I see your light

Скай обычно за словом в карман не лезет. Да, он спокойный и неконфликтный, но когда нужно что-то сказать, у него с этим нет проблем. Но не сегодня, определённо не сегодня. Когда он слышит вопрос Прапая, то сначала даже не понимает, не послышалось ли ему. Но судя по лицу самого Прапая — нет. Он задаёт этот странный вопрос и ждёт ответа, причём с таким взглядом, словно от этого зависит его жизнь. Скаю неуютно, но он берёт себя в руки и отвечает. — Нет, это неправда. Мы друзья, — он тяжело вздыхает. — Ваши однокурсники думают, что между вами что-то было. — Наши однокурсники — идиоты, — закатывает глаза Скай. — Мы с Пле дружили, учились вместе, в студсовете тоже вместе работали. Для некоторых придурков этого достаточно, чтобы приписать нам отношения. — Ладно, — кивает Прапай, Скаю кажется, что даже с облегчением. — А ты бы узнал, если бы у Пле появился парень? Или новый друг? Кто-то, о ком она не рассказала бы брату? Скай задумывается. Пле многим с ним делилась, но он не уверен, что имеет право раскрывать её секреты даже сейчас, несмотря на то, что она уже мертва. Да, он обещал помочь, но всё же при мысли о том, чтобы обсуждать Пле, ему становится неуютно. Кто вообще придумал, что смерть отбирает у человека право на неприкосновенность личной жизни? Скай хмурится. Прапай замечает это и, кажется, даже понимает причину его сомнений, потому что произносит: — Пойми меня правильно, Скай. Я не из любопытства спрашиваю и не потому, что хочу осудить Пле или что-то в этом роде. Но любая мелочь сейчас может быть важна, чтобы найти человека, который её убил. Если ты о чём-то умолчишь, а это окажется важным, как ты будешь чувствовать себя потом? — Чёрт, — Скай вздыхает и закрывает лицо руками, но быстро берёт себя в руки и снова поднимает взгляд на Пая. — Да я даже не знаю, что такого важного она могла говорить. Всё было таким… обычным. Разве что… — Да? — Пай весь подбирается, словно охотничья собака, напавшая на след. Скай не знает, почему именно такая ассоциация приходит ему в голову, но это кажется смешным, и он с трудом удерживается, чтобы не хихикнуть. — Пле не говорила ничего конкретного, но в последнее время я подозревал, что она с кем-то познакомилась. — Почему? — Она несколько раз уходила с собраний совета, даже не называя причину. Я не допытывался, знал, что она сама расскажет, когда будет готова. Один раз я видел, как она садилась к кому-то в машину, но я был далеко и ни саму машину, ни водителя разглядеть не смог. И ещё… — Что? — В тот день, когда она пропала, она тоже собиралась куда-то. Я говорил, что она ушла с собрания, но не сказал, что она перед этим подходила ко мне. Обычно мы прикрывали друг друга, если кому-то нужно было уйти с собрания — записывали информацию, брали задание, которое на нас распределят. Обычные вещи. — И она не сказала, куда идёт? — Нет, — качает головой Скай. — Да я и не особо допытывался, надо — значит надо. Вот только… Она в тот день была счастливой. Очень. И ещё сказала, что скоро мне всё расскажет. — О чём? — Она не уточнила. Но я вот что подумал — если это и правда парень, и она хотела нас познакомить, если она виделась с ним какое-то время, то это должно было быть серьёзно, верно? В смысле, для неё это было серьёзно. Не просто какой-то случайный парень. — Думаю, ты прав, — кивает Прапай. — Но тогда, ты считаешь, что этот парень, с кем она встречалась, что он может быть убийцей? Пай вздыхает, смотрит на него серьёзно, как на маленького ребёнка. Скаю это не нравится, и он уже собирается об этом сказать, но Пай успевает раньше. — Скай, скажи мне, среди твоих одногруппников много тех, у