Увядающий цветок Тосвы

Сано чувствует некое, похожее на оцепенение. Шок. В ушах зазвенело от сказанной фразы, которая звучала на её «родном» языке, а уж что было сказано так и подавно. Девушка будто выпала в параллельную реальность, где стихли все звуки и пропала жизнь. Вада часто моргает, пытаясь вернуть мозг в работу и понять, не ослышалась ли она. Он только что назвал её «сестрёнкой»? Светловолосая переводит ошарашенный взгляд на Косичку, который тоже владел этим языком и видит, что парень просто застыл с распахнутыми глазами. Значит, он тоже ахренел? Единственный, кто тут не понимал, что происходит так это Риндо. Странный язык его заинтересовал, но вот о чём шла речь он не понял. Может, они её разыгрывают? Новый вид издевательства? — Что ты только что сказал?.. — выдавливает из себя Вада, прожигая обеспокоенным взглядом Курокаву. Какая ещё такая сестрёнка? Перегрелись ребятки? — Как видишь, к встрече я подготовился. Произношение хорошее? — не переставая широко улыбаться, говорит Изана, подходя ближе к Сано. — Ты каких там грибов с утра переел? — Вада судорожно включает рассудок, и снимает оторопелость. — Что это всё значит? — а вот этот вопрос был адресован уже Косичке, который всё так же непонимающе хлопает глазами, смотря то на Сано, то на Изану. — Не верится, что я наконец-то могу с тобой поговорить. — глава «Поднебесья» словно не замечает её шока и нагло игнорирует её вопросы. Ей кто-нибудь что-нибудь объяснит? — Тот самый. Шини его никогда не снимал. — совсем оборзевший парень тянется рукой к шее Вады, подцепляя чокер пальцем. Одна секунда. Одно движение. Сано взрывается и перехватывает руку, с силой сдавливает, впиваясь ногтями в смуглую кожу. Никто и никогда не смеет касаться этой вещи. — Ещё раз тронешь это, я вырву тебе печень. — рычит Вада, отшвыривая руку парня. Тот улыбнулся ещё шире, глядя на неё… с гордостью? — Ты кто такой, гуманоид? Откуда ты знаешь Шиничиро? Какая ещё сестра? — Надо же. Он тебе действительно ничего не рассказывал. — задумчиво тянет Изана, а затем указывает рукой на диван. — Чтож, тебя ждёт интересная и познавательная история. Прошу. — Говори по делу. — неужели история будет настолько шокирующей, что он даже присесть её просит? Да фиг там. В любезностях она с ним рассыпаться не собирается, ей просто нужно знать, что тут происходит. — Как хочешь. — пожимает плечами Курокава и устраивается на диване сам. Братья Хайтани стоят позади, а Вада напротив. Так здесь каждому проще видеть эмоции других. — Начнём с того, что семья Сано довольно большая. Ты наверное ахуела, когда я назвал тебя сестрой. И как ты думаешь, детей в семье больше не было, верно? — Ну? — А если я тебе скажу, что ты знаешь не всю правду? — предвкушающе улыбается Изана. Ему явно нравится растягивать интригу в своё удовольствие и в раздражение Сано. — Ты, конечно, не знаешь мать Шиничиро и Эммы. — Вада качает головой. Действительно не знает. Когда она появилась в семье, была совсем маленькой, а как ей потом рассказали, эта женщина захотела красивой жизни и оставила свою семью, когда у той были проблемы с финансами. — Она и моя мать. Сано окончательно запутывается. Это всё похоже на полный бред. Если у неё есть ещё один брат, то почему он мало того, что не жил с ними, так она о его существовании не знала ничего. Вряд ли бы Шиничиро скрывал от неё ТАКИЕ факты. Со старшим братом у неё всегда были доверительные отношения, никаких секретов между ними никогда не было. — Ты врёшь. — тихо произносит Вада, пытаясь вложить в голос хоть каплю уверенности, которая вдруг куда-то испарилась. Начало истории вызывает волнение. Она старается отрицать то, что уже итак успела понять. — Мне в этом выгоды нет. Начнём с того, что я второй ребёнок в семье Сано. При рождении родители решили, что не смогут обеспечить ещё одного ребёнка, поэтому придумали выход. Меня просто сдали в приют, как ненужную вещь. — излагает свою историю Изана, на лице которого не читалось ни единой эмоции. Сано старается вникать в эти слова. Никто и ничего ей о подобном не рассказывал. Да и не мог кто-то из семьи Сано, где все были добрыми и справедливыми вот так обойтись с ребёнком. Она в это не верит, точнее, не хочет верить. С чего вообще ей доверять словам своего похитителя? Кто он такой вообще? Она нервно бегает глазами с парня на Хайтани, которые тоже внимательно слушали историю своего командира. О Риндо стоит вообще промолчать. Услышав их диалог и поняв, что к чему, его челюсть стремительно убежала на свидание с полом, даже не причесавшись. Что же до Косички, он просто с холодным выражением лица слушал их диалог, но вот глаза выдавали. Читалось удивление вперемешку с беспокойством. — Самое обидное, что через год после этого, появилась ты. Забавно, ведь на твоё обеспечение они без труда нашли средства. Затем Майки, Эмма. У вас прямо-таки счастливая семья. Только меня почему-то этого счастья лишили. — хмурится Курокава, пока Вада всё больше впадает в шок. Ей даже показалось, что это был некий упрёк в её сторону. — Шиничиро, конечно, обо всём знал. В семь лет я сбежал из приюта и пытался выживать на улице. Тогда-то я и встретил главу первого поколения «Чёрных Драконов». Он меня