Увядающий цветок Тосвы

— Он сказал сделать ЧТО?! — восклицает ахреневший Риндо, чуть не выронив кружку из рук. — Да тише ты, идиот. — злобно шипит Ран, хотя и сам тоже далеко не в восторге от происходящего. Риндо хмурится, выражая гримассу, будто дьявол в него заползает. Блондин садится за стол напротив Рана, прожигая столешницу взглядом. Таких новостей он не ожидал, хотя и побаивался чего-то подобного. — И что дальше? Мы действительно сделаем это? — глаза Рина выражали ярое беспокойство, обстановка в помещении начала невыносимо давить на мозги. — У нас нет выхода. — обречённо выдыхает старший, откидывая голову и пялится в потолок, словно на нём написано спасение. — Нет выхода? Это её сестра, Ран! Ты представляешь, что с ней будет? А кто там ещё в списке? — Командир второго и четвёртого отрядов. — А почему сразу не Майки, а? Чего мелочиться, блять?! — Потому что Изана хочет заняться им сам. — Давай просто набьём морду Изане и всё? — с надеждой спросил Риндо, который судорожно пытается выработать выход из этой ситуации. Он и сам понимает, что невозможно. — Сам то себя слышишь? Сдохнуть торопишься? — раздражается глупости брата Ран. — Слушай, я хоть что-то предлагаю! Вдвоём мы можем хотя бы попробовать, а если с нами и Вада будет, тогда сдохнет он. — Изана слишком силён даже для неё. — Потому что она не дралась с ним в полную силу. — психует, пытаясь оправдать Сано младший Хайтани и указывает рукой на пустующий стул напротив. Потом замирает, обводит рукой этот самый пустой стул, на котором привык видеть девушку. Она это место завербовала. — А кстати где она? — Спит. — устало отвечает Ран. Он бы и сам не прочь передохнуть, но в связи с обстоятельствами, сомкнуть глаза не получается. — Я не понимаю, честно. Нахрена он это делает? — хмурится Риндо, пытаясь не раздавить в сильных руках хрупкое стекло и глотает свой чай. — Чтобы ослабить Ваду с Майки и победить. Иногда ты такой тормоз. — закатывает глаза старший. — И поручил это именно нам. Знает же… Ран, давай откажемся и всё? — Да не можем мы от этого отвертеться! — выпаливает злой Ран и не удержавшись, хлопает ладонью по столу. — Иначе Вада займёт их место… — Так он нам угрожает её жизнью? — Риндо совсем поник, понимая, что они ещё в большей жопе, чем кажется на первый взгляд. — А я говорил, что дерьмом попахивало. Надо было сразу отказываться от этой затеи. — Что толку теперь? Как бы то ни было, её жизнь для меня важнее, чем жизнь её сестры, брата или остальных Свастонов. Она должна быть цела, Риндо. И если ради этого нужно будет распрощаться с ней, то срать. — серьёзно заявил Ран. Жизнь светловолосой для него ценнее собственной, да и для брата тоже. Он прекрасно оценивает ситуацию и свои силы, против Изаны он пойти не сможет. Просто тупо проиграет, а это сейчас не выгодно. И если стоит вопрос: Свастоны или Вада, выбор для него очевиден, и всегда так будет. Даже если он потеряет её и она его возненавидит. Главное — она будет жива. Неважно, что он больше не сможет быть с ней, ведь в конечном итоге он спасёт её. Знать, что она жива, пусть даже и никогда его к себе больше не подпустит — вот, что для Рана самое важное. — Значит, мы это сделаем? — выдохнув, серьёзно спрашивает Риндо, в упор глядя на брата. — Да. — не менее уверенно произносит старший. — Ты же понимаешь, что она этого не простит? — Прекрасно понимаю. — Тогда это сделаю я. — после долгой молчаливой паузы произносит Риндо, полный решимости. — Нет, братишка, это сделаю я. — злится Ран. Его брат впервые нашёл себе друга, он видит, насколько Риндо дорожит девушкой, хотя прямо в этом никогда не признается. Для Риндо этот человек важен не меньше, чем для него. Важно это общение, ведь с девушкой он чувствует себя комфортно и радостно, впервые за долгое время. Он никогда никого к себе не подпускал, как и Ран и оттого у них не было друзей. Вада первая, кто смогла прочитать их, понять, залезть в самые отдалённые места души и покорить своей. Старший Хайтани не хочет, чтобы брат глотал ненависть Сано, поэтому намерен выполнить приказ самостоятельно. Пусть лучше его презирает, убьёт, но чувства брата для него важнее собственных. Ран как-нибудь переживёт всю её ненависть, даже если и потеряет её, главное — она будет жить. — Э нет. Ран, ты никогда никого не любил. Она изменила твою жизнь и не мне тебе об этом говорить. Я ей никто, так что пусть лучше сводит счёты со мной. — Ты потеряешь своего демонического брата. Уверен, что тебе оно надо? — Переживу. — с усмешкой выпаливает Риндо. — В крайнем случае, я её просто защекочу. Уж лучше это буду я, чем ты. Вы оба этого не вынесете. Риндо понимает, что ничерта он не переживет. Сано стала для него почти родной и он вряд ли выдержит её боль в глазах и ненависть за его поступок. Риндо очень не хочется быть инициатором всех этих неприятных чувств, но его брат в кое-то веки нашёл своего человека. Он её любит, что ему несвойственно. Это видно по глазам, да и Вада тоже. Она боится предательства, но доверилась его брату, не хочется Риндо, чтобы это доверие оказалось напрасным. Да и не будет она слушать о том, что таким образом Хайтани её спасали, ведь Вада прежде всего всегда думает о других, близких, друзьях, на себя ей плевать. Риндо твёрдо намерен справится сам, чтобы не разрушить ту хрупкую ниточку между братом и Сано, ведь она многое значит для всех троих. Даже если после этого он потеряет её доверие и дружбу, но хоть раз Риндо должен побыть героем. Не всё же брату благородствовать. Она много значит для семьи Хайтани, в какой-то мере даже стала её частью. Словно сама судьба прислала её для осветления их тёмных душ. Она будто яркая вспышка в череде однообразных и вялотекущих забот. Какая же всё-таки судьба сучка. Свести этих троих, чтобы потом вот так посмеяться, разрушая жизни их всех. — Я ценю твою заботу, братишка, но я старше и я принимаю решения. Я сам с этим разберусь, твоя задача сидеть дома с ней. — озвучивает свой вердикт Ран и как только Риндо хочет возразить, он жестом заставляет его замолчать, намекая, что разговор закончен. — Драка с Тосвой послезавтра. Скоро всё закончится. — мрачнее тучи выдаёт старший Хайтани. — Погоди, а что должно закончится? — Рин, ты идиот или хорошо претворяешься? Ты же не думал, что эта иллюзия любви и дружбы будет длиться вечно? Пришло время осознать, что мы враги и пока не будет исчерпан конфликт, так оно и останется. А если Тосва проиграет, тем более ценой жизни её близких, то с Вадой уж точно мы друзьями не останемся. Нужно принять это как факт. Жили как-то раньше без неё прекрасно. — Ты сам то веришь в то, что ляпнул? Как раньше уже точно не будет. Признай, она стала неотъемлимой частью нашей жизни. — Риндо говорит как оно есть и брат это понимает, но похоже принимать не собирается. Ран готовится к худшему, чтобы потом не было слишком больно. И младший это понимает. Но от проблемы не избавиться, огородившись или сбегая от неё. — Вопрос закрыт. Займёмся этим завтра. Мне нужно заняться делами нового клуба, поэтому меня не отвлекать. — сурово предупреждает Ран и захватив с собой свою чашку кофе, направился в комнату брата, поскольку в его сейчас спит ничего не подозревающая Вада. Интересно, что она сделает, когда узнает, что они сделали с её близкими? Насколько сильно будет в гневе? Рин уверен, что она в одиночку перебьёт всё Поднебесье и их заодно. Насколько её сила возрастает, когда она в ярости? А насколько ей будет херово, лучше даже не заикаться. Противно до глубины души. Риндо с тяжёлым сердцем приступает к готовке завтрака, полностью погрузившись в свои мысли. Потому и не заметил, как через двадцать минут проснулась Вада со смешной взъерошенной прической после сна. Он даже подпрыгнул от неожиданности, когда послышалось: — Хайтани, к доске! — после чего Сано громко зевнула и покатилась со смеху. А у парня сердце в жопу ушло, блин! Но тем не менее он улыбнулся, увидев, что Вада прибывает в хорошем настроении с утра. — Чего шуганный такой, Рин-Рин? — сонно тянет Вада, а парень как-то грустно улыбается такой картине и понимает, что этих моментов может больше и не быть. Он подвигает к ней заранее приготовленный зелёный чай. — Доброе утро. — улыбается Рин. Старается мило, но получается скорее вымученно. Вада своим цепким взглядом это подмечает и выгибает бровь. — Уверен, что доброе? — с подозрением спрашивает светловолосая, сощуривая глаза. — Да. — тут же громко отвечает парень без раздумий, чем вызывает ещё больше подозрений. — Ран просил его не трогать, работает. — Хорошо, хоть насладимся тишиной. — усмехается Сано и отпивает из кружки. — Чувствуешь?! — резко выдаёт она, а Рин снова чуть не подпрыгнул от неожиданности. Он слишком напряжён — В воздухе запах зла. — загадочно шепчет Сано. — Это от него. — после чего тихо смеётся, а Риндо шумно выдыхает. Почему ему теперь трудно с ней общаться? Страшная тайна весит на его плечах тяжёлым грузом и оттого ему не хочется показываться ей на глаза. Слишком всё сложно. Вада не может не заметить этой отстранённости, напряжённости и какой-то обеспокоенности парня, слишком уж хорошо она научилась читать людей. Отсюда вопрос: Чё такое у него произошло? Риндо и грусть для неё несовместимые вещи, как она успела заметить. Неужели что-то приключилось между ним и его девочкой? — Рин-Ри… — Вада, нужна твоя помощь. — перебивает её Хайтани, решая сменить тему и отвлечься на какое-то дело. Он видит, каким пристальным взглядом с ноткой подозрения она на него смотрит и от этого не по себе. Нельзя, чтобы она догадалась. — Нужно развесить бельё на балконе, поможешь? — Ла-адно… — тянет Сано и вместе с парнем идёт сначала в ванную выгружать бельё из стиральной машины, а затем на балкон. И всё в молчании. Что же всё-таки случилось у него? — Вада… А у вас с Раном серьёзно? — Рин решает зайти издалека и ловит удивлённый взгляд светловолосой. — Ну вроде того. В чём дело, а? Ты сегодня прям на себя не похож. — с серьёзным строгим видом упирает руки в боки девушка. — И не смей мне врать. Это из-за той девочки? — Чего?.. Да нет. Просто интересно. Слушай, а что бы вызвало у тебя ненависть к Рану? Ну или ко мне? — неуверенно спрашивает Риндо, делая вид, что занять вывешиванием наволочки на верёвку. — Ну… Причин может быть много, смотря что вы натворите. — Ну, например совершим страшное преступление… — Вы конечно идиоты, но это не преступление. — усмехается Вада. Знала бы она, к чему все эти странные вопросы. — Слушай, я всё хотел спросить. Ты постоянно говоришь о Майки. О том, как его любишь, как готова жизнь за него отдать. Помнится, у тебя ещё сестра есть, о ней ты почти не говоришь. Что, плохие отношения? — Да не то чтобы… Не знаю, как объяснить. Не то чтобы я её не люблю или бесит она меня, просто как-то даже не обращала на неё внимания. Считала её слишком легкомысленной, радужной, в общем ветер у нее в голове гуляет. Да и само как-то получилось, что с Майки меня с детства водой не разольёшь, а Эмма… Не знаю короче, сложно всё. Стыдно признаться, но Майки я всё же дорожу больше. Иногда даже противно от себя за это. Но Эмма моя семья, а семью не выбирают, так что моя обязанность как старшей, заботиться и защищать и её тоже. К тому же, Шиничиро в ней души не чаял, не могу же я его подвести. — А я думал Шиничиро в тебе больше «души не чаял». — заинтересованно проговаривает Риндо, пытаясь понять, будет ли Вада рвать и метать, если этой самой Эммы не станет? — Да, но при Эмме этого не выделял. Всё же она младше, милее и безответственнее. На неё особых намерений не было, она просто милая, любимая маленькая сестрёнка. Во мне же он видел опору для семьи и ответственного сильного человека. Короче, как он говорил, любил он всех одинаково, просто на меня было больше надежд, как на самую умную, старшую и сильную. — грустно усмехается Сано. — Понятно… Просто складывается впечатление, что ты за неё вообще не волнуешься. — Да нет. У меня к ней отдельные чувства. Вроде и бесит, а вроде она в этом не виновата, она моя семья. Она слабее, морально тоже, да и мудростью не блещет. Вообщем, хрупкая слишком, понятия не имеет, как жестока бывает жизнь. Живёт в своих розовых мечтах. Даже завидую, иногда тоже хочется не воспринимать