Миссия: Hurt/Comfort

      6 февраля Х782 года       Марк едва понял, как избежал гибели. В последний момент, когда темные твари зажали с двух сторон и вскинули лапы, он успел низко пригнуться и дернуться в сторону, одновременно с этим попытавшись телепортироваться. Вот только заклинание попало между импульсами магии в ядре, так как у Марка не было времени прислушиваться к его всплескам. В итоге оно вышло плохо. Мало того, что точка выхода оказалась гораздо ближе к темным тварям, чем должна была, так и само перемещение прошло с секундной задержкой. Этого времени хватило, чтобы один из ударов достиг его. Марк ощутил вспышку боли, пронзившую правое плечо, и едва сдержал болезненный вскрик.       Зажимая рану, он собрал силы в кулак и снова телепортировался, ведь чудовища не давали времени на передышку. Плечо пульсировало и ныло от резких движений, по руке обильно потела кровь. Марку нужно было остановить её, однако пока на это не было и шанса. Как и на то, чтобы на миг замедлиться, прислушаться к телу и снова творить заклинания в нужные моменты. Из-за того, что обе темные твари атаковали лишь его, а их скорость была просто невообразимой, Марку приходилось постоянно телепортироваться. Не каждый раз ему удавалось попасть на всплеск магии, а потому вскоре в груди начала нарастать боль. Нужно было прекратить бой, отступить и прийти в себя. Однако сколько бы Марк ни пытался разорвать дистанцию, темные твари вмиг догоняли его.       Сжав зубы, Марк резко выдохнул и выхватил из кармана пару бомб. Он швырнул их в сторону, а затем дважды телепортировался: сперва к взрывным артефактам, чтобы привлечь туда темных тварей, а затем немного в сторону. Как он и предполагал, чудовища попались на уловку. Взрыв поглотил их, но Марк не рассчитывал, что это надолго их задержит. Зажав пистолет в левой руке, которая меньше дрожала из-за ран, он прицелился в неясные очертания, а затем открыл огонь. Послышался рев, какая-то возня, а затем из дыма выскочила одна из тварей — та, что отдаленно походила на кошку. Её морду заливала черно-бурая кровь.       Не то благодаря везению, не то стечению обстоятельств Марку удалось попасть ей в глаз. Вот только тварь не умерла. Напротив, она рассвирепела от боли и бросилась вперед, желая растерзать его на куски. Краем глаза Марк заметил, что вторая замедлилась и стала меньше опираться на заднюю лапу. То ли её задело взрывом, то ли пуля попала в нерв, сложно было сказать, однако это в любом случае было хорошо. Теперь она не так рьяно наседала на Марка, и он мог лучше уклоняться и продумывать стратегию битвы. Так как сбежать пока не удавалось, оставалось дождаться Гилдартса, который должен был вот-вот прибыть. Марк подал ему сигнал и отослал прочь Эву, но с того мига прошло едва ли больше трех минут. Сражение с темными тварями шло на такой скорости, что простой человек даже не успел бы разглядеть хоть что-то.       Пригнувшись, избегая очередного удара, Марк бросил себе под ноги бомбу, и телепортировался в сторону. К сожалению, во второй раз темные твари не попались. Напротив, они будто ждали этого и, увидев, где он появился, рванули туда. Марк едва успел дернуться назад, отпрыгивая на несколько метров, когда ему едва не снесло голову. Вот только под ногами оказалась замерзшая лужа — невероятно скользкая и спрятанная под тонким слоем снега. Нога съехала, и Марк успел лишь взмахнуть руками в попытках вернуть равновесие. Спустя миг он упал, больно ударившись затылком. Перед глазами засияло.       Темные твари не могли упустить такой шанс. Они рванули к нему, целясь в шею, однако… в последний миг замерли, будто натолкнувшись на стену. Марк, едва дыша, уставился на когти, застывшие в миллиметре от его шеи. Спина взмокла от пота. Однако внезапно он заметил страх в глазах тварей. Казалось, невообразимый ужас сковал их, не давая сделать лишнего движения, и им оставалось лишь рвано дышать, ожидая худшей участи. Марк не знал, что и думать. Он напрягся, готовясь телепортироваться, как вдруг одна из тварей дернулась. Её глаза округлились, а пасть приоткрылась.       