Потерянные истории

Апрель 1891 года. Волшебные путы туго стянули запястья. Лили стиснула зубы, не выказывая боли, и исподлобья взглянула на неожиданный союз. Если с Руквудом, успешно скрывавшимся все это время от мракоборцев она давно готова была встретиться, то Корвус, брат Оминиса, оказался неожиданным злодеем. Почему он вообще оказался в «команде» Виктора? И, главное, как давно? — Что вам от меня нужно? — выпалила Лилиан. — Меня будут искать. Вам не удастся… не удастся сделать то, что вы планируете. Корвус лениво улыбнулся, будто она сказала что-то веселое. Виктор же, напротив, нахмурился и сжал зубы. — Иди за мной и не задавай вопросов. Попробуешь сбежать или схитрить — сломаю тебе руку, как в тот раз, — предупредил он. Лилиан удивленно вскинула брови. — Да, правильно думаешь, — он скривился, будто даже мысль о том, что однажды его победили школьники, казалась самым унизительным воспоминанием. — Мне долго пришлось восстанавливать свой разум, но я вспомнил. И то Империо я тебе еще верну. Корвус, дождавшись, пока Руквуд закончит злобно корчиться и кичиться перед Лили, развернулся и продолжил путь к озеру. Виктор толкнул Лили в спину, заставляя следовать за Мраксом и замыкая их маленькое шествие. Они шли по берегу долго, так долго, что Лилиан была уверена — хоть кто-то, но начал ее искать. «Если не Оминис, то хотя бы соседки по комнате? Увидят, что меня нет, пойдут узнавать… Хотя они знают, что я часто пропадаю… Может, отец забеспокоится и заставит директора поднять поиски? Блэк будет в восторге». Лилиан попыталась пошевелить руками, но свежее заклинание крепко сковывало ее запястья. «Нужно потянуть время. Вывести их на беседу. Может, даже получить пару пощечин. Если удастся хоть ненадолго задержаться…» — Зачем я вам вообще? — Лилиан попыталась сбавить шаг, но Руквуд больно ткнул ее в спину палочкой, подгоняя идти. — Корвус, ты злишься, что я не взяла тебя на квиддич? Так Виктор там тоже был, мог и сам тебя позвать. Не знала, что вы сладкая парочка! Или вы не ладите? — Заткнись, — зашипел Руквуд. — Сдался нам этот квиддич, это все было ради дракона! — Виктор, мы это обсуждали, — медленно проговорил Корвус. В его голосе проскользнуло раздражение. — Девчонке не обязательно знать все, что мы сделали. Ты ей еще про мать тираду зачитай. — Мать? Мою маму? — всполошилась Лилиан. — Что ты про нее знаешь? — Молчать! — Руквуд резко дернул за плечо и развернул Лили к себе. Кончик его носа почти касался ее лица. Лилиан заметила, как злобно блестят его глаза, и как ходят желваки, перекосив все лицо. — Твоя мать закончила так, как и заслуживала. — Он ухмыльнулся, видя удивленное лицо Лили. — Да, мы читали новости о свежеиспеченном вдовце. Бедная-бедная Катрин Блэквуд. Грязная голодная оборванка, притворяющаяся аристократкой, умерла в канаве рыбного городишки. Она получила по заслугам! — Ах ты!.. — Лилиан взревела и попыталась вырваться из захвата. Не жалея рук, вывернула запястья и потянулась к лицу мужчины, пытаясь хотя бы поцарапать его. — Как смеешь ты!.. Руквуд хрипло рассмеялся и изящно шагнул назад, уходя от ее яростной, но бесполезной атаки. Лили не сдавалась, хотя руки уже жгло от все крепче сжимающихся петлей веревки. — Ты ничего не знаешь, не так ли? — холодно осведомился Корвус. — Не знаешь, что делала твоя мать во время учебы. Не знаешь, что она позволяла себе. — Корвус, мне это надоело. Я не собираюсь болтать с девчонкой, — Виктор больно сжал плечи Лили и вдавил в землю, пытаясь укротить. — Оглуши ее! Лилиан вывернулась из захвата и прокатилась по траве. Она вскочила и выставила руки перед собой. Виктор одним шагом сократил расстояние между ними и замахнулся. — Я знаю! Моя мама… — выдохнула Лилиан прежде чем ее совершенно неспортивно (если считать происходящее дуэлью) ударили в живот. — Ох! Мне все равно что вы… Заклинание Корвуса, попавшее точно в висок, заставило ее осоловело заморгать и упасть на колени. Сознание противилось сонному заклинанию, но тело, вымотанное тяжелой ночью, понемногу поддавалось. Последнее, о чем успела подумать Лили — это об Оминисе. Возможно, дело в его старшем брате, что прямо сейчас бесстрастно смотрел ей в глаза, планируя что-то откровенно зловещее, или в том, что в какой-то момент все ее мысли, будто протоптанная кругом тропинка, возвращались к одному бледному задумчивому лицу, принося успокоение и ощущение тепла где-то возле громко бьющегося сердца. Крохи Древней магии, что еще оставались в теле Лилиан, легко покинули ее, повинуясь невербальному заклинанию, и быстро поплыли в сторону Хогвартса, медленно обретая белое свечение.

***

Доран никогда не считал себя терпеливым человеком. Ожидание для него — худшая мука из возможных. И потому, когда часовая стрелка сделала целый круг, а Лилиан так и не вернулась, он решил узнать, в чем дело. Выйдя из директорского кабинета, Доран спустился по длинной круглой лестнице и, недолго поразмыслив, завернул к Большому залу. Возможно, там найдется Лили или хотя бы директор? Но в зале были лишь немногочисленные сонные студенты, решившие не пропускать завтрак. Появление Дорана вызвало оживление. Ух точно у той части зала, что занималась квиддичем. Остальные с интересом глазели то на Блэквуда, то на взволнованных соседей по столу. Доран, рассеянно улыбнувшись, помахал детям и развернулся, чтобы уйти. Уже за дверьми зала, возле часов факультетов, его догнала темнокожая девчонка с красным гриффиндорским гастуком. — Мистер Блэквуд? Гриффиндорка была не одна. Рядом с ней, держа большой саквояж, стояла низкая пуффендуйка. Студентки были возраста Лили, поэтому Доран поинтересовался: — Вы видели мою дочь? Лилиан. Она учится на гриффиндоре, пятый курс. Те смутились. — Вообще-то, мы хотели узнать это у вас. Мы слышали, что что-то случилось с Себастьяном, и Лили как-то в этом замешана, но ее нигде нет. Мы переживаем, что с ней что-то случилось. — Последний раз я ее видел в кабинете директора. Лили должна была сходить в гостинную Слизерина и переодеться. Но прошло уже много времени, а она так и не вернулась. Гриффиндорка нахмурилась и, не сказав ни слова, развернулась и быстрым шагом отправилась обратно в зал. Вскоре она вернулась с недовольной слизеринкой. Та, увидев Дорана, опешила и недовольство на ее лице сменилось замешательством. — Итак, — нарочито бодро сказал Блэквуд, глядя на девушек и неловко улыбаясь, в душе надеясь, что это все просто глупый розыгрыш от дочери. — Кто из вас достаточно смышленый, чтобы помочь мне найти Лили? Слизеринка вздохнула и покачала головой. — Не могу поверить, что говорю это, мистер Блэквуд, но лучше бы я никогда не встречала бы вас… — Она ядовито усмехнулась и, поколебавшись, решилась, вмиг посерьезнев. — Я знаю, кто вам поможет.

