I see your light

Скай просыпается рывком, как от кошмара. На улице вовсю светит солнце, Скай, зажмурившись, тянется к тумбочке за телефоном, но рука нащупывает пустоту. Скай открывает глаза и моментально холодеет — комната не его. И не Рейна. Он вообще её не узнаёт. Приподнимает одеяло и с некоторым облегчением понимает, что полностью одет. Значит, он никого не подцепил в баре прошлой ночью. Эта мысль приносит облегчение, но ясности ситуации не добавляет. Скай пытается сесть, но голова начинает кружиться, а ещё его слегка подташнивает. Сколько же они вчера выпили? Скай не помнит. Зато хорошо помнит, что был расстроен из-за Прапая и хотел забыться. Рейн же пытался его подбодрить и пригласил выпить. Конечно, это был не тот бар, куда Скай обычно ходит искать приключений, да и не в настроении он был для этого. Просто местный бар, в паре кварталов от его дома, где обычно тусуются студенты и младшие сотрудники ближайших офисов. Скай даже не помнит, чем они так напились. Обычно он достаточно хорошо переносит алкоголь и никогда не превышает свою норму, но вчера, видимо, что-то вышло из-под контроля. Голова трещит, и Скай хватается за неё руками, словно пытаясь удержать разваливающиеся половинки вместе. Получается не очень. Зато он замечает стоящий на тумбочке стакан с водой, а рядом с ним — пару блистеров с таблетками. Скай смотрит на них с подозрением. Пить неизвестные таблетки в неизвестном месте — так себе идея. Но голова продолжает чудовищно болеть, и Скай, не выдержав, тянется чтобы хотя бы посмотреть, что за таблетки. Аспирин и антипохмельное. Блистеры новые, запечатанные. Скай внимательно осматривает, но не находит признаков, что упаковки вскрывали. Тогда он аккуратно вынимает таблетку аспирина и бросает её в стакан с водой, тупо наблюдает за поднимающимися вверх белыми пузырьками, а затем выпивает весь стакан залпом и снова откидывается на подушки. Он не знает, сколько проходит времени, но головная боль понемногу отступает, и Скай решает всё же выяснить, где он, и кто его сюда притащил. Память сотрудничать отказывается, поэтому Скай помнит только то, что они с Рейном пили в баре, а дальше — провал. Осторожно, стараясь не шуметь, он выходит из комнаты и крадётся по коридору. Мало ли, а вдруг тут бандиты, которые его похитили? Или вообще мафия? Скай сам мысленно даёт себе подзатыльник за глупые мысли. Ну да, бандиты привели его к себе, уложили в кроватку и оставили лекарства на тумбочке, чтобы облегчить его страдания, так что ли? Скай с трудом удерживается от нервного смешка. Он выходит в гостиную, останавливается, чтобы осмотреться, и внезапно замирает. На диване в этой самой гостиной лежит Пай. Лежит и спит, трогательно обнимая маленькую подушку и ёжась под тонким пледом. Скай осторожно подходит ближе. Пай спит, наполовину свесившись с дивана, причмокивает губами и бормочет что-то неразборчивое. Скай, почти против воли, улыбается — Прапай невероятно красивый всегда, но сейчас, свернувшись клубочком на диване и зажав между ног плед весёленькой единорожьей расцветочки, он выглядит почти как ребенок. Скай не может не умилиться от этого зрелища. А потом до него доходит. Он. Дома. У. Пая. Откуда Пай взялся в баре? Случайно оказался? Или следил за Скаем? Или… Скай холодеет от макушки до пят. Потому что вспоминает. Обрывочно, но всё же вспоминает, что сам позвонил Паю и жаловался, что тот его забыл, что он, Скай, надоел ему. Он чувствует, как жар приливает к шее, щекам и ушам. Скаю ужасно, неправдоподобно, удушающе стыдно. Он дёргается, чтобы пойти к двери и сбежать подальше из этого дома, чтобы не пришлось смотреть Паю в глаза, но в этот момент эти самые глаза открываются. Пай смотрит на него сонно и улыбается. Такой улыбкой, от которой у Ская ноги подкашиваются, и хочется не сбегать, а наоборот, подойти поближе и упасть в объятия Пая. Но он этого, конечно, не делает. Пай слегка приподнимается, не отводя от него пристального