спас от каких-то гопников, на которых я наткнулся. Я не знаю, каким образом Шиничиро узнал меня. Наверное, после моего рассказа порылся в документах приюта. Он пытался стать для меня настоящим братом. Всегда поддерживал, помог с жильём. Вообщем заботился обо мне. Когда я загремел в колонию, Шини единственный меня навещал. Он много рассказывал о тебе и Майки, но почему-то не знакомил с вами. В какой-то момент Шиничиро просто пропал. Он больше не навещал меня, даже не писал. Я тогда подумал, что он бросил меня, как и родители. Кому нужен проблемный мальчишка, правда? Тогда я сильно разозлился на него. — Он умер… — тихо говорит Вада, понимая, что послужило внезапному исчезновению Шиничиро. Её эмоции просто не описать словами. Неужели это действительно правда? Неужто маленького ребёнка просто выбросили как мусор? Отлучили от семьи и обрекли на все эти проблемы? Вада росла, купаясь в любви и заботе семьи, а он? Он выживал на улицах, будучи совсем ребёнком. Сердце Сано сжалось, представляя этот ужас. Шиничиро она загордилась ещё больше. Он, как всегда, оказался великодушным и добрым. Но почему он, найдя своего брата просто не привёл его в семью? Не поселил с ними в доме? Вада уверенна, что родного брата приняли бы со всем радушием и любили не меньше остальных, учитывая его историю. Она бы точно любила. Так почему старший брат предпочёл скрывать этот факт? Ей вдруг стало как-то… стыдно? Ведь её сразу приняли в семью и окружили заботой. Её атаковали мысли, что Вада просто заняла его законное место, отбирая любовь родителей. Вот тебе и мотив для похищения. Неужели он её за это ненавидит? Ревность? Зависть? Но она ведь в этом не виновата. Сано вдруг невольно вспомнила разговор с Шиничиро огромной давности, который окончательно убедил её в правдивости слов своего похитителя. 1999 год. — Опять ты получил?! Сколько раз тебе можно повторять?! — возникает маленькая Вада, доставая аптечку и принимается обрабатывать раны на лице непутёвого брата, читая нотации о том, что пора ему учиться драться. — Сестрёныш, как бы ты отреагировала, если бы у нас появился ещё один брат? — в какой-то момент спрашивает Шиничиро, отрывая сестру от дела. — Ты беременен? — спокойно спрашивает светловолосая, прикладывая мокрую вату к брови, на что брат шипит. — Поздравляю, кто из вас папа? Вакаса? Или он уступил тебе роль? — Ты что несёшь то такое, Вада-а?! — психанул и засмущался одновременно Шиничиро, будто щас заноет как ребенок. Как же он нелюбит эти шуточки. Только его сестра может подрунивать над его дружбой с Имауши, выставляя это не просто «дружбой». Будь то кто-то другой, Вака бы уже прописал ему по самые небалуй, а так приходится терпеть эти постоянные издёвки и подколы. — Так у нас будет брат? — невозмутимо спрашивает Вада, не отвлекаясь от дела. — Нет, просто интересно. Ты бы смогла принять ещё одного члена семьи? — серьёзно спрашивает старший брат, а Сано делает вид, что задумалась. — Ну, большая семья это же здорово. Я бы любила его так же, как и вас. — пожимает плечами Вада, а Шиничиро слегка улыбается, с гордостью глядя на сестру. — Конечно, не так сильно, как тебя и Майки, но любила бы. — А как же Эмма? — усмехается брат. — Эмма меня раздражает. — капризничает Вада. — Ты знаешь что она сегодня учудила?! — восклицает девочка, намереваясь поябедничать. *** Сано поняла, что Шиничиро тогда пытался намекнуть на существование ещё одного члена семьи и, возможно, подготавливал почву, интересуясь её мнением по этому поводу. Все сомнения окончательно пропали. Изана Курокава — её брат. Все мысли путаются, оставляя лишь огромную кучу вопросов. Самый главный из них — зачем её брат её похитил? Это месть за испорченное детство? За занимаемое ею его место? И что он хочет с ней сделать? Как ни странно, гнева к этому человеку она не испытала. Лишь огромное сожаление. Ей и правда жаль, что с ним всё это случилось. Сано даже на секунду поймала себя на мысли, что готова принять его в семью и попытаться восполнить утраченные годы и нехватку любви. — Да. Я узнал об этом, когда вышел из колонии. — продолжает Изана. — Скрывать не буду, чувствовал я себя хуёво. Шиничиро я любил и уважал. Соболезную, мы оба потеряли брата. — снисходительная улыбка озаряет лицо Курокавы. Вада просто кивает. Все слова друг куда-то исчезли. Она не знает, что сказать. — Знаешь, Шиничиро мне очень много про тебя рассказывал. Он так описывал тебя умницу, хвалил, гордился, что мне даже стало любопытно. Как-то раз я решил на тебя посмотреть. И если честно, ты меня поразила. Я наблюдал за тобой почти каждый день до колонии и после. Если честно, я тобой восхищаюсь. Ты была для меня примером, благодаря тебе я тоже начал изучать боевые искусства. Можно сказать, ты мой кумир. Иногда даже подглядывал за тобой на тренировках и пытался повторить. — ещё шире улыбается парень. — Я так мечтал, что Шиничиро нас познакомит и я смогу с тобой общаться, проводить время. Я хотел, чтобы ты была моей настоящей сестрой, хотел, чтобы ты была рядом. Меня к тебе тянуло. Но сколько бы я не просил Шиничиро, в знакомстве с тобой он отказывал. Причины я не знаю, но и спорить не пытался. Вада словно начинала оттаивать. Этот парень