***

Если бы Лилиан засчитывали на отлично экзамен СОВ каждый раз, когда она пробуждалась после потери сознания, она бы уже закрыла весь пятый курс круглой отличницей. Возможно, даже претендовала бы на половину экзаменов ЖАБА. Во всяком случае, именно такое предположение первым выдало сознание, вернувшееся к управлению быстрее тела. Лилиан лежала, закрыв глаза, и слышала разрозненные голоса, тихо переругивающиеся о чем-то. Над головой что-то громко гудело и трещало, напоминая огромную печь. «Это… это же большое Хранилище! Под Хогвартсом! — Лили стоило огромных усилий не подать виду, что она уже проснулась. — Как они смогли сюда пробраться без ключа?» Онемевшая от холода щека, что прижималась к каменному полу, пошла иголками, как и левая половина тела, непослушная после долгого нахождения в одном положении. Лилиан заставила себя выровнять дыхание, чтобы никто не заподозрил, что она очнулась, и прислушаться. — …кровь дракона. — Да, именно кровь. — Вдруг нужна желчь, или еще что-то? — Она была уверена. Ты же сам читал это. — Если не врала. Может, это просто догадка. — Конечно это догадка, никто еще не повторял этого. Но какая, Салазар, разница? Мы так долго к этому шли, в чем смысл отступать? Корвус, это сила! Могущество! Вспомни, что могла Катрин. Что сделали гоблины из зараженных этой магией кусков металла! — Нам нужен подопытный. — Издеваешься? Поделиться силой с другими? — Если этот кто-то выживет, мы просто проведем еще один ритуал. — Нет времени. — Предостаточно! Накачаем девчонку магией и увезем подальше. Будем держать под сонным зельем, связанной и с кляпом во рту. — Эту девчонку, что владеет необузданной силой и умеет метать молнии? — Девчонку-недоучку, — возразил Корвус. — Она и половины того, что умела ее мать не может. Ей только невероятно везет, будто «Феликс фелицис» наглоталась, но мы это исправим. Виктор, она четыре года провела в изоляции от магического мира с отшибленной памятью! И год в Хогвартсе… ты сам знаешь, как там учат. Руквуд прорычал что-то нечленораздельное, но явно ругательное. Потом, взяв себя в руки, процедил: — Я против. Нужно провести ритуал сейчас. По телу прошла судорога и Лилиан, не сдержавшись, пошевелилась. Разговоры замолкли. Она услышала быстрые шаги и спустя мгновение ее подняли на ноги заклинанием. Ноги и руки беспомощно повисли в воздухе, отекшие и не слушающиеся. Лилиан поняла, что притворяться спящей бессмысленно, оттого открыла глаза и смело встретилась взглядом с мрачным Руквудом. — Ты раньше вбирала в себя Древнюю магию? — сходу спросил он. Лилиан молчала, сердито сжав зубы. Вместо ответа она огляделась. Да, это был тот самый зал под Хогвартсом, где когда-то профессор Фиг ценой своей жизни помог ей запечатать магию обратно в Хранилище. Над головой висела сфера и гудела только ей слышимыми голосами. Лилиан отвернулась. И почти сразу увидела огромную дыру в конце пещеры. Она всегда тут была? Неужели, это то место, через которое сюда когда-то первым пробрался Ранрок? «Почему я раньше ее не видела? Почему ее не нашел кто-то еще? Тоже мне, Хранительница, даже не убедилась в целостности убежища! Какая я…» Виктор тряхнул ее в воздухе, выбивая последние мысли из головы. Лили молчала. Руквуд раздраженно сощурился и крикнул через плечо: — Наколдуй мне кресло. Корвус послушался и вскоре Лилиан оказалась привязанной к деревянному стулу по рукам и ногам. Руквуд задумчиво похлопал палочкой по руке и обернулся к Мраксу. Тот стоял, сложа руки за спину и подняв голову, щурился от яркого света Хранилища. Будто сомневаясь, Мракс медленно проговорил: — Мы не можем знать, что будет после того, когда она вдохнет всю магию. Один раз мы уже оплошали. Картрин сбежала, прихватив твое родовое хранилище. А нам остались лишь крохи. Нельзя торопиться. — Даже с этими крохами мы смогли заинтересовать гоблинов, — возразил Виктор. — И в итоге обернули все в свою пользу. Зараженного металла хватило для их целей, а целей гоблинов хватило для отвлечения Министерства. Так что давай просто накачаем девчонку магией и на месте заберем все себе! Мракс скривился. — Мы не все продумали, — сказал он с неохотой. — А если возьмем подопытного, не только потренируемся, но и разделим силу на двоих, чтобы было удобнее. И девчонка ослабнет. Лилиан нервно вздрогнула. Ей совершенно не нравилось, что ее силы делили, как шкуру неубитого медведя. — Я знаю все! — отчаянно выкрикнула она, желая потянуть время. — Вы… вы… вы были прокляты. Кого-то из вас прокляла… моя мама. Корвус склонил голову набок. — Верно. Я был тем, кого она прокляла. — Она не хотела! Это вышло случайно! — отчаянно крикнула Лилиан. Она была настолько искренна в своих словах, что незаметно втянула Корвуса, желающего поизмываться, в беседу. Его плечи задрожали, будто от смеха. — О, да, я отлично помню ее оправдания. И она пыталась исправить. Но только это походило на дружеские посиделки больше, чем на лечение от проклятия. Долгие годы она все спрашивала и спрашивала… Пыталась узнать что-то, чего я сам не знал. — Она просто втиралась в доверие, — сквозь зубы процедил Виктор. — А потом похитила силу и сбежала… думала, что не найдем. И не нашли же. Хоть и очень пытались. Корвус взмахнул руками, будто собираясь дирижировать перед императорским оркестром. — Акт первый: бедный проклятый Мракс, — его глаза заволокло дымкой воспоминаний. — Как же много тьмы в моей душе… тьмы, что взращивалась и поощрялась поколениями. И новое проклятие лишь удачно встроилось в мое и без того испорченное тело. Мне не было больно или плохо. Да и о том, что это проклятие, я узнал уже позже, от нее самой. — Корвус, не время болтать, — пробурчал Виктор. Раздраженно дёрнув уголком губ, Корвус, полностью игнорируя напарника, продолжил: — Катрин восхищалась моей силой духа, — он шагнул ближе и с холодным презрением взглянул на Лили. Та вздернула подбородок. — Она представилась «доброжелателем», готовым помочь с новым недугом. И прибегала «лечить меня» даже беременная, как это мило… Это был наш маленький секретик от ее мужа. Он-то думал, что жена просто скрытная и не любит общество аристократов. — Мракс ухмыльнулся. — А она боялась. Мы встречались раз в месяц, и целый день проводили за беседой. Она думала, что сможет легко все исправить и забрать проклятие после родов, но это растянулось почти на десять лет. — Корвус хмыкнул. — Мне даже интересно, подозревал ли её муж в неверности? Задавался ли он вопросами, куда уходит жена, когда оставался в одиночестве укачивать плачущую малютку? Лилиан сжала пальцы в кулаки, злясь, что не может хорошенько врезать по его довольному лицу. Она с вызовом посмотрела ему в глаза, пытаясь найти что-то, что поможет ей еще потянуть время. — Бла-бла-бла, а потом она рассказала про проклятие и украла мое хранилище, — Виктор закатил глаза. — А когда встретила тебя на одном из приемов запаниковала и сбежала. — Конечно запаниковала, — Корвус кивнул. — Впервые выбраться в свет с мужем и дочкой и тут же попасться мне на глаза. Жаль, что я тогда не успел спросить ее о процентах. — А когда мы посетили поместье Блэквудов, там уже было пусто, если не считать двух стариков. — Руквуд подмигнул Лили. — Сбежала, прихватив тебя и мою силу. Так что пришло время платить за долги матери. Ты сделаешь все, что мы скажем и будешь хорошей девочкой в свои последние минуты жизни. — Это проклятье… — Лилиан не хотела так быстро быть «хорошей девочкой», особенно для Руквуда. — Кто из вас проклял Анну Сэллоу? — Девчонку из Фелдкрофта? — Корвус пожал плечами. — Она просто мешалась и появилась слишком невовремя. Я лишь разозлился, хотел прогнать ее. А проклятье… как живое сползло с меня. Излечение, оказывается, было проще простого. — Хватит, Корвус, нечего перед ней распинаться, — Виктор поднял палочку и направил ее на Лилиан. — Ей скоро будет все равно. — Экспелиармус! — раздалось откуда-то со спины и палочка Виктора, совершив кульбит, отлетела на десять футов в темноту.