проблемы, не бороться за чужие жизни и просто наслаждаться детством. Но мне, увы, я такой человек, другие жизни для меня важны, уготована гораздо жёстче судьба. Как бы то ни было, она моя сестра и я всегда буду её оберегать. — закончила свой монолог Вада, задумчиво всматриваясь в небо и вдыхая свежий воздух. — Почему вообще спрашиваешь? — Да просто интересно. — хмуро произносит Риндо. Всё-таки апокалипсиса не избежать. Скоро грядёт такая буря, проще сразу повеситься. Ему уже сейчас стыдно смотреть Сано в глаза и ловить её искреннюю добрую улыбку. Скоро эта улыбка сотрётся, ровно, как и последние капли её стойкости. Не так Риндо хотел закончить их историю. Ему вообще хочется, чтобы она не заканчивалась. — Рин-Рин, у тебя что-то случилось? — строгим голосом спросила Сано. — ЕЩЁ КАК СЛУЧИЛОСЬ! Только вот не у меня… — хотел было крикнуть Риндо, но вовремя сдержался. Ран прав. Как бы ей не было хреново, и как бы она их потом ненавидела, но её жизнь для них точно важнее, чем незнакомых людей, на которых им, честно говоря, насрать. Даже если эти люди важны для неё. Она должна быть цела и это единственное желание и цель Хайтани, ради которой они пойдут на многое. Можно было бы конечно всё ей рассказать. Вада мудрая, сильная, расчетливая и прозорливая. Она бы точно нашла выход, пришлось бы обойтись без жертв, но это слишком рискованно. Изана коварный и беспощадный, он одну сестру чуть не погубил, хотя заявлял, что просто души в ней не чает, теперь хочет погубить вторую. Хрен поймёшь, что у этого хитрого психа в голове. Особенно, если он выйдет из себя, если узнает, что все пошло не так, как он задумал. Если они где-то проколются, то пострадают все. А зная Сано, услышав такие вести, она сразу побежит защищать сестру. Нет, на такой риск Риндо не готов. — Давай вернёмся к нашей утренней тренировке? — Вада смягчилась в голосе и сменила тему. Риндо сегодня странный и явно не хочет выкладывать свои переживания. Она решила не давить, отчего-то уверена, что он сам всё расскажет. На её предложение парень заметно расслабился, хотя лицо по-прежнему что-то омрачало. Они вернулись в гостиную и начали разминаться. Вада очень хотела похвастаться Рину своим новым достижением, всё же он ей с этим помог. Пусть погордиться собой, может поднимется настроение. — Рин-Рин. — позвала его Сано, так как парень явно о чём-то задумался и не замечал её. Когда же Хайтани обратил на неё внимание, от удивления чуть не уронил челюсть. Девушка сидела перед ним на поперечном шпагате и довольно улыбалась. Его тренировки не прошли зря. Он хоть и жесток со своей ученицей, но в конечном итоге это принесло нужный результат. — Ого… Уже? — оторопело спросил Риндо, на что Вада улыбнулась ещё шире и кивнула. — Тебе хоть что-то даётся с трудом, а? Чтож, поздравляю. Ты всё же не безнадёжна. — а вот и привычный мелкий гавнюк. Хайтани попытался подавить смешок, вспомнив, какими усилиями дался Сано этот шпагат. Это, пусть чуть-чуть, но подняло ему настроение. *** Вада пыталась окончательно усесться на поперечный шпагат, медленно, потихонечку. Но вот придурок Рин надавливал сверху на её плечи, чтобы ускорить результат. Для Сано же это была сущая пытка. Мышцы ног ныли так, что казалось между ними что-то хрустнет и они отваляться к чертям. — Ты главное дыши. — наставительно произнёс Риндо. — Да я не могу ни вдох, ни сдох сделать! — пыхтела светловолосая, после чего Хайтани заржал как конь. Смешно ему да?! *** — Давай займёмся ужином. — предложил Риндо. Вада кивнула и подтянулась за парнем на кухню, приступая к привычному занятию. Ей не нравилась только атмосфера. Если до этого она была непринуждённой и дружеской, то сейчас слишком напряжённая. Она уже было хотела завести разговор, так как эта тишина начинала раздражать, но Рин её опередил. — Ты заметила, что твои проблемы с питанием исчезли? Вада задумалась. Ведь действительно уже долгое время она нормально питается и еда уже не вызывает таких отрицательных ощущений. Как так произошло для неё остаётся загадкой, но не может не радовать. Она и сама не заметила этих изменений. — Видимо душевное состояние имеет влияние на организм. — умозаключила Сано. Последние четыре года она ходила словно не живая. Подавленная, бесчувственная, словно кусок камня. Позитивные эмоции она почти не испытывала, но стоило пожить с Хайтани и забить на время на проблемы, как она словно расцвела. Новые чувства, эмоции и ощущения. Они словно вернули её к жизни, а точнее желание жить. Возможно именно поэтому она теперь может адекватно питаться, а не выживать на одном чае с фруктами. Это положительный бонус. — Вада… Бой уже послезавтра, что ты собираешься делать? — неуверенно произносит парень, с опущенной в пол головой и разглядывая свои носки. До пизды интересное однако занятие. — Я уже говорила. Я буду со своими друзьями рядом. — спокойно произнесла светловолосая, продолжая нарезать овощи. А вот Риндо ещё больше напрягся. — Значит, нам придётся драться против друг друга?.. — И угадай, кто проиграет? — усмехнулась Сано, но заметив тень беспокойства на лице парня чуть серьёзнее добавила. — Рин-Рин, у вас в Поднебесье 400 с лишним человек. Неужели ты думаешь, что кроме вас я не найду кому набить табло? — Да, но всё же… — Давай закроем эту тему. Я прекрасно понимаю, что мы враги. Наша дружба большая ошибка, она помешает нам выполнять долг перед нашими бандами, но как сказал мне однажды один мудрый человек: Совершать ошибки не страшно и даже нужно. Именно из-за этих слов я сейчас здесь, из-за них вернулась. Я понимаю, что сильно рискую, доверяя и привязываясь к вам, но это уже произошло и этого не изменить. Вы идёте за своей бандой, я за своей и это совершенно ожидаемо и нормально. Каким бы не был исход драки, от своих слов и от вас я не откажусь. — Да, только вот у нас с тобой большая разница. Ты идёшь за своей бандой потому что любишь этих людей, идёшь, чтобы защитить их, а я если честно всё ещё не понимаю, что мы с братом забыли в Поднебесье. Мы вступили туда лишь ради выгоды, эти люди вызывают лишь рвоту, слишком они противны и лицемерны. Я хотел, чтобы нас тоже любили и уважали, чтобы следовали за нами не из-за страха. А теперь не можем оттуда свалить тупо из-за страха за свои шкуры. Какими бы мы не были сильными и властными, Изану нам не победить. И это бесит. Риндо на мгновение замолчал и как-то странно разглядывал Сано. Она заинтересованно склонила голову набок, словно собака, не понимающая чего от неё хотят. — Вада, вся надежда на тебя. Только тебе под силу одолеть Изану. Только ты сильнее и умнее его. — Звучит так, словно ты меня о чём-то просишь. — нахмурилась Вада. — Рин, я хочу, чтобы ты понял одну вещь. Я и сама много думала об этом и недавно пришла к такому решению. Что бы он не делал, он мой брат, моя семья, пусть и с ебанцой. — Ты не представляешь, что он творит. И тебя не смущает даже тот факт, что он хочет убить Майки? — удивлённо спросил Хайтани. Такого поворота он не ожидал. Неужели девушка пожалела Изану? — Не убьёт. — строго отчеканила Сано. — Я этого не позволю. Но останавливать его, убивая я не собираюсь. Есть другие способы. Я заметила, что он слишком мной одержим, если верить его словам. На этом и сыграю. Я могу на него повлиять и прекратить эту глупую войну. Но убивать я его не буду. У него тяжёлая судьба и в нём говорит гнев и обида, его в каком-то месте можно понять. Да, он выбрал не лучший способ отыграться за испорченную жизнь, причем на тех, кто в этом не виноват, но он просто сломанный ребёнок. Я в какой-то степени такая же. Просто, наверно, во мне больше сил, чтобы справляться с эмоциями и мыслить трезво. Мне жаль его, но я не оправдываю его поступки. Я хочу дать ему шанс начать заново, наверстать то упущенное время, проведённое в семье. Мы его семья, как бы этого не отрицали и в душе он это понимает. Думаю, ещё не поздно остановиться, просто нужно донести это до него. — Почему ты такая добрая? Это тебя и погубит. — удивлённо проговаривает блондин. Она действительно поражает. Интересно, она так же скажет, когда узнает, что Изана собрался избавиться от этой «семьи»? — Людям свойственно оступаться и ошибаться, каждый заслуживает второй шанс. — пожимает плечами Вада. — Да, я добрая и горжусь этим, пока есть возможность. Человек свойствен меняться, я надеюсь что я в худшую сторону не склонюсь, однако никто от этого не застрахован. Я тебе скажу одну вещь, а ты задумайся. Человеку не свойственно задумываться о том, что творится внутри другого человека, о его переживаниях, о страхах и прошлом. Собственное «Я» всегда выше и это нормально, пока не перерастает в зацикленность. У монеты всегда есть две стороны, и прежде чем судить о человеке и его поступках, нужно узнать мотивы и попробовать понять его. В случае с Изаной всё довольно просто. Брошенный ребёнок, не нужный никому, выживавший на улицах и смотрящий на то, как живут люди из семьи, которая и ему родная, задаётся вопросами: «Чем я хуже? Почему у них всё прекрасно, а именно я оказался лишним? Почему со мной так поступили, я же ни в чём не провинился?» Постепенно обида перерастает в ненависть, это уже заезженная тема. Я не виню его за эту ненависть. Он имеет на это право, учитывая, что обошлись с ним и правда несправедливо. Я просто хочу её разрушить. Показать, что он такой же член семьи, что Майки никак не виноват в том, что с ним случилось, ведь тогда ещё даже не родился. Как и всегда, детям приходиться расплачиваться за ошибки взрослых и это неправильно. Я так считаю и мне кажется, что я права. Забавно, ведь если придерживаться его логике, ненавидеть он должен меня, так как меня приняли в семью через год после его рождения. Я заняла его место, но презирает он почему-то Майки. Это единственное, что я не могу понять. — Ты психолог чтоли? — усмехнулся блондин. — Правда хочешь дать ему второй шанс? — девушка лишь кивнула. Риндо просто ахренел. — Ты слишком умная для своих лет, знаешь? — Вада усмехнулась. Ей часто такое говорят. — Слишком рано повзрослела. — И слишком великодушная. Это непривычно. Я бы на твоём месте его прибил и проблем не было бы. — Самое редкое, но при этом самое сильное в человеке — это умение прощать. Это не каждый может, но это очень сильное качество. Оно может тебя как и уничтожить последствиями, так и спасти. Самая главная сила моего старшего брата была именно в этом. В умении понимать, прощать. В великодушии и благородности и его это ещё ни разу не подводило, напротив, делало сильнее. Я просто хочу оправдать его веру в меня и не разочаровать. Будь сейчас здесь Шиничиро, он бы простил Изану, потрепал за волосы и помог справиться с его душевными проблемами. — Вада о чём-то задумалась, после чего продолжила. — Есть люди, которые готовы идти по головам, чтобы достичь своей цели и это в целом нормально в наше то время, только если у них есть какие-то рамки. Я надеюсь, что у Изаны они есть, как и совесть. Не может человек быть настолько психованным и жестоким. По крайней мере, мне хочется в это верить. — А что если он именно такой и есть? Что если он убьёт твоих близких? — не унимается Риндо. — Не я ему судья. Карма рано или поздно настигает всех. Я не буду вершить суд сама, в таком случае ему светит тюрьма. — мрачно ответила Сано. Она всячески отметает эти мысли, пытаясь верить в то, что Изану ещё можно образумить. Слепые надежды, но лучше так, чем представлять, как её брат убьёт другого брата. Она этого не допустит, но и не испачкает руки в собственной крови. Риндо несколько минут прожигает её сожалеющим взглядом и больше не выдерживает. Будь что будет, но пусть лучше он, чем Ран. Ей нужно показать, какой Изана человек и что простить его — самая большая ошибка, за которую можно дорого поплатиться. В этом человеке нет ни совести, ни жалости ни любви. Сегодня она это поймёт. Курокава не остановится и единственный, кто может его остановить это Вада, но не таким способом, который она придумала. Изана самый хитрый и сильный человек, которого Хайтани когда-либо видел. И есть только один человек, который превосходит его в этих качествах. Это Вада. Но пока она не поймёт, что его возможно только победить, а не переубедить, она его не