Увядающий цветок Тосвы

16 марта 2006 года. — Вада. — Сано почувствовала, как легонько коснулись её плеча. Это заставило встрепенуться. Она снова задумалась, ушла в себя и не следила за окружающим ее миром. Или снова заснула сидя? — А? — тут же смахивает усталость Вада и часто моргает, пытаясь вникнуть в суть происходящего, которую она упустила. Или даже не слышала. На каком моменте она выпала? Мимолетный взгляд на окружающую обстановку. Храм, люди в черной форме, брат, который хмуро на нее пялится. Собрание. Точно, она на собрании Тосвы. Вспомнить бы ещё, по какому оно поводу… — Ты снова не спала? — строго спрашивает Майки, которого серьезно беспокоят такие вот выкрутасы сестры. Она последние месяцы ходит словно неживая. С головой ушла в учебу, работу и бытовые трудности. Бывает выпадает из реальности на пару минут, потом идет долгая перезагрузка, прежде чем можно будет начать с ней диалог, который она вспомнит только если повезет. Того и гляди скоро обмороки подтянутся. Хотя сестра утверждает, что все в норме, продолжая нагружать себя еще больше. Вот и думай, ответственная и занятая она или просто мазохистка? От Риндо Майки узнает, что сестра спит по два часа в сутки, а иногда доходит до того, что и вовсе не спит двое суток подряд. Ссылается на работу, ведь ей пришла идея по поводу разработки клуба и она с головой уходит в реализацию. Экзамены через два месяца, но такими темпами она до них тупо не доживет. Но разве Ваду переубедишь? Уперлась и идет до конца. — Спала, почему… — нагло врет Вада, так, что даже ребенок эту ложь раскусит и устало потирает переносицу. — Напомни, по какому поводу экстренное сборище? — Пришли ребята из соседней группировки. Их глава хочет обсудить, почему наши парни напали на них без причины. — закатывает глаза Майки, повторяя это уже раз третий. — Почти все в сборе, можем начинать. Глава этой группировки решил навестить лично нас. А потом мы серьезно поговорим. Чтобы решили встретиться лицом к лицу с командирами? Видать серьезно негодуют, обычно такие мелкие вопросы решают быстро и без их вмешательства. После громкой бойни «Тосва против Вальгаллы» все обходили Свастонов стороной. А после победы над Поднебесьем, где Тосва с перевесом преимущества не в свою пользу победила, так к ним вообще не совались. Пропиарили себя, что сказать. В любом случае, в Тосве есть одно твердое правило, которое все знают даже за ее пределами: «Не нападать, пока не нападают на тебя». То, что ребята из второго отряда позволили себе отмудохать кого-то без причины странно. Особенно учитывая факт, что их командир Мицуя и в его отряде действует второе, его личное правило, которое он закладывает в своих подчиненных: «Применяй силу только чтобы защищать». Так что предстоит разобраться с этим делом. Если парни действительно напали без причины, то за это в Тосве следует наказание. Вада следует за Майки на свое почетное место, на ступенях повыше. Усаживается рядом с братом, так же рядом встает Дракен. Как только командиры заняли свои позиции, все отряды выстроились по струнке и склонились в поклоне. Вада с трудом создавала видимость равнодушия, хотя на деле же просто устала. Смертельно, а дома еще куча дел. Тело настолько обмякло, а в мозгах настолько каша, что ничего кроме мягкой кровати в голову не лезет. Тем не менее вопрос важный. Сано хочет выслушать подробности и поступить по справедливости. Что-то ей подсказывает, что просто так ребята бы в драку не полезли, не в их принципах. И судя по лицу Мицуи, он с ней солидарен. — Всем тихо! Мы начинаем собрание! — объявил Дракен. — На повестке неприятный вопрос. К нам обратился глава группировки из соседнего района. На днях, наши парни из второго отряда затеяли драку на ровном месте и избили троих из близлежащей банды. Причину они умалчивают, поэтому сегодня предстоит разобраться в этом вопросе. Тосва никогда не нападет без причины первой, те, кто поступают иначе — изгоняются. Предстоит разбирательство и дальнейшее решение. Если они правда с нихуя напали на невиновных и в свою защиту продолжат молчать — сегодня же покинут Тосву и получат по удару от каждого командира в наказание за нарушения правил и моральных устоев своей банды. И опозорят своего командира. Вада внимательно наблюдает за Мицуей, на чьем лице разочарование, смешенное с подозрением. Ситуация ему неприятна, парни из его отряда ему как дети. Он их учит жизни, дает советы и помогает с личными проблемами. Старается быть для них хорошим наставником, ведь у многих здесь жизнь не сахар. Бросила девушка, не клеится в учебе, проблемы в семье. Каждый здесь находит утешение и хороший совет от Мицуи. Его чувства можно понять. Он не зол, ему обидно. Вада кивком головы подзывает его встать рядом и Такаши покидает свой отряд, останавливаясь на ступенях рядом с Дракеном. — Зачинщики потасовки — выйти и встать перед командиром! Из второго отряда выходят два парня. Лица целые, но кислые. Головы опущены, им стыдно поднять глаза на Мицую. Вину чувствуют, уже хорошо. Оба молчат. Оправдываться мужчины не любят, особенно Свастоны. Они принимают наказание с поднятой головой, зачастую не жалеют о своих ошибках. По этим же видно, что им есть что сказать в свою защиту, но упрямо молчат. Это Вада легко замечает, ведь ребята хорошие. Это заметно сразу. Молодые, горячая кровь, жажда адреналина и приключений. Сано испытывает к ним жалость и готова оправдать. И кажется, она даже знает, что это сделать можно. — Позовите сюда этого главу. Посмотрим, что он из себя представляет. — отдает приказ Вада, Дракен кивает и двое ребят уходят. Возвращаются, сопровождая пятерых. Трое из них сильно покоцаны и понятно, что это те, кто получил по морде и побежал жаловаться. Судя по дорогой одежде и часам странно, что разбираться пришел командир, а не мамочка в сопровождении копов. Сано хмыкнула, ну теперь все ясно. Мажорики, которым от нефиг делать хочется поиграть в гопников. Развлечься, повыпендриваться, не вникая в суть этого мира и его порядки. А тут порядки строгие и наказания за них жесткие. Мицуя это тоже заметил и сразу напрягся, в одежде он разбирается лучше Сано. Другие двое больше походили на гопников. Один выше другого, с серьгой в ухе, сигаретой в зубах, вальяжной походкой и самодовольной рожей. Командир этого цирка обнаружен. Второй видимо заместитель. Все пятеро встали напротив Сано, поравнявшись с обвиняемыми, которые при виде гостей сильно разозлились в лице. — Мое имя Хиро Накамуро. Я глава байкерской банды Синдзюку. — скалится горилла, выдыхая пар дыма и с вызовом смотрит в глаза Манджиро. — Ваши чмошники отпиздили моих пацанов позавчера. Вроде как Тосва разбоем не занимается я слышал, на людей не нападает. Так какого хрена? Или Тосва не следует собственным принципам? Наказание последует? Извинения тоже хотелось бы услышать. — Сбавь обороты, ты находишься на чужой территории и перед ее лидерами. Проявляй уважение. — подает голос Майки, которого такое поведение заставило сморщиться, как и всех остальных Свастонов. После таких слов толпа закричала разные оскорбления в сторону гостей, никому не понравилось такое обращение. Крик Дракена восстановил тишину. — Я требую, чтобы Тосва извинилась за своих псов, наказала как следует и впредь держала на поводке. — продолжает парень. Вада вспыхнула и решительно настроилась защищать своих людей. — Начнем с того, что делали твои люди на территории Тосвы? — сурово выдает Вада, откидываясь назад, и кладёт ногу на ногу. Пошла в нападение, ибо нефиг поливать грязью ее пацанов. — Вы двое. — обращается к виновникам Сано. — Смотрите в глаза своему командиру. Смотрите на Мицую и подумайте, заслужил ли он такой подставы? — парни переглянулись и подняли виноватый взгляд на Такаши, на лице которого читался теплый отцовский взгляд и сожаление. — Вы хотите опозорить его? — парни покачали головой, снова опуская глаза. — Хорошо. В таком случае, я вас слушаю. — теперь парни подняли удивленный взгляд на Сано. — Если вашему поступку действительно нет оправдания, то вы знаете, что вас ждет. Если есть, то эти уёбы уйдут отсюда с разбитым таблом. — непоколебимо заявляет Вада, сканируя парней глазами, пока пришедшие идиоты возмущались. Парням точно есть, что сказать. — Итак. Почему вы избили их? После недолгой напрягающей тишины, пронзительного взгляда Вады и Мицуи, один все же не выдержал и раскололся: — Мы увидели, как они издеваются над девушкой. Отобрали ее сумочку и ею же играли с ней в собачку. Потом и вовсе порвали ее, заявив, что это дешевка и девушка такая же. Оскорбляли ее. Мы не могли пройти мимо. Нападать мы не намеревались, лишь отпугнуть, чтобы отвалили от девушки. Но когда мы встали на ее защиту и спокойно объяснили, что так себя вести нельзя, они назвали нас оборванцами, живущими на помойке. Заявили, что Тосва это грязь из-под ногтей, а наши родители обслуживающий персонал, который за копейки будет им ноги лизать. Тогда мы просто не сдержались… — Прости нас капитан, мы не хотели тебя подставлять! — склонился в стыдливом поклоне второй, а затем и первый. — Мы готовы понести наказание, если так нужно, но терпеть такое в адрес нашей семьи и Тосвы не позволим! — Что скажешь, Мицуя? — смотрит на друга Сано. В глазах Такаши теперь плещется гордость, а на лице одобряющая теплая улыбка. Ну в принципе, его ответ и не нужен. Вада такого же мнения. — Ты считаешь, что это не причина дать по роже? — обращается к командиру группировки сволочей Сано. Тот заметно напрягся. — Они сказали по факту. Не их вина, что крысы ущемились, это не повод для избиения. — вмешивается его заместитель. — Кто тебе дал право оскорблять моих людей, зарвавшееся чмо? — грозно выдает Вада, угрожающе понижая голос. — Да еще и в нашем присутствии? Мажорские детки, прежде чем играть в гопоту должны были уяснить, что в этом мире свои законы и следить за языком, когда это необходимо. В игрушки играйте дома, у мамы под юбкой, а в мир гопников не суйтесь, если не готовы принимать последствия за свои грязные поступки. Вам ещё хватило наглости притащиться нам на глаза и требовать извинений? Мои люди поступили правильно, так, как поступил бы любой адекватный мужчина. Не по пацански угнетать тех, кто слабее тебя. И это знает любой гопник. Или вы забыли давно устоявшиеся понятия? — Тосва просто отбросы. — сплёвывает командир банды слюнтяев. Вада медленно сходит со своего места, подходит к горилле и его заместителю. Секунда — один получает в солнечное сплетение кулаком, другой в следующий миг ногой в живот. Оба валятся на землю и матерятся, а трое отхвативших за свою мерзость стоят и дрожат. Куда же делся весь их пафос? — Вы приперлись сюда, оскорбили моих людей, выказали неуважение к главе группировки, на чьей территории вы находитесь и посмели указывать мне, как воспитывать своих пацанов. И вы будете мне пиздеть о моральных устоях мира гопников? Если следовать этим устоям, то вы давно должны были быть в больничке за неуважение и оскорбления вышестоящей банды и ее главы. Ты, тля, не смеешь открывать свой рот в сторону моих людей в моем присутствии, и придя сюда и требуя что-то, должен проявлять уважение к тем, кто выше тебя. — басит Сано, хватая за волосы кряхтящего командира. — Получили по ебалу и смылись отсюда. Все честно не так ли? Мои ребята поступили правильно и даже пожалели вас. И впредь советую не забывать, что соваться на чужую территорию и гадить на ней карается плачевными последствиями. Сунетесь и в следующий раз на ногах отсюда не уйдете. Уберите этот мусор. Парни, что провожали этих недоумков прихватили друзей и выперли их из храма пинками под зад. По пути в них летели не только маты, но и все, что у Свастонов было в руках: пакеты сока, камушки, кто-то даже запульнул мотоциклетным шлемом. Вада вернулась и упала рядом с братом. Что-то сил совсем нет, даже удары были на уровне этих самых мамкиных сынков. Обвиняемые все так же стояли с удивленными лицами и радостью в глазах. — Что же до вас. Ваш поступок оправдан, более того, заслуживает уважения. Вы следуете установкам своего командира и применяете силу для защиты. Наказания не будет, правила не нарушены. И я надеюсь, что в подобной ситуации каждый из Тосвы поступит так же. А если кто-то посмеет вякнуть, подобно сегодняшним имбецилам помните, что за вашей спиной стоят ваши командиры и наша задача защищать вас. Никогда не бойтесь отстаивать себя и слабых, ради этого Тосва была рождена. Ваши товарищи вас в обиду не дадут. Вы молодцы. Гордись ими, Мицуя. — Горжусь. — улыбается шире Мицуя и парни выдыхают, смотря с восхищением на него и на Сано. Майки и Дракен одобрительно улыбаются, а Тосва взрывается радостным криком и похвалами в сторону товарищей. — Спасибо командир! — вновь склонились в благодарность парни. — Вы лучшая! Мы больше вас не подведём! — Домой шуруйте. — вяло усмехается Вада, поднимается и хлопает их по плечам. Её работа сделана, теперь пора возвращаться домой и пыхтеть над бумажками. Ещё ужин сегодня на ней. — Собрание окончено! — объявляет Дракен и Свастоны неторопливо расходятся. Вада хочет последовать их примеру, но забыла, что брат обещал ей промыть мозги. — А ты тормози. — обращается к ней Майки, хватая за капюшон пытающуюся тихо проскочить мимо него сестру, и Сано мучительно вздыхает. Когда возле храма не остаётся никого, кроме нее и брата, Манджиро продолжает. — Долго ты будешь себя изводить? — Ты о чем? — Вада, ты не спишь, постоянно перегружаешь себя, часто забываешь поесть. Тебе не кажется, что это перебор? — Тебе Риндо доносит? — Какая разница, тут кто угодно догадается. Ходишь как живой труп. Ты видела себя со стороны? Ты уже даже не бледная, ты зелёная, блять! — Со мной все нормально. Просто трудный период. Сдам экзамены и будет полегче. — снова врет Вада. Она то знает, что легче не будет, если кто-то не возьмет часть ее обязанностей на себя. А таких людей нету, поэтому приходиться терпеть. — Не переживай, я привыкла к такому. Вспомни, на чьем попечении ты с рождения был? Работа и учеба не сравнятся с этими мучениями. — пытается шутить Сано, но не смешно даже ей. — Так и не нашли? — остывает Майки и присаживается на ступеньки, берет сестру за руки и поддерживающе поглаживает тыльную сторону ладони большими пальцами. Вада расслабляется, с трудом сдерживается, чтобы под такие поглаживания не заснуть. Качает головой. Брат знает, как ей тяжело. От Рана по прежнему нет новостей. Пять месяцев прошло, уже совсем надежду потеряли. После подарков на Рождество, от него не было ни единой новости. Не нашли так же утырков, которые на нее напали. Случилось это недели две назад, Сано тогда жутко перепугалась. Это не тот случай, когда на беззащитную девушку напали в переулке, им нужна была именно Вада. Дело даже не в нападении, она бы с ними в два счета справилась, но это были не обычные отморозки. Напугало больше то, чем эта история закончилась. *** Вада вышла в магазин поздно вечером, ведь оказалось, что для ужина не хватает соуса и овощей. Магазин находился совсем рядом с домом, где она теперь проживает. А именно — у Риндо. Вада так и не смогла оставить его одного, особенно после того, как он подарил ей ключи и заявил, что это и ее дом теперь тоже. Дракен переехал к Майки, поэтому брата оставлять одного ей не страшно. Вада приезжает к ним два раза в неделю, готовит, чтобы парням было что есть. Майки не обижается и не жалуется, сестра дала ему самостоятельность, которой он так жаждал, а жизнь с лучшим другом его очень даже радует. А Вада осталась у Риндо, ведь теперь занимается делами его клуба и того, который до сих пор находится в разработке. Так удобнее. Сано полностью перебралась к Хайтани и заняла комнату Рана. Риндо подписал на нее доверенность и заявил сотрудникам, что теперь все дела клуба решает Вада, поэтому она заняла руководящую должность и все ее обязанности. Плюсом, не пришлось оставлять Риндо одного, чему он был несказанно рад. Вдвоем им живется вполне неплохо, они, можно сказать, окончательно породнились. Рин доверил ей распоряжение над всеми финансами, выказывая тем самым огромное доверие и Вада его не подводит. Клуб продолжает стабильную работу и приносит хороший доход так же, как это было при Ране. Сано отлично справляется со своими обязанностями, хоть и приходиться иногда запускать сон и питание. Приспособились к жизни без Рана, хоть и с огромным трудом. Магазин находился в переулке, где из света только неоновая вывеска с названием этого магазина. Сано вышла оттуда со всем необходимым, а ее уже поджидали у входа. Трое мужчин в черных спортивных костюмах и очках. Вада даже не обратила внимания, мало ли кому в магазин приспичит, но когда ей не дали пройти поняла, что явно не соус им здесь нужен. — Что за дела? — спрашивает Сано, строго оглядывая преградивших ей путь. — Парни, лучше по хорошему отвалите. — Твой ёбарь задрал вставлять нам палки в колёса. Из-за него у нас серьёзные проблемы. — громко заявляет один из них, подходя ближе к Сано. Она внутренне приготовилась защищаться, ведь такие слова и тон явно не доброжелательны. — Говори, где он? — О ком идет речь? — сохраняет невозмутимость Вада. Какой ещё ёбарь? — Не строй из себя дуру, овца. Ты прекрасно знаешь где он. Лучше по хорошему скажи где находится этот выблядок Хайтани, иначе сдохнешь прямо здесь возле мусорки. — рычит ей в лицо этот джентельмен, обдавая несвежим запахом изо рта и сигаретным дымом. Вада было подумала, что они говорят о Риндо, но потом вспомнила, что у Рана явно были проблемы. Речь о нем? Кому он перешел дорогу? — Я понятия не имею где сейчас Ран, если это все, то я пойду. — Вада решила проверить, действительно ли они спрашивают именно про старшего Хайтани и ответ последовал незамедлительно. Ей мало того, что не дали пройти, так ещё и толкнули так, что пакет выпал из рук. Черт, там были яйца. — Идиот?! — Говори, где эта мразь. Ты то точно знаешь. — продолжает напирать эта сволочь, что сейчас стоит слишком близко к Сано и дышит ей в лицо. — Говори или будешь скулить от боли. Уж мы то знаем, как расколоть и получить хорошую информацию. И тебе, куколка, наши методы не понравятся. Последний шанс даю. Где выблядок Хайтани? — Во что ж ты вляпался, Косичка?.. — Говорить будешь? — Вада молчит, не подавая ни единой эмоции и сохраняет спокойствие. Мужчина достаёт нож и с грязной ухмылкой медленно проводит острым концом от шеи по груди и ниже к краю топа. — Уверенна, что он стоит того? — придурок слегка увеличил силу давления и на груди тут же появляется неглубокая царапина, которую Сано даже не почувствовала. — Если будешь хорошей девочкой и расскажешь то, что мы хотим знать останешься вполне довольна. Наверняка этот щенок не поощряет тебя как следует. — мерзкая пошлая улыбка вызывает вспышку гнева внутри и приступ тошноты. — Будешь с нами сотрудничать? — Ага… — выдыхает Вада и резко откидывается корпусом, опираясь руками на землю и делает сальто назад, ударяя мужчину пяткой в нижнюю часть подбородка и успешно приземляется на ноги. Узколобый идиот матерится и роняет нож, хватаясь за подбородок. — Ты прав, я «вполне довольна». — кривится Сано, вытирая полоску крови на груди. — Ах ты мразота. Взять ее, ей предстоит очень долгое мучение! Будешь кричать от боли, пока не скажешь то, что нам нужно. Двое других ринулись на неё. Первый даже подойти не успел, получил ногой в живот и свалился. Мужики были явно старше неё, судя по структуре лица, лёгкой щетине и внешним данным лица им лет ближе к тридцати. Второй поднял на неё руку для удара, но Сано перехватила конечность, вывернула до хруста костей и проскочив под этой рукой оказалась сзади, завела конечность ему за спину и хорошенько приложила лицом к кирпичной стене магазина. Спасибо Риндо, периодически он проводит ей лекции о суставах и о том, где правильно надавить или вывернуть, чтобы сломать человеку кость. Пока разбиралась с ним, первый уже поднялся и снова двинулся в её сторону. Вада ударила ногой ему по причендалам, тот скрутился и пользуясь случаем, Сано с разворота вмазала ему ногой по шее отчего тот снова свалился. Второй пока отходит, нос разбит однозначно, кровь хлещет фонтаном и явная дезориентация. Может даже до сотрясения дойдет. Вада выдыхает, раздумывая откуда эти сволочи и как они связаны с Раном. Может поэтому он пропал? Если эти ребята и есть та самая проблема, которую он должен решить сам, то видимо у него есть успехи. Если они не могут его найти и прибегают к таким методам, то проблемы теперь у них. Вот и думай, гордиться Косичкой или дать затрещину? Судя по тому, что уложить их заняло две минуты — это так себе «опасные» люди. Зачем уходить, если опасности от них как у комара? Втроем бы точно справились, а если троих бы не хватило, так у Сано в запасе целая группировка, для чего прибегать к таким мерам? Только Вада решает, что концерт окончен и оборачивается, дабы пойти домой, как натыкается на пистолет. Тот, кто пиздел больше всех стоит и с противным оскалом направляет на нее пистолет. На долю секунды Сано почувствовала, как страх пробежался по позвоночнику мелкими иглами и сердце остановилось, после чего продолжило свой ритм на запредельной скорости. Глаза распахиваются от удивления, а губы разлепляются, делая её похожей на выброшенную на берег рыбу. Дыхание сбилось. И почему она вечно находит себе приключений на задницу, особо не стараясь? Пока Сано судорожно соображает, что делать в такой ситуации и как уйти отсюда живой, мужик снова заводит речь: — До чего же ахуевшие малолетки пошли. Не совали бы свой нос куда не надо, никто бы не пострадал. Твоему молокососу захотелось в крутого поиграть? Нехорошо серьёзных людей обижать. Ты могла предоставить простую информацию и уйти домой живой. Сами себе проблемы создаете. Сначала сдохнешь ты, а потом и твоего щенка за хвост схватим и подстрелим возле помойки как дворовую шавку. — мужчина смачно сплёвывает кровь, Вада хорошенько его приложила. — Мой щенок похоже заставил вас поджать очко. — не удержалась от колкости Вада. По словам этого типа очевидно, что Ран успешно портит им жизнь и похоже заслужено. Она потом ещё подумает о том, зачем вообще он к ним сунулся, а пока есть вопрос важнее. Как сейчас ей выжить? Парень стоит в метре от неё и держит на прицеле. Выбить пистолет не получится, если рыпнется — схлопочет пулю. Сано впервые, похоже, в безвыходной ситуации. Мужик снимает оружие с предохранителя и за секунду она отчаялась, готовясь умереть и вспомнить все то, что она не успела сделать. Слышится выстрел и Вада зажмуривается. Затем следует ещё два выстрела и она окончательно чувствует, как её сердце ухает в пятки. Но проходит пять секунд, десять и она не падает. Не ощущает жгучей боли. Вообще ничего. Сано открывает глаза, все еще думая, что она уже мертва. В прошлый раз болевой шок был настолько силён, что она тоже не чувствовала боли какое-то время. Но взгляд наткнулся на того самого мужика, который намеревался её застрелить. Он валялся на земле и не шевелился. Вада распахивает глаза в ужасе, в ушах противно шумит, а сердце колотится как угорелое. Но колотится. Девушка оглядывается и замечает, что двое других тоже валяются мешком на земле. У одного из них