***

— Эм, прости, милая, а зачем нам так много человек? — обратился Доран к Имельде. Он с сомнением оглянулся на толпу школьников, поднимающуюся за ним по винтовой лестнице. — Себастьяна держат в кабинете астрономии, под присмотром профессора Шах. — Имельда нетерпеливо шагала две ступени за раз. — Амит отвлечет профессора на достаточно долгое время, мы проберемся и заберем Себастьяна, тот выследит вашу дочку и мы вернем его обратно. — Хорошо, э… А вы зачем тут? — Блэквуд кивнул на Гаррета и Крессиду. — Зелье невидимости, — Гаррет деловито раздал каждому, кроме Амита, по флакончику. — А Крессида хороша в дезиллюминационных. — Да вы не дети, а шпионы какие-то! — удивился и восхитился Блэквуд. — Мракоборцы, не меньше. Гаррет загадочно улыбнулся и горделиво расправил плечи. — Но что мне у нее спрашивать? — возмутился Амит. — Что угодно. — Имельда закатила глаза. — Почему большая медведица называется медведицей, а не ковшиком. — Или почему среди созвездий нет созвездия Мерлина? — поддержала Поппи. — Это все потому что… — начал было Амит, но его перебили. — Тш-ш-ш-ш! — шикнула Натти. — Зелье, быстро! Вся компания, кроме Амита, выпила зелье и прижалась к стеночке. Когда чары начали действовать, Крессида дополнительно набросила на каждого дезилюминационные. Лишь тогда Амиту было разрешено действовать. — Эм, профессор? — он неловко постучал в дверь. — Профессор, у меня к вам важный вопрос. Сатьявати Шах открыла кабинет и с удивлением воззрилась на ученика. — Что такое, мистер Таккар? У вас вопрос? Может, попозже? — Нет! — нервно пискнул Амит. — Это важно! — Слушаю, — женщина сложила руки на груди и сердито взглянула на своего лучшего ученика. — Понимаете, — Амит весь покраснел. — Вопрос не будет полноценно задан, если мы не поднимемся на астрономическую башню, к телескопам. По-понимаете, там д-другая атмосфера, звезды сами просят открыть их тайны, так что… Профессор вздохнула. — Только из-за моего исключительного расположения к вам я уделю десять минут. Не больше! — И она, закрыв дверь на ключ, поднялась за постоянно бормочущим извинения вперемешку с благодарностью Амитом вверх по лестнице. — Идем! — шипнула Имельда. — Аллохомора! — Крессида открыла замок и распахнула дверь. У окна, привалившись лбом к каменной кладке и сложив руки на коленях, смирно сидел Себастьян. Он безразлично поднял взгляд на открывшуюся дверь. Дверь медленно закрылась. Ничуть не удивившись, Себастьян задумчиво закивал. — Вы убьете меня? — спросил он. — А невидимы потому, чтобы я не запомнил вашего лица? — Фу, драма, — фыркнула Имельда. — Мы тебя конфискуем. — О, почему ко мне перед смертью явился голос именно Рейес? — нервно хмыкнул Себастьян. Но в его глазах появился осмысленный блеск. — Нам нужно найти Лилиан. Она пропала, — заговорила Поппи. — Драконье дерьмо! — ругнулся Сэллоу. — Именно, друг мой, — задумчиво протянул Доран. — Я так понимаю, у вас есть некоторые опасения, что она может быть в опасности? — Э… мистер Блэквуд? — Себастьян покачал головой. — Нет, я все же брежу и эти голоса мне просто привиделись… Не тратя время на переубеждения Сэллоу, его освободили, нашли его палочку, и быстро вывели из башни под еще одним зельем и дезилюминационными чарами. Лишь свернув в дальний уголок замка, Крессида сняла со всех чары и команда теперь смогла различать размытые силуэты. — Так э… — Себастьян слегка рассеяно тряхнул головой. По дороге его уже посвятили в курс дела и негласно сделали экспертом и главой поисков Лилиан. — Я, если честно, совершенно не представляю где искать. Но чтобы у нас что-то получилось, нужно разделиться на группы. Одна группа должна проверить Хогсмид и узнать новости, вдруг ее видели там. Остальные — старое-доброе Ревелио и ищем как в Хогвартсе, так и за его пределами. Возражений не было. — Если кто-то найдет Лили, пришлите мне кричалку, — Доран достал пустые письма и отдал каждому подростку. — В него достаточно накричать, или нашептать и заклеить, отправителя оно знает и сразу исчезнет. В поисках Себастьяну досталась пара из Натти и Поппи. Они решили начать поиск с дворика у ворот школы, и пройтись дальше за его пределы. Себастьяну пришлось снова замаскироваться, а девочки, чтобы прикрыть его, не стали допивать зелье и пошли в открытую. У ворот школы им повезло. Себастьян замер и, дернув Натти за рукав, шепнул: — Это следы от ботинок Лилиан. Я узнаю их. След вывел к Черному озеру. Пока Натти искала дальше, Себастьян позволил себе передохнуть и взглянуть на Хогвартс возможно в последний раз. — Что ты сделал? — тихо спросила Поппи. — За что тебя?.. — Кое-что ужасное и непоправимое, — так же тихо ответил Себастьян. — Я заслуживаю смерти. Поппи крепко прижала к себе саквояж, который постоянно таскала с собой и задумалась. — Но никто не заслуживает смерти. Наказание должно помочь исправиться, а не умереть еще больше озлобившись на весь мир. — Как бы я хотел… — Себастьян опустил взгляд. — Но я должен принять правосудие. — Не знаю, что ты заслуживаешь, но я не вижу в тебе плохого человека, — Поппи поджала губы. — Ты всегда был добр к волшебным животным, кормил с Оминисом кошек и заботился о сестре. Может, я пожалею, но сейчас хочу помочь тебе. Сэллоу удивленно поднял глаза. Маленькая пуффендуйка серьезно свёв брови, глядела на него, протягивая саквояж. — Там Чернокрыл. Гиппогриф. Он поможет тебе когда… когда мы найдем Лилиан. Себастьян пораженно принял сумку, как самое ценное сокровище. Имеет ли он право на это? Поппи лишь пожала плечами и отвернулась. — Никто не заслуживает умереть, — глухо сказала она. — Нашла! — внезапно громко крикнула Натти. — Тут огромная яма! И следы совсем свежие. Идите сюда!