одолеет. Лишь она способна его остановить и спасти всех, включая Рана с Риндо. Ведь по другому, избавиться от него и покинуть долбанное Поднебесье они не смогут. Сейчас он настроен решительно и готов к плачевным последствиям. — Вада, ты мне друг? — резко оборачивается и серьезным тоном спрашивает Рин. — Чё ты хочешь? — вздёргивает бровь Сано. — Сможешь закончить с ужином сама? У меня важное дело. — а нет, волнение и неуверенность вернулись так же быстро, как и пропали, но пути назад уже нет. — Ладно, только постарайся без проблем на задницу. — спокойно согласилась Вада. Риндо кинул ей быстрое «спасибо» и молниеносно побежал в коридор, чтобы не успеть передумать. — Всё для тебя, балда. — усмехнулась светловолосая и продолжила готовить ужин. Хайтани в срочном порядке выбежал из квартиры и Сано это показалось подозрительным, но она просто пожала плечами. Спустя полчаса ужин был готов, а ей было скучно. За всё это время от Косички не было ни слуху ни духу, неужели настолько сильно загружен, что даже нет времени выйти из комнаты хоть на минутку? Она решила заварить его любимый кофе и проведать. Может даже чем-то и поможет. С чашкой кофе в руках и тарелкой печенек и клубники она без стука тихо вошла в комнату. Ран сидел за компьютером с серьёзным уставшим лицом и даже не поднял на неё взгляд. Видимо и правда сильно занят. Она молча поставила чашку с тарелкой ему на стол и принялась изучать содержимое полок комнаты младшего Хайтани. Косичка тоже сегодня странный. Это тишина сильно напрягает и в то же время раздражает. Найдя на одной из полок журнал с комиксами она разместилась на кровати и пыталась вникнуть в суть текста. То и дело Сано бросала косые взгляды на Хайтани, но тот лишь втыкал в экран, словно её здесь и не было. Поняв, что нихрена она на комиксах не сосредоточиться, она отложила журнал в сторону и ловя момент, просто рассматривала Косичку. Лицо такое суровое, сосредоточенное, но усталость ярко выражалась. Брови сведены к переносице, глаза чуть прищурены, губы поджаты. Какой-то слишком мрачный. Как и Риндо. Может, у них какие-то проблемы? Это вызывает дикое любопытство и желание помочь. Ран не раз помогал ей морально, говорил успокаивающие и поддерживающие вещи, но не давал ей возможность помочь и поддержать его. Во многом они схожи, но в какой-то степени Вада ловит себя на мысли, что он для неё закрытая книга. Она видит лишь малую часть, которую он попросту позволяет ей увидеть. Сано всегда отличалась умением читать людей, по лицу, эмоциям, поступкам, жестикуляцией и привычкам. Она, глядя на человека, сразу могла понять, что он из себя представляет и что творится у него внутри. Только почему-то с Косичкой эта программа барахлит. Она понимает, что почти и не знает его, он слишком непостоянный, его эмоции странные, как и поступки. Сейчас он может быть трогательным и до одури милым, а на следующий день без причины вдарит тебя головой об стену. Вада не понимает своих чувств к этому человеку до конца. Как можно к одному человеку испытывать настолько противоположные чувства? Рядом с ним спокойно, но при этом безумно волнительно. Хрен угадаешь, что он может вытворить. Рядом с ним в душе буря протеста, и в то же время она не может ему сопротивляться. Как Ваде понять себя, а ещё лучше, его? Между ними искрит. Сано чувствует это притяжение. Оно не способно, как ей кажется, исчезнуть и будет ощущаться всегда. И одновременно с этим между ними словно разверзлась пропасть, которою не перепрыгнуть и не переплыть. Эта пропасть заключает в том, что они на противоположных сторонах и каждому нужно следовать по своему пути ради себя и других. Вада Свастонов не оставит даже ради него, но вот Ран может сделать выбор, но почему-то не хочет или не решается. Ощущение, что они оба знают, в каком направлении им нужно двигаться, чтобы быть вместе, но отчего-то разбегаются в противоположные стороны. Будет ли их всё так же тянуть друг к другу после драки и что их вообще ждёт в будущем? Неужели скоро всё закончится? Ей кажется, что глубоко внутри она знает ответ, но не хочет в него верить. Они сидели в тишине минут десять, разбавляли которою лишь звуки щёлканья клавиш. Он очень быстро печатает. В какой-то момент Сано поняла, что тупо любуется его руками, пальцы которых ловко и плавно скачут по клавиатуре. В этом человеке столько харизмы и уверенности, плюсом внешность, что невольно начинаешь им любоваться. И Вада не стала исключением. — Цветочек. — вдруг тихо произнёс Ран. — М-м? — Сано подняла взгляд, он не смотрел на светловолосую, продолжая что-то изучать на экране. — Если продолжишь так смотреть, то я не сдержусь. — Чего? — заторможено спросила Вада, явно не догоняя смысл сказанного. Наконец на его лице мелькает ленивое подобие полуулыбки и парень открывается от ноутбука, обращая на неё внимание. Слишком вымотанное и даже измученное лицо. Настолько сильно перетрудился? — Нужно твоё мнение. — Ран откидывается на спинку стула и потягивается. — Иди ко мне. — хлопает по коленям, призывая Сано занять на них место. А может дело в гипнотизирующем тихом и нежном голосе? Секунда и Вада уже на ногах, направляясь к нему. Она аккуратно устраивается на бёдрах Косички поудобнее. Ран же, не теряя времени прижимает её ближе за талию, зарываясь носом в её волосы и кладя подбородок на плечо, шумно выдыхает. Он устал. Смертельно устал и только этот успокаивающий запах цветов и тёплое хрупкое тело в руках помогают ему сохранить здравый рассудок. Он даже не хочет представлять её обречённый и ненавистный взгляд, который ждёт его в скором времени. И даже думать не хочет о том, что будет твориться с ним в этот момент. Будет пиздец как трудно, но он справится. По крайней мере, очень на это надеется. Хочет продлить этот момент, задерживая её в объятиях как можно дольше, хочется насладиться моментом, чтобы потом детально вспоминать. Образ дерзкой, золотоволосой маленькой девушки с глазами цвета шоколада точно из памяти не выйдет никогда. — Смотри. Мне прислали 3D версию твоих набросков, касательно дизайна клуба. Посмотри, скажи что думаешь. — Ран пару раз щёлкнул мышкой и перед Вадой появилась 3D программа с её задумками. Удобно, можно прокрутить, приблизить и рассмотреть со всех сторон. Она была рада, что Косичку интересует её мнение, да и самой было безумно интересно в этом поучаствовать, поэтому она подошла к делу со всей ответственностью. Но от увиденного сразу хмурится. Она перепроверила все эскизы и зло фыркнула. — Что за шняга? У меня не было этих стрёмных цветов, лестница была другой и вообще… — она ещё раз посмотрела на экран и окончательно разозлилась. — ГДЕ ГИРЛЯНДЫ?! От такого крика Ран поморщился, затем глянул через плечо в ноутбук и полез в ящик стола. Достал оттуда листы с рисунками Сано и сверился с ними. Дизайнер и правда переделал большую часть, причём убрал почти всю изюминку. — Тупоголовая овца, я же сказал сделать точно так же, как на рисунках. — рычит Ран и выдыхает, пытаясь успокоить гнев. За неё всю работу сделали, неужели так трудно просто скопировать дизайн? — В который раз убеждаюсь, если хочешь, чтобы всё было идеально, сделай это сам. — Это точно дизайнер делал? Какие стрёмные сочетания цветов. Жёлтый то там каким боком? — причитает Вада, рассматривая экран и с листами в руках сверяется со своей задумкой. — Глаза б ей выколоть, она всё равно ими пользоваться не умеет. — Она мне эти глаза строила, видимо решила выслужиться, переделать, чтобы её похвалили. — усмехается Хайтани. — Выколоть и скормить собакам. — серьёзным тоном добавляет светловолосая, не отрывая глаз от листов. Ран вновь усмехается. Мысль, что она ревнует его приятна. — Ладно. Придётся лично этим заняться. Посмотри сюда. — Косичка снова что-то пощёлкал мышкой и появилась новая картинка. — С вывеской она не облажалась. Мне нравится. На фото была такая же 3D зарисовка неоновой вывески клуба. Синие яркие неоновые буквы «Увядающий Цветок» и такая же неоновая вялая роза бордового цвета с опавшим лепестком. Название обведено в круг и вокруг букв рассыпаны бордовые лепестки. Вада косится на парня. — Готовься менять окна каждую неделю. — шипит девушка. Да, вывеска красивая, ей понравилось, но название раздражает. Она ведь предупреждала кажется? Ну, значит пусть пожинает последствия. — Не проблема. Цветочек, ты уже решила куда будешь поступать? Кем хочешь быть? — задаёт вопрос Косичка, а Сано замирает. Внезапный вопрос, она и сама ответа не знает. Никогда об этом не задумывалась. — Экзамены бы для начала сдать. Забыл, что у меня плохие отношения с математикой? — Сдашь, мы вместе эти отношения наладим. И всё же, кем хочешь работать? — во время разговора голова парня мирно лежала на её плече, а большой палец выводил известные только ему узоры на животе. Это успокаивает. — Я об это никогда не думала даже. Мне вроде было все равно, главное чтобы платили хорошо. — пожимает плечами светловолосая. — Так не пойдёт. Работа должна быть не только высокооплачиваемой, но и должна приносить тебе удовольствие. Глупо тратить свою жизнь и нервы, занимаясь тем, что тебе не нравится. В твоём случае, ты просто загубишь свои таланты, а их у тебя очень много. Это было бы неправильно. — Ран опускает глаза на листы в руках девушки и спрашивает. — Не хочешь стать дизайнером? — Чего? — искренне удивляется Сано. — А что? Рисуешь ты отлично, у тебя есть вкус и глаз намётан. Ты в этом разбираешься и судя по тому, как горели твои глаза, когда мы обсуждали дизайн клуба, тебя это занятие привлекает. Так почему нет? — Не знаю даже, как-то не приходила эта мысль. — задумывается Вада. Идея правда неплохая, Косичка прав. Работа интересная, платят хорошо, а главное — ей это действительно нравится. Пока девушка размышляла, Хайтани уже успел сменить вкладку и обратил внимание светловолосой в ноутбук. — Смотри. Я тут искал и нашёл неплохой университет. Там есть факультет дизайна интерьера. Как раз твоё. Судя по описанию и отзывам, заведение нормальное. Единственные условия это умение рисовать и бал в аттестате по математике не меньше восьмидесяти. — информирует Ран, пока Вада изучает фотографии и информацию об университете. Он один из лучших университетов Токио, здание новое, креативное, на территории есть красивый парк с фонтаном и отдельное кафе. Так же там дают возможность проходить практику во время обучения. Можно выполнять заказы и если клиенту понравится, то получаешь неплохой приз в виде денег. Плюсом, университет сотрудничает с большими компаниями и после выпуска, благодаря связям, может тебя рекомендовать и продвигать, можно по окончанию обучения почти сразу получить работу. Так же различные поездки по странам, чтобы лучше изучать их культуру и продвигаться в дизайне и его истории. В общем, не университет, а прямо мечта и Сано он очень понравился. Сказать больше, она теперь безумно хочет туда поступить. Обзавелась мечтой. Но вот есть один жирный минус, который перекрывает всё хорошее. Обучение платное. Причём такая сумма ввела светловолосую в ступор. Вот знаете, даже сказать страшно. Такую в фильмах обычно пишут на листочках. — Я, по-твоему, сру золотом? Где я такие деньги найду? Чего-то попроще нет? — подавленно произносит Вада. А жаль, она только размечталась о яркой студенческой и интересной жизни. — Тебя о деньгах кто-то спрашивал? Он тебе нравится? — серьёзно произносит Хайтани, а Сано резко поворачивает голову в его сторону. — Ты это о чём сейчас? — Я о том, что деньги тебя должны волновать в последнюю очередь. Если он тебе нравится, значит ты будешь там учиться. Считай я спонсирую твою будущую карьеру. — непоколебимо заявляет Косичка, а у светловолосой челюсть на стол упала. Он серьёзно хочет оплачивать её обучение? Откуда у него такие бабки?! Или же она плохо ознакомилась с доходами Хайтани? — Косичка, ты совсем переработался. Я не приму от тебя такие деньги. — хмурится Вада. И речи быть не может. Тут не знаешь, что завтра будет, а он уже готов её обеспечивать. Она как-нибудь сама. Сано привыкла вкалывать ради своей цели, этим она учиться и набирает нужный жизненный опыт. Какой опыт она получит, если ей всё на блюдечке преподнесут? — Давай закроем эту тему. Он тебе нравится? Хочешь там