кровь на спине и дыра от пули. Пули. Три выстрела, трое на земле. Но кто стрелял? Рядом никого не было, кроме нее. Не могла же она убить троих за секунду и не помнить этого? Внезапно накатила паника. Она одна в тёмном переулке в окружении трупов. На деле это заставляет окаменеть от ужаса. Вада только что чуть не умерла и где-то рядом находится убийца. Сано обессилено сваливается на землю, хватая ртом воздух и пытаясь успокоится. Почему на выстрелы никто из магазина не вышел? Он в двух метрах. Чего вообще эти смертники докопались до нее? Дело серьёзное, если они не гнушаются убийством. И самое главное — кто их только что подстрелил? Пистолет валяется с тем мужиком рядом, значит стреляли не из него. По щекам покатились слёзы, эмоции внутри не уместились. Вада пыталась справится с накатывающей истерикой. После пережитого ужаса с ранением и комой, малый страх смерти все же присутствовал. Она только помирилась с братом и не готова была покидать этот мир так скоро. Драки это одно, но убийства и холодное оружие — это совершенно другое дело. Да и не похожи эти ребята на гопников, даже самых оборзелых и опасных. Больше смахивают на преступников или вообще мафию. В слишком опасные игры играют. Их убийца, его можно считать спасителем или он тоже враг? Сано не придумала ничего лучше, чем позвонить Риндо. Руки тряслись, тело от испуга было ватным, подняться сил не было. Пульс шарашил, отбивая рёбра и, кажется, подскочило давление. Вада вытащила из кармана мобильник и кое-как набрала номер Хайтани. Телефон два раза выпадал из дрожащих рук. Заикаясь и глотая слёзы, Вада невнятно объяснила Риндо произошедшее. Тот ничего не понял, но услышав заплаканный и напуганный голос Сано вылетел из квартиры с первых секунд разговора. Уже вылетая из подъезда он примерно смог расслышать, где она находится и поспешил туда. Путь до магазина занимал полминуты в ускоренном темпе. Риндо был в ужасе, обнаружив рыдающую Ваду на земле в окружении трупов. Сначала просто был в шоке, а потом чуть не наделал в штаны, подумав, что она ранена. Но Сано оказалась целой, всего то напуганной до искр перед глазами. Он быстро вызвал полицию, а конкретно своего знакомого оттуда, попутно поднимая дрожащую девушку с земли и пытаясь выяснить, что тут, черт возьми, произошло. Но внятно Вада смогла объяснить лишь дома, когда почувствовала себя в безопасности и более менее пришла в себя. Единственное, что ее напрягало, когда Риндо выводил её из того переулка, под вспышки полицейской мигалки и напуганные голоса людей, столпившихся возле места происшествия, она невзначай кинула взгляд на верх. На крыше здания, ей показалось, кто-то стоял. Дом высокий, разглядеть в темноте не удалось, виден был лишь черный силуэт человека. Она подумала, что ей померещилось, но потом пришла мысль, что это может быть тот самый неизвестный спаситель. Судя по тому, что она ушла оттуда живой, в отличие от тех типов — его можно считать спасителем. Риндо договорился с полицией, чтобы Ваду отпустили домой, так как она была не в состоянии давать показания и позже сама придет в участок. Возбудили уголовное дело, благодаря связям Риндо, полиция не действовала по шаблону и Вада была признана жертвой. В противном случае, ей бы приписали убийство, так как в переулке никого не было, кроме нее. Никого, кроме того загадочного спасителя на крыше, но почему-то Сано решила об этом умолчать. Может не была уверенна, что испуганному сознанию не могло это просто померещится, а может почувствовала, что проблем этому человеку не нужно. Она сама так до конца и не поняла. Неделю полиция не давала ей проходу, вызывала на допросы и мучила бесконечными одинаковыми вопросами. Сано лишь повторяла, что понятия не имеет кто это такие и почему напали на нее. Только три дня назад выяснилось, что это наёмники, за которыми числятся убийства и грабежи, но полиция все никак их не могла достать. Объясняли это тем, что кто-то очень влиятельный попросту их отмазывал и им удавалось избежать уголовного наказания. А вот кармического не получилось. На этом основании дело закрыли и Сано вздохнула спокойно. Единственное, что заказчика так и не удалось отследить, по другому наемники не работают. Только слова того мужика не выходили из головы. Ран как-то с ними связан, и судя по всему, им это не нравится. А учитывая, что это опасные типы, за которыми числятся страшные множественные преступления, страх за Хайтани только усилился. При таких обстоятельствах и тому, что он бесследно пропал мысли о том, что он уже давно мертв и закатан в бетон не покидают и каждый раз заставляют сердце замереть при каждом звонке телефона Риндо. Страшной новости посреди ясного обыденного дня Вада боялась больше собственной смерти. Но ничего, кроме как ждать не остаётся. Хорошего или плохого, тут уж как сложится. Она не игрок в этой игре и даже не знает её правил. Ожидание без возможности что-либо предпринять похоже на одну из самых страшных адовых мук. *** — Нет, по прежнему никаких новостей. — вздыхает Вада. Сколько усилий не прилагай, Рана найти не получается вот уже пять месяцев. После того происшествия Риндо усилил поиски Рана и бросил на это все силы, привлекая не только полицию, но и множество знакомых из преступного мира. Подключили даже парней из Тосвы, которые периодически смотрят по сторонам во время прогулки, а раз в неделю даже мотают в соседние районы с фотографией Рана. Но ничего. Абсолютно. Будто и не существует такого человека. Неделю назад Вада впервые залезла в ящик стола Рана и нашла там скомканный лист. Сначала хотела выбросить, но на всякий случай проверила. Это было письмо с явной угрозой от неизвестного и судя по уровню угроз — опасного. В письме четко дали понять, что кто-то из троих: Вада, Риндо или Ран должны умереть. Не трудно догадаться, какой выбор сделал Ран. Сначала Вада испугалась и подумала, что он решил принести себя в жертву, а потом догадалась. Поэтому он и пропал. Исчез, чтобы достать эту мразь и защитить их с Риндо. Он выбрал сражение за их жизни, но почему-то в одиночку. Смолчал и просто исчез, потому и намекал, что может не вернуться. Риндо, прочитав письмо понял, о ком идет речь. Именно за убийство они отсидели в колонии шесть лет назад, и похоже автор письма был связан с убитым и теперь мстит. Вот откуда пожар в клубе. Ран решил смолчать, чтобы они не лезли на рожон и вести с ублюдком незаметную войну. А когда, судя по всему, начал побеждать, им это не понравилось и они решили достать Рана через Ваду. И почему-то Сано подозревала, что человек на крыше, спасший ее тогда был именно Ран. Это явно не простой прохожий, у него было оружие. Он явно следил за этими людьми и должен был знать, что Риндо и Ваде угрожают. Иначе не объяснишь, почему левый человек убил всех, кроме нее и стоял на крыше ровно до того момента, пока Риндо её оттуда не заберет. Значит, он за нее переживал. Ран бы явно не подпустил их близко к брату и Сано. Он решил выиграть время, поиграть с ними в кошки мышки и уничтожить по хитрому исподтишка. Письмо, судя по угрозам именно Ваде, пришло тогда, когда она лежала в больнице. Теперь понятно, почему Ран избегал ее. Просто боялся, что убьют, когда она беззащитна. Отсюда и охрана у палаты вытекает. Хайтани выкручивался, как мог. И Риндо теперь знает, почему был убит его знакомый из полиции. Его коллега сообщил, что незадолго до этого Ран к нему обращался и просил найти информацию на человека. Если он успел ее найти и она сохранилась, коллега пообещал ее предоставить. Так же решился им помогать в этом деле, в память о напарнике и для того, чтобы наказать ублюдка, убившего его. Пока тишина, видимо никакой информации нет. Пазл сложился, но толку от этого не было. Даже если Риндо и Вада обо всем узнали и захотели помочь Рану, то понятия не имели, против кого вести войну. Ран явно знал больше, как-то их выследил, а у них чистый лист. Риндо помнит лишь имя убитого, но какой в этом смысл? Мстить может кто угодно, начиная от его семьи и заканчивая коллегами по работе. Это как искать одну конкретную каплю воды в море. Рин конечно попытается выяснить обо всех знакомых и родных того парня, но это было шесть лет назад и дело оказалось довольно трудным. Когда Вада поняла, как на самом деле серьезно влип этот герой защитник недоделанный, вовсе перестала спать. Кошмары не давали покоя и вечный камень страха в груди не давал полноценно вдохнуть воздуха. — Я имел в виду заказчика тех сволочей. — мягко улыбается Майки. Он видит переживания сестры, наблюдает, как с каждым днём она все больше увядает у него на глазах. Такое уже было, только сейчас он на это внимание обращает и серьезно беспокоится. Вроде все хорошо, ничего больше не угрожает, они помирились, друзья рядом. Вада начала общаться со всеми, как когда-то раньше, перестала закрываться. Только вот все хорошее перечеркивает тот факт, что Хайтани нет рядом. Он для нее важен, без него Вада чахнет. Испереживалась, скучает. На такую сестру больно смотреть. Майки привык и знает, что она боец и так просто ее не сломить. Никому не удавалось, а Ран вот смог. Она потухла, ослабела. Все это слишком страшно выглядит и ни к чему хорошему привести не может. — Нет, его тоже не нашли. Но подозреваю, что это тот, за кем охотится Ран. Это очевидно. — Когда-нибудь мы все же заживем спокойно. Интересно, может лет через десять? — смотрит в небо Майки, крепче сжимая руку сестры. Он хочет быть рядом, поддерживать и помогать, чем только сможет. Такое непростое время он старается переживать вместе с ней, ибо сейчас сестре он как-никогда нужен и Манджиро это понимает. — Мы сами выбрали такую жизнь. — усмехается Вада. Интересно, как бы сложилось их будущее, не свяжи они себя с миром гопников, драк и гонок? Какой бы вообще была эта жизнь? Наверное, как у всех. Учеба, работа, семья. Никаких приключений, никакой свободы и ярких воспоминаний. Такая жизнь явно не для них. И даже последствия драк, боль от ран, страх не могут перекрыть чувство свободы и наслаждения. В этой жизни они сами себе хозяева и вольны делать все, чего захочет душа. А душа рвется к приключениям, адреналину и шквалу ветра в лицо во время езды на байках. Другую жизнь Вада и представлять не хочет. — Но знаешь, что бы не происходило, я ни разу не пожалела о своем выборе. — Я тоже. — улыбается проснувшимся вечерним звёздам Майки. — И никакой другой жизни мне не надо. Но я готов родиться заново и прожить другую. Только при условии, что ты все так же будешь рядом. Вада улыбается, опуская голову на плечо брата. Тот обнимает её, поглаживая одной рукой плечо, а другой продолжает сжимать руку сестры. Вада чувствует себя уставшей, измученной, но сейчас, сидя вот так в теплых объятиях брата, впервые за эти тяжёлые месяцы ощущает себя умиротворённо и спокойно. Она так об этом мечтала, так долго они были по разные стороны выстроенной ими же стены, что кажется она ещё долго не сможет восполнить эти упущенные моменты и насладиться ими сполна. Брат рядом, он чувствует её боль и пытается ее заглушить, как умеет. И не только он. Риндо, Мицуя, Дракен и все друзья стараются быть рядом и помогать во всем, что потребуется. По первому зову рядом. И даже когда позвать сил нет, они все чувствуют и поддерживают. И такую жизнь она не променяет ни на что. Иначе она бы не встретила таких замечательных людей, не было бы такой прекрасной семьи старшего брата. Не было бы её любимой Тосвы и самого лучшего в мире друга. И даже в самые страшные и тяжелые момента Вада счастлива. Ведь в ее жизни есть такие люди и жаловаться на проблемы просто кощунство. С ними все проблемы решаемы. Вада смертельно устала, а еще столько дел. А в объятиях брата так тепло и уютно. Даже крепкое твердое плечо сейчас кажется мягкой подушкой. Последний раз она спала позавчера всего четыре часа. И судя по её режиму, это рекорд. Глаза ужасно болят, а в таком положении слипаются, как бы Сано не старалась держаться. За рулем летать на байке в таком состоянии становится все труднее. Доехать бы до дома. А дальше что? Упасть на заветную кроватку ей не светит, еще ужин и нужно просмотреть отчеты о расходах. Да много чего еще. Кажется, в этот момент она готова забить на все. Сон стал заветной мечтой и такой желанной, что больше ничего не имеет смысла. Но это же Вада. Если не разберется с делами, будет грызть себя и в следующий раз не будет спать вообще, чтобы нагнать упущенное, пока просто не свалится без сил. Причем именно потеряет сознание, потому что даже если ноги просто не удержат, то упадет она с учебником в зубах и будет работать на полу. Последние остатки выдержки помогают прийти в себя. На секунду замечталась о кроватке и чуть не отрубилась. — Может, сегодня с нами? — спрашивает Майки, замечая, как Вада начинает проваливаться в сон. Сестра тут же взбадривается и качает головой. — Или хотя бы на такси. Вада, ты в таком состоянии рискуешь до дома не доехать. — Все нормально правда. Обещаю, что на этот раз я высплюсь. Из дел только ужин и расчеты проверить. — мямлит Вада, поднимаясь на ватных ногах. Брат помогает, придерживая под локоть. — Риндо не может приготовить ужин, а отчеты подождать до завтра? — выгибает бровь Майки. В отличие от него и Дракена, Хайтани готовит прекрасно и в поваре не нуждается. — У него школа и домашка. Тебе бы кстати тоже не мешало бы этим заняться. Мне звонил твой учитель, может харош прогуливать? — строго смотрит Сано на парня. — Я отмазываю тебя плохим самочувствием и восстановлением после утраты, но скоро отговорки перестанут действовать и на нас натравят опеку. Вада конечно преувеличила, но в этом тоже проблема. Дедушка умер год назад, поэтому Майки и Эмма были на Ваде. Она несовершеннолетняя, и по закону всех троих должны были забрать в детский дом. Но учителя знали Шиничиро и семью Сано. Знали, что Вада ответственная и вполне в состоянии позаботиться о младших. Тем более что на тот момент ей оставался всего год до совершеннолетия. Но учитывая то, что они постоянно влипают в задницу из-за своих хулиганских разборок — на них стали обращать внимание. Сейчас, когда у Вады появился доход, материальное обеспечение больше не составляет проблемы и влияет положительно на ситуацию. Но после смерти Эммы, учителя всерьез были обеспокоенны и намеревались обратиться в органы опеки. Повезло, что директор школы хороший давний друг деда Сано и пожалел их. Ваду подставляет лишь то, что она лидер группировки, представляющую опасность и плохое влияние на «детей» и то, что Майки уже давно не появлялся в школе. Скоро ей восемнадцать, так что особо беспокоится не о чем, она сможет взять опеку над братом официально. Но вот будущее брата ее волнует. Ему хотя бы школу закончить, но и тут он упрямится. — Ну ты же тоже прогуливаешь. А у тебя между прочим выпускной класс. — закатывает глаза Майки. Для него это все несерьезно. — Я хотя бы занимаюсь дома и смогу сдать экзамены. — выгибает бровь Вада. Она бы ходила, будь время. Но сейчас у нее куча дел и обязанностей. С учителями она договорилась о домашнем обучении. Она может не ходить в школу при условии, что сдаст экзамены. А она их сдаст. — Ты давай тему на меня не переводи. Ты уверенна, что доберешься? — Вада уверено кивает, но для брата это похоже слабое убеждение. — Я все-таки поеду с тобой. Провожу тебя до дома, чтоб знать, что ты не слетела с байка под машину. — теперь очередь Вады закатывать глаза. Но спорить она не стала, только время потеряет. Да и самой себе глупо врать, брат прав. Страховка ей не помешает. Майки доехал с ней до дома Хайтани и проводил до двери. Риндо дома еще не было, видимо опять либо в школе задержался, либо за Хэдер бегает. Вада предложила брату остаться на ужин, но он сослался на то, что его ждёт дома одинокий Дракен. Друг после смерти Эммы тоже изменился. Чаще ходит хмурым, улыбается только самым близким. Зачастую ему трудно сдерживать агрессию. Майки по секрету рассказал, что однажды ночью застал его плачущим в комнате Эммы с её фотографией в руках. Поэтому оставлять его одного они старались как можно меньше. Все мы знаем, как в одиночестве мысли сжирают, а так хоть отвлечется бедняга. — Обещаешь сегодня поспать? — обувшись, разворачивается к сестре Майки, мягко беря ее за руки. В родных глазах столько нежности и беспокойства. После безразличного холода, один только такой взгляд запускает новую партию солдат в самое пекло ее души, где идет страшная война и силы явно неравны. Этот взгляд такой детский, добрый и немножко наивный, хоть по глазам видно, что парень многое повидал и давно вырос душой. Это взгляд ее младшего братишки, который смотрел на нее так каждый раз, когда снились кошмары по ночам или когда Вада болела, а он не отходил от ее кровати. Сано в ответ просто обняла брата покрепче, для чего пришлось даже привстать на носочки. Майки хоть и ниже всех в Тосве, но все же Вада ему уступает. И когда только возмужал и такие плечи прокачал? Брат ещё раз предлагает ей переночевать сегодня в доме Сано, но Вада вновь отказывается. — Я скажу Риндо, что если ты не будешь спать, он сам вырубит тебя с ноги. — усмехается Манджиро, куда-то в волосы Сано, поглаживая мягкие пряди — Это ещё более маловероятно. — улыбается Вада. — При таком твоем состоянии, я уже готов поверить в невозможное. Сестренка, я тебя прошу, не мучай так себя. Здоровье важнее. Если так и продолжиться дальше, я закрою тебя в подвале, где не будет ничего, кроме кровати. Выбора у тебя не будет. — Хорошо хорошо, я постараюсь. — брат вздёргивает брови. — Ладно, я обещаю. — Так лучше. Я проверю. Ты мне нужна живая и сияющая от счастья. Твоя улыбка ещё с детства — самое лучшее зрелище. — Манджиро целует сестру в лоб и уходит. Закрыв за братом дверь, Сано скатывается по ней на пол. Слишком трудно все в последнее время. Брат прав, если так пойдет и дальше, то скоро от нее только кожа и кости останутся. Кожа настолько бледная, что ходячие мертвецы нервно курят в сторонке. Но как это исправить мыслей нет. Просто отоспаться тут не поможет. Когда болит душа, человек умирает снаружи. Жаль, что этот факт Вада выяснила на собственном опыте. Она снова чуть не заснула прямо под дверью. Сон она все же решила отложить ненадолго. Выпытала у Риндо сегодняшний ужин. Он скоро должен вернуться и пообещал сам все приготовить. Пообещал так радостно, что у Сано создалось впечатление, будто она кухню под замком держит и не позволяет ему даже смотреть в сторону плиты. Хотя, она настолько взвалила на себя все дела по дому и работе, что шутка все больше начинает походить на правду. Все хотела максимально разгрузить Риндо, ему ведь и так трудно, а по итогу просто взвалила все на себя, оставляя его без единой заботы. Он уже не ребёнок и Вада понимает, что зря наверное вот так, как курица наседка его опекает и тупо выполняет все за него. Жаль, что понимание поздно приходит. Да она и не жалеет, ей в радость помогать парню. Но пора бы и о себе подумать, а то так скоро снова загремит в больничку. Вада села за работу, проверяя расходы за прошедший месяц. Голова все еще исправно работала, Вада хотя бы понимала о чем в документах идет речь. И понимала, что расходы сильно увеличились, в основном все средства уходят на постройку нового клуба с надеждой, что окупится. Сано несколько раз пересматривала свои рисунки с дизайном клуба и поняла, что можно добавить чего-то такого, чего нет ни в одном подобном заведении. Вада взялась за разработку мини спортзала в новом клубе. Для парочек и друзей туда решила еще добавить фотобудку, а для парней, которые по пятницам любят выпить и выпустить пар придумала организовать отдельное помещение с подвешенными грушами для вымещения эмоций, уж лучше, чем бутылки бить, так же пару гантелей и тренажеров. А что, сидишь на велосипеде, прокачиваешь здоровье и с пивом в руке, чтобы не перекачать. Короче задумка необычная и вряд ли у кого-то такое имеется в ночных клубах. Рискнуть стоит, только вот средств уходит больше, чем нужно. Поставщики ещё как назло повысили цены на алкоголь, поэтому траты превысили норму, а клуб Хайтани больше зарабатывать не стал. Посетители там в основном те, кто бывает там постоянно и просто любит это место. Новых клиентов встретишь редко, а если и встретишь, то на один раз. Короче голова теперь будет болеть о том, как бы снизить затраты, но при этом сохраниться на плаву. Поставщиков сменить может?.. Да и средства на проживания упали, хоть и не критично. Но при том, что новый клуб строиться на личные деньги Хайтани, плюсом Вада обеспечивает Майки и Дракена, пока те учатся. Сама она ничего лишнего не тратит, кроме как на продукты. Рин вроде тоже норму не превышает, а если и превышает, то сообщает об этом ей и советуется. У нее ещё есть деньги Изаны, сумма там огромная, но Вада решила пока их не трогать и оставить на совсем уж крайний случай. Жизнь штука непредсказуемая, уж ей ли не знать. Риндо прилежно ходит в школу, но увы не за знаниями и достижениями, а чтобы мучать бедное несчастное создание по имени Хедер. Как бы Вада ему мозги не промывала, какие бы наставления не давала, он все равно делает по своему. Траты Риндо, как ни странно, в основном уходят на нее. Бедную девушку, которую он кажется достал уже по самые не балуй. Цветы, подарочки, вот и три дня назад попросил Ваду подобрать украшение особенное для нее. Будь любая другая уже либо кинулась в объятия на все готовая, парень то красивый и при деньгах, еще и сильный, с таким любые обидчики не страшны, либо отшила хорошенько. Эта, видимо, какая-то бракованная, все никак не определиться. По словам Риндо, бывает, что у них складываются душевные разговоры, милые моменты и прогулки, а потом девочка словно холодеет, раздражается только от одного его присутствия и опять все по кругу. Отчего Хайтани постоянно бесится, девчонка то зацепила серьезно. Просто он не привык к отказам, заинтригован, конечно, но пора бы уже завязывать с этим спектаклем «я не такая я жду трамвая». Видимо, не одна Вада по этой теме с прибабахом. Вспомнить их с Раном… Уф, Ран… С каждым днем все труднее. Казалось бы, должно быть наоборот, по этой схеме она его вообще забыть должна. Но не получается, а новые факты только усиливают и без того бешенный страх за него. Вада долго ломала голову, чем же она ему может помочь, когда даже найти не может. Да и Ран явно знает больше. Но в груди такая дыра, иногда от страха живот скручивается в нервном спазме и в районе груди ноет так, что дышать удаётся через раз. Без него ужасно тоскливо и одиноко даже в окружении близких и друзей, которые изо всех сил стараются помочь ей избавиться от этой апатии. Вада видела его везде. Во снах, по ночам, отчего почти перестала спать. Дело было не только в куче дел, требующих усердного пыхтения и срочного выполнения. Худший вид боли, это когда тебе снится человек по которому ты очень скучаешь, и это кажется таким реальным пока ты не просыпаешься и не понимаешь, что это был всего лишь сон. Если честно, тяжело было настолько, что хотелось намерено расшибиться на байке. Увы, со своим опытом и рефлексами, Вада даже такого простого сделать не могла. Он преследовал Ваду повсюду. Мало того, это уже дошло до маразма. Как-то