***

Все обернулись к новому лицу действия. Из того самого прохода, который когда-то вырыл Ранрок, не скрываясь, вышел Оминис. Он повернулся к брату и попытался обезоружить и его, но Корвус быстро увернулся от заклинания и бросил пару других в ответ. «О нет, зачем он пришел и сражается так открыто? — сердце Лилиан тревожно сжалось. — Они же убьют его! Или возьмут как подопытного!» — Оминис, беги! — успела выкрикнуть Лили и тут же захрипела, скорчилась от боли — Виктор с силой сжал ее горло. — Джентльмен пришел на помощь даме? — Руквуд задержал руку на шее еще немного, наслаждаясь причиняемой болью и только после отступил. — Корвус, как он нас нашел? — Не имею ни малейшего понятия! — огрызнулся старший из Мраксов, посылая в младшего брата целый ворох режущих заклинаний. — Я шел за вами! — Оминис неловко спустился с каменной насыпи, держа перед собой Протего и с его помощью отражая заклинания. — Отпустите ее! — Не лезь в это, — процедил Корвус сквозь зубы. — То, что мы делаем тебя совершенно не касается! Оминис опустил голову, будто принимая поражение. И тут же поднял палочку повыше, отражая отталкивающее заклинание. Возле его плеча взорвалось заклинание. Лили вскрикнула от напряжения. Оминис покачнулся, стоя у самого края пропасти, но устоял на ногах и двинулся дальше. — Даже если бы на ее месте был обычный магл, я бы не отступил. К твоему несчастью, Корвус, Лилиан еще и очень дорога мне. Виктор сердито цыкнул. Корвус плюнул на землю. Оминис коротко усмехнулся, уловив их настроение, и в этот же миг начался настоящий бой. Заклинания летели в разные стороны сбивая сталактиты в каменную крошку. Еще пара шагов, несколько отраженных заклинаний — и Оминис нырнул за груду камней, скрывшись от глаз преступников. Огромная яма, в которой когда-то Лилиан дралась с Ранроком-драконом, была отличным полем для сражения. Виктор и Корвус расчистили место для себя только в центре, не думая о том, что им придется сражаться с кем-то, поэтому Оминису легко удавалось прятаться за огромными разрушенными колоннами. Лилиан, не дыша, наблюдала за битвой. «Почему, почему он бросился в неравный бой? Зачем так рисковать собой?» Лилиан дернулась, пытаясь выбраться, но веревки только крепче сжали ее руки. «Неужели он готов так самоотверженно умереть ради меня, потянув время?» Неожиданно тугая хватка ослабилась. Лилиан смогла вытянуть руки. Кто-то осторожно коснулся ее колена. Стоило огромных усилий, чтобы не взвизгнуть. — Это я! — знакомый шепот. Где Лили могла его слышать? Совсем недавно… — Анна?! Пространство перед Лилиан на мгновение пошло рябью, показывая знакомый самодельный шарфик и короткую каштановую челку. — Тише! — шикнула девушка. — Где твоя палочка? Лилиан замотала головой. — Я не помню! Наверное где-то… у кого-то из них. — Мерлинова борода! — тихо ругнулась Анна. — Акцио палочка Лили! Карман пиджака Корвуса затрепетал. Тот, увлеченный поисками брата, не обратил внимания. Анна скривилась и поправила челку. — Тысяча чумных крыс, я подберусь поближе. — Анна, не надо! Не рискуй собой! Но Сэллоу уже скрылась, и Лилиан даже не могла понять, где та находится. «Хорошее дезилюминационное… Себастьян научил? Или… или она Себастьяна. Кто знает, чего от этих Сэллоу ждать!» Резкий крик боли заставил Лили замереть, а Корвуса победно захохотать. Кто-то ранил Оминиса, и, похоже, на этом битва закончилась. И Виктор и Корвус бросились туда, где должен был быть младший из Мраксов. «Анна, прошу, быстрее!» — Лили попыталась освободиться от пут, раскачиваясь на стуле. Ей удалось дважды вместе со стулом «подпрыгнуть» к месту, где лежало несколько сумок, среди которых она узнала и свою сумочку. Еще прыжок, мгновение невесомости — и она упала лицом на землю, больно ударившись головой. Голоса Виктора и Корвуса приближались. Лилиан сжала зубы и попыталась проползти. Она не знала, есть ли у нее в сумочке хоть что-то полезное, но просто так лежать и ждать своей участи не хотелось. Очередной душераздирающий крик боли заставил ее забыть о боли и Лилиан поползла вперед. Еще совсем немного, и ей осталось лишь перевернуться и запустить руку в сумочку. «Давай, давай, быстрее!» — подбадривала она себя. И тут ее резко подняли в воздух вместе со стулом. Лилиан закричала от неожиданности, сжимая в руках единственное, что успела нащупать — розовый шарик от Гаррета. «Дымовая завеса. Выиграет нам время», — Лили затолкала шарик поглубже в рукав надеясь, что тот не выпадет. — Что ты собиралась сделать? — истерично крикнул Руквуд. — Отвечай! — Умереть раньше, чем вы исполните свой идиотский план! — фыркнула Лили. Виктор побагровел. Он подошел ближе и наотмашь ударил Лили по лицу. Было не больно, лишь унизительно. Лилиан засмеялась, неприятно растягивая саднящую губу в улыбке: — Избиваешь девушек? Понятно, почему ты такой слаба… Хлоп! Еще одна пощечина. Лилиан закашлялась, чувствуя во рту привкус крови. Из-за разрушенной колонны вышел Мракс, заклинанием таща за собой оглушенного Оминиса. Лили тут же замолчала, а Виктор, видя это, злорадостно ухмыльнулся. — Брось, Виктор, не трать время. У нас в руках есть испытуемый. Разделим силу и сбежим, — примирительно сказал Корвус. Руквуд пожал плечами, отвернулся от Лили и долго смотрел, как напарник укладывает Оминиса на полу. — Тебе не жаль собственного брата на это? — внезапно спросил он. — Его? — Корвус расхохотался. — Этот слизняк не достоин считаться моим братом. Оминиса в семье никто не любит. О его пропаже не будет скорбеть даже наша полоумная мамаша. — Не трогайте его! — голос Лилиан сорвался на всхлип. — Пожалуйста! Возьмите меня и сделайте со мной все что хотите, но не его! Корвус удивленно поднял бровь, с интересом вглядываясь в Лили. Виктор ехидно хмыкнул. — У твоего брата появилась подружка раньше тебя, а? — Замолчи. — Корвус передернул плечами. — Как будто сейчас это имеет значение. Давай начнем. Виктор согласно кивнул и опустил Лили на землю, тут же сковав ее волшебными цепями по рукам и ногам. Он подошел к девушке и, склонив голову набок, несколько мгновений рассматривал ее. А потом наклонился и резко вырвал волос. — Что вы собираетесь делать? — прокричала Лили, щурясь от света огромной сферы с Древней магией, оказавшейся прямо у нее над головой. Виктор проигнорировал ее вопрос и, достав флягу с неизвестным содержимым, бросил рыжий волос туда. Корвус же в это время сковал Оминиса рядом с Лили и привел того в чувства. Младший Мракс вздрогнул и принялся дезориентированно крутить головой в стороны, без палочки полностью полагаясь только на слух. — Оминис! Оминис! Ты в порядке? — выкрикнула Лили. — Лилиан! — Оминис сделал несколько коротких дерганных вдохов, будто