учиться? — он сама непреклонность. И почему только его у светловолосой не получается переспорить? — Он и правда классный. Я даже загорелась этой идеей. — мямлит Вада. Почему ей так невыносимо неловко и стыдно оттого, что она будет учиться за его счёт? Причём за ТАКОЙ счет. Почему она чувствует, что должна ему? — Тогда берём. — отрезает Хайтани. — К тому же, он находится в Роппонги. — Ран поднимает голову и серьёзным взглядом заглядывает Сано в глаза. — Отсюда тебе будет удобнее добираться. Цветочек, я хочу чтобы ты всегда была рядом. От таких слов у Сано перехватывает дыхание. Он только что предложил ей жить вместе? А как же Майки, Свастоны? Она их бросит и переедет? Это такой намёк, что он не намерен её оставлять и хочет быть вместе? Это всё конечно очень мило, но слишком быстро. — Ран, это… — договорить ей не позволяет указательный палец, коснувшийся её губ. — Ничего не говори. Это моё решения. Я не собираюсь тебя отпускать, цветочек. Никогда, слышишь? Сейчас мне твой ответ не нужен. Мы обсудим это, когда всё закончится. Я надеюсь, ответ будет положительный, потому что ты… — Рану трудно сказать эти слова, но очень хочется. Глядя в её расширенные от удивления глаза, уверенности прибавляется. Не запрещено ведь говорить о том, что на душе? Да и учитывая, что в скором времени их двоих ждёт, она должна услышать это лично от него прежде, чем всё разрушится. — Ты нужна мне и я не собираюсь так просто сдаваться. Я хочу, чтобы ты была со мной. Это предложение даёт ему хоть какую-то надежду на то, что в будущем она всё ещё будет рядом. Глупо, но шанс. Если всё каким-то чудом завершится хорошо, что маловероятно, то он бы хотел жить с ней, засыпать и просыпаться рядом с ней. Каждый день, каждый час вдыхать родной запах и целовать так, чтобы задыхаться. Ран не привык сдаваться и Вада Сано это то, ради чего он готов бороться до конца. — В этой квартире всё пропитано тобой. Ты стала неотъемлемой частью нашей жизни, Вада. Я хочу, чтобы знала, что это и твой дом, в который ты всегда можешь вернуться. Чтобы знала, что тебя здесь ждут. Я жду. — говорил Хайтани, не прерывая зрительного контакта. Он не мог отвести взгляд от карих утопляющих глаз. Если бы ему дали шанс самому выбрать, как умереть, он бы не задумываясь выбрал утонуть в этом шоколадном море. — Ты слишком сильно на меня влияешь и я сделаю всё, чтобы быть рядом. Я пройду все испытания и убью грёбанные небеса, если понадобиться, но от тебя теперь не откажусь. Мы справимся со всем вместе. — Вместе… — словно загипнотизированная, повторяет Вада шёпотом. Она в шоке. Эти слова неожиданные и проникают под кожу. Она до сих пор повторяет их в голове, словно завирусившуюся песню, которую где-то услышал и напеваешь весь день. Сердце забилось чаще, дыхание сбилось. Она больше не одна. Он рядом и будет рядом до конца. Вада безоговорочно верит в его слова, потому что ей кажется, что они чистая правда, которая идёт от сердца. Ей хочется верить, что все именно так и будет. Что будут вместе и вместе пройдут через весь ад, что готовит им судьба. Знала бы она, каким будет этот ад. Но сейчас она слепо доверяет этому человеку своё сердце и верит каждому слову, потому что именно этих слов ей и не хватало. Она нуждалась в них, как в кислороде и надеялась когда-нибудь услышать. И услышав их сейчас просто теряется. Не знает, что ответить, поэтому просто целует Косичку, обхватив маленькими ладошками его лицо. Целует аккуратно и нежно, что свойственно только ей. Только она его так целует и чёрт, как же он от этого горит. Слёзы непроизвольно стекают по нежной коже, она вновь счастлива. В ее душе будто появилась её собственная радуга, что впервые за долгое время прогнала тучи и дождь. И только Ран Хайтани дарит ей эту радугу. Вада обнимает его за шею, настолько крепко, насколько это вообще возможно, зарываясь пальцами в волосы на затылке. — Спасибо. — сквозь слёзы шепчет Сано и улыбается. Не получается согнать с лица эту тупую улыбку. Вдруг кажется, что крылья за спиной выросли, да такие сильные и пышные, что могут отнести на край света. А там на краю она найдёт Рана, обнимет его и они вместе воспарят к небесам. Какое-то странное, но блаженное чувство разливается внутри сладким шоколадом. Наверное, это и есть счастье. Когда думаешь, что впереди конец, а судьба даёт зелёный свет. Говорят, что счастье — это миг. Видимо в её случае этот миг неплохо так растянулся. Впервые за столько лет кажется, будто она на седьмом небе, в самых пушистых облаках. Впервые и на её улице праздник. Забавно. Ещё неделю назад бы кто-то ей сказал, что Ран Хайтани, безбашенный гопник, жестокий и холодный будет вот так сидеть, нежно обнимать и говорить такие слова, Вада бы рассмеялась. А если бы сказали, что она по уши в него влюбиться и будет растекаться лужицей от прикосновений этой Косички, то говорящий получил бы от неё по лицу за такую глупость. Как же всё-таки здорово, что жизнь такая непредсказуемая. Что судьба дала ей шанс на спасение из вечной череды отчаяния в виде придурка с косами, который не умеет равномерно распределять краску по волосам. Она уже не ощущает себя тем самым погибающим цветком. Наоборот, ей кажется, что она первый, распустившийся ранней весной цветок, который так бережно охраняют от холодов. И всё это благодаря Рану. Его тепло оказывается толще любого одеяла. И пусть он не осознаёт этого, но для Вады он действительно важен, как никто другой. Впервые за долгие годы она смогла открыть своё сердце и впустить человека. Её Вселенная так долго была закрыта для звёзд и чужих планет, что она обросла колючками и разучилась верить в светлое и доброе, которое передаётся от физической близости. Говорят, чтобы полюбить человека не хватит целой жизни. Говорят, чтобы довериться кому-то нужно упасть и подняться вместе сотни раз. Но когда тёплые сильные руки так крепко прижимают её к себе, она готова опровергнуть любые теории. Сано не думает о мрачном будущем, которое может наступить уже послезавтра. За последние дни она научилась жить здесь и сейчас, поняла, как важно ценить то, что имеешь, и как страшно думать о будущем. Её отношения с Хайтани принесли столько тепла и нежности, сколько она давно не получала и не думала, что вообще сможет получить. Ран обнимает её за талию, крепко сжимая и уже не боясь, что хрупкое тело в его руках может сломаться. Это его девочка, сильная. Ничто её не сломает, ни у кого просто духу не хватит. Потому что отныне, за её спиной всегда будет стоять Ран, защищая от всего, что может ей навредить. Он спасёт свой любимый увядающий цветок, возьмёт за руку и из череды нескончаемых бед и боли выведет её на яркие лучи счастья. Полезет в огонь, утонет в океане отчаяния, достанет до звёзд ради неё, ему хватит на это сил, даже если она не будет видеть его стараний. Даже если возненавидит и больше никогда к себе не подпустит. Но Ран никогда не бросит её, и даже находясь в тени, будет оберегать, словно невидимый ангел хранитель. Отныне, они одно ценное. Две половинки чего-то важного. Его душа и её едины и ничего этого не изменит. Больше он не позволит ей остаться одной и в одиночку проходить все трудные испытания. Хватит с неё, она достаточно вынесла. Столько пережила, со стольким справилась и ещё с большим ей предстоит справиться. Его девочка. Такая маленькая, но такая сильная. Его и только его. В его сердце неожиданно расцвел восхитительный цветок с острыми шипами. Когда всё закончится, когда жизнь разлучит их, всё, что у Рана останется — это бесценные моменты проведённые с ней. Каждая секунда, каждое слово и касание отложится в голове навсегда и никакими усилиями он их не вытеснит. Потому что она — самое яркое событие в жизни Хайтани. Таких не забывают никогда. Он будет помнить и дорожить этими моментами, поэтому сейчас он ими наслаждается. До того как они отложатся каплей в океане многочисленных воспоминаний. Сейчас, обнимая её хрупкую фигурку и вдыхая любимый аромат розы с сиренью, он молится лишь об одном. Чтобы никогда не потерять её. Чтобы это не было лишь временной иллюзией, не было лишь маленькой крупицей в отголосках его прошлого спустя годы и никогда не закончилось. Что бы не случилось, пожалуйста, пусть это не закончится… Пожалуйста… — Цветочек, скажи мне… — нарушает тихую идиллию Ран, отстраняясь от девушки и внимательно заглядывает ей в глаза. — Что ты обо мне думаешь? Вада даже не сразу поняла, что ей задали вопрос. Мозг видимо отказался от постоянной перегрузки и решил взять отпуск. Глаза Хайтани такие яркие, большие и глубокие. Словно само небо смотрит, словно тысячи звёзд в сумасшедшем потоке падают и достигают нашей Вселенной. Кажется, она слишком долго залипала, потому как Косичка до сих пор вопросительно смотрел, не отрываясь. Тут она вспомнила про вопрос, возвращаясь в реальность и прокашлявшись выдала: — Ты козёл с косами, который меня бесит. — Ран саркастически вздёрнул бровь и закатил глаза. Чего-то подобного он и ожидал. Поэтому быстро решил забить на эту тему и уже было хотел отвлечься на ноутбук, как Вада продолжила. — Ты честен с другими, но не всегда с самим собой. Ты не такой жестокий и чёрствый сухарь, которым себя показываешь. Ты очень добрый, но не открываешься людям, если не уверен в них, а как я поняла, таких кроме Риндо нет. Ты страшишься перемен в своей расписанной и слаженной жизни, к которой привык и любишь отторгать собственные чувства, потому что они тебя пугают. Ты как… — Сано сделала вид совершенной задумчивости. — Как фруктовый лёд. — Ран усмехнулся. — С таким сравнением я ещё не сталкивался. — Ну, если точнее. Ты на вид холодный, многие не берут фруктовый лёд потому что он слишком ледяной, его слишком тяжело кусать, как многие привыкли есть мороженное, поэтому выбирают попроще. Хотя этот лёд на вкус великолепный, просто от холодного вида его обходят стороной, так как боятся, что если откусят много от холода заболят зубы. Кто-то посмелее берёт этот лёд и не разочаровывается. Потому что внешняя оболочка бывает обманчива. Важен сам вкус, а вкус у него прекрасный. Да, иногда встречаются трудности в виде боли в зубах или голове от холода, но люди терпят и не обращают на это внимание, потому что слишком любят вкус этого мороженного. — Ты сейчас сама поняла, что сказала? — улыбается Ран. Её слова проникли под кожу и поселились в душе, вызывая детскую радость. Она ведь не ошиблась, хотя и пример привела глупый. Видит его насквозь. Словно залезает в мозги, читает душу. Это даже стремновато. — Нет. — пожала плечами Сано и посмеялась. — Я это к тому, что для того, чтобы открыть твою светлую прекрасную сторону, которую ты пытаешься спрятать за толщей льда, нужно иметь достаточно смелости и терпения. И такие люди есть и еще будут в твоей жизни, поверь. Главное не отталкивай их. Кому надо, те будут рядом. Ты умеешь любить, заботится и даже быть милым и романтичным. Просто отчего-то не хочешь это показывать. — И откуда тебе знать? — Да потому что я такая же. — теперь очередь Вады играть в гляделки. Слишком серьёзным стал её взгляд. — Мы не открываемся по одной причине. Страх. Мы боимся, что это могут посчитать за слабость. Ведь когда мы надеваем маску безразличия и прячем внутреннее «Я» никто не может понять, что у тебя на душе и на что можно надавить. По твоим слабостям не ударят и тебя ничего не сможет сломить. Я всю жизнь так жила. Меня знают все, но не знает практически никто. Даже собственный брат не подозревает, что творится у меня в душе и что скрывается за этой ежедневной маской равнодушия. Страх, что твои слабости могут использовать против тебя. Сделают больно. Но знаешь… Когда открыла тебе одну дверцу своего шкафа со скелетом, поняла одну вещь. Слабости не нужно стыдиться. Слабое место есть у каждого человека и это нормально. Это не повод закрываться в себе, искать проблему в себе или огораживаться от людей. Ты имеешь право быть слабым, как и любой другой человек. Просто не стоит совсем закрываться и держать всю боль и переживания в себе. Потому что настанет момент, когда ты сорвёшься и всё, что копилось много лет вырвется наружу с ещё большей силой и это в сто раз больнее. Ран смотрит в эти глубокие и невинные глаза, от сканера которых