раз она просто взяла губку чтобы помыть посуду. Но как только взяла ее в руки, вспомнила, что пальцы Рана, которые касались ее кожи были слегка шершавыми, напоминающими мягкую сторону этой самой губки. Потом пришлось покупать посудомойку. Всякие умные статьи с советами прогрессивных психологов настоятельно рекомендуют «отпустить». Так и говорят: не сложилось — отпусти. Еще бы сказали, как отпускать, когда это в тебя въелось намертво, проросло в каждую клетку, смешалось с кровью и циркулирует по всему телу. Парочки на улице. Раньше Вада их даже не замечала, никогда не задумывалась, жила в собственном мире из проблем и боли. Она считала любовь слабостью и тратой времени, а все эти сопливые и до тошноты приторные парочки — наивными дураками с розовыми очками и с радугой в голове. Пока не появился Ран. Теперь, проходя по улице даже тупо в магазин через дорогу, ее глаза будто специально не пропускают ни одной пары, идущей за руку. Будто мозг специально ее так мучает, бьёт по больному, напоминая, что когда она наконец нашла того самого человека, то сразу потеряла. Столько ужаса между ними было, как они вообще после драк и раздражения друг друга до исступления дошли до точки «любовь»? Загадка. Но теперь Вада ощущает себя одинокой, жалкой, словно после появления Рана все ее навыки превратились в слабость и без него теперь нет никаких сил. Раньше она всю жизнь жила, полагаясь только на себя, не нуждалась ни в ком, а сейчас чувство, будто от неё оторвали половину. Даже слезы закончились, их Сано потратила в течении первых трех недель после его исчезновения. Теперь просто выжигающая пустота и чувство обреченности. Остается лишь надеяться, что Ран вернется живым. Сейчас хотя бы есть надежда, за которую она хватается, она помогает не сойти с ума окончательно. И если Риндо всем видом упорно изображал, что пошел этот брат в задницу и без него проживем, то Вада не скрывала своих эмоций. Она скучала. Скучала так, что хотелось на стену лезть от безысходности. Ждать без возможности что-то сделать входит в топку самых страшных пыток. Она честно пыталась это пережить и идти дальше, загружая себя всякой работой, которая только попадётся. Дело было не только в навалившейся на ее плечи ответственности. Вада знала, что если позволит себе дать слабину хоть на секунду, то не сможет больше подняться. Пять месяцев прошло, она все стоит на месте. Каждый день превратился в серый кусок массы, состоящий только из учебы, работы и друзей, которые хоть как-то скрашивали положение. Пережить не получилось. Бесполезно. Она честно пыталась, выбивая пар на боксерской груше, которая теперь подвешена в ее комнате, сбивая руки в кровь и загоняя себя. Но когда чувствуешь, как внутри тебя трещат кости и все внутренности выворачивает наизнанку, забыть крайне сложно. Ты будто живешь в состоянии агонии и страха, как на минном поле, каждую секунду ожидая взрыва, что оборвет весь твой мир, и за искорёженными ребрами все бьется и бьется сердце. Кровоточащее, живое, изодранное на куски и наскоро зашитое кривыми швами, чтобы качало кипящую кровь. А Сано то думала, что самое страшное после боя с Поднебесьем и ее комой позади. Терять бдительность опасно… — Родная, я дома! — хлопает входная дверь и Вада от громкого неожиданного голоса роняет ручку из рук и закатывает глаза. Че так орать то? От такого ультразвука и без того гудящую голову прострелила боль. Хайтани подходит к девушке со спины и кладёт голову на плечо. — Ты снова не спала? — Собрание было сегодня, не до сна. Тебя, кстати, почему там не было? Оно было в шесть, уроки у тебя закончились. — Ты спрашиваешь как мой командир или как моя сестра? — усмехается Риндо. — Все как обычно, приключения с одной интересной персоной. — Что на этот раз? — Водил ее в ресторан на крыше под открытым небом. Вроде хорошо время провели. — вздыхает Риндо толи довольно, толи досадно и обнимает Сано со спины. Дыхание щекочет шею, а его круглые очки упираются в подбородок. — Устала? Сейчас я займусь ужином и спать. — Хорошо. Как у тебя в школе дела? — интересуется Вада, не отрывая глаз от бумажек. — Что у тебя с лицом? — Да пропустил удар. — недовольно шипит Риндо, потирая синяк на скуле. — Принцессу эту недоделанную спасал. Проводил до дома и только развернулся, как уже какой-то хмырь у подъезда докопался. — Так ты у нас герой оказывается. Как вообще у тебя там с ней? Судя по ресторану под открытым небом, все идет хорошо? — Романы читаешь? Ну вот у нас все по стандарту. Богатый самовлюбленный красавец и непорочная милая девочка, которые друг друга раздражают, но притягивают. Короче всё по сюжету. — проговаривает Риндо, параллельно мечется по гостинной и не может что-то найти. Вада даже не глядя на него, выдвигает шкафчик стола и достаёт тетрадь с рецептами. Туда Рин записывает все свои рецепты, так как периодически забывает при готовке какой-то ингредиент. Хайтани хватает тетрадь и благодарит, усаживается на диван, раздумывая, что приготовить на ужин. — Нужна будет типичная школьная сучка — звони. — усмехается Вада, на что Рин ей улыбается и подмигивает. — Не считаешь, что «притягивает» в вашем случае скорее тебя, а ей подходит первое — «раздражаешь». Ты на нее столько времени убил, а она все еще морозиться. Может не твоя она «та самая»? — Расколется эта снежная королева. К тому же, я уже нацелился именно на нее, азарта с ней завались, а такое я люблю. Я неотразим, у нее нет шансов. Не отвяжется. — отмахивается как ни в чем не бывало Риндо, изучая свою тетрадь. — Ты скорее невыносим. Твоим самомнением можно полгорода отапливать. — вздернула бровь Вада, на что Хайтани снова усмехнулся и пожал плечами. — Стараюсь. А ты чем на этот раз занимаешься? — заинтересованно смотрит на документы в руках Сано. — Пытаюсь понять, как сэкономить деньги. Сделать так, чтобы трат было меньше. Нужно как-то продвинуть популярность, тогда эти траты окупятся. — вздыхает Вада, снимая очки и потирая переносицу. Да, с недавнего времени зрение ее тоже подводит. А может просто из-за сильного желания спать перед глазами все плывет. — Дорогая, единственный способ экономии денег — это спать как можно дольше. — усмехается Риндо, откладывая тетрадь и топает на кухню. Стол Сано решили переставить между гостиной и кухней, так удобнее. Тем более рядом со стеной, в углу квартиры было пустое место. — Ну не всем же дрыхнуть до трех, кому-то и работать надо. — фыркает Вада. — Вот не клевещи на меня. Я не просыпаюсь в три. Я в три ложусь. — ржёт Хайтани, надевая фартук. — Слышь ты, кандидат мозгоебических наук. Отвлекаешь. Ты либо скройся отсюда, либо я свалю на тебя отчеты о расходах. — устало ворчит Вада. Голова раскалывается, и такой громкий смех парня прямо кастрюлей по бедной голове. Возможно, она слишком резка, но похоже, Хайтани такое не задевает. — Боже упаси, чур меня, чур. — снова смеется Риндо, перекрещиваясь. Вада морщится от головной боли и начинает раздражаться от того, что парень не может этого понять. Хотя тут же смягчается, он и не обязан понимать. Она сама взялась за это, хотя парень настаивал, что справится сам. А уж ее головная боль — ее проблемы. — Вот выбесишь меня, я свалю всю эту срань на тебя и уйду. Будешь искать себе другую сестру. — уже мягче произносит Вада, усмехаясь и откидываясь на спинку кресла. Спина явно возмущена такой нагрузкой и хрустит. Неприятное ощущение, а ведь ещё даже половина документов не просмотрена. Какой бес придумал такое мучение? Проще даже на каблуках бегать, чем кряхтеть над бумажками. — А мне и не нужна другая. — улыбается Риндо. Удивительно, но Вада стоит наравне с Раном по ценности для Риндо. Она занимает ровно то же пространство в сердце, что и брат. Стала самой главной и неотъемлемой частью его жизни. Он уже говорил ей за это «спасибо»? — Дома лучше держать только одну гадюку. — ржет Хайтани, когда получает очередной папкой с документами по голове. Вада даже уставшая меткостью отличается. Пришлось относить папку ей обратно в руки. И чего кидалась, спрашивается? Шутка то прикольная, сама с нее смеется. — Чепуха ты, Рин-Рин. — усмехается Вада, прикрывая глаза. Так или иначе, на таких тупых шутках она и прожила пять месяцев. Идея переехать к Риндо была хорошей. С братом тоже весело, но тут другое. В этой квартире столько было, здесь она нашла новую себя, вытащила из самой глубины души то, что оказывается всегда было, но она об этом не подозревала. Спать в комнате Рана, где происходило столько всего важного, где она могла спать спокойно, потому что Ран был рядом, где она впервые испытала самое крышесносное ощущение. Кажется, кровать до сих пор хранит запах сигарет и моря, которое хоть немного успокаивает душу, создаёт иллюзию того, что он рядом и поэтому спать там как капля лечебного бальзама на израненное сердце. Вада разорила даже шкаф Косички, большую часть времени ходит в его толстовках и футболках. Так проще, эта одежда греет, словно обнимает и дарит ощущение того самого уюта и защищенности, которые дарил Хайтани. Да и с Риндо не соскучишься. Он почти всегда в настроении, особенно после того, как Вада переехала. Его настроение и глупые шутки поддерживают и не дают окончательно скатится в яму грусти и отчаяния. Страх за Рана они переживают вдвоем, так проще. Рядом с Риндо, Вада не позволяет себе дать слабину или потерять веру. Он мотивирует ее, заряжает своим позитивом и просто рядом. А это самое важное, что может сделать человек. Риндо принял ее как родную, собственно, так он ее и называет. И она безумно этому рада и благодарна. Трудно представить, что бы сейчас с ней было, если бы она, как раньше, переживала это одна. — Я шучу, систр. — Рин подходит к Сано и снова обнимает ее со спины, удобно устраивая щеку на плече и тяжело вздыхает. Кажется, его настроение подорвалось. — Спасибо, что ты рядом. Ты же знаешь, я за тебя горы сверну. — словно грустный ребенок бубнит Риндо и Вада невольно этому улыбается. Он и есть ребенок. По крайней мере для нее всегда таким будет. И такие вот детские, искренние чувства, которые он не боится и не стесняется показывать только ей — дорогого стоят. Вот ради них и стоит стараться, чтобы у него было все хорошо и радостно в жизни. Рано ему еще сталкиваться с проблемой финансов и проживания, пусть наслаждается самым ярким и офигенным периодам своей жизни, а попыхтеть на работе всегда успеет. — А я шеи. — хохотнула Вада, отбивая парню «пять». Взъерошивает мелированные волосы Риндо, пока тот недовольно пытается убрать голову и улыбается. Настроение ползет вверх и усталость уже не кажется такой смертельной. — Может перестанешь так нагружать себя? — вновь предпринимает попытку достучаться до Сано. Риндо переживает, в последнее время он вместо привычной подруги видит лишь бледное нечто. Он просыпается — она не спит, засыпает — снова не спит. Кажется, она сутками напролет сидит за этим столом. Повезет, если придется раз в две недели выезжать на объект, наблюдать, как идет стройка клуба. Снова скатились к тому, что ничего не ест помимо соков, чая и фруктов. Иногда Хайтани приходится силой в нее еду запихивать. Не нравится ему, когда Вада такая. Лучезарная, с искренней яркой улыбкой и волевым сильным характером, которой все беды нипочём — вот, какой он ее зауважал и полюбил. Наблюдать за тем, как она чахнет — зрелище до ужаса болезненное и неприятное. — Мне хорошо когда я чем-то занята. Потому что в этом случае времени на долбанные мысли не хватает. — хмурится Вада. Мысли никто не зовет они сами лезут. И оттого голова гудит и сердце громыхает в ребрах. Проще, когда есть на что отвлекаться, чтобы спастить от стресса и переживаний, которые подстерегают и нападают в любой момент. Оттого и спать перестала, только глаза закроет — перед глазами Ран и все самое страшное, что может с ним произойти. Жить в неведении — самая жестокая пытка, после смерти близких. — Родная, Ран взрослый и далеко не тупой. Если он принял решение ввязаться в это, значит был уверен в том, что это в его силах. Самопожертвование — это не его кредо. Он справиться лучше любого из нас, потому что хотя бы знает, что должен делать. Давай просто верить в его и продолжать ждать. Может повезет, найдем и сможем чем-то помочь. Если он не захотел нас вмешивать, значит это не нужно. И не думаю, что он будет доволен, когда вернется и увидит, как ты косплеишь утопленницу. — Наверное ты прав, только скажи это тараканам в моей голове. — усмехается Сано и хлопает по руке парня. — Ладно, так уж и быть, сегодня спать. — Как-будто ты делаешь одолжение мне, а не заботишься о своем здоровье. — недовольно фыркает Рин, но до жути рад тому, что наконец получилось донести важные и очевидные вещи до светловолосой. — Ты, кстати, достала то, что я просил? — Да. — Вада лезет в ящик стола и достает оттуда коробочку. — Держи. Только прошу, не дари со словами «На, это тебе». Придумай что-то оригинальное, девушки по большей части ушами любят. В коробочке был золотой кулон в форме звезды. Рин просил подобрать что-то для Хэдер, чтобы не слишком заезженно и не слишком пафосно. Попросил именно Ваду, так как: «Тебе виднее, ты же девушка. Я чтоли в этом разбираюсь?» Но при этом, Сано должна была подобрать то, что подойдет Хэдер, но даже не видела ее ни разу. По описанию только примерно себе представляет. Он все никак не знакомил ее со своей девочкой, ссылаясь на то, что она слишком стеснительная и зажатая, а Вада может переборщить с эмоциями или задавать слишком много тупиковых вопросов. Интересно какая там личность, если с Риндо общение она выдерживает, а с Вадой не сможет. Между прочим, Вада поадекватнее будет. Но похоже, что Рин просто стесняется, ну или боится. В любом случае Сано не давит и терпеливо ждет, слушая красочные рассказы парня, связанные с этой необычной персоной. — Это именно то, что нужно. Систр, ты лучшая! — Риндо снова кидается на нее с объятиями, которыми чуть ли не душит и радостно трясет. Радости прям полные штаны, уронил даже пару вещей со стола. Вада лишь улыбнулась, все-таки эта девочка ему важна. Первая влюбленность это всегда важное событие в жизни. Иногда даже самое важное, особенно для таких, как Риндо Хайтани. — Ладно, давай займемся ужином и спать. — откладывает папку с бумагами Вада и снимает очки, потягиваясь на кресле. Риндо только с удовольствием согласился на такой расклад. С ужином справились они быстро, после чего разошлись по комнатам. Вада думала, что устала настолько, что когда голова коснется подушки она тут же вырубится. Но чуда не произошло. Сон не шел, хоть усталость и настаивала. Сано вновь думала о Ране. Старалась отгонять от себя мысли, даже решила побродить по комнате, дабы подогнать долгожданный сон. От того полицейского никаких новостей, и вряд ли они будут. Если тут замешаны серьёзные лица, которые не хотят, чтобы их нашли и не гнушаются подкупом правоохранителей, то шансов мало. Но как же выйти на них, если не использовать полицию? Или хотя бы на Рана, который тоже хорошо скрывается? Если полиция в таких делах не помощник, то нужно искать помощь среди таких же людей. Но у Вады не единого знакомого убийцы или кого-то хоть немного приближенного к мафии. Сано достает из ящика стола письмо, которое изменило ход событий. В письме не упоминается имен и ничего, что могло бы помочь. Вада изучала его сотню раз, помнит содержимое наизусть. Но вряд ли эта бумажка поможет чем-то. Тут нужен человек, который в этом разбирается и имеет достаточно связей и возможностей. Она даже пробовала обратиться к Какуче, но тот только развел руками, да и по лицу было видно, что не в его интересах ей помогать. Внезапно Ваду осенило. Есть один человек… Он каким-то образом знал о планах Изаны наперед, хотя не состоял ни в Поднебесье ни в Тосве. Он не колеблясь может убить человека, что уже доказал, да и явно знает многое и может разбираться в проблемах, подобных этой. Проблема только в том, что Вада не знает, как его найти и он тоже не будет гореть желанием ей помогать. Он хорошо продемонстрировал, что Вада ему неприятна, но все же помог, так что надежда есть. Но чего ей стоит попробовать? Максимум она наплюет на свою гордость, а даже если не получится, то она хотя бы будет знать, что попыталась. Сон сняло рукой окончательно. Теперь Вада ломала голову над тем, как выйти на этого человека. Черт, а он вообще в Японии? Он же где-то пропадал несколько лет и так же бесследно исчез снова. Она вспомнила, что в телефоне сохранились сообщения, а вместе с ними и номер, по которому он тогда с ней связался. Найти этот номер не составило труда, телефон хранит все. Однако когда она попыталась до него дозвониться, голос робота выдал, что такого номера не существует. Чего-то такого она и ожидала. Вада совсем отчаялась, но решила идти до конца. Не получится, значит не судьба. Сано настрочила сообщение и отправила на этот номер и удивилась, когда увидела, что она дошло. А вот будет ли прочитано, тут уж только надеяться на удачу. Может он вообще сменил номер и сейчас он принадлежит кому-то другому. «Нужна твоя помощь. Встретимся в баре напротив моего дома. Я уверенна, ты знаешь где. В одиннадцать я буду ждать там.» Вада решительно засобиралась. Вырядилась в неприметную одежду — черная толстовка с капюшоном и черные спортивные штаны. Волосы завязала в высокий хвост и на всякий случай нацепила очки. Она бы очень хотела, чтобы посторонние об этой встрече не узнали, особенно те, кто теперь за ней следит. А после того нападения она уверенна, что следят. Если эта встреча вообще состоится. Но Вада почему-то настроена положительно и почти уверена в том, что этот человек получит сообщение и будет там. Попробовать стоит, такой шанс нельзя упускать и ей кажется, что он именно тот, кто сможет помочь. На всякий случай Вада прихватила с собой то самое письмо, поместив его в файл. Надела кроссовки, нацепила капюшон и проверив, спит ли Риндо, тихо вышла из дома. На часах пол одиннадцатого, подождать ей будет не трудно. Лишь бы все получилось и она верно сделала выводы. Он показался ей мутным типом, хоть она и знала его раньше совершенно другим человеком. Он выглядит как человек, который повидал многое и вселяет страх. От него веяло уверенностью и опасностью, его аура сшибает и даже ей не удалось понять, что у него в голове. Сано думается, что он тоже может быть как-то связан с той же сферой, откуда взялись эти подонки. Он пропал на долгое время, по его тяжелому взгляду и владению оружием было видно, что он явно не остановился на простой должности хулигана и связал свою жизнь с работой из разряда офисной или тому подобным. У него были прекрасные боевые способности и что-то подсказывает, что он нашел им более интересное применение. Перейти через дорогу в бар не составило труда, большей сложностью было ждать. Вада уселась за барную стойку и отказалась от алкоголя, взяв лишь стакан воды. Сердце колотилось, отбивая грудную клетку, от стресса скрутило живот, дошло до того, что на нервах Вада чуть было не начала грызть ногти. Она волновалась, впервые так сильно перед встречей со старым знакомым. Раньше страх был ей не ведом, но последние события знатно подкосили ее уверенность. Ей страшно, что этот человек вовсе не явится и уже начинает казаться эта затея глупой и бессмысленной. А если придет, как отреагирует? Согласиться ли ей помочь, учитывая, как к ней относится? Аргумент «по старой дружбе» вряд ли прокатит. А если согласиться за деньги? Да, деньги более весомый довод, жаль, что Сано их не взяла заранее. Хоть пройти до дома две минуты, она боялась двинуться с места. Все выискивала глазами этого человека и вздрагивала каждый раз, как кто-то хлопал входной дверью. Спина вспотела, в висках шарашил пульс. В такой ситуации очевидно нужно что-то покрепче воды. Сано каждую минуту насиловала телефон, проверяя, прочитано ли вообще сообщение. Но каждый раз убеждалась, что нет и нервничала еще сильнее. Полчаса длились мучительно долго, Вада подавляла дикое желание лезть на стену, так как сидеть на месте ее нервы в такой момент не вывозили. Так на нервах прошло сорок минут, потом час, а потом и полтора. Вада окончательно поникла. Не получилось. Ну про крайней мере, попробовать стоило. Других идей как помочь Рану у нее нет, она безнадежна. Она ничего не может, она сильна в драке и далеко не глупа в стратегии, но толку от этого? Здесь все эти качества, который помогали ей выжить и делали непобедимой бесполезны. Остается только ждать и надеяться на полицию, но она уверенна, что она тоже не бесполезна. Этого беднягу либо запугают, если он выйдет на след, либо убьют так же, как и его напарника. А если им удастся расправиться и с Раном, то и до Вады с Риндо скоро доберутся. Остается лишь молиться о том, что Ран еще жив и справиться с тем, что задумал. Потерев виски, Вада мучительно выдохнула, стараясь успокоиться. От такой глупой ситуации и ложной надежды хотелось расплакаться и разгромить этот бар к чертям. Она бесполезна. Клялась всегда защищать любимых, а сейчас произошло то, чего она боялась в жизни больше всего. Настал момент, когда она видит, что происходит, что близким грозит опасность и ничего не может сделать. Ощущение будто ее связали, посадили на стул и заклеили рот скотчем. Что заставляют наблюдать за тем, как погибают любимые на ее глазах. Она знает, что происходит, смотрит на этот ужас, кричит, вырывается, предпринимая попытки что-то сделать, но все тщетно. В этой игре она бесполезная слабая пешка. Вада собирает остатки сил, чтобы сдержать рвущиеся слезы отчаяния и собирается уходить. — Виски. — слышит рядом голос, но она уже не реагирует. Вада так погрязла в своих мыслях, утопая в страхе и горе, что не заметила, как рядом с ней уселся парень. Она боковым зрением уловила силуэт в черной кофте, но лица и даже волос не разглядела, он был в капюшоне. Сано уже хотела встать и уйти домой, чтобы выплеснуть на подушку все свои эмоции, считая себя жалкой, как следующая фраза того же парня заставила застыть в оцепенении и оторвать попу от стула она не смогла: — И ликер для девушки. За мой счет. — кроме нее девушек за барной стойкой не было, но это не самое важное. Застыла Вада оттого, что только сейчас расслышала его голос и ей показалось, что она его знает. Она поворачивает голову и смотрит на парня в черной кофте, но он сидит к ней боком и лицо надежно укрывает капюшон. Только вот когда парень его снимает и оборачивается на нее, Вада шумно выдыхает сразу весь воздух из легких. Знакомая татуировка змеи на шее помогла прийти в себя. — Ну здравствуй, наш Свастонский Цветок. — оскаливается в хитрой ухмылке парень. — Ты все-таки получил сообщение. — жалобно шепчет Вада, чувствуя, как задрожали руки. Она уже потеряла всякую веру в свою затею. — Получил и, мягко выражаясь, был удивлен. Хреново выглядишь. — усмехается Рюсей и двигает к ней оставленный барменом стакан ликера. — Выпей, может перестанешь трястись. От его пронзительного сканера состояние светловолосой не ускользнуло. Вада ощущала, что он слышит даже ее грохочущий пульс. Сано все-таки глотнула алкоголя, чтобы наконец взять себя в руки. Она все никак не могла понять по лицу парня, он зло настроен или у него