так ею восхищался. Так мечтал, что они станут семьёй. Почему же старший брат не стал их знакомить? Вада уверена, что приняла бы нового брата и старалась для него так же, как и для остальных членов семьи. Все слова куда-то пропали. Глаза потихоньку начали наполняться слезами, но она гордо сдерживала их, стараясь сосредоточиться и подумать, что теперь ей делать с этой информацией. Если он так её восхваляет, значит не тронет, так ведь? Тогда зачем украл её? Здесь ведь точно кроется что-то не очень хорошее. Вряд ли бы он стал её похищать просто, чтобы познакомиться. Это можно было бы сделать и при более адекватных обстоятельствах. — Меня всегда раздражал один факт. Майки. — вдруг выдаёт Изана, чьё лицо слегка искажается от злости. Вада хмурится, пытаясь понять, почему его раздражает младший брат. Ей очень не нравится это недовольное выражение лица. — Шини рассказывал, да и я сам видел. Твой любимчик Майки. Ты с детства над ним трясёшься, заботишься, даже готова отдать за него свою жизнь. Меня раздражает, что он этого не ценит, а ты всё равно из кожи вон лезешь. Ты должна быть со мной, Вада. С тем, кто тебя любит и по-настоящему ценит твои старания. Сано окончательно остолбенела. Он сейчас упрекает её в любви к брату? Считает, что Майки не достоин её? Ревность тут всё-таки присутствует. Вада хмурится, такие слова её разозлили. Оскорбляешь её брата — автоматически оскорбляешь её. И что значит «должна быть со мной»? Сано никому и ничего не должна, кроме Майки и Свастонов, которых клялась защищать. — Теперь перейдём к сути. Ты ведь уже наверняка потерялась в догадках о том, зачем ты здесь. — Изана встаёт с дивана и сложив руки в карманы спортивных штанов, начал приближаться к Сано, которая заметно напряглась. — Скажи, тебе нравится быть тенью Майки? Нравится, что тебя не замечает и ни во что не ставит? Неужели ты не хочешь избавиться от этого груза в виде своего капризного брата, которому на тебя насрать? — Что ты хочешь этим сказать? — грубым тоном спрашивает светловолосая. Ей-богу, хоть ей и жалко этого человека, но поливать грязью себя и своего брата она не позволит. Даже если он тоже её брат. — Я хочу чтобы ты вступила в «Поднебесье». — для Вады эти слова словно тяжёлым предметом по голове ударяют. Шок улетучился, оставляя лишь возмущение. Хайтани распахнули глаза и переглянулись между собой. Они тоже такого не ожидали. — Твоё место рядом со мной, сестрёнка. С тем, кто будет тебя ценить и уважать. Ты будешь командиром моей банды вместе со мной. Твоё мнение всегда будет превыше всего. Ты будешь авторитетом и только моим сокровищем. — проговаривает Курокава, беря ладони Сано в свои. — Я хочу, чтобы ты была рядом со мной. Это самый правильный выход. Я это заслужил, не думаешь? 1998 год. — Как дела? — спрашивает Шиничиро, усаживаясь рядом с Изаной на лавочку. — Вакаса, можешь где-нибудь погулять? — парень, что пришёл вместе с Сано закатил глаза и отошёл подальше. — Отлично. Я вчера ходил вместе с Вадой на тренировку. Я многому научился. — с улыбкой хвастается Изана. — Молодец. — Когда мне можно будет с ней познакомиться? — с надеждой спрашивает мальчик, глядя в глаза брату. — Пока не время. Нужно её подготовить. Она замечательным человеком растёт, но к переменам всегда относится не очень. — Я понимаю. У вас своя жизнь, я там лишний. — грустно усмехается Курокава. — Не в этом дело. Это сложно объяснить, просто наберись терпения. — с улыбкой Шиничиро взъерошивает белоснежные волосы брата, на что тот смеётся. — Ты ей гордишься, да? — вдруг спрашивает Изана. — Очень. Она смелая, сильная, а главное, она справедливая. Она не обращает внимания на оскорбления, которым служит повод её внешности. Она всегда защищает и будет защищать свою семью. Я уверен, она вырастит прекрасным человеком. Главное, чтобы жизнь её не сломала. Она сильнее, чем кажется в душевном плане. Я думаю, что какими бы не были трудности на её пути, она всё преодолеет. Она уже сейчас опрадывает мои надежды даже больше, чем бы мне хотелось. Слишком много старается, иногда на её фоне ощущаю себя слабаком. — проговаривает Шиничиро с лёгкой улыбкой, глядя в небо. — Я бы никогда не оскорбил её за внешность. Что за бред вообще? — злится Изана, сжимая руки в кулачки. — Я очень хочу с ней подружиться. Думаю, из неё отличная сестра. — Это точно. Она очень старается быть для Майки хорошей сестрой. Для меня тоже. Ты не представляешь, как я сдерживаю смех, когда она меня отчитывает за очередную драку. Вроде старший брат я, а Вада, кажется, в сто раз умнее своего возраста. — Она очень любит Майки? — с подозрением спрашивает Курокава. Укол ревности он почувствовал в тот момент. Он хотел, чтобы Вада была только его сестрой, была рядом только с ним. Обидно осознавать, что он ей по сути никто, а мир сестры крутится только вокруг младшего брата. Он уже полюбил сестру всем сердцем слепой детской любовью и искренне восхищался ею. Так почему он не заслуживает ответных чувств? Он хочет, чтобы сестра гордилась им, чтобы в трудный момент озарила грусть и печаль своей светлой улыбкой и заверила, что всё будет хорошо. Что всегда будет рядом. Так почему он? Неужели Изана не заслуживает любви и внимания