слова застряют в горле. Почему бы сразу не рассказать ей всю правду и пусть бы разбиралась со своим неуравновешенным братом. Ей это точно под силу. И он хочет сказать, но что-то его останавливает. Что? Страх за свою долбанную шкуру и за жизнь брата? Она этого не заслужила, только не она. — Ты очень умная, знаешь это? — шепчет Хайтани, упираясь лбом в лоб Сано. — Я уверен не только в Риндо, цветочек. Тебе я доверяю самое ценное, что у меня есть. Вада застывает в лёгком шоке, когда рука Косичка аккуратно берёт её ладонь и прикладывает к своей груди. Она чувствует, как бешено колотится его сердце, ударяясь о грудную клетку. Так быстро, словно хочет выбраться оттуда. Сиреневые глаза тем временем изучают её лицо, которое покраснело от такого жеста. Так мило, когда такая грозная фурия смущается. — Что ты со мной делаешь, Сано? — тихо произносит Хайтани, пока девушка удивлённо хлопает ресницами и смотрит не отрываясь на свою руку, прижатую к груди Рана. — Чувствуешь? — парень перешёл на шёпот. — Оно так бесится с самого твоего появления. Сано не могла и слова из себя выдавить, так и застыла с приоткрытым ртом, словно рыба загипнотизированная и таращилась на свою ладонь. От такого действия у неё самой началась сердечная дискотека в груди. Коротит так, будто высоковольтные провода к сердцу подсоединили. А Косичку её реакция так и забавляет. Он не может сдержать улыбки, глядя на это удивлённо-смущённое выражение лица. Он просто перемещает свою ладонь на её щёку, нежно огладив мягкую кожу большим пальцем и щёлкает светловолосую по носу, возвращая в реальность. Вада тут же забавно морщится, но руку с груди парня не убирает. Приклеилась чтоли? — Ты ведь не покинешь меня, правда? — завораживающе шепчет Ран, а Сано совсем теряется. К чему такие странные фразы вдруг? Светловолосая наклоняется к его лицу так, что остаются жалкие миллиметры между их губами и в тон Хайтани шепчет: — От меня так просто не отвязаться, Косичка. Влюбил — теперь терпи. — улыбается дьявольским оскалом Сано и не теряя времени впивается в его губы, желая снова утонуть в неземных чувствах. Его поцелуи — целое искусство. Только он может целовать её так, что в глазах появляются искры, а в ногах слабость. Чуть подрагивающими пальцами Вада тянется к его скуле, проводя чуть ниже до шеи. Кончики пальцев начинают покалывать от прикосновения к его коже. Его Вселенная настолько необъятна и прекрасна, что Сано готова поселиться там навечно, лишь бы только быть рядом. Хайтани быстро ретируется и кладёт ладонь на ее шею, прижимая к себе ближе и углубляет поцелуй. От её ловкого языка щекотно, забавно, ведь ещё недавно она и целоваться то не умела. И даже здесь их противостояние умудряется влезть, поэтому какое-то время их языки сражаются за главенство. Такой расклад Рана не устраивает, поэтому он сжимает ладонью бедро девушки, отчего та отвлекается и он побеждает, полностью перехватывая процесс на себя. Казалось, что они парят. Где-то высоко над землёй. Где-то среди тысячи звёзд и планет, там, где кроме них никого нет. Будто они растворяются друг в друге. Чувство невесомости и сумасшедшей эйфории заполняют лёгкие Вады до предела. Волна нежности накрывает, одурманивает и заставляет ощущать нужной, необходимой и желанной. Это подтверждает то, как страстно Хайтани её целует, ощущение, будто хочет съесть. В его объятиях она впервые чувствует себя хрупкой маленькой девочкой. Девочкой, которая заслуживает любви. Глаза Рана непроизвольно опускаются к тонкой изящной шее девушки и натыкаются на тот самый дорогой его сердцу кулон. Хайтани оставляет поцелуй на шее, задевая золотую цепочку, а затем крутит между пальцев камушек. — Неужели до сих пор не сняла? — Он теперь мне так же важен, как и это. — указала пальцем на чокер Сано и улыбнулась. — Я рад, что он у тебя. Ты единственная достойна его носить. — А что ты обо мне думаешь, Косичка? — лукаво улыбнулась светловолосая, уворачиваясь от очередного поцелуя. — Как увидел тебя, сразу покой потерял. — усмехается Ран. — И стыд. — Не, я его не терял. Эта опция у меня по умолчанию отсутствует. — оскалился Хайтани и на этот раз наконец снова поцеловал девушку. Так страстно, как только мог. Замедлите время, остановите планету, он сойдёт на этом моменте и застынет тут до конца жизни. — Что-то Риндо давно не слышно. Ты его убила чтоли? — насмешливо произносит Ран, отрываясь наконец от сладких, некогда бежево-розовых губ, которые сейчас припухли и покраснели от истязания. Ран перестарался, слишком часто кусал их, пробуя на вкус. Будто волк голодный, смешно даже. — Когда-нибудь я это точно сделаю. — усмехается Сано. — Но пока он только свалил по какому-то важному, внезапно появившемуся делу. — Что?! — Ран тут же напрягается и хмурится. Свалил внезапно? Если это то, о чём он подумал… — Когда? — Минут двадцать назад. — пожимает плечами Вада, но не может не заметить, как в секунду помрачнел Косичка. — Твою мать. — спохватывается Хайтани и резко подскакивает с кресла, бедная Вада в последнюю секунду сообразила и успела спрыгнуть с него. — В чём дело? — У мне тоже дела появились. Гадёныш мелкий. Что же ты творишь, идиот. — зло выплёвывает Хайтани и вылетает из комнаты. Вада в полном недоумении и смятении спешит за ним. — Чёрт, неужели и телескопку мою стащил?! — Ран уже открыто психует, по пути натягивая кроссовки. — Да что происходит?! — топнула ногой Сано, так как парень её даже не замечал. Говорит толи злостно, толи испуганно. Сама еще не разобралась — Я скоро. — бросает Хайтани и схватив с вешалки плащ Поднебесья вылетает из квартиры. Что же задумал этот мелкий глупец?! Неужели не понимает, на что себя подписывает?! Сейчас Ран готов открутить ему голову. Не послушался, придурок! Казалось бы, Риндо мог выйти в магазин или у него важная встреча, но что-то подсказывало старшему, что встреча эта будет с младшей сестрой Сано. Идиот! Не дожидаясь слишком долгий, блять, лифт Ран перепрыгивал через ступени, попутно набирая брата по телефону. — Да? — Где ты?! — На задании. — На каком, блять, задании?! Риндо, я самолично тебе шею сверну, если ты это сделаешь! — крики Хайтани эхом отбивались от стен подъезда, отчего звучали ещё громче. Его голос изменился, будто не человеческий, больше походил на бешеный рык зверя. Гнев понемногу закипал кровь и затуманивал глаза. — Ран, я уже всё решил, не лезь. Старший не успел ничего ответить, брат отключился. Гавнюк! Хорошо, что на экстренные случаи Ран ещё в прошлом году установил скрытое приложение слежки в телефон младшего брата. Чтобы в чрезвычайной ситуации знать где он и прийти на помощь. Долетев до своей машины, Ран открыл это приложение и сразу обнаружил брата. Тот был рядом с седьмой школой, вероятно, там и учиться Эмма Сано. — Попался, тугой! — рыкнул Ран и не теряя времени запрыгнул в машину и дал по газам, разгоняясь на запредельную скорость и игнорируя правила дорожного движения. — Да какая срань вас укусила?! — возмущается Вада, обращаясь толи к самой себе, толи к двери, за которой только что скрылся парень. Все это странное поведение и внезапный гнев Косички вызывают в груди бурю беспокойства. Она чувствует, что от неё что-то скрывают и от этого ещё сильнее бесится. Волнение противным червяком заворочалось в животе. Что же у них произошло? Ужин готов, поговорить не с кем, ещё и неизвестная проблема Хайтани напрягает до спазмов в животе. Сано слонялась по квартире в поисках занятия, чтобы отвлечься от тревожных мыслей и не нашла ничего лучше, чем зависнуть на каком-нибудь фильме. Долго листала каналы и наткнулась на какой-то ужастик. Наверняка тупой, подобный тем, что они смотрели с Риндо. Просидев за просмотром очередной ерести, Вада лишь качала головой и вздыхала. Какую шнягу всё-таки делают. Это даже ужастиком назвать язык не поворачивается. В детстве было реально страшно. А может это она уже просто повзрослела? Но это не отменяет факт того, что старые ужасы делали более ужасными и интересными. Эти мысли внезапно натолкнули её на воспоминания из детства, связанные со смешной ситуацией и этими фильмами ужасов. Даже вспоминать стрёмно. Не из-за страха стрёмно, а из-за нелепой ситуации. 2000 год. Вада тогда на всю ночь осталась одна дома. Всё семейство отправилось в двухдневный поход, организованный Шиничиро, а Вада решила, что ей это не интересно и осталась присматривать за домом. На часах было десять, уроки были сделаны, занятия по борьбе пройдены, а дома никого. Вообщем, было неимоверно скучно, а «ничегонеделанием» Сано не привыкла заниматься. По телевизору по чистой случайности наткнулась на фильм-ужастик. Сюжет её так заинтересовал, что уже через несколько минут она сидела на диване, выпучив заинтересованные глаза в экран и обложившись кучей еды вокруг. Почему бы не пощекотать себе нервишки? Вада уже тогда была грозной и сильной, ужасы её не пугали и она была уверена, что этот фильм никак на неё не повлияет. Но, признаться, за те полтора часа, что шёл фильм, Сано несколько раз чуть не уписалась от внезапных скримеров и то и дело резко оборачивалась, проверяя, чтобы никто не стоял за спиной. Кто? Например, какой-нибудь дух, похожий на того, который в фильме. Потом из интереса, Вада взяла телефон старшего брата, который в связи с походом специально оставил дома, и скачала приложение для определения призраков. Сейчас то она знает, что это просто развлекательная игрушка, но тогда свято верила в его способность. Скачав, она сразу об этом пожалела. Потому что в доме была кромешная темнота и гробовая тишина, а когда в гостиной, где она проверяла наличие призраков приложение внезапно завопило, она вообще чуть в обморок не бахнулась. «Призрак обнаружен», оповещало приложение и судя по картинке на экране, стоял он за её спиной. И что делать? Людей то она может побить, а с призраками ей как драться?! Вада до сих пор помнит, как от страха колотилось её сердце, которое было отчётливо слышно в звенящей тишине. И какую же её сердце тогда совершило эпичную сальтуху, когда в дверь постучали. Хорошо, что она не видела своего лица в этот момент. Ну всё. Смерть пришла. А говорила Эмма, что ужасы не стоит смотреть. Она раз в жизни дала дельный совет, почему Вада её не послушала?! Затем в дверь позвонили. Вада так и стояла истуканом посреди комнаты. Потом её попытались открыть, дёргая ручку. Глаза Сано от испуга чуть не выкатились. Если рассуждать логически, то семейство должно вернуться только послезавтра, а на часах пол двенадцатого ночи, не в гости же к ней пришли в такое время! Точно призраки! В дверь так и продолжали периодически стучать, знают, что она дома. Вада взяла себя в руки. Она такое вытворяет кулаками и ногами, чего она вдруг оробела? Видала противников и пострашнее, что ей какие-то призраки? Призраки… Она смелая. Она Сано или как?! Как там тренер говорил? Сразу в нос? В нос так в нос! Полная решимости, а может и нет, Вада сбегала на кухню за ножом. Так спокойнее. В этот момент на всю квартиру громко зазвонил телефон Шиничиро. Всё. Теперь точно призрак знает, что она дома… — Вакаса, что б тебя метеором ушатало, дед тупоголовый! — зашипела Сано и сбросила вызов. В дверь снова постучали. Деваться некуда. Как там Шиничиро говорил? Надо смотреть страху в глаза? Ну, смотря какие они, эти глаза… Вада вдохнула полной грудью и аккуратно подошла к двери. Стуки стали громче, сердце ухнуло в пятки и танцевало уже там. Крепко сжимая в руке нож, девочка резко открыла дверь и сразу зарядила в предполагаемый нос. Или что там у этих призраков?! И каково было её удивление, когда она распахнула глаза и увидела, что призраком оказался Баджи, который развалился на пороге и выпучил на неё удивлённый взгляд. Сано сначала удивилась, потом обрадовалась, а потом насторожительно прищурила глаза. В фильме призраки вселялись в людей. Вдруг это не Баджи? Да и что Баджи делать тут в двенадцать часов ночи?! Его бы мама не под какими пытками бы не пустила. — Ты чё дерёшься?! — спохватился первым Баджи. — Скажи пароль. — нахмурившись, грозным тоном произнесла Вада. Баджи вопросительно изогнул бровь: — Чего? — Если ты Баджи, скажи пароль. — уже более сурово выдала Сано, направляя на него нож. У пацана глаза на лоб полезли