кого есть отношения? — Да я не особо интересуюсь, но вообще-то достаточно. — А много тех, кто это скрывает? — Ну, нет. Ты это к чему? — не понимает Скай. — Я это к тому, что для людей нормально заводить отношения, — Скай вздрагивает, но надеется что Пай этого не заметил. — И нормально хотеть поделиться этим с друзьями, показать, что у них появился любимый человек. Если же отношения скрывают, то для этого нужен веский повод. Ты знаешь, что мне сказал Сом? — Что? — Он сказал, что не думает, что вы с Пле встречались, потому что ей не было смысла тебя скрывать. Он сказал, что одобрил бы тебя, и она об этом знала. — Что ты хочешь этим сказать? — Если у Пле были отношения, о которых она никому не рассказывала, значит, скорее всего, её попросил об этом тот парень. А на это могло быть много причин. И ни одна из них не будет хорошей. — Почему? — Потому что люди скрывают тогда, когда есть, что скрывать. Если это просто обычный парень, то к чему секретность? Но всё же она о нём никому не говорила, даже не намекала. А значит, он мог быть, например, намного её старше, или женат, или безработный. — Ты хочешь сказать, что… — Что он мог быть убийцей и не хотел светиться перед её друзьями. Потому что в случае её смерти стал бы первым подозреваемым. — Вот чёрт! — ругается Скай и откидывается на диван, запрокинув голову на спинку. Прапай даёт ему время, чтобы переварить эту информацию и прийти в себя. А затем спрашивает: — Ты можешь подумать, говорила ли она что-то в последнее время, может быть делала что-то, что было для неё необычным, нетипичным? Скай закрывает глаза и пытается сосредоточиться на воспоминаниях. Он правда очень хочет помочь, но в голове, как назло, пустота. И злость. Он злится на глупую Пле, что поверила какому-то незнакомцу, который запудрил ей голову, и ничего не рассказала друзьям. А вдруг он смог бы помочь? Скай злится на Прапая, который заставляет его чувствовать себя бесполезным. Да, он вряд ли делает это нарочно, но Скаю-то от этого не легче. Но больше всего Скай злится на убийцу, посмевшего отнять жизнь его подруги. В его голове предстаёт образ огромного великана, который тенью нависает над беззащитной фигуркой Пле, размахивая… книгой? Скай открывает глаза. — Кажется, я кое-что вспомнил. — Что? — Пай неосознанно придвигается ближе и заглядывает Скаю в глаза. — Книга. — Книга? — взгляд Прапая становится ещё более заинтересованным и цепким. — Да, книга. Неделю или около того назад я видел у Пле книгу. Про известных тайских художников. — Она этим увлекалась? — В том-то и дело, что нет, — качает головой Скай. — Мы много читаем книг по учёбе, ещё иногда она покупала всякие романтические книги, когда мы вместе ходили в магазин. — Пле любила рисовать? — спрашивает Пай. — Ну иногда она могла рисовать какие-то каракули в тетради, когда нервничала или лекция скучная была. Но чтобы она именно рисовала по-настоящему? Нет, я такого не припомню. — Ты спрашивал у неё про эту книгу? — Не сразу, — отвечает Скай. — Я и запомнил только потому, что она читала её на собрании студсовета, и я сказал ей, чтобы она не отвлекалась. Но я спросил потом, что это за книжка такая интересная, что она даже на собрании оторваться не могла. — Она обычно так не делала? — Нет, Пле очень ответственная. — И что она ответила? — Что её позвали на выставку, и она хочет почитать про художника. Я удивился, но значения не придал — мало ли. Но сейчас вспомнил, потому что обычно если она собиралась куда-то с подругами, то говорила, с кем идёт. А тут всё так туманно. А ты сказал, что всё может быть важно. — Это правда, — Пай улыбается, его лицо смягчается, и он смотрит