I see your light

Проходит несколько дней с того момента, как Прапай был дома у Ская. В эти дни жизнь Ская возвращается к своему обычному ритму. Дом, университет, студсовет, библиотека. Ничего необычного, разве что Рейна он видит теперь только в университете, а стоит закончиться последнему занятию, как тот моментально испаряется. Не то чтобы он раньше так не делал. У Рейна всегда находилась куча дел вне университета, никак не связанных с учебой, он даже пытался рассказывать, но Скаю всегда было не до того. Теперь же он точно знал куда бегает Рейн, в то утро в машине он сам ему признался, что был на свидании с Пхаю — тем самым детективом, который приходил к ним в университет вместе Прапаем. — Ты когда успел-то? — удивляется Скай. — Вы же буквально пять минут поговорили. — У меня машина сломалась. Опять. Прямо посреди дороги. А он оказался рядом и помог починить. И пригласил на свидание. — Как удобно, — хмыкает Скай. — Я не специально, честно, — Рейн смотрит на него большими глазами, в которых будто навечно застыло удивление. — Просто он такой, ну такой. — Какой? — Ну он сильный. И красивый. А ещё он столько всего знает. Не только про машины, про всякое. — Да уж, не сомневаюсь, — Скай играет бровями, но Рейн будто не понимает его намёков. После этого он тратит всю дорогу на расхваливание своего нового парня. Скай только улыбается, он рад видеть Рейна счастливым. Ему нечасто везло в любви, поэтому Скай надеется, что Пхаю его не обидит. Теперь Рейн сбегает к Пхаю при первой же возможности, Скаю остаётся только удивляться, откуда у детектива в самом разгаре расследования столько свободного времени, но вопросов он не задаёт. Рейн светится, он доволен жизнью, поэтому Скай делает вывод, что Пхаю относится к нему хорошо. Для него, как для лучшего друга, это самое главное, и больше знать он ничего особо не хочет. Но всё равно приходится — когда Рейн рядом, то буквально не затыкается. Скай терпит, понимая, что это первое, самое сладкое время любой влюбленности. Потом всё может измениться и не в лучшую сторону, ему ли не знать. Но он готов в случае чего быть жилеткой и защитой своего друга. Так что Пхаю лучше вести себя хорошо. Скай никогда не был тем студентом, который убегает из университета сразу после окончания занятий. Он не любит проводить время дома, поэтому обычно после пар идёт на собрание студсовета или в библиотеку, много занимается делами факультета, но ещё больше учится. Рейн иногда тоже задерживался вместе с ним, шёл в библиотеку, но вместо того, чтобы тоже учиться, листал книжки с красивыми картинками из отдела художественного факультета. Сейчас он и этого не делает, проводя всё время со своим парнем. Скай на это только качает головой и вздыхает. Он не знает, как друг планирует с таким отношением к учёбе получить диплом, и ещё больше не знает, как он потом будет искать работу. Впрочем, Ская это не касается. Он много раз пытался поговорить об этом с Рейном, но всё без толку. И Скай просто забил. В конце концов, у Рейна есть родители, вот пусть они и пекутся о будущем их сына. У Ская есть только отец. Он тоже печётся о благополучии сына. Наверное. Во всяком случае, регулярно посылает деньги, чтобы Скаю хватало на жизнь и не приходилось подрабатывать. Скай ему за это благодарен, правда, он ценит всё, что папа делает для него. Сам он просто старается его не огорчать. Папа знает, что у Ская хорошие оценки и он один из лучших студентов на курсе. Больше он о Скае не знает ничего. Скай вздыхает. Это к лучшему. Выходя из ворот университета, Скай ловит себя на том, что осматривается в поисках знакомой машины. Но Прапай снова не приехал. Скай не знает, почему это так его огорчает, ведь Пай ничего ему не обещал. Более того, Скай сам всегда давал ему понять, что не хочет видеться. Так