от такого зрелища. — Мартышка, ты чего? Головой ударилась? — но когда Вада дёрнула нож с рукой ближе, он тут же испуганно кинул. — А у нас есть пароль чтоли? — Фух, это ты. — уже было выдохнула Сано, но картинки и информация из фильма снова заставили её напрячься. — А ну стоять. А вдруг призрак уже выведал информацию в твоей голове и пытается втереться ко мне в доверие, чтобы потом захватить моё тело, а потом и весь мир? — Эээ… — Кейске даже не знал как на это реагировать. Может ей на тренировке и правда по голове прилетело? — Тормози. Ты чего несёшь? Несколько секунд пораздумав, в голове Баджи появилась идея. А почему нет? Пошутить над подругой он любил, а сегодня она явно не в адеквате, может даже не ударит за это. Кейске начал как-то дьявольски скалиться. — Боже, как же жутко ты улыбаешься… — она реально испугалась. — О да, ты права, мартышка. — наконец он поднял задницу с уличного коврика и начал медленно надвигаться на неё. Сано все так же с выставленным вперед ножом начала пятиться назад. — Быстро ты меня раскусила. Я призрак. Очень древний дух. Меня убили пятьсот лет назад и теперь я жажду мести. А ты очень похожа на мою убийцу, просто копия. Поэтому я здесь. От сказанных слов у Сано волосы вставали дыбом. Сердце колотилось как умалишённое, а Баджи продолжал надвигаться, жутко улыбаясь и загнал её обратно в дом. И что делать? Размахивать ножом? Мозг даже как-то перестал работать и генерировать подходящие для такой ситуации идеи. Ну бежать же можно в конце концов! Честно, она думала отбросит копыта. Мысленно уже попрощалась с семьёй и друзьями. А в доме ещё и темнота вокруг, от этого его лицо выглядело ещё больше пугающим. — Я вселюсь в твоё тело и заставлю носить платья! — Только не это… — А потом убью всех твоих близких, отвезу тебя в лес и там разорву тебя на ниточки! Вада упёрлась в диван. Всё, тупик. Дальше некуда. Либо сражаться, либо бежать. Сано резко развернулась и побежала. Не прошло и пяти секунд её побега, как её схватили сзади за талию и закружили в воздухе. Как она тогда верещала, потом ещё неделю в горле першило. Как после такого крика стёкла не полопались, большая загадка. — Попалась! — зло засмеялся Баджи, а Вада пыталась вырваться. От испуга, нож она выронила. — Ты не представляешь, какой ужасной будет моя месть. — продолжал говорить устрашающим голосом Кейске, не стирая ухмылки на лице, а сам молился, чтобы не рассмеяться. Уж слишком лицо подруги выглядело ржачно. — Пусти! Пусти! Пусти! Её дотащили до дивана и кинули на него, нависая сверху и фиксируя руки. — Мартышка, ты реально поверила? Да что с тобой такое, чего такая дурочка?! — уже нормальным смехом рассмеялся Баджи. — Ты специально так говоришь, чтобы я потеряла бдительность… — уже более спокойно произнесла Вада. — Я тебя не узнаю. Курила что-то, признавайся? — все так же весело спросил Баджи и слез с подруги, подходя к двери и закрывая её. Они забыли закрыть входную дверь, вот придурки. — Да выдыхай ты, Сано. Я тебя разыграл. С чего это ты вообще о призраках заговорила? — Ты придурок чтоли?! Совсем колпак поехал?! — страх с облегчением пропал, но зато теперь ей хочется хорошенько отмутузить придурковатого Баджи. Знал бы он, как она обосралась! — Ты чё припёрся вообще? Ты ж сказал, что сегодня не сможешь прийти. — Вада вспомнила, что днём звала друга в гости, но мама его не пустила. Ну так это было днём! Чё он ночью то тут забыл?! — Я сбежал пока мама спала. Думал, чего ты одна тут будешь. Но я не знал, что за это получу по лицу. — весело хохотнул Кейске, а Сано спохватилась. Она же ему зарядила кулаком в лицо. — Ты поосторожнее бы с ножом. Я уж думал у тебя серьёзно кукуха поехала. — Ёмаё, как твой нос?! — Какой нос? Ты мне по губе прописала. — всё так же беззлобно улыбался мальчик. — Я так и знала, что у призраков нос выше. — недовольно буркнула Сано, а Кейске снова расхохотался. — Откуда эти призраки взялись вообще? — Да ужастик смотрела, делать было нефиг. Больше я эту фигню не включу никогда в жизни! — Давай вместе посмотрим на твоих призраков. — предложил Баджи, а Вада злобно на него покосилась. Хотя пусть. Побывает в ее шкуре и уже не будет так шутить над её трусостью. Сано сходила за перекисью и ватным диском, принимаясь за повреждения друга. — Больно! — зашипел Баджи. — Терпи, тряпка. Нефиг было призраком притворяться. — после этих слов Баджи заулыбался, явно стараясь сдерживать смех. Испуганное и до ужаса смешное лицо подруги он запомнит надолго. — Чё ты лыбишься? Вот чё ты лыбишься? Нашёл время для шуточек. Дебил блин. Обработав Кейске губу они вдвоём уселись смотреть этот же фильм и если Сано было уже не так страшно смотреть во второй раз, то Баджи сидел очень напряжённым и иногда дёргался от страха. Когда вылез очередной внезапный и страшный скример Баджи не удержался и крикнул: — Ой мама! — Узнал да? — пошутила Вада, за что получила подушкой от друга. Фильм потерял всякий интерес, по сравнению с битвой подушками. Хотя ни черта стало невесело, когда в дверь снова постучали. Ребята сразу замерли, переглянувшись, а подушка так и застыла в воздухе, так и не долетев до лица Баджи. — Кого могло принести в такое время? — шёпотом спросил Баджи, у которого волосы дыбом встали по всему телу. Ещё бы, после такого-то фильма. Чтож, теперь он примерно понимает подругу. — Действительно, какой дебил припрётся ночью. — покосилась Вада на друга, а тот лишь закатил глаза. В дверь снова постучали и ребята синхронно сглотнули. Баджи тихо поднялся с дивана и дойдя до шкафа в гостиной, вытащил оттуда длинную чёрную биту Шиничиро. Откуда он вообще знает где что лежит? Кейске с Вадой подошли к двери, в которую продолжали стучать и переглянулись. Словно по взгляду провели немой диалог, составляя план действий и Баджи уверено кивнул подруге, поднимая и сжимая покрепче биту. Сано не теряя времени бесстрашно повернула замок и тут же выбила дверь с ноги. Тут же послышался приглушённый треск и отборный мат. Баджи уже хотел накинуться с битой на неизвестного и вышел вперёд, так и застыв на месте. На пороге стоял Вакаса, держась за нос и злобно глядел на детей. Кейске сразу захохотал так, что выронил биту, складываясь пополам, а Вада вспыхнула. — Вы издеваетесь?! Ты то что тут забыл?! — Я пришёл к Шиничиро, мелкая коза! Какого хрена ты тут дверьми размахиваешь?! — грозно зарычал Имауши, а Баджи все не унимался и давился смехом. — А в нос то всё-таки попала! — хохочет Кейске, Вада тут же усмехается, а Вакаса нифига не понимает. Понимает лишь то, что на носу теперь будет синяк, если он вообще не распухнет. Не будь это сестра его лучшего друга, прибил бы уже на месте. *** На лице сама собой расцвела улыбка от весёлых воспоминаний. Но с того момента, если семья куда-то выбиралась на ночь, она всегда шла с ними. Больше она испытывать судьбу не стала. Из мыслей её вырвал звонок в дверь. Она было подумала, что вернулись Хайтани, но потом вспомнила, что у них есть ключи. Да и дверь вроде она не закрывала, с чего бы им стучаться? В дверь снова постучали и Вада лениво подняв задницу с дивана, поплелась открывать. Она даже усмехнулась этому дежавю. Кто там на этот раз? Неужели призрак всё-таки о ней вспомнил? Лучше бы она этого не делала. — Привет, сестрёнка, рад тебя видеть! — бодро поздоровался Изана и одарил её улыбкой. Зубы такие белоснежные, хоть сейчас в рекламу. По коже пробежался холодок от неожиданности его увидеть, но Сано быстро взяла себя в руки и смастерила покерфейс. — Не могу тебе ответить тем же, «брат». — последнее слово она сказала на два тона грубее, стиснув зубы. — Хайтани в доме нет, я тебя не приглашала, так что досвидания. — Сано попыталась закрыть дверь, но нога парня помешала её действию. — Я всё же зайду. — с той же нахальной улыбкой проговорил Курокава и без спроса прошёл в квартиру. Вада покрепче сжала челюсти и вознеся глаза к потолку, помолилась, чтобы вытерпеть его общество. Затем закрыла дверь и проследовала за ним на кухню. — Кофе, чай или может по морде? — равнодушно спросила Вада, прожигая в парне дыру из изучающего взгляда. — Ты на каком рынке эти серьги откопал? — Мне идёт? — ещё шире улыбнулся Изана. — На цыгана похож. — выдала Сано, вздёрнув бровь и сложила руки на груди. — Зачем пожаловал? — Не рада? — Нам здесь и без тебя весело было. — Это я знаю. — довольно произносит блондин, а девушка на секунду задумывается. — Неужели ты думала, что за Хайтани не установят слежку? Да после нашей с тобой встречи глупо было надеяться, что ты сразу не побежишь спасать жопу своего братца. — Вообще-то нашего братца. — хмуро выдаёт Вада, стараясь взять себя в руки. С ним нужно просто поговорить. Попробовать образумить, хотя кажется, что это невозможно. Он даже сейчас ведёт себя так, словно то, что он собирается сделать вполне приемлемо. — Этот мелкий высерок мне не брат. — брезгливо скривился Изана, вызывая новую порцию гнева у Сано. — Вижу, ты тут обжилась. — Твоими стараниями. — Что, понравилось с Хайтани? Неужели сдружились? — увидев потерянный взгляд девушки, Изана рассмеялся. Да так странно, издевательски, что тут же захотелось ему по челюсти прописать, чтоб ещё долго смеяться не смог. — Надо же. Ты и правда смогла найти что-то стоящее в этих жестоких гопниках, убийцах и мошенниках? Неужели настолько наивна? Не похоже на тебя. — В каждом можно найти что-то стоящее. — утверждает Сано, глотая очередную порцию ярости. Вот так судят по обложке. Не зная, что они за люди на самом деле и что у них на душе он судит, как и все, по шаблону. А затем с некой жалостью посмотрела на парня. В нём ведь тоже есть что-то хорошее, человеческое. Ведь мы становимся жестокими и закрытыми не по своей воле, так вынуждает суровая жизнь, ей ли не знать. Ей очень хочется верить, что она не ошиблась в своих суждениях. — Святая Вада. — прошептал Изана, изобразив театральное удивление, даже руку на сердце положил. — Везде старается найти хорошее, в любом человеке свет, а из любой ситуации выход? — затем снова хохотнул. Он может душевно больной? Ведёт себя именно так. — Всегда за честность и справедливость. Только в этом мире эти качества скорее погубят тебя, нежели помогут. Я бы на твоём месте так не доверял Хайтани. — Хайтани хотя бы не пытаются избавиться от меня и моей семьи. — грубо произнесла Сано, на что Изана улыбнулся ещё шире. — Правда? Тогда скажи мне, сестричка, где они сейчас? — Вада уже было хотела открыть рот в оправдание братьев, как застыла. Она ведь действительно не знает где они. И судя по реакции Косички, случилось что-то плохое. Теперь ещё и Курокава подкидывает дров в костёр сомнений и опасений. Хочет их в чём-то обвинить? Хочет сделать их ублюдками в её глазах и рассорить? Ведь понимает, что они поладили и очень даже неплохо. Так, что Ран решил сопротивляться и отказаться от Изаны и его планов. Она знает, Риндо рассказал, как Ран отреагировал на выходку Изаны тогда в клубе и получил по лицу за неподчинение. Боится, что Хайтани перейдут на сторону Свастонов следуя за ней? Сколько мыслей и предположений закружилось в голове, но все они отметались одной простой вещью. Доверием. Вада доверяла обоим Хайтани так как успела их изучить и понять, что на них можно положиться. В какие бы игры не играл Курокава, как недавно подставил её с Майки, с братьями ему не удастся её поссорить. Она даже думала о том, чтобы переманить их в Тосву, чтобы избежать ближайшей драки, так как против них сражаться она не будет. Хайтани об этом, она конечно не говорила, а надо бы. Если бы они согласились, у неё бы точно пропали сомнения в их надёжности и верности. А вот теперь на душе не спокойно после его слов. На что бы он мог намекать? — Они передо мной не отчитываются. — уверено и твёрдо произнесла светловолосая. — Ты имеешь сильное влияние на Хайтани. — вмиг его лицо стало серьёзным. — Хотя, оно и не удивительно. Каждый, кто попадает в твой круг общения, автоматически становиться заложником твоих чар. Ты имеешь интересную способность — подчинять людей и даже этого не осознаёшь. Каждый, кто тебя видит, начинает восхищаться и следовать за тобой ярой преданностью. Это очень мощное оружие, поэтому ты и стала командиром. Тебе по жизни суждено быть лидером. Люди