задыхаясь. — Все… будет хорошо. — Пей! — Виктор брезгливо приложил зелье к губам Оминиса. — Пей, пей я сказал! Оминис дернулся, когда зелье коснулось его губ. Он попытался отвернуться, но Корвус применил заклинание, удерживая его голову на месте. Виктор силой заставил Оминиса открыть рот. Оминис хоть и сжал зубы, и зелье пролилось по подбородку, но часть всё же попала внутрь. Лилиан не моргая смотрела на Оминиса, ожидая трансформации. Она поняла, что это за зелье. И видела его действие раньше. Оминис начал медленно меняться. Волосы отрасли и приобрели рыжеватый оттенок, плечи уменьшились, родинки пропали, появились веснушки. Только глаза, глаза никак не хотели становиться зелеными, лишь неожиданно стали кровоточить. — Ну? — Виктор нахмурился, вглядываясь в лицо Оминиса. — Что это? Корвус тоже напрягся. — Это не должно было начаться сразу. Дай ему еще зелья, — раздражённо бросил он. Виктор выругался и еще раз поднёс флягу. Оминис снова сопротивлялся, но все же после недолгой борьбы проиграл. И его глаза все так же продолжали кровоточить, а тело сжиматься от судорог не до конца завершившегося превращения. Корвус подошел ближе и резко схватил Оминиса за подбородок, заглядывая в его мутные глаза. — Что ты с собой сделал, а? — процедил он. — Какие чары? Это не полная трансформация! — Никаких… — с усилием выдохнул Оминис. — Вы… зря стараетесь. — Раньше ты не был таким! — зло рыкнул Корвус. — По-подарочек, наверное, — выдохнул младший брат. — От пра-прадеда Салазара. В его голосе не было ехидства или торжества — только усталость от бесконечных, незаканчивающихся волн превращения. — Так все же ты?! Скрипторий! — охнул Мракс-старший. — Плевать, — отрезал Виктор. — Будем пробовать так. — Нет, не получится, — нехотя возразил Корвус. — Мы не знаем, как поведет себя Древняя магия в таком сосуде. Вдруг она просто его убьет и выйдет наружу? Лилиан сдавленно всхлипнула. Какое облегчение! Все же, они не убьют Оминиса. Он сможет попытаться сбежать. И именно в этот момент Анна, про которую Лили уже забыла, попыталась вытащить ее палочку из кармана Корвуса. Это получилось неудачно — Мракс сразу ее заметил, несмотря на чары маскировки и схватил за руку, тряся бедную девушку как котенка. — Ну надо же, — протянул он, медленно поворачиваясь. — Какое совпадение. А мы недавно говорили про тебя. Анна попыталась вырваться, но её тут же парализовало заклинанием Виктора. Корвус же подхватил ее подмышки и расположил рядом с Оминисом. Лилиан в ужасе задергалась. — Она больна! Не смейте!.. — начала она, но ее даже не стали слушать, просто заткнув рот. — А ты вовремя, — хрипло рассмеялся Виктор, подходя к Анне и откупоривая все то же оборотное зелье. — У нас как раз возникла небольшая проблема. И без того белая как простынь Анна побледнела еще больше. Руквуд присел возле нее и без церемоний прижал горлышко фляги к губам девушки. — Пей. Анна мотнула головой, но Виктор усилил давление. — Пей, — повторил он почти ласково. — Тебе осталось жить совсем немного. К чему переживать? Лилиан сжала запястьем шар с дымкой. У нее появился план. И она надеялась, что он не будет стоить всем троим жизней. Однако, для этого нужно было подыграть Корвусу и Виктору. До того момента, пока не выпустят всю силу Хранилища. Анна уже полностью превратилась и, кажется, потеряла сознание. Оминис лежал, повернув голову набок, и глядя на Лили кровоточащими глазами. Его губы шевельнулись, но что он сказал, она так и не разобрала. — Убери брата, он бесполезен, — скомандовал Виктор Мраксу. Тот без споров заклинанием поднял Оминиса с земли и отнес подальше от Хранилища, куда-то в сторону туннеля, проделанного Ранроком. Виктор же достал бутыльки, один из которых был с темной красной жидкостью, и принялся чертить древние руны на земле вокруг Лили и Анны. «Я умею колдовать без палочки. Я смогу использовать силу против них, — Лилиан чувствовала холод шара с дымкой. — Нужно вдохнуть силу Хранилища первой и сразу же атаковать!» Виктор, странно взглянув на нее, присел рядом. Он внимательно осмотрел ее с головы до ног. Лили замерла. Сердце зачастило. «Дымка! Сейчас?!» — Что это у тебя? — Виктор, будто зная, где смотреть, ощупал руку Лилиан и почти сразу нащупал шарик. Она попыталась раздавить его, с силой нажав на стекло, но тот не поддался и Руквуд спокойно завладел безделушкой. Внезапно шар окрасился красным цветом у него в руках. Виктор хмыкнул и, поразглядывав его несколько мгновений, небрежно отбросил за спину. «Разбейся!» — взмолилась Лили, но шар, лишь ударившись пару раз, с тихим шуршанием укатился за поваленную колонну. Виктор хохотнул в ответ на гневный взгляд Лили и продолжил чертить руны. Когда он почти закончил, то откупорил последний бутылек с темно-зеленой жижей и принялся мазать ею открытые участки кожи Лили. — Что это? — нервно вскрикнула она, чувствуя, как неизвестное зелье обжигает кожу. Руквуд не ответил, только загадочно подмигнул. — Начинаем! — натянутым от напряжения голосом скомандовал Корвус. Виктор вышел из круга и поднял палочку вверх. Заклинания (его и Корвуса) ударили в Хранилище одновременно. Гоблинский металл исчез, рассыпавшись мелкой пылью. Огромный шар пульсирующей энергии, висящий над головами девушек, начал медленно опускаться. Когда-то Лилиан противилась его зову, но теперь стремилась быстрее получить силу, спрятанную веками. «Мне нужно лишь чуть-чуть! И после я смогу разрушить цепи и ударить сама!» Почему-то мысли о том, что ее сможет что-то сдержать, Лилиан даже не допускала. Тонкая струйка отделилась от общего потока магии и опустилась быстрее остальных, лентой скользнув по груди. Лилиан закрыла глаза, вдохнула его полной грудью и… не ощутила ничего. Она сделала еще несколько рваных вдохов, вбирая магию, и лишь потом, ничего не понимая, повернула голову набок. Рядом закричала Анна. Лили дернулась, пытаясь призвать Древнюю магию, но не получалось. Она сейчас должна была быть под завязку набита силой, но внутри было пусто. Будто кто-то жадно пил из ее внутреннего хранилища, как из кувшина, пока она по капле пыталась наполнить его. Лилиан разглядела, как Анна в ее облике корчится, скованная путами и светящаяся так ярко, будто огромный, под завязку наполненный дровами камин в темной комнате. Сила, как мыльная вода, стекала по Лили и сразу же переходила к Анне. — Остановитесь! Вы же ее убьете! — превозмогая боль в горле закричала Лилиан. Кровь шумела в ушах, и она даже не знала, слышит ли ее сейчас хоть кто-нибудь. — Если она умрет вы не получите эту магию! Но мужчины были глухи к ее мольбам. Лилиан попыталась остановить поток магии, проходящий через нее, попробовала закрыться и сжаться, но