почему же тогда он оглядывается в поисках его машины? Почему ищет его глазами в толпе? Почему испытывает иррациональное желание отправиться в клуб и проверить, не там ли проводит вечера его детектив? Скай одёргивает себя — нельзя об этом думать. Нельзя привязываться. Разве жизнь его ничему не научила? Прапай с ним просто поиграет, а потом выбросит, по-другому просто не может быть. Скай решительно мотает головой, отгоняя мысли о Пае и идёт на остановку, а подойдя, видит отъехавший автобус. Скай тихо ругается — это ж надо так задуматься, что совсем забыть о времени? Теперь следующего автобуса придётся ждать не меньше часа. Он вздыхает — ничего не поделаешь, садится на лавочку и достаёт из сумки книгу. Раз уж всё равно ждать, то хоть время проведёт с пользой. В этот момент слышится резкий звук торможения. Он поднимает глаза и с изумлением видит, как прямо рядом с остановкой тормозит красно-белый мотоцикл. Очень, блять, знакомый красно-белый мотоцикл. Водитель снимает шлем и смотрит на Ская с улыбкой. — Что ты тут делаешь? — ошарашенно спрашивает Скай. — Хотел пригласить тебя покататься? Поедешь? — улыбается Прапай. Он сегодня выглядит совсем не так, как в тот раз, когда они были у Ская дома. И не так, как в ночном клубе. На Пае широкие штаны с защитой, кожаная куртка и тяжёлые ботинки. Волосы его растрёпаны из-за шлема, но глаза блестят и на губах играет та самая хитрая улыбка, от которой у Ская подкашиваются коленки. О чём самому Прапаю знать, разумеется, не обязательно. — С чего ты взял, что я с тобой куда-то поеду? С ума сошёл? — Скай берёт себя в руки и смотрит на Пая с неодобрением. — Катись отсюда! Прапай не спеша слезает с мотоцикла и подходит к Скаю поближе. — Если не хочешь кататься, могу просто отвезти тебя домой. Я не буду тебя принуждать, но я видел, как твой автобус уехал. Ты правда хочешь торчать тут ещё целый час? — Да что тебе от меня надо? — злится Скай. — Я уже всё тебе рассказал, что знал, чего ещё ты от меня хочешь? — Просто подвезти тебя домой. — Слушай, — вздыхает Скай, стараясь усмирить свою злость. — Если ты думаешь, что из-за того, что мы переспали, ты теперь можешь… — Я ничего такого не думаю, — перебивает Прапай, слегка усмехнувшись. — Заметь, я ни разу не завёл разговор на эту тему. А вот тебя это, кажется, волнует. — Конечно, меня это волнует! — возмущается Скай. — Ты думаешь, я для того не сказал тебе своё имя, чтобы ты меня потом преследовал? — Скай, — Прапай произносит это очень спокойным голосом, он не делает ни одного движения в сторону парня, но Скай весь сжимается, словно в ожидании удара. — Я тебя не преследовал. Даже не собирался. Я уважал твоё желание остаться анонимным. Не моя вина, что расследование привело меня прямо к тебе. — Это ещё большой вопрос, — бурчит Скай, понимая, что делает это из чистой вредности — на самом деле он не думает и никогда не думал, что Пай его преследует. Во-первых, всё, что он сказал — это чистая правда. А во-вторых, того немногого, что Скай уже успел узнать о Пае, хватает, чтобы понять — он не такой парень. Скай его не боится. Для него это странное чувство, да и некоторые рефлексы никуда не делись. Но Скай его не боится. — Ты знаешь, что это правда, — мягко настаивает Пай. Он осторожно, словно на пробу, делает маленький шаг в сторону Скай. Тот опять дёргается, но остаётся стоять на месте. Пай вздыхает. — Может быть, когда-нибудь ты расскажешь мне, кто так сильно обидел тебя. А пока, если ты не хочешь кататься, давай я всё же отвезу тебя домой? Не хочу, чтобы ты сидел тут один, скоро стемнеет. Скай смотрит на него широко раскрытыми глазами. Откуда он узнал? Впрочем, думает Скай, он всё же из полиции. Наверное, в своей практике Прапаю уже встречались такие как… он. Разумеется, спрашивать он не собирается. На самом деле