дорогого человека? Ради сестры он готов на всё, и пойдёт на всё, чтобы заполучить её любовь. *** Вада возмущена и разозлена такому раскладу. Неужели он думает, что она бросит любимого брата и банду, то, ради чего живёт из-за подозрительного человека, который внезапно нарисовался в её жизни и заявляет такие вещи? Это переворачивает её мир безусловно, но никогда и ничего не заставит её предать родных людей. Она до сих пор с трудом старается поверить, что всё это правда. Правда, от которой как ни крути, она не убежит и парень прекрасно это понимает. Никакая жалость к этому человеку не будет сильнее любви к своему брату и банде, в которых она вложила всю душу, вверила сердце. Она клялась в преданности этим людям каждый божий день и своей клятвы не нарушит даже под страхом смерти. — Заманчивое предложение. — тянет Сано, освобождая ладони, после чего наклоняется к лицу парня и грозно смотри в его глаза. — Но с чего ты взял, что оно меня заинтересует? — хмурится Вада и нагло отталкивает Изану, отходя на безопасное расстояние. — У тебя нет другого варианта. — усмехается Изана, разворачиваясь к девушке. — Тосвы скоро не будет, ровно, как и её командира. Эти слова бьют Сано под дых, заставляя затаить дыхание и обернуться на парня, который смотрел на неё со зловещей улыбкой на лице. Он только что прямо заявил о том, что собирается навредить Свастонам? — Это угроза? — Это всего лишь ближайшее будущее. — пожимает плечами Изана. — Майки с детства забрал у меня самое дорогое. Я его ненавижу. Я должен был быть на его месте. Он всю жизнь купался в твоей любви и заслужил твою преданность, на которую плевать хотел. Разве тебе самой приятно видеть, как холодно к тебе относится твой брат, ради которого ты всю жизнь корячишься? — Это не твоё дело. — рычит Вада, чувствуя как ярость закипает кровь. С каждым словом, парень пробуждает внутреннего зверя внутри Сано. Если он не заткнётся, срать она хотела на его трудную жизнь и кровные связи. Он бьёт по самому больному месту, напоминая то, что Ваду убивает уже очень давно. — Майки после победы над «Вальхалой» хочет замахнуться на весь Токио. Зазвездился мальчик, не находишь? Только вот после потери друга он знатно ослабел. Тосва разрослась, бывшие члены «Вальхалы» вступили в ряды Токийской свастики. А командует ими Кисаки. — Вада внимательно слушает последние новости о Тосве. Майки правда впустил этих крыс в банду? — Только вот Кисаки мой человек. Вада распахивает глаза, собирая в голове все части пазла. — Так это ты подослал его в Тосву… — умозаключает Сано, на что парень довольно улыбается и кивает. — Баджи приказал убить тоже ты? — тихо спрашивает Вада, стараясь сдерживать эмоции. Чёрт, если она права то… — Нет. В этом случае Кисаки действовал самостоятельно, чтобы его не раскрыли. Твой друг весьма умный. Однако, мне правда жаль. Я не хотел причинять тебе боль. — Не хочешь причинять боль? Ты хочешь уничтожить моего брата и банду. Всё что мне дорого и думаешь, что мне будет не больно?! — кричит Сано, игнорируя голос разума и уже не сдерживает своих эмоций, которые бьют через край. Где в его словах логика? Зачем он это делает? — В любом случае, Майки сейчас слаб. Сейчас тебя рядом нет и как думаешь, кто главный советник Майки? — лыбится эта змея, а Вада с ужасом понимает… Кисаки. Если он затуманивает разум Майки, то… — Совсем скоро состоится бой между Тосвой и Поднебесьем. Кисаки мой человек и предаст Тосву в самый важный момент. Остальные «Вальхаловцы» уйдут за ним. В Тосве останется какое-то жалкое количество людей, а в Поднебесье 400 человек, учитывая Кисаки и его людей. Как думаешь, за кем будет победа? — Даже если нас будет всего десять, мы победим. Потому что Тосва знает за что дерётся. Мы сражаемся не ради власти и авторитета, а ради друзей и близких. Мы применяем силу, только чтобы защищать. И никакое «Поднебесье» никогда не будет сильнее духом. — гордо заявляет Сано, с вызовом смотря в весёлые глаза Изаны. — И я буду драться рядом с ними. Я основатель и командир Тосвы, ничто, и даже родственные узы, не заставят меня перейти на другую сторону. Я буду рядом со своими людьми до конца и умру вместе с ними, если понадобиться. А если ты посмеешь хоть пальцем тронуть Майки, я лично расколю твой череп. Это тебе понятно? — Красиво говоришь, сестрёнка. Может и так, только ты не учла одного факта. Ты сейчас здесь. И даже если ты не присоединишься ко мне, тебя запрут на время драки и ты ничем не сможешь помочь своим людям. Именно для этого тебя и похитили. Ты — слабое место Майки. Ты его защита и опора. Если тебя нет, то и Майки лёгкая добыча. Да и Тосва без тебя заведомо обречена на поражение. Ты их сильное звено и преимущество, ты сердце банды. Не будет тебя, не будет и банды. И это уже происходит. Без тебя Майки потерял силу. Он не способен размышлять стратегически и слепо побежит в драку на эмоциях и проиграет. — Майки намного сильнее, чем ты думаешь. Он и без меня может стереть Поднебесье в порошок. — усмехается Сано, победно вздёргивая подбородок. Хотя в его словах есть доля правды. Тосва и правда может проиграть без её помощи. Но какой идиот сказал, что она будет просто сидеть на жопе ровно, зная, что