опасаются тебя, потому что бояться, но в то же время их к тебе притягивает. Ты привлекаешь их своей загадочностью, твёрдостью характера и огромной силой, не только физической, но и душевной стойкостью. А так же то, что в одной хрупкой на вид девушке заложена уйма качеств, умений и знаний. В их глазах ты божество, неизведанное и мощное, которое ни сломить, не победить. В этом мы с тобой похожи. Я уже говорил, что тоже тобой восхищаюсь. И я горжусь, что ты моя сестра. К тому же, стать твоим врагом — равносильно подписанию смертного приговора. Если ты за что-то возьмёшься, уже не остановишься. И уничтожишь всех, кто посмеет пойти против тебя и твоих близких. — Ну и к чему это? — вздёрнула бровь Сано, пытаясь не показывать свою напряжённость из-за его слов. — Просто говорю то очевидное, с чем ты живёшь, но никогда не замечаешь. — пожимает плечами парень. — Ты и так записан в мои враги, не находишь? — О нет. Кому кому, а тебе я точно не враг. — усмехается Курокава, одаривая её душесканирующим взглядом. Только сейчас она заметила, что его глаза такого же цвета, как у Хайтани. Только они намного светлее. — Любой, кто идёт против моего брата, автоматически идёт против меня. — сурово выдала светловолосая, возвращая его взгляд, только с добавкой из жалости. — Я хочу, чтобы ты наконец осознала кто ты такая и какую силу имеешь. Ты такая же, как я и поэтому твоё место рядом со мной. Мы родились такими, нам суждено быть лидерами всегда и во всём. Подчинение — вот наша сила. Власть над людьми, которых даже и пальцем не нужно манить, сами потянуться за тобой. — Ты меня с собой не ровняй. У нас с тобой совершено разные приоритеты и цели. Я живу и сражаюсь ради близких, ты же только ради самого себя. — Да не живёшь ты, Вада, ты выживаешь! Это отнюдь не одно и тоже, согласись? Какого жить с грузом ответственности за чужие жизни и благополучие, при этом не заботясь о себе? Ты стараешься ради людей, которые этого не ценят и этим ты загоняешь себя в гроб. — зло выдал Изана, а Сано задумалась. В его словах прозвучала правда. Противная, суровая, которую она всегда старалась отогнать, но правда. От этого сердце в груди сжалось, но она ни за что не покажет этого. Он не узнает, что ударил по больному. — Видел бы тебя сейчас Шиничиро. — вдруг произнесла Вада, отчего лицо парня в миг помрачнело. — Как думаешь, что бы он тебе сказал, узнав, что ты хочешь уничтожить свою семью? — Семью? Они никогда не были мне семьёй. — зло проговаривает Курокава. — Не нужно сейчас вспоминать брата, он был слаб. — В чём же? Равзе ты не уважал его? — Шиничиро был слишком мягкотелым и добрым. Это его и погубило. Прощение — вот главная ошибка. Он был слишком добродушным и наивным, таким людям в этом мире не выжить. Жизнь жестока сестричка. — казалось, будто парень разозлился, ведь пропал в его голосе сарказм, а с лица исчезла надменная улыбка. — Ошибаешься. В этом была его сила, которая никому из нас и в подмётки не годиться. — грубо выдала Сано, которой не понравилось, в каком ключе отзывались о её брате. Шиничиро всегда был для неё примером, её учителем и дорогим человеком. Чёрт, она серьёзно собралась прощать человека, который прямо заявляет, что это глупость? Комедия. — Ты поэтому вернулась? — В каком… — Брось. Думаешь, я не знаю, что ты сбегала? Вернее, что Хайтани тебя отпустили. Почему ты думаешь, Ран получил по роже? — на лице парня появилась противная кривая ухмылка. — Единственное, чего я не знаю, почему ты вернулась? Простила? Или пожалела? — давил на неё Изана, наклоняясь к ней ближе, слава богу, стол разделяет. Заглядывает прямо в душу, пытается выведать самое сокровенное. Этот взгляд пугает. Многих, но не Ваду. Почему-то, она не удивлена, что Курокава в курсе о её недавнем побеге. — Избавила от лишних проблем. — безэмоционально говорит Сано, чей взгляд тут же холодеет. — Снова спасаешь кого угодно, но не себя. — усмехнулся Изана. — Они не перейдут на твою сторону, Вада. Хайтани всегда делают всё только ради собственной выгоды и беспокоятся только о своих шкурах. Они не осмелятся предать меня, потому что знают, что их в таком случае ждёт. — Ты их совсем не знаешь. — её голос суров и неумолим. — Я знаю их намного дольше твоего. И уж поверь, они — последние, кому стоит доверять. В нужный момент они позаботятся лишь о себе. Они уже это делают. — многозначительно улыбнулся Изана, а Вада напряглась от этих двусмысленных слов. Что-то от неё скрывают и Курокаву это явно веселит. Сано же бесит, она ненавидит быть в неведении. — Ты действительно хочешь убить Майки? — задаёт Вада самый главный вопрос. — Почему тебя это настолько волнует? — вздёргивает бровь Изана. — Серьезно?! — подскакивает светловолосая со стула и тот с грохотом падает на пол. Терпение уже на исходе. — Ты действительно не понимаешь почему меня это волнует?! — Нет, не понимаю. — безразлично кидает парень, явно забавляясь реакцией сестры. Какой огонь вспыхнул в этих прекрасных глазах. Он сожжёт все на своём пути. Ему очень хочется увидеть, какова она в ярости, ведь она способна явно на много большее, чем сама думает. Тут нужно только найти правильный рычаг давления и тогда непобедимого монстра внутри неё уже никто не сможет остановить. Опасную игру он затеял, но получает от неё неописуемое удовольствие. — Он мой брат, я прожила с ним рядом пятнадцать лет, я люблю его! — приводила железные аргументы Сано. — Я тоже твой брат, но это не мешает тебе меня ненавидеть. Я тоже хочу быть любимым и быть с тобой рядом. — кажется, и парень уже начинает закипать. — Потому что ты создаешь повод для ненависти! Ты мог стать частью нашей семьи, мы бы тебя приняли. Шиничиро этого хотел. Но ты решил уничтожить своих родных, часть тебя, твою кровь. Почему?! Майки лично тебе ничего не сделал, он сам был ещё ребёнком! Почему ты хочешь заставить его расплатиться за ошибку родителей? Разве так поступают члены семьи Сано? — А кто-то из семьи Сано хоть раз чувствовал себя брошенным, страдал от отчаяния и безысходности, от несправедливости? Он жил с мыслью о том, что никому не нужен, что всё потерял? Хоть раз хотел умереть, чтобы освободится от всего кошмара, который заполнил жизнь не позволяя даже дышать нормально?! — Изана перешёл на крик, так же подскочив со стула и подлетев к девушке так, что их лица разделяли лишь считанные миллиметры. Он тяжело и громко дышал ей в лицо, прожигая злобный взглядом, словно она виновник всех его бед. В этих же глазах читалась боль. Дикая, ужасная и нескончаемая боль. По его лицу и поведению Вада сделала лишь один вывод — ударила по больному. Нещадно и с размаху. — Да. — не раздумывая ответила Сано. Потому что именно так и жила последние четыре года. Но появившиеся в этой безнадежной жизни братья Хайтани вытащили её из отчаяния и вдохнули жизнь. Показали, что как бы не было хреново, рано или поздно наступает белая полоса. — Эти чувства преследуют меня каждый день, но я не обвиняю в своей боли других. Я справляюсь с ней и иду дальше, потому что все это осталось в прошлом. Ничего уже не вернуть и не исправить. Нужно жить сегодняшним днём и чем быстрее ты это поймёшь, тем лучше для тебя. — Я же говорил. — туманно произносит парень, касаясь пальцами бледной нежной кожи. — Мы похожи. — после этих слов парень шумно выдыхает и заключает Ваду в объятия. — Сестричка, ты нужна мне… — и столько боли в этом голосе, столько мольбы. Мольбы о спасении, словно он барахтается на дне океана и не может выбраться. Погибает, захлёбывается в этом отчаянии каждый день, умирает, а когда наступает новый день, всё повторяется вновь и только она в силах его оттуда вытащить. Снова она… Сано сначала прибывала в шоке, не понимая, как реагировать на такую неожиданность. На глаза наворачиваются слёзы. Сердце свело судорогой, разгоняя по венам яд обречённости. Девушка обняла парня в ответ, покрепче прижимая его к себе, дабы он услышал, как отчаянно бьётся её сердце. Чтобы он знал, что она чувствует и как старательно пытается спастись. И такими были родными эти объятия, такими удобными и тёплыми, словно так и должно быть. Вада невольно вспомнила старшего брата, отчего в груди заныло ещё больше. Они точно друг другу не чужие, это сразу ощущается, оттого тяжелей. Разве семья должна сражаться друг против друга? Разве они не должны всегда и везде держаться вместе и помогать друг другу? К чему эта глупая война? Может теперь все наладиться? — Брат… — впервые Сано произносит это слово искренне, вкладывая в него все свои эмоции, что ввело Курокаву в ступор. Слышать из её уст это слово до дрожи приятно, её голосом оно звучит по-особенному. Словно только для него и было создано. Сестра такая маленькая, хрупкая, что ей совсем не свойственно. Сейчас она казалась ему разбитой и потерянной. Словно они оба по уши увязли в череде нескончаемых бед и только в их силах это прекратить. Впервые он видел её такой, эта девушка совсем не та, которой он восхищался в детстве. Боевая, сильная, смелая и благородная. Нет того задорного и дерзкого огонька в глазах, лишь страх и отчаяние. Как же сильно её потрепала жизнь. Их обоих. Вада отстраняется от парня и берёт его лицо в свои маленькие ладошки, заглядывая в самые недры его тёмной души. Нет, не тёмной. Просто искалеченной, настрадавшейся и болеющей. Эта душа так похожа на её. Если есть шанс всё спасти, начать заново, она его не упустит. Сейчас ей как никогда нужна семья, которая развалилась уже очень давно. Изана так же не сводит глаз с её обволакивающего шоколада. Туда только мельком глянь — уже не выберешься. Этот взгляд действует подобно гипнозу, который заставляет отключить все рецепторы и работу мозга, умело подчиняет. Но его это не беспокоит, ему не страшно. Курокава готов простоять так вечность. Сколько времени они потеряли, сколько же он старался добежать до неё, но чем ближе подбирался, тем дальше она уходила. Жестокая игра, в которой он увяз. Он сестры исходит такое нужное и родное тепло, которое он мечтал ощутить очень давно. С того самого момента, как увидел её семь лет назад. Теперь же он старается впитать это тепло в себя насколько это вообще возможно, насладиться её присутствием. Как же давно он об этом мечтал. Она — его самое главное сокровище и его ужасно злит и обижает, что она этого не понимает. Изана даже не задумывался, что это просто оттого, что он выбрал неправильный путь действий, чтобы ей это доказать. Но назад дороги нет, слишком глубоко он увяз. — Никогда не поздно начать менять свою жизнь к лучшему, главное захотеть. — начала Сано, пытаясь достучаться до его разума. — Пока ты будешь сидеть и плакать что твоя жизнь дерьмо, сама она не изменится. Если вдруг ты завтра умрешь, будешь доволен тем, как прожил жизнь? Если нет, то значит пора в ней что-то менять. Пока ты сам не начнешь бороться за свое светлое будущее, проблемы так и будут тебя пожирать и в конце концов ты отчаешься и сдашься. Ты должен взять себя в руки и начать двигаться вперед. Еще лучше когда рядом есть люди, которые тебе в этом помогут, просто потому, что им не все равно на тебя. Мне не всё равно. Я готова помогать тебе и поддерживать, быть рядом, потому что каким бы ты не был, ты моя семья. Еще не поздно избавиться от ненависти, которая пожирает тебя и остановиться. Майки тоже твоя семья, не совершал того, о чём потом будешь жалеть. Я уверена, ты не убийца. Ты не убьёшь своего брата. В миг, казалось, глаза Изаны потухли, лицо помрачнело. Это явно не те слова, которые он от неё ждал. Парень накрыл ладошки сестры своими и убрал от лица, продолжая держать её за руки. Такие маленькие и тёплые. Кажется, до них только дотронься — и сломаются словно хрупкий хрусталь. — Мне не нужен ангел хранитель, Вада. Мне нужна моя сестра. — холодно проговорил парень. Затем он отпустил её руки и направился к выходу, оставляя озадаченную девушку стоять на кухне. — И ничего уже не остановить. — кинул Курокава через плечо, а Сано будто током ошпарило по сердцу. Кажется, не получилось. — Да не сестра тебе нужна… Для тебя это уже дело принципа ведь так? — тихо спросила светловолосая. Парень остановился, обернулся к ней полу боком и незаметно ухмыльнулся. Это подтвердило её догадку и отпало всякое желание