он планирует пропустить эту фразу мимо ушей. Но насчёт предложения… он готов подумать. — А где ты обычно катаешься? — спрашивает Скай максимально незаинтересованным тоном, нарочно глядя куда-то мимо Прапая. — То тут, то там, — пожимает плечами детектива. — А что? — Может быть, ты и прав. Может быть, мне не повредит развеяться. — Тогда я могу отвезти тебя в одно красивое место. — В какое? — Сюрприз. Ты сможешь мне довериться? — Ты очень многого хочешь для едва знакомого человека, — иронически приподнимает бровь Скай. — Не так уж и много. Всего на полчаса, пока доберёмся, хорошо? — Ладно, — кивает Скай и направляется к мотоциклу. Но его перехватывает сильная рука. Скай не успевает испугаться, как Пай его тут же отпускает, затем снимает с себя куртку и протягивает ему. — Надень, — говорит он и, видя, что Скай не двигается, только смотрит на эту куртку как на восьмое чудо света, подходит и сам накидывает её ему на плечи. — Уже прохладно, а в дороге будет ещё и ветрено. Не хочу, чтобы ты простудился. — А ты? — спрашивает Скай, просовывая руки в рукава. — А я уже привык, — улыбается Прапай и протягивает Скаю второй шлем. Скаю нравится куртка. Он ни за что не скажет об этом вслух и будет всячески отрицать, если его спросить напрямую, но ему она очень нравится. Она тёплая и приятная на ощупь, а ещё пахнет Прапаем. Скай незаметно опускает нос за воротник, наслаждаясь этим запахом, который по какой-то причине очень его успокаивает. Прапай этого либо не замечает, либо делает вид, он садится на мотоцикл, заводит его и оборачивается к Скаю. Тот садится сзади и уже почти привычным движением, обнимает Прапая за талию. Приятно. Тепло. Скаю по какой-то причине очень хорошо в таком положении. Он не видит лица Пая, да и не хочет, потому что знает — это его непременно смутит. Но сидеть вот так и обнимать его со спины ему очень нравится. Прапай тем временем заводит мотоцикл и трогается с места. Он едет не так, как в прошлый раз, когда они в сильнейшем возбуждении уезжали из клуба. Тогда он гнал так, что казалось, если разгонится еще чуть-чуть, то полетит. Сегодня всё не так. Пай едет быстро, но не запредельно. И как-то очень аккуратно. Скай чувствует себя в безопасности, но всё равно прижимается к его широкой спине. Нет, конечно не для удовольствия. Совершенно. Абсолютно точно. Всё только ради безопасности. Он так и скажет Паю, если тот спросит. Но Пай ничего не спрашивает, он едет к одному ему известной цели, не пытаясь обогнать ветер или впечатлить Ская. Этим и впечатляет. Спустя примерно полчаса они приезжают на место. Скай не понимает. Они останавливаются практически посреди шоссе, Пай слезает с мотоцикла и помогает слезть Скаю. Тот удивлён — вокруг ничего примечательного, только дорога, с другой стороны высокий холм, а рядом с тем местом, где они остановились — какие-то невнятные кусты. Скай проверяет свои ощущения, но страха по-прежнему нет. Есть любопытство. Именно оно заставляет Ская идти следом за Паем в сторону этих самых кустов. А когда они выходят с другой стороны, то не может сдержать удивлённый и восхищённый вздох. Они стоят на обрыве, который невозможно было рассмотреть в темноте с дороги. С обрыва открывается фантастический вид на город, который уже переливается яркими вечерними огнями. А в небе над ними сияют звезды. Раньше, когда он ещё был ребенком и жил с отцом в Лопбури, он любил лежать на земле и смотреть на звезды. За годы в Бангкоке он успел даже забыть об этом — слишком большой город, слишком много высоких зданий, ярких огней, заменяющих звезды. Настоящих и не видно, и со временем Скай даже стал забывать, что где-то там они есть. А сейчас стоит и не может отвести взгляда. — Нравится? — тихо подойдя сзади, спрашивает Прапай, и Скай, словно очнувшись, кивает. — Очень, — он