Миссия: Hurt/Comfort

      6 февраля Х782 года       — Не нравится мне эта идея, — Гилдартс сложил руки на груди. — Ты уверен, что так будет лучше?       — Конечно, — сказал Марк, улыбнувшись. — Вам нужно скорее вернуться в Магнолию и предупредить мастера об угрозе. К тому же я надолго не задержусь. Как только растолкую местным, как делать рунные цепочки на луках, сразу отправлюсь в гильдию. Думаю, приеду на пару дней позже вас.       — А если опять появятся химеры? — хмуро спросила Кана.       — Сбегу, — легко ответил он. — Телепортируюсь так далеко, что меня не учуют, а потом предупрежу рунных рыцарей.       Гилдартс и Кана переглянулись, и Марк вдруг заметил, насколько они стали похожи в этот момент. Поза, взгляды, приподнятая правая бровь — всё это было почти идентичным. Несмотря на то, что Кана унаследовала внешность матери, сейчас она гораздо больше походила на Гилдартса. Пока никто вокруг не замечал этого, но Марк верил, что это ненадолго. Впервые за долгое время в квесте Каны наметился прогресс, а потому можно было осторожно надеяться, что вскоре правда вплывет наружу. Со своей стороны, Марк пытался приложить все усилия для этого, хотя возможность получить очередной штраф Системы давила на плечи. Ему всё ещё тяжело было вспоминать абсолютную тишину и темноту, и ужас от осознания, что это может никогда не закончиться.       — В общем, не переживайте, со мной всё будет в порядке, — преувеличенно бодро сказал Марк и обернулся к вокзалу. — Гилдартс, разве ты не собирался купить билеты на поезд?       — Что? — удивился тот, но быстро заметил говорящий взгляд. — О, точно, билеты! — неловко засмеялся он. — Пойду тогда в кассу… Эм, хорошей дороги, Марк. Кана, жду тебя на платформе.       Гилдартс на прощание похлопал Марка по плечу и поспешно скрылся в толпе. Кана проводила его недоуменным взглядом и вскинула бровь.       — И что это было?       — Просто намекнул, что нам нужно поговорить наедине, — пожал плечами Марк. — Уделишь мне пару минут?       Кана вздохнула и закатила глаза.       — Ну, ладно, — неохотно протянула она. — Только быстро говори, чего надо. У меня нет желания с тобой слезливо прощаться.       Марк был того же мнения, поэтому сразу перешел к сути.       — То, что я остаюсь в столице, играет тебе на руку, — сказал он. — Вы с Гилдартсом будете вместе ехать в Магнолию, и у тебя будет отличный шанс поговорить с ним. Не упускай его. Другого такого может и не быть в ближайшее время.       — Почему? — напряглась Кана и даже забыла про вечный яд в голосе. — Из-за гадания?       — Да, — слукавил Марк. — Гилдартса могут отправить на миссию S-ранга, и неизвестно, когда он вернется. Подумай, вдруг это займет полгода, год или даже несколько лет? Твой секрет будет угнетать тебя и дальше, а Гилдартс понятия не будет иметь о том, что происходит.       — Я долго ждала, — она вскинула подбородок и сложила руки на груди. — Подожду ещё.       Марк нахмурился и понизил голос.       — Тогда сделай одолжение, перестань убивать меня взглядом. Мне надоело чувствовать от тебя злобу и ненависть. По большому счету я не сделал ничего, чтобы заслужить такое, поэтому признайся, наконец, Гилдартсу во всем и успокойся.       Кана сжала зубы, и недобро сверкнула взглядом.       — Какое тебе вообще до этого дело?       — Такое, что я хочу спокойной жизни в гильдии, но не могу расслабиться, когда знаю, что кто-то точит на меня зуб. Как я уже говорил, ты злишься не на меня, а на себя, но вываливаешь эти чувства мне. Я устал, Кана. Прекрати уже.       Девушка вспыхнула: её щеки покраснели, тело напружинилось, а руки сжались в кулаки. Слова задели за живое, и не было сомнений, какая фраза привела к такому эффекту. Марк снова ткнул Кану носом в тот факт, что её ненависть на самом деле была направлена не на него. Напротив, она злилась на себя за слабость, за то, что спустя столько лет продолжала хранить секрет, который причинял ей боль. Ей было невыносимо видеть Гилдартса с Марком именно потому, что ему удалось сделать то, в чем она потерпела поражение. Как дочь сильнейшего мага гильдии, Кана должна была отличаться храбростью, мощью и твердой волей, однако не дотягивала до нужного уровня. Она была слабой и трусливой, и это бесило больше всего. В Марке она видела ту себя, какой никак не могла стать.       — Пошел ты! — прорычала она и ударила Марка по руке. Тот скривился от боли, когда резко дернул поврежденным плечом, а Кана развернулась и зашагала прочь.       Внутри Марка тоже вспыхнула злость и досада. Он вновь и вновь стучал в закрытую дверь, пытаясь выполнить этот чертов квест, но каждый раз терпел поражение. Хуже всего было то, что значение доверия рухнуло в отрицательном диапазоне, и установилось на угнетающей отметке — минус семьдесят семь пунктов. Ещё немного, и будет новый штраф — Марк это понимал. Взглянув на шкалу доверия, он почувствовал, как что-то внутри надломилось, а, когда посмотрел на Кану, быстрым шагом уходящую вперед, сжал кулаки. Одно проваленное задание не должно было убить его. У него ещё оставалось десять попыток — десять более сговорчивых согильдийцев. Нужно было сосредоточиться на них, а не на упрямой Кане, которая закопалась в самобичевании и жалости к себе.       Сжав зубы, Марк прокричал ей вслед:       — Если ты не признаешься, я сам всё ему расскажу!       Не оборачиваясь, Кана показала средний палец, и затерялась в толпе. Марк остался на месте. Шкала доверия отразила значение в минус восемьдесят пунктов и настолько налилась алым, что стала кровавого оттенка. К счастью, Система назначала наказание лишь тогда, когда значение пересекало отметку в минус семьдесят пять пунктов в первый раз. Следующий штраф должен был появиться при провале квеста: если бы значение доверия достигло минус ста. Дрогнувшей рукой Марк провел по лицу, не то пытаясь стереть холодный пот, не то стараясь доказать себе, что наказания пока не было. Сердце колотилось в груди так, будто хотело пробить грудную клетку насквозь, а в голове гудело от напряжения. Тело казалось тяжелым, ноги будто вросли в землю, и с лица смыло все краски.       Марк не знал, сколько простоял, глядя в толпу людей. Возможно, всего пару минут, однако за это время внутри него всё перевернулось не меньше дюжины раз. Некстати пришла мысль, что он собирался к наставнику, поэтому можно было не опасаться штрафа. В хижине его снова вернули бы к жизни, в каком бы состоянии он там ни оказался. Это должно было успокаивать, но вызывало лишь горькую усмешку на губах.       — Молодой человек, вы в порядке? — спросил кто-то, и Марк встрепенулся. Перед ним оказалась подслеповатая старушка в теплом шерстяном платке.       — О, да, всё хорошо, — поспешил заверить он и неловко рассмеялся. — Спасибо за беспокойство. Хорошего дня.       Старушка с тревогой посмотрела вслед, но Марк ретировался. Он буквально побежал от вокзала, будто его что-то преследовало, и старался не смотреть на алеющую шкалу доверия Каны. Рука тянулась к браслету телепортации, который сделал наставник, однако Марк силой заставлял себя не трогать его. Он только сжимал зубы и мысленно повторял себе, что успеет среагировать, когда провалит квест. Сперва Система покажет алое окошко, в котором сообщит, что задание не удалось выполнить, а уже затем назначит наказание. Между этими событиями должно пройти не меньше минуты, а этого времени было достаточно, чтобы переместиться в хижину и предупредить наставника. Во всяком случае, Марк на это надеялся.       Погруженный в свои мысли, он не сразу заметил, что ноги принесли его к штабу рунных рыцарей. В реальность его вернул бодрый голос:       — Рановато ты, парень, — сказал рунный рыцарь, которого вчера осадил начальник Итан. — Проходи. У тебя есть доступ в библиотеку, в крыло артефакторов и в кабинет Джозефа Броу. Вот, надень это.       Мужчина вытащил из кармана пропуск и протянул его Марку. Сегодня рыцарь был гораздо более приветливым, чем в прошлый раз, и не было сомнений, что повлияло на его расположение. Марк рассеянно поблагодарил за информацию, пытаясь вспомнить, во сколько должен был попасть в кабинет начальника штаба, надел пропуск, на котором было написано его имя, ранг и название гильдии, и уже пошел к зданию, когда его окликнули.       — Чисто из любопытства, — начал рыцарь, прищурившись. — Что у тебя за знаки нарисованы на руке? Похоже на рунные цепочки.       — Это действительно они, — кивнул Марк, пытаясь сделать вид, будто всё в порядке. — Однажды я попался темным магам, и они повредили мне ядро. С тех пор магия плохо циркулирует по телу, но эти рунные цепочки помогают. Благодаря им я всё ещё могу работать в гильдии.       Рунный рыцарь застыл от удивления.       — О, вот как, — протянул он, и в его глазах мелькнуло сочувствие. — Чего ты тогда в гильдии остался? Раз такой хороший артефактор, пошел бы к нам служить. Тут нужны умные головы.       Марк улыбнулся, и в сердце вонзилась игла грусти.       — Спасибо за предложение, но мне пока хорошо в Хвосте Феи. Возможно однажды я изменю решение, но не сегодня.       — Как хочешь, — кивнул тот. — Слышал, начальники хорошо о тебе отзывались. Если передумаешь, тебя без проблем возьмут к нам. Удачи.       Рунный рыцарь отвернулся и продолжил нести службу. В прошлый раз мужчина показался злым и угрюмым, но, возможно, у него просто выдался плохой день. Сегодня он был гораздо более дружелюбным, и это немного скрасило тревожное утро Марка. Медленно выдохнув, он поплелся к штабу, ощущая внутри и радость от слов мужчины, и печаль. Было приятно получить признание своих навыков, однако при всем желании Марк не мог оставить Хвост Феи. Дело было не только в том, что в гильдии было удобнее взаимодействовать с магами и выполнять задания Системы, но и в том, что ему пока было запрещено менять место работы.       В описании «Миссии: Hurt/Comfort» значилось несколько важных правил, которые нельзя было нарушать. Среди них числились, например, запрет на причинение тяжких телесных повреждений согильдийцам и запрет на подчинение хвостатых фей своей воле. Впрочем, Марк не особо обращал внимание на эти правила, ведь не мог представить ситуацию, в которой решил бы отобрать свободу мысли кого-то из них или избить до полусмерти. Однако то, что ему запрещалось покидать гильдию, он запомнил накрепко. Если вдруг метка пропадет с его тела, Марк немедленно провалит глобальный квест, и о последствиях можно будет только гадать. Будет чудом, если Система подарит ему легкую смерть.       Таким образом, насколько бы Марк ни хотел спокойно заниматься артефакторикой с рунными рыцарями, пока его уделом оставалась гильдия. В ней тоже было неплохо, поэтому он не сильно страдал. Скорее, его разбирала досада от того, что ему не оставили свободы выбора: ни в том, чтобы оказаться в этом мире, ни в том, чтобы самому решать, как и когда выполнять квесты.       Опасливо взглянув на шкалу доверия Каны, которая отражала всё то же значение, Марк выдохнул и окинул взглядом огромную дверь перед собой. Так как было ещё слишком рано для встречи с Джозефом Броу, он решил посетить местную библиотеку. Она как раз входила в короткий список мест, которые можно было осмотреть в штабе, и Марк не собирался упускать такую возможность. Рунные рыцари специализировались на магии письмен, а потому у них должно было храниться огромное количество книг на эту тему. Его интересовало всё, до чего можно было дотянуться, и особенное внимание хотелось уделить рунным цепочкам, защищающим разум от постороннего вмешательства.       Внутри библиотека выглядела впечатляюще. Невообразимых размеров зал оказался заставлен ровными рядами стеллажей, упирающихся в потолок, и на каждом из них в идеальном порядке стояли книги. Всё было поделено на тематические зоны, а для удобства стояли таблички, направляющие в тот или иной отдел. Через равные промежутки находились читальные зоны, в которых можно было расположиться за столом и погрузиться в изучение нового материала. В зале царила тишина, которую нарушал лишь шелест страниц и приглушенные звуки шагов. Царство книг окутывало читателей теплом и уютом. Беспокойства Марка притихли, и он, наконец, смог выдохнуть с облегчением и выбросить из головы тревоги. Во всяком случае, пока был здесь.       