты из порно. Например, в восьмом классе, когда Джейсон Кори приносил в школу «Playboy», или когда Дастин забыл очистить историю поиска в браузере, прежде одолжить Уиллу свой ноутбук. Уилл знал, что там увидит, просто впервые и сам хотел посмотреть на это. И это… Поразительно. Точнее и не скажешь. Этих видео слишком много, все названия такие смущающие, все актеры такие громкие и иногда переигрывающие, что Уилл уже трижды почти отказывается от этой идеи, прежде чем натыкается на видео, которое выглядит скромнее, чем остальные, и даже в какой-то степени привлекательно. И как только он его находит, то решает не испытывать судьбу дальше. Он смотрит видео, анализирует его всякий раз, когда остаётся один в комнате общежития. Уилл никогда так не радовался старому потрёпанному ноутбуку, который он забрал при поступлении в колледж, и в то же время он смущается каждый раз, когда представляет, что Джойс бы подумала о нём, если бы узнала, для чего он сейчас его использует. Наушники сломаны, так что Уиллу ничего не остаётся, кроме как понадеяться на звук своего компьютера; он убавляет громкость, чтобы никто ничего не услышал. Однако тогда ему придётся сидеть совсем рядом с динамиком ноутбука, чтобы что-то услышать, а нахождение настолько близко к экрану означает, что абсолютно ничего не останется для воображения. Что, по мнению Уилла, вообще не должно быть базой для воображения. То, как двое мужчин занимаются сексом на камеру. Есть только одна вещь, которая может быть более реальна, чем это.

***

Честно говоря, Уилл хотел посмотреть это видео только ради одного момента, для самообразования в определённой сфере, но как только он начал, остановиться было уже практически невозможно. И как только он закончил пересматривать это видео немыслимое количество раз, забыть его тоже было уже почти невозможно, как будто теперь оно было выжжено на сетчатке его глаз и постоянно воспроизводилось снова и снова. Был соблазн посмотреть ещё раз, мало ли, вдруг Уилл упустил какую-нибудь деталь? Это действительно то самое? Занимались ли этим люди, когда Уилл вернулся из изнанки, а они боялись даже взглянуть на мальчика? Занимался ли этим Ричи?