переводит взгляд вниз, на город. Отсюда он кажется почти нереальным, немного фантастическим, как-будто из какого-то романа. — Здесь очень красиво, Пай. Пай улыбается, протягивает руку, и Скай с непонятно откуда взявшейся смелостью берётся за неё и подходит ближе к обрыву. Скай не то чтобы боится высоты, просто всегда предпочитает не рисковать. Всегда, но только не сегодня. Сегодня он смело делает шаг и становится рядом с Прапаем почти у самого края. Он не смотрит под ноги, он всё ещё наслаждается видом. И не сразу замечает, что сам Пай совсем не смотрит на город или на звезды. Он смотрит на Ская. — Как ты нашёл это место? — спрашивает он. — Честно? — усмехается Пай. — Надо было проветрить голову, и я поехал прокатиться, за дорогой особо не следил, ну, в смысле, куда еду. Очнулся когда понял, что мне очень надо в туалет. Остановился у ближайших кустов и случайно вышел сюда. — Какая на редкость неромантичная история, — улыбается Скай. — Ну если хочешь романтичную, то такая тоже есть. Рассказать? — Ну расскажи, — Скай говорит это совершенно без энтузиазма. Почему-то ему неприятно думать о том, что Пай привозил сюда кого-то на романтическое свидание. — Вообще-то я ещё не знаю её целиком, — Пай перехватывает руку Ская и переплетает их пальцы. — Она происходит прямо сейчас. Скай от удивления открывает рот и не может произнести ни звука. Но Пай этого и не ждёт. — Я привёз сюда очень особенного человека, — продолжает Пай. — Мне показалось, что он грустит, и я захотел увидеть его улыбку. Как думаешь, у меня получится? Скай не отрывает взгляда от красивого лица напротив, просто не может. Вся эта сцена словно вышла прямиком с экрана какой-то сопливой дорамы. Но Скаю нравится. Скаю чертовски, невероятно, невыносимо нравится. Всё это похоже на сон или на историю из чьей-то чужой жизни. Но так приятно хотя бы на секунду позволить себе поверить, что у него так тоже может быть. Внезапно Скай вздрагивает от резкого порыва ветра, и Пай замечает это. Он притягивает Ская к себе и заключает в объятия, прижимает его спиной к своей тёплой и твердой груди, и снова поворачивает лицом к обрыву. Скай молчит. Он, кажется, даже не дышит, боясь разрушить этот момент. Пай кладёт подбородок ему на макушку и ещё крепче обнимает. Он большой, горячий и очень приятный. Настолько, что Скаю хочется плюнуть на всё и расслабиться в его объятиях. Но Скай не может. Поэтому он просто стоит и смотрит на город. Два часа спустя мотоцикл Прапая останавливается у общежития Ская. Он слезает с мотоцикла, а Пай остается сидеть, только снимает шлем. — Эм. спасибо тебе, — неловко произносит Скай. — За сегодня и вообще. — Спасибо тебе, что позволил быть сегодня рядом, — мягко улыбается Пай. Скай начинает стаскивать куртку, чтобы вернуть её владельцу, но Прапай останавливает его. — Не нужно. Ты замерзнешь, если снимешь её прямо сейчас. — Но… — Скай хочет сказать, что без куртки замёрзнет сам Прапай, но тот лишь качает головой. — Вернёшь как-нибудь в другой раз, ладно? Будем считать это поводом для ещё одной встречи. — А с чего ты решил, что я захочу с тобой ещё раз встречаться? — Скай почти дома, и в привычной обстановке к нему вновь возвращается уверенность в себе и, что греха таить, вся его обычная ворчливость. — Значит, мне надо постараться, чтобы ты захотел, — подмигивает Пай. — А теперь иди домой. Я дождусь, когда ты войдёшь, и поеду. — Тебе не обязательно. — Я знаю. Но я так хочу. Скай не знает, что ещё сказать, поэтому просто поворачивается и быстрым шагом скрывается за спасительными дверями общежития. Закрыв за собой дверь, он слышит звук отъезжающего мотоцикла. Скай прислоняется спиной к двери, снова опускает нос за воротник, вдыхая такой приятный и успокаивающий запах, и думает что сегодня, пожалуй, ляжет спать в этой куртке.