В следующий миг она распалась на кровавые кубики, и ошметки рухнули на Марка.       С коротким вскриком отвращения он смахнул с себя останки и отскочил в сторону. Оставшаяся в живых тварь уставилась куда-то вбок и заревела, не то от ярости, не то пытаясь подбодрить себя. Она сорвалась с места, взмахнув лапой, и Марк перевел туда взгляд. На миг он тоже замер, испугавшись. Там стоял Гилдартс — очень рассерженный и полностью готовый к бою. От него исходила настолько тяжелая аура, что, казалось, всё вокруг чернело, а воздух густел. Марк никогда не видел его в таком состоянии. К счастью, бо́льшая часть ярости была направлена на темную тварь, ведь в противном случае весь район бы ощутил на себе её тяжесть.       Гилдартс вступил в бой. Он перешел на рукопашную, ведь тварь принялась настолько быстро перемещаться, что появился риск задеть здания вокруг. Марк с огромными глазами уставился на это.       — Мерзость, — вывел его из оцепенения знакомый голос, и он обернулся. Кана прикрыла рот рукой, взглянув на кровавые ошметки, Марк встрепенулся.       — Что ты тут делаешь? — хрипло спросил он, чувствуя, как возвращается боль от ран. — Ты должна была остаться в таверне.       — Когда вы ушли, я разложила карты ещё раз и увидела, что тебе грозит опасность, — нехотя ответила Кана, почему-то выглядя очень бледной и напуганной, и подставила плечо, заметив его удручающее состояние. Марк не стал отказываться от помощи, и они вместе пошли к ближайшему переулку. — Решила, не отказывать себе в удовольствии и посмотреть, как тебе надрали зад.       Марк не сдержал нервный смешок.       — Рад, что позабавил, — он нахмурился, замедлившись, и медленно выдохнул через сжатые зубы. Ядро взбунтовалось, и, хотя импульсы магии сбились не настолько, чтобы представлять опасность, Марка пронзило болью. Теперь, когда он не был в горячке боя, это чувствовалось особенно остро.       — В чем дело? — бросила Кана, и голос показался взволнованным.       — Ничего, — выдавил Марк. — Идем, оставим эту тварь на Гилдартса.       Она кивнула, и сделала вид, будто не заметила, что Марк стал сильнее опираться на нее. Кана лишь бросила:       — Как же ты воняешь.       — Попробуй искупаться в крови химер, будешь пахнуть так же.       — Ещё чего, — фыркнула она и, убедившись, что они отошли достаточно далеко, усадила его у стены какого-то дома. От места сражения донеслась легкая тряска, а затем во все стороны полетел снег. Кажется, Гилдартс решил немного усилить напор. Кана достала из рюкзака бинты и местный антисептик. — Показывай, где ранили.       Марк без возражений стянул куртку, указывая на правое плечо, и поёжился от холода. Нахмурившись, Кана вытащила нож и отрезала рукав свитера, чтобы не пришлось снимать его и тревожить ранение. Марк мысленно порадовался, что сегодня не надел подарок наставника. Потерять его в рядовом сражении было бы ужасно. Тем временем Кана осмотрела рану взглядом бывалого волшебника, который не раз оказывался в гуще боя, и принялась обрабатывать её. Антисептик защипал, и Марк сжал зубы, контролируя дыхание, чтобы не позволять себе кривиться от боли. Кана ухмыльнулась, глядя на него.       — Смейся, сколько хочешь, — выдавил он и вдруг заметил, что у той дрожали пальцы.       — Я не смеюсь, — ответила Кана и принялась бинтовать руку. — В ранах нет ничего веселого, но твое выражение лица весьма комично.       — Вот спасибо, — закатил Марка глаза, а затем немного нахмурился. — А ты в порядке? — спросил он. — Выглядишь бледной.       — Заткнись, — почти миролюбиво отозвалась она и потуже затянула бинт. — О себе побеспокойся.       