ничего не помогало. Непонятное колдовство спокойно игнорировало ее, носительницу Древней магии, и охотно шло в тело другого. Это не было как с Ранроком — тело того не выдержало, начало мутировать и принимать ту форму, которая была под стать такому магическому резерву. Сейчас же Анна в облике Лили оставалась человеком. Лилиан попыталась остановиться, перестать вдыхать магию. Но не вышло: сила, уже слившись с ее телом, текла, как ручеек по канавке, дальше. Злость вытеснил страх. Лили совершенно не понимала, что ей делать. Вот в чем был их план с испытуемым — не дать Лили и глотка магии, сразу перекачать в ничего не понимающего и не умеющего использовать силы «болванчика», а после забрать и поделить между собой? Нет, план они придумали на ходу. Но откуда-то же они знали о самом ритуале? Шар над головой становился все меньше. Анна перестала даже кричать, ее тело лишь слегка подрагивало, шокированное полученной дозой магии. Постепенно «кувшин» Лили, словно озеро после отлива, начал наполняться тоже. Волнообразно, будто с головой в Ирландское море и снова глоток воздуха. Значило ли это, что Анна скоро переполнится? Что тогда будет… Лилиан не хотела думать. Нужно было действовать! Но, прежде чем она успела хоть что-то предпринять, послышался сильный грохот, будто своды пещеры рушились и колонны превращались в каменную крошку. Лилиан не могла видеть, что происходит, и потому замерла, стараясь хотя бы расслышать. Грохот повторился. А после раздался треск заклинаний. «Это Оминис? Он очнулся? — Лилиан не могла разобрать слов, если они и были. — Нужно что-то делать!» Огромный камень, чудом упавший не на нее, а рядом, нарушил одно из звеньев цепи. Лили, ухватившись за возможность, направила всю энергию в этот участок цепи, стараясь разорвать ее. Удивительно легко цепь поддалась, рассыпавшись в пыль. Не вставая, Лилиан поползла, смазав руны и, выбравшись из круга, поднялась на ноги. Шар Древней магии (все, что осталось от Хранилища) был меньше школьного учебника — его она вдохнула одним рывком. Виски свело от головокружения, тело шаталось, казалось, будто она перебрала с огневиски. Лили пришлось опустить голову вниз, чтобы сделать пару рваных выдохов. И лишь когда перед глазами перестали мелькать звезды, она огляделась, выставив перед собой руки, готовая сражаться. Повсюду, кроме круга из рун, стояла розовая дымка. В ней то тут то там сверкали заклинания. Красные, зеленые, синие вспышки… Вряд ли Корвус и Виктор повздорили именно сейчас, значит, кто бы ни начал сражение, он на стороне Лили. «Оминис?» Рядом слабо застонала Анна. Лилиан, охнув, упала на колени и подползла к Анне. Та не реагировала ни на какие слова и прикосновения, и вся светилась голубовато-красным светом. Казалось, она вот-вот лопнет. Лили прикоснулась рукой к ее губам и лишь спустя растянувшееся на вечность мгновение ощутила слабое, едва заметное дыхание. «Что мне делать? — она беспомощно посмотрела на саму себя же, лежащую на полу. — Пытаться забрать силы? А я уверена, что это не убьет? Нет, нет, нужно сражаться тем, что есть!» — Держись, Анна, я скоро! — пообещала Лили и с трудом поднялась на ноги. Голова снова пошла кругом. У нее не было палочки, вокруг стоял непроходимый розовый туман, а где-то рядом два сильных волшебника сражались против одного… Лилиан, не раздумывая, побрела вперед. Она врезалась в кого-то. Тут же ударила молнией. Та вышла не очень — запахло лишь жженой одеждой. «Почему так слабо? Неужели я не должна была быть сейчас втрое сильнее чем обычно?» — удивилась Лилиан. Ее схватили за руку и через мгновение она упала на землю под тяжестью тела взрослого мужчины. Это был Виктор Руквуд. Он удивленно посмотрел на Лилиан, будто совсем не ожидая ее увидеть, а после поднял голову вверх. От Хранилища не осталось ничего. — Да, мать его! Да! — он расхохотался. — Я сделал это! Лилиан захрипела, не в силах выбраться из захвата. «Почему? Я же столько… столько вобрала в себя… через себя… Где эти силы?» — Ты сыграла свою роль, — Виктор приставил палочку к ее горлу. Его губы растянулись в победной улыбке. — Все кончено. Ты больше не нужна. — Ты убьешь меня? — слова вырвались сами-собой. — Сразу заберу все твои силы. А потом Корвус сделает это с твоей подружкой. — Виктор поболтал флягой с оборотным зельем. — Мы не убьем тебя сразу, нет… Ты умрешь здесь в одиночестве, от яда акромантула. Нам же нужно перевоплотиться перед тем, как забрать силы, а в мертвых, как ты, наверное, не знаешь, оборачиваться нельзя. Он едва пригубил зелья, поморщился и вытер тыльной стороной руки рот. Когда тело мужчины полностью изменилось, Лилиан оттолкнула своего «двойника», пытаясь вложить в свои действия хоть немного магии. Увы, руки совсем не слушались. Виктор Руквуд в обличии Лилиан поднял палочку и прошептал какое-то заклинание. Лили почувствовала, как магия волнами утекает из тела. На кончике палочки стал образовываться огромный синий шар — Виктор не раздумывая вдохнул его и продолжил вытягивать Древнюю магию дальше. Внутреннее хранилище пустело слишком быстро. Виктор не церемонился. Ощущение напоминало окклюменцию, но в сто крат хуже. Ее будто наживо потрошили, выискивая во всех уголках разума силу и грубо выдергивая из тела. — Оставь… пожалуйста… — прошептала Лили, когда очередной шар Древней магии выплыл из ее тела. — Ты не представляешь… что делаешь… Руквуд не обратил на ее фразу никакого внимания. Лили зажмурилась. Ей страшно было видеть себя же, возвышающуюся и упивающуюся властью, силой и возможностями, которые та открывает. Последняя капля магии осела на палочке и исчезла вместе со вдохом. Виктор встал и взмахнул рукой. Молния вырвалась из острия и ударила в камень, оставив длинный глубокий след. Он ошарашено мотнул головой, бросил короткий взгляд на Лили и исчез в дымке тумана. «Это все? Так я умру? — Лилиан перевернулась набок. Ее стошнило чем-то черным, в животе все скрутилось в один тугой узел. — Я не хочу… не так!» Перед глазами возникло лицо Оминиса. Если это действительно он сейчас сражается против Корвуса, Виктор просто убьет его новой силой. Расщепит на ошметки, или испепелит одной молнией… Она должна была охранять эту силу, но не смогла даже защитить тех, кто ей так дорог! Лилиан с трудом поднялась на ноги. Попыталась призвать огонек магии, но не получалось. Из глубины души не отозвалось ничего. Пустота. На краешке угасающего сознания упорно крутилась одна мысль. Точнее, целый ворох, но будто бы он должен привести к чему-то… какому-то выводу. Оборотное зелье… Хранилище Руквудов… Проклятие… Передача сил… Все это было связано. Но Лили не понимала как. Дымка постепенно рассеивалась. Лилиан увидела