Оглядываясь по сторонам, Марк подошел к стойке регистрации, где его встретила огромная дама в очках, которая подозрительно прищурилась при его появлении. Тщательно проверив пропуск, она тихо, но доходчиво предупредила о правилах, настояла на уважительном отношении к книгам и махнула рукой, разрешая погрузиться в мир знаний. Под пристальным взором, Марк некоторое время поблуждал между стеллажами и вскоре нашел книгу, которая его заинтересовала. Устроившись за столом, он принялся читать, раскрыв сбоку тетрадь, чтобы записывать важные тезисы. Ему никто не мешал, несмотря на то, что в библиотеке были другие посетители.       Следующие несколько часов Марк провел, изучая рунные цепочки. Система дважды пиликнула, засчитывая ежедневные задания: сегодня ему нужно было прочитать не менее пяти страниц любой книги по артефакторике и выучить пять новых рун. Ещё одно задание он планировал сделать вечером, ведь ему нужно было поиграть с любой химерой. Эва как раз бегала вблизи столицы, поэтому он не переживал на этот счет. Вместо этого он полностью сосредоточился на исследованиях, планируя с пользой провести свободное время, так как не знал, когда ему ещё раз выпадет шанс попасть в главную библиотеку рунных рыцарей и прикоснуться к бесценным знаниям. Очень скоро чтение принесло плоды.       Марк заметил, что в отличие от рунных цепочек, что разрабатывал наставник, описанные в местных книгах выглядели менее изящно и эффективно, однако тоже могли сослужить хорошую службу. Чем-то они напоминали стул — простой предмет интерьера, который выполнял ровно ту функцию, ради которой создавался, в то время, как рунные цепочки наставника становились роскошным креслом с откидной спинкой, встроенным массажем и подставкой под бокалы. Такое различие удивляло и одновременно давало пространство для маневра. Как и любой другой гений, наставник недооценивал чужие наработки, считая свои труды во сто крат лучше, а потому не был осведомлен о последних достижениях в артефакторике. Изобретение, работающее на иных принципах, должно было озадачить его. В идеале — заставить провозиться дольше, чем обычно. При правильной стратегии эти секунды могли стать решающими.       Марк скрупулезно записал в тетрадь всё, что показалось ему важным. Он планировал создать новый артефакт-защитник, который огородил бы его разум от посторонних вмешательств. После того, как ему потребовалось пугающе много времени, чтобы осознать, что наставник мог ему лгать, это стало особенно актуально. Марку не нравилось думать, что тот мог вмешаться в его разум, однако факты говорили об обратном. И это злило. Два года, проведенных бок о бок, рассыпа́лись в прах, и Марку почти физически было больно подозревать наставника в чем-то. Он всё время старался его оправдать, понять причины его поступков, а не слепо бросаться обвинениями. Даже после того, как он благодаря кошмару осознал всё и впал в ярость, сильные чувства быстро сошли на нет, уступив место неуверенности. Марк не мог забыть, с каким теплом наставник заботился о нем, и подозревать его в чем-то казалось предательством.       В итоге, Марк заставил себя выписать все вопросы, которые накопились к наставнику, и с холодной головой оглядел их. Он собирался построить конструктивный диалог, а не превратить всё в скандал, пусть больше всего хотелось врезать тому по лицу. Оставалось надеяться, что разговор пройдет именно так, как Марк запланировал, а не обернется очередной катастрофой. В последнее время ему слишком часто везло оказываться в неподходящем месте в неподходящее время.       — Марк, полагаю? — раздался сверху незнакомый голос, выдернувший его из размышлений.       Марк вскинул голову, рассеянно заморгав. Перед столом оказался статный рунный рыцарь, красивый настолько, будто на самом деле работал моделью, а здесь оказался по ошибке. С выражением удивления и легкого пренебрежения он окинул взглядом книги и исписанную тетрадь. Когда его взгляд застыл на Марке, тот невольно выпрямился и попытался представить, как выглядит сам. Кажется, он снова слишком увлекся, а потому растрепал волосы и измазал пальцы чернилами. Сейчас образ немного сумасшедшего артефактора подошел как нельзя кстати, а потому Марк не попытался исправить ситуацию.       — Это я, — кивнул он, закрывая книгу, и убирая тетрадь в рюкзак. — Что-то нужно?       — Начальник ждет в кабинете, — сказал рыцарь. — Вы должны были прийти полчаса назад, и он попросил найти вас. Как он и думал, вы увлеклись книгами.       Марк встрепенулся.       — Не может быть, — воскликнул он, и тут же почувствовал на себе испепеляющий взгляд смотрительницы библиотеки. — Я только пришел. Должно быть не больше половины одиннадцатого, — он взглянул на часы и обомлел. — Четыре тридцать? Но… я же… Я сейчас буду!       Марк поспешно собрал вещи, вернул книги на место, и вылетел из библиотеки под насмешливый взгляд рыцаря. Смотрительница неободрительно покачала головой. Пока он несся к кабинету, местные сотрудники провожали его удивленными взглядами, кто-то улыбался, а иные крутили пальцем у виска. Однако Марку было всё равно. Впервые за долгое время он получил такое удовольствие от исследований, и это перекрывало все неприятные моменты. Никто не подгонял его, не отвлекал, не кричал, не дрался у его стола, и можно было спокойно насладиться изучением рунных цепочек. Это было прекрасно. Не удивительно, что он не уследил за временем. Даже о Кане и её квесте на некоторое время удалось забыть.       Судя по тому, что шкала доверия отражала примерно то же значение, ничего не изменилось. Если Марк правильно помнил расписание поездов, то они с Гилдартсом вот-вот должны были прибыть в Магнолию. Кана упустила шанс признаться, раз Система не показала никаких окошек, но размышления об этом отправились в долгий ящик, ведь перед Марком предстало новое важное дело. Прилетев к кабинету Джозефа Броу, он спешно оправил одежду и постучал. Почти сразу оттуда раздалось разрешение войти.       — Извините за опоздание, — запыхавшись, сказал Марк.       — Не торопись, отдышись сначала, — улыбнулся мужчина и жестом предложил сесть напротив. — Я знал, что библиотека тебе понравится. Удалось найти книгу по вкусу?       — О, да! — не сдержался Марк, плюхнувшись на стул. — «Влияние кратковременных импульсов магии на работу рунных цепочек в артефактах средней и низкой мощности» просто потрясающая книга. Я подчерпнул много нового. Спасибо, что дали доступ.       Джозеф удовлетворенно кивнул.       — Приятно видеть, что ты действительно наслаждаешься своим делом, — сказал он. — Но, позволь, перейдем к сути, ведь твои ученики уже заждались.       Джозеф передал Марку оригинал договора о сотрудничестве, и тот, сперва внимательно изучив его, поставил подпись. Затем они некоторое время поговорили о посохах рунных рыцарей и деталях будущего задания. Как оказалось, Марку не зря показали библиотеку сегодня. Как только все официальные бумаги будут подписаны, а мастер даст добро на миссию, ему не только начнут выплачивать ежемесячное пособие, которое покроет нужды на это время, дадут посохи для изучения и болванки для экспериментов, но и предоставят свободный вход в библиотеки рунных рыцарей любого штаба Фиора. Для этого Марку выпишут специальный пропуск, заверенный лично Джозефом. Такая заинтересованность даже немного пугала. Марк не привык считать себя гением артефакторики, однако начальник штаба делал всё, чтобы его переубедить.       В конце концов, сошлись на том, что через неделю ему предоставят новый контракт на работу с посохами, где будут прописаны все условия, и с даты подписания договора начнется выполнение задания S-ранга.       Во время разговора Марк иногда отвлекался, но старательно возвращал себя к нужной теме. Тревога, притихшая в библиотеке, вернулась. Ползунок на шкале доверия Каны пришел в движение, и, к сожалению, снова в отрицательном диапазоне. Что бы ни происходило в Магнолии, девушка всё больше погружалась в ненависть. Возможно, она не сумела признаться Гилдартсу в поезде и теперь вспоминала, что Марк пообещал всё ему рассказать по прибытии. Это бесило её и пугало настолько, что она искренне начинала желать, чтобы он никогда не возвращался в гильдию. Кана всегда хорошо умела разгонять собственную ненависть, накручивая себя своими же мыслями, а потому не было ничего удивительного, что вскоре значение доверия остановилось на минус восьмидесяти семи пунктах.       