ласкового взгляда и говорит: — Привет. Его голос звучит хрипло спросонья, но Скаю всё равно кажется, что это самый лучший звук, который он когда-либо слышал. И тут же мысленно он даёт себе подзатыльник. Какой ещё самый лучший? Кто лучший? Этот мутный детектив, который притащил его, пьяного, к себе домой для неизвестных целей? Скай хмуро смотрит на Прапая и ничего не говорит. Тот приподнимается, трёт глаза руками, прогоняя сон, зевает, потягиваясь, а потом подходит к Скаю слишком близко. Скай делает шаг назад и упирается в дверной косяк. — Как ты себя чувствуешь? — заботливо спрашивает Пай. — Нормально, — бормочет Скай. — Как я тут оказался? — Ты ничего не помнишь? — Прапай наклоняет голову набок и внимательно смотрит на мальчишку перед собой. — Честно говоря, не очень. Мы вчера пошли с Рейном в бар, и, кажется, там было много всего. — Алкоголя? — уточняет Пай. — А чего ещё? — Скай смотрит на него недовольно. Он тупой или прикидывается? — Событий, например, — Пай пожимает плечами. — Не было никаких событий, — огрызается Скай. — Если и были, то я не помню. Помню, как Рейн заказал нам текилу, а после этого всё, провал. Пай вздыхает, не приближается к Скаю, но протягивает руку и отводит чёлку с его лица. — Ты позвонил мне около одиннадцати, я понял, что ты пьян, и решил забрать тебя, пока что-нибудь не случилось. — Я взрослый, что со мной может случиться? — хмурится Скай. — Может, ты и взрослый, но, видимо, недостаточно, чтобы подумать о последствиях. Ты даже не помнишь, как я тебя увёз. А если бы это был кто-то другой? — Кто? — Скай иронически приподнимает бровь. — Серийный убийца? Но Пай не улыбается в ответ на это, а лишь хмурится ещё сильнее. — Ты же помнишь, что случилось с твоей подругой Пле? Это не шутки! — Ладно, ладно, — успокаивающе поднимает руки Скай. — Я понял. — Надеюсь. — Не понял только, почему ты привёз меня к себе домой. Ты же знаешь мой адрес. — Потому что ты был в дрова, я решил, что вашему администратору не стоит об этом знать. Скай прикусывает язык, уже готовый отпустить очередное ехидное замечание. Но Пай прав. Пи Джой совершенно не нужно знать, что он напился до поросячьего визга. Вряд ли она бы доставила ему настоящие неприятности, но точно разнесла бы по всему общежитию, в каком состоянии он вернулся домой. Скай морщится. Выходит, Пай и правда его выручил? — Можешь сходить в душ, пока я приготовлю завтрак. А потом отвезу тебя в университет, — говорит тем временем Пай. — Спасибо, тебе не обязательно, — мямлит Скай, внезапно растерявший всю свою браваду. С Паем сложно оставаться бесстрастным и невозмутимым. Этот парень умеет надавить на какие-то струны в его душе, от чего Скай никак не может ему сопротивляться. Да и хочет ли? — Мне не сложно. Да и спокойнее будет, если точно буду знать, что ты безопасно добрался до учебы. Пай выходит из комнаты, оставляя Ская одного. Но отсутствует он недолго, всего несколько минут, потом заглядывает, сообщая, что положил сменную одежду на стиралку, и уходит на кухню. В ванной Скай первым делом запирается. К счастью, Пай не из тех, кто решил, что раз живёт один, то без щеколды в ванной можно обойтись. Скай бы не смог почувствовать себя в безопасности, не имей он возможности запереть дверь. Даже у себя дома он всегда это делает, что уж говорить о чужом доме, с чужим мужчиной за стеной? Скай снимает одежду и осматривается. Ванная у Пая светлая и чистая, на полу рядом с душевой кабинкой лежит пушистый коврик, а на полках — несколько видов гелей для душа. Скай против воли улыбается — суровый детектив Прапай оказывается любителем сладких фруктовых ароматов. Это даже мило. На стиралке, как и было обещано, лежат джинсы, футболка и большое банное полотенце. Скай аккуратно складывает собственную одежду и заходит в душевую кабинку. Душ его освежает, помогает прочистить мозги, затуманенные алкоголем и недолгим сном. И зачем он только попёрся вчера в этот бар? Ведь обещал