пожизненно такое серьезное сердитое лицо? Он своим взглядом словно проникает ей в мозг, выведывая нужную для себя информацию и уныло усмехается. Почему-то рядом с ним Сано чувствовала себя максимально некомфортно, будто он знает самые потаенные уголки ее сознания и вот вот нападет. Раньше такого не было, слабеет. — Я весь во внимании. Что у тебя такого случилось, что ты не придумала ничего лучше, чем обратиться ко мне. Насколько я помню, я уже помог тебе однажды и благотворительный фонд не открывал. — подпирает щеку ладошкой Сато, потягивая свой виски, внимательно изучает ее лицо. Вада сжала кулаки, стараясь выглядеть уверено. — Да, убил моего брата. Я прекрасно это помню. — грозно шипит Вада, сдерживая свои эмоции. Ей нужна его помощь и сейчас приложить его башкой об стол ведь не лучший вариант? Рюсей лишь усмехнулся. — Если ты позвала меня для того, чтобы припомнить это и отомстить, то я зря потратил время. — лениво тянет Сато, допивая свою порцию алкоголя. В этот момент рукав кофты задрался выше, открывая запястья парня. Вада успела заметить, что запястье полностью залито цветными чернилами, видимо татуировка. И судя по ее виду — забита вся рука без единого пробела. Раньше ее не было. Но Сано не придает этому значения. Парень кидает на стол пару купюр и вальяжно поднимается с места, медленно удаляясь к выходу. — Я обратилась к тебе, потому что другого выхода у меня нет. Я в отчаянном положении, радуйся. — хмуро говорит Вада ему в спину, после чего парень останавливается и оборачивается на нее. В глазах Сато промелькнула заинтересованность, перемешанная с еле заметным удивлением. Парень кивает на пустующий столик у окна и оба садятся за него. — Ну и чем я могу быть тебе полезен? — складывает руки в замок парень, опуская на них свой подбородок и самодовольно улыбается. Вада не может потерять такой шанс, она вообще не надеялась, что он придет. Придется на время заглушить свои обиды и забыть про гордость. — Дай угадаю, ты кого-то потеряла? Вада распахивает глаза и на мгновение забывает, что должна сказать. Неосознанно тянется к шее, сжимая в кулачке кулон Хайтани, который до сих пор ни разу не снимала. Сато это замечает и снова усмехается. Вада была права, он точно всегда знает обо всем, только вот откуда? Что за человек такой мутный? Но это наводит на мысль о том, что она точно обратилась по адресу. — Рану пришло письмо с угрозами пять месяцев назад и он исчез… — Вада в деталях рассказывает парню обо всем, что произошло и о том, что успела выяснить за это время. Она очень нервничала и боялась что-то упустить. — Я решила, что ты можешь помочь. Я готова заплатить любую сумму, только помоги его найти. Проси, что хочешь. — Заманчиво. — тянет Рюсей, размышляя над ее рассказом и будто что-то для себя отмечает. Создается впечатление, что он не удивлен и более того, сам ошивается в этой сфере. Он спокоен, как удав, в отличие от Вады. — Ты ради этого даже готова засунуть в жопу свою гордость и обратиться к убийце своего брата. Меня это заинтересовало. У тебя с собой это письмо? Вада спохватывается и быстро достает файлик из кармана и протягивает парню. Мысленно хвалит себя за сообразительность, оно все-таки пригодилось. Тот его внимательно изучает, параллельно задавая новые вопросы: — Те люди, что нападали на тебя, ничего не сказали о том, с кем связаны? — Вада отрицательно качает головой. Может и говорили, но она сильно перенервничала и могла не обратить на это внимания. — И Риндо не помнит, кто может быть связан с убитым? Вы проверили родственников? — Этим занимается полиция, они не нашли никого. — на этих словах парень закатил глаза и глянул на нее исподлобья. Взгляд так и кричал о том, что она самое глупое создание на свете. — Полиция вам в этом деле не помощник. — усмехается парень. — Они даже отпечатки с этой бумажки не сняли, так ведь? — на этих словах Вада снова застыла. А ведь точно, письмо то написано от руки. Полиции его показывали, но те даже не удосужились его изучить. И ни Вада, ни Риндо о такой мелочи не догадались. Как можно было упустить такую важную деталь? — Полиция в этом городе никчемный мусор. Убийство братьев Хайтани было громким делом. Имя убитого Дэйчи Нагата и у него есть брат. И судя по контексту письма именно он вам угрожает. Это же очевидно. Брат сводный, поэтому и не нашли по документам. Хотя скорее всего нашли, но решили промолчать. И учитывая этот факт, дела у твоего паренька плохи. Тут замешено нечто большее, чем просто наемники. — Например что? — сглатывает Вада. Теперь нет сомнений в том, что обратиться к Рюсею было правильным решением. Он за пару минут раскрыл то, что они не могли выведать за пять месяцев. Но факты он говорит такие, что страх усиливается в тройном размере. Что же такого страшного может происходить? — Правда не догоняешь? — выгибает бровь Сато, но видит, что девушка на грани нервного срыва и пугать ее этой интригой не лучший вариант. — Слышала что-нибудь о Якудза? — на этих словах Вада чувствует, как ее сердце делает кульбит и замирает, сжимаясь в страхе до размера горошины. Ладошки вспотели и, кажется, поднялось давление.Тело сковало нервным спазмом. — Японская мафия?.. Ты считаешь, тут замешены они? Ты меня разыгрываешь? — Я в этом не сомневаюсь. — хмыкает Рюсей. — Поэтому полиция ничего не может сделать и вряд ли она тебе поможет. Теперь ты понимаешь почему. — Но почему Якудза вдруг нацелились на Рана? Причем тут убитый шесть лет назад мужик и его брат? — тараторит Вада. У нее совершенно не складывается в голове, как это все может быть связано. — Ответ прост. Брат убитого — это глава одной из группировок преступного синдиката. Он и не скрывается, Вада, просто о нем тебе никто ничего не скажет. И если продолжишь копать дальше, тебя закатают в бетон и никто об этом не узнает. Они не гнушаются убийством, потому что им это позволено, никто ничего не предъявит. В их власти торговля оружием, проституция, нелегальный бизнес, наркоторговля и еще они имеют огромное влияние на политику. Ты тут ничего не сможешь сделать. — Но откуда тебе все это известно? Почему ты уверен, что этот брат убитого и есть глава одного из кланов? — голова сейчас лопнет от таких новостей. Если бы Вада не сидела, то уже бы давно свалилась. Ноги от страха совсем не ощущались. — Потому что я его знаю. — пожимает плечами Сато, словно они говорят о его давнем знакомом и ничего такого тут нет. — А известно мне все это по простой причине, но вижу, ты совсем разучилась думать. Где твоя дедукция, Сано? Совсем ты сдулась. — О чем ты?.. — Просто скажу, что ты обратилась по адресу. Я заберу эту бумажку, хотя итак понятно, с кем имеем дело. Я найду твоего Рана, но не обещаю, что живым. — Но ты точно уверен, что найдешь. Почему? — Вада правда не понимает. Парень слишком хорошо осведомлен о человеке, который угрожает им и знает явно больше, чем нужно. И так уверенно заявляет о том, что ему найти Рана как два пальца обосрать. Кто он такой? — Потому что мои возможности это позволяют. — парень стреляет в нее жутким взглядом. Будто щарашит этим взглядом, как обжигающей пощечиной. — Это не трудно. К тому же, у нас с твоим парнем одна цель. Можно считать, что помогая тебе, я выполняю свою работу. — Рюсей… — Вада внимательно прожигает парня глазами, пытаясь найти ответы на свои вопросы. Парень отворачивается от окна и смотрит на нее с нескрываемым холодом, взгляд так и мечет могильный мороз и опасность. — Кто ты такой? — Тот, с кем лучше не связываться. Я могу тебе помочь и я это сделаю, это все, что тебе нужно знать. — безразлично отвечает Сато и лениво улыбается. И вновь рядом с ним становится не по себе. Внутреннее беспокойство вопит о том, что от него нужно бежать, сверкая пятками и никогда не оборачиваться. Но он единственный, кто может ей помочь. А ради этой помощи, Сано готова отправиться даже в ад. — Сколько? — задает последний важный вопрос Вада, стреляя в Сато строгим настороженным взглядом. Тот усмехается и встает из-за стола. — Считай, что это одолжение по старой дружбе. Мне жалко на тебя смотреть, Сано. Где та девушка, что убивает одним взглядом? — Вада в немом оцепенении смотрит на Рюсея огромными глазами. Такого ответа она точно не ожидала. — Больше не связывайся со мной, я сделаю это сам, если найду твоего парня дохлым. А если нет, он объявится сам. Это для твоей же безопасности, ты сильно рисковала, вызвав меня на встречу. Впредь думай головой. Парень спокойно шагает к выходу, надевая капюшон. Вада берет себя в руки, размышляя над тем, что произошло за последние двадцать минут. Она немного успокоилась, слова Сато звучали убедительно, он явно знает что делать и уверен в своих силах. Но в душе зародился еще больший страх, выжигающий все внутренности и закипающий кровь. Информация, которую она узнала теперь еще больше подкидывает новых вопросов и заставляет трястись от ужаса. Все намного страшнее, чем она могла представить. Страшнее людей, чем Якудза в Японии нет и осознание того, что они всерьез нацелились на Рана и труда им не составит достигнуть цели кувалдой шарашит по груди. Она лишь молиться о том, что Ран надежно скрывается и знает, во что влип. Тем не менее, пока парень не ушел, она чувствует, что должна сказать ему. Он согласился помочь, хотя не должен. Они далеко не друзья, больше смахивают на уважающих друг друга врагов. А учитывая, что Рюсей не так прост, она ощущает, что недалек он от мафии. Слишком много знает, слишком опасен его взгляд, слишком тяжелая его аура. Что-то подсказывает, что Сато тоже часть этого мира и оттого водить с ним дружбу — самое опасное дело. Вада собирает все силы в кулак, давит в себе злобу на этого человека, она еще помнит, кто избавился от Изаны, и встает из-за стола, обращаясь к уходящему парню в спину: — Рюсей! — он вновь оборачивается полубоком в ее сторону и склоняет голову. Из-за капюшона виден лишь его подбородок и губы. Вада шумно выдыхает, пытаясь прожечь дыру в его голове. Пусть они и не ладят, но в этой войне он ее самый главный и ценный союзник. И слава богу, что ей повезло получить его помощь. В этом кошмаре он ее единственный спаситель, хоть и ненавистный. — Спасибо. Видно, как приподнимается в ухмылке уголок его губ. Глаз она не видит, сложно понять, какую эмоцию он сейчас выдает. Улыбка походит на искреннюю и даже добрую, какую она видела когда-то в детстве. Она помнит, каким друг был до того, как пропал. Вада считала, что на него можно всегда положиться, он был надежным, до того случая. Всегда был веселым и беззаботным парнем. Его история — огромная загадка за семью печатями, как и его душа. Его помыслы одному дьяволу известны. Сейчас от прежнего друга не осталось и следа, теперь на его месте холодный, опасный и загадочный парень, чьи намерения и эмоции невозможно считать. Поэтому Сано думает, что эта искренне добрая улыбка ей померещилась. Это просто очередной хитрый оскал, холодная ухмылка, какие он выдал штук десять за последние двадцать минут. Вада знает, что больше его не увидит и поблагодарить за помощь вряд ли когда-то сможет, поэтому решает, что сейчас это необходимо. — С днём рождения, Цветок Тосвы. Ты лучше меня и за это я тебя уважаю. Не теряй себя. — произносит парень и выходит из бара оставляя после себя непонятный ее душе осадок. Сано смотрит на часы, висящие на стене над барной стойкой. Двенадцать часов пятьдесят минут. Он еще помнит, а она вот забыла… *** — Мартышка, вставай! Подъем! — Вада просыпается оттого, что кто-то прыгает по ее кровати. Она сонно разлепляет глаза, но сразу зажмуривается от солнца, влетающего в окно и освещающее ее помятое лицо. Перед собой видит маленького Баджи, который сидит на ее кровати и широко улыбается. Что вообще происходит? — С днём рождения, мартышка! — друг прыгает на нее, заключая в удушающие объятия и тараторит приятные поздравительные слова. А Вада, кажется, все еще спит. — Вставай скорее! Идем на улицу, там тебя тако-ой сюрприз ждет. — разводит руками Кейске, показывая масштабы того самого сюрприза. Сано быстро впрыгивает из постели и бежит за другом с лестницы и вылетает на улицу. Перед собой видит кучу людей. Все родные стоят напротив дома. Заметив ее, взрывают хлопушки, засыпая цветным конфетти, кричать вразнобой добрые слова, лица счастливые. Вада видит даже Изану, Шиничиро, Эмму и Вакасу. И Баджи здесь. Но в ее детстве не было Изаны… Сано ощущает что-то неладное. Чувствует, как по коже бегут мурашки и напрягается. Что-то тут не так. Эти люди умерли, их не должно быть здесь. И почему Баджи маленький, а все остальные уже взрослые? Если это воспоминание из прошлого, тогда что тут делает Изана? Точно, такое поздравление было на её двенадцатилетие. Вада помнит его во всех деталях, но Курокавы там не было. Вот стоит Эмма с тортом, вот Шиничиро стоит рядом с байком. Тем самым, что подарил ей как раз в тот день. И даже Вакаса в этот день улыбается, что бывает очень редко. Все в точности, как тогда. Но когда в толпе она замечает Риндо, настороженность становится сильнее. Его там тоже не могло быть. В этот момент друзья окружают ее, чтобы подарить подарки. Каждый что-то говорит, вручает подарки в руки, но слов Сано отчего-то разобрать не может. Видит лишь, как ее со всех сторон окружили множества улыбающихся лиц. В какой-то момент они расходятся и перед Вадой появляется Рюсей. Снова это непонятное ощущение, будто происходит что-то плохое. Рядом с ним стоит огромная белая коробка ростом с него самого, перевязанная красной лентой с бантом. Парень скалится в своей привычно манере и развязывает бант. Коробка открывается и Вада осторожно к ней подходит. Тело так и кричит о том, что этого делать нельзя, оно не слушается. Подойдя к коробке Сано чувствует, как внутри все перевернулось, а сердце остановилось и взорвалось. Лицо перекосило от ужаса. В коробке лежал Ран. Весь в крови с изуродованным лицом. Узнала Вада его только по косам. Она начинает кричать, слезы водопадом катятся с щек. Но ее крика не слышно, словно кто-то выключил звук, оставив лишь немую картинку. Сано чувствует, как все тело разом пронзили тысячи игл, легкие больше не пропускают кислород и ей нечем дышать, но она продолжает кричать и плакать. — С днём Рождения, Вада. — вдруг резко поднимается Ран, приближаясь к ней своим истерзанным окровавленным лицом и противно смеется прямо ей в лицо. Вада отскакивает от него и падает, снова пронзительно вопит. И этот крик бьет по перепонкам с бешеной силой, словно взрывная волна, врезается и заедает на повторе в сознании. Теперь уже счастливые улыбки друзей кажутся ей жуткими, а самая коварная у Рюсея. — С днём рождения, Вада! — Вада, с днём рождения! — слышится со всех сторон. — Вада… — она слышит приглушенный посторонний голос, но не может понять откуда он. Словно что-то инородное. Она просто продолжает кричать, не в силах подняться с земли и убежать подальше от этого кошмара. Тело онемело в ужасе, в голове больно пульсирует. Она все не может оторвать испуганных до смерти глаз от тела Рана, который продолжает смеяться. Эти голоса, смех, поздравления летят со всех сторон, будто намеренно хотят свести ее с ума. — Эй, Вада… *** — Вада, вставай уже, блять! Как надо, так она не спит, а когда не надо — хрен разбудишь! — Сано подскакивает на кровати. В ушах шумит, пульс грохочет сумасшедший. Все тело напряжено до предела, так, что мышцы ноют. На лбу выступила испарина. Она видит перед собой Риндо с подносом в руках и беспокойством в глазах и громко выпускает весь воздух из легких. Ощущение, что она находилась под водой и не дышала больше часа. Глаза у нее выпучены так, будто сейчас повыпадают и покатятся по полу. Грудь вздымается от частых вдохов, словно она только что бежала марафон. Светловолосая часто моргает, стараясь понять, что происходит вокруг и заметив, что находиться в своей комнате, а рядом Риндо, начинает понемногу приходить в себя. Сердце по прежнему отбивает ребра, а перед глазами та страшная картина с изуродованным лицом Рана. Так это был сон… Вада, ошеломленная от ужаса, чувствует огромное облегчение и падает обратно на подушку, стараясь успокоиться. Похоже, пора к врачу. Настолько реальным выглядел этот сон, как точно она чувствовала телом все, что происходило. Ашалеть можно, вот это подарочек на день рождения. Минутку… День рождения! Если бы Рюсей вчера не напомнил, она бы вообще не подумала об этом. Сегодня ведь ее день рождения. Совершеннолетие и решение многих проблем. Как быстро время летит, кажется, только вчера она впервые зашла в школу, посетила первые занятия по боевых искусствам. Сколько ей тогда было, десять? Столько всего произошло, что прошлое кажется плодом ее фантазий. Что ту жизнь она проживала за кого-то другого, будто ее и не было. Вада уже четыре года не празднует свой день рождения. Последний реальный праздник был, когда Шиничиро был жив и подарил ей тот самый байк. Это был последний праздник. Дальше все почернело, семья развалилась и даже родной брат часто забывал про ее день рождения. Друзья, конечно, поздравляли, но веселья никогда не организовывали. Она могла поехать с Баджи на пляж, выпить по бутылке пива, скушать напополам торт, приготовленный с любовью его мамой и проводить солнце вместе с ее днем. Она и на этот раз ничего праздновать не собиралась, поэтому, в завале с Раном и работой, вовсе забыла. Да и не до праздника сейчас. Сано наконец обратила внимание на Риндо, который терпеливо ждал пока она придет в себя. В его руках поднос и лёжа Вада не может разглядеть что там. На лице теплая братская улыбка, он уже успел переодеться. Сколько вообще времени? Вада тянется к тумбочке и берет телефон. Три часа дня?! — Почему ты не разбудил меня?! — подскакивает резко Вада, отчего начинает кружиться голова. — Ты реально думала, что я не дам тебе отоспаться? — как ни в чем не бывало сообщает Риндо. Вот тебе и легла поспать, сколько бы спала, если бы парень вообще предпочел ее не будить? Судя по тому, как она устала и сколько до этого не смыкала глаз, очень долго. Теперь Вада может увидеть, что у него на подносе. Там кусочек торта с горящей свечкой, воск которой вот вот упадет на крем и чашка ее любимого зеленого чая. А ещё милая маленькая открыточка, которая вызывает умиление своими тёплыми тонами. От такой милоты Вада тут же забыла о конфузе и расплылась в трогательной улыбке. Что что, а завтраки в постель ей еще не носили. — С днём рождения, родная. — проговаривает Риндо и подставляет поднос к ее лицу. — Задуй уже эту срань, иначе весь мой труд пойдет по жопе. Подавать тебе торт с восковыми крошками не входило в мои планы. — оба смеются и Вада задувает свечу, спасая красивую вкусняшку, но вот желание загадать забыла. Хотя, если бы таким образом сбывались все мечты, жизнь была бы другой. Вада перестала верить в эту махинацию после смерти Шиничиро, ведь каждый раз загадывала никогда не терять любимых. Сломалась система, а после один за другим дорогие люди уходили. Интересно, причина в том, что она вовсе перестала загадывать желания? Она и без свечки каждый день просыпаясь, загадывает лишь одно — чтобы все близкие были рядом и счастливы. Ведь если счастливы они — она тоже этим счастьем заряжается. — Как узнал, признавайся? — щурит глаза Сано, не переставая улыбаться. Все-таки вот так ее давно не поздравляли. — Кто-то после работы с документами оставил свой паспорт на столе, ну, а ты знаешь, что я очень невоспитанный. — усмехается Риндо, который будто доволен собой за такую выходку. — Только не говори, что ты действительно приготовил это сам? — Ты меня обижаешь. — наигранно дует губы Хайтани. — И если я сейчас выйду на кухню, она будет чистой и целой? — продолжает подтрунивать Сано. На самом деле такой жест много значит, так как шедевральные кулинарные способности Риндо заходят в тупик, когда дело касается теста. И то, что для нее он умудрился впервые приготовить торт, при своей нелюбви к этому занятию — дорогого стоит. — Я не против сейчас даже поспорить и получить сотку. — ржет Риндо и они вдвоем отправляются на кухню. Действительно чистую кухню. Даже посуду помыл после себя. На столе стоит стандартных размеров торт, от которого отрезали кусочек и букет цветов в вазе. На цветах лежит большая записка с надписью: «Самой любимой змее». Вада смеется от такого «оригинального» поздравления и крепко обнимает Риндо. Кажется, даже дикие переживания и эта ее хандра сегодня отступили. Хайтани творит чудеса. Ей сейчас так легко и до ужаса приятно. А умопомрачительный запах выпечки, стоящий на кухне добавляет радости и уюта. А еще доказывает, что торт действительно был приготовлен руками Риндо с любовью и стараниями. А то она первым делом подумала, что парень его просто купил. На вид он был не шедевром великого кондитера, но вот вкусным был настолько, что Вада прикусила язык, пока жевала. Риндо так сильно волновался на этот счет, что даже когда Вада десятый раз подряд на его вопрос ответила «Вкусно», он все равно сомневался. Настроение ползет вверх. Может она просто выспалась и перестала чувствовать себя овощем, а может дело в солнышке, которое вылезло впервые за две недели серых туч и дождя, будто специально для нее. Хотя Вада точно знает, что это из-за Риндо, его теплой улыбки и щемящего душу жеста. Страшно представить, сколько парень провозился на кухне и сколько матов тут прозвучало. Но тот факт, что он для нее так старался греет душу и распускает там дикую радость и благодарность. Когда же позавтракав, хотя скорее пообедав, Вада вновь садится за рабочий стол, намереваясь закончить работу, на которую вчера забила, Риндо возмущается. — То есть как это ты не будешь праздновать? Ты собралась в свой день рождения сидеть над бумажками? Ты ненормальная?! — недоуменно вопил Риндо, на что Вада просто мягко улыбалась. Сон действительно хорошая штука, она уже не раздражается и спокойно терпит крики парня. — Я эксклюзивная. — усмехается Вада, надевая очки для работы с текстом. — Я не хочу праздновать. Да и праздновать тут нечего. Ну, а что сказать? Чем старше с каждым годом она становится, тем больше становится все равно на пышные вечеринки в честь праздника. Это в детстве ты ждешь сказки, получаешь заветные подарки и веришь в исполнение своей мечты. В детстве день рождения это самый важный день в году, в который ты принцесса, вокруг которой пляшут на задних лапках и окутывают любовью. Сейчас же Ваду не привлекает празднование, громкие звуки и все в духе этого праздника. Ей даже подарки не нужны, ведь самого заветного все равно никто подарить не в силах. В детстве Шиничиро, Баджи и Эмма дарили сказку, превращали этот день в путешествие в мир волшебства и радости. Сейчас же вся эта суета ее не привлекает. Особенно в такое время, когда она сидит на иглах в ожидании известий о Ране. Он там умереть может, а они будут веселиться? Ей кажется это неправильным. Скромных поздравлений и теплых слов ей вполне достаточно. Немного нагоняет грусть тот факт, что близких в этот день рядом нет. А еще тот факт, что она не получила ни одного сообщения с поздравлением ни от друзей, ни от брата. Видимо, он снова забыл. — Ничего не знаю, я уже все организовал, так что на жопе ровно ты не