***

После всех своих поисков, во второй раз Уилл встретил Ричи совершенно случайно. Он буквально столкнулся с ним на входе в студию; врезался в Ричи и выронил все свои вещи. Он ужаснулся, что все его кисти и карандаши попадали на пол, и даже забыл посмотреть, кто перед ним стоит. Уилл кинулся всё собирать, и только когда они с Ричи потянулись за одним и тем же карандашом, он поднял глаза. И точно так же, как в тот раз, когда Уилл впервые увидел лицо Ричи, его сердце, кажется, подпрыгнуло и перекувыркнулось. – Ну, привет, Вилли Вонка, – говорит Ричи с британским акцентом и медленно улыбается. Его глаза весело поблёскивают, когда он протягивает Уиллу карандаш и продолжает говорить в той же манере. – Рад тебя видеть, старина. Ты хоть узнал меня? Знаю, это трудно, учитывая, что в этот раз я полностью одет, но я уверен, что ты бы не смог забыть это прекрасное лицо. Но если тебе действительно трудно вспомнить, то, может, узнаешь по размеру моего члена? Тогда точно не ошибёшься. Уилл тяжело сглатывает, когда смотрит на Ричи, несколько мгновений его сердце бьётся где-то в горле, прежде чем он в спешке собирает оставшиеся вещи. Удивлённый взгляд Ричи сменяется обеспокоенным из-за порыва Уилла; он будто вот-вот убежит. – Эй, я просто шучу, Уилбер, тебе не обязательно сбегать, – заявляет Тозиер, но Уилл просто сгребает оставшиеся принадлежности в сумку с книгами, после чего хватает растерянного Ричи за запястье и без слов тащит его в любую ближайшую комнату. Их шаги отдаются эхом, когда они, спотыкаясь, вваливаются в пустой лекционный зал; Уилл толкает Ричи на первый попавшийся стул, тут же застопорившись, не зная, что делать дальше. Он просто смотрит в глаза ошарашенному Тозиеру, его сердце бешено колотится, пока он колеблется между своими дальнейшими действиями, и, наконец, подходит ближе и опускается на колени. Уилл чувствует, как сердце уходит в пятки, когда он нервно облизывает губы и неуверенно кладет руки на колени Ричи, демонстративно раздвигая его ноги. – У тебя... – Уилл робко начинает говорить, судорожно глотая и отчаянно пытаясь унять бешено колотящееся сердце. – У тебя сейчас есть какие-то… Дела?.. – У меня? – Ричи смотрит на него широченными глазами; он явно сбит с толку и поэтому тут же замолкает, наблюдая за руками Уилла, нетерпеливо поглаживающими его бёдра. Байерс останавливается, чувствуя взгляд Ричи и то, как кончики его ушей горят от уверенности, что он сделал что-то такое же странное, что видел в том видео. – Ты издеваешься? Теперь у меня всё отменяется. – Ладно, – Уилл слегка кивает и у него перехватывает дыхание, когда его глаза встречаются с глазами Ричи на долгий, напряжённый миг. – Хорошо. Такое ощущение, что в воздухе абсолютно не осталось кислорода, и когда их взгляды встречаются вновь, то их обоих будто ударяет током. Единственное, на что Уилл сейчас способен, это ловить взгляд, которым Ричи одаривает его губы, и чувствовать лёгкое прикосновение его пальцев к своей руке, все ещё лежащей на бедре Ричи. Ещё секунда, и Уилл подаётся вперёд так сильно, как только может, и Ричи тут же наклоняется ему навстречу. Уилл подмечает, что у Ричи тёплые руки, когда чувствует его тонкие пальцы на своём подбородке; Тозиер нежно наклоняет его голову назад, чтобы углубить поцелуй, и Уилл издаёт звук, который даже не подозревал, что может издавать. Его локти на коленях Ричи; Уилл приподнимается и подаётся навстречу; всё никак не может насытиться поцелуями. Ему хочется запустить пальцы в волосы Ричи, и он тянет к ним руку, не в силах сопротивляться желанию. Уилл вздрагивает, когда Ричи нежно прикусывает его нижнюю губу в ответ, и чуть ли не скулит, когда он отстраняется. – Охуеть, у меня что, сегодня день рождения? – бормочет Ричи за мгновение до того, как снова вжимается своими потрескавшимися губами в губы Уилла. Уилл мямлит что-то неразборчивое в ответ, пока язык Тозиера обводит линию его губ, но с судорожным вдохом заставляет себя отстраниться. – Нет, но я… Я всё равно хочу кое-что тебе подарить, – шепчет Уилл, завороженно глядя на Ричи, на его тёмные глаза и спутанные кудри, и у него аж во рту пересыхает. Уилл медленно сползает вниз, пока его колени вновь не касаются пола, пока он вновь не оказывается на одном уровне с пахом Ричи. Он снова гладит его бёдра и снова краснеет, когда Тозиер смотрит на его руки. – Я… Я считаю несправедливо, что в прошлый раз ты ушёл… – Уилл краснеет всё сильнее, когда пытается выдавить из себя конец фразы, а сердце, кажется, ненадолго перестаёт биться, когда он тянется к ширинке джинсов Ричи и молится каждой клетке своего тела, чтобы он ничего не испортил и не пришлось вызывать скорую помощь. Плавно и осторожно Уилл расстёгивает сначала молнию и уже смелее пуговицу. Он быстро смотрит в глаза Ричи, пока его пальцы хватаются за резинку его боксёров, и Уилл, наконец, стягивает и их. – Ушёл, так и не почувствовав себя хорошо. – Пиздец, – выдыхает Ричи себе под нос, и Уилл воспринимает это как положительный знак. – Итак, я хотел загладить свою вину перед тобой. Вернуть должок, – тихо поясняет Уилл, и Ричи ловит воздух ртом, как рыба, не в силах даже нормально думать. – Тебе не обязательно… Типа… Я отсосал тебе не для того, чтобы… – Ричи пытается объяснить, но Уилл отрицательно мотает головой. – Я знаю. Я сам хочу, – отвечает он, и Ричи закрывает рот. Уилл улыбается на это действие, чувствуя, как внизу живота завязывается тугой узел. – Обращайся.