творится с её людьми и братом? Выбраться отсюда ей труда не составит, даже если придётся убить так называемого «брата». Она всё меньше верит в то, что они действительно одной крови. В семье Сано все всегда были добрыми, великодушными и справедливыми. Такой коварный, ослеплённый ненавистью человек не может быть частью их семьи. Он совершенно из другого мира. — Я вижу то, чего не видишь ты, сидя здесь, командир. Майки слабеет с каждым днём, потому что волнуется за тебя. А что будет, если он узнает, что ты предала его и Тосву? — предвкушающе тянет Изана, а Сано вспыхивает. Он хочет пустить слух о том, что Вада присоединилась к врагам? Он ещё большая сволочь, чем она успела подумать. — Бой будет через неделю, отпустят тебя только после этого представления. Но я не думаю, что ты сможешь вернуть доверие своих людей, если они, конечно, не умрут. Этого я обещать не могу. Но вот что касается Майки… Я лично всажу нож ему в сердце. Сано чувствует, как не хватает воздуха в лёгких, а под ногами теряется опора. Она словно падает в яму, отчаянно пытаясь выбраться. Это похоже на её кошмар. Она боится, что не успеет защитить брата. Человек, стоящий перед ней сейчас спокойно заявляет о том, что собирается убить Майки, а она стоит и не может пошевелиться. Глаза накрывает пелена, мешая разглядеть окружающий мир, мозг кипит, стараясь придумать выход из этого дерьма, а лёгкие не получают кислорода. Сано начинает задыхаться толи от страха, толи от гнева. Руки подрагивают от желания прибить наглеца. — Не слишком ли ты зазнался, мальчик? Считаешь, что ты умнее и лучше нас? — шипит Вада, судорожно хватая воздух ртом. Её удивляет, что Хайтани молча слушали всю эту ересть и даже не шевелились, словно они не люди, а предмет декора. Хотя чего она от них ожидала? Что они пойдут против своего командира и заступятся за неё? Они же все трое здесь за насилие и убийство. Ими движет лишь жажда власти, получить влияние над всем Токио и не важно, что для этого придётся пойти по головам. Моральные уроды с красивыми мордашками. Сано намерена разрушить их мировоззрение. Никогда не нужно слишком зазнаваться и переоценивать свои возможности до космоса, иначе потом придётся долго и больно падать. Она то знает. — А разве это не так? — улыбается Изана, чуть склонив голову на бок, с насмешкой глядя на светловолосую. Её реакция парню явно нравится. — Ты обычный человек, как и мы. Кровь у нас с тобой одного цвета. Или ты хочешь это проверить? — рычит Вада подходя к парню опасно близко. — Тогда почему ты сейчас здесь дрожишь от страха и не в силах что-то сделать, а Майки выглядит жалким и слабым? Признай, я всё же умнее вас. — насмехается Курокава. Очень зря. — Смирись, сестрёнка. У тебя два выхода. Либо вступить в Поднебесье и быть рядом со мной, либо ты останешься здесь, пока не решиться судьба Тосвы. При любом раскладе, Майки умрёт. Даже ты не всесильна. Выбирай. — Ставишь мне условия? Похоже, придётся объяснить тебе ещё раз, тугой ты мой. Я Вада Сано, основатель и командир Тосвы. И я никогда не предам её из-за какого-то придурка, который решил потешить своё самолюбие. А что насчёт выбора, то у меня есть третий вариант. — Вада молниеносно замахивается ногой с разворота, только вот парень успел вовремя заблокировать удар рукой. Это Сано удивило не на шутку. Ещё никто и никогда не мог среагировать на её удар. Дело было в том, что девушка всегда делала это быстро и внезапно, так, что у противника не хватало времени сообразить что к чему. Всего секунда требовалась, но сейчас, видимо, произошёл какой-то сбой. Вада не намерена отступать. Если стоит выбор: Майки или он, она предпочтёт его смерть, какой бы мразью её за это не считали. Человек, затеявший такую грязную игру, жертвуя невинными жизнями ради власти не заслуживает её снисхождения и справедливости, какая бы трудная судьба у него там не была. Вада всегда будет защищать свою семью ценой жизни. Её семья — это Майки и Тосва. Даже если Изана по крови её родной брат, она не знает его, не любит, он чужой, к тому же и опасен для её близких. Исходя из такой логики, Сано готова стереть его в порошок. — Неплохо. — тянет Курокава с улыбкой, встряхивая рукой, на которую пришёлся мощный удар. — Я не перестаю тобой восхищаться, слухи не врут. Только не забывай, сестрёнка, что драться я всё-таки учился вместе с тобой. А ещё я сидел в колонии, где без навыков борьбы тебе просто не выжить. — усмехается парень, чем только ещё сильнее злит Сано. Ей плевать на последствия, она слепо лезет в драку, с каждым ударом, от которых парень ловко уворачивался, она била всё яростнее. Она дерётся на эмоциях, забывая просчитывать свои движение и возможные атаки, как всегда, привыкла делать. Ран и Риндо молча наблюдали за дракой, стараясь скрыть своё волнение. За девушку. Оба были шокированы таким раскладом и переживали за Ваду, к которой успели даже привязаться. Если Изана сейчас перейдёт из защиты в атаку, будет пиздец. Они надеялись, что командир сказал правду про сильную любовь к сестре и не позволит себе ей навредить. Братья только сейчас поняли, в какую грязную игру их втянули, отчего начали злиться. Власть, драки это одно, но когда человека вынуждают пойти