сидишь. И вообще, это же совершеннолетие! Это ж самый важный день в жизни! Вступление во взрослую жизнь, прощание с детством и вообще! Восемнадцать лет исполняется раз в жизни! — приводит свои аргументы Рин-Рин, сбивая Ваду с подсчета убытков. — Ага, как и девятнадцать, и двадцать и далее по порядку. — правда, что за кипиш? Это обычный день, такой же как все. Да и вообще, он означает, что она еще на один год приблизилась к старости, что тут веселого? Что восемнадцать, что тридцать — обычный день рождения. — Это другое! — размахивает руками Хайтани, недоумевая ее доводов. Как можно так относиться к своему празднику да еще и самому важному? Он вот свое восемнадцатилетие лет с семи планирует. — Прекращай изображать душную обезьяну и поднимай зад. — Зато ты, я смотрю, проветренный. — хохотнула Вада, но от бумаг все же отвлекается. — Что ты там запланировал? На слоне покатаешь? Или в кальянную пойдем? Может сразу в Египет? Перестань. Сейчас не то время, чтобы веселиться. Ты забыл, что мы по прежнему не знаем, жив ли Ран? Как-то не до радости и праздников. — Будь Ран тут, он бы тебе лучший праздник организовал! — скрещивает руки на груди Риндо. В этих словах он уверен даже больше, чем в том, что солнце жёлтое. — Собирайся. — Куда? — вздергивает бровь Вада. — У меня работа. — Перейдет на Федота твоя работа. Поднимай зад, говорю, и одевайся потеплее. Я тебе еще свой подарок подарить должен. — Ух, еще и подарок. Я боюсь представить, до чего тебя твоя фантазия довела. Я надеюсь, там не змея в аквариуме? — смеется Вада, а Риндо столбенеет и распахивает глаза. Улыбка мгновенно сползает с лица. Сано затихает сразу же, чуя неладное. Не нравится ей это лицо. — А че надо было в аквариуме? — изображает ужас Риндо и Вада выдает уже неподдельный. — Ты че змею притащил без клетки?! — хотя это не самое страшное. — Ты че ЗМЕЮ притащил?! — вскрикивает Вада, с ногами забираясь на свое кресло. — А че мне теперь ее обратно сдавать? Я думал ты обрадуешься подружке. — продолжает изображать сконфуженный фейс Риндо, пока Вада пытается найти, чем защищаться от ползучей нечести, когда та проползет перед глазами. Вада боится змей до смерти, даже самых безобидных, мелких и не ядовитых и тот факт, что где-то дому рядом с ней ползает эта гадость сейчас доведет ее до инфаркта. Циркуль подойдет? Сано как представит, что пока она спала, по ней проползал этот ужас божий, так чуть сердце не остановилось. Она в квартире заперта со змеей и возможно даже ядовитой! Как там в службу спасения звонить? Додуматься притащить змею, так еще и без клетки! — Да пошутил я! — смеется Риндо, пока Сано вспоминает, где лежит тонометр. Такая шутка ей не зашла, кажется, она посинела от страха. Выражение лица парня было настолько испуганным и удивленным, что ей даже в голову не пришло, что он шутит. Артист, хренов! — Придурок! — в парня летит ручка. — Идиот! — летит уже блокнот. — Я тебя задушу! — Вада хватается за калькулятор. — Эй! Я не готов принять смерть от калькулятора! Ты только представь, как идиотски будет звучать надгробие: «Сдох от математического удара вычислительным предметом по голове!» Копы даже за расследование не возьмутся! — ржет Риндо как сумасшедший, пока Сано пыхтит и краснеет от гнева. Приколист, хренов. Ха-ха! Дайте же она поцелует этого шутника! Ударом кухонного стула по голове! — Да ладно тебе. Чем тебе змеи не угодили? Или ты не хочешь конкуренции? — Риндо несет окончательно. От смеха он падает и катается по полу, словно трехлетний ребенок. Даже очки слетели. — А как бы мое звучало?! Сдохла в свой день рождения от удара змеиного инсульта?! Ахренеть подарок! — Кстати о подарке, у тебя десять минут для того, чтобы навести марафет и привести чешую в порядок. Буду ждать тебя у подъезда. — угомонившись ставит перед фактом Хайтани и быстро сбегает, посылая ей воздушный поцелуй, пока в него не полетело что-то помощнее калькулятора. Например принтер, за который девушка уже взялась. *** Сегодня Вада решила одеться не так, как обычно. Погода была прохладной, учитывая, что только начало весны, но солнышко приятно пригревало кожу после холодов и радовало душу. Вада надела белые спортивные штаны, белый топ на лямках и поверх него укороченную до груди толстовку с длинными рукавами. Вообще тут все сочетается с ее любимым повседневным стилем, и красиво и удобно, но выглядит совершенно по другому. Вещи хоть и спортивные, но дарят ей вид красивой девушки, учитывая, что Сано никогда не надевала ничего, кроме топа, штанов и толстовок с футболками. Просто Мицуя экспериментировал с одеждой и взял ее в модели, как единственную знакомую девушку в его окружении с хорошей фигурой. Вот и подарил ей все это. Эти вещи пылились в шкафу, но сегодня ведь можно выглядеть по-другому? День рождения все-таки, можно и опробовать мелкие перемены. На глаза Вада нацепила красные солнцезащитные очки в круглой оправе и дополнила образ любимыми белыми кроссовками на высокой подошве. И впрямь отражение в зеркале значительно изменилось. А может это просто синяки под глазами спали и кожа приобрела свой изначальный — кремово-бледный цвет? Наряды это конечно хорошо, но как только Вада вышла из подъезда словила на себе одобрительный взгляд Риндо, которому ее образ пришелся по вкусу и затащил в такси. Почему не на байках Сано конечно спросила, но парень предпочел держать интригу. Ехали они уже целых полчаса и Сано начала скучать. Что там за подарок, что в такие дальние дали надо ехать? После этой дебильной шутки со змеей Вада уже всякого опасается. Когда молча сидеть так долго в машине стало невыносимо, Вада не удержалась: — Ну долго еще? — Уже приехали. — усмехается Риндо ее нетерпеливости и в этот самый момент машина тормозит. Сано с Риндо выходят из машины и оказываются перед здоровым черным зданием. Было ощущение, что это просто стена, скрывающая что-то масштабное, к примеру аэродром или футбольное поле. За зданием не было ничего видно, но отчего-то создавалось такое впечатление. Хайтани без лишних слов тянет ее за руку внутрь. Там все обставленно солидно, напоминало маленький вокзал. Есть ресепшн, зона ожидания и в конце огромные деревянные двери. Ни тебе плакатов, ни брошюр рекламных, ничего, что могло бы сказать о том, что это за место. Любопытство Вады раздулось до размера Китайской стены. Что же такого он задумал? Они подходят к стойке, за которой сидит молодой парень и хватает только одного слова Риндо: — Хайтани. Парень что-то щёлкает по клавишам, всматривается в экран и одобрительно кивает. Указывает на те самые массивные двери и выдает какой то пластиковый брелок. На нём лишь написана фамилия Риндо, дата и время: «С 16:00 до 20:00». Риндо что-то забронировал? Прогулку? Ресторан? Площадку под вечеринку? Чего только в голову не лезло и даже становилось страшно. Но Рин упорно молчал, подогревая бешенный интерес и немного раздражения. Сюрпризы в последнее время она не любит. Риндо забирает пластиковый… талон? Снова хватает девушку за руку и ведет к дверям. Распахивает их и солнце бьёт по глазам, заставляя зажмуриться. Прохладный ветерок пробегается по лицу и спине, вызывая мелкие мурашки. Когда же Вада соизволила открыть глаза, то чуть не потеряла челюсть, которая от шока отвисла до пола. Перед ней расстилалась огромная асфальтированная площадка, причем настолько огромная, что здесь запросто могли разворачиваться самолеты. Но самолётам она бы не так сильно удивилась, как тому, что на этой площадке стояло, а точнее парило над землей. На горизонте было штук шесть, а то и больше воздушных шаров, таких огромных и красочных, что Вада начала думать, что все-таки еще не проснулась. Таких же не бывает. Не бывает же? Она вот ни разу не слышала. И тем не менее, когда Риндо повёл ее дальше, прямиком к одному из гигантских шаров она точно поняла, что не спит. Слов не было чтобы описать переполняющие ее эмоции от такого зрелища. Сано вообще потерялась в догадках зачем они здесь и причем тут воздушные шары? В корзине воздушного шара стоит приветливый молодой парень и машет ей рукой. — Че происходит, а? Зачем мы здесь? — Кто-то говорил что он мечтает летать. Это кончено не персональные модные крылья, но это единственное, до чего я додумался. — чешет затылок Риндо и нервно улыбается. Волнуется, понравится ли ей этот подарок? Вада просто в шоке, таком, что словами не описать. Сколько себя помнит, Сано мечтала летать, чувствовать воздух свободы, смотреть на города с высоты и парить наравне с птицами. Завидовала им и грезила покорить небо. Самолеты это совершенно не то. Да, ты летишь, но за толщей железа, не чувствуешь свежего воздуха и вид ограничен. Про воздушный шар она даже не догадалась, это ведь тот же самый полет, о котором она так мечтала и каждый раз загадывала увидеть во сне. Риндо вот додумался и осуществил. Подарил ей такой желанный полет и целый шквал эмоций. Она ведь даже еще не взошла на это чудо современной техники, не поднялась над землей, а уже представляет это невообразимое чувство свободы и счастья. Страшно представить, как захлестнут ее эмоции, когда они воспарят над городом, вдыхая свежий воздух и любуясь красотой родного города, который она все хотела посмотреть, но не было времени даже банально объехать его. Руки накрывает дрожь предвкушения, сердце галопом скачет в груди от радости, сознание все еще не верит, что вот ее мечта, пройти три шага и ты наконец испытаешь то самое незабываемое ощущение полета. Сделаешь то, о чем грезила будучи маленькой пятилетней девочкой, которая ещё верила в чудо. Это самое чувство ей преподносит Хайтани. Он подарил не просто поездку на воздушном шаре, он подарил ей целый мир и ребенок внутри нее прыгает и верещит от радости своей самой заветной исполненной мечты. Сано смотрит на огромную летающую машину с таким шоком, блеском и непониманием в глазах. Она все еще не верит, что это все происходит по настоящему. Кажется, что она вновь где-то зависла, представляя это в голове. Риндо даже не нужно ее слов, реакция говорит сама за себя. Как горят ее глаза, как приоткрыт от удивления рот и какой детский, сияющий взгляд устремлен на эту махину. Она разглядывает это великолепие минут пять, не в силах вернуться в реальность и сказать хоть слово. Она зависла на шаре и старается рассмотреть его детальнее, дабы в полной мере ощутить, что ей предстоит самый необыкновенный день в ее жизни. Риндо довольно улыбается, с подарком угадал. Он долго ломал голову над тем, что ей подарить. Как порадовать, что особенного можно придумать в такой важный для нее день, чтобы он запомнился на всю жизнь. А потом вспомнил, что тогда на балконе, когда Рин признался в убийстве ее сестры, она заикнулась о том, что мечтает летать, но проблемы всегда тянули вниз. И таким был грустным ее взгляд, сколько тоски и надежды в нем читалось, пока она смотрела в небо. Чтож, совершеннолетие это прощание с детством, и в качестве этого Риндо дарит ей ее детскую мечту, чтобы частица детства и вера в лучшее ее не покидали никогда. Похоже, получилось. — Рин, это… Поверить не могу! — отмирает Вада, переводя ошарашенный взгляд на парня. В глазах загорается такая радость, такое счастье и любопытство, что сшибает своей силой. Кажется, первая стадия шока и оцепенения прошла и теперь сменилась дикими разрывающими эмоциями. Она запищала, запрыгала и кинулась Хайтани на шею, раз за разом повторяя: «Спасибо!» Ее звонкий смех вызывает широкую улыбку и ласкает слух. Просто симфония для души. Вот ради таких эмоций, особенно на контрасте ее состояния в последние месяцы он готов стараться и расшибаться в лепешку. Она должна быть счастливой, глаза должны гореть так всегда и ее улыбка всегда должна ослеплять и радовать всех, кто ее видит, потому что это настоящая Вада. Смотреть на ее радость приятно до ужаса, она заражает и спасает даже самый хмурый день. Это ее способность, поражать всех, кто на нее смотрит, заражать своими эмоциями каждого, вызывать восхищение у мимо проходящих. Она влияет на людей сама того не подозревая, ее энергетика просто сумасшедшая. Складывается ощущение, что она точно ведьма, иначе как объяснить то, как она притягивает к себе людей вообще ничего не делая и заслуживает любовь и верность всех, кто находится в ее окружении? Такой человек всегда должен быть счастлив, ведь ее счастье отражается на настроении и жизни ее близких. Риндо заряжается этой окрылённой дикой радостью и искрами в ее глазах. И это далеко не все, что ее сегодня ждет ибо такие эмоции сейчас для них обоих необходимы. В такой сложный период должен быть повод для радости и лучшего, чем ее день рождения просто не найти. Она заслуживает даже большего. — Но откуда у тебя деньги? Я вроде слежу за финансами. Это же наверняка дорого. — наконец отпускает из цепких объятий Риндо и с подозрением смотрит в его глаза. — Я давно уже на машину коплю. Но лучшего повода для траты этих денег не найти. В моих приоритетах это важнее. — Только не говори, что на твой день рождения мне придется дарить тебе машину. — смеется Вада, которая светится так, что Риндо пожалел, что не заменил свои очки на солнцезащитные. — Что прям… Можно лететь?.. — А чего ты ждешь? Все сегодня только для тебя. — усмехается Риндо, кивая на шар. Вада подпрыгивает и забирается в корзину, Риндо следует за ней. Десять минут уходит на то, чтобы парень объяснил как им управлять и подготовил шар к взлету. Потом вышел, Риндо проследовал его указанию и вот наконец эта штука начала подниматься. Нетерпеливая и взбудораженная Вада первые минуты полета ходила из одного конца корзины к другой, рассматривая окружающее её картины. Потом детально изучала механизм этой чудо машины, так как инструкцию она слушала в пол уха, затопленная эмоциями. Ей все было интересно. Руки подрагивали от переполняющих рвущихся наружу чувств, впечатления были неописуемы. А когда они взлетели максимально высоко, она и вовсе не отлипала от бортика, наблюдая за живописным пейзажем города, над которым они пролетали и пыталась запечатлить каждую мелочь этой красоты в памяти. Если смотреть сверху, земля особенно красива и необычна, словно в волшебном сне. Прогулка на воздушном шаре замечательна тем, что во время полета человек испытывает подлинное удовольствие от спокойного, неторопливого движения над землей. Не тревожит колебание корзины. На вершине воздух такой свежий, обволакивающий лёгкие, нет запахов выхлопных газов и других неприятных и токсичных запахов большого города. Ветер треплет волосы, проходясь приятной щекоткой по шее и вызывая будоражащие мурашки по всему телу. В этот момент все тревоги отошли подальше, в груди впервые за долгое время не ощущалось никакой тяжести и дышать стало свободнее. Дышать полной грудью, впуская в легкие как можно больше кислорода, хоть от живописной картины то и дело прерывалось дыхание. Вада наблюдала за происходящим, словно завороженная. Глаза светились таким любопытством и искрами радости, словно ребенок впервые увидел сказочное существо вживую. Сердце распирали эмоции, хотелось кричать, подставляя лицо навстречу ветру, расставляя руки и ловить каждую секунду, запоминать каждый миг, словно это самый лучший в ее жизни сон. Облака кажутся настолько близко, что их можно потрогать рукой, стоит ее лишь поднять. Неужели она правда летит? Ощущение, будто действительно все проблемы и беды остались там внизу, а здесь лишь чувство окрылённости и легкости. Это похоже на сказку, где она главный персонаж. Они не разговаривали, тишина в такой момент была приятнее. Вада с Риндо любовались этой атмосферой, не в силах что-либо из себя выдать. Язык прилип к небу, а взор никак не удавалось оторвать от волшебной картины. Вада слышит приятную мелодию, не понимая откуда она звучит. Музыка обволакивает, придавая этому моменту ещё больше особенности и завороженности. Она оборачивается и видит Риндо с телефоном в руках. Вот, кто включил музыку. Но с ней было даже лучше. Мелодия звучала волшебно, словно дополнение к сказочной счастливой истории. Такие обычно звучат в фильмах, когда долгий путь, сквозь разные препятствия сопровождается под веселую музыку. Создаёт ощущение приключения, в котором ждет много неизвестного, интересного и прекрасного. Словно ты свободен, сам по себе, объезжаешь мир, видишь много невообразимого и преодолеваешь свой особый и наполненный яркими красками путь. Сано бы хотела повидать мир, чувствовать себя независимой от проблем и груза печали, ночевать в джунглях и выживать, катаясь по свету. В такой атмосфере, летящей в свободном пути это ощущается особенно остро. После недолгого проигрыша звучит приятный мужской голос и Сано невольно вслушивается в слова. Воздушный шар — Рэйди Что тебя держит на этой земле? Отбрось якоря и давай ладонь. Одно приключение в закат, еще одна сказка про нас с тобой. Еще одна байка про нас с тобой. Еще одна легенда про нас с тобой. Мы гуляли по разным мирам бесконечно, но так и не сумели найти свой дом. И все сильно серьезно. У ребенка проблем целый космос. Но сегодня оставишь все на земле, и со мною отправишься в воздух. В следующий момент, Риндо улыбаясь начинает подпевать, вгоняя Сано в ступор: Научу не бояться высоты, научу не бояться стать иной. И сам ненароком научусь, чтобы увидеть мир — нужно узнать любовь. Где-то над землей, большой воздушный шар. Запрыгивай со мной, отцепляя все якоря. Одна очень долгая сага, но сколько не хлопай глазами ничего не решить ожиданием, а значит нам нужно бороться за завтра. Идеальный сюжет Голливудского фильма с дурацкой песней на фоне. Что вернет тебя в детство, вдохнет в тебя чувство давно забытой свободы. Так что давай отцепляй якоря. Бросай жизни грузы, давай ладонь. Сегодня мы движемся вместе, на дальнюю станцию Эвер Мор… Вада проглатывает язык. Эта песня… Она настолько ярко выражает всю ее жизнь, все мысли и мечты. Оставить проблемы, взлететь навстречу свободе. Красивый голос, волшебная музыка и веселый ритм, все это вызывает просто дичайшие эмоции. Но больше всего поразил смысл слов этой песни. Сано настолько уловила в ней себя, задумалась над схожестью этих слов со своей жизнью. Как Риндо умудрился найти настолько подходящую ее натуре и этому моменту песню? В ней изложено все, о чем она думает, что переживает и о чем мечтает. Эта песня затронула ее до самой глубины души, задела струны сердца, отпечатываясь в сознании и проигрывая в голове снова и снова. Она словно въелась в мозг, текла по венам, вызывая странное приятное ощущение. Словно она и эта музыка — одно целое. Похоже, Вада нашла свою песню. Еще ни одна музыка так ее не покоряла… — Понравилось? — широко улыбается Риндо, наблюдая за ее реакцией. — Ты бы знала, сколько я над ней корячился. — Чего? Подожди, это твоя песня?! — Сано распахивает в шоке глаза и не верит своим ушам. Это Риндо создал этот шедевр для души и ушей? Что, прям взял сочинил, забабахал музыку и спел? Как она могла не узнать его голос? Да быть такого не может… — Ну… Разработка музыки и басов мои, идея моя, а вот с текстом немного помогли. — застенчиво улыбается Риндо. Реакция девушки на его творение его до дрожжи трогает. Задевает за душу, заставляя ее петь от радости. Риндо всегда обожал музыку, у него был хороший вкус в этой сфере. По подбору плейлиста для абсолютно любого человека ему равных не было. Он знал, из чего она состоит, как ее делать и делать качественно. Разбирался во всем, что связано с музыкой, но собственную записать все никак не мог. Либо было тупо не до этого, либо не было желания. Риндо знает, как на Сано влияет музыка, знает, что в трудные моменты она ее спасает, что Вада находит в ней утешение и жить без нее не может. Так что может быть лучше, чем подарить ей то, что она любит всей душой? Лично для нее песня, про нее и та, что ей понравится и она будет ее слушать с удовольствием. Сейчас напротив последнего критерия можно поставить галочку. Такие эмоции невозможно подделать, песня определённо ей влетела на ура. — Кто помог, признавайся? Из нашего окружения ни одного стихоплета я не знаю. — любопытно улыбается Вада, пытаясь своим взглядом пролезть ему в голову. Ну интересно же, кто так четко попал в точку со смыслом этого трека? — Хэдер… — отводит глаза Хайтани. — Я изложил ей всю суть, общую идею, она написала текст и мне показалось, что он именно то, что нужно. Остальное делал сам, честно! Даже пел я! — Хэдер тебе помогла? Боюсь спросить, что ты ей за это пообещал. — Ну, я сказал, что отстану от нее. — Надо же. А она знает, что ты не держишь слово? — лукаво улыбается и выгибает бровь Вада. — Ну теперь будет знать. — смеется Риндо, Вада его подхватывает. — Спасибо, Рин-Рин. Это самый лучший подарок. — растрогало и благодарно улыбается Вада, обнимая парня. Лучшего подарка у нее в жизни еще не было. И похоже, этот не сравниться ни с чем. Только если с путешествием в прошлое. — Не знала, что у тебя такой красивый голос. — взлохмачивает волосы блондина, тот снова кривится. Еще б за щёчку потрепала, блин. — Я и сам не знал. — усмехается Риндо. Настроение окончательно поднялось. Теперь полет заиграл совершенно другими красками. Помимо разглядывания красоты, которую Вада приказала слушать лишь под песню Риндо на повторе, они сделали просто кучу фотографий этого момента. Рин даже пообещал, что заведет отдельный альбом, куда распечатает и прикрепит все их совместные фото на память. Сано идея понравилась. Таких счастливых моментов мало в ее жизни, нужно запечатлять и ценить каждую их секунду и быть благодарной за такие редкие спокойные деньки. Время тянулось незаметно, хотя кажется, будто они в полете весь день. Вада растворилась в этих ощущениях, забылась и в то же время думала обо всем на свете. Феерическое чувство. Она пропустила момент, когда они едва заметно постепенно начали снижаться. Они пролетали неподалеку от пляжа, хотя, кажется, будто туда курс и лежал. Тот самый пляж, где случилась забавная история с ее первыми в жизни шашлыками. Это место по своему особенное, навевает теплые воспоминания и вызывает грустную улыбку. Здесь был один из счастливых моментов, когда еще все было спокойно и радужно. Когда семья была счастлива и проводила свои беззаботные, наполненные жизнью и красками деньки. Куда же теперь все это делось? От мысли, что это все лишь прошлое, которое не повторишь, не проживешь ещё раз и не изменишь хочется реветь и рвать на себе полосы от безнадежности. На улице ещё холодно и людей там быть не должно, но все же небольшую толпу с высоты разглядеть можно. Морем можно просто любоваться в любое время года, оно всегда прекрасно, не обязательно же только купаться. На подлете к пляжу Сано точно заметила, что воздушный чудо-шар четко пошел на снижение. Она не видела, как Риндо что-то усердно вытворял в телефоне. Вада всматривалась в людей на пляже и наслаждалась морским бризом, который щекотно бродил по коже и приподнимал волосы. Морской запах уникален, вдыхая его можно забыться и перенестись в спокойную и умиротворенную атмосферу. Шум волн обволакивает разум, позволяя расслабиться. Под такую приятную смесь звуков и ощущений сразу клонит в сон, а воспоминания о том, как Баджи перевернул мангал с шашлыками вызывает легкую