Марк испытывал смешанные чувства по этому поводу. С одной стороны, ему было страшно получить наказание Системы и вновь оказаться во власти безжалостной пытки. Однако, с другой стороны, хотелось, чтобы всё поскорее закончилось и квест завершился любым способом: провалом или победой. Он устал. Из всех согильдийцев лишь с Каной было так сложно. Она казалась непробиваемой и неприступной, а любой успех легко разбивался об очередное неосторожное слово или действие. Марк не был профессионалом и не понимал, что делать в таком случае, а потому постепенно к нему начало приходить смирение. Несмотря на попытки подбодрить себя, бессознательно он давно принял тот факт, что провалит квест Каны. Ему придется пережить новое наказание. Выдержать пытку. Затем у него будет ещё десять других согильдийцев, где будет значительно проще работать.       Марк знал, что не умрет из-за штрафа Системы. Просто ему некоторое время будет очень больно, но с этим вполне можно справиться.       Стараясь не погружаться в эти мысли, он вскоре закончил разговор с Джозефом, и они ударили по рукам. Затем начальник лично отвел его в крыло артефакторов, где в просторном помещении, напоминающем учебный класс, собралось не меньше дюжины местных изобретателей. Все они оказались скептически настроены по отношению к Марку, однако его это не испугало. В рамках договора, он должен был лишь доходчиво объяснить, как создавать луки, а не заводить здесь друзей. Марк не стал терять времени даром и подошел к доске, взяв мел. Приступив к работе, он не сразу заметил, что Джозеф остался в аудитории, чтобы вместе с остальными прослушать лекцию.       Следующие полтора часа Марк подробно расписывал, что и как нужно делать, а также отвечал на вопросы. К концу занятия настроение в аудитории переменилось, и гораздо меньшее число артефакторов продолжало глядеть на него с недоверием. Большинство хлопало глазами от удивления и старательно записывало что-то в тетрадь. Марк отряхнул руки и отошел от доски.       — У вас есть ещё вопросы? — спросил он, и те покачали головами. Всё, что можно было, они уже выспросили.       — Не могу поверить, что мы сами до этого не додумались, — сказал кто-то.       — Это, конечно, не прорыв в артефакторике, но точно свежий взгляд, — закивал другой.       — А, по-моему, просто ерунда, — пробурчал третий. — Это точно не будет работать.       — Спасибо за интересное занятие, — сказал Джозеф и тепло пожал руку Марку, несмотря на то, что его пальцы до сих пор были в чернилах и мелу. — Пройди в казначейство, там тебе заплатят. Уверен, это не последняя наша встреча. Ты отлично поработал, Марк. Я рад, что такой человек, как ты, будет заниматься новой разработкой.       Марк не сдержал улыбку, особенно, когда из аудитории раздался нестройный гул голосов, благодаривших за занятие. Остальное прошло буднично. Пара артефакторов провела его в казначейство, по пути расспрашивая, где он научился таким приемам создания изобретений, а затем тепло распрощалась с ним у выхода. Там у него забрали пропуск, но вскоре должны были выдать новый, открывающие гораздо больше дверей. Марк надежно спрятал оплату по контракту в рюкзаке и отправился своей дорогой.       Шкала доверия Каны продолжала ползти в отрицательном диапазоне, и там уже отражалось минус девяносто пунктов. Взглянув на неё, Марк поплелся к черте города, миновав вокзал, и понадеялся, что штраф настигнет его только тогда, когда он переместится в хижину наставника. В лесу его уже ждала Эва. Кошка набросилась на него, не контролируя радость от встречи и тревогу от прошедшего боя. Она от души вылизала Марку лицо, думая, что это поможет быстрее заживить раны, и тот едва смог отпихнуть морду от себя. Впрочем, он всё равно с нежностью погладил любимицу и рассказал ей, как сильно её любит и благодарит за спасение. От счастья Эва повалила его в снег, громко замурчав. Марк позволил ей поиграться, чем не только уделил ей время, но и выполнил последнее ежедневное задание. Когда Система оповестила о том, что на сегодня можно расслабиться, он крепко обхватил Эву за шею и телепортировал их.       