против брата угрозами и заявляют, что убьют — это их граница. Всему есть предел. И Хайтани как никто другой осознают подлость своего командира, ведь братская любовь для них самое главное. На душе у Рана стало невыносимо мерзко. Если бы Риндо угрожала такая опасность, вряд ли бы он просто так сидел сложа руки. Он отлично понимает Сано и сильно переживает не только за то, что девушка может быть покалечена Курокавой, но и за её моральное состояние. Ей итак проблем хватает, а это уже чересчур жестоко по отношению к хрупкой девушке, которая, к слову, сейчас будто с катушек слетела. Она с такой яростью пытается побить Изану, но каждый раз промахивается. Они будто одинаковы, Изана предугадывает её действия и не позволяет себя задеть, а Сано от этого только больше злится и бьёт сильнее. Сильно, но необдуманно, как она привыкла, эмоции заглушили разум, страх за брата сдавил сердце и она слепо подчиняется этим чувствам. Вада вновь предприняла попытку своего коронного удара и попыталась ударить его ногой в висок с разворота, но Изана вовремя схватил её за ногу. — Пиздато ножками машешь, Вада, но этого недостаточно. — видимо, пропала та грань самоконтроля парня, ведь сейчас он был не на шутку рассержен. Похоже, она доигралась. Крайностью стало то, что Изана нагло отшвырнул ногу девушки, отчего та не удержалась на второй и упала на стеклянный кофейный столик возле дивана. Стол разбился и Сано упала на осколки, которые впились в нежную кожу, посылая по телу противную жгучую боль. Куча маленьких царапин появилось на светлой коже, пуская струи крови. Риндо в этот момент дёрнулся, но Ран остановил желание брата подлететь к девушке на помощь, которое было вызвано скорее на автомате. Вада задыхается ещё больше от боли, но даже это её не остановит. Еле поднимаясь, она вытаскивает осколок, проткнувший её ладонь, игнорируя боль во всём теле, замахивается для удара, но Изана уворачивается. Её кулак рассекает воздух, а сила размаха заставляет поддаться чуть вперёд, открывая отличную для парня возможность, тут же чужой кулак прилетает ей в челюсть. Вада сплёвывает кровь и пытается нанести новый удар. — Надо что-то сделать, он её убьёт! — тихо паникует Риндо, Ран же просто молча контролирует ситуацию. Вада еле на ногах держится. Сделать что-то и правда нужно, только вот зачем? Почему его вообще волнует жизнь чужого человека? Вада с разворота хотела зарядить ему ногой в голову, но Изана и здесь умудрился увернуться и снова поставил блок. Разозлённый такой не совсем тёплой долгожданной встречей с сестрой, Курокава повторяет манёвр Сано, только вот более успешно. Парень с разворота ударяет ногой по виску Вады с такой силой, что девушка отлетела на кухонный стол, перевернулась по гладкой поверхности и упала на пол, больно ударившись спиной и затылком. Девушка тут же начала кашлять и задыхаться от удара спиной о твёрдую поверхность пола, а голова адски пульсировала. Второй раз за день она ударяется головой и чувствует, что на этот раз сотрясения точно не избежать. Она лежит на полу, пытаясь разглядеть стоящего над ней Изану сквозь мутную пелену и тяжело дышит, понимая что проиграла. Чёрт, она снова проиграла. Куда же делать вся её сила? — Ран, блять, сделай что-нибудь! — уже всерьёз волнуется Риндо, наблюдая, как Курокава приближается к поверженной девушке, видимо, чтобы добить. Ран видит на себе обречённый взгляд Сано, который словно просил о помощи. Просил остановить этот ужас. От этого взгляда по коже пробежали мурашки, а сердце словно пронзили тысячи игл. Ещё никогда он не видел её в таком жалком состоянии. Словно от сильной и дерзкой девчонки осталась лишь испуганная и отчаянная девушка. Ран дважды в долгу перед ней, поэтому на этот раз он ей поможет. Только Изана подходит к еле дышащей девушке, вознося кулак для удара, как Ран решает влезть наконец в этот конфликт. — Изана, харош! Ты несколько минут назад говорил о том, как любишь сестру, а сейчас хочешь её убить? Пиздабол получается. Курокава застыл, медленно опуская руку, а затем повернул голову в сторону Хайтани, у которого на лице выражение абсолютного равнодушия. Бешенство в глазах Изаны постепенно сходило, после чего он заговорил: — Ты мне перечить смеешь? — Я не потерплю избиения братом собственной сестры в своём доме. — невозмутимо отвечает Хайтани. Для него это действительно край. Братская любовь для него всегда будет главным в жизни и он не позволит происходить подобному звездецу у него на глазах. Если бы кто-то тронул его брата хоть пальцем, от него бы мокрого места не осталось. Почему Курокава, который так яро заявлял о своей любви к сестре сейчас её чуть не убил? Что это за любовь такая? Явно какая-то нездоровая. Видимо, даже Ран не знает, что делает. Но такое нездоровое влечение, желание заполучить сердце светловолосой ничем хорошим для него не закончится. Изана возвращает взгляд на девушку, которая уже находилась в полу обморочном состоянии, после чего мягко улыбается и проводит костяшками по щеке, а Сано на рефлексе дёргается, со страхом глядя в глаза парня. Кончики пальцев закололо от прикосновения с нежной кожей. Он давно об этом мечтал. — Ты всё равно будешь со мной. Я уничтожу Майки, он