I see your light

Несколько секунд Прапай, не отрываясь, смотрит на появившийся портрет. Лицо на нём моложе, чем то, которое он знает, волосы длиннее, но это совершенно точно он, Рейн. Пай не верит собственным глазам, отказывается верить. Глуповатый смешной мальчишка, лучший друг Ская, новоявленная большая любовь Пхаю - жестокий убийца? Даже в голове это звучит глупо. Паю хочется отмахнуться от этого, закрыть письмо, сделать вид, что его никогда не было. Он не представляет, как сможет сказать Пхаю об этом. В этот момент снова звонит его телефон. - Да, детектив Пеппер, - отвечает он. - Я получил ваше письмо, спасибо. - Это замечательно, - отвечает тот. - Надеюсь, вам это поможет. - Я тоже надеюсь. Спасибо за помощь. Я обязательно сообщу вам, как только буду знать больше. - Хорошо, только тут вот ещё какое дело… - Что-то случилось? - Нет-нет, всё в порядке, просто я удивился, что вы не получили мою посылку, и позвонил в курьерскую службу. Они сказали, что за посылку расписался детектив Пхаю. Вы его знаете? - Да, - внутри у Прапая всё холодеет. - Это мой напарник. - И ваш напарник не передал вам документы? - удивляется старик. - Наверное, просто забыл. На нас свалили ещё одно дело. Важная жертва, связи с мэром, знаете, как это бывает, - сам не понимая почему, оправдывается Пай. - Да, понимаю, политика, чтоб её, - даже по голосу слышно, что собеседник морщится. - В любом случае спасибо, что прислали мне это. Они прощаются, и Пай снова смотрит на портрет. Мозг по-прежнему отказывается воспринимать информацию, поэтому Пай делает единственное, что приходит ему в голову. Он распечатывает фото, кладёт его в папку и идёт с ним в кабинет, где два молодых офицера отсматривают записи с заправки. К его удивлению, когда он входит, они о чём-то тихо перешёптываются, картинка монитора застыла на стоп-кадре, а сами парни выглядят так, словно их мешком по голове ударили. Увидев Прапая, они вздрагивают. - В чём дело? - спрашивает Пай. - Вы что-то хотели, детектив? - наконец подаёт голос один из офицеров. - Да, но прямо сейчас я хочу знать, почему вы не работаете, а сидите с такими лицами, словно кто-то умер. Что случилось? - Понимаете, - начинает тот же офицер, но моментально получает тычок в бок от напарника. - Скажите, детектив Прапай, а детектив Пхаю сейчас здесь? - немного испуганно уточняет второй офицер. - Нет, он на задании. А зачем он вам понадобился? Офицеры переглядываются, а затем разворачивают монитор лицом к Прапаю. И у него внутри всё обрывается. Потому что на записи камеры чётко виден… Пхаю. Он расплачивается за что-то на заправке, немного нервно улыбается. Кассир, совсем молоденькая девочка, возможно, ровесница Ская и Рейна, тоже расплывается в широкой улыбке. Всё это выглядит совсем невинно, если не знать, что означает это видео. - Когда это было снято? - спрашивает он таким тоном, что офицеры сжимаются. Но его гнев направлен не на них. - В пятницу, точнее, в ночь с пятницы на субботу, - он показывает рукой на время в углу экрана. Час пятнадцать. Пай понимает, что это значит. Умом понимает, даже если остальные чувства восстают против этого вывода. Всё внутри него просто кричит о том, что это какая-то чудовищная ошибка. Должно быть объяснение тому, что Пхаю был в ту ночь на заправке рядом с местом преступления. Именно в ту ночь, когда пропала директор Сурат. В ту ночь, когда она, скорее всего, и погибла. Пай не может поверить в то, что видит, его мозг готов взорваться от всего, что он узнал за последние полчаса, поэтому он делает единственное, что может - отключает свои чувства. Все. Беспокойство за Ская, шок от новостей о Рейне, боль от предательства Пхаю. Пай словно кладёт их в шкатулку и закрывает её на ключ. Он умеет так делать, иначе не продержался бы в полиции так долго. Он может это сделать несмотря на то, что сейчас это не просто какие-то люди. Это его напарник. Это его любимый человек. Но Пай должен это сделать, иначе не сможет сделать свою работу. И не сможет спасти Ская. А в том, что Скай в беде, он уже практически не