на Ская внимательным и тёплым взглядом. — Ты молодец. Прапай продолжает смотреть, а Скай внезапно понимает, что не знает, куда девать руки. Хочется спрятаться от этих тёмных глаз, что словно смотрят ему прямо в душу. Не зная, куда себя деть, Скай хватает пустые кружки, быстро вскакивает и тут же садится обратно. От резкого подъёма у него темнеет в глазах и бросает в жар. Пай тут же оказывается слишком близко и осторожно подхватывает Ская. — Что случилось? Ты в порядке? — его лица Скай не видит, но голос звучит обеспокоенно. Скай качает головой. — Всё в порядке, не беспокойся. — Как это не беспокойся, когда ты чуть сознание не потерял? Может тебе в больницу? — Пай ощупывает лоб. Скай и правда немного горячий, но скорее от жары, чем от температуры. — Со мной всё хорошо, не нужно мне в больницу, — он пытается вырваться из объятий, но у него не хватает сил. — Слушай, я понимаю, что мою помощь ты не очень хочешь принимать, но может я могу кого-то позвать? Не хочу оставлять тебя одного в таком состоянии. Скай удивлённо распахивает глаза и смотрит на Прапая. Тот выглядит искренне обеспокоенным и, кажется, готовым бежать куда угодно, если Скай попросит. Скаю это непривычно и оттого неловко. Непривычно, что о нём кто-то беспокоится, непривычно принимать чужую помощь. И не то, чтобы никто не предлагал, Скай сам всеми силами избегал таких вещей, предпочитая решать все проблемы самостоятельно. Ему и сейчас хочется поступить так же, но почему-то ему кажется, что Прапай так просто не уйдет. Скай злится на свой глупый организм, что подвёл его так не вовремя. Тем временем Пай относит кружки на кухню, приносит оттуда стакан с водой, отдаёт его Скаю, а затем говорит: — Думаю, тебе надо поесть. Иногда такое может быть, если пропускаешь приём пищи. Ты давно обедал? — Эмм… — Скай задумывается. Когда он вообще ел в последний раз? — Да вроде как вчера. — Вчера? — глаза Пая становятся размером с блюдца. — Ты хочешь сказать, что не ел уже больше суток? — Я пил кофе! — защищается Скай, не понимая, почему Прапай на него злится. — Кофе — это не еда. Ты что, совсем о себе не заботишься? — Да что ты меня воспитываешь? Я не ребёнок! — возмущается Скай, но Пай не слушает его, идёт на кухню, открывает холодильник и, видимо, находит там вчерашний несостоявшийся ужин Ская. Похоже, уже испорченный, потому что Скай слышит, как еда летит в мусорник, и в комнату возвращается сердитый Прапай. — Жди здесь, я скоро вернусь. С этими словами он выходит из квартиры, оставляя Ская недоумённо смотреть ему вслед. Скай хмурится. Этот Прапай ведёт себя странно — и для случайного любовника, и для детектива, которому по идее нужна от него только информация. Скай не может его понять, не может разгадать его мотивов, и это заставляет его тревожиться. Когда он видит Прапая в университете, то в первый момент думает, что нарвался на сталкера. Был у него такой опыт, который ни вспоминать, ни повторять совсем не хочется. Тогда его любовник дождался, пока Скай пойдёт в душ, залез к нему в бумажник и нашёл документы, где были указаны его настоящее имя и адрес. Скай дико испугался, а после того, как пару раз увидел того парня возле своего дома, съехал на время к Сигу. К счастью, сталкер не выследил его там, а не зная, где Скай учится, мог караулить его только у дома. Скоро ему надоело, и он перестал приходить, а Скай вернулся домой. И больше никогда, после того случая, он не оставлял документы без присмотра дома у своих любовников. А когда ему надо было принять душ, то собирал свои вещи и шёл в ванную вместе с ними. Пай не сталкер, но почему-то Скаю кажется, что избавиться от него будет даже