тебя не заслуживает. — тихо проговаривает Изана, а Вада мысленно матерится, проклиная себя за слабость. Она не может даже глазами моргнуть, сделать хоть что-то, чтобы показать этому уроду, что все его мечты закончатся провалом. Она не позволит. Страх за брата сжал сердце с огромной силой, не позволяя дышать. Она поняла, что парень весьма серьёзен в своих высказываниях и не знает что делать. Из глаза скатилась одинокая слезая, обнажающая её животный страх и безысходность. Над ней сейчас стоит монстр похуже Рана Хайтани. Царапины от осколков, что впились в тело противно покалывают, а затылок пульсирует от силы удара. Она не может пошевелиться, тело сковала боль, а разум затуманился, мешая соображать. В глазах постепенно начинает темнеть и Вада не в силах сопротивляться накатившей усталости позволяет себе отключиться, ставя галочку на том, что в следующий раз Изана живым от неё не уйдет. Последнее, что она размыто видит перед своим лицом — это Изана с дьявольской улыбкой, что пугает похуже смерти. — Веселье только начинается… — тихим эхом донеслось до её сознания и Вада, издавая тихий хрипловатый полу стон, в последний раз кидая взгляд на перепуганного Риндо, волнуется за неё, остановившись на Косичке, чьё лицо не выражало никаких эмоций, закрывает глаза. Спаси увядающий цветок Тосвы… Спаси меня, Ран… *** Вот и пробил твой час. Я же говорил тебе, настанет тот момент, когда ты ослабнешь и потеряешь всё. Время пришло. Умри же здесь. Убей меня, напиши причину смерти: устал… *** Вада распахивает глаза, сразу же чувствуя боль в затылке и во всём теле. Ей требуется всего несколько секунд, чтобы вспомнить, что произошло. Она бегает глазами по помещению и понимает, что находится в комнате старшего Хайтани. Так это всё не просто страшный кошмар. Это все действительно происходит и значит… Майки. Его нужно спасать. Нужно выбираться. Вада пытается встать с кровати и натыкается взглядом на силуэт в кресле. В комнате было темно, видимо, спала она не долго, за окном ночь. Силуэт поднял голову сразу, как услышал шевеления на кровати. Вада замерла, ощущая как страх прошёлся волной по телу. — Очнулась. — тихо констатирует неизвестный и по голосу Сано узнаёт Косичку, отчего сразу выдыхает. Лучше он, чем Изана. Боже он действительно её брат, который хочет убить второго брата. Её словно разрывает на две части, такой безысходности она не чувствовала со дня смерти Баджи. Хочет упасть и зарыдать в голос. Громко, так, чтобы все стёкла полопались, чтобы показать, насколько ей сейчас плохо. В какой момент её жизнь начала так стремительно рушиться? А может, это и было предначертано ей с самого рождения? — Ты знал для чего меня похитил, да? — тихо спрашивает Вада, чей голос подрагивал от подступивших слёз. — Нет. — честно отвечает Хайтани и Сано даже в темноте может уловить яркие глаза парня. — Ран, мне нужно уходить. Я должна защитить брата, мне надо… — Вада, неужели ты настолько глупая? Ты так и не поняла? Ты не выйдешь отсюда, пока Изана не разрешит. — грубым тоном проговаривает Ран, за что сам себе сейчас противен. Он безумно хочет обнять бедное хрупкое создание, подарить хоть на время чувство спокойствия и поддержку. Однако, какими бы не были его хотелки, у Хайтани есть чёткий приказ. И как ни крути, жизнью брата и своей он дорожит больше, чем её брата. Вада застывает, пытаясь разглядеть выражение ублюдочно-красивого лица в темноте. Она понимает, насколько была глупа. С чего она взяла, что Хайтани проявит к ней жалость? С чего взяла, что он ей поможет? Просто потому, что они пару раз поцеловались? Как она и думала, для Косички это ничего не значит. Глупо было надеяться, что они друг для друга нечто большее, чем враги. Чтож. Значит, его ждёт то же, что и всех её врагов. Вада хмурится и встаёт с кровати. Только сейчас она замечает, что места на теле, которые были повреждены осколками перебинтованы, а на лице пластыри. Значит, о ней позаботились. Сано стремительно направляется к двери, как Ран подлетает и тут же оказывается перед ней, захлопывая дверь. — Я уйду отсюда, даже если мне придётся тебя покалечить. — цедит Сано и тянется к ручке двери. Её руку грубо перехватывают и с силой сжимая, дёргают на себя. Вада поддаётся вперёд, упираясь в грудь парня и пыхтит от злости, пытаясь вырваться, чему мешает рука, приземлившаяся на талию. — Ты отсюда не уйдёшь. — спокойно проговаривает Косичка, пока Вада пытается сообразить, в какое место ударить, чтобы нанести хороший урон. Может между ног? — Но по другой причине. — Вада вздёргивает голову, чтобы смотреть ему в глаза и непонимающе хлопает своими. Для Рана теперь есть иная причина держать её здесь. В безопасном месте. Тосва потерпит поражение и понесёт большие потери, возможно жизненные. Изана никогда не проигрывал, он хитрый и коварный. Вада хоть и хитрая, но не коварная точно. Её великодушие помешает ей драться в полную силу, он ведь видел, какими глазами Сано смотрела на брата, когда узнала его историю. Она его пожалеет, в отличие от Изаны, который жалеть никого не намерен. Пожалеет и проиграет, потому что слишком добрая. Потому что не способна на убийство, тем более члена своей семьи. Поводом для такого должно