себе, что не станет ходить по барам посреди недели. Но нет, повёлся на уговоры Рейна, и не просто пошёл с ним, а ещё и напился до такого состояния, что позвонил Паю. Что у него в голове было в тот момент? Впрочем, Скай и так знал, что — ревность и злость. Пай не звонил ему с того вечера, когда они катались на мотоцикле, не приходил и вообще никак не давал о себе знать. Даже куртку не забрал. Скай жутко стыдился, но всё равно повесил её на стул, который поставил рядом с кроватью. Так у него было ощущение присутствия Пая рядом, а он заметил, что в этом случае ему не снятся кошмары. Вот только пока Скай делал все эти глупые и романтичные вещи, даже сам себе отказываясь признаваться, зачем ему всё это надо, Пай о нём и не думал. Он пришёл в университет и нагло, прямо на глазах у Ская, флиртовал с Тимом, парнем из бассейна. Скай уверен в том, что Пай именно флиртовал, потому что видел реакцию парня Тима — Пи Вина. Ему явно не понравилось, что Пай себе позволял. И Скай в тот момент был с ним полностью согласен — нечего трогать чужое. Он понимает, что разозлился на воспоминания слишком сильно, когда дёргается и ударяется о дверцу кабинки. Надо успокоиться. Паю о его переживаниях знать совершенно не обязательно. Ещё надумает себе лишнего. Скай этого не хочет. Одежда Пая висит на нём, как на вешалке, но Скаю нравится. Ему как-то по-особенному уютно ощущать на себе футболку на два размера больше и джинсы, которые пришлось подвернуть внизу, потому что они слишком длинные. Хорошо, что Пай додумался положить ещё и ремень, иначе джинсы спадали бы со Ская даже застёгнутыми. Но ему всё равно нравится эта одежда. Хоть она и не пахнет Паем, как куртка, но даёт ощущение безопасности и покоя. И как так получается? Скай не может ответить на этот вопрос. Когда он выходит из ванной, то сразу ощущает потрясающий аромат крепкого кофе и идёт на запах, словно загипнотизированный. Прапай сидит за столом в кухне и пьёт кофе из большой белой кружки. Вторая такая же стоит рядом и тут же — большая тарелка с горкой бутербродов и миска супа. — Надеюсь, ты любишь чёрный кофе, молока у меня нет, — виновато улыбается Пай. — Да, — кивает Скай, аккуратно берёт кружку, с наслаждением отпивает чуть ли не половину и блаженно прикрывает глаза. Кофе у Пая отличный, получше того, что покупает сам Скай. — Садись и поешь, — мягко улыбается Пай, пододвигая к нему тарелку с супом. — Я не голоден, — качает головой Скай. Ему неудобно, да и есть, правда, не особо хочется. — Всё равно нужно поесть, если хочешь пережить этот день и не уснуть где-то посреди занятий. Ты много выпил вчера, твоему организму нужно восстановить силы. — А ты, я смотрю, большой эксперт в борьбе с похмельем, — хмыкает Скай, но всё же садится на стул и осторожно пробует суп. Вкусно и согревает теплом изнутри. Скай не знает — это из-за того, что желудок рад получить что-то калорийное и не алкогольное, или же это его сердце тает от заботы Пая. — Младший брат любит иногда покуролесить, приходилось приводить его в чувства, пока мама не увидела. А то потом бы его даже магия не оживила, — пожимает плечами Прапай. — У тебя есть брат? — И сестра, — кивает Пай. — Они тоже учатся в университете, но в другом, не в том, где ты учишься. — Вы близки? — Да, думаю так можно сказать, — задумчиво отвечает Пай. — Я много времени проводил с ними, когда мы были младше. Мама постоянно работала, так что я был за няньку. — Ты поэтому теперь нянчишься со мной? — недовольно спрашивает Скай. — Напоминаю младшего братишку? Пай неожиданно начинает хохотать. Скай не понимает почему, хмурится, смотрит на Пая недовольно, но тот не успокаивается. Наконец, отсмеявшись и утерев слёзы, он говорит: — Нет, к счастью, ты на него совершенно не похож. — Почему — к счастью? — удивляется Скай. — Он — заноза, — ухмыляется Пай, но говорит это с нежностью. Скай понимает, что Прапай действительно очень любит своего брата. Когда они заканчивают