сложнее, чем от какого-то поехавшего придурка. И Скай даже не уверен, что чувствует по этому поводу на самом деле. Раздаётся стук в дверь и Скай, осторожно, без резких движений, поднимается с дивана и идёт открывать. За дверью оказывается Пай, в руках у него пакет с едой, который он протягивает ошарашенному Скаю. — Поешь, пожалуйста. Не хочу, чтобы ты заболел, — просит Пай. — Какая тебе разница? — бубнит Скай, но пакет берёт. Божественный аромат проникает в нос, и желудок отзывается урчанием. — Считай, что это мой служебный долг, как полицейского — забочусь о благополучии граждан, — улыбается Прапай, и Скай внезапно теряет дар речи. Это та самая хитрая улыбка, которой Пай улыбался в тот день, когда они впервые встретились. И эта улыбка делает его ещё привлекательней, если это вообще возможно. Скай ловит себя на том, что не может оторвать взгляд от этих пухлых, растянутых в улыбке губ. Хочется дотронуться до них хотя бы пальцами. Он почти протягивает руку, но тут же одёргивает себя. Да что с ним происходит? — Спасибо, — говорит он вместо этого. — Поешь и отдохни, не садись сразу же за учёбу, — ласково говорит Прапай и внезапно протягивает руку. Скай инстинктивно сжимается, но Пай всего лишь легонько гладит его по волосам. Улыбка исчезает с его лица, взгляд становится грустным. — Хотел бы я знать… — Что? — спрашивает Скай, который немного (даже слишком) расслабляется от ласковой руки в волосах. — Неважно, — качает головой Пай, убирает руку, и Скай тут же чувствует сожаление. — Я пойду. — Уже? — вырывается у Ская. — А что, ты хочешь, чтобы я остался? — хитрая улыбка возвращается на красивое лицо. — Вот ещё, — фыркает Скай. — Вали давай! Прапай улыбается и отходит от двери, разворачивается, направляясь к выходу, и тут Скай окликает его. — Прапай! — Что? — оборачивается тот. — Спасибо, — с трудом произносит Скай. — В смысле, за еду спасибо и вообще. Пай ничего не говорит, только снова улыбается и кивает. А затем уходит. Скай долго смотрит ему вслед, даже когда он уже скрывается за поворотом, а потом стряхивает с себя оцепенение, возвращается в квартиру и запирает дверь. Пай прав, ему стоит поесть и отдохнуть. Наутро Скай понимает, что еда и отдых и правда пошли ему на пользу. Он просыпается гораздо более бодрым и выспавшимся, чем весь последний месяц. Может повлияло то, что впервые за очень долгое время он потратил вечер не на учебу, а на чтение книжки, для которой не мог найти времени уже несколько месяцев, а может дело в том, что сегодня во сне к нему приходил знакомый темноволосый красавчик с яркой улыбкой и хитрыми глазами. Но в этом Скай, конечно же, никому не признается. Он делает себе на завтрак пару бутербродов и кофе. Пай прав, он должен заботиться о себе лучше, если не хочет и правда заболеть. Скаю нельзя болеть, у него учёба, да и кто будет с ним возиться, если он свалится? Времени у него достаточно, он не спеша жуёт бутерброд и читает учебник. Вчера он позволил себе расслабиться, сегодня нужно нагонять. Внезапно в тишине его квартиры раздаётся звонок телефона. — Привет, Скай! — жизнерадостный голос Рейна звучит слишком бодро для такого раннего времени. — Привет, — отвечает Скай. — Ты наконец научился слышать будильник? — Ну, эм, почти, — почему-то тушуется Рейн. — Я вообще-то возле твоего дома сейчас. Подвезти тебя в универ? — Ты моим личным водителем заделался что ли? — смеётся Скай. — Вчера приезжал, сегодня опять приехал. Признайся честно, Рейн, ты ко мне неравнодушен? Рейн давится воздухом от возмущения, а потом высказывает другу всё, что думает по поводу его шуточек, но Скай только смеётся. Он ставит чашку и тарелку