сомневается. Прапай звонит лейтенанту Чаю и просит его срочно прийти. Он знает, что нарушает субординацию, но времени у него мало, да и рассказывать по телефону о том, что он узнал, язык не поворачивается. К счастью, лейтенант понимает, что дело срочное, и приходит в кабинет через несколько минут, очень обеспокоенный. - Что случилось, Пай? - Мы изъяли записи с видеокамер на ближайшей заправке к месту обнаружения тела Сурат, - как можно более спокойно докладывает Пай. - Мы.. точнее, я подозревал, что преступника мог ожидать там транспорт, на котором он уехал после убийства. - Вы кого-то обнаружили? - нетерпеливо перебивает лейтенант Чай. Вместо ответа Пай делает шаг в сторону, открывая лейтенанту экран монитора. Чай подходит, всматривается в картинку, словно не верит своим глазам. Прапай его понимает, он сам с трудом сдерживается от того, чтобы не протереть глаза как персонаж мультфильма, надеясь, что ему это померещилось. - Когда была сделана это запись? - задаёт он вопрос. - В ночь с пятницы на субботу, в час пятнадцать, - повторяет один из младших офицеров. - Патологоанатом ещё не закончил, но предполагает, что смерть наступила в промежутке с одиннадцати вечера пятницы до часу ночи в субботу, - задумчиво проговорил лейтенант. - Как далеко находится эта заправка? - Полчаса пешком, - говорит Прапай. - Возможно, даже быстрее, если поторопиться и знать дорогу. - Ты думаешь, Пхаю её знал? - Был уверен, что нет, но теперь не решусь утверждать. Могу сказать только, что когда я рассказал ему о заправке, он отказался пойти туда со мной для опроса свидетелей. Предпочёл остаться на месте преступления. - Пхаю отказался? - удивляется Чай. Все в управлении знают, что общение со свидетелями это именно то, что лучше всего умеет и любит делать Пхаю. Это Прапай предпочитает осматривать место преступления, анализировать улики и, в целом, не слишком любит общаться. Именно поэтому из них с Пхаю вышла такая прекрасная команда - они дополняли друг друга и понимали, казалось, с полуслова. - Да, - кивает Прапай, - сказал, что хочет осмотреть место преступления и уедет вместе с Сайфой. После этого мы больше не виделись, только говорили по телефону. Пай мрачнеет при мысли об их последнем разговоре с Пхаю. Тот утверждал, что в квартире у Рейна погром, и пытался навести подозрение на Ская. Прапай ему не поверил, но не знает, что на это скажет лейтенант Чай, и стоит ли проверять. Лейтенант кивает и тут же вызывает Сайфу. Эксперт недоволен, что его отрывают от работы, но не смеет спорить с начальством, поэтому уже через несколько минут тоже оказывается в кабинете. - Ты подвозил Пхаю с места преступления? - Да, довёз до управления, но внутрь он заходить не стал, сказал, есть ещё дела, - говорит Сайфа. - Сел на свой мотоцикл и умчался. - Он не сказал, куда собирается? - Нет, да я и не допытывался. Он нервный был и торопился очень. - Почему ты так решил? - допытывается Прапай. - Когда ты уехал, Пхаю больше ничего не делал, кроме как слонялся вокруг со своим телефоном. Всё звонил кому-то и, кажется, не мог дозвониться. Потом начал торопить меня, чтобы быстрее вернуться в управление. С этим парнем сегодня явно что-то не так, - качает головой эксперт. Прапай и лейтенант Чай переглядываются между собой. - Спасибо, Сайфа, - наконец произносит лейтенант. - Ты можешь идти. Сайфа кивает и уходит. В кабинете воцаряется молчание. Прапай думает о том, что должен рассказать лейтенанту обо всех своих подозрениях, младшие боятся напомнить о себе, понимая, что происходит что-то неладное. О чём думает лейтенант Чай, не знает никто. - Вы двое, - наконец произносит лейтенант, обращаясь к офицерам, - продолжайте отсматривать записи, вдруг попадётся ещё что-то интересное. О том, что уже обнаружили, никому ни слова, иначе я сниму с вас погоны, ясно? - Да, лейтенант, - перепуганно вразнобой отвечают парни. - Прапай, ты идёшь со мной. Пай кивает, они вместе выходят из кабинета и быстрым шагом скрываются в кабинете лейтенанта, где он садится на своё место и жестом предлагает (а