пытаться с ним помириться. Лицо Сано тут же похолодело, после чего она сурово выдала, — Тогда знай, что я никому не позволю навредить моему брату. Если тронешь его, я устрою тебе кровавую войну, которой ты и добиваешься. Я в последний раз тебя предупреждаю и настоятельно советую тебе не идти против меня. Иначе я не посмотрю на то, что ты мой брат. Клянусь, пожалеешь, что посмел сунуться в нашу жизнь. Вада была зла и ужасно обижена, но поняла одно — как бы она не старалась, Изана выбрал свой путь и не остановиться, даже если придётся избавиться от собственной семьи. Хотелось ударить его по самой больной ране, намекая, что лучше бы его и дальше не было в их жизни. Глядишь и Баджи был бы жив и жизнь бы продолжала течь по своему привычному руслу. Во всём виноват он, Изана. Он причина смерти её лучшего друга и угроза для самого любимого человека. Сано старалась, но всё бесполезно. Он не слышит и не желает слушать. Она и подумать не могла, насколько сильно её слова задели парня. Нужного эффекта она добилась. Но и он пусть знает, что примирению не бывать никогда. Вада не перейдёт на его сторону ни за что в жизни, даже если не сможет уберечь Майки. Если Изана его убьёт, она не раздумывая прикончит его, но ни за что не примет его сторону ни сейчас и никогда. Изана либо прикратит этот хаос и воссоедениться с семьёй, либо они уничтожат друг друга. Другого выбора не дано. — Значит будем воевать. — безразлично произнёс Курокава, оскаливаясь самой дьявольской и устрашающей улыбкой. Затем молча вышел из квартиры, оставляя после себя запах ненависти и злобы в воздухе. Вада обессилено свалилась на стул, зарываясь пальцами в волосы. Не получилось. До него не достучишься. Она старалась поступать по-человечески. Быть человеком — дело вообще трудное до безумия. Особенно с некоторыми людьми. Чтож, значит будь как будет, он сам это выбрал. Хочет войну? Значит он её получит. Никогда не становитесь врагом для Вады Сано и не смейте идти против её близких, иначе самолично приговорите себя к казни. Она сломает руки всем, кто посмеет прикоснуться к её родным, уничтожит каждого, кто попытается испортить ей жизнь. Так гадко и противно на душе. Маленькими колючими иглами страх разбегается по телу. Голова трещит по швам, будто её разрывают изнутри. К горлу подкатывает противный комок, который она пытается проглотить, но не получается. Всхлипывает, закусывает губу. Армагедон полный. — Где тебя носит, Ран… *** Хайтани старший колесил вокруг школы в поисках брата, крепко сжимая руль в раках. От напряжения его нижняя губа была вся искусана, а челюсти болели от той силы, с которой он стиснул зубы. В приложении сказано, что Риндо рядом со школой, но десять минут объезда территории ничерта не дали. — Чёрт, да где же ты, Рин… — в панике произносит Ран. — Только бы не натворил глупостей. Объезжая территорию школы в очередной раз, в маленькой роще из деревьев мелькнул знакомый силуэт. Ран со свистом притормозил и вгляделся. По аллее шла юная девушка со светлыми волосами. Со спины можно было подумать, что это Вада, уж очень похожа телосложением и цветом волос. Хайтани сразу догадался, что это та самая Эмма Сано, младшая сестра Вады. А позади неё шёл его брат с его телескопической битой в руках. Ран сразу выбежал из машины и направился в их сторону. Они были на приличном расстоянии и Ран видит, как его брат поднимает руку с телескопкой над головой девушки и переходит на бег. Всё происходит так быстро. Хайтани окликнул младшего брата, но тот не успел остановиться и когда Эмма обернулась на крик Рана, Риндо ударил её телескопкой по голове и девушка падает. Сердце сначала пропустило удар, а потом забилось с бешеной скоростью, отбивая рёбра. — Твою мать! Ты что натворил?! — добегая, налетает на брата с обвинениями Ран. Без разбирательств заряжает младшему кулаком по лицу, отчего его очки слетают и падают на землю. Такого поворота он явно не ожидал. Старший никогда прежде не поднимал на него руку. Это свидетельствует о том, насколько он сейчас взбешён. — Ты что тут делаешь?! Я же сказал, что всё сделаю сам! — взволнованно восклицает Риндо, пытаясь нащупать свои очки. — Идиот ты! Ты понимаешь, что… — Вы кто?.. — ослабший тихий голос прерывает Рана и он смотрит на невинную, совсем ещё юную девушку, лежащую на опавшей сухой листве. — Почему?.. — отчаянно шепчет она. — Риндо, вызывай скорую! — Но нам же… — Делай, что я сказал! — рявкает старший, опускаясь на колени перед девушкой, которая в полушаге от отключки. — Эмма, ты меня слышишь? — она еле заметно кивает. — Потерпи немного, с тобой всё будет в порядке. Риндо тем временем дозвонился в скорую и пытался что-то объяснить девушке в трубке, всё ещё находясь в шоке. Действия брата ему не понятны. А ещё его окутал страх, чего прежде никогда не было. — Ты кто? — всё так же тихо и хрипло спрашивает Сано младшая, тяжело дыша. — Я… — Ран запинается на мгновенье. — Я друг твоей сестры. — Вада?.. — Хайтани кивает. — Значит, она в порядке… — на лице девушки расцветает тёплая и нежная улыбка, которая так похожа на улыбку её сестры. — Хорошо. Я так за неё переживала. После смерти Баджи… Майки так в ней нуждается, ему плохо без неё. Прошу, не оставляй её одну. — Обещаю. — шепчет Ран и замечает, как неподалёку проходит Манджиро Сано. Вероятно, пришёл проводить сестру из школы. Хайтани тут же подскакивает. — Ты вызвал скорую? — Да. — оторопело бросает Риндо и брат берёт его под руку, в срочном темпе убегая к машине. Как только они садятся в авто, старший даёт по газам и со свистом выезжает с территории школы. В салоне повисло напряжённое молчание, каждый раздумывал о своём и не решался начать разговор. Машина снова останавливается. Ран выходит на улицу, кивком призывая брата выйти следом. Как только Риндо вылезает из авто, снова получает удар, только на этот раз в живот, тут же сворачивается пополам и открывает возможность для нового удара по лицу. — Да хорош, блять! — кряхтит младший, сплёвывая кровь, но и это брата не остановило. Снова удар по лицу и ногой по коленям, отчего Риндо свалился на землю. Кожа Рана горит от гнева, в глазах пелена. Он представляет лицо своего цветочка, когда она узнает, что они натворили. Именно они, поскольку Хайтани всегда вместе. Ошибся один — отвечают двое. Так было всегда. Он представляет, что с ней будет, что она будет переживать и как смотреть на них. Повезёт, если она вообще их не убьёт. Возненавидит всей душой. Ран уже себя ненавидит. — Вставай. — грозно произносит Ран, поднимая брата за грудки и припечатывает к машине. В его глазах смятение и страх, но явно не о себе он сейчас беспокоится. — Что я сказал делать? — Иди к чёрту. — выпаливает Рин, отводя взгляд. Смотреть в глаза брату сейчас не лучшая идея. — Что я сказал?! — повышает голос старший, всё так же удерживая брата за воротник плаща. — Какого хрена ты меня ослушался? Неужели сложно просто делать так, как тебе велят?! — Отвали! Папаша, блять нашёлся. Я прекрасно осознаю, что я сделал. Я сам так решил и не тебе мне приказывать! — яростно произносит Риндо, с вызовом глядя брату в глаза. За такие слова он снова получает по лицу. — Прекращай, иначе… — Иначе что?! Ударишь в ответ? Так вперёд! Ты совершил огромную ошибку, идиот. Сопляк, ты даже не представляешь, какую цепную реакцию запустил. Думаешь совершил благородное дело, подставляя себя? Герой хуев. — брызжет ядом старший. — Молись, блять, чтобы скорая успела, иначе я самолично прибью тебя. — выплёвывает Ран и отпускает брата, грубо отталкивая. Затем отходит, пытаясь вдохнуть полной грудью и успокоиться. Сейчас уже сделанного не воротишь, остаётся надеяться на лучшее. Истериками тут не поможешь, нужно думать, что делать дальше. — Пиздуй домой. — А ты куда? — Я за капитаном второго отряда. — холодно говорит Ран и выхватывает из рук брата свою телескопку. — Попробуй только ещё раз возьми, придурок. — Ран, может не надо? — Заткнись. Ты итак уже натворил делов, дальше я сам разберусь. Разгребать теперь твоё дерьмо. — бросает Ран и садится в машину, сразу давая по газам и оставляя брата одного на дороге. Раз уж они это начали, придётся довести до конца. Это уже не остановить. — Что же ты наделал, глупец… Отчаянные глаза девушки застыли в памяти и давили на душу, отчего хотелось выть. Он же нашёл выход, почему брат не мог просто сидеть на жопе ровно и предоставить Ран возможность решить эту проблему самому. Самолично подписал себе приговор. Она же совсем ещё ребёнок. Только бы скорая успела… *** Вада нашла, чем отвлечься. И отвлечься и польза. Математика. Её стремлений никто не отменял и даже происходящий вокруг звиздец не помешает ей на пути к своей цели. Ей очень понравился тот колледж, к тому же Хайтани готов ей в этом помочь. Он готов заплатить такую огромную сумму ради её будущего, она очень не хочет его разочаровывать. Не хочет, чтобы его старания и вера были напрасны. Хотя, по сравнению с тем, что он уже для неё сделал, даже такая сумма денег кажется не такой значительной. Сано уже час упорно старалась запомнить правила из учебника и самостоятельно решать упражнения. Косичка придет и проверит. Дверной замок щёлкает, сообщая, что хозяева вернулись и светловолосая радостно подскакивает с дивана и бежит встречать. Странно, ведь недавний разговор с Изаной не оставил осадка. Или это просто потому, что прямо сейчас в дверь войдёт человек, который только одним своим появлением автоматически разгоняет её печаль и страхи. Но на пороге стоит Риндо, не в лучшем, кстати, виде. И это не только потому, что на его лице пара синяков и растрёпанный вид. Его лицо мрачное, глаза опущены, стараются не встретится с ней взглядом. Да и вообще от него исходит не самая приятная аура. Что-то случилось, Вада сразу вынесла вердикт. Она молча наблюдает, как парень проходит на кухню и садится за стол, опуская голову и зарываясь пальцами в волосы. Это заставляет её напрячься. Видимо, случилось что-то очень серьёзное. — Рин-Рин, что такое? — мягко спрашивает Сано, останавливаясь напротив него. Тот молчит и не поднимает головы. — Риндо. — уже громче и строже произносит Вада, но он снова не реагирует. — Что происходит, где Ран? — Вада… — наконец парень поднимает голову и встречает на себе обеспокоенный взгляд. Эти глаза… Смотрят прямо в него. Так искренне и наивно. Она беспокоится за него. Даже сейчас переживает за него, искренне, без фальши. Знала бы она, какой ужас он совершил, не смотрела бы так. По-родному, словно мать встречает ребёнка после драки и переживает. От этого взгляда гадко на душе. Она ему верит, она его уважает и заботится, а он вот так плюнул ей в душу и причинил боль. Противно от самого себя, но нужно сказать. Он не собирается скрывать, да и зачем, скоро всё итак выясниться. Пусть лучше она узнает от него, чем от постороннего человека. Это будет ещё хуже. Тайны никогда не были подругами доверия. Он уже жалеет о своём поступке и не так уверен, что сможет выдержать её боли и ярости. Он даже представить боится, как выглядит её взгляд, полный ненависти и призрения. Просто не выдержит его на себе. — Мне нужно тебе кое-что сказать… — мнётся парень. — Обещай, что выслушаешь и хотя бы попытаешь понять и простить… — парень снял очки, положив их на столешницу, и с тяжелым вздохом потер лицо большими ладонями. Даже Вада могла ощутить всю тяжесть, что сейчас висит на его плечах. Почему он не хочет поделиться этим? Блондин пальцами зачесал волосы назад и снова надел очки. Сано начало это не на шутку напрягать. — Рин-Рин. У тебя ведь с математикой плохо, да? Так вот, я щас как тресну тебе по репе этим учебником, чтоб знания усвоились. Говори, что натворил. — светловолосая угрожающе шлёпает увесистой книгой по ладошке, намекая, что ждёт его признания. Он смотрит на неё с надеждой и Сано смягчается. — Обещаю, что пойму и помогу. Слова застряют в горле, он смотрит на неё с жалостью и страхом. Как же ей об этом скажешь, вот так в лоб? Он то уже знает, что скорая не успела. Риндо набирает в лёгкие побольше воздуха и на одном дыхании выпаливает: — Твоя сестра… Мертва… Удар Брови подлетают к линии роста волос. Слова вылетают из головы, рот беззвучно открывается. Вада так и застывает с открытым ртом.