с завтраком, Скай и правда чувствует себя гораздо лучше. Голова уже не болит, живот не скручивает, да и внешне никаких следов вчерашнего веселья не осталось. Они с Прапаем спускаются на улицу, где тот вчера оставил свою машину. Скай садится и пристёгивается ремнём безопасности под внимательным и, как ему кажется, немного насмешливым взглядом Пая. Интересно, что всё-таки вчера было? И стоит ли спросить? Скай помнит всё урывками и не уверен, что хочет знать, насколько сильно опозорился, поэтому выбирает молчание. Пай какое-то время тоже молчит, сосредоточившись на дороге и своих мыслях. Но когда они попадают в небольшую утреннюю пробку, всё же заговаривает со Скаем. — Скай, я прошу тебя, будь осторожен. — Я всегда осторожен. — Да, вчера я это заметил. — Эй! — Скай наставляет на него указательный палец. — Ты мне не отец, чтобы воспитывать! — Я не пытаюсь тебя воспитывать, я волнуюсь. — Да господи, ты везёшь меня в университет, что со мной там может случиться? Пай снова замолкает. Поток машин начинает медленно двигаться. Скай думает, что ответа не дождётся, но спустя пару минут Пай всё же говорит: — Я не должен тебе этого говорить, потому что следствие всё ещё идёт. Но… Я правда волнуюсь за тебя. Будь осторожен с теми, с кем общаешься, особенно с теми, кого не очень хорошо знаешь. Даже в университете. — Что ты имеешь в виду? — Мы предполагаем, что убийца Пле — это один из студентов вашего университета. — Что? — лицо Ская вытягивается. — Что за чушь? — На это указывают улики, — туманно отвечает Прапай. — Какие улики? — Я не могу тебе сказать. Правда не могу. — Ты ничего не говоришь, но просишь быть осторожнее. Как ты себе это представляешь? Предлагаешь мне теперь шарахаться ото всех? — не понимает Скай. — Я не прошу тебя шарахаться. Я лишь прошу быть внимательным с тем, куда и с кем ты ходишь. Далеко не всем людям можно доверять. Скай на это только вздыхает. Ему ли не знать? — Да, кстати, — вспоминает Пай. — Не ходи пока в бассейн. Пле и вторая девушка туда ходили. Может, это просто совпадение, но лучше не рисковать пока, ладно? — Вторая девушка? Прапай паркуется рядом с университетом, а потом достаёт телефон и открывает фото Бим. — Знаешь её? Скай смотрит на фото, но девушка ему не знакома. Она совершенно обычная, ничем не выделяется, если бы он встретил её где-то в университете — ни за что бы не запомнил. — Нет, — качает он головой. — Она… — Да, мертва. Училась в вашем университете, на художника. — Жаль её, — вздыхает Скай, и Прапай кивает. — Это она ходила в бассейн? — Да. Её узнал кое-кто из команды пловцов. При упоминании о пловцах, Скай снова вспоминает о Тиме. Ему становится жарко. — Они тебе это рассказали, пока ты флиртовал с ними? — ядовито выплёвывает Скай, неожиданно для себя и Прапая. — Что? — удивляется тот. — Я видел, как ты любезничал с Тимом. Зря надеешься, он занят. Пай ничего не говорит, только смотрит на Ская во все глаза. А того уже несёт. — Мне ты не звонил и не писал несколько дней, но отказать себе в удовольствии посмотреть на симпатичных парней в плавках не смог, да? — Скай, — осторожно интересуется Прапай. — Ты что, ревнуешь? Скай вздрагивает, словно его окатили ледяной водой. — Вот ещё, размечтался, — он отстёгивает ремень, хватает пакет со своей одеждой и быстро выскакивает из машины. Пай не двигается с места, лишь смотрит на него, не отрываясь. Скай отходит от машины на несколько шагов, потом передумывает, идёт обратно, открывает дверь и говорит. — Спасибо, что подвез. Ну и за всё остальное тоже спасибо. — Всегда пожалуйста, — улыбается Пай. Скай захлопывает дверцу и быстрым шагом идёт в сторону университета. Ему кажется, что он слышит из машины громкий смех Прапая. Рейн издаёт визг на грани ультразвука, когда видит идущего навстречу Ская. — Скай, Скай, ты в порядке? Где ты был? Пхаю сказал что тебя забрал Прапай, его напарник, и я хотел его прибить за то, что он позволил ему тебя увести, но он