скорее приказывает) Прапаю сесть напротив. - А теперь рассказывай мне всё, что знаешь, - тоном, не допускающим возражений, велит лейтенант. Выбора у него нет, понимает Пай. Да и времени тоже больше нет. Он чувствует, как оно утекает, словно вода из сорванного крана. Что сейчас стоит на кону? Репутация Пхаю? Если они ошиблись, если он ошибся и сейчас выложит лейтенанту свои подозрения, то независимо от того, что будет дальше, даже если Пхаю окажется невиновен - их дружбе конец. Их партнерству конец. Пхаю никогда не простит предательства. А это, как ни крути, именно оно. Но если Пхаю виновен, если он и правда убил эту женщину? Как Пай сможет жить дальше, зная, что позволил преступнику ускользнуть? Что стал, по сути, соучастником преступления? К тому же остаётся ещё Скай. Он так и не вышел на связь, и Прапай уже просто уверен, что с ним случилась беда. А что если к этому причастен Рейн? А что если к этому причастен Пхаю? Голова готова взорваться на тысячу мелких осколков, и Прапай принимает решение. Он рассказывает лейтенанту обо всём, включая свои отношения со Скаем и Пхаю с Рейном. Под конец своего рассказа он протягивает ему папку с портретом подозреваемого в Нонтхабури. - Я получил это час назад от одного из детективов по делам тех девушек, - а затем рассказывает о том, что узнал от детектива Пеппера. На этот раз лейтенант думает недолго, он рассматривает фоторобот, присланный детективом Пеппером, а затем фото Рейна на телефоне Пая, задумчиво кивает своим собственным мыслям, а затем произносит: - Я подозревал, что наши жертвы не были первыми, ты молодец, глубоко копнул. Но ты уверен, что этот парнишка и есть наш убийца? Всё-таки он очень молод. - Он был бы не первым юным серийным убийцей, - говорит Пай. - Уверен ли я? До вчерашнего дня я на него не думал, скажу по правде. Но теперь, после всего, что произошло? Он учился в одном университете с нашими жертвами, как минимум - двумя, с одной даже поддерживал дружеские отношения. Ему бы ничего не стоило заманить её туда, куда ему нужно. - У меня в голове не укладывается, как Пхаю мог ничего не заметить? Он же профессионал. - А действительно ли он не заметил? - задумчиво говорит Прапай. - Лейтенант, вы не представляете, насколько он влюблен в этого мальчишку. Я ни разу не видел его таким. В последнее время он даже на работу забил, только бы больше времени проводить с Рейном. - Что? Почему я об этом слышу в первый раз? - недовольно хмурится лейтенант Чай. - Потому что никто не будет подставлять своего напарника, вы же это знаете. Я думал, ему просто нужно время, и он придёт в норму. Мы с ним говорили об этом, он обещал взять себя в руки. - И вместо этого он взял и убил Сурат? Зачем? - В музее пропали все видеозаписи, копии которых мы забирали. Офицеры, которые просматривали записи, утверждают, что нашли предполагаемого подозреваемого и сообщили Пхаю. Он же и забрал у них флешку. - Ты думаешь, он убил её, чтобы получить оригиналы? - Я не знаю, что думать, я не могу и не хочу верить в то, что мой напарник на это способен, - тихо говорит Пай. - Но есть ещё одна вещь. Детектив Пеппер изначально прислал мне копии своих записей и фоторобот преступника не в электронном письме, а в обычном, курьерской службой. Но я ничего не получал. И угадайте, кто получил эту посылку по данным курьерской службы? - Пхаю? - Я не мог понять, почему так получается, что все ниточки, за которые я тяну, оказываются тупиковыми. Словно преступник выпил какую-то таблетку для удачи. Но теперь, кажется, понимаю. Ему помогали. Помогали изнутри управления. Пхаю скрыл от меня все улики, которые могли бы привести к Рейну. Лейтенант длинно и витиевато ругается. Прапай его прекрасно понимает - никому в их отделе не поздоровится, когда (если) выяснится, что один из полицейских оказался замешанным в преступлении. Но лейтенанту придётся особенно тяжко. По-хорошему, они сейчас должны связаться со службой внутренних расследований и передать дело им. Но Пай прекрасно знает, что его лейтенант этого не сделает. Он захочет