***

– Самый. Лучший. Оргазм. Когда-либо полученный в этом лекционном зале! Уилл не может удержаться от нервного смешка при этих словах; его глаза довольно поблёскивают и он закусывает нижнюю губу. Ричи устало развалился на раскладном стуле. Он одаривает Уилла восторженной улыбкой, и Байерс старается не слишком гордиться собой. – С чего ты взял? Ты же не знаешь, какие оргазмы испытывали в этом лекционном зале до нас, – шутит Уилл, чувствуя себя смелее из-за положительной реакции Ричи, и тот выгибает бровь. – Скажи ведь, мы наглые? – спрашивает Ричи с оттенком удивления во взгляде, и Уилл пожимает плечами. – Нуу... – Уилл шутливо закатывает глаза. Он всё ещё чувствует лёгкое головокружение и чрезмерную гордость за себя, и ему приходится отвести взгляд, чтобы подавить улыбку, но Ричи, похоже, всё равно это замечает. – Я больше никогда не смогу смотреть на этот зал так, как прежде. Наверное, ни на один лекционный зал я больше не смогу смотреть, как раньше. Слышишь, Уиллард? Ты официально испортил мне все надежды на нормальный выпуск. С этого момента, когда я буду сидеть на любом похожем стуле, то вместо учёбы буду думать о тебе и той хуйне, которую ты вытворял своим языком. – О боже… – выдыхает Уилл, заливаясь краской, и закрывает лицо руками; кончики его ушей горят, когда он раздвигает пальцы, чтобы посмотреть на Ричи. – Как ты можешь так просто говорить о таком? У тебя что, нет никакого понятия о стыде? – Нет, никогда о нём не слышал, – сразу же отвечает Ричи, и Уилл тут же вспоминает их предыдущую встречу, когда Ричи на весь коридор орал про то, что сделал минет Уиллу Байерсу. Уилл убирает руки с раскрасневшегося лица. – Это понятно, учитывая, как ты решил попрощаться, когда мы виделись в прошлый раз. Что это было? «Было приятно отсосать тебе»? Ричи прямо засиял после этих слов, его глаза радостно блестят, и он пожимает плечами. – Я не собираюсь извиняться за то, что отлично провел время, отсасывая тебе, просто научись забивать на других. Ну, или я могу начать хуже сосать, если ты хочешь, чтоб я изменил своё мнение. Уилл фыркает на это, он прищуривается и смёется, пропуская самодовольное выражение лица Ричи. – Ну, спасибо. Я даже не могу сказать, комплимент это или нет. – О, это высочайшей степени комплимент, – важно отвечает Тозиер, и Уилл только сильнее смеётся. – Конечно, любой может научиться хорошо делать минет, но научиться достойно благодарить за него? Это талант. И Уилл заливается смехом ещё сильнее, и от ширины его улыбки рот болеть начинает: «Ну, тогда спасибо. Большая честь для меня». – Не за что, – отвечает Ричи резким кивком, продолжая смотреть на Уилла из своего расслабленного положения. Его взгляд на мгновение становятся нечитаемым, прежде чем он резко выпрямляется: «Эй, Вилли, что делаешь завтра вечером?» Уилл удивлённо хлопает глазами, услышав вопрос, и тоже садится прямо, повторяя движение Ричи. – Ээ, ничего. У меня... Никаких планов или чего-то такого. Губы Ричи медленно растягиваются в улыбке, его глаза пошло поблёскивают, от чего у Уилла опять сердце начинает биться, как бешеное. Боже, Ричи Тозиер его смерти хочет, а?