улыбку. Вот бы отмотать время назад и прожить все эти счастливые моменты еще раз. Хоть на денек вернуться в детство, которое так беспощадно утекло, оставляя после себя лишь тлеющий теплый уголек в сердце. Маленький, особый и безумно теплый уголек, который будет жить в ее душе сколько бы времени не прошло и напоминать о том, каким было ее детство и что оно будет с ней всегда, сколько бы лет ей не исполнилось. Детство — это что-то теплое, волшебное и особенное, что живет внутри каждого до конца его жизни и частенько о себе напоминает. У кого-то оно было радужным и полным приятных моментов, у кого-то было страшным и трудным, но каким бы оно не было, оно всегда будет для нас чем-то крошечным и светлым, будет частью нас и даже важнее, чем все, что происходило в жизни. Его ни изменишь и ни вырвешь, ни забудешь, как бы не старался. Оно всегда будет вызывать тепло в груди и детскую улыбку. Шар все ближе плавно подходил к земле и Сано расстроилась, что сказка закончилась. Полчаса волшебства и заряд хорошего настроения на долгие дни, а момент в памяти останется на всю жизнь. Подарки Риндо определённо засядут в сердце, как самые лучшие и она ещё долго будет их переваривать. Наслаждаясь последними минутами полёта, Вада приметила, что неподалёку от пляжа припаркована целая куча мотоциклов и толпа как-то засуетилась. И почему она не догадалась сразу? Может просто слишком была поглощена в свои мысли и затоплена эмоциями? — Мы отсюда домой поедем? Я думала обратный путь тоже входит в прокат. — обращается Сано к Хайтани, на что тот как-то подозрительно усмехается, не высовывая носа из телефона. — И что ты там строчишь уже десять минут? — Ты правда думала, что на этом все? — играет бровями блондин, а Вада недоумевает. — Ну да, а что еще? Мне и этого до конца жизни хватит. Работа же еще, забыл? — Вада, ты у нас все-таки солнышко то капризное. — Вада выгибает бровь в непонимании, а Риндо хитро улыбается. — Значит, я арендую лучший рассвет. После этого заявления парень подходит, мягко разворачивает её обратно к пейзажу, а именно — пляжу и толпе людей, и обнимает ее сзади за плечи. Бросил короткое «просто смотри» и удобно пристроил подбородок на ее плече. Сано хмурит брови, не понимая, что она там должна увидеть и старательно разглядывает пляж. Вот пару людей бегают по песку, суетятся. Потом убегают к остальным, остается лишь один. Куда вообще нужно смотреть? На песок? На море? На людей? Что он вообще от неё хочет?! Только она хочет задать этот вопрос, как взгляд снова цепляется за того человека, что остался один. Как только он начинает отходить в сторону, как происходит невероятное, заставляя подавиться новой подачей воздуха. Песок вспыхивает, огненная линия тянется по пляжу, словно выводя какой-то узор. Вада чуть челюсть не выронила, когда линия закончила свой путь и соединилась с другим концом, а на песке теперь пылала огромная надпись: «С днём рождения, Вада». Дыхание перехватывает, по коже несутся мурашки, а язык онемел. Сердце бухает в рёбрах, поражённое приступом шока и радости. Светловолосая оборачивается на Риндо, а тот лишь пожимает плечами, улыбается и произносит: «Всё для тебя». Глаза Сано раздулись до размеров сливы от взрывающих душу эмоций. Она словно ребенок запрыгала и завизжала от радости. Сначала от радости, а потом уже из-за того, что корзина шкафа начала качаться от её приступов радости. Она то и дело оборачивалась то на Риндо, то на огненную надпись, что пылала на золотистом песке, язычки пламени отражались в карих восхищённых глазах, придавая ей ещё большую заворожённость. Хотя, в этих глазах и без отражающих эффектов горел такой огонь, мерцали такие яркие звёзды, что не один пожар не сравниться. Шар снижался и был уже совсем близко к земле и только сейчас Вада узнала в этой толпе всех своих друзей. Это они ждали всё это время на пляже и устроили ей «пламенное» приветствие в прямом смысле этого слова. Неужели ей это все правда не сниться? Чем ближе они подлетали, тем отчетливее Вада могла разглядеть счастливые лица друзей и брата и еще много мелких деталей, таких как: корзинки, пакеты, коробки. Но больше потрясло её не количество людей, море позитивных эмоций и горящая на песке надпись, что начала понемногу потухать. В какой-то момент её взгляд зацепился за одно до боли знакомое лицо, заставляя оцепенеть от шока и замереть неугомонное сердце. Все тело будто пронзили тысячи игл, пробрал лёгкий озноб, а в голове закружились тысячи картинок из детства с этим человеком. Словно кто-то врубил в мозгу трейлер её воспоминаний с ним. Сано не верит своим глазам, она так давно его не видела, что уже почти забыла как он выглядит. Столько лет от него не было ни слуху ни духу, как он сейчас здесь оказался? Память ее точно не подводит, это он. Сано накрыл новый приступ радости и теплоты, разливающейся в груди сладким сиропом от воспоминаний и она начала задалбывать Риндо, чтобы спуститься быстрее. Тело ломило, словно наркоман все то время, что они не виделись не принимал заветную дозу. Руки дрожали от нереальности происходящего, ей нужно сейчас же убедиться, что это не плод ее воображения. Он действительно здесь, нашел ее, пришел на ее день рождения и стоит сейчас с огромным букетом цветов и тёплой отцовской улыбкой. Он всегда ей улыбался, словно папа своей маленькой непоседе, всегда относился к ней как к принцессе. На глаза наворачиваются слёзы. Она и не знала, как сильно по нему соскучилась, до этого момента. Сейчас весь груз разлуки и нужды в нем будто свалился и придавил ее, стоило лишь один раз на него посмотреть. Хайтани приказал терпеливо ждать, пока они опустятся, ибо если он предпримет попытку ускорить этот процесс, они просто сваляться с высоты десяти метров. Вада чувствовала, как напряглось все тело, нервно кусала губы в предвкушении. Казалось, что ее терпение настолько слабое в тот момент, что она сейчас выпрыгнет из этого шара. Руки чесались, голова гудела. Она не отрывала взгляд от такого родного лица и щемящей душу улыбки, ничего больше не видела. Минуты приземления казались ей мучительно долгими, ногти грызть она все-таки начала. Из груди то и дело приходилось сдерживать крик, так как хотелось взвизгивать и подрыгивать в предвкушении. Прошлая попытка грозила им крушением, так что Вада из последних сил сдерживала свои бешенные порывы. В душе проснулась та маленькая девочка, которой этот человек ее когда-то видел и как обожал ее такую. Один взгляд на него стал мощнейшим триггером в детство и тем эмоциям, что были тогда ей свойственны. Она даже прикрикнула на бедного Риндо за то, что они никак не долетят до земли и что она не может больше ждать. Хайтани лишь посмеивался с такого нетерпеливого рвения и спокойно ждал. Когда до земли оставался жалкий метр, Вада не выдержала, психанула и выпрыгнула из шара под крик и смех Риндо. Приземлились они далековато от друзей, почти на другом конце пляжа, поэтому светловолосой пришлось бежать. Сначала она неверующе медленно шагала навстречу этому человеку, а затем горячие слёзы обожгли нежную кожу щёк, она поняла, что ей не кажется, и бросилась в бег. По песку это не так-то и просто, Сано то и дело спотыкалась, но желание его обнять было непреодолимым. Морской ветерок развивал волосы, превращая их в золотые язычки пламени, дыхание жгло от чистого воздуха и разрывающих на атомы эмоций. Расстояние до него казалось огромным, словно она бежит, но никак не может достигнуть цели. Это казалось замедленной съемкой из красивого фильма, где влюбленные бегут навстречу друг другу под закат солнца на берегу моря и воссоединяются. Вада задыхается, хватает воздух ртом, ускоряется из-за внезапного мощного прилива сил, больше не спотыкается и уверенно мчится в уже раскрытые объятия, по пути смахивая слёзы, что мешали разглядеть этот теплый, прекрасный сон. Ветер словно подгонял её, казалось, вот вот и подхватит и домчит к заветному человеку по воздуху. За спиной ощущались мощные крылья, только подпрыгни и взлетишь. Самое невероятное чувство на свете. Секунда, когда взрываются фейерверки и происходит полнейший переворот в душе. Вада с разбегу прыгает в объятия парня, ухватившись так крепко, словно он ее последняя надежда на жизнь. Он тоже не растерялся и как только в руки к нему попала Вада, не дал ей и секунды почувствовать ногами пол, тут же закружил в воздухе и мелодично посмеивался. Букет упал куда-то к ногам. Кружили ее так долго, что заболела голова, но разве это сравниться с музыкой и взрывами ярких огней в ее душе? Как только Сано подбежала, друзья тут же взорвали хлопушки и тысячи разноцветных конфетти заискрили вокруг нее. Парень такой огромный, подобно скале, от него всё-так же пахнет сладкими конфетами и свежеиспеченным ванильным печеньем. Вот он, настоящий запах, который олицетворяет ее детство. В крепких мужских руках, что так уверено зафиксировали ее в объятиях и держат над землей, словно пушинку так тепло и уютно. Словно она вновь та маленькая девочка, которую любят, с которой умиляются и грозно защищают от всего на свете. Она вновь та принцесса, чью любую прихоть исполняли, которую развлекали и укрывали в тёплом защитном коконе. Сано забралась на него словно обезьяна с руками и ногами, пытаясь прижаться как можно ближе, обвивая ноги вокруг его талии. Он точно не иллюзия или галлюцинация, он здесь и обнимает ее так бережно, но в то же время крепко, словно самое ценное сокровище. — Не вериться, что я наконец-то тебя вижу. — слёзно шепчет Вада ему в шею дрожащим голосом. Пальцами цепляется за его кофту так, что белеют, будто боится, что он сейчас растворится. — Ты здесь… — Я здесь, боец. Здесь… — так же шепчет парень куда-то в шею, зарываясь лицом в ее волосы, крепче сжимает хрупкое тельце в объятиях и шумно вдыхает запах розы и сирени. Чувствует, как она дрожит в его руках и пытается вжать в себя сильнее, дабы согреть это маленькое создание. Только трясет ее вовсе не от холода, а от жалобного плача толи от счастья, толи от грусти. — Ужасно по тебе скучал, кнопка. — Я тоже. Не представляешь, как сильно… Такеоми Акаши… При встрече он всегда угощал Ваду конфетами, смелся и в шутку боролся, рассказывая о новых приемах и каждый раз хвалил ее боевые достижения. Парень хороший, уж лучше Имауши, который вечно ее дразнил и смотрел как на надоедливую букашку. За свои подколы, иногда даже обидные, не раз сцеплялся с Такеоми, который за нее заступался. Парень катал ее на плечах, да и вообще любил с ней побесится. Вада часто бывала на собраниях Черных Драконов, сидела на пьедестале рядом с братом либо у него на коленках, либо у Такеоми. Какой же важной она себя тогда ощущала и гордилась этим. Все Черные Драконы ее в лицо знали и относились хорошо не только из уважения к ее брату и их лидеру, а и просто потому, что Вада в детстве была милашкой и очень активной любознательной девочкой. Даже взрослым парням было интересно с ней общаться и умиляться с ее строгого выражения лица. Сюсюканья Вада принимала только от Такеоми, от остальных же требовала серьезности к своей персоне. Бывало, что Акаши даже пару раз провожал ее после школы, когда другие были заняты и всегда оставался с ней дома до прихода Шиничиро. Вада любила слушать истории Такеоми о приключениях и драках Черных Драконов и о том, как он заработал свой страшный шрам, попутно помогая ей с выполнением домашнего задания и хлопот по дому. На вид парень всегда был грозным, отчужденным и опасным, но только не с ней. Даже как-то пошутил, что украдет ее у Шиничиро и заберет себе. Сюсюкался с ней конкретно, рядом с ней таял и казался теплым и заботливым старшим братишкой. Видно было по его искренним эмоциям — любит он «Свою кнопочку», так он ее всегда называл. Надо было видеть, как верещала Вада и он ее вопль подхватывал, когда им удавалось встретиться. Сано с такой скоростью бежала в его объятия, будто за ней смерть гонится. А Акаши всегда подыгрывал, начиная визжать в ответ как девица и подпрыгивать от радости, ловил ее и кружил на руках, тут же усаживая на плечо. Вада была очень маленькой и хрупкой и парень постоянно носил ее на плече, как попугая. Это место она застолбила и в такие моменты даже не обращала внимания на родного брата, восхищаясь и бурно общаясь с Такеоми. Вообщем, Вада его обожала, это, пожалуй, была ее любимая нянька после Шина. — Я тоже здесь. — усмехается кто-то за спиной Акаши и Сано распахивает влажные глаза. Сознание заполняет новый шок. Перед ней стоял высокий мускулистый мужчина, огромный, таких Вада называет «шкафообразные». У него платиновые светлые волосы, стрижка ёжик, переходящая в голландскую бороду, и золотой пирсинг в обоих ушах. У него решительные и широко открытые глаза, выделяющийся нос, смуглая кожа и гримаса, которая часто трансформируется в скрежет зубов, когда он недоволен. Парень в футболке и кожаной куртке, поэтому Сано видит на открытой части груди знакомые с детства татуировки. Она узнает в нем Кейзо Араши, еще одного приятеля Шиничиро и основателя первого поколения Черных Драконов. Он всегда был чем-то средним между Такеоми и Вакасы по отношению к ней. Мог и тепло улыбнуться, взъерошив волосы при встрече, а мог и грозно поругать, когда Вада мешала проводить собрание или слишком громко бесилась с Такеоми. Такой, строгий папаша, но внутри тот еще здоровый добряк. Прямо как в сказках, огромный и устрашающий, лицо всегда было грозным и пугающим, а внутри он большая и теплая зефирка, которая любит детей и умиляется кошечкам. Он всегда был похож на отца этой стаи. Если Шиничиро просто добрый и неуклюжий, Такеоми шумный и пришибленный, Вакаса вечно недовольный, то Кейзо был золотой серединой и часто давал наставления и не только Сано. Он был старше остальных и оттого даже Шиничиро ощущал его авторитет. Все они были страшными и грозными дядьками на улице, а вот с ней были лапочками. Многие бы позавидовали такой привилегии. — Слезь, дай на тебя посмотреть. — смеется Такеоми, опуская Ваду на землю и удерживая за плечи разглядывает сверху вниз. — Нихера себе вымахала кнопка. Что, на плече уже не покатаешь? Вада смеется, ударяя парня по плечу и стирая слёзы с щек идет ластиться к Бенкею. Осторожно его обнимает, получая в ответ такую же нежность и заботливое похлопывание по спине. Это тебе не безбашенный Такеоми, а трепетный и иногда строгий отец, который и заботливо спать уложит и даст нагоняй за двойку. Друзья позвали на ее совершеннолетие этих дедов, чтобы лишний раз пошутить, что старость не за горами? В любом случае она несказанно рада их видеть спустя столь долгое время. Они вообще не изменились, словно она прыгнула в детство в один из беззаботных деньков в компании этих стариков. — Все равно мелкая, вроде выросла, а по-прежнему кнопка. — улыбается Такеоми, вытаскивая ее из объятий друга и вновь обнимает сам со спины. — Кейзо, знаешь, когда я тебя в первый раз увидела, ты был похож на отца. — улыбается Вада, игнорируя Акаши. — А сейчас похож на деда. Это четыре года так долго летят или тебя жизнь настолько сильно потрепала? — громкий ржач Такеоми бьет по перепонкам и оглушает, а Кейзо лишь усмехается. — А ты че ржешь? Тебе сколько, двадцать семь уже? Ты уже на пенсии или пока держишься? — Вообще-то, мне двадцать пять, а ты как была мелкой язвой так и осталась. — вроде и обиженно звучит, а вроде и смеется. Ну кто его поймет, придурка такого. Но Сано никогда не была так рада тому, что такой придурок рядом с ней. — Кажется, с возрастом характер только хуже стал. — улыбается Бенкей. — Ну что, дед, на тебя по прежнему девушки вешаются пачками или возраст уже не позволяет? — продолжает подкалывать свою любимую няньку Вада, переполненная эмоциями, которые до сих пор устраивают американские горки в душе. — Тише, кнопка, а то можно подумать, что ты на их место метишь и этот вопрос ревностью вызван. — снова смеется Акаши, треплет Сано по голове, спутывая волосы, а та и не сопротивляется, заливаясь звонким смехом. — Конечно, подтирать сопли и менять трусы ты будешь только моим детям. Я тебя завербовала на роль няньки еще очень давно. Ты, кстати, не остепенился там еще? Вдруг я уже крестная? — Никого, кто бы затмил тебя так и не нашел. — продолжает смеяться Акаши, крепче сжимая ее в объятиях и кряхтя раскачивает ее из стороны в сторону, как обычно намереваются задушить ребенка в порыве нежности и сраженные милотой. — А я думал, что крестным твоих детей стану я. — где-то в сторонке с улыбкой произносит Риндо и получает втык от Майки. — Вообще-то я. — Ты итак автоматически дядей будешь, не многовато ли привилегий? — взвинчивается Риндо. — Лучше няньки, чем я ей все равно не найти. Очевидно, что крестным буду я. — усмехается Мицуя. — С какого перепугу? — Да пожалуйста, я все равно дядей буду, так что оставляю эту должность вам. — ржет Риндо и подмигивает светловолосой, которая только с улыбкой закатывает глаза. — Ну что, кнопка, сойдем мы за подарок? — строит миловидное выражение лица Такеоми, вызывая еще больший смех. — Ну-ка. Парень резко отпускает ее и намеревается нанести удар кулаком в лицо. Любой на месте Вады не успел бы среагировать и давно бы получил по морде, только вот прием резко оказываться вне поля зрения противника она все-таки разучивала у Акаши. Быстро развернувшись, Сано блокировала удар, вызывая довольное восхищение в глазах старого друга и подпрыгнув, с разворота влупила ему ногой по шее. Тот свалился на песок, растирая ушибленное место и радостно улыбался. Вот и детская традиция — махаться с этим придурком при каждой встрече, проверяя, как она осваивает боевые способности. Такеоми быстро подпрыгивает, первый кулак летит в ее сторону, Вада блокирует. Второй спешит на помощь, но тоже прилетает по предплечью, которое было выставлено для блокировки. Парень не теряется и хватает ее за руки, куда прилетели его удары, резво переворачивается вместе с ней, перекидывая девушку через спину. Вада падает на песок, Такеоми все еще держит ее за руки. — Только не говори, что слухи о тебе это пиздеж, я буду разочарован. — смотрит на нее сверху и улыбается Акаши. Вада хмыкает, подгибает колени ударяет парню ногами в грудь, хватка ослабевает, она быстро подскакивает на ноги, оказываясь за его спиной и пинает под зад. Все присутствующие ржут, да и она тоже. Вот это адреналин, с ним всегда так было. Ей вдруг кажется, что она снова та маленькая девочка, которая только учиться драться и Акаши устраивает ей очередную проверку. Сильно не бьет, ведь это все-таки шуточный бой. Довольная улыбка чеширского кота расползается по лицу друга и он успешно блокирует ее очередной удар. Хватает за руку, заламывает за спину, а второй захватывает шею. Не для того, чтобы задушить, а чтобы снова обнять. — Признаю, ты не безнадежна. — усмехается Такеоми. — Я не хотела тебя покалечить. У тебя ж наверное с суставами, итак, беда, а мне не нужен труп. Ты живой в качестве подарка меня вполне устраиваешь. — Ты все такая же заноза в заднице. — А ты все такой же пришибленный придурок. — оба смеются, Ваду выпускают из захвата и она снова обнимает друга, который хлопает ее по спине. Словами не описать, как она скучала. — Вы так давно не появлялись, что вас сюда внезапно привело? — Вернее, кто. — усмехается Бенкей, глядя на Манджиро. Вада вскидывает брови в немом вопросе и смотрит на брата. — Я подумал, ты захочешь их увидеть. Пришлось попотеть, но найти удалось. Отправил им приглашение на твой день рождения, уж извини. Хотел сюрприз сделать. — улыбается Сано, а Вада растроганно поджимает губы. Брат с сюрпризом угадал, не поспоришь. Никто из друзей не спешил ее поздравлять, все стояли в стороне и не лезли, давая возможность светловолосой переварить эмоции от внезапной приятной встречи и вдоволь наобщаться со старыми друзьями. Они все понимают, для Вады эти люди и эта встреча важна, им есть что вспомнить, о чем поговорить. Впереди у них полдня и целая ночь, ведь никто не намерен так быстро заканчивать праздник. — Смотрю, вся стая в сборе. — хохотнула Вада, оглядывая толпу друзей. Все пришли ради нее и это не может не тронуть душу. Пришли даже Луна с Маной, которые поджимают губы и топчутся на месте. Они явно хотят налететь на нее с криками и объятиями, но по лицам видно, что Мицуя пока приказал оставаться на позициях. — Первое поколение Черных Драконов снова в сборе. Ностальгия так и прет. — усмехается Такеоми, а Вада вдруг застывает. Если эти двое здесь, то где ещё один? Появление Такеоми и Бенкея дали слабую надежду на то, что объявится еще один главный участник ее детства, но среди собравшихся она его не наблюдает. — А Вакаса? Он разве не с вами? — обращается к Такеоми Вада. Тот хмурит брови, качая головой. — Мы его не видели с того момента, как наше поколение разошлось. — То есть, хочешь сказать, вы не общались с того времени? — недоумевает Вада. После того, как брат ушел из Черных Драконов, она видела только Вакасу. Тот был с Шиничиро даже после ухода из группировки, а вот Такеоми с Бенкеем она больше не виделась. Сано думала, что парни держали связь все это время, такая дружба все-таки не заканчивается, они через столько прошли вместе. Потом и Имауши куда-то провалился. — Я и с Кейзо то только сегодня наконец встретился. — пожимает плечами Акаши. — После ухода мы с ним общались какое-то время, потом разошлись. С Вакой вообще не виделись с того времени, он, вроде как, так и остался с Шином. Я думал он будет с тобой после… — Его не было даже на похоронах. — мрачно выдает Вада и с надеждой смотрит на Майки. — Я отправлял ему приглашение, но ответа не получил. Оказывается, по старому адресу он больше не живет, а как его еще найти я без понятия. — отвечает Манджиро и наблюдает, как грустнеет сестра. Вакаса хоть и та еще заноза в заднице, с мрачным лицом и вечно чем-то недоволен, но он тоже дорог ей. Все детство он был рядом, хоть и общались они не то, чтобы сильно по дружески. Чаще всего спорили и подкалывали друг друга, бывало Вака ее даже обижал. Но все же он такая же важная часть ее детства, по своему близкий человек и главное — он самый лучший друг ее брата и ни разу его не подвел. Что же с ним случилось после смерти Шиничиро? Брат был единственным, кого вообще принимал Имауши, кого слушал и кем дорожил. Кроме него Вакасе на всех было насрать и Вада точно знает, что смерть брата ударила по нему почти так же сильно, как и по ней. Какое-то время она даже волновалась за парня и хотела найти его. Нуждалась в его поддержке и взрослом совете, в простой помощи и твердом плече рядом, когда сама будучи еще ребенком осталась одна с двумя детьми на руках. А он просто исчез из их жизни, обрезал все провода связи и пропал. Это навевает грусть и тоску. Все же, она им дорожила, хоть и в своеобразной манере, но он тоже был практически частью семьи. Не один день не обходился без него. Что же с ним стало? Живой он хоть вообще? — Да и хрен с ним, без него даже лучше. У нас тут праздник, а он бы опять навевал тоску своей недовольной рожей. — фыркает Акаши, приободряющие похлопывая девушку по плечу. — Так, харош киснуть! — бодро прикрикивает парень, Вада даже вздрагивает. — Тебе ещё подарки и поздравления принимать. А ну-ка детишки, быстро целуйте