Корвуса и Виктора (а точнее, себя). Они сражались против двух фигур. Одна из них — почти вернувшийся к своей внешности Оминис и, совершенно внезапно… Себастьян. — Это не Лилиан! — прокричал Оминис Себастьяну, удивленно таращившемуся на Виктора. — У них оборотное! — Нееет, это я Лилиан! — Руквуд рассмеялся, нарочно пискляво растягивая слова. Сила пьянила его, убивала остатки осторожности. — Иначе смогла бы я сделать так? Росчерк молнии заставил Себастьяна отпрыгнуть, а ослабшего Оминиса и вовсе упасть и перекатиться по земле. — Или вот так? — Виктор одним движением руки сдвинул огромный валун и расколол его надвое. — Ха-хах, вот это сила! — Где вторая девчонка? — нервно спросил Корвус. Руквуд отмахнулся. — Дай мне зелье! Нужно уходить! Виктор-Лили сердито оглянулся и попытался отпихнуть его. Но теперь разница в росте была не на его стороне. Да и костюм, в пору сидящий на взрослом мужчине, нелепо смотрелся на школьнице и только мешал. Корвус вырвал из рук Виктора зелье и покинул поле боя, оставив напарника самого развлекать соперников. — Остановите его! — прокричала Лилиан. — Там Анна… и магия в ней! Себастьян среагировал на имя Анна как верный пес на команду «взять». Он попытался обойти Виткора, но тот не дал этого сделать, прочертив длинную огненную полосу на земле. Себастьян, как загнанный зверек, бросился в другую сторону, но там его уже ждала огромная ядовитая змея, призванная одним взмахом палочки Корвуса. Голову пронзила вспышка. Лилиан охнула, присела, прижав пальцы к виску. «Мама. Проклятие. Корвус. Лечение. Забрала силу и сбежала. Забрала… — Она охнула. — Этот ритуал изначально придумала она! Чтобы… чтобы поделиться с Корвусом Древней магией… чтобы излечить проклятие! Но она поняла, что им нельзя доверять эти силы и, когда все было почти готово, украла их!» В животе странно заурчало. Лилиан не обратила на это внимания. «А если она умерла… Куда пропала сила Хранилища Руквудов? В Блэкпуле не было… не было Древней магии…» В голове что-то щелкнуло. Будто механизм, годами пылившийся на полке, смазали и аккуратно привели в действие. «Я! Это я! Я то самое Хранилище! — Лилиан впервые почувствовала силу. Уверенность. Из глубины сердца поднялся жар. — Мама спрятала меня! И скрыла мои воспоминания. Она не бросала отца, она лишь хотела защитить меня и разобраться с этими двумя. Им нельзя было завладеть силой». Головоломка складывалась. Старые стены сознания рушились. Лилиан вспоминала. — Лилиан! — раздался в голове нежный голос. — Милая, запомни свое имя и думай только о нем. Я вернусь за тобой, хорошо? Только не бойся. — Я не боюсь, — рыжая девочка нахмурилась и неуютно поежилась у дверей приюта. — Ты же обещала быстро вернуться. Я не успею соскучиться, мам. — Верно, — Катрин улыбнулась. — Лили… я очень тобой горжусь. Все будет хорошо. Из глаз потекли слезы. Лилиан смахнула их тыльной стороной руки и шагнула вперед. — Виктор! Сражайся с тем, кто тебе по силам! — закричала она. Руквуд обернулся. По его недоуменному взгляду было понятно, что такую соперницу он совершенно не ожидал увидеть. Молния устремилась прямо в грудь Лили. И ударила в пустоту. Незримым шагом в пространстве Лилиан прошла вперед. Силы Хранилища, все это время надежно скрывающиеся за «потерянной памятью» жадно просились пустить их в ход. Лилиан не жалела, выплескивая все разом. Молнии, искры, огонь, лед — все заклинания творились так легко и естественно, словно она уже сто лет только и делала, что тренировала их. Виктору, даже с палочкой, сложно было противостоять ее силе. Но он пытался. Багровел, ругался, кажется, даже пустил несколько Непростительных в ее сторону. Лилиан увернулась от каждого. Все тело горело, напряженное до предела. Хоть магия и лилась из нее чистой рекой, яд акромантула медленно, но верно подтачивал ее жизненные силы. Лилиан выбросила руку вперед, защищаясь стеной чистой энергии от Конфринго. «Кто же тогда стер память ей? — Лилиан нахмурилась. — Мама обещала вернуться. Она бы не бросила меня. Она бы не бросила папу». Образ беременной женщины, рассеянно бредущей по песчаной косе, не уходил из головы. Она уже давно не была просто незнакомкой из воспоминаний. Она была любящей матерью, пожертвовавшей всем ради своего ребенка. И теперь Лилиан должна была сделать то же самое — пожертвовать собой ради друзей. Виктор яростно атаковал Лилиан. Она отбивалась, не забывая следить за Оминисом и Себастьяном. «Себастьян, Анна!» — вспомнила Лили. Она очистила дорогу другу, безрассудно сражавшемуся со змеей, заморозив ту в кристалл одним взмахом руки. Себастьян, благодарно взглянув на Лили, бросился к кругу ритуала, где уже хозяйничал Корвус. Лилиан краем глаза заметила, как Себастьян заклинанием выбил палочку из рук Мракса и повалил того на землю. Корвус слабо сопротивлялся, корчась из-за оборотного зелья. Оминис принялся атаковать Виктора сзади. Теперь тому приходилось сражаться на два фронта. Руквуд, злясь, щедро тратил силы. Лилиан принимала все удары прямо, отвечая не меньше, а то и больше. Оминис не пытался парировать Древнюю магию, лишь уклонялся от молний и падающих обломков и раздражающе «колол» своими чарами. Ноги подкосились. Лилиан упала, хватаясь за грудь. Легкие сдавливались, она еле могла вдохнуть. Виктор неспешно приблизился, победно улыбаясь. Он наслаждался превосходством и совершенно не обращал внимания на заклинания Оминиса, которые тот еще пытался отправлять ему в спину. Поставив ногу на плечо Лили, Виктор толкнул ее на землю. Она распласталась, пытась вдохнуть. — Вот так я должен был убить твою мать, — хищно прошептал он. — Как жаль, что я не увидел ее последние часы. Внезапно Виктор замер. Лили подняла голову. Ее двойник закричал. Он схватился за голову и упал на колени, пока его тело медленно менялось. Теперь он возвращался к своему первоначальному облику. — А-а-а! Жжет! Голова! — завопил он. Лилиан удивленно распахнула глаза. Мысль пришла к логичному завершению. Даже если Катрин сделала ритуал по передаче сил, она не стала бы давать его полную формулу на хранение другим. Она бы что-то придумала, как защитить силы даже если все пойдет не по плану. Вокруг действительно стало жарко. Виктор стонал, корчась на земле и держась за волосы. Он рвал их — и рыжие пряди, опадая, превращались в черные клочки. Лилиан выставила руку, создавая сильный щит вокруг врага. И вовремя. Тело Виктора Руквуда, уже полностью вернувшего себе свое обличье, взорвалось с громким хлопком. Он исчез — не трансгрессировал, или что-то в этом духе, он просто… лопнул, как мыльный пузырь. И на месте, где совсем недавно в муках корчился мужчина, остался лишь небольшой голубой шар Древней