Они тут же оказались недалеко от хижины наставника, и на всплеск магии выскочили другие химеры. Все они рванули к Марку, ластясь, и он остановился, чтобы погладить их. Несмотря на то, что обычно ему всегда поднимали настроение эти довольные мордашки, сегодня это не улучшило дело. Мало того, что Марк собирался провести с наставником нелегкий разговор, так ещё и над ним маячил провал квеста Каны. Значение доверия девушки доползло до минус девяносто трех пунктов. Это заставляло сердце замирать, а тело — покрываться холодным пόтом.       Двери хижины распахнулись, и показался наставник.       — Рад, что ты загля… Что с твоим лицом? — он в мгновение ока оказался рядом и попытался взять Марка за подбородок, чтобы разглядеть порезы, однако тот уклонился.       — Какое-то существо напало, — сказал он глухо и отвел взгляд. — Оно было похоже на химеру.       Наставник вздохнул и в полголоса выругался.       — Почему ты вечно оказываешься в гуще неприятностей? — воскликнул он, а затем повел его к хижине. — Я видел этих тварей, но, думаю ты и сам понял, что они не мои. Слишком тупые, слишком агрессивные. Не могу поверить, что кому-то пришло в голову создать этих уродливых монстров.       Марк молча кивнул. Шкала доверия Каны отобразила значение в минус девяносто пять пунктов.       — Я видел одного из твоих воронов, — едва слышно сказал он, чувствуя, как становится тяжело дышать.       — Разумеется, — не замечая странностей, ответил наставник. Химер тревожно заворчали, а Эва ткнулась мордой в спину Марка, будто пытаясь спросить, в чем дело. — Я слежу за ними. Если уж появился подражатель, я должен знать, кто он и что замышляет. Мне не нравится, что кто-то вмешивается в мой план.       Марк внезапно остановился, как вкопанный, и уставился ровно перед собой. Грудь неровно вздымалась, перед глазами засверкало, а в ушах появился гул. Дрожащей рукой он провел по лицу, стараясь медленно и глубоко дышать, однако воспоминания о прошлых штрафах выбивали почву из-под ног. Химеры почувствовали его страх и тоже заволновались. Они стали бегать около Марка, тыкаться в него мордами и беспокойно рычать. Вопреки обыкновению, он никак не отреагировал. Когда наставник обернулся на возню, на его лице промелькнуло столько эмоций, будто это он должен был вот-вот провалить важный квест. Он в два шага приблизился к Марку и схватил его за плечи.       — Что случилось? — забеспокоился он. — Ты так побледнел… Что-то с заданиями? Снова яркий квест?       Марк покачал головой. Перед ним висело окошко:

Внимание! Квест «Меня зовут Кана. Кана Клайв» находится под угрозой провала! Значение доверия опустилось ниже «-95 пунктов».

Если значение достигнет «-100 пунктов» квест будет провален, и вам будет назначен штраф!

             Марк сглотнул и поднял взгляд на наставника. Почему-то в этот момент на губы вылезла горькая улыбка, полная извинений и боли.       — Ты же обновил аптечку для экстренных случаев? — спросил он.       С лица наставника смыло все краски.       — Конечно! Я всегда готов помочь тебе.       Он прижал Марка к себе, будто хотел защитить ото всего на свете. Химеры сгрудились рядом, такие же перепуганные и ничего не понимающие. Лес затих. В его спокойствии было что-то зловещее, и впервые шелест деревьев и скрип снега не радовали. Закатное солнце бросило последние лучи на них, а затем скрылось. Сумрак окутал всё вокруг. Наставник взмахнул рукой, и окружил их плотным, непроницаемым барьером, который, казалось, мог выдержать даже прямое попадание Эфириона. Марк сжал в пальцах свитер у него на спине и прошептал:       — Просто на всякий случай, — голос оборвался, когда значение доверия Каны опустилось до минус девяносто семи пунктов. — Будь готов ко всему.       — Я рядом, Марк, — тихо и твердо заверил тот. — Всё будет хорошо, обещаю. Тебе больше никто не причинит вреда. Ты слышишь меня? Я защищу тебя от всего на свете, клянусь.       Значение доверия опустилось до минус девяносто девяти пунктов…