сказал что ты сам с ним пошел. Ты как, Скай? Всё хорошо? У Ская начинает звенеть в ушах, но он не пытается перебить Рейна, по опыту знает — это бесполезно. Когда, наконец, тот заканчивает трещать и бегать вокруг него кругами, он заговаривает: — Угомонись, Рейн, со мной всё в порядке. — Правда? — недоверчиво смотрит Рейн. — Да. — Он тебе ничего не сделал? — Нет, просто привёз к себе домой и уложил спать. — К себе? Ты не был дома? Вот почему ты так странно одет! — Тише, — шипит Скай и бьёт Рейна по плечу. Рейн в ответ морщится обиженно и потирает ушибленное плечо. — С тобой точно всё в порядке? —уже тише уточняет он. — Да, — кивает Скай. — Точно, всё хорошо. А у тебя? — А что у меня? — не понимает Рейн. — Я ночевал у Пхаю. — Я так и думал. У вас всё серьёзно? — Ну… — тянет Рейн слегка смущённо. — Думаю, что да. Он хороший. — Не сомневаюсь. — Я знаю, что ты парням не особо доверяешь, но Пхаю, правда, хороший. Не такой, как другие. — А какой? — Скаю любопытно. — Он добрый, заботливый, немного строгий, но это даже приятно. И я ему нравлюсь. — Мне ты тоже нравишься, — фыркает Скай. — Но это же не значит, что я буду с тобой встречаться. Ай! Теперь уже Скай потирает ушибленное место. И делает пометку, что смущённый Рейн становится слегка агрессивным. — Мы с тобой друзья, — обиженно сопит Рейн. — Это другое. Скай просто кивает, смотрит на время, и они с Рейном отправляются в аудиторию. Он и сам не понимает, зачем докапывается до друга. Раньше его совершенно не интересовали чужие отношения. Долгое время он был уверен, что больше никогда не захочет ничего такого. Но сейчас он сомневается. Прапай пробуждает в нём даже не забытые, а совершенно новые чувства и желания. Он не похож ни на кого из тех, кого Скай знал раньше. Пай нежный и заботливый, несмотря на то, что Скай большую часть времени ведёт себя с ним довольно грубо. Не то чтобы он хочет быть таким, просто привык держать людей на расстоянии. Но, кажется, на Пая его методы не действуют. При этом Пай никогда не нарушает его границ, никогда не трогает и даже близко не подходит без разрешения. Это подкупает. И хотя Скаю по-прежнему страшно, он думает, что мог бы рискнуть и подпустить Пая поближе. И посмотреть, что получится. В конце концов, повод позвонить ему у Ская точно есть — нужно же вернуть его одежду, а то такими темпами половина гардероба Пая окажется в его шкафу. Сегодня тот редкий день, когда Скай совершенно не может сосредоточиться на учёбе, поэтому он радуется, когда наступает обеденный перерыв, и они с Рейном идут в столовую. Взяв еды, они решают перекусить на свежем воздухе. — Пойдёшь сегодня со мной в библиотеку? — спрашивает Скай. Приближаются экзамены, и неплохо бы начать готовиться. — Сегодня не могу, — виновато говорит Рейн, опустив голову. Он знает, что Скай его отношение к учёбе не одобряет. — Почему? — Пхаю пригласил меня на выставку. — На выставку? — удивляется Скай, который не может припомнить, чтобы Рейн когда-либо интересовался искусством, за исключением любви к книжкам с картинами из отдела художественного факультета, да ещё его маниакальной любви к Инстаграму. — Ага, — равнодушно кивает Рейн. — Выставка фотографий. Он решил, что мне понравится. — Ты и его достал своей Инстой? — хмыкает Скай. — Эй, я его не доставал! — взвивается Рейн. — Ему, правда, нравятся мои фотографии. На это Скай ничего не отвечает. Он думает, что, наверное, Пхаю действительно очень нравится Рейн, потому что снимки его могли впечатлить только кого-то совсем непритязательного и далёкого от соцсетей. Но спорить он не хочет, знает, как Рейн болезненно относится к критике своего хобби. Сам Скай считает, что лучше бы он прикладывал столько усилий к учёбе, но его, конечно, слушать никто не собирается. Поэтому он решает перевести тему. — Тебе Пхаю ничего не говорил про расследование? — Про какое расследование? — не понимает Рейн. — Пле. Не знаешь, они кого-то подозревают? — Я не