Марк уставился на неё, не пытаясь скрыть беспокойство и недоумение во взгляде, однако Кана мастерски проигнорировала это. Она полностью погрузилась в то, чтобы обработать раны, а потому на некоторое время между ними воцарилась тишина. Лишь от места битвы Гилдартса иногда доносилась тряска и грохот, но, судя по всему, он должен был вот-вот закончить. Удушающая аура тоже начала сходить на нет, и Марк мысленно выдохнул с облегчением, что им удалось справиться с напастью. Правда, он так и не понял, кем были эти твари и чего добивались.       Судя по тому, насколько яростными были атаки и лишенными осознанности взгляды, они не были творениями наставника. Все химеры наставника обладали гораздо большим умом, чем обычные звери. Они прекрасно понимали человеческую речь, умели работать в команде, запоминать тактические построения и устраивать ловушки. В их действиях почти всегда прослеживалась логика, и они никогда не впадали в неистовство. К тому же каждая из химер любила Марка, и они лучше бы откусили себе лапу, чем попытались его убить. Темные твари, атаковавшие столицу, были совершенно другими.       Хотелось списать их появление на другого мага, экспериментирующего с усилением животных, но Марка терзали сомнения. Мало того, что он не знал, кто мог быть подражателем наставника, так и сам факт его существования ставился под сомнение. Прежде, чем наткнуться на темных тварей, Марк заметил химеру-разведчицу. Ворон кружил над столицей, высматривая что-то, и не мог оказался там по чистому совпадению. Мысли о нем порождали теории о том, скрывал ли наставник какие-то новые исследования. Марк стал реже бывать в хижине, поэтому мог не знать о новых экспериментах. Если темные твари стали новыми бойцами наставника, то появлялся целых ворох вопросов и противоречий.       Как минимум, почему их — таких неразумных и сильных — отправили в столицу? Разве они могли незаметно прорвать защиту дворца, чтобы, например, убить правящую семью? Или же их задачей было громко войти и устроить резню? Марк сомневался, что даже настолько сильные твари могли совладать с личной охраной короля. Это было бы самоубийством, а потому он не думал, что в этом состояла их цель. Если эти существа всё-таки были химерами наставника, план должен был выглядеть изящнее и прочнее. Не глупая попытка ворваться во дворец ради хаоса, а нечто большее. Быть может, отвлекающий маневр? Попытка оценить защиту дворца?       Марк безуспешно пытался понять, что происходит. Каждая теория имела противоречия, а каждый вывод казался сомнительным. Что бы ни произошло сегодня, пока объяснить это он не мог. Это угнетало особенно сильно.       — Лицо тоже надо обработать, — сказала Кана, закончив с раной на плече. От места сражения Гилдартса перестал доноситься грохот, и девушка, скользнув туда взглядом, насупилась. — Зачем ты в бой полез? Гилдартс же сказал держаться в стороне. Погеройствовать захотел?       Марк вскинул бровь, не ожидая таких слов, но в следующий миг зашипел, когда Кана немилосердно залила раны антисептиком.       — Делать мне больше нечего, — выдавил он, стараясь не кривиться. — Они меня учуяли, и пришлось драться, чтобы не умереть. У этих тварей просто ненормальное обоняние.       — Как и сила, судя по всему.       — Да уж, не хотелось бы столкнуться с ними вновь, — вздохнул Марк, а затем, когда всё, наконец, стихло, заглянул Кане в глаза. Та напряглась, не поняв, чего вдруг он обратил на нее внимание. — Спасибо, — сказал Марк, заставив её на миг замереть. Шкала доверия зашаталась в пределах трех пунктов. — За то, что помогла уйти оттуда и за то, что помогаешь с ранами сейчас.       Девушка фыркнула, и ползунок неустойчиво закрепился на пятидесяти восьми пунктах в отрицательном диапазоне.       — Может быть я и терпеть тебя не могу, но не брошу раненого, — сказала она, отведя взгляд. — Я же не злодейка какая-то.       