быть какое-то чудо, но она не убийца. Ран знает, какой ужас будет происходить во время боя Поднебесья и Тосвы и отсюда вытекает та самая причина. Она будет сидеть здесь, чтобы не пострадать самой. Майки сильный, может и справится, но Ран ни за что не отпустит свой цветок в это смертельное пекло. Во время боя она будет здесь, там, где безопасно. Пока всё это не закончится, здесь с ней ничего не случится. С недавних пор он вдруг осознал, что жизнь этой девушки имеет для него ценность. Хайтани знает, что упрямая и верная своей банде Вада на такое не согласится, желая быть рядом со своими друзьями и, если нужно, вместе с ними умереть. Но Рана такой расклад не устраивает. Он не отпустит её на драку. Ни за что. Но Вада не знает о его истинных намерениях, от того и злится на него. Пусть так. Пусть она его ненавидит, так даже лучше. Но в конечном итоге, это он спасёт ей жизнь. Даже если она его не простит в случае смерти брата. Её жизнь для Хайтани, что для одного, что для второго, имеет большой вес в отличие от её брата. Ему плевать на всех Свастонов, кроме одной. Ран обязан ей жизнью и поэтому спасёт её в ответ. Его нежный цветок — лелеемый, оберегаемый, он никому не позволит причинить ей вред. — И какая? — вздёргивает бровь Сано, глядя парню в глаза. — Может быть я тебе и скажу. — его дыхание — горячее, будоражащее, обожгло мочку уха, после чего он мягко улыбнулся. — Иди спать. Забудь о том, что сегодня произошло. — Чего?! Забыть о том, что моего брата хотят убить и спать спокойно в вашей квартире?! Ты вообще понял, что сейчас сказал?! — возмущается Сано, хлопая ладошкой парня в грудь. — Как ты меня бесишь, Хайтани! Знал бы ты, как я мечтаю тебя прибить! И убери от меня свои руки, иначе я выверну их уставами наружу и завяжу бантиком на спине! Сано немного успокоилась. Она знает, что до боя Поднебесья и Свастонов есть ещё неделя. За это время она спокойно обдумает ситуацию, переварит произошедшее и придумает, как ей поступать дальше. Одно она знает точно — брата в обиду не даст. Даже если ради этого придётся убить другого. Майки её жизнь, он — её сердце, которое она не позволит тронуть никому. Свастоны — её жизнь, которую она будет защищать не жалея себя. Она соберётся с силами, подготовится и уничтожит всех, кто посмел нацелиться на её близких. Она сломает руки тем, кто тронет их. Главное, что в этой квартире она временно в безопасности. У неё есть время всё рассчитать и продумать. Всё будет хорошо. Тосва всегда побеждала абсолютно всех врагов и этот случай не исключение. От Кисаки она избавится в первую очередь. Сано надеется, что этот ублюдок ещё не до конца затуманил рассудок Майки. На очереди ещё одна проблема, которую Ваде придётся решить. И она это сделает. Снова всё ложиться на её плечи. Она, разумеется, как всегда, найдёт выход. Но ей очень интересно, где она постоянно находит вход?! Ещё никто не оказывался умнее её и исключений не будет. И почему она снова покорно принимает свою судьбу, глядя в сиреневые глаза? Она точно ещё пожалеет, что не сбежала сразу, но почему-то сейчас её это не волнует. Что-то будто держит её в этой квартире, не позволяет уйти, даже когда это необходимо и очень хочется. Только вот что?.. — Тогда заключим договор. Я никуда не сбегаю, а ты больше не посмеешь меня тронуть и пальцем. — рычит Сано, вырываясь из этих «недообъятий», после чего сразу почувствовала холод и некую опустошённость. Задолбал! Почему её тело так странно на него реагирует! — Я настолько тебе противен? — странным голосом спрашивает Ран, а Вада пытается разглядеть его выражение лица, чтобы понять, откуда этот странный тон? Она его… задела? Его это обидело? Да пофиг! — Представь себе. — шипит светловолосая, скрещивая руки на груди. — Со мною только тебе все можно… — шепчет Хайтани, невесомо проводя ладонью по щеке девушки, отчего та сначала оцепенела, затем покраснела скорее от фразы, чем от прикосновения, а потом её снова накрыло возмущение. — Мы договорились? — хмурится Вада, отпихивая руку парня. — Без проблем. Мне интересно, с чего ты вообще взяла, что мне в кайф к тебе прикасаться? Поверь мне, я найду чем, а точнее кем занять свои руки. Вариантов получше очень много. — усмехается Хайтани, после чего покидает комнату, а потом, судя по звуку, и квартиру. Вада осталась стоять в недоумении. Он только что намекнул, что девушка из неё так себе? Вада почувствовала лёгкий укол обиды, впридачу к итак покалывающему от царапин телу. Это что сейчас было? Её это задело? Почему? Да не, не могло это её задеть. А этот странный укол был вызван страхом за брата. Именно так. Пусть делает что хочет, пусть развлекается с проститутками и так далее по списку. Её не колышет, у неё есть заботы поважнее. Ну почему она снова противоречит своим чувствам? Прям бесит! И когда это началось? Эти таяния от тёплых и нежных прикосновений, это странно чувство защищённости в объятиях Косички, это странное влечение, как только она смотрит в сиреневые омуты. Что это вообще и как это лечиться? И куда он попёрся на ночь глядя?! Опять «развлекаться»? Да скатертью дорога! Вада искренне надеется, что его партнёрша в порыве страсти расцарапает ему не только спину, но и лицо.