в раковину, хватает сумку, натягивает кеды и быстро спускается вниз, пока Рейн не обиделся и не передумал его подвозить. Но Рейн, пока Скай спускается вниз, уже успевает сменить гнев на милость и сияет ему навстречу привычной яркой улыбкой. Скай вздыхает. Ему тоже хочется быть таким же весёлым и беззаботным, как Рейн. Но это невозможно. Он садится в машину, бросает сумку на заднее сиденье и поворачивается к другу. — Так всё-таки, почему ты так ко мне зачастил? — Ну, — Рейн слегка краснеет. — Я был тут неподалёку. Вот и решил заехать. — Неподалёку? Куда ты ездил в такую рань? — удивляется Скай. — Я не в рань ездил, — мотает головой Рейн. — Просто у меня было свидание и я… вот… — Свидание? Так вот куда ты вчера так торопился! Подожди, ты хочешь сказать, что пошёл на свидание и остался у этой девушки на ночь? — поражается Скай. Этого он от друга точно не ожидал. Он вообще был уверен, что Рейн ещё девственник, и когда у него наконец появится подружка, непременно такая же невинная, то они будут долго ходить кругами вокруг темы секса и решаться на этот «прыжок веры» неделями, если не месяцами. А тут получается, Рейн переспал с кем-то на первом свидании? — Ну, да, типа… — Рейн мнётся. — Но это не то, что ты думаешь! — А что я, по-твоему, думаю? — Ну, это, ну, короче. Этобыланедевушкаимынепереспали! — выпаливает Рейн одним словом, с трудом поборов желание зажмуриться. А поскольку Рейн был за рулем, Скай рад, что он всё же держит свои глаза открытыми. — Подожди-подожди, я правильно понимаю, что у тебя было свидание с парнем? — Да, ну а что такого? — косится на него Рейн. — Ты же не из тех, кто это осуждает? — Нет, — Скай действительно не осуждает, но он бы соврал, если бы сказал, что не удивлён. Впрочем, Скай вспоминает их разговор и бурлящие восторги Рейна по поводу напарника Прапая. Как его там? Вроде бы, Пхаю? Скай тогда больше сосредоточился на том, что Рейн не положил глаз на Прапая, и как-то упустил из виду, что до этого дня не знал о том, что парни его другу тоже нравятся. Раньше он всегда говорил исключительно о девушках. На первом курсе ему даже нравилась Пле, но та то ли не понимала его намёков, то ли намеренно игнорировала, чтобы не обижать отказом. В любом случае, очень скоро Рейн переключился на других девушек. А теперь вот, видимо, на парня. — Кто он? — А ты не будешь ругаться? — осторожно уточняет Рейн. — Да с чего я должен? — удивляется Скай. — Я тебе мамочка что ли? — Нет, но ты мой лучший друг. Ты за мной присматриваешь. — Упаси меня Будда следить за тем, с кем ты спишь! — фыркает Скай. — Да не спали мы! — возмущается Рейн. — Ты меня не слушаешь совсем. Мы с ним не спали. Ну то есть спали, но не в смысле переспали, а просто спали. — Ты меня совсем запутал, — закатывает глаза Скай. — Мы пошли на свидание, потом долго гуляли, а потом он пригласил меня к себе, чтобы показать мотоцикл. А потом было поздно, и он предложил мне остаться на ночь. — И ты остался. — Ну да. — И вы не переспали. — Нет, — Рейн так активно мотает головой, что Скай переживает, чтоб она не отвалилась. Картинка в его голове не складывается. — И он даже не пытался ничего сделать? — Что сделать? — не понимает Рейн. И Скай сдаётся. Судя по наивным глазам напротив, даже если тот парень вчера станцевал бы перед ним стриптиз, Рейн всёравно мог не догадаться, чего от него хотят. И Скай даже не знает, посмеяться ему или посочувствовать парню, который из всех возможных людей на планете выбрал Рейна. — Неважно. Так кто этот парень и почему ты решил что я разозлюсь? Рейн называет имя. Скай закатывает глаза и откидывает голову на подголовник. Кажется, будет весело.