Марк улыбнулся.       — Я знаю, — сказал он и вдруг почувствовал, что лучшего момента не будет. — Прости, что забрал у тебя Гилдартса. Я не думал, что всё так получится.       Кана вспыхнула и проехалась смоченной ваткой по ране, заставив Марка зашипеть от боли. Несмотря на это, он продолжил:       — Я — не его сын, и уже поговорил с ним об этом, — выдавил он, выдыхая. — Сейчас он гораздо больше сосредоточен на тебе, и ты не могла этого не заметить. Может быть, признаешься ему?       Значение доверия снова поползло в отрицательном диапазоне, и Марк рефлекторно бросил на него взгляд.       — Сколько ещё ты будешь молчать? — понизив голос, начал он. — Будешь ждать, когда вырастешь и перестанешь так жаждать его внимания? А ты уверена, что этот момент настанет? Или ты хочешь стать достойной его: получить звание старшего волшебника, взойти на ступень выше, чтобы не разочаровать его? А что изменится, когда ты пройдешь экзамен? В тебе добавится уверенности? Вовсе нет. Ты останешься собой, просто сможешь ходить на другие задания. Как это поможет с Гилдартсом? Если ты действительно его любишь и ждешь, что он примет тебя, будь честной. Будь открытой рядом с ним, и это действительно покажет твою силу.       Кана сжала зубы и прошипела.       — Заткнись, псих, — значение доверия рухнуло до шестидесяти пяти пунктов. — Я не собираюсь слушать твои нравоучения. Я сама разберусь со своими проблемами, и мне не нужна помощь такого, как ты.       Она швырнула ватку её в пакет, но Марк не отступил.       — Так сделай уже что-нибудь, — надавил он. — Пока ты только прячешься и занимаешься самобичеванием. Если бы ты действительно любила отца и хотела наладить с ним отношения, ты уже сделала это. Знаешь фразу: «Кто хочет — ищет возможности, кто не хочет — причину»? Ты сейчас прячешься за миллионом отговорок, вместо того, чтобы действовать. И злишься ты не на меня, а на себя за то, что не можешь признаться во всем Гилдартсу.       Слова хлестнули по Кане кнутом, однако она не успела ничего ответить. В переулок вбежал Гилдартс, и на его лице явно отпечаталось беспокойство. Он сперва оглядел Кану, удостоверившись, что её не ранило, а затем присел около Марка, разглядывая следы от когтей на его лице.       — Как ты? — спросил он.       — Жить будет, — бросила Кана, не дав Марку ответить. — Глубокая рана на плече и порезанное лицо. Можно сказать, отделался легким испугом.       Марк смерил её взглядом, но не стал акцентировать внимание на полном яда тоне.       — Всё нормально, — сказал он Гилдартсу. — Раны не серьезные, скоро всё заживет.       — Главное, чтобы шрамы не остались, — протянул тот. — Как вернемся, сходи к Полюшке, у неё есть отличные настойки для заживления ран.       Марк улыбнулся и кивнул, наконец, немного расслабившись.       — Так и сделаю.       Гилдартс похлопал его по здоровому плечу и поднялся. Он обернулся к Кане, которая застыла, сложив руки на груди и уставившись в сторону. Обстановка вдруг накалилась. Марк ощутил, как в воздухе появилось напряжение, однако оно отнюдь не было связано с недавним разговором. Казалось, вспыхнула иная тема — не менее важная и пугающая — однако он пока не понимал, какая именно. Гилдартс приобнял Кану, заставив её на миг закаменеть, и тихо спросил:       — А ты как?       Девушка отвела взгляд.       — Нормально, — прошептала она и медленно выдохнула. — Не думала, что… снова увижу этих тварей. Рассчитывала на пару огромных волков или тигров, а не их.       — Я понимаю, — кивнул Гилдартс и прижал её к себе крепче. — Нормально, что ты испугалась. Но сейчас всё в порядке, я разобрался с ними.       — Угу.       