You touch my tralala

      У Чимина точно был план. Тогда, в тёмной комнате, он прекрасно знал, что Хосок едва сдерживается. Думаете, он настолько слепой и наивный? Нет. Напротив. Он всё видит, всё знает. И на работе, под камерами. Разве Чимин ничего не знал? Ещё как знал! План был до банального прост: чем больше он набедокурит в жизни Чон Хосока, тем больше человек окажется ему должен.       — Камеры ничего не видели, я обо всём позаботился, — улыбнулся Чимин. — Чонгуку тоже лучше не знать?       — Нет... — задумчиво потирал затылок Хосок, посматривая на уплетающего мороженное брата. Тот сидел за одним из столиков и мирно смотрел через витрину ресторана на стайки голубей. — Пусть знает. У нас нет секретов.       — Не боишься, что расскажет?       — Чон? Нет... Чонгук не станет. Он ведь любит меня. Мы никогда не предадим друг друга, мы же семья.       Чимин поджал пухлые губы. Слышать такое было немного больно. Он обманывал слишком уж хорошего парня, ему было самую малость стыдно... Однако, свои интересы он ставил превыше всего.       — Всё равно, ты мне должен за камеры, — бормотал Чимин, еле заметно касаясь живота парня своими пальчиками. — И если тебе действительно важно было мнение твоих начальников, я хочу от тебя чувственных касаний... — ладонь джинна настойчиво провела вверх по рубашке, но была остановлена. Хосок указал взглядом на камеру прямо над барной стойкой, в углу.       — Ты ведь сам сделал это, — недовольно свёл брови к переносице Хосок, одёрнув настойчивую ладонь. — Разве ты не обманщик? Я не лез к тебе, даже не давал разрешения на поцелуй, но ты сделал это.       — Я ведь могу всё вернуть. Всё, что удалил с камер, — растянул губы в ухмылке Чимин.       Хосок окинул парня внимательным взглядом и, убедившись, что Чонгук занят своими делами и не смотрит, вдруг навис над Чимином грозной тучей, сократив между ними расстояние до минимума.       — Я не хотел ругаться, но это ты нуждаешься в касаниях, которых у тебя не было четыреста лет, в твоих же интересах вести себя хорошо. Я ненавижу, когда меня пытаются дурить. За свои проступки, будь добр, отвечай сам. Я ведь и разозлиться могу...       Чимин чувствовал, как его морально прижимают к столику, как давят сверху вниз, как сердитый взгляд парня пронзает насквозь. Ну, конечно же, Хосок не так глуп... И то, как он отстаивает себя и свои права, как он непреклонен...       — Извини, — опустил взгляд Чимин, словно нашкодивший котёнок. Почему он извиняется? Почему не идёт до последнего и не угрожает? Вероятно, Хосок не тот, на кого подействует такое. — Я был не прав... Не злись, ладно? — Чимин свёл бровки к переносице и поднял жалобный взгляд. Ему повезло появиться на свет с такими глазками, только они его и спасают.       — Я прикоснусь к тебе, когда Чонгук уйдёт, — вздохнул Хосок. — Но только в благодарность за то, что ты в тот раз помог ему с гландами. Я поощряю только доброту, понятно?       — Да, — кивнул Чимин, опустив голову вниз.

◈ ◇ ◈

      — Я правда никому не расскажу, что тебе нравятся парни, — бесконечно повторял Чонгук, слизывая мороженое с палочки.       — Умоляю, не налегай, у тебя уже воспалялись гланды, — нахмурился Хосок.       — Как воспалились, так и отросли, хён, не переживай, — улыбнулся Гук, облизнув липкие губки. — Лучше расскажи, как ты к этому пришёл? — кивнул Чон на Чимина.              Хосок вдруг растерялся. Что ему сказать? Про то, что это всего лишь похотливый джинн? Нет, это слишком. Сказать, что поцелуй был случайностью? Чонгук тоже не поверит, он ведь всё видел, ещё обидится... Соврать про то, что Чимин его парень? Тот самый момент, когда грязная ложь будет выглядеть правдоподобнее чистой правды.       — Я... Да, знаешь, я встречаюсь с ним... — Хосок еле выдавил из себя эти слова. Обманывать малыша Гуки он ужасно не любит.       — И вы... Спите вместе? — ахнул Чонгук, а Хосок внезапно закашлялся. — Я хочу знать, серьёзно ли у вас. Если вы просто целуетесь, то это одно, а если спите, то у вас, выходит, любовь...       — Чонгук, тебе точно двадцать? — Чимина это умиляло. Он впервые видит такого взрослого, но всё ещё никем не тронутого парня. Эта невинность слишком очевидна. — У тебя есть возлюбленная?       — А? Что? — Чон смутился. — Нет...       — Нет, мы не спим, — сглотнул Хосок. — У нас всё несерьёзно.       — Ах, правда? — хмыкнул Чонгук. — Ладно... Это хорошо.       — Чем же это хорошо? — возмущённо втянул через нос воздух Чимин. — Что плохого в том, чтобы спать с кем-то? Без любви. Разве это плохо?       — Конечно! — воскликнул Хосок, с его губ сорвался нервный смешок. Ещё не хватало, чтобы какой-то похотливый джинн рушил психику его драгоценному брату. — Без любви спать не стоит. И целоваться без любви тоже не надо... Поцелуи это проявление любви.       Чонгук улыбнулся и опустил взгляд, сцепив передние зубки на деревянной палочке. Да, Хо прав, лучше беречь себя для того самого.       — Вот уж не думал, что тебе нравятся такие парни... — Чонгук отвёл взгляд от обнажённой груди незнакомца. Для него такой вид казался слишком вызывающим. У Хосока интересный вкус...