разобраться с предателем сам. Он захочет, чтобы именно они надели на мерзавца наручники, заперли в камере и выбросили ключ. - Значит, ты подозреваешь, что этот Рейн что-то сделал с твоим парнем? - Я не уверен. Но Скай не отвечает со вчерашнего дня, а значит с ним точно что-то случилось. - Что ты планируешь делать? - Пхаю сказал, что в квартире Рейна погром. Но сейчас я не думаю, что стоит доверять его словам. Хочу сам съездить и убедиться. А потом буду искать его. Рейна. Почему-то мне кажется, что как только я обнаружу его, то Пхаю будет где-то рядом. - Тогда займись этим. А я попробую быстро и тихо расспросить людей в нашем отделе насчет Пхаю. Не хочу пока привлекать внимание службы внутренних расследований. Спустя час Прапай сидит в своей машине перед большим двухэтажным домом в престижном районе Бангкока и в последний раз просматривает досье на Рейна, которое ему в приоритетном порядке собрали в компьютерном отделе по приказу лейтенанта Чая. Согласно ему, Рейн живёт именно здесь, в этом самом доме, вместе с родителями. О какой тогда квартире говорил Пхаю? Было всего два варианта - либо Пхаю соврал специально, чтобы оговорить Ская и запутать Прапая, либо у Рейна была отдельная квартира, хотя по документам он жил с родителями. Выяснить это можно было только одним способом. Прапай решительно выходит из машины и направляется к дверям. Дверь ему открывает миниатюрная женщина лет сорока с небольшим с длинными чёрными волосами, уложенными в узел на голове. Она удивлённо смотрит на гостя. - Добрый день, госпожа, - Прапай старается улыбнуться как можно обаятельнее. - Я детектив Прапай, ищу Рейна. Он дома? - Что? Что случилось? Он что-то… - лицо женщины вытягивается от удивления и беспокойства, но она тут же осекается. - Зачем вы ищете моего сына? - Мы могли бы поговорить внутри? - спрашивает Пай, всё так же вежливо и спокойно. В его планы не входит пугать мать Рейна. Женщина пропускает его в дом, где они проходят в большую светлую гостиную. Про себя Прапай отмечает, что семья Рейна не из бедных, судя по дому и обстановке. Впрочем, он и так это знал. В досье указано, что они переехали из Нонтхабури в Бангкок три года назад, когда отцу предложили повышение и перевели в главный офис компании, где он работал последние десять лет. Мать была медсестрой, поэтому для неё не составило труда найти себе работу здесь. Рейн поступил в местный университет. Семья казалась вполне благополучной. Интересно, знали ли они, какое хобби нашёл себе их сын? Судя по реакции его матери, если и не знали, то как минимум подозревали, что с ним что-то не так. - Так что привело вас в мой дом, детектив? - собравшись наконец с мыслями, спрашивает мать Рейна. - Что вам нужно от моего сына? - Госпожа Ниса, - мягко произносит Пай. - Возможно, вы знакомы с моим напарником, Пхаю. Он друг Рейна. - Боже, вы напарник Пхаю? - женщина вздыхает с явным облегчением и начинает даже улыбаться. - Надо было сразу сказать, я уж подумала… - Мне нужна ваша помощь, госпожа. - Какая? - Дело в том, что один из друзей Рейна, Скай, пропал. Его не могут найти уже больше суток. А поскольку, как вы знаете, в их университете уже случилась беда с двумя студентками, мы решили начать искать его как можно скорее. - Беда со студентками? - хмурится Ниса. Она ничего об этом не знает? Интересно. Рейн не рассказал о беде с хорошей подругой? Не хотел волновать или боялся вызвать подозрения у родителей? - Вы разве не знали? - Пай делает удивленное лицо. - Ведь одна из них была однокурсницей Рейна, Пле. Он вам не говорил? - Н-нет, - запинается женщина. - Дело в том, что мы недавно вернулись из путешествия, уезжали на месяц с мужем. Наверное, Рейн не хотел нас беспокоить. Пай знает, что она врет. Согласно его досье, мать Рейна работает главной медсестрой в местном госпитале и не брала отпуск последние полгода. Значит, они всё-таки знают. Либо просто пытаются прикрыть сына от любых возможных неприятностей. - Что случилось с Пле? - всё же решается спросить она. - Она была убита. - Что? - женщина прикрывает рот