спрашивал, — пожимает плечами Рейн. — Тебе совсем не интересно? — поражается Скай. — Тебя не волнует то, что с ней случилось? Она же была нашей подругой! — Волнует, конечно, но чем я-то могу помочь? — хмурится Рейн. — Я рассказал всё, что знал, а дальше это дело полиции. Когда они найдут преступника, то скажут нам, верно? — Наверное, — Скаю становится неприятно. Рейн выглядит спокойным, даже немного равнодушным. Скай не понимает, как можно так реагировать на смерть подруги, но с другой стороны, ведь Пле не так уж близко дружила с Рейном. Да, она общалась с ним, если он приходил со Скаем, сидела рядом с ними обоими на лекциях. Но они не были близки. Скай думает, что если бы на месте Пле была какая-то другая их однокурсница, то он бы реагировал так же, как и Рейн — просто ждал бы поимки преступника, не слишком интересуясь процессом. К тому же, они и правда не могут ничем помочь. После окончания занятий Рейн радостно убегает, помахав на прощание Скаю, а он сам отправляется в библиотеку, где занимается вплоть до того времени, когда нужно идти на собрание студсовета. Они организовывают ярмарку совместно с другими факультетами, поэтому народу приходит довольно много. Помимо прочих, присоединяются ещё представители разных клубов и все вместе решают, как организовать пространство, разместить палатки, аттракционы и всё прочее. К тому времени, как они заканчивают, уже успевает стемнеть. Скай устало тащится к остановке, надеясь, что автобуса долго ждать не придётся. С учётом того, сколько он выпил вчера и как мало поспал, вообще чудо, что он дожил до вечера. Но сейчас он хочет только оказаться дома, принять душ и лечь в свою постель, больше сил у него нет ни на что. Он настолько погружается в свои мысли, что не замечает, как выходя за ворота, налетает на проходящего мимо человека. — Изви… — он поднимает голову и чувствует, как его сковывает холодом с ног до головы. — Ска-а-ай, привет малыш, давно не виделись, — высокий темноволосый парень смотрит на него с радостной улыбкой. Он словно и не удивлён этой внезапной встречей. А Скай не может сдвинуться с места, его словно парализовало от ужаса. — Я скучал по тебе, ты так некрасиво исчез! Ты учишься здесь? Буду знать! Плечи Ская бессильно поникают. Он чувствует себя обречённым. Слабым. Он ничего не может сделать, никак не может защититься. Сбылся его самый страшный кошмар. ОН вернулся. Вернулся за ним. И в этот раз Скаю уже не спастись. — Пойдём со мной, — парень хватает Ская за предплечье и тянет за собой. И Скай не сопротивляется. Просто не может. — Нам с тобой нужно о мно-о-огом поговорить. — Скай! Знакомый голос заставляет Ская вздрогнуть и сбросить с себя оцепенение. Быстрым шагом к ним приближается Прапай, а подойдя, легко, одной рукой, выдёргивает Ская из цепких лап, прижимает к себе, смотрит ему в глаза и спрашивает: — Всё в порядке? — Эй, ты кто такой? — возмущается темноволосый парень, надвигаясь на Пая. Он одного с ним роста, но Пай шире в плечах, и его эти манёвры явно не пугают. Он достаёт из кармана удостоверение. Парень, поняв, что перед ним полицейский, моментально сникает, но уходя, всё же не может удержаться и говорит, глядя на Ская. — Мы ещё увидимся, малыш Скай. Теперь я знаю, где тебя искать. Но Скай на него не смотрит, он стоит, прижавшись к Паю и уткнувшись ему в плечо, до тех пор, пока не слышит тихое: — Всё в порядке, он ушёл. Скай поднимает глаза. Он не знает, что ожидает увидеть — может, брезгливость и отвращение к нему, такому слабому и беспомощному. Может быть, жалость, что для него ничуть не лучше. Но видит только бесконечную нежность в тёплых карих глазах. — С тобой всё хорошо? — тихо спрашивает Пай. Вместо ответа Скай прижимается к нему, обхватывает руками за талию и утыкается носом в шею. Впитывает уже привычный запах, который ассоциируется у него с теплом и безопасностью. И чувствует, что снова может дышать. — Не уходи, — шепчет он. — Пожалуйста, не уходи.