магии. Корвус, уже превратившийся в Лили, громко чертыхнулся. Он тоже видел произошедшее, и, хоть и пытался выползти из-под захвата Себастьяна, но уже поумерил пыл. Лилиан покачнулась и, закрыв глаза, осела на землю. Оминис тут же бросился к ней. — Что с тобой? — он прикоснулся холодной рукой к ее щеке. — Ты горишь… — Яд акромантула, — слабо пробормотала Лилиан. Она едва дышала. — Что с ней? — издали крикнул Себастьян. — Яд! — Оминис вскочил на ноги. — Мерлин, Лили, держись! — Моя… сумочка… противоядие… Гаррет… делал… вылазка. Оминису быстро удалось найти сумму с помощью заклинания. Он вытряхнул все содержимое на пол и принялся перебирать склянки, слепо поднося каждую к палочке. — Нашел! — Оминис, быстро положив голову Лили себе на колени, помог ей выпить всю баночку. Глотки давались с огромным трудом. Все тело горело, Лилиан корчилась от судорог пока действовало противоядие. Оминис, не зная, как помочь, просто прижимал ее к себе и тихо шептал что-то невнятное, но очень успокаивающее. К счастью, постепенно боль ушла и Лилиан смогла вдохнуть полной грудью, крепко сжимая руку друга. — Оминис… — тихо просипела Лили. — А ведь вы могли умереть… из-за меня. Он, сжав зубы, мотнул головой. Руки, удерживающие Лилиан, затряслись. — Ты могла умереть! Я… я бы не простил себе… — Отпусти меня! — завопил Корвус, все еще удерживаемый Себастьяном. — Я просто уйду, ладно? Оминис помог встать Лили и они вместе дошли до места ритуала. Себастьян, сидя на корточках, со странным выражением лица смотрел, как Корвус, связанный по рукам и ногам превращается обратно в себя. — Я уйду, ладно? Не нужна мне эта ваша магия, — Корвус закатил глаза. — Отпустите! Лилиан, придерживаемая за плечи Оминисом, скривилась. — Ты нашел ее в Блэкпуле, да? — Не понимаю, о чем ты, — огрызнулся Мракс. — Катрин. Ты нашел и что-то сделал с ней. Она забыла меня. В глазах Корвуса заклубилась злая тьма. — Конечно, я преследовал ее! Она не могла долго скрываться, постоянно возвращалась в один и тот же город. Там я ее и подкараулил. Но она сделала что-то с собой… Мысли были пусты. Ее дневник я не нашел. И где она прятала Хранилище Руквуда тоже. — И тогда ты решил искать другие Хранилища? — с презрением спросил Оминис. — Зачем вообще тебе это? Корвус прищурился. — Уродства семью красят, да, брат? — лениво хмыкнул он. — Как и любой потомок Салазара, я жуть как люблю власть и силу. Ну, Хранилища больше нет, вы мне ничего не предъявите, так что… Хм, советую присмотреть за девчонкой, не то лопнет, как и Виктор. Себастьян встревоженно обернулся на Анну. — Лили? — с надеждой спросил он. — Я разберусь, — она еще не знала, как, но точно понимала, что сможет. — Не волнуйся. — Ну вот и сла-а-авно, — протянул Корвус. — Все отлично складывается и без аудитории, не так ли? — Думаешь после всего, что случилось, я тебя отпущу? — тихо спросил Оминис. — А что ты мне сделаешь, сопляк? — прищурился тот. — Два бывших друга не поделили выкуп за похищенную дочку богатого отца. Один взорвался, пытаясь трансгрессировать в Хогвартсе, а второго… не знаю, подкосило заклинание? — Не посмеешь! Ты всегда был против Непростительных! Хоть Корвус пытался звучать уверенно, в его голосе явно сквозил страх. Он метнулся взглядом к Себастьяну. — Убери его! Спасай свою дохлую сестричку! Она и дня не проживет. Все как и говорят: детей должно быть видно, но не слышно. Зрачки Себастьяна расширились. Он вскинул руку с палочкой и взревел: — Да как ты смеешь! Авада кедавра! Все произошло быстрее, чем кто-либо успел среагировать. Заклинание, вспышка, а после нее — пустота в глазах Корвуса. Себастьян уронил голову на грудь. По веснущатым щекам потекли слезы. — Проклятье… — всхлипнул Себастьян. Он отвернулся. — Идемте, — тихо сказал Оминис. Стараясь не смотреть на тело Корвуса, троица быстро соорудила носилки, положила на них Анну. Лилиан забрала свою сумку, палочку и прихватила остатки оборотного зелья — нельзя было давать Анне вернуться в свой облик. Они покинули пещеру. Когда все выбрались наружу, весеннее солнце уже вовсю грело окрестности, топя редкий снег. Слышно было, как на острове посреди Черного озера поют птицы. Оминис и Себастьян заклинанием опустили носилки Анны на землю. Сэллоу, медленно проведя рукой по лицу, с тревогой взглянул на сестру. — Лили, — тихо позвал он. — Позаботься об Анне. Пожалуйста. — Хорошо. Я сделаю все, что в моих силах. Он отстраненно кивнул, не отрывая взгляда от сестры. — Теперь меня точно ждет поцелуй дементора. — Не говори такого! — возразила Лилиан. — Мы что-нибудь придумаем! Оминис поджал губы. Себастьян покачал головой. — Суд? Я все равно потеряю годы. Даже при мягком наказании — это тюрьма. Факты против меня. Тем более, я рецидивист. — И что ты сделаешь? — Я подамся в бега. — Он нервно закусил губу. — Не хочется мне коротать свой век в Азкабане. На меня еще и этих двоих повесят… Кто заступится за сироту? — Никто не будет плакать по Руквуду, — сморщилась Лили. — А по Соломону? — Себастьян ненадолго замолчал. — Анна будет. И я буду лишь бельмом на ее глазу, проблемным родственником. А я хочу, чтобы она прожила долгую счастливую жизнь без оглядки на брата-уголовника. Может, ей будет лучше, когда я просто… исчезну. — Я помогу ей, — заверила Лили. — Ты можешь на меня положиться. Себастьян благодарно кивнул. Он шагнул ближе, и, глядя ей прямо в глаза, коснулся подбородка и резко подался вперед. Оминис, стоящий рядом, напрягся. Но Сэллоу не стал ее целовать. В губы. Оставив легкий поцелуй на кончике веснушчатого лилиного носа, он подмигнул и резко отстранился. — Надеюсь, никогда не увидимся, — тепло улыбнулся он. — Кстати, я не против. На счет вас двоих. Оминис закашлялся от удивления, а Лилиан захлопала глазами. — Нет, я серьезно! — Себастьян рассмеялся. — Не хочу, чтобы ты долго страдала по мне. — Себастьян, ты невыносим! — воскликнул Оминис. Сэллоу улыбнулся совсем по-старому, своей фирменной легкой улыбкой. Он в последний раз взглянул на Хогвартс, на Черное озеро, на друзей, взявшихся за руки. На сестру. Достав из-за камней хорошо припрятанный саквояж, Себастьян выдохнул. — Ну вот и все. Оминис протянул руку другу. Тот, не сомневаясь ни секунды, пожал в ответ. — Береги себя, — серьезно сказал Оминис. — И ты себя, дружище. Прощайте. Себастьян быстрым шагом отошел на достаточное расстояние. Он торопливо раскрыл хвать-мешок. Поклонился черному гиппогрифу. И оседлал его. Чернокрыл, едва дождавшись седока, тут же взмыл в небо. Лили и Оминис смотрели за ними до тех пор, пока волшебный зверь не стал едва различимой черной точкой. Лишь тогда они оба выдохнули и еще крепче сжали руки друг друга. Впереди было последнее испытание.