именинницу в щечки! Такеоми наконец выпускает девушку из объятий и его приказ стал спусковым сигналом. Все друзья ринулись к ней, осыпая поздравлениями со всех сторон. Первыми ее оккупировали Луна с Маной, вешаясь на шею с двух сторон, радостные улыбки и теплые искренние детские поздравления. Дарят ей по красочной открытке, с яркими рисунками и приятными словами и снова спорят, чья красивее и какая больше понравится Сано. Разнимать детей на помощь пришел Мицуя, заодно вручая свой подарок. Он сам сшил ей мотоциклетный костюм черного цвета, выполненный частично из кожи. На вид эффектно и удобно. Сколько объятий и подарков от каждого она получила уже и сбилась со счета. Подарков было много и поздравлений тоже на разный вкус и цвет, начиная от робкого Хаккая, заканчивая громкоголосым и острым на язык Кавата. Друзья даже Шарики притащили гелевые, на которые сразу переключились дети. Тут уже не до грусти и страхов. Оказывается, Майки подал друзьям идею и на этом пляже они решили устроить праздник не просто так. Брат решил повторить пикник с шашлыками из детства, тот самый, который запомнился конфузом с мангалом. Поэтому инвентаря привезли прилично и мясом на этот раз затарились по полной. Вспоминая этот случай, все еще раз прохохотались. Музыка из колонки, свежий воздух и море — самая лучшая атмосфера. Пока парни разбирались с мясом, Вада с Юзухой и младшими Мицуя занимались остальной едой. Расстелили пару огромных покрывал на песок, чтобы место хватило всем. Накидали подушек, кто-то притащил пару кресел-мешков. Притащили пару брёвен, разложили закуски и сладости на покрывала. Время потихоньку приближалось к вечеру и становилось холоднее. Для этого друзья додумались взять побольше пледов, чтобы закутаться лавашом. Парни болтали с банками пива, Риндо знакомился с Такеоми и Бенкеем. Как оказалось, Риндо знал про Шиничиро и это легендарное первое поколение и даже когда-то фанател от него, когда еще не набрал опыта в делах хулиганских. Ему было до жути интересно лично встретиться и пообщаться с этими живыми легендами. Пару раз от него звучала фраза: «Ну и повезло же Ваде с таким окружением». Это правда. Знакомых у нее очень много, самых разных и почти со всеми она в хороших отношениях. Да и с детства быть охраняемой такими легендарными ребятами тоже привилегия. Время утекало незаметно, огромная тарелка все больше и больше наполнялась шампурами с ароматным мясом, запах витал по всему пляжу, аж слюни текли. Тупые шутки Нахои и громкий смех прибавляли настроения и Вада чувствовала себя спокойно и умиротворенно впервые за долгое время. Ей было в удовольствие общаться с маленькими девочками, алкоголь приятно согревал и очищал голову, помогая расслабиться. Друзья веселились, Нахоя даже выпросил у Такеоми сигарету попробовать, когда тот в очередной раз закурил. Придурок Нахоя даже решил проверить воду на температуру, о чем сразу пожалел и все оставшееся время сидел закутавшись в плед возле мангала. Пэян с Хаккаем и Чифую решили попрыгать на спор через мангал. Риндо решил проверить боевые навыки Такеоми и остался недовольным, долго отряхиваясь от песка. Нахоя решил потягаться с Бенкеем в армрестлинге и продул, а за ним продул и Риндо, и Пэян. Соя стоял спокойно в стороне, называя их придурками. Такеоми много общался и смеялся с Кейзо, они все же давно не виделись. Старым друзьям много чего было обсудить и наблюдая за их теплым общением, словно два брата долго не могли встретиться, Вада была счастлива, что ее день рождения стало поводом для их сбора. Юзуха с Сано подпевали голосам из колонки и даже потанцевали под популярные песни. Опробовали новенький, недавно вышедший плеер с наушниками, которые были подарены семьей Шиба. Сестры Мицуя играли в бадминтон с Чифую и Хаккаем, звонкий детский смех был слышен на всю округу. Вада почти и думать забыла о Ране, хотя ни раз подумала, глядя на радостных друзей, что его ужасно здесь не хватает. С ним этот день рождения был бы идеален, а так чего-то все же не достает. Его. Сано решила никому не говорить о том, что просила помощи у Рюсея. Пусть это будет ее тайной, главное, чтобы помогло. Когда время близилось к закату, все мясо было пожарено и все огромной кучкой устроились на пледах за разговорами и пивом, наслаждаясь сочным мясом. Все нахваливали Мицую, так как мариновал он и были довольны собой. Вада разместилась на кресле-мешке, накрытая пледом и удобно устроила голову на плече брата, который в свою очередь обнял сестру, согревая получше любого одеяла. На ее колене уже начинала засыпать Мана, вдоволь набегавшись по пляжу с сестрой и Хаккаем с Нахоей и наевшись сладостей. Мяса так и не дождалась. Луна лежала на руках у брата, головой облокачиваясь на его грудь и уже спала. Тон решили понизить, дабы не мешать детям. Все были немного подуставшие от насыщенного дня и переполненные положительными эмоциями. Особенно Вада. Но эта усталость была приятной, в отличие от последних двух месяцев. Она чувствовала себя жутко счастливой и окрыленной в кругу всех этих людей, что старались весь день ради нее и не могла перестать улыбаться. Мышцы лица уже побаливали от такого количества радости. Закат радовал красивыми оттенками розового и оранжевого на голубом небе, зрелище волшебное, за таким никогда не надоест наблюдать. Шум воды смешивался с потрескиванием дерева в мангале, который переставили поближе, убаюкивая и даря ощущение уюта. Прохладный морской ветерок морозил нос, но освежал и позволял дышать полной грудью, наслаждаясь этой атмосферой. А тихие разговоры, интересные рассказы и искренний смех друзей радовал слух и душу. Вада в тысячный раз благодарила небеса за такой подарок, эти люди поистине самые лучшие в мире. Хоть на денек, но вырвали ее из ямы усталости, проблем, страха и отчаяния и подарили незабываемые эмоции, согрели душу. С такими друзьями и братом она точно не пропадет. Что еще в жизни для счастья нужно? — Да-а, я помню, как все ахренели, когда Шин решил распустить Черных Драконов. Эта новость была шоком для всех, до сих пор помню, как было грустно. — с улыбкой вспоминает Акаши, когда разговор плавно перетек к его прошлому в группировке. Риндо было интересно, почему такая сильная и легендарная банда вдруг развалилась. — Да ты рыдал на убой, как баба. Я думала твое нытье услышат на другом конце Японии. — смеется Сано, поглаживая засыпающую под убаюкивающие тихие голоса Ману на своей коленке. Аккуратно укутывает ее покрывалом получше. — Ты там была в тот момент? — удивляется Хайтани. — Я ни одного их собрания не пропускала. — гордо улыбается Вада, поудобнее устраивая голову на плече у брата. — Угадай, кому приходилось с ней нянчиться? — задорно смотрит на нее Такеоми, на что девушка морщит нос и корчит ему рожицу. А шрам на его лице все такой же родной, парень почти не изменился. — Тогда даже Вака ревел, вот это было действительно неожиданно. Эта зараза и улыбался то раз в год, не то чтобы ныть. Да все всплакнули, мы ж столько вместо прошли. До сих помню, как Шин в слезах верещал: «Я горжусь тем, что свои лучшие годы юности отрывался вместе с вами!» — пародирует писклявый голос Акаши и грустно посмеивается, опуская взгляд. — Это было лучшее время в моей жизни, я долго отходил и искал новое призвание. Но Черные Драконы так и живут внутри каждого, как что-то важное и родное. — Это точно. До сих пор не понимаю, почему Шин так сделал. Может очередная баба отшила? — улыбается Бенкей. — Но шумихи он тогда навел хорошей. Было грустно прощаться с ребятами, сколько драк вместе прошли. Каждую в подробностях помню. — Ды ты тоже ревел. — усмехается Такеоми, ударяя друга по плечу. — Ну хорошо, а как так вышло, что ты вдруг банду решила сколотить? — обращается к Ваде парень. — Спонтанно. Сколотил ее Баджи, а мы просто приняли командование на себя. — улыбается Вада, вспоминая то детское время и сжимая руку брата. — Тогда казалось, что это круто. Что мы можем многое и станем легендами и будем защищать близких. В принципе, Тосва такой и стала. — Признаться, я ахренел, когда слухи до меня дошли. Как ты вообще лидером стала, ты же… — Девушка? — стреляет недовольными искрами в него Сано. — Мелкая. — снова усмехается Такеоми. — А потом по очереди новости о смерти Баджи, потом Эммы. У вас ребятки не жизнь, а пособие по выживанию прям. Еще эта битва с Поднебесьем. Почему нас на помощь не позвала? — Потому что кто-то исчез с радаров. Ни звонил, не навещал. Тебя даже на похоронах Шиничиро не было. — Да, тут некрасиво получилось. Я долго не мог отойти от этой новости и решиться. Потом пришел к выводу, что хочу запомнить Шина таким, каким он был при жизни, а не тем, что от него осталось. Порой не все способны смириться с такими обстоятельствами. — виновато оправдывается Такеоми, опуская глаза под ноги и мрачнеет. Наступает тишина, никто не знал, что сказать. Вада даже не хочет спрашивать о том, почему он не навестил ее хотя бы после, чтобы поддержать. У них была своя жизнь, а ее проблемы это только ее беда. — Вы знали про Изану? Вам брат ничего про него не рассказывал? — вдруг вспоминает Вада. — Вроде Шин часто проводил время с каким-то пацаном, но в подробности никого не посвящал. Вакаса знает, он всегда с ними таскался. — отвечает Бенкей. — Что у тебя с Хайтани? — оживляется Такеоми, поддаваясь вперед, показывая, что ему эта история интересна. — Слышал, они были в Поднебесье и тебя у себя закрыли на две недели. Как ты их не убила? — Ну, с Риндо я подружилась быстро. А с Раном было непросто. Он упрямый, непрошибаемый и просто лютый придурок. Раздражал меня до трясучки, думала задушу его. — грустно улыбается Вада. — Да от них искры до самого Китая летели, я думал у нас все лампочки от напряжения полопаются. Ну или кто-то в итоге не выдержит и прибьет другого. Я ставил на Ваду. Помню он запустил в нее вазой. Вы бы видели ее шары. Да и брат похоже в тот момент сам от себя ахренел. — усмехается Риндо. — Это ж как надо было человека выбесить. — смеется Нахоя. — И как же ты в итоге приструнила это «чудище непрошибаемое»? — выгибает бровь Акаши, хитро улыбаясь. — Я просто умею убеждать. — в карих хитрых глазах искрят смешинки и Вада делает глоток из банки пива, не сводя глаз с друга. Тот усмехается. — Она просто дала ему по роже и каждый день выносила мозг. — смеется Риндо, а за ним и все остальные. — Ну это больше похоже на Ваду. — улыбается Дракен. — Честно, она когда появилась, я забыл о том, кто реально хозяин нашей квартиры. С ходу начала качать права и наводить свои порядки. Нам с братом оставалось только рот от шока открывать и затыкаться. — ржет Риндо. — Да там вообще много интересного было. Не пленница, а одно сплошное приключение. — Ну, я так понимаю, все закончилось хэппи эндом? — улыбается Акаши, а Вада чувствует, как сжимается сердце. — Если это можно так назвать. — хмуро отвечает Сано. Можно считать за хэппи энд смерть брата, сестры, ее кому и пропажу Рана? Вряд ли. — Многое произошло за тот период. Хорошего мало, но все же из дерьма выбрались. Главное, что Вада пережила самое плохое. — произносит Майки, теснее прижимая к себе сестру. Он как вспомнит те жуткие дни, когда Вада боролась за жизнь и умирала на его глазах, так холод по позвоночнику бежит. Кошмары ему до сих пор снятся. — А что ты пережила? — внимательно смотрит на Сано Такеоми, напрягаясь с каждой секундой ее молчания и мрачного лица. Переживает. — Давайте не будем о плохом, у нас сегодня праздник. Что было, уже позади и обошлось слава яйцам. — спасает ситуацию Риндо, который заметил, что Вада не очень хочет поднимать эту тему. Постепенно разговоры вновь перетекли с грустных тем на рассказы их жизни и смех. Закат уходил, постепенно начинало темнеть и в какой-то момент Вада решила ненадолго остаться одной. Друзья веселятся, а ей нужно немножко уйти в себя. Она перекладывает Ману с колен на рядом сидящую Юзуху и уходит к воде. Садится рядом с мокрым песком, куда достают спокойные гладкие волны и смотрит на почти скрывшееся за горизонтом солнце. Думает о разном: о старшем брате, о Вакасе, о Ране и обо всех последних месяцах. В ее жизни столько всего случилось, что кажется, будто это другая реальность. Вада только начинает к ней привыкать и адаптироваться. Многие проблемы еще требуют решения. Ей снова страшно за Рана. Она много раз за этот день подумала о том, чтобы попросить помощи у Такеоми. У него много связей в преступном мире, может он мог бы найти Рана. Но смолчала, решив, что Рюсей с этим справиться лучше. Черт знает почему, но его уверенность была заразительной и Сано верит, что у него получится. Скольких она уже потеряла, человек вообще способен выдержать все, что выпало на ее долю? Вада думает, что способен, раз ей удалось. Временами кажется, что только у нее всегда беды, будто она с рождения проклята. Сначала родная мать бросила, словно ненужную вещь, а затем смерть родителей и далее по списку. Ей кажется, что ни у кого так не бывает и она одна страдает сразу за всех. Ее будто нарочно проверяют на прочность, бросая все новые испытания посложнее. И она не ломается. Откуда только у нее столько сил? Любуясь горизонтом, под успокаивающий шум воды Вада витает в мыслях, не замечая ничего вокруг. Слегка вздрагивает, когда на ее плечи ложиться плед. Она его оставила, когда уходила и только сейчас заметила, что действительно замерзла. Такеоми садиться рядом с ней, подгибая одно колено, приобнимает, давит, заставляя лечь на него и Вада удобно устраивает голову на бедре парня, пока тот гладит ее по волосам. Так спокойно, так тепло. Ей так этого не хватало. Ей так сейчас нужен наставник. Кто-то старше и мудрее. Кто-то родной, кто ее знает, кому можно доверять и кто непременно ей поможет, выслушает и поддержит. Нужен кто-то, кто укажет ей путь и подставит крепкое плечо. Посмотрит на ситуацию взрослыми, наученными жизнью глазами. Сано хочется захныкать ему в плечо, как родному отцу и поведать как ей плохо, чтобы погладил по голове и пожалел. Чтобы дал хороший совет и щелкнул по носу, приободряя и заверяя, что все будет хорошо, что белая полоса обязательно наступит. Что он будет рядом и будет спасать ее любящую приключения жопу и прикрывать спину. Нужен такой, как Такеоми, кто стал ей родным и может дать хороший совет. Наставник, нянька, отец, старший брат. Ей так хочется, чтобы впервые она не чувствовала себя старшей и ответственной за все, чтобы рядом был кто-то сильнее. — Я много раз хотел тебя навестить, ведь знал, как тебе плохо. Знал, что ты опять возложишь на себя слишком много, никому не скажешь, что тебе тяжело и не попросишь помощи. Я занимался своей жизнью, пытался реализоваться и состояться. Даже хотел забрать вас к себе, чтобы хоть кто-то был вам опорой. Все думал об этом, пытался заработать денег, чтобы обеспечить вам хорошее будущее. Меня успокаивало только, что я был уверен — рядом с тобой Вакаса и он не оставит маленьких детей в такой ситуации. А оказывается, он свалил и вы остались одни. Я слишком много ждал и работал, что стало поздно. Ты сама со всем справилась и сама всего добилась. Я тобой горжусь. Смерть Шиничиро сильно меня подкосила. Я потерял год, упиваясь горем, не просыхая от алкоголя. Да и сейчас до сих пор так и не смирился. Во многом чувствую вину. В том, что перестали общаться после расхода банды, в том, что не был на похоронах и бросил тебя. Меня слишком заботила собственная боль и проблемы. Прости, что не пришел раньше, когда был так нужен. — проговорил Такеоми, задумчиво наблюдая за уходящим солнцем, что освещало оранжевым цветом их лица и отражалось в глазах. — Я никогда тебя не винила. Да и не до этого мне было как-то. — грустно улыбается Вада. Она и не заметила, как от монолога друга слезы намочили щеки. — Но я очень рада, что сейчас ты рядом. Ты не представляешь, как мне нужен. — Ты чуть не умерла, пока я отсиживался в стороне. — все-таки рассказали… — Ты столько людей потеряла, через столько прошла. Я бы не выдержал. — Я наверно просто железная. — смеется Вада. — Я так устала жить с чувством боли за тех, кого уже не вернуть и страха, что я не смогу защитить тех, кто мне дорог. Жду подвоха из каждого угла, вздрагиваю при каждом шорохе. Я слишком много потеряла и боюсь не уберечь то, что у меня осталось. — Почему ты думаешь, что это твоя обязанность? Они все уже далеко не дети и сами могут себя защитить. Да и они с таким же рвением готовы оберегать тебя, только ты им не позволяешь. — Иначе я не могу. Я виновата перед всеми, кого не уберегла. Я могла этому помешать, я видела, как они умирают на моих глазах и ничего не могла сделать. Это так больно, Оми, так страшно. Когда тебя разрывает изнутри и ты хочешь уйти вслед за ними, но понимаешь, что нужна другим. Когда до зуда в руках хочешь их обнять, а не можешь. Когда понимаешь, что больше никогда их не увидишь, а в твоих силах было это предотвратить. Это сжирает каждый день. — жалобно шепчет Вада, ее начинает потряхивать. — Я не могу по другому. Если я снова не уберегу, то больше не поднимусь. — А что есть кто-то, кому угрожает опасность? — Я живу с этим страхом всю жизнь. Все уходят, Акаши. Я уже даже не знаю к чему мы движемся. Все близкие уходят и я не знаю, смогу ли справиться в следующий раз. У меня закончились силы. Кажется, что у меня одной вечные беды, которые никому не доводилось проживать и порой это злит. — Ни у кого никогда не бывает все хорошо, Вада. Жизнь посылает нам испытания, чтобы воспитать. Чтобы мы учились на ошибках и закалялись для новых сражений. Конец — это только начало пути и когда кажется, что выхода нет — оглянись и увидишь новые горизонты. Если боишься, бойся, но все равно пробуй и тогда ты никогда не проиграешь. Ты хороший человек, Вада, удивительный. И поэтому ты никогда не будешь одна. Ты своей любовью и доброй светлой натурой притягиваешь к себе людей, посмотри сколько их, готовых ради тебя на все. — кивает он в сторону радостных друзей. — Ты никогда не будешь одинока. Просто оставайся собой и все будет идти своим чередом, так, как надо и счастье придет. Оно всегда приходит к тем, кто за него борется. Борись пока есть силы, сражайся до конца и тогда даже в случае проигрыша это будет блестящей победой и ты не будешь жалеть ни о чем. В этом и есть вся суть жизни. Это вечная борьба без побед. Это лишь счастливые моменты, в перерывах между новыми испытаниями и ради этих моментов люди живут. — А ты умеешь красиво говорить. — улыбается Вада. Эти слова глубоко засели в ее сердце, как что-то поучительное и лечебное. Ей хочется в них верить. Парень достает что-то из кармана и вручает ей в руку. Вада рассматривает веревочку, на которой висит клык. Такеоми показывал ей его в детстве, рассказывая истории о том, как его папа привез этот сувенир из-за границы. Это львиный клык, который был добыт когда-то кем-то в схватке с царем зверей. Акаши говорил, что это его талисман, который придает ему сил и смелости в бою своей историей. Он до сих пор его с собой носит. Вада поднимает голову на парня, недоумевая, зачем ей такая важная для него вещь, а он лишь тепло улыбается, аккуратно смахивая пальцами золотые пряди с ее лица. — Когда не сможешь справиться он напомнит тебе, что я всегда приду на помощь. Где бы ты не была, ты всегда можешь на меня рассчитывать. Просто позвони и я примчусь. Хочу, чтобы он придавал тебе сил сражаться дальше, как и мне. Я передаю эту силу тебе. Я тебе обещаю, что больше я тебя одну не брошу. Мы ж братаны с тобой навечно, правда, боец? — весело улыбается Такеоми и выставляет свой огромный кулак перед ее лицом, пока Вада снова утопает в слезах. «Боец»… Так всегда называл ее Шиничиро. Как что-то теплое и родное отдается в сердце, греет, разливаясь по телу. Она грустно улыбается, стирая соленую влагу с лица и ударяет по кулаку своим. Так легко рядом с ним на душе, так спокойно. Ее словно закрыли мощным щитом от всех тех бед и теплым пламенем согревают от отчаянных морозов. Настоящий папа, которого ей в жизни было так мало, который не успел выполнить свой отцовский долг, но точно очень сильно любил. Временами ей так не хватает папы, для которого она была маленькой принцессой, который был строгим, но рядом с ней таял и только ей показывал все тепло и нежность, что скрыта внутри. Который учил бы ее кататься на велосипеде, отвозил по утрам в школу, водил в поход и давал по башке всем, кто ее обижает. Может поэтому Вада всегда хочет казаться сильной, берет все на себя и не принимает помощи? Потому что папы не стало слишком рано и она не успела познать, какова на вкус отцовская любовь. Может поэтому больше любит общаться с парнями и не похожа на типичных девочек? Поэтому любит драки, по жизни лидер и характер непреклонный? Тут уже и не разберешься. Как бы сложилась жизнь и какой бы она стала, не попади родители в ту злополучную аварию? Об этом она может только мечтать. — Ты мне как старший брат, Такеоми. Твое присутствие, советы и поддержка мне очень дороги. Спасибо. — Я очень рад, что хоть тебе могу быть полезен. Старший брат из меня хреновый. — усмехается парень. — Тебе рассказали про Санзу? — Даже фамилию другую взял. Я так давно его не видел. Это я его упустил и виноват в том, что он стал таким. Предал своих ради выгоды, но все равно проиграл. Его выходки — это только моя вина. Если бы можно было вернуться в прошлое, я бы многое сделал по другому. — Будь такая возможность, многое бы было по другому. Мы все иногда мечтаем об этом. Как думаешь, Шиничиро был бы доволен, увидев какой я стала? Правильно ли я поступаю? — Я думаю, он бы ахуел. — смеется Такеоми и Вада тоже заражается. — Но я знаю, что он прямо сейчас тобой гордиться. Он всегда тобой гордился и всегда в тебя верил. Ты бы видела, как он улыбался, каждый раз вспоминая о тебе в разговоре. Это была улыбка отца, который до одури любит и гордиться своей малышкой. Он всегда говорил, что ты особенная и тебя ждет великое будущее. Шин больше всех возлагал на тебя большие надежды и среди младших выделял тебя. Каждый раз с такой победной довольной рожей хвастался нам твоими достижениями и каждый день рвался домой, чтобы послушать, как ты его отчитываешь забавно. Шиничиро очень любил тебя, кнопка, даже больше, чем остальных. — Вада грустно улыбается, чувствуя как по щекам вновь стекают слезы. Сердце сжимается, отдавая жуткой болью и она никак не может ее усмирить. Глупый мешок с мышцами! — Я не защитила сестру и простила ее убийцу. Живу с ним под одной крышей и приняла, как родного брата. Думаешь, Шин бы простил меня? Принял бы мой выбор? Я не жалею об этом, но временами чувствую вину. — кусает губы до крови Сано, вновь вспоминая те страшные дни и чувство вины перед братом и сестрой давят на грудь, мешая ровно дышать. — Шин этим и притягивал людей. Добротой и милосердием. Он умел прощать и считал это оружием, а не слабостью. Я не думаю, что он бы злился на тебя зная, что ты следуешь его примеру и живешь по совести. Это печально и больно, я знаю, но нужно смириться и жить дальше. Жить с чувством вины невыносимо, поэтому прими ситуацию и отпусти. Не нужно мучаться, размышляя, что бы подумал Шиничиро. Хватит жить прошлым и смотри в настоящее, где тебя еще много