руками в ужасе. - Как убита? - Не думаю, что вам нужно знать, как, - качает головой Пай. - Ещё одна девушка из их университета тоже была убита, у нас есть основания подозревать, что это дело рук одного и того же преступника. Скай был одним из тех, кто давал показания, как друг одной из жертв, и теперь он пропал. Мы опасаемся, что на него мог выйти преступник. - Вы думаете, с ним могло что-то случиться? - Пока не ясно, но мы переживаем за его безопасность. Он не выходит на связь с друзьями и семьёй, а ему это обычно не свойственно. - И, по-вашему, Рейн может что-то знать? - Насколько нам известно, он его лучший друг. В университете, кстати, сегодня не было их обоих, поэтому я приехал сюда. Подумал, что Рейн, возможно, заболел. - А дома у Ская вы не проверяли? - Проверяли, конечно. Консьержка сказала, что он вчера не вернулся домой. Мать Рейна нервно кусает губы. Прапай видит, что она волнуется, мечется, словно спорит сама с собой. Ему хочется встряхнуть её, заставить прийти в себя и рассказать всё, что она знает. Заставить её понять, что на кону жизнь Ская и, возможно, не только Ская. Что её сын - поехавший психопат. Но он понимает, что делать этого нельзя. Иначе она просто вышвырнет его из дома, и тогда он точно ничего не сможет сделать. У него нет ордера на обыск, и на его получение уйдёт много времени. Времени, которого у Ская нет. Пай переплетает пальцы и крепко сжимает их, почти до боли. Ему нужно сохранять спокойствие. Ему нужно сохранять спокойствие. От этого зависит жизнь Ская. От этого зависит его собственная жизнь. - Рейн хороший мальчик, - наконец нарушает молчание Ниса. - Никто не ставит это под сомнение, госпожа, - кивает Прапай, сдерживая рвущиеся наружу ругательства. - Мы стараемся давать ему свободу, не заставляем отчитываться, куда он ходит и что делает. Мы хотим, чтобы наш сын доверял нам. - Я прекрасно вас понимаю. - Вчера Рейн вернулся домой и заперся в своей мастерской. - Мастерской? - Да, - кивает она. - Он любит фотографировать и печатать свои фотографии. Мы оборудовали ему мастерскую в подвале. - Он сейчас там? - Нет, на самом деле он уехал незадолго до того, как вы приехали, детектив. - Что? Куда? - Я не знаю, - пожимает она плечами. - Как я уже говорила, мы не требуем от сына отчётов. Он был в своей мастерской, а потом приехал Пхаю, и они уехали вместе. - Могу я осмотреть её? - спрашивает Пай. - Мастерскую? - Зачем? Прапай не отвечает. Он просто молча смотрит в глаза этой женщине. Матери Рейна. Матери убийцы. Он не произносит этого вслух, как и она, но Пай уверен, что она знает. Первое, о чём она подумала, когда он появился на её пороге, это то, что Рейн что-то натворил и попался. Возможно, они неспроста переехали в Бангкок три года назад, но теперь доказать что-либо будет очень сложно. Они точно не просто так дают Рейну такую свободу. Пай видит это в её глазах. Она в равной степени беспокоится за сына и боится его. Интересно, как она справляется с чувством вины, зная, на что способен её сын? Прапай решает подогреть его. - Вы знакомы со Скаем, госпожа Ниса? - Да, - кивает она. - Он хороший мальчик. - Верно. Его семья не знает, где он. Возможно, он в беде, может, ему плохо, больно, он пострадал и не может получить помощь. Можете представить, каково его несчастным родителям? Как переживают его друзья? А если мы не сумеем его найти? А если найдём, но будет уже поздно? Каково будет его родителям жить с таким грузом? Каково будет вам? - Что вы от меня хотите? - срывается женщина на крик. - Просто позвольте мне осмотреть мастерскую Рейна. Если я там ничего не найду, то просто уйду, и вы сможете забыть о моём визите. - Да что вы хотите там найти? На это Прапай снова ничего не отвечает, только встаёт с кресла, демонстрируя нетерпение. Спустя несколько бесконечно длинных минут, Ниса тоже встаёт и жестом приглашает Прапая следовать за ней. Вопреки его ожиданиям, они выходят из дома и обходят его. С другой стороны расположен вход в подвал - ступеньки, уходящие вниз и заканчивающиеся крепкой на вид дверью. Ниса