Марк с недоумением уставился на них, не понимая, что происходит. Казалось, они говорили о чем-то из прошлого, причем очень страшного. Он поднялся на ноги, ощутив себя лишним в этом разговоре, однако Гилдартс тут же обратил на него внимание. Мужчина протянул руку и потрепал его по голове, точно тоже попытавшись успокоить. Марк нахмурился и растерялся, а Кана, заметив его выражение лица, бросила:       — Точно, он же не знает.       — О чем вы? — спросил Марк. — Вы уже встречались с такими тварями?       Гилдартс кивнул и помрачнел.       — Пару лет назад одна такая появилась в гильдии, — сказал он, и Марка, как молнией поразило. — Она напала на всех, кто был внутри, и я не успел вовремя прийти, чтобы расправиться с ней. Кана была там в тот день.       Девушка отвернулась.       — Я не хочу об этом говорить, — отрезала она, и Марк заметил, что у неё задрожали плечи.       — Постойте, в этом была трагедия в гильдии? Нападение темной твари? — удивленно переспросил Марк. — Я думал, там случился взрыв из-за какого-то изобретения. Несчастный случай.       Гилдартс недоуменно уставился на него.       — Взрыв был, — медленно протянул он. — Но не из-за какого-то артефакта. Темная тварь напоследок решила взорваться, чтобы забрать с собой тех, кого не успела убить, — мужчина нахмурился. — Не думал, что слухи о том дне так исказят правду…       Марк постарался скрыть, насколько его на самом деле шокировали эти слова. Он лишь кивнул и сказал:       — Ужасная история. Надеюсь, мы больше никогда не увидим таких чудовищ.       Вопреки словам, Гилдартс покачал головой.       — Думаю, теперь мы будем сталкиваться с ними чаще, — сказал он, бросив взгляд на место битвы. — А теперь пойдемте отсюда. Нужно доложить в штаб о выполнении задания.       Они оставили место битвы и предупредили дежуривших не вдалеке патрульных, где остались тела темных тварей. Мужчины поблагодарили за работу и пошли убирать останки. Гилдартс уверенно повел Кану и Марка к штабу рунных рыцарей, в котором даже ночью не останавливалась работа. Ещё на подходе они заметили свет в окнах и снующих тут и там людей, одетых по форме. Рунный рыцарь на воротах, лишь взглянув на Гилдартса, пропустил их внутрь, сообщив, что Джозеф Броу ожидает в своем кабинете. Марк удивился, что тот до сих пор не спал, но вида не подал.       Разговор о выполнении задания прошел почти буднично. Слово взял Гилдартс, подробно расписав план действий, трудности в сражении, а также силу и скорость тварей. Он не упомянул, что похожая атаковала Хвост Феи, и Марк заметил это. Впрочем, влезать в разговор не стал, и лишь думал о том, кто будет чистить стул, на котором он сидел, от черно-бурой крови. К сожалению, никто не отпустил его в душ и переодеться, ведь сначала нужно было отчитаться. Теперь Марк мечтал только о том, чтобы скинуть с себя пропахшую кровью куртку и, как следует, натереться мочалкой. Кана, очевидно, тоже пребывала в своих размышлениях, ведь без видимого интереса слушала разговор мужчин.       К тому моменту, когда они закончили и им выдали награду, Джозеф Броу обратил внимание на Марка.       — Итан очень нахваливал тебя, — сказал он. — А твой лук действительно оказался отличным артефактом. Думаю, ты знаешь, что мы хотим выкупить у тебя рунные цепочки.       Марк, невольно выпрямившись на стуле, кивнул.       — Начальник Итан говорил об этом.       — Мои люди подготовили договор, — Джозеф взял со стола бумагу и протянул Марку. Тот напрягся, уставившись на окровавленные руки. — Не переживай, это копия. Её можно запачкать.       — И всё-таки я думаю, мне нужно было сначала принять душ, — неловко улыбнулся Марк, взяв договор.       — Не ты первый приходишь сразу после задания, не ты последний, — добро посмотрел на него начальник штаба. — Знал бы ты, сколько раз Гилдартс заливал кровью пол. Однажды он заявился с головой детеныша виверны, и нам пришлось не только мой кабинет чистить, но и весь коридор.       — Вы сами сказали вернуться, как можно скорее, — парировал тот.       — А я и не беру слов назад, — улыбнулся Джозеф. — Я лишь хочу сказать, что мы многое видели, поэтому немного крови — это не страшно.       Марк кивнул, успокоившись.       — Как скажете, — он перевел взгляд на бумагу, бегло пробежавшись глазами по условиям. — Могу я взять договор с собой и прочитать его в более спокойной обстановке?       В глазах Джозефа мелькнуло одобрение.       — Конечно, — кивнул он. — Подойдешь тогда завтра после обеда? Если тебя всё устроит, заключим договор, и я отведу тебя к артефакторам, чтобы ты научил их делать такие рунные цепочки. Согласен?       Марк бросил взгляд на Гилдартса, и тот показал большой палец.       — Да, так будет лучше всего, — сказал парень, убирая бумаги в рюкзак.       — В таком случае, благодарю вас за работу, — сказал Джозеф. — Славно, что вы не разнесли половину столицы. Прекрасно, что Марк согласился прочитать договор. Два отличных события за одну ночь, я доволен.       Мужчина заулыбался, а Гилдартс поднялся с места.       — Всего доброго, — сказал он на прощание, и они покинули кабинет.       Путь до таверны, где они остановились, пролетел за один миг, и вскоре каждый оказался в своей комнате. Разбор миссии решили отложить до утра, и Марк, наконец, скинул с себя грязную одежду и залез в душ. Он с наслаждением встал под теплые струи воды, смывая с себя кровь, и немного хмурясь, когда ныли раны. Магическое ядро всё ещё не до конца наладило импульсы, однако боль уже почти прошла. Марк чувствовал, что к утру всё наладится, и ему не придется просить наставника о помощи. Впрочем, то, что им необходимо было поговорить, не подлежало сомнению. Впервые Марку было неприятно думать о предстоящей встрече, и это расстраивало. Он не понимал, когда их отношения стали такими.       Выйдя из душа, Марк убрал грязную одежду в пакет, и критическим взглядом оглядел куртку. Она выглядела ужасно, и её тоже нужно было выкинуть. Порадовавшись, что им выделили большую награду за уничтожение темных тварей, Марк решил утром сбегать в магазин за новой. На том и порешил. Забравшись в кровать, он некоторое время изучал договор, который дал ему Джозеф, ища в нем подводные камни и скрытые условия. Вероятно, в нем снова взыграла привычная для его мира паранойя, ведь тот казался абсолютно прозрачным. Нужно было просто рассказать другим артефакторам, как именно наносить рунные цепочки: какие символы использовать, в какой последовательности, как закреплять их на изделии и как обновлять со временем, а затем передать права на их использование штабу рунных рыцарей. Марку запрещалось перепродавать рунные цепочки гильдиям или иным структурам, и он обязан был сообщить о любой попытке выйти с ним на контакт по этой теме. Со дня заключения договора право использовать такие луки отводилось только рунным рыцарям. За это Марку полагалась единовременная выплата в одиннадцать миллионов драгоценных.       Сделка казалась вполне неплохой. Конечно, хотелось получать прибыль с каждого созданного лука, однако Марк сомневался, что на это согласятся. Всё-таки разработка действительно не была прорывом в артефакторике, а потому со временем местные умельцы поняли бы, как её повторить. Договор нужен был скорее для того, чтобы связать Марка и рунных рыцарей общим делом и потенциально переманить его из гильдии в штаб. Его устраивало такое положение дел. Во всяком случае на этом этапе.       Отложив договор, Марк улегся спать. За один день произошло немало, а потому ему требовался отдых. Особенно, учитывая то, что впереди ждало несколько важных событий: заключение контракта с рунными рыцарями, разговор с наставником и неясная угроза, о которой предупредили карты Каны. Засыпая, Марк краем глаза заметил значение доверия, отразившееся на шкале: пятьдесят семь пунктов в отрицательном диапазоне.       Удивительный прогресс для первого совместного задания.