◈ ◇ ◈

      Чимин прикрыл глаза. В винном погребе не было камер, Чон Хосок специально привёл его сюда, чтобы как следует потрогать. Он ведь обещал. Хо встал напротив и оглядел готового к ласкам парня. Тот растягивал пухлые губы в счастливой улыбке.       — Ты правда считаешь, что спать нужно только с теми, кого любишь? — усмехнулся джинн. Голос в подвале отражался эхом от стен. — У меня было столько мужчин, не сосчитать... Думаешь, я каждого любил?       — Да, и чем ты поплатился за свою похоть?       — Подловил... Но знаешь, я не жалею. Жизнь она одна.       — Сказал бессмертный джинн.       — Ты не понимаешь, — рассмеялся Чимин, запрокинув голову назад. Хосок заворожённо уставился на соблазнительно дёрнувшийся кадык. — У тебя тоже не было никого?       — Почему же? Было... Трое.       Чимин открыл глаза и в удивлении вздёрнул брови. Надо же, Хосок оказывается развратник. А для брата паиньку из себя строит.       — Хочешь сказать, все трое были любовью? — рассмеялся джинн.       — А может и да, — выгнул бровь в ответ Хо.       — Тогда чем хуже будет твой четвёртый?       Хосок разомкнул губы и встал ближе, почти полностью сократив расстояние. Чимин смотрел снизу вверх серьёзно, даже с вызовом. Это так волнующе, у него мурашки. Что он сделает? Поцелует? Возьмёт его? По коже бегали мурашки, а Хосок просто молча смотрел на него. Слишком долго.       — Что ты делаешь? — полным неловкости голосом спросил Чимин.       — Пытаюсь понять, нравишься ты мне или нет.       — И что... нравлюсь?       Хосок не ответил. Если скажет, что нравится, от него не отлипнут. Чимин очень красив, просто дьявольски! И Хо вообще не уверен, что ему бы так повезло, не окажись он «особенным». И ему бы очень хотелось поддаться Чимину, но его совсем не так воспитывали. К тому же, что если за похотью ничего больше не стоит? Нужно держать дистанцию.       — Где мне коснуться тебя? — тихо спросил Хосок.       Чимин поджал пухлые губки в обиде. Если его вопрос проигнорировали, значит, ответ отрицательный? Хосоку он не нравится? Чимин не понимал. Почему? Ему хотелось кричать. Хотелось нравиться. Да и чем он может не понравиться? Ангельское личико, великолепное тело. Это было слишком обидно.       — Вот здесь, — еле слышно шепнул джинн, указав на выпирающую тазовую косточку.       Хосок двинулся вперёд и уложил ладонь на талию парня, спустившись на ту самую кость. Это почти бёдра. Место очень соблазнительное, да ещё и так близко. Они чувствовали жар дыхания, в тишине оно казалось слишком громким. Хосок смотрел на свою ладонь, словно пытался контролировать её, лишь бы не сделала чего лишнего. Чимин чувствовал, как кислорода в лёгких становится меньше, как по коже бегут толпы мурашек, а внизу живота тяжелеет.       — Можешь пониже? Совсем немного, — просил Чимин еле слышно.       Пальцы Хосока скользнули вниз, зацепившись за край брюк парня. Джинн вдруг тихо ахнул и облизал пересохшие губы. Как же это хорошо. У Хо потрясающие руки, а ещё безумно красивые. Длинные изящные пальцы, красивые ровные ногти и эти вены на тыльной стороне ладони... Бесподобно.       — Пожалуйста, расстегни их... — нетерпеливо ахнул Чимин, подняв умоляющий взгляд. — Возьми меня в руки и...       — Хватит этого, — Хосок одёрнул ладонь. Чимин вздохнул сожалеюще. В глазах плескалось разочарование. Он весь пылает, он дико заведён, но Хо такой бесчувственный, отходит от него на метр и, как ни в чём не бывало, направляется в сторону выхода.       Чимин шумно сглотнул.

◈ ◇ ◈

      Чонгук прикрыл рот, любопытно уставившись на доктора. Ким Сокджин выключил фонарик и задумчиво клацнул зубами.       — Надо удалять гланды... Опять. Пацан, где ты так нагрешил?       — Ел мороженое, пока не поплохело, — сиплым голосом ответил Чонгук. — Думал, что дважды удалять не придётся.       — Зря думал.