чего хорошего ждет. Он бы этого хотел, хотел для тебя самого лучшего. Ты правильно поступила, так, как не дано почти никому. В этом ты с ним похожа. Ты его улучшенная копия и я думаю, что он доволен и визжит от радости. — Ну все, ты переиграл. Я уже было начала верить, но последние слова вернули мне мозги. — смеется Вада, ударяя парня по плечу. Тот вытирает с лица ее соленые лужи и щелкает по носу. Вада снова улыбается, забавно сморщив носик. А в глазах парня, оказывается, тоже все это время были застывшие слёзы. Им обоим нелегко. — Ну вот, солнце включили. — тихо посмеивается Такеоми, а Сано закатывает глаза. — Почаще улыбайся, кнопочка, тебе это безумно идет. — наклоняется и трется носом о кончик ее носа парень и кусает, на что Вада снова заливается звонким смехом, словно младенцу рожицу состроили и хлопает его по лбу. Затем поднимается и устраивается между ног друга, облокачиваясь спиной о его грудь, Акаши хорошенько укутывает ее в плед и покрепче обнимает, заключая в кокон тепла и защиты. Парень достает из кармана сигареты и зажигалку, ловкими отточенными движениями прикуривает и кидает на песок. Пару минут молчания не кажутся напряженными или неловкими. Ей комфортно и спокойно вот так сидеть с ним в обнимку в умиротворенной тишине, разбавленной шумом моря и отдаленными голосами друзей, и наблюдать, как скрылось вдали водной глади солнце, как просыпается луна и звёзды. Первые этой весной, завораживающее зрелище. Свежий дурманящий воздух портит лишь сигаретный дым, но и тот стал ей привычным. Сразу вспоминается Ран. Запах морской свежести с примесью сигаретного дыма и аромата кофе пробуждают воспоминания и отзываются ломотой в теле. Вада ужасно соскучилась. Поскорей бы обнять его и дышать этим запахом постоянно, впитывая в себя каждую частицу. Тогда ее душа будет спокойна и счастлива. Спасибо Такеоми, не стал спрашивать где Ран, иначе вечер был бы испорчен. Ему либо уже кто-то растрындел, либо сам догадался. С Акаши так легко и просто общаться, словно и не было этих долгих лет разлуки. Будто они виделись вчера и сегодня вновь встретились и валяют дурака, как обычно. Он как что-то родное, к которому после школы подходишь и пересказываешь, как прошел день. С ним всегда так было, разницы в возрасте Вада никогда не ощущала, общаясь с этим парнем. — Я тут подслушала вас с Бенкеем. У тебя, оказывается, свой бойцовский клуб? — нарушает тишину Вада, когда понимает, что буря внутри утихла и ей вновь хорошо и спокойно. Акаши терпеливо ждал все это время, давая ей возможность подумать в тишине и переварить разговор, справиться с эмоциями. — Да. — выдыхает вместе с дымом парень, тушит сигарету об песок и устраивает подбородок на ее золотистой макушке. Дышит тяжело, обдавая кожу головы горячим дыханием, будто дракон. Вада усмехнулась такому сравнению. А что, похож. Сидит, пар из ноздрей выпускает и над златом чахнет. А шрам только придает ему брутальности и опасности. Парень то на самом деле опасный, это только ей посчастливилось видеть его таким смешным, милым и добрым. Оттого создается точная уверенность в том, что то самое «злато» это она. Страшный огромный дядька сюсюкается с малышкой, эта картина еще из детства смешит до сих пор. Интересно, что в этот момент думали люди, проходящие мимо? Еще б косички ей заплетал, был бы полный набор. Как представит его устрашающего, серьезного дядю со страшным боевым шрамом, расческой и огромными бантами, пыхтящим над ее волосами, так хочется расхохотаться. — Пустишь поиграться? — поднимает на него голову Вада и смотрит такими глазами, что хочется разреветься от мимимишности. Такеоми усмехается. — Ты мне всех мужиков раскидаешь, кто на соревнования ездить будет? — Вада лукаво оскаливается. Образ милой маленькой девочки ему нравился больше. От такой вот улыбочки даже у него яйца напряглись. — Я могу. Спорим, твои бойцы слабаки? Я десятерых стою, только чур прибыль делим пополам. Мне, как бойцу же призовые полагаются? — О-о, я не сомневаюсь. Но давай дадим мальчикам возможность самоутвердиться и построить карьеру. Тебе популярности хватает. Не зря же я с ними второй год няньчусь. — Слушай, а научи Риндо, как понравиться девушке. Он мои советы не слушает и только все усугубляет, а ты вроде как в этом спец, да и как мужика он тебя послушает. — Тоже мне великого обольстителя нашла. — ржет Акаши. — Они ж сами вешаются, я особо то и не прокаченный. — Так и скажи, что стар уже ты для таких дел. — фыркает Вада. — Растерял былые навыки и обаятельность. Пенсионерам пора бы уступить место молоднякам, им нужнее. — Не надо меня обижать. — хмыкает парень, щекоча ее под подмышками. — Тебе понравилось день рождения? — Безумно. Я сбилась со счета, сколько раз за сегодня подумала о том, как мне с вами повезло. Это мне было очень нужно. Еще немного и я бы точно ходила живым трупом. — Приятно слышать. — улыбается парень. — Но программа еще не подошла к концу. Идем. — Акаши поднимает ее с песка, встает сам и берет ее за руку, уводя к друзьям. — Народ, я думаю, пора переходить к самой важной части. Tearing Down Walls — Louise Dowd, Elizabeth Riordan Сано недоумевает, о чем говорит Такеоми, а вот остальные тут же оживились. Мицуя начал будить сестер, а Дракен, Майки и Бенкей начали рыться в пакетах. Спустя пару секунд, каждый из присутствующих получает в руки небесный фонарик. Вада была готова запрыгать от радости. До смерти Шиничиро у семьи Сано была особая традиция на каждый день рождения. Каждый, кто присутствовал на празднике под вечер запускал в небо небесный фонарик. Сколько лет исполнилось — столько и запускали. Если гостей не хватало, то кто-то запускал сразу по два. На каждый день рождения Майки, Эммы, Шиничиро и Вады под вечер небо озаряли самодельные звезды и наблюдать за яркими огнями было любимым занятием Вады. Это была самая любимая ее часть праздника, ради которой она с нетерпением ждала каждый день рождения. Такеоми знает об этой традиции, так как был среди главных гостей на каждый праздник Сано и опыт в этом имеет, ровно как Бенкей, Майки и Дракен. Мицуя запускал всего раз. Сразу вспоминается, как Баджи пытался запустить эти фонарики. Итог был таков, что все фонарики были неуклюже сожжены, так и не повидав неба. В груди теплеет от приятных воспоминаний и возобновления этой маленькой, но такой дорогой сердцу традиции. Уже очень давно они о ней не вспоминали. В этот раз все в сборе, объединились в одну большую семью и это повод запустить фонари в небо, как начало новой жизни и открытия новых горизонтов. Для многих это занятие будет впервые в жизни, для Риндо так точно и он с особым интересом и серьезностью пытается принять в этом участие. На пляже становится все темнее, а значит самое время озарить тёмно-синее небо яркими теплыми огнями. Все разбираются с фонариками и запасаются зажигалками, о которых друзья тоже позаботились и приобрели для каждого. Мицуя отдает один фонарик Луне и Мане, которые подошли к этому дело ответственно и с диким детским интересом. Это их первый в жизни запуск, так что этот факт тоже вызывает теплую улыбку. Все переместились поближе к воде, совсем немного не доставая до волн. Всего людей присутствует четырнадцать, а фонариков по традиции взяли восемнадцать. Вада приняла решение запустить фонарики за тех, кто бы очень хотел сейчас присутствовать на ее дне рождении, но не может. Настаёт момент «икс» и наперебой послышался звук чиркающих зажигалок. Мицуя поджег фонарик в руках сестер и велел держать осторожно, пока те, словно загипнотизированные наблюдали за ярким светом в своих руках. Вада, Майки и Чифую зажигают по два фонарика и берут их в руки — за себя и за тех, кого сегодня с ними нет. Когда все справились с задачей и стояли с яркими огнями в руках, Вада отсчитала до трех и фонарики плавно взлетели вверх, с каждой секундой поднимаясь все выше. Из колонки тихо доносилась тихая, нежная песня, идеально подходящая под такой момент. Вада запустила фонарик один за себя, другой — за Шиничиро, который, собственно, являлся основоположником этой традиции. Майки запустил за себя и за Эмму, которая тоже обожала подобное зрелище, но сама запускать всегда боялась и сидя на руках у Шиничиро наблюдала, как это делает он. Чифую запускает за себя и за Баджи, который обожал дни рождения Вады и всегда старался сделать так, чтобы каждый из них запомнился на всю жизнь: то в торт упадет, то фонарик сожжет, то драку устроит. Всех этих людей нет с ней рядом, но они бы непременно сегодня радовались больше всех. Они любили ее и старались каждый праздник сделать особенным и будь сейчас живы — устроили бы ей грандиозное совершеннолетие. Они не могут запустить фонарик сегодня в ее честь, но Вада знает, что они рядом в этот момент и тоже вносят свою невидимую лепту. Легкий прохладный ветерок внезапно набирает обороты, подхватывая фонарики и вознося все выше, помогая вознестись к звёздам, которые сегодня показались будто специально для нее. Маленькие Луна с Маной попискивают и подпрыгивают, наблюдая за летающими огоньками. У всех присутствующих на глазах теплые, любящие улыбки. Фонарей было запущено всего семнадцать. Манджиро приносит еще один — последний и протягивает сестре. Она с грустью в глазах смотрит на этот фонарь, а затем на брата и оба понимают, за кого он будет запущен в небо. Вада держит фонарик одной рукой, пока брат поджигает. Затем становится рядом, придерживая одной рукой с другого края и ещё раз переглядываясь с сестрой, оба поднимают руки и запускают последний огонек. За Изану. Человека, который потерялся и отчаялся в жизни, который ни разу не был на их дне рождении и не знал об этих традициях. Которого потеряли, едва успев обрести, но Вада знает точно, что если бы он мог, сейчас бы с такой же любящей улыбкой запустил этот фонарик в ее честь. Сано знает, как сильно он ее любил и безумно жалеет, что он так и не успел стать частью их семьи и традиций. В этот раз и его участие здесь ощущается и олицетворяется. На пляже тишина, все смотрят на это волшебное яркое зрелище, никто не решается нарушить молчание, разбавленное лишь красивой, немного грустноватой песней из колонки. Каждый фонарик обозначает человека в ее жизни, самые важные, те, с кем росла и те, которых полюбила так и не успев понять. Они обозначают весь ее пройденный путь за эти восемнадцать лет. Историю жизни, боль, счастье, семья, друзья, ее банда каждый родной человек, которого она потеряла и ее первая любовь. Все чувства, эмоции, ужасы, знания и собственная душа, которые она постигла за пройденный путь ее жизни. Они же означают и продолжение ее истории, это только начало. Дальше следует неизвестный путь и лишь от нее зависит, что он принесет. Они взмывают в темное небо словно яркие звезды, возвращающиеся домой. Так и она теперь дома. Там, где и должна быть и с теми людьми, что подарила ей судьба. Пока Вада безотрывно следит за огнями, в голове проносится целый короткометражный фильм, состоящий из моментов ее жизни до этой минуты. Вся боль, радость, первые падения и взлеты, первые драки, первые дни рождения, первый заезд на родном байке, день основания Тосвы, драка с Вальхаллой, встреча с Хайтани, поцелуи и взгляды Рана, боль от потери родных, кома… Перечислять можно долго, ведь ее жизнь была наполнена яркими моментами и ни разу не была скучной. Все эти события останутся в памяти навсегда как и те, без которых их бы не было. Это они подарили ей такую прекрасную жизнь, с потерями и трудностями, но насыщенную и полную разных эмоций. Трудности закалили ее, добавляли мудрости и не позволяли наступать на одни и те же грабли. Не будь их, Вада никогда бы не стала той, кем сейчас является и не смогла бы защищать любимых. Она не жалеет ни о чем, что с ней произошло, ведь все так или иначе приводит к лучшему. Так когда-то говорила женщина, которую Вада считала матерью. «Все что не делается в этой жизни, все к лучшему. Не оглядывайся назад, живи настоящим и не сворачивай с выбранного твоей душой пути. Слушай сердце и никогда не ошибешься». Вада свой путь давно выбрала, доверившись зову своей души и оказалась здесь той, кем она стала. И такой она себе нравится. В этом ее исключительность и особенность, это делает ее собой и помогает делать правильный выбор. Вся боль выходит слезами, что жгут щеки и душу, они против ее воли льются водопадом от воспоминаний и горечи утраты. А может это страх перед будущим? Вада даже не заметила того момента, когда лицо промокло соленой влагой. Жгучей, удушающей, но приносящей облегчение. Сано отпускает свою боль с этими огнями, олицетворяющими ее жизнь и сохраняет дорогое прошлое. Сейчас душа не горит, кровь не бурлит раскаленной лавой. Сейчас лишь умиротворение и полный штиль, словно тихая спокойная гавань в месте под названием рай, где каждый обретает успокоение и отпускает все мучения. Вада чувствует, что попала в тот самый рай, отпуская свою горечь, чувствует, как бережно лепестки сакуры проходятся по страшным ранам на сердце, облегчая боль и запечатывая ее глубоко внутри. Чувствует, как родные, которые уже ждут ее там, обнимают ее со всех сторон, даря надежду и облегчение. В этих объятиях тепло и не страшно, это ее доспехи, которые выдержат любой бой, что ждет ее в будущем. Эта поддержка — ее огромные крылья за спиной, что укроют ее родных от любой опасности. Ее сила в ее близких, из них она черпает энергию и стойкость, и с этой силой даже смерти не хватит сил ее одолеть. Каждая звездочка в небе это чья-то душа, и сейчас в небе показались самые первые четыре звезды этой весной. Только для нее, только в этот особый день они радуют глаз и наблюдают за ней, улыбаясь так, как она не увидит. Увидев их, Вада тоже непроизвольно широко улыбается и втягивает свежий морской воздух, наполняя легкие свободой от оков боли и отчаяния и надеждой, с которой она теперь будет просыпаться каждый день. Легкий прохладный ветерок проходиться по шее, отзываясь мелкими мурашками и нежно колышет волосы, приглаживая робкой теплой рукой. Больше ей не страшно. Сано кутается в объятиях Такеоми, что обхватил ее со спины, согревая и даря нежность с привкусом поддержки. Держит за руку брата, вытирая мокрое лицо и пряча его в теплой кофте Акаши. Нос замерз. Вада не скрывала, что плачет, ведь перестала считать это слабостью. Так она показывает, что чувствует, что живая и уязвимая. Этим людям можно открываться, они заслужили. Лучшего завершения этого дня и быть не могло. Чувство счастья и спокойствия греет душу, в объятиях дорогого друга и наставника тепло, а рука брата крепко держит ее и будет держать всегда, никогда не позволит упасть. Друзья, что окружают ее, никогда не оставят в беде, подарят кучу радостных эмоций, взамен не попросив ничего, кроме ее улыбки. Сано никогда в жизни не задумывалась о том, как ей повезло и какую счастливую жизнь она прожила, утопая в горе от утрат. За этой болью она не замечала, сколько всего хорошего с ней случалось и сколько прекрасных людей ей довелось повстречать. Ради этого она готова прожить такую жизнь еще раз, даже несмотря на все испытания и боль от потерь. Хорошее все-таки перевешивает плохое, она поистине счастливый человек, которому повезло прожить такую жизнь, которая никому и не снилась. Она всегда была всеми любима, а это уже огромное счастье. Она не гналась за счастьем, но всегда его получала, но не успевала это замечать и ценить, пока не теряла. Она много уроков вынесла за это время. Глупо жаловаться на такую жизнь, ведь она прекрасна даже со всеми своими изъянами и другой ей не надо. Вада стояла на берегу до тех пор, пока свет последнего фонарика не погас далеко на горизонте, ознаменуя завершение этого чудесного дня. Промерзла, но душа была полна массой чувств и эмоций, в груди грохотало. Этот день рождения определенно войдет в историю как самый лучший день в ее жизни. Спасибо Риндо и всем, кто был сегодня с ней и подарил ей эти незабываемые окрыляющие чувства, а она ведь не хотела отмечать. Этот день многое принес для нее и остальных, отпечатываясь в памяти у каждого, а особенно у детей, которые сегодня увидели что-то новое и необыкновенное. Вада, глядя на них, вспоминает как сама была ребенком и так же завороженно наблюдала в первый раз за этим зрелищем. На лицо ползет улыбка. — Знаю, о чем ты думаешь. — шепчет в макушку Такеоми, обдавая горячим дыханием. На холоде от такого действия бегут мурашки. — Да ну? — У тебя на лице все написано. — усмехается Акаши. — Не смей нас благодарить за этот день, он только твой и все сегодня старались сделать его особенным. — У вас получилось на все сто. — улыбается Вада, поднимая голову и заглядывая в родные глаза. — Ну так на то я и великий нянька. Это моя работа. — смеется парень и Вада тоже хихикает. — Скорее, фея крёстная. — Они рядом с тобой, хоть мы и не видим. Они бы не смогли пропустить такой день и оставить тебя одну сегодня. — Я знаю. — с мягкой улыбкой шепчет Вада, всматриваясь в звездное небо над водной гладью, зная, что оттуда на нее смотрят не только звездочки. *** — Надо было грузчика нанимать. — пыхтит Риндо, вваливаясь в квартиру. — До сих пор не понимаю, как мы все это дотащили. Вада проходит следом, занося последние пакеты, которые с трудом влезли в такси. Первые две попытки вызова провалились, так как все подарки от друзей тупо не поместились в машину. Пришлось вызывать минивен, а учитывая, что разошлись они только ближе к двум часам ночи — это оказалось той еще задачкой. Но наконец-то они добрались до дома и можно упасть на кровать. Все тело болит от приятной усталости, а глаза то и дело закрываются. Вада даже не вспомнила про работу и четко наметила себе цель — добраться до дома и рухнуть на кровать. Грудную клетку разрывает от хорошего настроения и радостных эмоций, а в голове приятно шумит. В носу до сих пор стоит свежий запах моря, а на душе тепло от воспоминаний о сегодняшнем дне. Нос холодный, руки немного замерзли, но это все меркнет на фоне хорошего самочувствия. Правда говорят: когда душа радуется, то и тело полно сил. Насыщенный выдался денек и запоминающийся, а усталость гораздо приятней той, что была из-за бесконечной работы над бумагами. Надо взять на заметку и почаще выбираться на природу. — Предлагаю выпить и проводить твой день рождения и завалиться спать. Мозги сейчас лопнут. Чертов Такеоми, все мышцы болят, будто марафон бежал. — потягивается на диване Риндо. Гору пакетов с подарками так и оставили в коридоре. Сейчас сил не их разбирать, поэтому решили отложить это дело на завтра. Вада падает рядом с парнем, удобно устраиваясь на подушке. Сейчас она просто мечтает заснуть с улыбкой на губах и почему-то уверена, что сегодня ей присниться хороший сон. — Думаешь, нам еще не хватит? — За такой повод пить никогда не хватит. — усмехается Риндо и с трудом поднимается с дивана, следуя на кухню за бокалами. — Я в душ. — мычит Вада и из последних сил встает, направляясь в свою комнату. Достает из шкафа ночную футболку с шортам, следует на выход мимо кровати и застывает напротив нее. Обращает внимание на коробку белого цвета и осторожно взяв ее в руки несет на кухню. Что-то она не помнит такой коробки и уходя, вроде ничего не оставляла там. — Рин-Рин, это дополнительный сюрприз? — спрашивает Сано и ставит коробку на стол перед парнем. — Нет, чего-то, что могло бы уместиться в это коробку я тебе не планировал дарить. Воздушный шар туда точно не влезет. — недоумевает Хайтани, звонко ставит на стол бокалы и пытается заставить работать уже явно спящий мозг. — Тогда откуда это? — хмурится Вада. Подарки все в коридоре остались, в комнату она ничего не относила, а если бы и относила, то точно бы запомнила. Да и не было же среди подарков подобной коробки. Она среднего размера и довольно тяжелая. Сано аккуратно ее открывает и застывает с крышкой в руках. В коробке лежит что-то замотанное в пупырчатую пленку, так сразу и не скажешь что это. Бомба? После того случая в переулке и новостей от Рюсея, Вада уже готова поверить во все. Риндо нагибается через стол, любопытно заглядывая в коробку и кидает опасливый взгляд на Ваду. Знала бы она сама, что это такое! Может Хайтани опять изображает, а там все-таки змея? Хотя вряд ли, вроде не шевелиться. Вада набирается решительности и берет в руки этот сверток. Тяжеловатый для змеи, а вот для бомбы сгодиться. Разворачивает пленку и чувствует, как воздух застрял в горле. В ее руках статуэтка, хрустальная и очень красивая. Полупрозрачная статуэтка букета из розы и сирени в горшочке, словно домашний цветок. В светлых нежных сиреневых и розовых тонах, словно детский рисунок. Стебельки зеленые, будто цветное стекло, ловит лунный свет из окна и отражается переливаниями на стенах. Зрелище настолько красивое, что сердце замерло в ожидании. Точно хрустальная, так как вес внушительный, приходиться надежно держать двумя руками. Боже, это так красиво, нежно и уточнено, словно сделано под заказ с любовью и трепетом. Вада боится держать такую ценность в руках, боится уронить и ставит на стол с максимальной осторожностью. Роза и сирень, как точно то. Но откуда это? Вада словно завороженная наблюдает, как блестит цветное стекло в лунном свете, как красиво переливается и рассматривает каждую деталь этой тонкой работы. Настоящее произведение искусства, даже сердце трепетно замедлило ход. Словно перед ней волшебный искрящийся цветок или волшебный шар, удерживающий в себе магию. Эта вещь поистине выглядит волшебно, словно из другого мира, артефакт какой-нибудь феи из волшебной страны. Все тело покрылось мурашками от такой красоты. Ощущение, что если коснуться этих нежных сиреневых лепестков, то будто до живого цветка дотронешься. Вопрос: «Откуда это?» пришел не сразу, заменяясь оторопелостью и завороженностью. Пока Сано не могла отвести взгляд от такой красоты, ничего вокруг не замечая, Риндо порылся в коробке и откопал там что-то интересное. — Вада… — поднимает на нее глаза Хайтани и Сано наконец отвлекается от необыкновенного зрелища. Риндо протягивает ей маленький картонный прямоугольник с запиской, которую нашел в коробке. Светловолосая задумчиво берет ее в руки и затаив дыхание, вчитывается в маленький красивый текст, чувствуя, как сердце набирает обороты и галопом скачет в груди. «С днем рождения, цветочек. Где бы я не был, Вада, знай — мы смотрим с тобой на одну луну.» Вада поднимает глаза, в которых скопились слёзы на Риндо и натыкается на такой же испуганный взгляд с примесью радости, облегчения и тоски. Кажется, оба сейчас готовы громко выдохнуть, сбрасывая огромный груз с груди и разрыдаться от счастья. Сано опускает глаза на статуэтку. Ну конечно, кто бы еще мог подарить ей именно эти цветы. Светловолосая поворачивает голову к окну, сосредотачивая взгляд на луне, чей свет падает на ее лицо, придавая блеск надежды ее глазам и отражается на хрустале. Солёная, кажется, такая же хрустальная слезинка скатывается по щеке, падая на записку в руках. В этот момент хочется упасть на пол, ибо ноги совсем потеряли силы и разреветься, благодаря судьбу за такой подарок. Живой. С ним все в порядке, он цел и помнит о ней, а значит есть шанс, что их встреча совсем скоро состоится…