достает связку ключей и отпирает её. - Рейн думает, что ключ есть только у него, - зачем-то говорит она. - Но мы с его отцом решили, что у нас тоже должна быть копия. Мало ли что? - Да, мало ли что, - соглашается Пай. Он отодвигает женщину и первым заходит в помещение. Оно состоит из одной большой комнаты, заставленной всякой техникой для проявки и печати фотографий. На стенах висит много работ в рамочках, и у Пая комок подкатывает к горлу, когда он узнаёт на некоторых их них Пле, Бим и третью (точнее, первую), неопознанную жертву. Кроме них тут не меньше десятка других девушек. Интересно, все ли из них пережили встречу в этим горе-фотографом? Прапай обязательно должен это проверить. Ниса тоже рассматривает портреты девушек на стенах. Если не знать, что как минимум трое из них мертвы, можно и не заподозрить ничего. - Надо же, я и не догадывалась, что Рейн так улучшил свой навык. - О чём вы? - уточняет Пай, всё ещё не в силах отвести взгляд от девушек. - Рейн с детства бредил тем, чтобы стать художником. Но у него не было к этому совершенно никаких способностей. Он страшно злился - и на нас, и на себя, но в итоге успокоился и увлёкся фотографией. Это у него тоже получалось посредственно, но гораздо лучше, чем рисунки. Он хотел пойти учиться на дизайнера, но мы решили, что ему это не подходит. В итоге, он всё равно бы разочаровался, поэтому мы решили, что он пойдёт учиться на архитектора. Он сначала не хотел, но потом передумал. Эту комнату мы сделали ему в качестве подарка к поступлению, чтобы он мог заниматься своим хобби. О, он занимался своим хобби - думает Пай. Глупые родители Рейна дали ему полную свободу и место, где он мог творить всё, что ему вздумается. Прапай пытается успокоиться и не высказать прямо сейчас этой дамочке всё, что думает о её методах воспитания, как вдруг натыкается взглядом на дверь, которую раньше не заметил из-за загораживающих её стеллажей. - Что там? - спрашивает он у Нисы. - Просто кладовка, - говорит она. - Мы сложили туда всякий хлам оставшийся от прежних хозяев. Думали, может они захотят что-то забрать, а потом просто забыли. - Отойдите, - велит Прапай. - Что? - удивляется она. Но Пай её уже не слушает, он осторожно подходит к двери и резким движением открывает. Помещение, и правда, выглядит необитаемым, только куча пыли и старой мебели, но Прапай всё равно заходит внутрь и осматривается. В углу, рядом со старым полуразвалившимся шкафом он видит валяющийся стул, а возле него то, что он поначалу принимает за кучу тряпок. Но присмотревшись, Пай холодеет. На холодном каменном полу без сознания лежит Скай. Пай бросается к нему, осматривает и понимает, что Скай избит, голова его в крови. - Скай? - Пай аккуратно прикасается к неподвижно лежащему парню - Скай, ответь мне, Скай! Скай не отвечает, никак не реагирует на крики. Но он дышит, господи, какое счастье, он дышит! Дрожащей рукой Пай достает телефон и набирает дежурного, требуя срочно прислать помощь - бригаду экспертов и медиков. Ему хочется схватить Ская на руки и вынести из этого чертова подвала, но он боится, что может навредить. Поэтому просто сидит рядом и молится - во второй раз в жизни - чтобы со Скаем всё было в порядке. - Он жив? - слышит Пай дрожащий голос за своей спиной и поворачивается. Ниса стоит в дверном проёме, её лицо белее мела. - Да. - С ним всё будет хорошо? - Не знаю, - отрезает Прапай, но на сегодня у него закончился запас вежливости и терпения, поэтому он смотрит женщине в глаза и очень жёстко произносит. - Но для всей вашей чертовой семейки будет лучше, если да. Иначе я посажу вашего ублюдка и вас за соучастие. - Что? - задыхается Ниса. - О чём вы говорите? - Ваш сын убийца. И вы об этом знали. - Я.. я.. не… - заикается она, но Паю уже не интересно. За окном слышится вой сирен. Помощь уже рядом. Он наклоняется к Скаю и шепчет ему на ухо, несмотря на то, что тот его не слышит: - Они близко, родной, пожалуйста, потерпи ещё немного. Всё будет хорошо. Скай издает едва слышный стон. И в нём Прапай отчётливо слышит своё имя.